— Мы еще раз вам говорим, уважайте Даниэля и всех нас, — уверенно требует Терренс.

— Господи, парни… — Девочка качает головой, смотря на возмущенных Терренса, Питера и Эдварда по очереди. — Зачем вам нужен этот бездарный урод, который должен гореть в аду за то, что он делает? Вы вполне можете найти более талантливого бас-гитариста! Этот потянет вас на дно, и вы не станете известными! Одумайтесь, пока у вас еще есть шанс все исправить! Почитайте комментарии своих фанатов! Все пишут, что если Даниэль не покинет группу, то они перестанут следить за вашим творчеством.

Терренс, Питер и Эдвард обескуражены наглостью девочки, которая еще несколько секунд назад казалась такой скромной и милой и искренне улыбалась им. Конечно, они знали , что рано или поздно столкнулись бы с чем-то подобным, но не думали, что их же собственные поклонники будут так откровенно оскорблять Даниэля, который ни в чем не виноват и всего лишь стал жертвой прессы, раздувшей этот скандал.

— Я вообще не понимаю, как земля носит таких тварей, — возмущенно добавляет девочка, буквально убивая потрясенного Даниэля своим леденящим душу взглядом. — Пусть Перкинс сам почувствует на себе все то, что испытывал Питер, когда он был вынужден терпеть выходки этого подонка. Я желаю этому подонку сдохнуть и никогда не пожалею о том, что сказала эти слова, глядя на его наглую рожу!

— Немедленно прекратите это! — сухо требует Эдвард.

— Сдохни, Даниэль, сдохни! Все поклонники группы этого хотят! Ты – бездарный, никому не нужный урод! Сгори в аду за то, что посмел так обращаться с Питером! С этим чудесным парнем, которого обожают все без исключения! Его фанаты готовы тебе глотку перегрызть из-за того, что ТЫ был виновником того, что он пытался покончить с собой. Пит едва не умер по ТВОЕЙ вине! Это ТЫ должен сдохнуть ! ТЫ! ТОЛЬКО ТЫ!

Несколько секунд Питер, Эдвард и Терренс неуверенно переглядываются друг с другом и качают головой, пока слегка побледневший Даниэль перебирает пальцы и нервно сглатывает, время от времени бросая испуганный взгляд на парней. Чуть позже взгляд Роуза падает на диск, который лежит перед ним на столе. И поскольку блондин знает, что все, в чем обвиняют его приятеля, – ложь, он не хочет делать вид, что ничего не происходит. Так что мужчина отодвигает от себя коробку с компакт-диском, уверенно сказав:

— Простите, но я не буду подписывать этот диск. — Питер бросает короткий взгляд на Терренса и Эдварда. — Вы как хотите, ребята, но я не собираюсь закрывать глаза на то, что услышал.

— Я тоже не буду, — не менее уверенно заявляет Терренс.

— И я, — решительно говорит Эдвард.

Эдвард, Терренс и Питер переводят свои взгляды на девочку.

— Простите, девушка, но мы не будем оставлять автограф, — спокойно говорит Терренс.

— Н-н-но… — слегка дрожащим голосом произносит девочка, будучи немного обескураженной и качая головой. — Как же так? Почему вы не хотите подписать мой диск?

— Потому что мы не собираемся делать вид, что не слышали ваших слов о нашем приятеле, который ни в чем не виноват, — уверенно заявляет Эдвард.

— И нам особенно неприятно слышать, как вы откровенно желайте Даниэлю смерти, — сухо добавляет Терренс.

— Перестаньте прикрывать его делишки! — уверенно требует девочка. — Хватит водить своих поклонников за нос! Они и так видят все, что делает этот бессовестный человек. Одни вы не хотите ничего замечать!

— Довольно, девушка! — громко восклицает Питер. — Хватит незаслуженно оскорблять человека и тем более желать ему смерти! Как у вас только совести хватает желать человеку подобное!

— Но, Питер, он же оскорблял вас! Почему вы защищайте этого двуличного человека?

— Потому что он – мой друг! И я больше не собираюсь отмалчиваться и делать вид, что не вижу и не слышу ничего, что о нем говорят. Хватит! Плевать на менеджеров и тех, кто говорит, что мы должны молчать. Я не буду молчать!

— Послушайте, я прекрасно понимаю, что Перкинс запугал вас и угрожал убить, если кто-то узнает о вашем конфликте, — более спокойно говорит девочка. — Но поверьте, у вас очень много поклонников, которые готовы стоять за вас горой. Они глотку перегрызут этому ублюдку, если он тронет вас пальцем или еще раз доведет до попытки самоубийства. Вы хоть знайте, как люди переживали, когда стало известно о вашей попытке суицида!

— Даниэль не доводил меня до желания покончить с собой! Он ни в чем передо мной не виноват! И я требую, чтобы вы прекратили травить этого человека.

— Не бойтесь, вас никто не обидит. Ваши поклонники очень сильно любят вас. Мы защитим вас от этой гадюки и сами заставим его покончить с собой. Гореть от стыда и жалеть, что он вообще с вами связался. Расскажите всем правду.

— А я говорю правду. Даниэль не имеет никакого отношения к той попытке покончить с собой. Все лгут насчет самоубийства! А причин, по которым я решился на столь отчаянный шаг, было достаточно . И ребята прекрасно о них знают.

— Прекратите делать вид, что у вас отличные отношения! — сухо требует девочка, скрестив руки на груди. — Все и так знают, что вы лишь притворяйтесь хорошими друзьями, а на самом деле из-за ваших скандалов группа страдает. А Даниэль Перкинс – тому причина.

— Когда-нибудь я расскажу поклонникам, что заставило меня пойти на это, — спокойно обещает Питер. — Но сейчас я хочу, чтобы наши поклонники прекратили верить тем слухам, что пускает пресса. И наконец-то остановили эту травлю. Нам всем неприятно видеть, как все издеваются над бедным парнем.

— Ну, конечно, бедный … — громко ухмыляется девочка. — Он хорошо строит из себя бедную овечку. Сидит как мышка, молчит, испуганно смотрит на меня… Знает, что виноват, но все равно продолжает подвергать вас травле.

— Милая девушка, мой вам совет: не верьте всему, что пишут газеты, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Мы не знаем, кто распустил эти лживые слухи, из-за которых на Даниэля выливается столько грязи, но нам очень неприятна эта ситуация. Если тот, кто все это начал, не принесет извинения нашему другу и не напишет опровержение, то мы будем вынуждены принять меры.

— Да, а как же та фотография? Которую Перкинс сначала выложил с подписью, оскорбляющую Питера, а потом удалил после того, как кто-то вдолбил ему в голову, что им двоим нужно притворяться друзьями. Перезагрузил снимок с другой подписью! Только не учел, что есть очень шустрые люди, которые успели сделать скриншоты.

— Он выкладывал это фото в нашем присутствии, — уверенно заявляет Эдвард. — И там была не та подпись, о которой говорят СМИ! А та, которая там есть сейчас!

— Неправда! Вы лжете! Просто выполняйте указания своей команды менеджеров! Они сказали вам притворяться друзьями Перкинса и защищать его – вы и делайте это. А Питер еще и запуган этим бессовестным ублюдком, который уже давным-давно должен был сдохнуть. Вот писали же, что недавно его сбила машина. Так сбила бы насмерть! Какого черта он остался жив?

— Прекратите так говорить! — возмущенно требует Терренс. — Мы этого не потерпим!

— У нас с Даниэлем прекрасные отношения, и мы – близкие друзья уже на протяжении многих лет, — уверенно говорит Питер. — Были ими еще до того, как у нас появилась идея создать группу.

— Как же усердно вы лжете… — резко выдыхает девочка и качает головой. — Как здорово вас подготовили менеджеры… Может, раньше вы и водили всех за нос. Но теперь все видят настоящее отношение этого урода к тем, с кем он работает. И понимают, что у него нет никакого таланта к музыке.

— Прекратите верить бреду, который пишет какой-то умник. Почему люди похожи на стадо баранов: куда пойдет один, туда пойдут и остальные? Почему не может быть хотя бы одного, кто пошел бы против и делал противоположные вещи? Я в шоке от того, как можно легко манипулировать людьми.

— Ха, я бы еще поспорила, кто кем манипулирует!

— Если вам что-то не нравится, просто перестаньте быть нашей поклонницей. У нас и так их достаточно, и мы знаем, что есть те, кто будет с нами до самого конца.

— Ха, да ваших поклонников можно по пальцам пересчитать! — презрительно усмехается девочка. — Причем большую половину фанаток вы заполучили лишь благодаря Терренсу МакКлайфу, по которому в свое время сходили с ума все маленькие девочки. Без него вы трое – никто ! Просто жалкие идиоты, которым просто крупно повезло.

— О, вы теперь решили и нас оскорблять! — слегка приоткрывает рот Эдвард. — Что же вы такая за поклонница, раз начали говорить подобные вещи?

— Я не оскорбляю, Эдвард, а говорю правду. Правду о том, что тебе и этим двоим придется смириться, что вы – лишь тень Терренса. Тень, что следует за ним по пятам. Даже если он – твой родственник, ты все равно не смог бы ничего добиться без его милости.

— Ну знайте, вы переходите все границы дозволенного, — сухо говорит Терренс. — Сначала оскорбили Даниэля и пожелали ему умереть, а теперь начинайте и Эдварда с Питером унижать.

— А что, разве это не так? — округляет глаза девочка. — Ты просто позволяешь им быть известными и пользоваться своей былой славой. Начав этот путь самостоятельно, ни один из этих бездарей ничего бы не добился.

— Питер сказал правильную вещь: если вам что-то не нравится – не будьте нашей поклонницей, — уверенно говорит Эдвард, скрестив руки на груди. — Мы не заставляем любить всех четверых. Раз уж кому-то не нравится кто-то из нас, но любит другого, то все в порядке. Однако каждый наш поклонник обязан уважать нас всех. Не оскорблять, не унижать и тем более не желать кому-то умереть.

— Я не желаю смерти вам троим. Единственный человек, о чьей смерти мечтают я и все ваши поклонники, – это Даниэль Перкинс. Эту тварь никто не любит! Все хотят, чтобы он исчез раз и навсегда и не мозолил глаза одним своим видом.

— Настоящие наши поклонники не ведут себя так, как это делайте вы, девушка, — хмуро отвечает Терренс. — Они поддерживают нас и дают стимул продолжать работать и развиваться как артисты. И лично мне очень жаль, что никто не научил вас просто уважать человека. Не дал понять, что кому-то может быть неприятно слышать столь ужасные вещи о ком-то, кто может быть ему близок.

— Значит, для вас поклонники – это те, кто восхищаются всеми вами без исключения, говорят, какие вы прекрасные и талантливые, кричат как ненормальные, когда видят вас, и считают едва ли не Богами? — возмущается девочка, расставив руки в бока.

— По-моему, те, кто любит артистов, всегда находятся на их стороне, и любят и уважают тех, с кем они работают, — спокойно отвечает Питер. — Сколько раз про многих звезд пускали просто отвратительные слухи, но от этого количество поклонников не убавилось.

— Я уже сказала, что ваших можно пересчитать по пальцам. И то среди них есть только лишь маленькие девочки. Взрослым людям никогда не будет интересны ваши смазливые рожи, накаченные тела и бездарные песенки. Ваш любимый Терренс МакКлайф только на этом и заработал свою популярность. Он думает, что талантлив, но на самом деле у него просто были грамотные менеджеры и все, по чему пускают слюни всякие соплячки. Никогда не обращавшие внимания на то, что у него огромные проблемы с психикой, о которых всегда было хорошо известно.

— Слушайте, мадам, хватит уже оскорблять нас! — едва сдерживает злость Питер. — Мы пришли спокойно посидеть здесь и поесть, а вы побеспокоили нас для того, чтобы сказать то, что нам неинтересно слушать. Что приводит нас в бешенство.

— Конечно, понимаю… Вы не хотите признавать правду. Ни правду о том, какой Даниэль Перкинс на самом деле ублюдок, ни правду о том, что Терренс МакКлайф всегда был больным и эгоистичным, а Питер Роуз и Эдвард МакКлайф просто решили воспользоваться столь хорошими связями и за его счет прославиться на весь мир.

— Простите, а вы точно наша поклонница? — слегка хмурится Эдвард, сложив руки шпилем вверх и подозрительно смотря на девочку. — Вы не очень-то похожи на нее!

— Да уж, ловко вы прикинулись нашей поклонницей, чтобы втереться к нам в доверие, — отмечает Терренс. — Лично я высоко оценил это. Браво, девочка, браво!

— Будьте уверены, ваша группа все равно долго не просуществует! — грубо заявляет девочка, сжав руки в кулаки. — Как только ничтожное число ваших фанаток перестанут боготворить вас, то вы поймете, что вам лучше распустить группу. И начать искать себе работу. Правда не знаю, куда вас могут взять, ибо ни у одного из вас нет образования.

— Лучше подумайте об этом сами, — спокойно советует Питер. — Я так понимаю, вы еще школьница. Так что начинайте думать, где учиться дальше. И как найти хорошую работу.

— Это я без вас разберусь!

— Ну тогда идите с богом! — восклицает Терренс. — И помните, что рано или поздно мы обязательно добьемся своего. Потому что не привыкли сдаваться и останавливаться тогда, когда полпути уже пройдено.

— Посмотрим! — холодно бросает девочка. — Но знайте, что большая часть фанатов хочет, чтобы вы выгнали Даниэля из группы. И не все любят вас четверых. Хотя бы одного они точно ненавидят.

— Надо же, какое вы сделали открытие, — иронично усмехается Эдвард и прикладывает руку к сердцу. — А мы с ребятами и не знали… Спасибо вам большое! Спасибо! От души! Что бы мы без вас делали!

— Желаю вашей группе распасться, бездарные идиоты! Чтобы у вас ничего не получилось! Чтобы ваш альбом не был никому нужен! Чтобы с вами никто не захотел работать!

Девочка бросает взгляд на диск, лежащий на столе, хватает его и со всей силы швыряет на пол на глазах изумленных Терренса, Эдварда и Питера. Она демонстративно растаптывает его ногой, поднимает с пола обложку, разрывает на части и бросает кусочки на пол. После чего резко разворачивается и покидает кафе с гордо поднятой головой. Парни без эмоций провожают ее взглядом и тихо усмехаются, когда смотрят на разбитую коробку от компакт-диска, валяющуюся на полу.

— Знайте, а я вообще не расстроился из-за этой девчонки, — с легкой улыбкой признается Эдвард, откинувшись на спинку стула. — Правда! Я лишь посмеялся над тем, что она говорила о нас.

— Признаться честно, я тоже, — уверенно отвечает Терренс, поправив волосы с помощью пальцев. — Ну сказала она там что-то… Правда меня это совсем не волнует.

— Что касается нас – да, — задумчиво говорит Питер, закинув руки на спинку стула. — Но вот ситуация с теми обвинениями складывается не слишком хорошо.

— Да уж… Походу, придется наплевать на Джорджа и рассказать народу правду.

— Да, пора заставить всех проснуться, — уверенно говорит Эдвард.

— Эй, ребята, а о чем говорила эта девчонка? — неуверенно спрашивает Даниэль, округленными глазами смотря на Эдварда, Терренса и Питера. — Почему она обвинила меня в доведении Питера до попытки самоубийства?

— Это ложь, Даниэль, не слушай ее! — уверенно заявляет Питер. — Ты ни в чем не виноват! К моей попытке покончить с собой ты не имеешь никакого отношения.

— Но она же только что все сказала! Значит, я виноват? Ты хотел умереть по моей вине?

— Мы умоляем тебя, Даниэль, не верь всему, что говорят и пишут про тебя и Питера, — уверенно отвечает Эдвард. — Единственная правда в той статье, – это то, что ты действительно ругался с Питером, и группа едва не распадалась.

— Да, конфликт был, мы не отрицаем, — добавляет Питер. — Но он был не такой серьезный, как это пытается рассказать пресса.

— Но ведь я читал ! — восклицает Даниэль. — Читал и видел все, что обо мне писали!

— Кто-то пытается оклеветать тебя, Даниэль, — уверенно заявляет Терренс. — Не знаю, почему пресса решила затравить именно тебя, но все это откровенная ложь . Уж я-то прекрасно это знаю, ибо мы с тобой все время были вместе и пытались помочь Питеру.

— Хелен это подтвердит! — восклицает Эдвард. — В какой-то момент она тоже помогала вам вместе со своей подругой, которая знает Пита еще со школы.

— Я не верю… — качает головой Даниэль. — Вы обманывайте меня. Вы и ваши девушки водите меня за нос. Не хотите рассказать всю правду.

— Это неправда, чувак! — возражает Терренс. — Никто тебя не обманывает!

— Не надо! Я прочитал достаточно о себе. И прекрасно знаю, что люди пишут обо мне. Уж они-то не боятся говорить правду. Вот и эта девчонка проявила смелость.

— Это все ложь, Даниэль! — восклицает Эдвард. — Только лишь мы говорим тебе настоящую правду! Мы с парнями, наши девушки и еще некоторые близкие нам люди знают все, что произошло на самом деле.

— Она же сама сказала, что вы выполняйте указания своего менеджера.

— Менеджеры, наоборот, пытаются помочь нам и остановить эту травлю, — уверенно отвечает Питер. — Они тоже знают всю правду. И мы все вместе готовы отстаивать ее и защищать твое чистое имя, которое какой-то мудак так растоптал в грязи.

— Похоже, вы все и правда отлично играйте свою роль. Хотя я искренне не понимаю, зачем вы держите меня в группе, раз я такой плохой и едва не отправил человека на тот свет.

— Почему ты веришь им , а не нам ? — недоумевает Эдвард. — Все эти люди не знают настоящей правды! Мы – единственные, кто может опровергнуть все, в чем тебя обвинили. И уверены, что время пришло. Пора перестать отмалчиваться и бороться с этой чертовщиной.

— Неужели вы так и будете всем лгать? — возмущается Даниэль. — Они и так все знают, а вы до сих делайте вид, что все хорошо!

— Послушай, чувак…

— Хватит, парни, хватит! Заканчивайте этот фарс!

— Черт, неужели ты успел поверить во весь этот бред? — удивляется Терренс. — Перкинс, ты совсем охренел?

— Нет, это вы охренели. Ваша игра слишком сильно затянулась.

— Даниэль…

— Давайте, скажите уже всем, что Питер хотел умереть из-за меня. Подтвердите все это! Хватит уже слушать тех, кто командует вами!

— Даниэль, пожалуйста, не говори так! — с жалостью во взгляде умоляет Питер. — Мы не обманываем тебя.

— Меня больше удивляешь ты, блондин. После такого скандала ты ведешь себя так, словно ничего не случилось, и нормально общаешься со мной. Я не понимаю!

— Потому что этого никогда не случалось. Никаких угроз, насилия и всего, что тебе приписали, не было! Никогда !

— Не надо ничего объяснять. Я уже давно все понял. Вы трое пляшете под дудку своих менеджеров и по их команде лжете всем, что я не причастен к тому случаю.

— Что? Да Джордж, наоборот, помогает нам и пытается прикрыть нас и тебя. Он знает, что ты ничего не помнишь и понимает наше положение.

— Что бы люди ни говорили, мы не откажемся от своих слов и продолжим говорить, что ты ни в чем не виноват, чтобы остановить эту травлю, — уверенно обещает Эдвард. — А ты сам все поймешь, когда сможешь все вспомнить.

— Пусть нам и не верят, мы не позволим никому незаслуженно оскорблять тебя, — заявляет Терренс. — Будем бороться за твое доброе имя до самого конца. И найдем того отморозка, который написал такую статью и заставил всех возненавидеть тебя.

— Какие же вы все лживые , парни, — сухо отвечает Даниэль. — Водите за нос и меня, и всех этих людей.

— Что?

— Как вам вообще не стыдно? А может, я вообще никак не связан с вами и этой чертовой группой? Может, вы заставляйте меня думать, что я типа играю с вами! Очень интересно! Учитывая, что я не умею играть на каком-либо инструменте.

— Перкинс, ты – совсем идиот? — ужасается Эдвард. — Как ты можешь верить всем этим людям, которые не знают, что происходит с нами на самом деле, и все, что мы пережили? Да, мы понимаем, что ты ничего не помнишь и принимаешь любую информацию за правду. Но поверь, мы говорим чистую правду. Никто из нас не любит лгать. Тем более, что ты – наш друг. А друзьям и близким мы не любим что-то недоговаривать.

— Как я могу верить людям, которых вообще не знаю? Я понятия не имею, кто вы все такие, и что вам от меня нужно! Но точно знаю, что вы трое нагло лжете мне и скрывайте всю правду, которую я должен знать.

— Мы ничего не скрываем.

— Надо же, а я доверился вам. Думал, вы искренне хотели помочь мне. Удивлялся, что вы знайте меня, но принимал вашу помощь. Однако вам надо лишь извлечь из этого какую-то свою выгоду.

— Ты не понимаешь, что говоришь. Если не веришь нам – спроси девчонок. Ракель, Наталия, Хелен и Анна могут подтвердить наши слова и сказать, что мы не врем тебе.

— Да, девчонки могут подтвердить, что мы не ошибаемся, — уверенно кивает Питер. — Спроси любую из них, и каждая подтвердит, что все наши слова – чистая правда!

— Ну конечно! — презренно усмехается Даниэль. — Они ведь в сговоре с вами! Хотят извлечь для себя какую-то выгоду.

— Мы – твои друзья, и нам нет смысла врать тебе. У нас и в мыслях не буде желания воспользоваться тобой и твоей амнезией. Это уже твои догадки.

— Слушайте, парни, оставьте вы меня в покое. Занимайтесь своей группой, раз она существует. И разберитесь с тем, кто поет с автотюном и играет не своими руками. Чего вы привязались ко мне? Я знать вас не знаю! А вы нагло пользуйтесь тем, что я не могу вас вспомнить! Понятия не имею, как вы узнали обо мне, но мне не о чем с вами разговаривать.

— Что? — приходят в ужас Терренс, Эдвард и Питер, широко распахнув глаза.

— Даниэль, ты хоть понимаешь, что за бред ты сейчас несешь? — недоумевает Терренс. — Неужели кто-то уже успел так здорово прочистить тебе мозги, что ты легко веришь этому дерьму и делаешь вид, будто не знаешь нас? Прекрати вести себя как капризная девчонка и разуй глаза!

— Лучше бы вы договорились о том, что мне рассказывать, — сухо, немного грубо бросает Даниэль. — А то ваши показания что-то сильно путаются.

— Послушай, Даниэль, мы понимаем, что тебе обидно из-за того, что тебя оскорбляют и отправляют в могилу, — спокойно говорит Эдвард. — Но мы не лжем тебе, клянусь. Мы – твои друзья, хотя ты этого не помнишь. Но обязательно вспомнишь, когда память вернется. Рано или поздно это случится. И мы будем ждать . Ждать столько, сколько потребуется.

— И прекрати уже винить себя в том, чего ты не делал, — уверенно добавляет Питер. — Если бы ты действительно имел отношение к произошедшему со мной и был причиной этого, то вряд ли бы мы с тобой общались и дружили. И мы трое не защищали бы тебя, если бы все то, в чем тебя обвиняют, было правдой. Выкинь этот бред из головы!

— Хорошо, тогда докажите, — холодно говорит Даниэль. — Докажите, что вы говорите правду. Расскажите, почему я должен вам верить. Только не говорите, что вы – типа мои друзья. Для меня это не аргумент.

— Ты сам все поймешь, когда вновь обретешь потерянные и забытые воспоминания… — спокойно отвечает Терренс. — А пока просто верь нам и делай, что мы говорим.

— Слушайте, да идите вы все на хер! Я и без вас как-нибудь справлюсь и найду способ все вспомнить. Никто не просил вас…

Даниэль не договаривает свою мысль, потому что к столику, на котором он сидит вместе с Терренсом, Эдвардом и Питером, кто-то подходит и громко ухмыляется.

— Эй, клоуны, я смотрю, вы тут отбивайтесь от своих фанатов, — гордо приподняв голову, бодро говорит парень. — Отбоя от них просто нет!

Питер, Терренс и Эдвард резко переводят взгляды на того, кто сказал это, и видят перед собой хитро улыбающегося Блейка.

— О, нет! — тихо стонет Питер, проведя руками по лицу.

— А вот и наши жалкие звездочки, — ехидно смеется Блейк. — Сидят тут в сторонке и обсуждают то, какие они прекрасные.

Блейк переводит взгляд вниз и слегка приоткрывает рот, видя разбитый компакт-диск с синглом « Against The System ».

— Ни хера себе, смотрите-ка че! — восклицает Блейк, подбирает пару кусочков порванной обложки сингла и соединяет их вместе. — Ваши поклонники так сильно восхищаются вами, что даже ломают диски с вашими песенками. Ничего себе!

— Иди отсюда, сопляк! — грубо требует Питер. — Нам некогда с тобой возиться!

— Ох, смотрите-ка… — весело произносит Блейк, внимательно рассматривая два кусочка бумаги. — Кажется, у Перкинса появились хейтеры, которые разрисовывают его рожу на обложке. Вон как классно получилось!

— Так, парни, придержите меня, — бубнит Эдвард, скрестив руки на груди. — А иначе я точно врежу ему.

— Ха! — громко смеется Блейк, будто бы издеваясь над Эдвардом. — МакКлайф, ты это серьезно? Да у тебя смелости на это не хватит!

— Не выводи нас из себя, сопляк. А иначе ты точно пожалеешь, что связался с нами.

— От сопляка слышу. Жалкого бесполезного сопляка.

— Слушай, Коннор, проваливай отсюда, пока у тебя есть шанс, — грубо требует Терренс. — Не зли нас. А иначе ты и правда доиграешься.

— И что вы мне сделайте? Помашете ручками и наговорите кучу гадостей! Пф! Так мне абсолютно плевать! Меня это совсем не задевает.

— Если бы мы знали, что ты появишься здесь, то обошли бы это кафе десятой дорогой. Пришли сюда, чтобы спокойно поговорить, а не получилось.

— Так я случайно забрел сюда, — с невинной улыбкой отвечает Блейк. — Захотел немного пожрать… Ну а зайдя сюда, я увидел такое шоу… Одна какая-то девчонка на глазах всех людей в этом заведении бросила на пол диск с вашим синглом и растоптала его ногой.

— А мы так понимаем, ты стоял в сторонке и громко ржал, — презренно усмехается Питер.

— О да! — тихо смеется Блейк и качает головой. — Я здорово повеселился, глядя на это зрелище! Жалко, я не успел сфоткать ваши рожи! Вам точно стоило это видеть.

— Надо же, так засмотрелся на нас, что даже забыл о том, что хотел пожрать, — иронично усмехается Эдвард.

— Ну да, признаюсь. Такое зрелище было гораздо интереснее. Пожрать я могу всегда, а вот такие крутые сценки не каждый день можно увидеть.

— А хочешь я на глазах у всего заведения опрокину этот поднос с едой тебе на голову? — сухо спрашивает Питер. — Мы с парнями тоже повеселимся и пофоткаем тебя! Такое тоже не всегда можно увидеть.

— Только попробуй, белобрысый идиот. А иначе я всем расскажу, что у Перкинса амнезия, и по этой причине вы исчезли из поля зрения.

— Не вздумай раскрывать свой поганый рот, — грубо говорит Терренс. — Скажешь хоть слово – будешь отвечать по полной.

— Ой-ой-ой, как я испугался! — Блейк негромко усмехается и переводит взгляд на хмурого Даниэля, которого ранее не замечал. — О, Перкинс, ты тоже здесь! Говорят, у тебя амнезия! Слышал, что ты здорово долбанулся башкой!

— Так, парни, по-моему, нам пора сваливать, — шепчет Эдвард, бросив короткий взгляд на Питера и Терренса.

— Кстати, а у тебя мозги случайно не утекли? А то вдруг ты еще и идиотом стал!

— А кто ты такой? — слегка хмурится Даниэль. — Мы разве знакомы?

— Неужели ты не помнишь меня?

— Нет. А разве должен?

— О! — Блейк громко хлопает в ладони со злостным смехом. — А Перкинс-то сам себя выдал! Ну ничего, приятель, я тебе напомню, раз ты все-таки забыл. Я – Блейк Коннор. Твой самый лучший друг.

— Ты – мой друг ? — округляет глаза Даниэль.

— К счастью, нет, — закатив глаза и скрестив руки на груди, холодно говорит Питер. — Лично я не хотел бы иметь такого друга, как этот надоедливый сопливый урод.

— Но ведь у тебя есть и так не слишком хороший друг, Роуз, — задумчиво говорит Блейк и иронично усмехается, скрестив руки на груди и смотря на Питера и Даниэля по очереди. — Ведь твой дружок довел тебя до попытки покончить с собой и заставил всех твоих фанаток, пускающих слюни по тебе, истерить.

— Блять, еще один нашелся… — устало стонет Питер.

— Теперь-то мне все понятно. Да и народ понял, что из себя представляет такой жалкий идиот, как Даниэль Перкинс.

Эдвард, Терренс и Питер бросают друг другу короткий взгляд, чувствуя, что встреча с Блейком не принесет им ничего хорошего.

— Коннор, будь добр, закрой свой рот и вали отсюда, — грубо требует Эдвард.

— Уж не знаю, реально ли ваши менеджеры приказали вам молчать о том, что именно Перкинс причастен к попытке Роуза покончить с собой. Но есть причины верить, что всеми любимый блондин хотел сдохнуть как раз из-за своего дружка.

— Это не твое собачье дело! — грубо бросает Питер.

— Знайте, а я думаю, сочувствующих Перкинсу вряд ли будет много, если все узнают, что он ни черта ничего не помнит, — задумчиво говорит Блейк. — Точнее, их вообще не будет! Ведь в социальных сетях уже который день люди твитят с хештегом # DanielGetOutOfATS . Они все просят вас дать ему пинка под зад и дико ненавидят вашего басиста. А аккаунт звезды этой истории пестрит злостными комментариями. Его оскорбляют, унижают, поливают грязью… Многие даже желаю ему смерти . А поскольку ваши менеджеры уже распространили новость о том, что Перкинса сбила машина, то народ говорит, что лучше бы его задавили насмерть . Не готовы они простить этого человека. Ибо он едва не отправил на тот свет того, по кому сходят с ума едва ли не больше, чем по самому Терренсу МакКлайфу.

— Не засоряй свою головку ненужной информацией, парень, — холодно говорит Терренс, скрестив руки на груди. — Мы как-нибудь сами разберемся. Без твоего участия.

— А та фанатка правильно сказала: поклонников вашей группы можно пересчитать по пальцам. Большая их часть сходит с ума только по Терренсу МакКлайфу. Еще две присоски решили воспользоваться его славой, а один из них – еще и родством. Ну а Перкинс вообще не умеет петь и играть на гитаре. Уж мы-то прекрасно знаем, как много раз он лажал во время концертов. Теперь это все знают благодаря видеозаписям, на которых слышно, как он поет.

— Закрой свой поганый рот! — грубо бросает Эдвард. — Не беси нас еще больше!

— Я всего лишь говорю правду.

— Нам не нужна твоя гребаная правда, мудак! — холодно отвечает Питер.

— Да-да, неприятно слушать, понимаю, — проведя рукой по волосам, уверенно отвечает Блейк. — Но вы можете не бояться, клоуны. Все равно народ уже знает , что вы от них так усердно скрывали. Так что перестаньте ломать комедию и расскажите всю правду о Перкинсе. Никто не станет переживать из-за двуличного кретина, который чуть не отправил своего дружка на тот свет. Говорил гадости за его спиной, угрожал убить его и регулярно подвергал психологическому насилию.

— Коннор, заткнись! — повышает голос Терренс.

— Да, Перкинс… — злостно ухмыляется Блейк и с презрением смотрит на Даниэля. — Знал я, что в тебе есть что-то подозрительное… Ты все время пытаешься строить из себя крутого и выпендриваешься перед другими. Хотя на самом деле ничего из себя не представляешь.

— Как будто ты сделал в своей жизни что-то полезное, — бубнит себе под нос Питер.

— Кстати, а что тебе сделал Роуз, раз ты так ненавидишь его и довел до самоубийства? Может, расскажешь нам? Поклонникам группы, которые считают тебя тварью? — Блейк замолкает и хлопает себя по лбу. — Ах да, я забыл, что ты ни черта не помнишь! Но не переживай. Другие все помнят. Все , Перкинс. Каким бы ангелочком ты ни был, рано или поздно вся твоя гнилая натура выйдет наружу.

— Значит, я все-таки виноват? — неуверенно спрашивает Даниэль.

— Ну это тебе лучше знать. И твоим дружкам, которые прекрасно знают, что происходило между тобой и Роузом. Но которые явно не хотят признаться во всем.

— Вот еще одно подтверждение! — Даниэль резко бросает хмурый взгляд на Терренса, Питера и Эдварда. — Вы врете мне! Этот парень говорит, что я сделал это, а вы – что нет!

— Даниэль, не слушай его! — тараторит Питер. — Этот сопляк врет !

— Эй, Роуз, а почему ты защищаешь его? — недоумевает Блейк, расставив руки в бока. — Он же чуть не убил тебя! У самого что ли амнезия? Забыл, что тебя смешивали с грязью? Унижали, оскорбляли… И в итоге довели до попытки самоубийства! Или же ты такой бесхарактерный, что готов простить его за все оскорбления, унижения и фотографии с ужасными подписями о тебе?

— Это ложь , Коннор! Даниэль не имеет никакого отношения к произошедшему! И если так сильно хочешь знать, то он никогда не делал того, что ему приписали.

— Не бывает дыма без огня, блондин. Во всем есть доля правды. Раз кто-то заговорил об этом, значит, тот, кто напрочь все забыл, имеет отношение к тому, что ты хотел сдохнуть.

— Я не собираюсь рассказывать тебе о причинах, по которым пошел на это. Единственное, что я могу сказать, – это то, что Перкинс ни в чем не виноват. Ребята это прекрасно знают, и мы будем стоять на своем до самого конца.

— Вам уже никто не поверит. Народ узнал все об этом человеке и о том, кто причастен к попытке Роуза покончить с собой.

— Что ты от нас хочешь, Коннор? — сухо спрашивает Эдвард. — Что нам, твою мать, сделать, чтобы ты отвалил от нас и прекратил все это?

— От вас мне ничего не нужно, клоуны. Я просто хочу, чтобы люди знали правду. Правду о том, что происходит с вами на самом деле. Чтобы вы прекратили отрицать явное и наконец-то во всем признались. И выгнали Перкинса из группы, если вы собирайтесь продолжать выступать.

— Мы честны перед своими фанатами и ничего не скрываем, — спокойно говорит Терренс.

— Нет, МакКлайф, вы как раз врете, спасая задницу Перкинса от позора. Правда я до сих пор удивляюсь почему. Этот мудак так подставил вас и всех, с кем вы работайте, а вы еще и защищайте его. Умно, звездочки, умно.

— Ну раз ты так хорошо знаешь всю эту историю, тогда сам расскажи, что произошло на самом деле, — спокойно говорит Даниэль. — Раз уж эти трое все отрицают.

— А что рассказывать? — округляет глаза Блейк. — То, что вы с Роузом собачились как кошка с собакой? Что он страдал от унижений крутого парня, который неоднократно угрожал убить его, избивал и явно жутко завидовал, что фанаты так сильно любят Роуза? Или рассказать о том, что ты не умеешь петь и с трудом делаешь это вживую? То, что вы оба притворяйтесь на публике, что у вас отличные отношения и даже пытайтесь шутить друг над другом и смеяться? Или же то, что ты мечтал выйти сухим из воды, узнав о попытке Роуза сдохнуть? Не хотел, чтобы все обвинили тебя в доведении блондина до самоубийства!

— Закрой свой грязный рот, сопляк! — грубо требует Терренс, сжав руки в кулаки.

— И надеясь избежать позора, ты начал делать вид, что глубоко шокирован тем, что сделал Роуз. — Блейк с тихой ухмылкой мотает головой. — Ты отправился вместе с МакКлайфом-старшим в больницу, куда привезли блондина. И мне известно, что присоски МакКлайфа с вами тогда не было… Не очень-то спешил поддерживать своих друзей.

— Меня с ними не было, потому что я узнал об этом уже после того, как они сходили в больницу, — грубо отвечает Эдвард.

— Это ты Перкинсу как-нибудь расскажешь. Меня это не волнует, да и речь сейчас не о тебе.

— Говоришь, что я поехал в больницу, в которую привезли этого парня? — слегка хмурится Даниэль.

— Типа того, — со скрещенными на груди руками кивает Блейк. — И должен признаться, что ты – неплохой притворщик. Ты так правдоподобно изобразил испуг и тревогу! Браво, чувак, я снимаю перед тобой шляпу! Актеришка из тебя вышел бы неплохой ! Может, даже смог бы затмить самого Терренса МакКлайфа.

— И я был в больнице вместе с ним ? — Даниэль указывает рукой на Терренса.

— Ага, — Блейк тихонько усмехается. — Вот как сильно ты хотел прикрыть свою задницу! Был готов усердно притворяться, лишь бы не стало известно, кто довел Роуза до такого состояния. Думал, что никто не узнает о твоем обмане! Но нет! Про известных людей знают все ! Как бы усердно ты ни отрицал все обвинения. Как бы усердно тебя ни защищали твои дружки и ваша команда менеджеров.

— Черт, значит, это правда …

— И кстати, твое отношение к Роузу не изменилось даже после попытки убить его. Не угомонился и продолжил оскорблять его за спиной! Все началось с самого начала, и блондин снова был вынужден терпеть все твои выходки.

— Заткнись, Коннор! — чуть повышает голос Питер, не скрывая своего раздражения. — Просто заткни свой рот, мелкий прыщавый паразит!

— Да, Перкинс, однажды кто-то из поклонников даже сделал скриншот фотографии, под которой ты ясно дал понять, что до сих пор ненавидишь Роуза. Правда потом вспомнил, что совершил ошибку. Что ты должен заставлять публику верить в дружеские отношения Пителя, удалил фотку и перезагрузил ее уже с другой подписью.

— Пителя?

— Вашу сладкую парочку часто так называют. Да и вообще я слышал о многих, так называемых, пейрингах.

— Пейрингах?

— Да, я слышал еще и про Тедвард, Перренс, Пидвард, Терриэль, Дандвард… Среди любовных парочек есть такие пейринги, как Текель, Эталия, Хетер, Аннаэль… Фанаты просто берут все ваши имена и соединяют их вместе. По-моему, у вашей четверки тоже было какое-то имя, но что-то забыл его.

— Ясно…

— Только вот никто не знает, что, по крайней мере, Питель – не такой уж и дружный пейринг. А после того, что народ узнал про тебя, они вообще решат, что Пителя не существует.

Питер, Эдвард и Терренс едва сдерживают себя, чтобы не напасть на Блейка прямо на глазах у людей, а Даниэль все больше начинает верить, что его друзья лгут ему. Правда им больше одержимо не разочарование в этих парнях, а желание отгородиться от них и отказаться от помощи, ибо ему жутко стыдно перед ними за то, что никогда не случалось.

— Слушай, прыщавый сопляк, тебе не кажется, что ты очень много говоришь и постоянно суешь свой слишком длинный нос в чужие дела? — грубо спрашивает Эдвард. — Отвали ты от нас! Хватит трепать нам нервы! Мы уже устали от тебя! Ус-та-ли!

— А что такого? — невинно улыбается Блейк. — Перкинс просил рассказать ему правду – я сделал это.

— Это не правда, а ложь! Самая настоящая ложь!

— Вы не сможете доказать это.

— Не суй свой нос в наши дела и лучше иди развлекайся со своими подружками! Трахни кого-нибудь! Делай что хочешь, только оставь нас в покое!

— А ты, МакКлайф, завидуешь ? — хитро улыбается Блейк. — Завидуешь, что я свободен и могу трахаться с любой понравившейся мне девчонкой. А вот тебе это будет запрещено, поскольку очень скоро ты не будешь холостым парнем. Как и твой братец.

— В отличие от тебя я спал только с теми, с кем встречался. А ты трахаешь всех подряд! Любую, кто скажет одно лишь « я хочу тебя »!

— Не завидуй, щеночек, ты сам захотел быть связан по рукам и ногам, женившись на девушке, которая так хотела выйти за кого-нибудь замуж… Все-таки годочки идут, а она до сих пор не замужем. Надоело испытывать давление и отвечать на вопрос о том, когда она сыграет свадьбу и родит мелкого.

— Я не обязан объяснять, почему решил жениться на ней.

— Пф, да пошел ты к черту со своими объяснениями.

— И да, я тебя предупреждаю, Коннор: если скажешь о ней хоть одно плохое слово, то тебе придется пожалеть об этом. Ты понял меня? Я не потерплю оскорблений в сторону моей невесты. И разорву тебя на части, если ты тронешь ее хоть пальцем.

— Успокойся, МакКлайф, — тихо ухмыляется Блейк. — Конечно, твоя блондиночка – очень даже сексапильная штучка с роскошной фигуркой. Но мне она не нужна.

— Вот и прекрасно!

— Хотя тебе определенно придется много нервничать, потому что такую красотку могут запросто украсть. Или она сама найдет кого-то лучше, чем какой-то жалкий безмозглый щеночек.