Это становится для Эдварда последней каплей. Окончательно потеряв над собой контроль, он заваливает Юджина и начинает безжалостно избивать его настолько сильно, насколько у него хватает сил. Он не жалеет ни костяшки пальцев, ни черные ботинки, которые он еще три месяца назад одолжил у Терренса так же, как и костюм. Некоторые присутствующие приходят в шок от того, как обычно сдержанный Эдвард дубасит Уэйнрайта так, что у него в уголках рта появляются небольшая струйка крови.

— О, господи, Эдвард потерял над собой контроль, — ужасается Хелен, прикрыв рот рукой.

— Да он сейчас изобьет его до смерти! — широко распахивает глаза Алисия.

— Слушайте, мужики, я что-то боюсь этого парня, — с тревогой признается Бенджамин. — Сейчас Эдвард покалечит этого ублюдка, и его опять привлекут к уголовной ответственности.

— Знаю, — уверенно говорит Терренс. — Да, этому ублюдку надо хорошенько врезать. Но никто не хочет, чтобы Эдвард снова оказался под следствием.

Терренс первый подлетает к Эдварду и пытается силой оттащить его от Юджина, которого парень успел сильно избить всего за несколько секунд. А видя, что ему не удается справиться со своим братом, одержимый злостью, к нему на помощь подоспевают Даниэль с Питером.

— Хватит, Эдвард, остановись! — громко требует Даниэль. — Ты его убьешь! Не ищи приключений на свой зад!

— Плевать! — грубо бросает Эдвард, с учащенным дыханием пытаясь любой ценой вырваться из хватки Даниэля и Питера, крепко удерживающие его под руки. — Пустите меня! Пустите, я сказал!

— Мы знаем, что он этого заслуживает, — тараторит Питер. — Но ты можешь оказаться за решеткой!

— Я же сказал, что мне ПО ХЕР! НИКТО НЕ СМЕЕТ ТАК ОБРАЩАТЬСЯ С МОЕЙ ДЕВУШКОЙ!

Только Эдварду удается вырваться из хватки Питера и Даниэля, как Терренс тут же оттаскивает его от Юджина, которого сейчас пытаются сдержать полицейские.

— Отпусти меня, Терренс! — требует Эдвард, пытаясь вырваться из хватки Терренса. — Я сейчас очень злой! Меня лучше не трогать!

— Не делай глупости, если не хочешь заработать себе проблем! — уверенно отвечает Терренс.

— Если не отпустишь, клянусь, я тебе врежу!

— Хватит вести себя как псих! Довольно!

— Я еще не закончил с этой больной сукой! КЛЯНУСЬ, Я УБЬЮ ЕГО! И МЕНЯ НИКТО НЕ ОСТАНОВИТ!

— Успокойся, Эдвард, УСПОКОЙСЯ! — переходит на крик Терренс, крепко схватив Эдварда за запястья. — ОСТАНОВИСЬ! НЕ ВЫНУЖДАЙ МЕНЯ ПРИВОДИТЬ ТЕБЯ В ЧУВСТВА С ПОМОЩЬЮ ПОЩЕЧИН!

— Отвали от меня!

— Сейчас же прекрати это, Эдвард! — уверенно требует Джейми, подходя к Эдварду, резко развернув его к себе и взяв за плечи. — Прекрати, я сказал!

— Я ПРЕКРАЩУ, КОГДА ЭТОТ МУДАК СДОХНЕТ!

— Все, хватит! Остановись! ОСТАНОВИСЬ, Я СКАЗАЛ! ПРИДИ В СЕБЯ!

— Серьезно, МакКлайф, не нарывайся на неприятности, — соглашается Кевин, подходя к Эдварду вместе с Бенджамином и Кристофером. — Этому подонку и так устроят сладкую жизнь в тюрьме. И это продлится не один год.

— Будет сидеть вместе с тем Брауном, твоим дядюшкой и всеми их дружками, — уверенно добавляет Кристофер.

— Все, полицейские его скрутили, — сообщает Энтони. — Сейчас-то этот ужас должен прекратиться.

Полицейским действительно удалось поймать Юджина и, заведя руки за спину, надеть на него наручники. Они поднимают его и собираются вывести его из зала заседания. Но стоит Уэйнрайту оказаться в паре метров от него, как тяжело дышащий Эдвард резко срывается с места и пытается снова напасть на него с кулаками. Однако Терренс молниеносно оттаскивает своего брата назад, сумев завести его руки за спину.

— ТЕБЕ КОНЕЦ, СУКА! — во весь голос вопит Эдвард и раздраженно рычит, пока его брат и отец не дают ему уйти. — АР-Р-Р! Я ТЕБЯ, БЛЯТЬ, ПО СТЕНКЕ РАЗМАЖУ!

— Все-все, Эдвард, успокойся! — восклицает Терренс. — Успокойся, я сказал!

— А НУ СЕЙЧАС ЖЕ ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! — Эдвард резко дергает руками. — ПУСТИТЕ, БЛЯТЬ! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ЭТОМУ УБЛЮДКУ УЙТИ ОТСЮДА ЖИВЫМ!

— Твою мать, сейчас же прекрати, это безобразие! — громко восклицает Джейми, взяв Эдварда под руку. — ПРИДИ В СЕБЯ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ПОКА ТЫ НЕ ВЫНУДИЛ НАС УСПОКАИВАТЬ ТЕБЯ ПОЩЕЧИНАМИ И ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ!

— Что, малыш, не дают тебе набить мне морду? — громко ухмыляется Юджин. — Какая жалость!

— Я ЕЩЕ ДОБЕРУСЬ ДО ТЕБЯ, МУДАК! — вскрикивает Эдвард.

— А я успел пощипать твою блондиночку за сиськи! Такие большие и упругие! М-м-м… Я чуть не кончил… А если я поласкаю их голенькими… Пососу ее твердые сосочки… Поласкаю ручками ее мягкий животик… Засуну пальчики в ее мокренькую дырочку… А потом в нее же засуну свой большой член… Чтобы она визжала как кошка во время течки!

— ДА ХОТЬ БЫ ТВОЙ ХЕР ОТСОХ! ВМЕСТЕ С ТВОИМ ГРЯЗНЫМ ЯЗЫКОМ!

— Быстрее отсохнет твоя маленькая свистулька! А блондиночка еще отсосет мне, когда я доберусь до нее. Я, блять, раздену эту сучку и раздвину ей ноги. ОНА ОТДАСТ МНЕ СВОЙ ДОЛЖОК!

Эдвард с раздраженным рыком и налитыми кровью глазами пытается наброситься на Юджина, но его крепко и решительно удерживает Терренс.

— Ха-ха! — ехидно смеется Юджин. — Ничего ты мне не сделаешь! Как не сделаешь тогда, когда Рочестер будет делать мне минет и лежать голая с моим членом в ее заднице!

— ЧТОБЫ ТЫ СДОХ, УБЛЮДОК! — во весь голос вопит Эдвард, тяжело дыша и с устроенной силой пытаясь вырваться из хватки Терренса, которому помогают и Даниэль с Питером, Бенджамином, Кристофером и Кевином. — БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!

— Мне по хер на твои проклятья!

— ТЕБЕ ЛУЧШЕ ИЗБЕГАТЬ МЕНЯ! ПОТОМУ ЧТО Я УБЬЮ ТЕБЯ СВОИМИ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ, МРАЗЬ! СЛЫШИШЬ!

— Ты все больше становишься похожим на своего больного братца. Смотри, а то и до папаши тебе будет недалеко. У вас в МакКлайфов все какие-то психи уродились. За исключением лишь одного – Майкла МакКлайфа.

— Я НЕ ШУЧУ, СУКА ТЫ ГРЕБАНАЯ! МНЕ РЕАЛЬНО ПЛЕВАТЬ, ЧТО СО МНОЙ БУДЕТ! МНЕ ЛИШЬ ВАЖНО ЗНАТЬ, ЧТО ОДИН БОЛЬНОЙ УБЛЮДОК ГОРИТ В АДСКОМ ПЛАМЕНИ! ТЫ, СУКА, НЕ ЗНАЕШЬ, НА ЧТО Я СПОСОБЕН, ЕСЛИ МЕНЯ РАЗОЗЛИТЬ!

— Черт, кто-нибудь вызовете скорую, — презренно ухмыляется Юджин. — Пусть врачи сделают укольчик этому психу и отвезут его в больницу. Хотя нет, пусть всех из семейки МакКлайф отвезут туда. ЧТОБЫ ОНИ ДОЖИВАЛИ ТАМ СВОИ ПОСЛЕДНИЕ ДЕНЕЧКИ!

— Проваливай отсюда, мразь! — громко требует Энтони. — А за такие словечки о моей дочери я и сам тебе хорошенько всыплю! С удовольствием помогу Эдварду расквитаться с тобой, если ты будешь и дальше так говорить и посмеешь тронуть ее хоть пальцем.

— В тюрьму! — начинает скандировать Кевин. — В тюрьму! В тюрьму!

Остальные мужчины подхватывают мотив и тоже начинают очень громко скандировать что-то подобное, пока Юджин молча закатывает глаза и качает головой. Но в какой-то момент он осматривается вокруг и на пару секунд задерживает взгляд на одном из сотрудников полиции, которые пытаются вывести его отсюда. А точнее, на пистолет, что прикреплен на пистолетный ремешок к поясу. Пользуясь моментом, преступник сначала хватает оружие, а затем наносит ему крепкий удар в челюсть. И бьет по лицу или в живот его коллег, когда те пытаются принять какие-то меры. Пока сотрудники полиции падают на пол и скручиваются от сильной боли, Уэйнрайт три раза выстреливает в потолок под громкие визги девушек и женщин, резко побледневшие от ужаса и начавшие собираться в небольшие кучки.

— Вы так просто от меня не отделайтесь, твари! — ехидно улыбается Юджин, направляя пистолет на всех присутствующих в зале. — Всех уничтожу!

— Сейчас же выведете его отсюда! — приказывает Виктор. — Отберите у него пушку!

— Твою мать, это плохо кончится… — задумчиво предполагает Бенджамин.

— Господи Иисусе… — с ужасом во взгляде произносит Дезмонд.

Юджин громко и истерически смеется, когда он начинает без разбору стрелять во всех, кого видит перед собой, поселяя в них леденящий душу страх. Каждый как может уворачивается от пулей, что летят в разные стороны, а немного пришедшие в себя сотрудники полиции безуспешно пытаются его обезоружить.

— Гнида поганая! — возмущается Терренс, опустившись на корточки и спрятавшись за стулом. — Весь избитый, а все равно еще ползает.

— Вот чего мы и боялись! — тараторит Даниэль, защитив себя с помощью стула, пока он отбегает в сторону. — Того, что кто-то достанет пушку и начнет по всем пулять.

— Куда пошел, бестолочь? — громко ужасается Питер, когда видит, когда Эдвард решительно направляется к Юджину. — Он сейчас же пульнет в тебя! Опомниться и не успеешь!

— Господи, помилуй нас… — со слезами на глазах взмаливается Ребекка, пока она крепко обнимает Алисию, с которой как мышка стоит в сторонке.

— Этот псих еще опаснее Майкла! — восклицает Летиция как раз в тот момент, когда они с Энтони едва успевают отбежать в сторону.

— Мало ему Эдварду морду начистил, — хмуро бросает Энтони. — Надо было еще навалять!

— Иисусе, что этот мальчишка делает? — с широко распахнутыми глазами ужасается Алисия, наблюдая за тем, как Эдвард ожесточенно борется с Юджином в рукопашной с целью отобрать у него пистолет.

— Эдвард, отойди от него! — приказывает Джейми.

— Ох, чую, беда грянет… — выражает тревогу Фредерик. — Грянет беда…

— Он еще и по женщинам пуляет! — приходит в ярость Кристофер, вместе со всеми бегая из одной стороны в другую.

— Кто-нибудь, остановите эту тварь! — восклицает Кевин. — Пока кто-то не пострадал!

— Осужденный Уэйнрайт, немедленно положите оружие на пол! — приказывает один из полицейских, направив пистолет на Юджина.

— Сейчас же усмирите осужденного! — приказывает Дезмонд, пока судебный пристав берет его под руку и советует побыстрее уйти отсюда.

— Я отомщу вам всем! — во весь голос заявляет Юджин, продолжая стрелять в каждого, на ком останавливается его бешеный взгляд. — Сделаю то, о чем так мечтал мой дорогой Майкл МакКлайф.

Юджин хитро улыбается, когда его взгляд останавливается на бледных, до смерти перепуганных Анне, Хелен и Ракель, что крепко прижимаются друг к другу. Он почти стреляет в них, но попадает в потолок, поскольку Эдвард резко задирает его руку с оружием к верху. Вскрикнувшие девушки резко опускаются на корточки, инстинктивно прикрыв голову руками, пока Даниэль, Питер и Терренс резко вздрагивают от ужаса.

— Сука! — вскрикивает Питер. — Этот мудак чуть не ранил их!

— Очередь дойдет до всех, не переживайте, — уверенно говорит Юджин. — До каждого.

Теперь Юджин начинает обстрел уже по Питеру, Терренсу и Даниэлю, пулей отбегающие в сторону и добирающиеся до тяжело дышащих Хелен, Ракель и Анны, которых они крепко обнимают и всеми способами защищают от пулевого ранения в момент обстрела. Правда, он длится недолго, поскольку в какой-то момент Эдвард наносит ему крепкий удар ногой в поясницу. Преступник камнем падает на пол, роняет свое оружие и сцепляется в рукопашной схватке со своим злейшим врагом, что одержим таким сильным гневом, что ему очень сложно ему противостоять ему.

— Не надоело еще махать крылышками, малыш? — презренно усмехается Юджин.

— Пока ты смеешь вредить моим близким, я не успокоюсь, — грубо заявляет Эдвард и кулаком бьет Юджина в челюсть. — НЕ УСПОКОЮСЬ!

— А я не успокоюсь, пока НЕ ПРИКОНЧУ ТЕБЯ! — Юджин, лежа на полу, отталкивает от себя возвысившегося над ним Эдварда ударом в живот. — ПОКА ТЫ НЕ НАЧНЕШЬ ГНИТЬ В ЗЕМЛЕ!

Юджин резко поднимается на ноги, сбивает с ног полицейского, который пытается его поймать, мощнейшим ударом по лицу, выхватывает у него пистолет и резко направляет его на тяжело дышащего, все еще сидящего на полу Эдварда.

— Нельсон с большим удовольствием расскажет Майклу о том, как я покончил с одним жалким облезлым котенком, у которого все-таки закончились жизни. ОН БУДЕТ ДО БЕЗУМИЯ РАД! РАД, ЧТО ОДНА ГНИДА ВСЕ-ТАКИ СДОХЛА!

Эдварду едва удается перекатиться в другую сторону, когда Юджин с ехидной улыбкой делает выстрел. А когда он встает, то вынужден опускаться на корточки, кататься по полу и прятаться за стульями, поскольку Уэйнрайт проводит по нему еще более жесткий обстрел. Пока все прячутся в сторонке и буквально не дышат, широко распахнутыми глазами наблюдая за тем, как МакКлайф-младший снова и снова оказывается на волосок от пулевого ранения.

— Нет, хватит! — со слезами на глазах вскрикивает Наталия, пока ее крепко обнимает Бенджамин и успокаивает Блер. — Пожалуйста…

— Беги, Эдвард, беги! — восклицает Ракель.

— Берегись! — вскрикивает Анна.

— Сюда, беги сюда! — делает подзывающий жест Хелен.

Эдвард еще некоторое время убегает от буквально озверевшего Юджина до того как обо что-то спотыкается и падает на пол. В этот момент к нему подбегает Терренс, который берет его под руки, помогает подняться и тотчас уводит в сторону.

— Ты как, парень? — интересуется Даниэль.

— Нормально, — задыхаясь, уверенно кивает Эдвард.

— Не расслабляйтесь, ребята, — предупреждает Питер. — Мы здесь, походу, надолго.

Юджин снова начинает безжалостно стрелять по всем подряд, заставляя всех разбежаться врассыпную. Мужчины как могут прячут женщин и мгновенно реагируют при каждой опасности, пока те горько плачут, дрожат и вскрикивают от ужаса, что они сейчас испытывают.

— Все хорошо, милая, ничего не бойся, — тихим, низким голосом успокаивает Терренс, прижимая к себе Ракель и гладя ее по голове, пока та тихонько шмыгает носом и с трудом сдерживает слезы. — Он ничего тебе не сделает.

— Не плачь, принцесса, я рядом, — мягко говорит Даниэль, кончиками пальцев проводя по коже головы тихонько плачущей Анны, сжавшей руки в кулаки и приложившей их к его груди, и обнимая ее как можно крепче. — Обещаю, я не дам тебя в обиду.

— Я здесь, мой сахарок, с тобой ничего не случится, — тихим, успокаивающим голосом дает понять Питер, гладя Хелен по голове и водя свободной рукой по ее спине, пока ту сильно колотит от огромного напряжения. — Все хорошо…

— Да-а-а-а-а, детка! — с наслаждением восклицает Юджин, пуляя по убегающим Кристоферу, Бенджамину и Кевину. — Вот это я понимаю – кайф! ДА-А-А-А-А-А-А-А!

— Господи, да сделайте вы уже что-нибудь с этим психом! — громко требует Джейми.

— Ему же хуже будет, если он не успокоится, — уверенно говорит Фредерик.

— Да таких опасных преступников вообще надо держать подальше от людей! — решительно заявляет Алисия. — И приставлять к нему больше, чем двух полицейских.

Все это время сотрудники полиции гоняются за Юджином и предпринимают безуспешные попытки выстрелить в него, но тому удивительным образом удается отвертеться от пуль. Никакие слова и приказы не действуют на преступника, вошедший в раж и решительно настроенный разобраться если не со всеми, так хотя бы со всеми парнями, которые так рьяно защищают молодых, дрожащих от неподдельного ужаса девушек от худшего.

— Сначала я расквитаюсь с молодежью, — ехидно улыбается Юджин и делает выстрел в Даниэля, которого Питер едва успевает оттащить в сторону. — Чтобы не мозолили глаза и не стояли у меня на пути.

— Лучше сдавайся и иди лечиться в психушку, ублюдок! — грубо рявкает Терренс.

— Только после вас, королевский пингвин. — Юджин стреляет уже в Терренса, но того спасает Эдвард, схватив за руку и отбежав с ним в сторону. — Блять, да что же вы все живучие твари? ПОДЫХАЙТЕ УЖЕ!

— Осужденный Уэйнрайт, немедленно положите оружие на пол и поднимите руки, — приказывает один из полицейских, направив пистолет на Юджина.

— О нет, я еще не закончил. Мое веселье только начинается. Я люблю не только трахать сексапильных голеньких девочек, но еще убивать тех, кто для меня словно кость в горле.

Юджин окидывает взгляд всех, кто сейчас собрался в одну кучу, стараясь держаться как можно ближе друг к другу и широко распахнутыми глазами неотрывно на него словно заложники опасных преступников. После чего он обращает внимание на тихо плачущую, вжавшую голову в плечи и крепко обнявшую себя руками Наталию и хитро улыбается.

— Ну что, дрянь белобрысая… — низким голосом произносит Юджин, уверенно надвигаясь на тяжело дышащую Наталию. — Вот у меня и появился шанс отомстить тебе за все. За свой длинный язык и отказ как следует мне отсосать.

— Нет, пожалуйста, не надо… — дрожащим голосом взмаливается Наталия, начав медленно отходить назад. — Не убивайте меня…

— Не смей ее трогать, мразь… — сквозь зубы цедит Эдвард, крепко сжимая руки в кулаки. — НЕ СМЕЙ!

— Не бойся, смерть будет мгновенной, — обещает Юджин. — Получишь пулю в сердце или голову – сдохнешь мгновенно. Скорая тебе будет уже не нужна. Только если для того, чтобы отвезти твое прекрасное тело в морг.

— Я СКАЗАЛ, ОТОЙДИ ОТ НЕЕ!

Стоит Эдварду сорваться с места с желанием подбежать к Наталии, как Юджин тут же направляет на него пистолет.

— А НУ НЕ РЫПАЙСЯ, МРАЗЬ! — рявкает Юджин.

— Мне по хер на твои угрозы! — грубо заявляет Эдвард. — Если с ней что-то случится, Я ТЕБЯ, СУКА, РАЗОРВУ НА ЧАСТИ!

Эдвард лишь успевает нанести Юджину удар в челюсть до того, как тот грубо сбивает его с ног ударом ногой в солнечное сплетение, лишив парня возможности нормально дышать. Пользуясь моментом, преступник тут же подбегает к Наталии и вынужден начать преследовать ее, поскольку она с оглушительными визгами начинает убегать от него. Девушка прячется где только можно, пока обидчик с особым рвением стреляет по ней. Стоящие в сторонке Анна, Ракель и Хелен не сдерживают слез и отчаянно молятся о том, чтобы с их подругой все было хорошо. Пока Джейми и Виктор помогают Эдварду немного прийти в себя и подняться на ноги, параллельно справляясь о его самочувствии.

Сотрудники полиции не оставляют попыток поймать злостного преступника и как могут защищают всех, кто на данный момент остается на своих местах и чувствуют, как часто бьются их сердца, и как сильно сводит каждый мускул. Правда они ничего не могут сделать против Юджина, которому в какой-то момент удается нагнать Наталию. Он грубо хватает ее за волосы и под истошный визг блондинки залупляет ей крепкую пощечину. После чего Уэйнрайт отталкивает девушку от себя и, крепко схватив пистолет обеими руками, целится в нее. Пока она жалостливо смотрит на него мокрыми от слез глазами и очень часто дышит, будучи буквально парализованной от сковывающего ее словно трескучий мороз ужаса.

— Попрощайся с этими людишками, сучка, — низким, грубым голосом говорит Юджин. — Ты умрешь ПЕРВОЙ!

– НЕ-Е-Е-ЕТ! — во весь голос вскрикивает Эдвард, почувствовав резкую боль в сердце, видя, как Юджин собирается нажать на курок.

Эдварду нужно меньше секунды, чтобы со скоростью света рвануть к закрывшей лицо Наталии и крепко обнять ее, своей спиной залоснив от опасного преступника. Который в этот момент все равно делает выстрел. Пуля с оглушительным грохотом резко вылетает из дула и устремляется прямо к мужчине, который лишь успевает бросить на Уэйнрайта короткий взгляд. После чего она попадает в бицепс и вонзается глубоко в кожу, заставляя парня поморщиться и резко схватиться за него.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — с широко распахнутыми глазами душераздирающе надрывает голосовые связки Наталия. — Эдвард!

Сильно поморщившись от жгучей боли, что в какой-то момент пронзает все его тело, Эдвард сгибается пополам с чувством, что он не чувствует раненую руку, пока девушки и женщины громко вскрикивают, а мужчины широко распахивают глаза и буквально застывают от ужаса.

— Эдвард! — во весь голос вскрикивает Терренс, резко побледнев с чувством, что ему не хватает воздуха.

— Эдвард, сыночек… — начинает заливаться слезами Ребекка, почувствовав неприятную боль в сердце.

— Сынок! — вздрагивает Джейми, вовремя подхватив Ребекку под руки, когда ее ноги подгибаются от слабости.

— Эдвард! — приходят в ужас Даниэль и Питер, прикрыв рот обеими руками, а затем то же самое выкрикивают и Анна, Ракель и Хелен.

— Господи Иисусе… — широко распахивает глаза Фредерик. — Эдвард!

В этот момент Эдвард с чувством сильной слабости резко опускается на колени, крепко держась за рану, что начинает сильно кровоточить, пока задыхающаяся от волнения Наталия придерживает его и опускается на пол вместе с ним.

— Эдвард! — взволнованно тараторит Наталия и начинает приобнимать Эдварда за плечи, когда он принимает лежачее положение. — Эдвард, любимый…

Наталия прижимает Эдварда поближе к себе и нежно гладит его по щеке.

— Господи-господи… — Наталия целует Эдварда в щеку. — Хороший мой… Родненький…

Эдвард ничего не говорит и только лишь еще сильнее морщится от боли, немного тяжело дыша и пачкая ладонь в крови. И пока Юджин с гордо поднятой головой ехидно смеется, не обращая внимания на окруживших его полицейских с оружием в руках и требующих поднять руки вверх, к раненому парню начинают сбегаться все присутствующие.

— Эдвард, брат… — задыхаясь, произносит Терренс после того, как первым подлетает к Эдварду, опускается перед ним на колени и на секунду прикладывает ладонь к щеке брата. — Убери руку, я осмотрю рану.

— Боже мой, Эдвард! — взволнованно восклицает Ракель, последовав за Терренсом и погладив Эдварда по голове.

— Эдвард! — наперебой вскрикивают Даниэль и Питер, также опустившиеся на пол рядом с друзьями.

— Твою мать… — ужасается Даниэль.

— Эта тварь попала ему в руку! — сообщает Питер и расстегивает несколько пуговиц на рубашке Эдварда, дабы он мог свободно дышать.

— Господи, Эдвард… — с ужасом в широко распахнутых глазах сокрушается Летиция.

— Вызывайте скорую! — громко требует Терренс, перепачкав руки в крови. — Он ранен!

— Быстрее, врача! — приказывает Виктор.

— Шевелитесь, звоните в 911! — обращается к судебному приставу и членам жюри Герберт. — А иначе парень умрет!

— Эдвард, сыночек… — дрожащим голосом произносит Ребекка, со слезами на глазах гладя Эдварда по руке. — Хороший мой…

— Все в порядке… — с учащенным дыханием пытается всех успокоить Эдвард и немного напрягает все мышцы, когда слегка шевелит травмированной рукой. — Ничего страшного…

— Держись, милый, держись, я тебя умоляю! — отчаянно взмаливается Наталия, приложив ладонь к щеке Эдварда. — Пожалуйста, Эдвард, держись!

— Все хорошо, Эдвард, скорая уже в пути, — мягко говорит Энтони. — Только держись.

— Господи, сынок, как ты же так? — качает головой Джейми, держа Эдварда за дрожащую руку. — Господи…

— Этот псих все-таки ранил тебя… — ужасается Алисия.

— Так было нужно… — тихо, немного вяло отвечает Эдвард. — А иначе бы он убил Наталию…

— Все будет хорошо, Эдвард, — мягко говорит Анна, приложив ладонь к щеке Эдварда.

— Ты сильный, ты справишься, — добавляет Хелен, похлопав Эдварда по руке.

— Надо остановить кровь! — восклицает Кристофер. — Или как-то сдержать ее! Пока он потерял еще больше и не вырубился.

— Да, давайте сделаем жгут, — соглашается Кевин. — Это поможет ему продержаться до приезда скорой.

— Используйте ремень или галстук! — советует Блер. — И подложите что-нибудь ему под голову!

И пока одни пытаются хоть немного сдержать поток крови, что вытекает из раны Эдварда на руке, а другие умоляют его держаться, смех Юджина становится еще более истерическим. Но зато он перестает сопротивляться сотрудникам полиции, которые отбирают у него оружие, заводят руки за спину и надевают наручники.

— Недолго щенок брыкался! — злорадствует Юджин. — Недолго махал своими крылышками!

— Тебе это с рук не сойдет, тварь! — грубо бросает Даниэль. — Ты ответишь за то, что сделал с Эдвардом!

— Ты еще хуже, чем этот старый ублюдок Майкл! — восклицает Бенджамин.

— Ох, как же мне смешно наблюдать за тем, как все сюсюкаются с этим недоразвитым, — презренно усмехается Юджин. — С недоразвитым сопляком, которого надо убить еще в утробе.

— Слышь, мудак, хавало свое грязное прикрой! — низким голосом рявкает Питер. — Пока мы не выстрели тебе по яйцам!

— Надеюсь, МакКлайф не дотянет до приезда скорой и вот-вот откинет копыта. Сдохнет героем, пожертвовавшим собой ради сексапильной блондиночки. Которая очень скоро будет стоять передо мной голой на коленях и долго мне отсасывать.

Чувствуя, как каждая мышца напрягается от злости, и начав тяжело дышать, пришедший в бешенство Терренс пытается резко встать и наброситься на Юджина с кулаками. Однако его сразу же останавливает Ракель, крепко взявшая его за плечи и потянувшая на себя.

— Не надо, Терренс, не трогай его! — тараторит Ракель. — Не хватало, чтобы он и тебя ранил или покалечил!

— ЕСЛИ МОЙ БРАТ УМРЕТ, Я С ТЕБЯ ШКУРУ СПУЩУ, СУКА! — взрывается Терренс, пока его ноздри раздуваются, а лицо краснеет от злости.

— Буду молиться о том, чтобы эта крыса оказалась не такой живучей, — ехидно смеется Юджин, пока полицейские насильно уводят его все дальше и дальше.

— Вали отсюда, пока я сам тебе морду не начистил! — рявкает Джейми. — Не жди пощады, если с моим сыном что-то случится. МЕНЯ, ТВОЮ МАТЬ, ЛУЧШЕ НЕ ЗЛИТЬ!

— Это не последняя наша встреча, господа. Пусть даже она состоится и лет через двадцать, я все равно достану вас. Хоть из земли выкопаю! И закопаю обратно, когда разберусь с вами! Не думайте, что вы от меня избавились.

— Чтоб ты сдох в тюремной камере… — с учащенным дыханием тихо бормочет Эдвард, выглядя мертвецки бледным и испытывая сильную слабость. — Гнида… Я проклинаю тебя…

— Тише-тише, не разговаривай, — шепчет Наталия, погладив Эдварда по голове, что лежит у нее на коленях. — Не трать силы.

— Не расслабляйтесь, красавицы. — предупреждает Юджин и с похабной улыбкой окидывает взглядом плачущих и дрожащих Ракель, Анну и Хелен, которые придерживают Эдварда либо за плечо, либо за руку. — Я и до вас однажды доберусь. Рано или поздно. Вы все мне отсосете! Я вставлю свой член в каждую из вас!

— Вали отсюда, пока живой, жалкое отродье! — взрывается Даниэль.

— А иначе тебя вынесут отсюда вперед ногами! — угрожает Питер.

— И ты не расслабляйся, блондиночка! — добавляет Юджин и с тихим стоном облизывает губы, глядя на заливающуюся слезами Наталию, которая прижимает голову Эдварда к груди, пока ее крепко обнимают Летиция с Энтони. — Как только щенок сдохнет, мне ничто не помешает хорошенько оттрахать тебя. Ты от меня просто так не отделаешься, сучка.

— ВАЛИ ОТСЮДА, УБЛЮДОК! — приходит в бешенство Энтони. — НЕ СМЕЙ ДАЖЕ СМОТРЕТЬ В СТОРОНУ МОЕЙ ДОЧЕРИ! А ИНАЧЕ ТЫ – ТРУП!

— Готовьте денежки на похороны, родители, — злорадно смеется Юджин, посмотрев на крепко обнимающихся Ребекку с Джейми и Летицию с Энтони. — Ваши деточки первыми займут забронированные для них места на кладбище. Я не успокоюсь, пока они оба не сдохнут.

Терренс пулей поднимается на ноги, подлетает к Юджину и под женские визги со всей силы, что у него есть, бьет его кулаком в челюсть. А поскольку ему мало одного удара, то он в припадке ярости наносит еще несколько до того, как Питер и Даниэль оказываются рядом и силой оттаскивают своего разбушевавшегося друга от преступника, который не может ничего сделать из-за скованных наручниками рук.

— Успокойся, Терренс, успокойся! — решительно требует Даниэль. — Успокойся, говорю!

— Не делай себе хуже, Терренс! — восклицает Питер.

— Хуже будет этому мудаку, которого я ужасно хочу побить, — с налитыми кровью глазами низким, грубым голосом бросает Терренс. — Посильнее, чем это сделал Эдвард.

— Ничего, у тебя будет шанс поквитаться со мной в другой раз, — уверенно заявляет Юджин. — Когда я появлюсь в вашей жизни, чтобы отомстить. И закопать в землю твоего жалкого братца и его шлюху.

— ПРОВАЛИВАЙ ОТСЮДА! — во весь голос вскрикивает Терренс, безуспешно пытаясь вырваться из хватки Даниэля и Питера. — И НЕ СМЕЙ СТОЯТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ И ПУТИ МОЕГО БРАТА, ЕГО ДЕВУШКИ, МОЕЙ СЕМЬИ И МОИХ ДРУЗЕЙ!

— Сдохни, щенок, сдохни! — Юджин плюет в сторону Эдварда, что практически без сил лежит на полу в окружении друзей и родственников с чувством шума в ушах и пеленой перед глазами и выглядит болезненно бледным, пока из раны на его руке стремительно вытекает кровь. — Сделай хоть что-то хорошее в своей жизни. Осчастливь своего дядюшку и исправь глупейшую ошибку своих мамаши с папашей.

Спустя несколько секунд сотрудники полиции все-таки выводят истерически смеющегося Юджина из зала заседания, пока Терренс все еще порывается хорошенько его побить.

— Все-все, братан, остынь, — спокойно говорит Питер, похлопав Терренса по плечу. — Он ушел.

— Вот гнида-то… — часто дыша, хмуро бросает Терренс. — Еще хуже дяди… Тот-то мудак, а этот так еще хуже.

— Не беспокойся, с ним разберутся полицейские, — отвечает Даниэль. — Ты же должен думать только об Эдварде. О том, чтобы он выжил.

— Не беспокойтесь, господа, скорая уже в пути, — сообщает Герберт, подойдя к Терренсу и положив руку на его плечо. — А ваши друзья сделали жгут, чтобы остановить кровь. Это поможет ему продержаться.

— Пошли, Терренс, — мягко говорит Виктор. — Ты сейчас нужен брату и родителям.

Приобняв Терренса за плечи, Виктор вместе с ним подходит к Эдварду, который всеми силами старается не подавать виду, что ему очень плохо, и даже улыбается родителям и возлюбленной, когда они что-то ему говорят или гладят по руке или щеке.

— Держись, Эдвард, я тебя прошу, — с жалостью во взгляде умоляет Терренс, опустившись на колени перед Эдвардом. — Ты нам нужен. Не слушай тех ублюдков, которые говорят обратное.

— Все нормально, я справлюсь, — тихо уверяет Эдвард и сильно морщится от боли во всем теле, когда немного шевелится. — Бывало и хуже… Когда меня пырнули ножом, было гораздо больнее…

— Господи, за что мне все это? — недоумевает Наталия и начинает рыдать еще пуще прежнего, пока к ней тут же подползают Ракель, Анна и Хелен, чтобы крепко обнять ее. — За что?

— Тише-тише, подружка, все будет хорошо, — успокаивает Анна, погладив Наталию по плечу. — Скорая вот-вот приедет.

— Эдвард обязательно справится, — уверенно говорит Хелен и немного поправляет волосы Наталии. — Он пожертвовал собой ради тебя.

— Наталия… — мягко произносит Ракель, еще крепче обнимает Наталию и гладит ее по голове. — Не плачь, милая, не плачь… Мы рядом…

Наталия ничего не говорит и еще пару секунд проводит в объятиях своих подруг до того, как она переводит слезный взгляд на Эдварда, которого в этот момент Терренс крепко держит за дрожащую руку, с ужасом в широко распахнутых глазах наблюдая за тем, как его брат сейчас мучается от боли.

— Эдвард, родной мой, умоляю, не бросай меня, — отчаянно умоляет Наталия, погладив Эдварда по щеке. — Я не смогу без тебя жить. Ты мне нужен.

— Я знаю, любимая, — через силу улыбается Эдвард. — И я сделал это ради тебя. Чтобы спасти тебя.

— Умоляю, сынок, держись, — издает душераздирающий всхлип Ребекка. — Скорая скоро приедет.

— Не плачь, мама… — Эдвард тихо шмыгает носом, полусухими глазами смотря на Ребекку. — Прошу тебя… Ты причиняешь мне боль… И ты, Наталия… И вы, девчонки…

— Ты у нас с мамой сильный, — дрожащим голосом говорит Джейми, погладив Эдварда по голове. — Со всем справишься.

— Тебе очень больно, дорогой? — спрашивает Летиция.

— Нет… — врет Эдвард и снова сильно морщится. — Мне не больно… Все хорошо.

— Не надо храбриться, Эдвард, — говорит Терренс. — Ты весь зеленый лежишь от боли.

— Как будто ты бы катался по полу и стонал: «Я умираю!»

— Ладно, приятель, хватит разговаривать, — уверенно говорит Даниэль. — И так выглядишь так, будто вот-вот отключишься.

— Да у меня и так уже голова кружится… И звон в ушах… И вижу я вас всех уже плохо… И руку почти не чувствую…

— Все будет хорошо, друг, — ободряюще улыбается Питер и хлопает Эдварда по голове. — Ты у нас крепыш.

— Да, чувак, ты молодец! — восклицает Кристофер. — Кто бы что ни говорил, но ты реально смелый и решительный.

— Ага, с такой легкостью прикрыл Наталию собой, чтобы спасти ее, — добавляет Кевин.

— Да уж… — произносит Эдвард и через силу улыбается. — Наверное, это первый случай, когда я… Действительно был героем… А не притворялся им.

— Ты у нас молодчик! — восклицает Терренс и хлопает Эдварда по щеке. — Напугал, конечно, всех до смерти, но мы тобой гордимся.

— И в очередной раз убедились в том, что наша Наталия в надежных руках, — добавляет Энтони.

— Да, парень, хоть ты и не всегда вел себя достойно, сегодня мы увидели поистине смелого и решительного героя, — уверенно говорит Фредерик.

— Спасибо… — тихо благодарит Эдвард. — Я рад, что… Мои усилия стоили того…

— Ох, господи, милый, какой же ты бледный и холодный! — ужасается Ребекка, немного поправив волосы Эдварда. — И дрожишь весь…

— Господи, да когда же уже приедет скорая? — громко недоумевает Наталия. — Эдвард умирает!

— Не волнуйся, Наталия, врачи уже очень близко, — мягко успокаивает Герберт, наклонившись к Наталии и погладив ее по плечу.

— Возьми меня за руку… — шепотом просит Эдвард, слегка приподняв пальцы, пока его слегка затуманенный взгляд уставлен на Наталию. — П-пожалуйста…

Наталия крепко берет Эдварда за руку и со слезами на глазах нежно ее целует. Пока Ракель подползает поближе к едва сдерживающему слезы Терренсу и крепко прижимает его к себе, погладив по голове и сильно зажмурив глаза, поскольку и сама чувствует, что вот-вот расплачется. Взволнованные Джейми и Ребекка находят утешение в объятиях друг друга и своего старшего сына, Летиция и Энтони также держатся вместе, а Фредерик и Алисия берутся за руки и вместе молятся Богу о том, чтобы с Эдвардом все было хорошо. Тихо плачущие Анна и Хелен жмутся к Даниэлю и Питеру, ни на секунду не отходящие от братьев МакКлайф с мыслью, что нужны им обоим. Виктор, Герберт, Кристофер, Бенджамин, Блер и Кевин с сочувствием наблюдает за всеми, искренне надеясь, что ранение окажется не таким уж и серьезным.

Ну а сам Эдвард тихо постанывает и морщится от жгучей боли во всем теле, обессиленно лежа в луже ярко-красной крови, что успела вытечь из его раны до того, как друзья сделали жгут из подручных средств. Он не жалуется на свое ужасное самочувствие и просто молча пялится в белоснежный потолок, с каждой секундой видя все хуже и хуже, испытывая все большее чувство головокружения и онемение конечностей и уже плохо понимая, где находится и что происходит. Мужчина довольно долго борется со своим состоянием до того, как под полные ужаса крики всех его окруживших медленно закрывает глаза и проваливается в непроглядную темноту, где он не может ничего слышать и никого видеть.

***

— Оглашение решение суда по делу Уэйнрайта было для меня самым тяжелым, — задумчиво говорит Наталия. — Тогда там произошел настоящий ужас, который я никогда не забуду…

— Не для тебя одной, — мягко отвечает Эдвард.

— Слава богу, пуля вошла не глубоко, не задела никакие важные органы и не сломала кости. Можно сказать, он лишь слегка тебя задел, когда ты пытался защитить меня.

— Да, повезло… А шрам потихоньку заживает. От него скоро не останется и следа.

— Знаю… — Наталия нежно гладит бицепс Эдварда, в который попала пуля, и нежно целует его плечо. — Мой смелый и решительный герой.

— В тот момент я ни секунду не задумывался о том, было ли это правильно. Я знал, что поступаю правильно.

— Я тогда так испугалась за тебя… Места себе не находила, пока длилась операция. Все страшно переживали. Особенно твоя семья. Твой отец и твой брат не сдерживали слезы. Плакали вместе с девчонками.

— Я же говорил, что все будет хорошо. И этого ублюдка посадили, и мое ранение оказалось легким.

— Самое главное, что ты живой и здоровый.

— Самая главное, что ты жива и здорова. — Эдвард мило целует Наталию в висок. — Что этот мудак не ранил тебя.

— Знаешь, Эдвард… — Наталия переводит взгляд на Эдварда. — Когда я рассказала судье о том, что со мной сделал тот тип, мне стало как-то легче. У меня появилась надежда, что Юджин получит свое наказание. А уж когда суд дал ему тринадцать лет лишения свободы, я была готова едва не прыгать от радости.

— Я понимаю, милая, — мягко говорит Эдвард. — Мне и самому стало лучше, когда я дал показания в суде по всем делам. Вроде бы рассказать всю правду казалось легкой задачей, но на самом деле это оказалось невероятно трудно. Из-за тех воспоминаний, что овладевали мною.

— И хорошо, что свидетель попытки убийства твоего отца сразу же указал на Уэйнрайта и сказал, что это он помогал Майклу.

— Хоть на этот раз тот ублюдок признал свою вину. Заставил дядю прийти в бешенство от мысли, что его выдали, а отца – едва ли не наброситься на него.

— Вот поэтому и сдалась эта сволочь!

— А как долго отрицал все обвинения тот тип, который друга моего отца. Как долго он называл меня лжецом и пытался убедить всех, что убийцей был я…

— Да уж, даже тогда, когда ты и твой свидетель рассказали обо всем, что вы увидели, этот тип продолжил отрицать свою вину, — вздыхает Наталия и убирает с глаз некоторые пряди волос. — А Майкл только и был рад этому, так как мечтал очернить тебя в наших глазах и знать, что ты пойдешь за решетку.

— Но зато подтвердилось, что дядя Майкл действительно не имел никакого отношения к убийству и не приказывал убивать друга отца.

— Зато как яростно он поддерживал версию, что Николаса убил ты. — Наталия на пару секунд задумывается. — Буквально задыхался, крича, что тебя надо посадить, а на Эрика все клевещут.

— Но потом Браун признался, что убил Николаса по своему желанию. Личные причины, по его словам. Хоть он не назвал мотивов, я уверен, что там произошло что-то серьезное. Конечно, Эрик – та еще редкостная сволочь, но я не думаю, что он будет убивать без причины.

— В любом случае теперь это уже не важно. Самое главное – тот тип признал свою вину, а тебя оправдали.