Даниэль одновременно дает Терренсу и Питеру легкий подзатыльник, после которого те приглаживают растрепанные волосы. А через пару секунд парни переводят взгляд на Эдварда и Наталию и видят, что уже девушка берет ситуацию под контроль, закинув руки вокруг шеи мужчины и оставляя на его лице короткие поцелуи.

— Эй, алло, это парочка собирается заканчивать свои дела? — задается вопросом Питер. — Или они будут до вечера обжиматься? Я понимаю, что у них там шуры-муры, но мы же не успеем предложить малому сыграть с нами.

— Реально, надо как-то остановить их! — уверенно отвечает Даниэль. — Девчонки же сожрут нас, если мы не сыграем что-нибудь. А вы сами знайте, что недовольная или разозленная девчонка – это тихий ужас.

— Слушайте, парни, а у меня идея! — с хитрой улыбкой уверенно заявляет Терренс и переводит взгляд на Даниэля и Питера. — Если мы скажем остальным, что мы готовы сыграть прямо сейчас, эти двое точно обратят на нас внимание. И малой наконец-то отлипнет от своей златовласой красотки.

— Отличная мысль, чувак!

— Давай, говори! — восклицает Питер. — Прямо сейчас!

Терренс кивает с хитрой улыбкой, пару секунд колеблется и уверенно разворачивается ко всем, видя, что девушки сидят на диванчике в одной стороне и о чем-то говорят, а влюбленные Эдвард и Наталия – в другой.

— Эй, ребята! — громко восклицает Терренс. — Народ! Мы с парнями готовы сыграть для вас!

Как и предполагал Терренс, Эдвард и Наталия действительно отстраняются друг от друга, а девушки прекращают что-то бурно обсуждать. Все взгляды в миг уставляются на парней из «Against The System» , а хмурый вид Наталии и Эдварда говорит, что они недовольны тем, что им помешали.

— Эй, а ты не мог сказать об этом позже? — скрестив руки на груди, возмущается Эдвард. — У меня тут вообще-то дела были!

— Что, братец, не дали тебе пообжиматься с твоей красавицей? — по-доброму усмехается Терренс. — Хотел устроить жаркое представление, а тут такой облом.

— В следующий раз я также бесцеремонно вмешаюсь, когда ты опять где-нибудь зажмешь Ракель и будешь раздевать ее. Вот я посмотрю на твою рожу и поржу от души.

— Так, все, фу, парни, нельзя! — машет рукой Даниэль. — А то вы будете до вечера спорить и грозиться поубивать друг друга.

— Короче, ребятки, мы все обсудили и готовы порадовать вас своим выступлением! — восклицает Питер.

— Да неужели? — удивляются Наталия, Ракель, Анна и Хелен.

— А мы-то думали, вы до вечера будете трепаться как девчонки, — с тихой ухмылкой говорит Эдвард.

— Неужели мы наконец-то потанцуем под хорошую музыку и развлечемся? — радостно интересуется Наталия.

— Как говорится, танцуют все! — весело восклицает Даниэль. — Ну а мы готовы доставить вам эту радость.

— Так давайте же! — подбадривает Анна. — Или вы хотите, чтобы мы с девочками и Эдвардом со скуки померли?

— Спокойно, красавицы, — уверенно говорит Терренс. — И крысеныш мой несносный. Сейчас все будет.

— Только у нас есть предложение к Эдварду, — добавляет Питер. — И мы бы хотели спросить его кое о чем, прежде чем мы начнем играть.

— Ко мне ? — округляет глаза Эдвард.

— К тебе, романтик, к тебе.

— И… Что же у вас за предложение?

Терренс переводит взгляд на Даниэля и Питера, уверенно кивает и подходит чуть ближе к Эдварду.

— Эдвард, ты не хочешь сыграть со мной, Питером и Даниэлем? — предлагает Терренс. — Прямо сейчас.

— Э-э-э… — теряется Эдвард. — Что? Сыграть с вами? В вашей группе?

— Да. Помня, что ты вытворял во время выступления на улицах города, у нас нет сомнений в том, что ты привнесешь в нашу группу немного мощной энергетики и расшевелись ее. Мы определенно в этом нуждаемся.

Этот ответ заставляет Эдварда нервно рассмеяться, пока Наталия скромно улыбается, обрадовавшись, что МакКлайф-старший наконец-то предоставил ее возлюбленному такой прекрасный шанс показать себя.

— Ах, Терренс, ты опять за свое, — качает головой Эдвард. — Очень смешно…

— Думаешь, я шучу? — удивляется Терренс. — Отнюдь нет! Мы с Роузом и Перкинсом реально хотим, чтобы ты сыграл с нами.

— Ну ладно, брат, пошутили и хватит. Иди уже петь.

— Это не шутка!

— Слушайте, если вам нужен кто-то, кто развлекал бы толпу перед вашим выступлением, то так бы и сказали. Чего прикрываться желанием предложить мне сыграть с вами.

Даниэль и Питер подходят к Эдварду и Терренсу, пока Наталия отходит назад и бросает короткий взгляд на Ракель, Анну и Хелен, которые медленно встают с дивана.

— Твой брат не врет, Эдвард, — уверенно говорит Питер. — Мы правда хотим, чтобы ты сыграл с нами прямо сейчас.

— Будем здорово, если у нас будет еще один гитарист и вокалист, — добавляет Даниэль. — Гитару мы тебе дадим, а микрофон я сейчас найду. Здесь их как раз четыре.

Эдвард с недоверием окидывает Питера, Терренса и Даниэля взглядом, понимая, что они говорят совершенно серьезно и не выглядят так, будто хотят пошутить.

— Вы что, реально не шутите? — сильно хмурится Эдвард. — Неужели вы хотите, чтобы я сыграл с вами?

— Ох, Эдвард, либо ты реально дебил, либо притворяешься им, — устало стонет Терренс. — Разве не видно, что мы говорим на полном серьезе?

— Но… Почему? Почему вы хотите, чтобы я сыграл с вами?

— Эта идея появилась у меня очень давно. Но я вроде бы уже говорил, что из-за проблем с группой мне пришлось забыть об этом. Но я начал очень много думать над этим после того, как мы с Ракель и Наталией посмотрели то видео и прочитали комментарии под ним. А потом Даниэль показал нам с Питером другие твои выступления, и мы разговаривали о моем предложении. Против которого никто не возражал.

— Если вам нужен гитарист, то вы можете устроить кастинг и выбрать лучшего. Могу даже помочь вам в этом деле.

— Даже если бы нам и сказали найти еще одного гитариста и вокалиста, я не думаю, что мы смогли бы сработаться с человеком, которого вообще не знаем, — спокойно говорит Питер. — А для нас это принципиально. Мы хотим работать только с теми, кого знаем как облупленных.

— Тебя мы знаем довольно давно, — добавляет Даниэль. — Мы в курсе твоих предпочтений в музыке, которые полностью совпадают с нашими. Ты прекрасно знаешь наш стиль и здорово помогал в написании песен. Они получились реально классными и обязательно войдут в наш первый альбом. Если мы не напишем ничего лучше.

— Я и так согласен помогать вам писать песни, — пожимает плечами Эдвард. — Совершенно безвозмездно. Я не возьму с вас ни цента и сделаю это ради нашей с вами дружбы.

— Мы не сомневаемся, — говорит Терренс. — Но дело в том, что хоть мы и создали группу, долгое время меня преследовало чувство, что нам чего-то не хватает, и я пытался убедить в этом Питера и Даниэля. Они поняли меня лишь сейчас и согласны с тем, что нужно что-то менять, чтобы зазвучать еще круче. И мы считаем, что крутой соло-гитарист сможет это исправить. А ты идеально подходишь нам. После просмотра тех видео мы не сомневаемся, что если ты будешь уверенным в себе, то сможешь привнести в нашу группу ту же бешеную энергетику, которой заразил тех, кто слушал тебя.

— Мы не говорим, что нужно прямо сейчас становиться участником группы, — уточняет Питер. — Нет, мы просто хотим, чтобы ты всего лишь сыграл с нами. Хотим по-настоящему порадовать наших девчонок. А вряд ли мы сможем сделать это без тебя.

— Ох… — теряется Эдвард, пока его распахнутые, испуганные глаза бегают из стороны в сторону, а им овладевают сомнения и неуверенность в себе. — Я… Я не знаю, парни… Вы заставили меня растеряться… Это… Неожиданное предложение.

— Ты – талантливый парень, Эдвард, — уверенно говорит Терренс. — Если у человека есть талант, то его нельзя прятать. Ты должен заявить о себе всему миру. Точнее, о тебе уже говорят. Все восхищаются тобой. Многие даже мечтают, чтобы ты стал частью нашей группы. А уж народ-то требовательный. Не станет обращать внимание на всякое дерьмо.

— Мне кажется, это не очень хорошая идея. Я не смогу оправдать ваши надежды.

— Сможешь. Мы знаем, что ты не веришь в себя и свои силы. Но поверь, нам незачем тебе лгать. Тебе все говорят, что у тебя огромный талант к музыке: парни, девчонки, отец с матерью. Даже незнакомые люди признают это и поют тебе дифирамбы.

— Понятия не имею, из-за чего народ так возбудился. Ведь восхищаться-то нечем.

— Послушай, Эдвард, — уверенно берет слово Даниэль. — Давай мы сейчас сыграем для себя и посмотрим, как будет звучать группа с твоей игрой.

— Да ладно вам, ребята, — отнекивается Эдвард. — Не тяните время и играйте втроем. Вон девчонки уже заждались вас и скоро буквально убьют вас, если вы сейчас не начнете играть.

— Не надо отказываться, приятель! — с легкой улыбкой отвечает Питер. — Просто сыграй с нами, а мы посмотрим, что из этого получится! Сделай это ради удовольствия. Это выступление для нас самих и для наших девушек, а не для широкой публики. Способ забыть плохое и расслабиться. Нам надо, так сказать, провести перезагрузку мозга.

— А если я разочарую вас? Если оставлю о себе плохое впечатление?

— А слабо сказать себе, что ты порвешь всех и зажжешь так же, как и с той уличной группой? — с загадочной улыбкой интересуется Даниэль.

— Я и так говорил это себе много лет. А сейчас больше не хочу лгать и притворяться сильным, уверенным и решительным.

— Давай, Эдвард, соглашайся! — бодро просит Терренс. — Сделай это ради удовольствия, как и в случае с группой Джорджа. Если что-то пойдет не так, то никто ничего не скажет.

— Нет, Терренс, я не смогу.

— Сможешь . — Терренс бросает короткий взгляд на соло-гитару, снимает ремешок с плеча и протягивает инструмент Эдварду. — Возьми. Будешь играть на соло-гитаре.

— Что? Но ведь ты на ней играешь!

— На этот раз я сыграю на ритм-гитаре.

Эдвард еще несколько секунд думает, неуверенно смотря на парней и девушек, которые все подбадривают его легкой улыбкой. И затем он все-таки понимает, что стоит воспользоваться прекрасным шансом отвлечься и расслабиться, хотя по-прежнему сомневается в том, что сможет оправдать их ожидания. Мужчина дает об этом знать с помощью легкого кивка и неуверенно берет соло-гитару из рук Терренса, тихо сказав:

— Хорошо. Я согласен сыграть с вами.

— Отлично! — с легкой улыбкой хлопает в ладони Терренс. — Я так рад, что ты согласился!

— Мы с блондином того же мнения, — уверенно говорит Даниэль, переглянувшись с Питером, который кивает.

— Девчонки – особенно ты, Наталия, – ликуйте и визжите! — Терренс разворачивается лицом к Наталии, Ракель, Хелен и Анне. — Эдвард согласился сыграть с нами! Блестящее выступление гарантировано !

— Ура-ура, я так рада! — издает радостный визг Наталия. — Вы, ребятки, все-таки сделали это!

— Есть человек талантливый, то надо дать ему шанс проявить себя, — уверенно отвечает Питер, похлопав слегка склонившего голову Эдварда по плечу. — Ну и помочь ему преодолеть свою неуверенность.

— Давайте, парни, зажгите! — восклицает Ракель. — Удивите нас своими талантами.

— Ну что, братва, покажем все, на что мы способны, и устроим нашим девушкам незабываемое шоу? — с гордо поднятой головой и легкой улыбкой интересуется Терренс.

— Да! — с широкими улыбками бодро в один голос восклицают Питер и Даниэль.

Терренс, Даниэль и Питер сжимают руку в кулак и переводят взгляд на Эдварда, которому предлагают сделать то же самое. Он со скромной улыбкой на лице ударяет костяшками пальцев об костяшки парней. А затем блондин направляется к ударной установке, присаживается на табуретку и поправляет направленный на него микрофон, пока Терренс подходит к тому, что стоит в центре. Даниэль же находит черную, блестящую ритм-гитару, которую вручает Терренсу, а Эдвард получает от него медиатор. После чего Перкинс быстро устанавливает запасной микрофон, расположив все три стойки в одну линию, берет черно-желтую бас-гитару и встает напротив микрофона, находящийся по левую руку от Терренса. МакКлайф-младший медленно перекидывает ремешок соло-гитары через плечо и встает напротив микрофона по правую руку от своего брата. Пока Ракель, Наталия, Анна и Хелен удобно устраиваются на диване с мыслью, что их ждет что-то грандиозное.

— Ах, девочки, чувствую, что сейчас будет очень жарко, — с широкой улыбкой уверенно говорит Наталия. — И могу поспорить на что угодно, что после того, как парни сыграют одну песню, они точно сделают Эдварда четвертым участником группы и не захотят никуда отпускать его.

— Я тоже так думаю, — соглашается Ракель, поправляя свою прическу. — Тем более, что Терренс уже давно думает над этим. А уж после просмотра тех видеозаписей он еще больше загорелся этой идеей.

— Многие предлагают Эдварду создать свою группу, начать сольную карьеру или присоединиться к группе Терренса, — признается Анна, сложив руки перед собой.

— Интересно, а Эдвард читал эти комментарии? — задается вопросом Хелен.

— Читал, когда мы все четверо смотрели те видео, — отвечает Наталия, положив нога на ногу. — А насчет того, читал ли он эти комментарии, будучи в одиночестве – я не знаю. Хотя я не уверена, что он сидит и целыми днями читает все эти комментарии.

— Он бы сильно удивился, если бы увидел то видео раньше всех нас, — предполагает Ракель.

— Естественно! — восклицает Анна. — Любой был бы в шоке, увидев видео с самим себя, делающим что-то такое, если не знал, что его снимают, или был против.

— Кстати, а если наши парни сделают свою группу популярной, то мы тоже станем известными людьми, — с легкой улыбкой говорит Хелен. — Нас будут узнавать, просить сфотографироваться и рассказать о парнях…

— Вообще-то в какой-то степени мы и так довольно известны, — отмечает Анна. — Парни ведь не скрывают, с кем они встречаются, и часто публикуют в социальных сетях наши совместные фотографии и видео. Ну а уж если группа парней станет известной на весь мир, то о нас тоже узнают все.

— Ну может быть, не мирового уровня… — восклицает Наталия. — Но звездами будем точно.

Спустя несколько секунд парни наконец-то разбираются с инструментами и проверяют работоспособность микрофонов и убеждаются в том, что теперь к их выступлению все готово.

— Ну вот! — бодро восклицает Терренс. — Теперь-то мы точно готовы играть!

— Ну наконец-то! — громко восклицает Ракель. — Наши копуши созрели!

— А еще говорите, что мы долго собираемся, — хмуро добавляет Анна, скрестив руки на груди. — Мы уже могли бы выпить кофе или что-нибудь съесть, пока вы тут разбирайтесь со своими инструментами.

— А то и вообще съездить к себе домой и вернуться сюда, — добавляет Хелен. — Съездить ко мне. Я как раз живу недалеко отсюда. Мы бы поболтали с бабушкой, а она бы на девчонок посмотрела…

— Ага, может, к тому времени вы бы и настроились, — скромно хихикает Наталия.

Терренс, Даниэль, Эдвард и Питер не обращают внимания на подкол девушек, хотя на их лице проскальзывает легкая улыбка.

— Ладно, братва… — спокойно говорит Терренс, сжимая в руке гриф ритм-гитары. — Пока что это всего лишь небольшая разминка. Но как я уже сказал, нам это необходимо, чтобы все вспомнить и понять, как мы будем звучать вместе с Эдвардом.

— Ох, только я нервничаю так же, как и тогда, когда мы выступали в туре, — признается Даниэль.

— Поддерживаю! — соглашается Питер. — Не хочется ударить лицом в грязь перед нашими девчонками.

— Мы не имеем на то право, — уверенно говорит Терренс.

— Это точно! Даже если после одной-двух песенок у меня будет болеть все тело из-за того, что я очень долго не играл.

— Исполнишь пару песен и втянешься, — уверенно отвечает Даниэль, легонько дотронувшись струн бас-гитары кончиками пальцев. — Но могу сказать точно, что у нас с ребятами не будет мозолей на пальцах, потому что мы постоянно что-то играем.

— Это точно! — соглашается Терренс. — Единственное, что нам грозит, – это страшная боль во всем теле и охрипшие голоса после пения на высоких нотах.

— Как бы не облажаться во время пения… Даже если мы уже успели немного разогреть голоса…

— Слушайте, ладно вам бояться! Что вы все переживайте из-за мелочей! Мы же сейчас играем ради удовольствия исключительно для себя и для наших девушек!

— Которые хотят услышать хотя бы одну песню! — выкрикивает Ракель.

— Да! — восклицают Анна, Наталия и Хелен.

На пару секунд воцаряется пауза, во время которой немного смущенные парни переглядываются между собой. А затем Питер нарушает ее, барабанной палочкой вырисовывая в воздухе какие-то узоры:

— Кстати, о песне… Либо я что-то прослушал, либо мы так и не решили, какую песню будем исполнять.

— Да, — вмешивается Эдвард. — Что играть? Мне, конечно, все равно, и я могу импровизировать. Но я думал, что вы будете играть что-то конкретное.

— Все вопросы к лидеру группы, — с невинной улыбкой указывает на Терренса Даниэль. — Этот петух все решает.

Парни уставляют взгляд на Терренса, который немного смущается, посмотрев на хмурых Даниэля, Эдварда и Питера. Ракель, Анна, Наталия и Хелен также уставляет на МакКлайфа-старшего свой взгляд, от которых ему становится еще более неловко. Однако мужчина быстро берет ситуацию под свой контроль, отходя от микрофона на несколько шагов назад со словами:

— Э-э-э… На пару слов, парни… Обсудим кое-что.

Терренс поворачивается к девушкам спиной и подходит к Питеру. К нему сразу же присоединяются Даниэль и Эдвард. Они начинают о чем-то шептаться, показывать какие-то аккорды на инструментах, активно жестикулируя и высказывая свое мнение. Пока Наталия, Ракель, Хелен и Анна начинают понемногу терять терпение и начинают сомневаться, услышат ли они что-нибудь вообще.

— Так, ну и долго эти придурки будут готовиться? — возмущается Анна. — Они что, до вечера хотят тянуть время?

— Даже я не стою перед зеркалом столько, сколько они настраиваются на игру, — тихо усмехается Наталия.

— Вот и я о том же! — соглашается Хелен. — Неужели они на свои собственные концерты также долго будут собираться? Да народ-то уже весь разойдется, пока эти принцы голубых кровей соизволят появиться на сцене.

— О да, а кто-то на разогреве успеет сыграть все песни из сетлиста по два раза, — с усмешкой говорит Ракель.

— Вот клянусь, девочки, если эти четверо не начнут играть как минимум через пять минут, то они очень пожалеют об этом, — уверенно заявляет Анна. — Я возьму подушку и еще раз отколочу ею Даниэля. Только уже намного сильнее и жестче. Видно, ему было того, что он получил в прошлый раз.

— Тогда и мне подушку принеси, — хитро улыбается Ракель. — Я хочу и Терренса побить. Лидеру группы должно достаться больше всего.

— Да и Питу можно всыпать, — тихо усмехается Хелен.

— Да ладно, может, пожалеем Роуза? — предлагает Наталия. — Он ведь недавно выписался из больницы и еще не пришел в себя!

— Ну уж нет! Если получают МакКлайф с Перкинсом, то и Роуз должен ответить вместе с ними. Один за всех, все за одного, как говорится.

— А вот я Эдварда пожалею. Он ведь не состоит в группе с этими копушами.

— Это справедливо, — с легкой улыбкой соглашается Ракель.

— В таком случае засекайте время, — скрещивает руки на груди Анна. — Если они не начнут петь в течение пяти минут, то я принесу сюда подушку, и мы покажем им, где раки зимуют.

— Ха, смотрите-ка они, похоже, все обсудили, — по-доброму усмехается Хелен. — Испугались мальчики, что их снова начнут дубасить.

— Им просто повезло, — пожимает плечами Наталия.

Тем временем Терренс, Питер, Эдвард и Даниэль действительно заканчивают обсуждать песню и собираются вернуться на свои места.

— Еще раз: сначала Эдвард начинает играть соло на гитаре, — дает указания Терренс. — Потом ты, Питер, присоединяешься к нему, а затем уже и мы с Даниэлем подтягиваемся. Дальше вы уже знайте когда и что играть. Вы все поняли, ребята?

— Да, — энергично кивают Эдвард, Даниэль и Питер.

Сначала парни дают друг другу пять, а уже потом Терренс, Даниэль и Эдвард возвращаются на свои места у микрофонов. Видя уставленные на них хмурые взгляды Ракель, Хелен, Наталии и Анны, молодые люди немного смущаются, но не подают виду и скромно улыбаются.

— Что ж, красавицы, для вас сейчас выступит группа «Against The System» , — бодро говорит в микрофон Терренс. — Которая несмотря ни на что, хочет добиться успеха.

— И вместе с нашей группой выступит еще один очень талантливый человек, который должен привнести в это выступление что-то новое и свежее, — говорит в микрофон Даниэль.

— Мы рады представить вам Эдварда МакКлайфа, маленького братика нашего фронтмена и просто классного человека, — бодро говорит в свой микрофон Питер. — Которого вам всем лучше поддержать, чтобы дать ему понять, что он намного талантливее, чем ему кажется.

— Это было лишнее, — с излишней скромностью говорит Эдвард, чувствуя себя ужасно неловко и все больше начиная сомневаться в том, что ему стоит играть с парнями. — Слишком официально…

— Не обращайте внимания, на первый взгляд мой братик и кажется тихим скромным парнишкой, — уверенно говорит Терренс, подойдя к Эдварду и приобняв его за плечи. — Но поверьте, если ему помочь расслабиться, то он сожжет все на своем пути и заразит своей бешеной энергетикой.

— И для нас будет огромной честью сыграть вместе с этим нереально талантливым парнем, — добавляет Питер. — Мы не сомневаемся, что вам понравится наше выступление с этим дарованием природы.

— Сейчас мы исполним для вас песню, которую мы очень любим, — сообщает Даниэль. — И мы надеемся, что вам понравится то, что мы сыграем впервые за долгое время.

Чувствуя себя так, будто находятся на приватном концерте группы «Against The System» , девушки аплодируют с широкими улыбками на лице.

— Давай, Эдвард! — возвращается к своему микрофону Терренс. — Вперед!

Парни уставляют свой взгляд на Эдварда, который по их задумке должен начать играть соло на гитаре. Только он настолько не уверен в себе, что не может заставить себя преодолеть страх начать и продолжает стоять как вкопанный, округленными, полными испуга глазами глазея на всех. Он начинает слегка дрожать, ладони вспотевают, а сердце начинает биться чаще. А через несколько секунд Терренс, Питер и Даниэль переглядываются между собой и пожимают плечами или разводят руками.

— Эдвард, давай же! — подбадривает Даниэль. — Уснул что ли?

Эдвард несколько секунд пытается взять себя в руки, а затем окидывает парней неуверенным, испуганным взглядом и качает головой, случайно задев микрофон так, что он издает громкий неприятный звук, из-за которого все закрывают уши.

— Я не могу… — тихим, низким голосом произносит Эдвард. — Нет … Я не смогу сыграть…

— Перестань, приятель, все свои! — восклицает Питер. — Неужели ты стесняешься сыграть для девчонок?

— Я сразу вам сказал, что эта идея очень плохая. Из нее не выйдет ничего хорошего.

— Эдвард, но как же как? — округляет глаза Терренс.

— Прости, Терренс… Прости, Даниэль… Прости, Питер… Простите, девчонки… Я не буду играть…

— Эдвард, пожалуйста… — с жалостью во взгляде умоляет Наталия. — Хотя бы попробуй! Я уверена, что у тебя получится.

— Послушай, мы знаем, что ты не уверен в себе и своих талантах, — уверенно говорит Даниэль. — Но как ты собираешься бороться со своими страхами, если не хочешь даже попробовать ? Чтобы побороть страх, нужно посмотреть ему в глаза, а не бежать от него.

— Мы даем тебе такой хороший шанс показать свой талант и сделать шаг к тому, чтобы стать увереннее, — добавляет Питер. — Вот увидишь, когда ты заиграешь и запоешь, никто не скажет, что ты бездарен. А если еще и заявишь всему миру о себе, то у тебя появится куча поклонников. Слыша восхищенные комплименты, ты сможешь побороть эту неуверенность и понять, что у тебя есть потенциал.

— Простите, но я не могу, — покачав головой, тихо говорит Эдвард. — Играйте втроем, а я просто послушаю вас. Вы зря потратили время, решив уговорить меня сыграть с вами.

Эдвард снимает с себя ремешок соло-гитары, ставит ее на специальную подставку и с опущенной головой отходит в сторону, пока все с жалостью смотрят на него.

— Ребята правы , Эдвард, — мягко говорит Ракель. — Для тебя это прекрасный шанс показать себя. Да и это поможет тебе отвлечься.

— И вообще, почему ты не стеснялся спеть для кучи незнакомых людей, но до дрожи в коленях боишься сыграть для друзей? — недоумевает Хелен. — Как будто парнем на тех видеозаписях был не ты.

— И правда, приятель, почему? — удивляется Анна. — Мы нисколько не сомневаемся, что ты отлично вольешься в группу парней и сыграешь так, что они будут в приятном шоке. Как и мы все, когда увидели, что ты вытворял на тех видеозаписях.

— Я уже начал жалеть, что тогда не проявил твердость и не дал уверенный отказ, — без эмоций отвечает Эдвард.

— Но ты ведь был так счастлив в тот момент, — с грустью во взгляде отмечает Наталия. — Когда ты пел… Когда народ пел и танцевал вместе с тобой… Когда все начали бурно аплодировать тебе и оставлять деньги… Та радость в твоих глазах была искренней . Ты был ужасно рад, что на тебя обратило внимание столько людей.

— Послушай, Наталия, я не хочу разочаровывать тебя и кого-либо еще, но у меня не хватит смелости. Я только все испорчу.

— Пожалуйста, Эдвард, сыграй с ребятами… Хотя бы ради меня… Я ведь так хочу услышать, как ты будешь звучать с ребятами. Перестань бояться и стесняться. Все обязаны узнать о твоем необыкновенном таланте. Разве то, что тебе аплодировало столько людей, – это показатель того, что ты прекрасно поешь и играешь на гитаре?

— Я не хочу облажаться. Особенно сейчас, когда парни хотят поразить вас. Их первое исполнение после конфликта не должно быть испорчено каким-то жалким сопляком.

— Эдвард, умоляю…

— Эй, Эдвард, можно тебя на пару слов? — уверенно вмешивается Терренс, снимая с себя ремешок ритм-гитары, которую он отдает Даниэлю, и подходит к Эдварду. — Давай-давай, иди сюда. Я хочу поговорить с тобой.

Пока Терренс берет Эдварда под руку и отводит в сторону, все остальные с грустью во взгляде переглядываются между собой.

— Да… — резко выдыхает Даниэль. — Тяжелый случай…

— Когда я только пришла сюда, он выглядел поувереннее, — слегка хмурится Хелен.

— Во всем виноват Майкл, — тихо говорит Наталия. — Этот тип настолько грубо и часто унижал и оскорблял Эдварда, что он совсем потерял веру в себя. Хотя с ним ужасно обращались все, кому не лень… Его отцу было плевать на него, когда он был маленьким. В тюрьме сокамерники и следователь устроили ему адские пытки. Да еще и дружки его дядюшки не были скупы на оскорбления.

— И то, что он сейчас так ведет себя, совсем не удивляет, — задумчиво отвечает Анна. — Тяжело поверить в себя, когда тебя унижали половину твоей жизни. Эдвард никогда не слышал ничего хорошего и доброго о себе – одни лишь оскорбления.

— Удивительно, что Эдвард сумел остаться нормальным и не озлобился, — отмечает Питер, встав с табуретки, отойдя от ударной установки, взяв в руки соло-гитару и пальцами едва дотронувшись до струн, которые издают тихий звук. — А то ведь мог бы стать подобием Майкла и мстить тем, кто не виноват в его неудачах.

— Увы, но Эдвард еще нескоро сможет окончательно поверить в себя и перестать бояться показать все, на что он способен, — задумчиво говорит Ракель. — Да, он уже делает небольшие шажки к этой цели, но на все это уйдет куча времени.

— Вы думайте, Терренсу удастся убедить своего братца сыграть с нами? — окидывает всех взглядом Даниэль.

— Возможно, — пожимает плечами Наталия. — Терренс имеет на Эдварда огромное влияние и может помочь ему решиться на что-нибудь и стать увереннее в себе.

— Было бы здорово, если бы он все-таки сыграл с вами, — задумчиво говорит Хелен. — Мне очень понравилось то, как Эдвард пел на тех видеозаписях. Уверена, что он и правда смог бы привнести в вашу группу что-то особенное.

— Мы и сами этого хотим, Хелен, — устало вздыхает Питер, перебирая струны и зажимая некоторые на грифе на соло-гитаре. — Если честно, мы буквально одержимы мыслью взять Эдварда в группу.

— Но пока что просто хотим посмотреть, что будет, если он сыграет с нами, — добавляет Даниэль. — Хотя мое чутье подсказывает мне, что мы не прогадаем.

— Вы бы стали только лучше, если бы Эдвард присоединился к вам, — с легкой улыбкой говорит Анна и переводит взгляд на склонившего голову Эдварда и Терренса, что-то ему говорящего и активно работающего руками. — Только надо, чтобы Терренс уговорил его…

— Думаю, он и сам этого хочет, — предполагает Наталия. — Но не может побороть свою неуверенность. А так бы Эдвард с удовольствием поиграл с вами и буквально умер бы от счастья, если бы вы предложили ему стать четвертым участником группы.

— Ему стоит только начать, — говорит Хелен. — А дальше Эдвард раскрепостится и забудет о скромности. На видео он тоже поначалу был зажатым, но потом расслабился.

— Ох, ну давай же, МакКлайф, уговори своего братца согласиться, — просит Ракель, переведя взгляд на Терренса, взявшего Эдварда за плечи и продолжающего что-то ему говорить, пока тот иногда неуверенно вставляет пару слов. — Я тоже хочу, чтобы вы сыграли все вместе.

— Может быть такое, что он согласится на это лишь для того, чтобы мы отвязались от него, — предполагает Даниэль.

— Не думаю, — качает головой Питер и возвращает гитару на то место, где она была. — Наталия права: Эдвард действительно хотел бы сыграть с нами, но жутко стесняется и боится облажаться. И Терренс правильно говорит, что этого парня нужно немного подтолкнуть, чтобы заставить его сделать то, на что он не может решиться.

— Дать ему пинка? — слегка хмурится Хелен.

— Да, типа того. Конечно, можно попробовать пообещать ему шоколадку, ибо Эдвард у нас сластена, но в данном случае это вряд ли сработает. Тут нужен пинок помощнее .

— Эй, Наталия, может, тебе стоит подойти к парням и попробовать поговорить с Эдвардом? — предлагает Ракель. — Тебя он тоже послушает, если ты попросишь его о чем-нибудь.

— Мне кажется, это не нужно, — задумчиво отвечает Наталия, видя, что Эдвард кивает, когда что-то говорит Терренсу, который в ответ на это слегка улыбается. — Похоже, что парни хотят вернуться сюда.

Все остальные переводят взгляд на братьев МакКлайф и видят, что те явно о чем-то договорились. Терренс хлопает Эдварда по плечу и с легкой улыбкой приобнимает его, когда они возвращаются к парням и девушкам.

— Я все уладил, ребятки, — с гордо поднятой головой сообщает Терренс. — Эдвард сыграет с нами.

— Ты уговорил его? — округляет глаза Наталия.

— Я же говорю, что ему нужен небольшой пинок, чтобы он что-то сделал.

— Черт, на что я соглашаюсь? — устало стонет Эдвард.

— Все чики-пуки, приятель! — бодро восклицает Питер. — Ты – красавчик! У тебя все получится!

— Сейчас ты покажешь всем высший класс! — с широкой улыбкой подбадривает Даниэль.

— Это точно! — соглашается Терренс и негромко хлопает в ладони. — Так что, ребятки, не будем терять время. Все по местам! Давайте-давайте! Быстрее!

Терренс забирает у Даниэля ритм-гитару и перекидывает ее ремешок через плечо, сам Перкинс с бас-гитарой в руках возвращается к своему микрофону, а Питер снова садится за ударные и берет в руки барабанные палочки. Эдвард же берет соло-гитару и медиатор со стола и черепашьими шагами подходит к свободному микрофону, неуверенно окинув всех взглядом и замечая, что все сидящие на диване девушки скромно улыбаются с целью подбодрить его.

— Ну что, попытка номер два? — слегка улыбается Даниэль.

— На счет « три »! — уверенно произносит Терренс.

— Раз! Два! — начинает стучать палочками друг об друга Питер. — Раз! Два! Три! Гитарное соло!

Поскольку назад пути уже нет, Эдвард резко выдыхает и начинает играть исполнять гитарное соло, медиатором перебирая нужные струны и зажимая некоторые на грифе, чтобы взять аккорд. Через несколько мгновений r нему присоединяется Питер, а затем к ним и Даниэль с Терренсом. После небольшого вступления МакКлайф-старший начинает петь в микрофон первым, так же как и его друзья, широко улыбаясь с осознанием того, что они снова начали играть после вынужденного перерыва.

Ракель, Анна, Хелен и Наталия начинают покачивать головой в ритм музыки и с легкими улыбками на лице наблюдать за своими возлюбленными, высоко оценивая красивый, сильный и звонкий голос Терренса. Который с легкой улыбкой смотрит на Эдвард и кивает после того, как исполняет свои строчки. Продолжая перебирать струны соло-гитары и смотря на всех широко распахнутыми, испуганными глазами, парень начинает неуверенно петь. Но нежно улыбается Наталии, которая всем видом дает понять, что она наслаждается его пронзительным, чарующим и мелодичным голосом. Она и ее подружки уверены в том, что голоса братьев звучали бы очень гармонично, если бы они спели вместе. Вскоре Даниэль начинает демонстрировать свои вокальные данные после того, как Эдвард переводит на него свой взгляд. Взять любимую бас-гитару, заиграть на ней и начать петь – невероятное счастье для него. Но еще большую радость ему доставляет то, что Анна наблюдает за ним с широкой улыбкой и явным восхищением в глазах. Она всегда была без ума от низкого, чарующего и сильного голоса ее возлюбленного, разительно отличающийся от голосов Эдварда и Терренса, но придающий им особую изюминку.

Несмотря на взрывной припев, Даниэль, Терренс, Эдвард и Питер продолжают спокойно играть на инструментах и петь в микрофон. Пока барабанщик демонстрирует какие-то фокусы с палочками, а басист и ритм-гитарист с легкой улыбкой переглядываются между собой, соло-гитарист немного расслабляется и уже не выглядит таким бледными и испуганным, как некоторое время назад. Девушки тоже не выражают бурных эмоций и спокойно слушают своих мужчин, слегка покачиваясь в ритм или щелкая пальцами. Некоторые строчки второго припева Эдвард исполняет уже гораздо увереннее, начиная постепенно растворяться в музыке и становясь все более раскрепощенным. Он непринужденно перебирает струны, берет аккорды и демонстрирует всю силу своего сильного голоса, гордо приподняв голову, выпрямив спину и расправив плечи. Пока Терренс и Даниэль не упускают шанс подурачиться и подойти к Питеру, от души дубасящий палочками по барабанам и тарелкам и широко улыбающийся своим друзьям.

Когда уже Терренс демонстрирует всем, что он был рожден быть музыкантом, Эдвард начинает носиться из стороны в сторону, окончательно забыв о своей скромности и почувствовав себя гораздо увереннее. Даниэль вопросительно переглядывается с Питером, который лишь пожимает плечами. Впрочем, он и сам начинает пританцовывать и подпрыгивать вместе с Эдвардом, пока поющий Терренс сначала смотрит на них с легким недоумением, но потом и сам идет в разнос после того, как настает время Перкинса исполнять свои сольные строчки. Наталия, Ракель, Хелен и Анна же встают с дивана и начинают весело танцевать и пытаться подпеть, несмотря на незнание слов. Они замечают, что стоило Эдварду раскрепоститься, то остальные тоже перестали стесняться и начали всей душой наслаждаться процессом.

Все парни улыбаются намного шире, когда во время исполнения припева к ним подходят их девушки и начинают красиво двигаться перед ними, не упуская шанс немного пофлиртовать с ними и одарить полным восхищения взглядом. Терренсу, Даниэлю, Питеру и Эдварду приятно видеть, как Ракель, Анна, Хелен и Наталия весело отплясывают и дурачатся между собой, заливаясь смехом и не скрывая своих искренних улыбок. Ну а когда Питеру представляется шанс продемонстрировать свои навыки пения, девушки начинают с радостными возгласами хлопать в ладони, а парни одновременно кричат в микрофон: « Давай, Питер! » и встают напротив него лицом, дабы девушки видели его. Мастерски отбивая ритм на ударных, Роуз начинает петь своим бархатистым, очень приятным низким голосом с хрипотцой и с легкостью берет несколько высоких нот, демонстрирующие его широкий диапазон. Пока все высоко оценивают его способности, отмечают, каким счастливым он сейчас выглядит, и с радостью пританцовывают. А парни еще и подпевают и подыгрывают на своих гитарах. Видя это, Питер улыбается намного шире и блестяще отыгрывает барабанное соло, вместе с Эдвардом, Даниэлем и Терренсом исполнив несколько строчек.

В этот момент никто не думают о своих проблемах. Никто не замечает, что иногда парни могут пропускать какие-то слова или немножко не дотягивать ноты из-за затрудненного дыхания. Парни полностью растворяются в музыке и от души веселятся друг с другом, а девушки с удовольствием танцуют под столь энергичную песню и иногда что-то весело вопят, чтобы поддержать своих вторых половинок. Группа завершает свое выступление, по очереди спев несколько слов на высоких нотах. После чего Эдвард падает на колени, Питер подбрасывает и ловит барабанные палочки, Даниэль слегка пятится назад, а Терренс расставляет ноги на ширине плеч, придерживая гриф ритм-гитары одной рукой. Спустя пару секунд МакКлайф-младший поднимается на ноги и, крепко обхватив руками микрофон, исполняет припев а капелла. Остальные подхватывают мотив и завершают выступление невероятно гармоничным пением.

Пока Эдвард, Даниэль, Терренс и Питер громко и тяжело дышат, Ракель, Наталия, Анна и Хелен одаривают их оглушительными аплодисментами и радостными криками « Браво! ». Это заставляет парней широко улыбнуться. В какой-то момент они переглядываются между собой, не ожидав, что выступление получится настолько потрясающим. Пожалуй, самые потрясенные взгляды на себе ловит Эдвард. Все пребывают в легком шоке от того, как этот парень сумел заразить их своей бешеной энергетикой и помочь всем понять, чего же не хватало группе, чтобы стать идеальной. Лишь спустя несколько секунд ошарашенные парни находят в себе силы прервать эту затянувшуюся паузу, хотя им и тяжело говорить из-за тяжелого дыхания и немного охрипшего голоса.

— Кто-нибудь… — тихо произносит Даниэль и качает головой. — Кто-нибудь скажите мне, что это правда. Что наша группа реально воссоединилась.

— Твою мать… — ругается Питер. — Я в шоке… У меня нет слов…

— Парни… — сильно дрожащим от перенапряжения голосом произносит Терренс. — Это… Это было невероятно ! Наверное, это самое лучшая репетиция из всех, что у нас когда-либо были.

— Слушайте, я никогда в жизни не получал столько удовольствия от пения, — признается Даниэль. — Я… Я в ауте…

— У меня даже мурашки по коже пробежали, — бодро признается Питер, размахивая барабанными палочками. — Серьезно, ребята! Это и правда лучшее наше исполнение!

— Должен это признать, — неуверенно говорит Эдвард, дыша, пожалуй, тяжелее, чем остальные. — Все-таки играть в одиночку не так круто, как в группе.

— Молодцы, ребята, — намного шире улыбается Терренс. — Вы все жжете!

— Боже мой, парни… — произносит Анна, прикрыв рот рукой, и скромно улыбается. — Это… Это же и есть высший класс! Ваше выступление было просто незабываемым!