— Даже не знаю, что бы я сделала, если бы была парнем: присоединилась бы к ним или свалила бы отсюда куда подальше, — задумчиво говорит Анна, приложив палец к губе.

— Активнее, активнее! — весело подбадривает Наталия. — Сексуальнее, мальчики, сексуальнее! Не будьте деревянными!

Эти слова заставляют парней залиться громким смехом.

— Давайте-давайте, покажите нам страсть! — сквозь смех восклицает Анна. — Где эмоции? Где чувства? Убираться надо с улыбкой на лице!

— Эй, ну что вы как улитки! — усмехается Ракель. — Быстрее! Веселее! Мы хотим видеть огонек в ваших глазах!

— Ах, мальчики, какие же вы красивые , когда убирайтесь, — скромно хихикает Хелен. — А со швабрами, пылесосом и половыми тряпками вы будете выглядеть еще лучше. Да если еще и скинете с себя рубашки… М-м-м… Ну хоть фотографируй вас и выкладывай в Интернет на радость вашим поклонницам.

Девушки продолжают скромно хихикать и подшучивать над парнями, которые продолжают заливаться смехом и всеми возможными способами издеваться друг на другом.

— Слушайте, а может, оставим одних? — предлагает Ракель. — Пусть мальчики поразвлекаются.

— Готова поспорить, что стоит нам уйти, как они тут же подлетят к нам, — уверенно отвечает Анна. — И мы сами не заметим, как эти придурки вовлекут нас в свою игру.

— А кто сказал, что мы не можем присоединиться? — загадочно улыбается Наталия. — Немножко поломаемся и сделаем вид, что им не взять нас просто так, а потом присоединимся.

— Отличная идея, — загадочно улыбается Хелен. — Сделаем вид, будто мы обижены на них из-за того, что они не сказали мне о вас, а вам – обо мне, а потом типа простим.

— Я согласна, — уверенно говорит Ракель.

— Я тоже! — радостно восклицает Наталия.

Девушки тихонько хихикают и медленным шагом направляются к выходу из дома, бросив короткие взгляды на парней, которые сейчас сидят на полу рядом с диваном. И когда они оказываются в нескольких шагах от входной двери, Эдвард замечает это, прокашливается как может и хлопает Питера, Терренса и Даниэля по руке или плечу, сказав им немного охрипшим голосом:

— Эй-эй, отбой, парни! Девчонки собираются кинуть нас!

Терренс, Даниэль и Питер с негромким смехом прекращают бороться между собой и с тяжелым дыханием переводят свои взгляды на Ракель, Хелен, Анну и Наталию, иногда по-доброму усмехающиеся и медленно направляющиеся ко входной двери.

— Ха, нормально! — возмущается Даниэль и прочищает горло, которое немного першит после громкого смеха. — Сначала издевались тут над нами, а теперь решили свалить!

— Да, и как они только посмели? — соглашается Терренс.

— Нет-нет, мужики, так дело не пойдет! — уверенно тараторит Питер. — Надо проучить этих красоток и укротить их.

— О, это я сделаю с большим удовольствием! — весело отвечает Эдвард, лежа на полу с задранными над головой руками и немного тяжело дыша. — В следующий раз подумают, прежде чем смеяться над нами.

— Сексуальность им подавай! — Питер прочищает охрипшее горло. — Со шваброй и пылесосом в руках!

— Ага, эмоции, страсть и чувства…

Все парни снова заливаются громким смехом.

— Слушайте, а давайте мягко втянем их в нашу игру? — с хитрой улыбкой интересуется Даниэль, одной рукой опираясь о пол и удерживая на ней вес своего тела. — Только это не значит, что мы дадим им право делать с нами что угодно. Мы сами поиграем с ними.

— М-м-м, Перкинс, тебя посетила гениальная мысль! — широко улыбается Терренс.

— Ага, только с этими красотками нужно держать ухо востро, — скромно хихикает Питер. — Немного отвлечешься – и ты уже станешь их жертвой и будешь терпеть жестокие избиения подушкой.

— Ой, Роуз, я тебя умоляю! — ухмыляется Эдвард и медленно принимает сидячее положение, согнув ноги в коленях. — Девчонку надо сначала приласкать и пригреть, а уже потом ты можешь делать с ней что угодно. И она ничего не успеет тебе сделать. Прямо как в сексе: поласкал и разогрел ее – и она сама готова тебе отдаться.

— О, а малой-то у нас опытный , — усмехается Даниэль. — Как будто перетрахал сотню девушек и приобрел огромный опыт.

— Но говорит очень даже правильно , — загадочно улыбается Терренс, свесив обе руки со согнутых в коленях ногах, и негромко прокашливается. — Эй, Дэн, мы же с тобой так здорово успокоили Анну с Ракель, когда они решили приревновать нас к Хелен. Так почему бы не повторить это?

— Как можно отказаться от удовольствия поласкать красивую девушку, — с широкой улыбкой закатывает глаза Даниэль.

— Ладно, решили! — уверенно восклицает Питер. — Приласкаем наших кошечек и вовлекаем их в игру.

— Идет! — щелкает пальцами Эдвард. — Ну что, братва, вперед?

Терренс, Питер, Даниэль и Эдвард слабо кивают с хитрыми улыбками и быстро встают на ноги. А поскольку Роуз и МакКлайф-старший делают это чуть раньше, то они помогают Перкинсу и МакКлайф-младшему, крепко взяв их за руки и потянув на себя. Ни один из них не удосуживается привести свои волосы в порядок и стряхнуть грязь с одежды. Все сразу же подходят к девушкам, которые вот-вот собираются уйти. И пока его друзья и брат заняты своими вторыми половинками, Терренс подкрадывается к Ракель сзади и обнимает ее, одной рукой обвив ее талию, а другой – шею.

— Далеко собралась, красавица? — мягко интересуется Терренс.

— Мы с девочками хотели оставить тебя и парней и дать вам возможность повеселиться, — со скромно улыбкой отвечает Ракель.

— Мы будем не против, если вы присоединитесь к нам.

— Прости, милый, мы не собираемся становиться такими же придурками, как и вы.

— Не надо так говорить, любимая. — Терренс мило целует Ракель в щеку и своей щекой трется об ее макушку. — Что такого в том, что мы с ребятами немножко повеселились?

— Ничего. Просто вы забавно выглядели со стороны. Взрослые мужчины ведут себя как маленькие дети.

— Ну и что? Я не вижу в этом ничего плохого!

— Я тоже, но…

— Да ладно тебе, Ракель, расслабься. Мы же хотели развлечься и получить удовольствие. Я считаю, что мы заслужили немного отдыха после всех ужасных событий.

— Да? — Ракель поворачивается к Терренсу лицом и видит перед собой человека с покрасневшим лицом, хитрой улыбкой и взъерошенными волосами. — Сомневаюсь, что вам с парнями удастся расслабиться. Потому что мы все обижены на вас за то, что вы ничего не рассказали нам про подружку Питера.

— Ну да, сглупили немного – признаю. Но теперь-то вы уже точно знайте все и можете прекратить ревновать нас к ней.

— Может, и перестанем. — Ракель загадочно улыбается и обеими руками нежно гладит Терренсу щеки. — Но тебе все равно придется долго извиняться передо мной. Я не собираюсь прощать тебя просто так.

— Да ты что, детка! — с легкой улыбкой тихо мурлыкает Терренс, проводит рукой по щеке Ракель и кончиками пальцев нежно касается изгиба ее шеи. — Как ты можешь не простить такого изумительного мужчину как я? Это просто возмутительно !

— Не старайся, красавчик, на этот раз тебе не удастся так легко взять меня. Можешь обцеловать и облапать меня всю, но я все равно не забуду то, что ты посмел так поступить.

— Да ладно тебе, не надо все преувеличивать. Ничего же плохого не случилось. И мы дали вам шанс встретиться с Хелен.

— А вот хранить секреты насчет личности подружки блондина не стоило.

— Эй, ну хватит уже дуться. — Терренс берет голову Ракель обеими руками и мило целует ее в лоб. — Конечно, в гневе ты чертовски прекрасна, но кажешься милой и в состоянии спокойствия.

— Э-э-э… — Ракель слегка прикусывает губу и хитро, широко улыбается. — Есть кое-что, что помогло бы тебе получить мое милование…

— Хочешь уединиться где-нибудь и сделать мне приятное? — с широкой улыбкой низким, тихим голосом предвкушает Терренс.

— Нет, похотливый самец, потерпишь до вечера. А пока что я хочу просто хорошенько побить тебя. Связывание было бы лучшим наказанием, но ты получишь его немного позже.

— Я в твоем полном распоряжении, малышка. Делай со мной все, что захочешь.

— Абсолютно все?

— Да.

— Ну ладно. Потом не скули и не жалуйся.

С этими словами Ракель отводит Терренса в сторону, по дороге игриво шлепнув его по ягодицам и заметив, как тот тут же заливается краской и улыбается гораздо шире. А тем временем Даниэль тоже подходит к Анне по спины, крепко, но нежно берет ее за плечи, отводит в другой конец гостиной и разворачивает девушку к себе. После этого девушка может лицезреть покрасневшее лицо мужчины и торчащие в разные стороны волосы, чувствуя, как он часто дышит.

— Уже уходишь, принцесса? — удивляется Даниэль.

— Ухожу, — мягко говорит Анна. — Возможно, далеко. Возможно, надолго.

— И оставишь меня одного?

— Ну вообще-то тебе и так хорошо. У тебя такая отличная компания, с которой ты становишься придурком.

— Они обижают меня, — надувает губы Даниэль, с жалостью во взгляде смотря на Анну, прядь волос которой он медленно накручивает на палец. — Эти придурки сговорились и все вместе издеваются надо мной.

— Да ты сам кого хочешь обидишь!

— Неправда! Я – очень хороший и милый мальчик! Всегда был послушным и добрым.

— А еще наглым и бессовестным.

— Ну почему ты так говоришь, любимая? — Даниэль нежно гладит Анну по щеке и кончиками пальцев задевает мочки ее ушей. — Ты ведь знаешь, что я совсем не такой.

— Да, а как насчет того, что ты упорно молчал о том, кто такая подружка Питера?

— Но теперь-то ты все знаешь.

— Мы с девочками обижены на вас. — Анна мягко отстраняется от Даниэля. — За ваше желание сделать из этого великий секрет.

— Никто не пытался делать из этого секрет. Просто так получилось. Мы же не думали, что все так закончится.

— Ну да. А если бы рассказали, у вас что, язык отсох бы?

— Да ладно тебе, красавица, чего ты опять решила повредничать? — Даниэль обеими руками гладит Анне щеки. — Или хочешь, чтобы я воспользовался своим любимым методом успокоения?

— Только не в этот раз. Я никак на это не отреагирую.

— Да что ты! — хитро и широко улыбается Даниэль.

— Вот именно! Так что не надейся, что ты получишь желаемое, просто облапав и обцеловав меня.

— Строишь из себя недотрогу? — Даниэль по-доброму усмехается, мило целует Анну в щеку и приближает лицо к ее уху, которого он слегка касается губами. — А если попробую?

— Не получится, — уверенно отвечает Анна, мягко отстраняется от Даниэля и поправляет воротник его рубашки с короткими рукавами, смотря на него с хитрой улыбкой на лице. — Тебе еще надо заслужить возможность приласкать меня.

— Разве я плохо себя веду?

— Очень плохо. Ужасно. Не раскрыл мне кое-какой секрет и устроил здесь беспорядок.

— Но мы ведь я и ребята сделали все так, как вы с девчонками хотели. Посмотри, здесь все чисто, а вещи расставлены по своим местам.

— И в этот момент вы все выглядели очень забавно. Кое-как побороли желание сфотографировать вас и отправить фотографию в Интернет, чтобы поклонники группы подивились.

— Ох какие плохие у нас девочки. — Даниэль гладит Анну по голове и кончиками пальцев нежно ласкает заднюю часть ее шеи. — Мало того, что издевались над нами, так еще и фотографию хотели выставить.

— А чего вы ожидали? — с игривой улыбкой удивляется Анна. — У плохих мальчиков не может быть хороших девочек. Рано или поздно они становятся плохими и делают то, что им совсем не свойственно.

— Ах ты моя плохая девочка, — с наслаждением тихонько рычит Даниэль, пока его глаза пристально изучает лицо Анны. — Ну погоди, крошка, вот мы останемся одни, я с тобой обязательно разберусь.

— Но сначала я с тобой разберусь. — Анна обеими руками гладит Даниэлю щеки, а затем прикладывает их к его груди. — Тебе придется ответить за то, что ты был таким молчаливым и пытался заткнуть мне рот с помощью поцелуев.

— Мур-р, могу с большим удовольствием повторить это еще раз… — Даниэль губами с широкой улыбкой нежно касается места за ухом Анны и собирается спуститься к изгибу ее шеи.

— Не в этот раз! — уверенно заявляет Анна и отстраняется от Даниэля. — Теперь будем играть по моим правилам. И в качестве наказания я собираюсь отколотить тебя подушкой. Ну а вечером устрою более мучительную, но очень сладкую пытку. Посмотрим, насколько тебя хватит.

— М-м-м, звучит уже очень заманчиво…

— Но об этом позже. Сейчас тебя ждет кое-что другое.

— Хоть меня уже и так здорово избили подушками, ради такой красивой девушки я могу потерпеть еще немного. Столь шикарный приз стоит всех ужасных пыток и мучений.

— Ну вот и молодец. Хороший мальчик. Хороший…

Анна уводит Даниэля в сторону, по дороге взяв одну из подушек с дивана и уже предвкушая, как она будет издеваться над мужчиной. Ну а тем временем Питер медленно подходит к Хелен, приобнимает ее за плечи и прижимает поближе к себе.

— Я смотрю, ты хочешь оставить меня на растерзание этим охламонам… — тихим низким голосом с легкой улыбкой говорит Питер, мягко разворачивает Хелен к себе лицом и обвивает руки вокруг ее талии. — Да, милая?

— Тебе ведь хорошо с этими охламонами, — скромно хихикает Хелен. — Носился за ними как угорелый! Как будто и не лежал в больнице!

— А они меня заставили! Я сидел себе спокойно и крекер ел, но парни втянули меня в свою игру.

— Ну да, так я и поверила.

— Это правда, Хелен. Я говорил им, что еще слабенький, но они не послушали меня.

— Боже, Роуз, да какой ты слабенький, раз носился здесь как ураган, — качает головой Хелен, нежно гладит Питера по щеке и прикладывает руки к его груди. — Мы все это видели.

— Ну и ладно! Что в этом такого! Зато мне весело было! Знаешь, как я соскучился по этим моментам. И сейчас я оторвался по полной.

— Кто бы сомневался!

— А пока они там занимаются девчонками, я не прочь немножко поразвлекаться с тобой. — Питер мило целует Хелен в щеку и висок, заставив ее скромно улыбнуться.

— М-м-м, опять хочешь веселиться?

— Опять, — уверенно произносит Питер, пока его руки уверенно скользят по спине Хелен вверх-вниз. — Опять-опять-опять.

— Неужели забыл, что едва ли не разочаровался во мне, когда узнал о моем конфликте с девочками?

— Не забыл, — немного хмуро говорит Питер. — Но поговорив с ребятами, я подумал, что стоит дать тебе шанс доказать, что меня опять не предадут столь жестоко.

— Ты можешь полностью доверять мне, милый. Я никогда не поступлю с тобой так ужасно и не брошу тебя. Это было бы слишком подло с моей стороны. Особенно после стольких лет сокрытия своих чувств.

— Я понимаю, почему ты так поступила. Понимаю, что не хотела сама оказаться жертвой. А вот понять того, кто все это затеял, никогда не будет возможным. Будь на твоем месте та Эшли, или так ее там, то я бы вряд ли сумел простить.

— Но я не Эшли. Я другая . Эта девчонка никогда не была моей подругой. Джессика стала первой, кто сумел доказать, что умеет дружить по-настоящему.

— Ты прекрасно знаешь, как сильно я не хочу, чтобы со мной повторилось то, что мне пришлось пережить. Я не хочу мучить себя и заставлять других переживать. Никогда не…

Питер не договаривает свою мысль, потому что Хелен мягко прикладывает два пальца к его губам, очень тихо шикая, как будто она просит его замолчать.

— Нет, — мягко произносит Хелен. — Пожалуйста, не вспоминай все то, что тогда произошло. Это всегда будет твоим прошлым. Не настоящим, которое будет лучше благодаря поддержке близких тебе людей.

— Без помощи, заботы и поддержки близких я бы вряд ли смог понять, что жизнь не останавливается на том, что было в школе. После того случая я еще больше замкнулся в себе и запер свое сердце на замок, не позволяя никому лезть ко мне в душу.

— Обещаю, мы всегда будем рядом, — уверенно обещает Хелен и запускает обе руки в слегка взъерошенные волосы Питера, нежно сжимая и оттягивая их. — Ты можешь рассчитывать на любого из нас.

— Я знаю, — скромно улыбается Питер.

— И на меня ты тем более можешь рассчитывать. Ты же знаешь, что ради тебя я на все готова. Только скажи, чего ты хочешь, и я сделаю это.

— Ты всегда была слишком добра ко мне.

— Будь также уверен в том, что я вольюсь в коллектив и подружусь с ребятами. Докажу, что меня не стоит опасаться из-за моих ошибок прошлого.

— Эй, я так понял, Ракель, Наталия и Анна простили тебя.

— Да, я объяснила все и попросила у девочек прощения, добавив, что несмотря ни на что, мое отношение к ним всегда было исключительно хорошим. Ну а они сказали, что не держат на меня зла и дали мне шанс.

— Я очень рад, — слегка улыбается Питер и нежно гладит Хелен по щеке. — Девчонки очень хорошие. Ты быстро наладишь с ними отношения.

— Было бы здорово, — скромно говорит Хелен. — Но самое главное, чтобы ты не злился на меня и не отворачивался из страха, что я предам тебя.

— Все в порядке, радость моя. Давай не будем вспоминать об этом. Раз девчонки простили тебя и дали тебе шанс, значит, нет смысла об этом говорить. К тому же, ко мне этот конфликт не имеет никакого отношения. Он касается лишь вас четверых, и только вам надо было решать его.

— Не беспокойся, Питер, мы уже все обсудили.

— Определенно чувствую облегчение.

Хелен улыбается намного шире и заключает Питера в трогательные, нежные объятия, на которые тот с удовольствием отвечает, положив руки ей на спину и одной из них погладив ее по голове, пока она пропускает пальцы сквозь его мягкие пшеничные волосы. Через несколько секунд они отстраняются, и девушка хитро улыбается, приложив палец к губе. Мужчина же бросает взгляд в сторону и видит, как девушки с веселыми возгласами избивают своих парней подушками и носятся за ними по всей гостиной.

— Да-да, мы с девочками решили наказать вас за то, что вы не сказали нам друг о друге и устроили беспорядок, — уверенно говорит Хелен.

— Да уж, бедные парни, — скромно усмехается Питер. — Ну ничего, пусть побегают. Давайте, девчонки, хорошенько побейте их!

— А ты думаешь, тебя это наказание не касается?

— Но ты же не станешь этого делать? — Питер проводит тыльной стороной руки по щеке Хелен и запускает пальцы в ее волосы у корней. — Если меня выписали из больницы, это не значит, что я уже здоров…

— Ты собрался постоянно оправдывать себя таким способом?

— Сейчас все должны обращаться со мной очень бережно и нежно. Что вам сказал Льюис? Вы должны беречь меня!

— Однако он не запрещал бить тебя подушкой и гонять по всей гостиной. Тем более, что ты так или иначе провинился.

— Неправда! Это парни косячили! Вот они пусть и отвечают.

— Не наглей, Роуз. И не забывай, что один за всех и все за одного. Косячит кто-то один – он отвечает со всеми, кто крутится вокруг него.

— Но, Хелен…

— Все, блондин, успокойся, я и с тобой собираюсь разобраться. — Хелен по-доброму усмехается и пальцем игриво шлепает Питера по носу. — Но не бойся, я не стану наказывать тебя слишком жестоко. Это девчонки тут начали продумывать план мести и собираются надрать парням зад, а я буду немного мягче с тобой.

— М-м-м, как приятно… — с широкой улыбкой мурлыкает Питер и кончиком носа трется об нос Хелен, обвив руки вокруг ее талии. — Как приятно, когда тебе делают поблажки…

— А еще приятнее побыть немного вредной и шалить.

Питер и опомниться не успевает, как Хелен хватает подушку с дивана, рядом с которым сейчас стоит, и со всей силы наносит ему удар. Тот слегка морщится, но вскоре берет еще одну подушку и несильно лупит ею по спине девушки. Так между ними завязывается подушечный бой. Девушка с веселыми возгласами избивает мужчину подушкой, а тот отвечает тем же и безуспешно пытается дотронуться до ее волос и немного взъерошить их. Только она не позволяет ему сделать это и сама портит ему прическу, которая уже давно потеряла свой первоначальный вид.

Когда все парни подошли к своим девушкам, Эдвард медленно подкрадывается к Наталии сзади и обеими руками обняв ее за плечи. Девушка сразу же широко улыбается с чувством тепла, исходит от тела ее любимого человека.

— А куда это мы собрались? — со скромной улыбкой мягко интересуется Эдвард. — Далеко собрался уйти мой луч яркого солнца?

— Луч яркого солнца все еще здесь и не собирается никуда уходить, — мило улыбается Наталия.

— М-м-м… А я начал думать, что ты хочешь бросить меня.

— Да тебе и с парнями неплохо. Вон как спелся с ними – ведешь себя так же, как они.

— Ха, да я кое-как справляюсь с этими балбесами! Своего братца я еще как-то могу держать на коротком поводке, но сделать это еще и с этим двумя охламонами гораздо сложнее.

— Ох, МакКлайф, ну и хитрец же ты, — хитро улыбается Наталия. — Правильно Терренс говорит, что нельзя верить тебе, потому что ты только прикидываешься невинным ангелочком.

— А ты больше слушай этого сказочника. — Эдвард нежно целует Наталию в щеку и трется об нее кончиком носа, пока его руки обвиты вокруг ее талии. — Я намного лучше этих троих разбойников. Самый невинный и скромный.

— Когда ты в компании этих людей, то тебя таковым не назовешь.

— Ладно, не отрицаю, что я не прочь немного поиграть и надрать им зад. А то парнишки что-то совсем от рук отбились. Надеюсь, девчонки сейчас хорошенько побьют их. Небольшая встряска им не помешает.

— Ах, игривый ты мой котик, — с умилением произносит Наталия и тыльной стороной руки проводит по щеке Эдварда, пока тот с широкой улыбкой прикрывает глаза. — Поиграть захотел…

— Неужели я не заслужил этого?

— Конечно, заслужил, любимый. Ты как никто другой заслужил что-то хорошенькое.

— Тогда что такого в том, что я играю с парнями? И как я могу упустить лишний шанс поиздеваться над своим братцем?

— Вот поэтому я и собиралась оставить тебя здесь. Вы с парнями так увлеклись борьбой друг с другом, что практически забыли про меня и девочек.

— Нет, не надо оставлять меня. — Эдвард обвивает руками талию Наталии и кладет ладони ей на ягодицы. — Придурковатые друзья и братец – это, конечно, круто. Но вот без любимой девушки жизнь будет куда хуже.

— Ах… — Наталия разворачивается лицом к Эдварду и с нежной улыбкой смотрит на него, мягко взяв его за предплечья. — Ты знаешь, что я бы с большим удовольствием проводила с тобой все время. Но я же не могу буквально привязать тебя к себе и ограничивать твое общение с другими.

— Тем не менее я всегда нахожусь с тобой. — Эдвард берет в руку позолоченную подвеску в виде буквы « N » на шее Наталии. — Даже если меня нет поблизости, частичка меня всегда будет с тобой. Благодаря этой вещичке. Которую я выбирал с особой любовью.

— Я знаю. Но будет намного лучше, если я буду видеть и чувствовать твое присутствие. Знать, что ты рядом.

— Обязательно, любимая.

Наталия скромно улыбается и мило целует Эдварда в щеку и крепко обнимает его, обвив руки вокруг его шеи, пока тот кончиком носом проводит по ее золотистым волосам, красиво спадающие с плеч и спины.

— Кстати, я был бы очень рад, если бы ты присоединилась к этому веселью, — мягко говорит Эдвард. — Точнее, я настаиваю на этом. Не хочу, чтобы ты сидела в сторонке и скучала, пока все веселятся.

— Не беспокойся, красавчик, у меня на тебя тоже есть кое-какие планы, — с загадочной улыбкой уверенно отвечает Наталия, отстраняется от Эдварда и начинает играть с его распахнутой клетчатой рубашкой. — Не думай, что ты отвертишься от объяснений своего не слишком примерного поведения.

— А я себя хорошо веду.

— Да что ты! Вместе с парнями устроил здесь свинарник и ничего не сказал про подружку Питера.

— Попрошу не впутывать меня в те дела, к которым я не имею отношения. Это парни уже что-то мутили про подружку Питера, а я лишь сейчас познакомился с Хелен. — Эдвард хитро улыбается. — Впрочем, свинарник – это тоже их работа.

— Ну да, скажи, что ты типа сидел спокойно и ел крекер.

— Все так и было! — невинно улыбается Эдвард. — Терренс опять начал издеваться надо мной и не давал мне поесть. Ну вот и пришлось проучить его. Потом еще и Даниэлю с Питером пришлось промыть мозги, потому что они тоже начали обижать меня. Они меня вынудили! Я ни в чем не виноват!

— И ты думаешь, я поверю тебе? Говоришь ты, конечно, очень красиво, и голос у тебя чарующий. Но на этот раз со мной это не прокатит. Я не буду развешивать уши.

— Ну что такое, девочка моя. — Эдвард гладит лицо Наталии обеими своими теплыми руками. — Как такая милая и красивая девушка может вредничать? Неужели с подружками своими договорилась?

— Я? С подружками? — широко распахивает глаза Наталия и скромно хихикает. — Не смеши меня, Эдвард, умоляю.

— А если немного подумать… — более тихим низким голосом произносит Эдвард, кончиками пальцев обеих рук проведя по изгибам шеи Наталии и задней ее части. — От вас, хитрых лисичек, можно ждать чего угодно . Тем более, что вы все так мило улыбались и смеялись, пока стояли все вместе в сторонке. И так здорово издевались над нами, пока мы с ребятами наводили здесь порядок.

— Мы всего лишь вас подбадривали. И мне кажется, получилось очень даже неплохо. Хотя вы и не были такими сексуальными, как нам хотелось.

— Ладно-ладно, мы это запомним. Вот пока парни там разбираются с этими красавицами, я займусь тобой. Ведь ты и сама стала не слишком примерной девочкой.

— Ага, а мы еще посмотрим, кто кем заниматься будет! Сейчас как начну со всей силы дубасить тебя подушками! — Наталия бросает короткий взгляд на Терренса, который со всех сил пытается скрыться от Ракель, безжалостно избивающая его подушкой. — Вот смотри, твой братец уже не знает, куда деться от моей подружки. Посмотри, что ждет тебя в ближайшие пять-десять минут.

— Ну Терренс-то получает свои тумаки заслуженно. А вот я ни в чем не виноват и вполне могу рассчитывать, что моя прекрасная блондиночка сделает для меня что-нибудь приятное.

— Сейчас тебе будет приятно. Обещаю. Хоть это всего лишь подушка, бить я буду со всей силы. Синяков не будет, но твоей прическе точно придет конец.

— Пожалуйста, Наталия, не надо так со мной, — жалостливо смотря на Наталию, тихо умоляет Эдвард, притягивает ее поближе к себе и располагает руки на изгибах женской талии. — Ты же у меня хорошая девочка. Которая сегодня выглядит сногсшибательно . Не знал, что тебе так идет черный цвет. Ты – просто конфетка в этой шикарной блузке.

— Так, ты мне зубы не заговаривай! — уверенно говорит Наталия и мягко берет Эдварда за подбородок. — Никаких поблажек! Можешь даже не надеяться!

— Что, совсем никаких? — Эдвард скромно приподнимает край прозрачной блузки Наталии и черный топик под ней и кончиками пальцев нежно проводит по небольшому оголенному кусочку поясницы.

— Никаких, солнце мое.

— Я могу наплевать на то, что здесь полно любопытных людей и немного приласкать тебя, — мурлыкает Эдвард, погладив Наталию по голове и пропустив пальцы через ее шелковые пряди волос. — Так, как я это умею.

— Звучит, конечно, очень заманчиво… — закатывает глаза Наталия. — Я бы совсем не возражала…

— Ну тогда давай отойдем в укромный уголок и немножко пошалим?

— Можно попробовать, — удерживая прямой взгляд в глаза Эдварда, с легкой улыбкой говорит Наталия и замолкает на пару секунд. — Только не сейчас.

Наталия подбегает к дивану, берет подушку и лупит Эдварда по руке и спине, когда тот, будучи несколько растерянным, отворачивается в другую сторону. Мужчина начинает скромно хихикать и пробует как-то успокоить девушку, но та только больше входит во вкус, заливаясь негромким смехом и находя забавным наблюдать за тем, как молодой парень безуспешно пытается уйти от ударов. Его попытки погладить возлюбленную по голове или щеке оканчиваются полным фиаско, и он продолжает получать крепкие удары от хитро улыбающейся красавицы, которая успевает заигрывать с ним с помощью взгляда. Терпения МакКлайфа-младшего хватает лишь на несколько секунд. А затем он хватает последнюю подушку с дивана и начинает избивать блондинку. Иногда мужчина дразнит ее с помощью смешных рожиц или телодвижений или заставляет ловить его, уходя от нее задним ходом и носясь по всей гостиной как угорелый.

Если поначалу девушки усердно избивали парней и не давали им расслабиться и выдохнуть, то вскоре все происходит с точностью наоборот. Теперь уже им самим приходиться убегать от своих возлюбленных, которые осуществляют свою маленькую месть за то, что те смеялись над ними и сильно избили их подушками. Все они чувствуют себя абсолютно расслабленными и совсем не беспокоятся о том, что сейчас выглядят как маленькие дети. Они лишь хотят как следует развлечься и забыть обо всем плохом. Пока остальные парни разбираются со своими девушками, Даниэль развлекается с Анной. В какой-то момент он умудряется снять с нее толстую резинку и с хитрой улыбкой демонстрирует ее девушке, которая возмущается из-за того, что ее пышный конский хвост уничтожен, а ее слегка растрепанные волосы падают ей на плечи и красиво обрамляют кукольное женское личико.

— Эй, ты испортил мне прическу! — с приоткрытым ртом возмущается Анна. — Я ее все утро делала!

— Да ладно, принцесса, тебе и так хорошо, — хитро улыбается Даниэль, раскручивая на пальце резинку для волос и нежно смотря на Анну, готовую буквально убить его своим хмурым взглядом. — Красивая девочка с милым кукольным личиком и растрепанным волосами как после сна – мой идеал.

— Сейчас же отдай мне резинку!

Анна предпринимает попытки забрать у Даниэля свою резинку, но ей никак это не удается. Стоит девушке протянуть руку к желанному предмету, как мужчина с хитрой улыбкой отводит руку в сторону или поднимает ее вверх, скромно хихикая, когда видит, как она безуспешно пытается подпрыгивать, но из-за маленького роста не может дотянуться до того, что у нее забрали.

— Ар-р-р, ненавижу тебя! — раздраженно рычит Анна и снова пробует подпрыгнуть. — Почему ты такой высокий, а я такая маленькая?

— Ты посмотри на высокого Роуза и его маленькую подружку – она еще меньше тебя, — скромно хихикает Даниэль. — Или же встань рядом с МакКлайфом-старшим – он у нас вообще двухметровая шпала.

— Хватит заговаривать мне зубы! Немедленно отдал мне резинку!

Однако Даниэль продолжает играть с Анной, задрав руку с резинкой и хихикая, когда она пытается безуспешно забрать свою вещь. Но вскоре терпение девушки заканчивается, и она крепко вцепляется в ту часть руки, до которой достает, и силой пытается опустить ее вниз. Ей даже удается – или же мужчина просто поддается ей – сделать это. Зеленоглазая красавица уже крепко вцепляется в его запястье и пытается разжать ладонь, в которой он крепко сжал ее резинку. Но даже в этот момент Перкинс не намеревается сдаваться и еще какое-то время продолжает хихикать, не давая ей забрать то, что она хочет получить. А через несколько секунд Даниэль притягивает Анну к себе и со спины крепко обнимает ее свободной рукой, пока та пытается вырваться, издает негромкий писк, когда тот легонько прикусывает тонкую, чувствительную кожу на изгибе ее шее, и невольно напрягает мышцы живота, когда чувствует, что теплая мужская ладонь проскользает под ее блузку и нежно гладит оголенную его часть.

Впрочем, через какое-то время Анне все-таки удается отобрать резинку у Даниэля, который просто решает сжалиться над ней. Девушка пытается собрать свои волосы в красивый хвост, но у нее не получается сделать это без зеркала. Немного понаблюдав за ней, мужчина ее вызывается помочь и не придумывает ничего лучше, кроме как взять пару прядей средней толщины по бокам и завязать их у нее на затылке, сделав все достаточно аккуратно и придав волосам небольшой объем. Анна на ощупь проверяет, что находится у нее сзади и разворачивается лицом к Даниэлю, нежно улыбнувшись ему и получив от него точно такой же ответ. В глазах мужчины читается явное восхищение, а он сам не отказывается от желания мило поцеловать свою возлюбленную в щеку, заставив ее залиться краской.

Несколько секунд влюбленные обмениваются нежным взглядом и легкой улыбкой до того, как переводят свои взгляды на Эдварда и Наталию, носящиеся по всей гостиной с подушками и избивающие ими друг друга. В какой-то момент блондинка громко вскрикивает после того, как ее возлюбленный откидывает подушку в сторону, подкрадывается сзади, крепко хватает обеими руками и щекочет ей шею носом или живот – кончиками пальцев. Чуть позже мужчина на чем-то поскальзывается и вместе с девушкой заваливается на диван так, что она падает на него спиной, а тот оказывается под ней.

Их смех становится только веселее и громче, и они чувствуют себя вполне комфортно. Но через несколько секунд Наталия сползает с Эдварда и просто присаживается рядом с ним. Тот закидывает руку вокруг ее шеи и прижимает поближе к себе, пока та берет его свободную руку. Скромно хихикающие Даниэль и Анна переглядываются между собой и устраиваются напротив них: мужчина сцепляет руки в замке у девушки на груди, а та прижимается к нему как можно ближе.

— Слушайте, это так классно! — бодро восклицает Эдвард. — Давно я так здорово не отрывался!

— Согласен, в моем доме никогда не было такого безумного веселья, — с широкой улыбкой соглашается Даниэль. — Вы, ребята, все реально зажигайте.

— Поблагодари за это парней, — дружелюбно говорит Наталия, поглаживая запястье Эдварда. — Если бы не эти заводилы, тут была бы тишь, да гладь.

— И наши прически были бы в порядке, — скромно хихикает Анна, поправляя свою прическу. — Кое-кто не пытался бы уничтожить их и превратить неизвестно во что.

— А что! — удивляется Эдвард. — Я люблю, когда у девчонок немного небрежные волосы.

— Я тоже, — слегка улыбается Даниэль. — Особенно длинные волосы после сна. Если рядом с тобой просыпается девушка с такими волосами, то начинаешь чувствовать себя, будто ты дома. Будто ты можешь расслабиться.

— Это и правда очень круто.

— Да, и именно поэтому вы уничтожили наши прически! — восклицает Наталия, придавая своим полуволнистым волосам небольшой объем. — Хотите, чтобы мы ходили такие же растрепанные, как и вы сами.

— Почему бы и нет? — невинно улыбается Эдвард и запускает пальцы в волосы Наталии. — Вон какие красивые волосики. Никакой укладки не надо.

— Хочешь, чтобы у твоей девушки был такой же стог сена на голове, как у тебя? — скромно хихикает Даниэль.

— Ты бы на себя в зеркало посмотрел. Во что ты превратился.

— Может быть… Зато у тебя ничего не изменилось. Ибо у тебя и раньше был бардак на голове.

— А мне нравится , ты знаешь, — с гордостью признается Эдвард и проводит рукой по своим волосам. — Эти шикарные волосы – моя гордость. Я бы ни за что не согласился побриться налысо и отрезать хоть дюйм.

— Ты типа будешь ходить с таким гнездом на башке даже тогда, когда тебе стукнет пятьдесят?

— Типа того. Буду модным дедусей с шикарной шевелюрой. Ну а если я оденусь во что-нибудь черное и кожаное, то буду похож на рокера или байкера.

— В таком случае тебя можно было бы легко перепутать с Терренсом. Если вас одеть абсолютно одинаково и нацепить темные очки, то никто не узнает, кто есть кто.

— Узнает! — возражает Наталия. — Я сразу отличу! Даже если у меня будет ужасное зрение! Не забывай, что у них разные прически, а Терренс выше Эдварда.

— Ой, да брось, чего там одинакового! — машет рукой Даниэль и бросает взгляд на челку Эдварда, которая сейчас закрывает его лоб. — У МакКлайфа-старшего почти такая же челка, какая сейчас и у его братца. Если Эдвард не будет зачесывать ее наверх, то он запросто может подрабатывать дублером Терренса и фоткаться вместе него с поклонницами. Никто и не заметит, что их обманывает, ибо эти двое слишком похожи. Несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте.

— Я бы все равно заметила разницу, — задумчиво отвечает Анна. — Да, они очень похожи, но все-таки отличаются.

— Истинные поклонники Терренса МакКлайфа сразу почуют подвох, — с легкой улыбкой уверенно говорит Наталия. — Хотя не отрицаю, что им запросто может понравиться и вот этот милашка.

— Пф, да у него и так уже целая армия поклонников в Интернете, — по-доброму усмехается Даниэль. — Может, скоро обскочит своего братца по популярности.

— Не вздумай сказать это МакКлайфу, а то его удар хватит, — шутливо говорит Наталия. — Он не выдержит, если кто-то займет его место короля. Особенно если это будет его маленький братик.

— Королем он будет только лишь для одного человека – для моей дорогой и любимой Ракель, — с легкой улыбкой говорит Эдвард. — А для других мой братик – совершенно обычный человек с огромным самомнением.

— Терренс убил бы тебя, если бы это услышал, — скромно хихикает Анна.

— Не убьет, подруга, не бойся. Мы ведь постоянно говорим ему об этом.

Даниэль, Анна и Наталия тихо хихикают и на несколько секунд замолкают. Ну а после этого Перкинс окидывает взглядом всю гостиную, заметив, что в ней стало как-то подозрительно тихо.

— Эй, а чего здесь стало так тихо? — удивляется Даниэль. — И да, куда пропали еще две наши парочки? Я что-то нигде не вижу ни МакКлайфа с его красоткой, ни Роуза с его подружкой, про которую вы, девчонки, постоянно нас спрашивали.

— Э-э-э… — произносит Эдвард, слегка прикусив губу, окинув гостиную взглядом и остановив его на той стороне, где находится парадная дверь. — О! Терренс с Ракель стоят возле входной двери. Опять обжимаются. Точнее, мой братец снова включил режим похотливого и голодного самца.

Даниэль, Анна и Наталия переводят свои взгляды в сторону входной двери и видят, как Терренс и Ракель стоят друг напротив друга. Пока мужчина с гордым видом и хитрой ухмылкой опирается о стенку обеими руками и что-то уверенно говорит, девушка вроде бы заигрывает с ним, но вроде бы не подпускает близко к себе, как бы он ни пытался уломать ее.

— Это точно, — уверенно говорит Даниэль. — Он такой: « Слушай сюда, детка, здесь я всем рулю, а ты обязана подчиняться мне и исполнять любые мои приказы! »

— Вот уж не думала, что моя подружка свяжется с человеком со столь страстной натурой, — задумчиво признается Анна. — Несмотря на то, что она далеко не скромница.

— Но уж поверь мне, дорогая, Ракель совсем не против перчинки в отношениях, — уверенно говорит Эдвард. — Даже допускает умеренное проявление грубости. А Терренс говорит, что когда она злится, то это его заводит.

— Да уж, если бы Кэмерон не хотела, то не стала бы связываться с этим чертовски красивым, но немного больным на голову парнем, — скромно хихикает Наталия. — Ну а раз ей нравится это, то ради бога. Мы только рады.

— Уверен, твоя подружка всегда была такой, — уверенно предполагает Даниэль. — Просто у нее не было того, кто разбудил бы в ней тигрицу. А тут как раз появился Терренс и, так сказать, приучил Ракель к своим повадкам и помог ей понять, что может доставить ей нереальное удовольствие.

— И знайте что, — задумчиво произносит Эдвард. — Иногда мне кажется, что они даже во время ссор могут получить удовольствие. Разругаются в пух и прах, а потом резко вспыхнет огонь страсти, который поможет им настроиться на еще более классную волну.

— Слушай, Дэн, а может, остановить их? — с опасением предлагает Наталия. — А то вдруг ими овладеет такая страсть, что они начнут заниматься своими делами прямо сейчас.

— Да ладно тебе, давай еще немного понаблюдаем, — хитро улыбается Даниэль. — Интересно же.

— О боже, мне от одних их только их взглядов друг на друга становится жарко, — уверенно признается Анна. — Вот уж точно не зря все говорят, что они созданы друг для друга.

Наталия, Даниэль и Эдвард скромно улыбаются и ничего не говорят, продолжая наблюдать за Терренсом и Ракель. Они видят, как влюбленные что-то говорят, уставив свой взгляд в глаза друг друга. В какой-то момент девушка пытается уйти с хитрой улыбкой на лице, но мужчина крепко берет ее за запястья, крепко прижимает их к стене и со всей страстью целует в губы. Она несколько секунд пытается вырваться, но потом медленно расслабляется, с удовольствием ответив на поцелуй своего жениха.