Услышав, что Майкл дал добро привести девушку сюда, Эдвард и Терренс тут же переводят взгляд на порог кабинета и приходят в шок, когда видят Наталию. Парни сразу же отмечают, что она выглядит измученной. Она не сопротивляется будто бы потому, что у нее нет сил кричать, драться и кусаться. Наталия не пытается вырваться из хватки человека, который крепко удерживает ее под руку. Она молча заходит в кабинет с опущенной головой и скрещенными на груди руками. И хоть ей ужасно страшно, все же блондинка старается делать вид, будто ей ничего не страшно. Терренс смотрит на свою подругу ошарашенным, сочувствующим взглядом и искренне жалеет ее, приходя в ужас от того, насколько сильно проведенные в этом доме четыре дня повлияли на нее. Эдварду же безумно стыдно перед Наталией за то, что не смог уберечь ее в тот роковой день. Он знает – это из-за него она вынуждена терпеть все эти муки и находиться в обществе столь ужасных людей. Но мужчина клянется всем на свете, что уйдет из этого дома живым, но только с Наталией и Терренсом, либо мертвым и без них.

Приведя Наталию в кабинет, незнакомец отпускает ее и куда-то уходит. Эрик тоже хочет удалиться, но Майкл, щелкая пальцами, встает из-за стола, подходит к своему помощнику и на пороге кабинета начинает очень-очень тихо о чем-то с ним разговаривать. Пока девушка шла, ее глаза были опущены вниз, а она сама была одержимыми далеко не самыми лучшими мыслями. Но за секунду до того, как незнакомец отпускает ее, она поднимает взгляд и видит перед собой Терренса с Эдвардом, ни на секунду не отрывают от нее полных ужаса глаз.

С одной стороны, Наталия ужасно рада, что они все-таки пришли забрать ее отсюда. И больше всего блондинка рада, что здесь находится Эдвард. Но с другой стороны, Наталия все еще помнит, что Майкл может устроить парням ловушку, специально разлучив старшего с Ракель и желая заставить младшего пойти на убийство родного человека. Хоть она и несколько сомневается, что у мужчины хватит смелости сделать это, что-то подсказывает ей, будто самое худшее еще впереди, и она должна быть готова ко всему. Однако несмотря на все свои страхи, Наталия безумно рада видеть Эдварда и Терренса. Сейчас ей нужна их помощь в спасении от ужасных людей, в окружении которых она находится уже четвертый день. Увидев парней, девушка прикрывает рот обеими руками и качает головой, чувствуя, как возле ее глаз собираются слезы, которые она не пытается сдержать. Ну а парни счастливы, что девушка жива и здорова, а она сама мысленно благодарит Бога за то, что Он послал ей спасение.

Это неловкое молчание царит в воздухе еще три или четыре секунды, прежде чем Наталия не останавливает свой взгляд на Эдварде, который смотрит на нее с таким сожалением, с каким не смотрел еще, пожалуй, ни на кого в жизни. В какой-то момент он делает неуверенный шаг вперед, не отрывает взгляда от девушки, которая смотрит на него со слезами и легкой улыбкой. Девушка неуверенно делает то же самое, будучи не в силах оторвать взгляд от мужчины, на чьем лице проскальзывает мимолетная искренняя улыбка. А затем не то Наталия, не то Эдвард одним рывком сокращают расстояние и с более широкими улыбками и тихим выдохом заключают друг друга в крепкие объятия. Они делают это так, будто не виделись много лет, а сейчас встретились после долгой вынужденной разлуки. Эти объятия становятся неким глотком воздуха, который им так необходим.

Эдвард, держа руки на спине Наталии, крепко прижимает девушку к себе и на несколько мгновений забывает, как дышать. Мужчина испытывает огромное облегчение после того, как он убедился, что его бывшая возлюбленная жива и увидел ее своими собственными глазами. Он клянется забрать эту тихонько плачущую от радости или перенапряжения девушку. Сама же блондинка же со слезами на глазах также очень близко прижимается к мужчине, крепко обвивая руками его шею, иногда поглаживая его по плечу или затылку, пряча лицо в изгибе шеи брюнета, постоянно всхлипывая и слегка дрожа.

Наталия несказанно счастлива, что ее просьбы все-таки были услышаны, и у нее появилась надежда на спасение. Надежда на защиту . Надежду на то, что ее крепко обнимут и убедят в том, что все будет хорошо. Поскольку сейчас здесь находится не только Эдвард, но еще и Терренс, Наталия боится уже гораздо меньше. И с частыми всхлипами наслаждается тем, как мужчина крепко обнимает и прижимает ее к своему теплому телу, мягко гладя ее по голове и спине с надеждой успокоить и дать понять, что он не отдаст ее злым людям на растерзание. Она дрожит от волнения и страха и горько плачет на его плече, видя в этом человеке свою последнюю надежду на спасение.

Пока Майкл о чем-то разговаривает с Эриком и время от времени с презрением во взгляде поглядывает на то, что происходит в кабинете, а Терренс стоит в стороне и с немного грустной улыбкой наблюдает за своим приятелем и его бывшей девушкой, довольно взволнованный Эдвард решает первым нарушить долгое молчание и дрожащим голосом сказать что-нибудь в ухо Наталии:

— Прости меня… Пожалуйста, прости… Я не смог защитить тебя и позволил этим тварям забрать тебя… Клянусь, я не хотел, чтобы все так получилось. Я пытался защищать тебя, но не смог…

— Все хорошо, не думай об этом, — мягким, дрожащим голосом отвечает Наталия и чуть крепче обнимает Эдварда, все еще продолжая всхлипывать и шмыгать носом. — Ты сделал все, что мог. Не твоя вина в том, что все так случилось.

— Обещаю, больше я не дам тебя в обиду и буду защищать еще жестче. Больше ни одна падла не посмеет приблизиться к тебе.

— Мне страшно… — Наталия крепко сжимает воротник кожаной куртки Эдварда. — Мне очень страшно, Эдвард… Я хочу, чтобы все это закончилось раз и навсегда…

— Не бойся, милая. — Эдвард мягко кладет руку на затылок Наталии и целует ее в макушку. — Скоро все это закончится. Я обещаю.

— Забери меня отсюда, — с жалостью во взгляде умоляет Наталия. — Пожалуйста, забери… Я тебя очень прошу! Больше не хочу здесь оставаться! Мне страшно.

— Ты здесь не останешься, клянусь, — уверенно обещает Эдвард. — Клянусь своей жизнью, что я уйду отсюда лишь с тобой, но живым, или без тебя, но мертвым. На этот раз я не позволю этим людям увести тебя и что-нибудь с тобой сделать. Тронут пальцем – будут трупами! Никому не будет пощады!

— Обещаешь?

— Обещаю.

Наталия немного успокаивается, хотя и прекрасно понимает, что освобождение из плена может тяжело им даться. Но девушка клянется сделать все возможное, чтобы спасти себя и своих друзей от беды и не прятаться за спинами мужчин как трусишка с мыслью, что так она будет в безопасности. Она готова забыть о своих страхах и посмотреть в глаза опасности.

Спустя несколько секунд Эдвард и Наталия медленно отстраняются друг от друга и обмениваются обнадеживающим взглядом. А затем к ним подходит Терренс, который все это время наблюдал за этими двумя и все больше начинает верить, что его друг действительно любит эту девушку. Он прекрасно видел, как Локхарт занервничал, но испытал явное облегчение, когда увидел ее живой. Видел, как сама девушка начала плакать, когда увидела этого парня, и с какой радостью она бросилась в его объятия. Этот момент заставил Терренса искренне улыбнуться и подумать, что Эдвард и Наталия все еще любят друг друга и могли бы быть вместе, если бы того захотели.

А когда Терренс подходит к бывшим влюбленным, они одновременно переводят на него свой взгляд, пока он скромно улыбается каждому. Наталия делится своей улыбкой с ним и с радостью принимает его крепкие дружеские объятия. Ну а Эдвард, чувствуя, как его всего трясет от напряжения, с искренней улыбкой наблюдает за тем, как лучшие друзья с облегченными выдохами обнимают друг друга. Пока МакКлайф крепко, но мягко обнимает девушку, гладя ее по спине и слегка хлопая по ней, она просто закидывает руки вокруг шеи мужчины, утыкается носом в его плечо и тихо плачет на нем. Проходит где-то несколько секунд, прежде чем Терренс решает нарушить тишину:

— Ты в порядке? Эти типы ничего с тобой не сделали?

— Слава богу, нет, — тихо отвечает Наталия. — Мне повезло …

— Мы все беспокоились за тебя. Как узнали о том, что с тобой сделал дядя и его дружки, так места себе не находили.

— Со мной все хорошо, не беспокойся.

— Я вижу. И я очень рад видеть тебя в здравии.

Наталия слегка улыбается и на пару секунд замолкает, а потом неуверенно решает спросить о Ракель:

— А где Ракель? Она не с тобой?

— Нет, она осталась дома, — спокойно отвечает Терренс. — Ракель ждет тебя, меня и Эдварда.

— Что? Осталась дома? Одна? — Наталия резко отстраняется от Терренса и с ужасом в широко распахнутых глазах смотрит на него. — Ты с ума сошел? Какого черта ты оставил ее одну!

— Э-э-э… — теряется Терренс, удивленно смотря на Наталию. — Что, прости?

— У тебя совсем нет мозгов, МакКлайф? — пальцем стучит по виску Наталия. — Долго думал, прежде чем сделать это?

— Боже, да что с тобой? — недоумевает Терренс. — Почему ты так странно отреагировала? По-твоему, я должен был взять Ракель с собой в этот дом?

— Майкл устроил тебе ловушку ! — начав дышать гораздо тяжелее, взволнованно заявляет Наталия. — Он специально заставил тебя приехать сюда!

— Что? — Терренс резко мотает головой и слегка хмурится. — Подожди-подожди, Рочестер, говори помедленнее! Что ты имеешь в виду под словом « ловушка »?

— Это ловушка , идиот, вот, что я имею в виду! — громко и взволнованно бросает Наталия. — И ты в эту ловушку легко попался !

— Наталия…

— Наталия, не надо так нервничать, — спокойно говорит Эдвард, положив руку на плечо Наталии. — Успокойся, пожалуйста, и спокойно объясни, что ты имеешь в виду. О какой ловушке ты говоришь?

— Твой дядя собирается устроить ловушку, — взволнованно заявляет Наталия. — Майкл специально хотел заставить Терренса приехать сюда, чтобы он оставил Ракель дома совершенно одну. И теперь, когда он здесь, этот тип сейчас точно пошлет своих дружков к ним домой, чтобы силой привести ее сюда. И они привезут ее! Вот увидите!

— Нет-нет… — начав заметно нервничать и покачав головой, слегка дрожащим голосом произносит Терренс. — Нет, этого не может быть! Он не мог так поступить!

— Однако поступил! — восклицает Наталия. — И теперь моя подруга находится в опасности! Если эти больные твари привезут Кэмерон сюда, то нам всем придет конец!

— Подожди-подожди, Наталия, почему ты так уверена в этом? — спокойно интересуется Эдвард. — С чего ты решила, что дядя устроил Терренсу ловушку? Кто тебе сказал такое?

— Майкл! Твой дядя сам рассказал мне об этом в тот день, когда меня привезли сюда. Заявил об этом очень уверенно. Как будто знал , что так и будет! А на следующий день об этом говорили его дружки, которые стояли недалеко от той комнаты, где меня держали взаперти. И за пару часов до того, как вы приехали сюда, Майкл пришел ко мне и заявил, что ждет вас у себя дома. Он ждал вас обоих! Я думала, что Терренс не поедет и останется с Ракель, но нет! Эта девушка осталась совсем одна! Ее некому защитить!

— Значит, дядя уже давно планировал устроить эту встречу? Именно поэтому настоял на том, чтобы Терренс тоже приехал сюда?

— Именно! На это он и рассчитывал! — Наталия прикладывает руку ко лбу, довольно тяжело дыша. — Господи, Ракель в опасности! Она не справится с этим типами, если они заявятся к ней домой!

— Нет… — дрожащим голосом произносит Терренс, качая головой. — Я не верю в это… Не верю!

— Придется , МакКлайф, придется! — восклицает Наталия. — Теперь жди, когда твою невесту привезут сюда и убьют вместе со всеми нами!

— Нет, Наталия, я не…

Однако Терренс не успевает договорить свою мысль, поскольку Майкл закончил разговаривать с Эриком, который покинул кабинет, и некоторое время наблюдал за ним Эдвардом и Наталии, презренно усмехнувшись, пока он подходил к своему рабочему столу. И когда мужчина краем уха слышит, что девушка говорит про ловушку для ее друга, то он решает прервать их разговор.

— Боже мой, какая трогательная картина! — иронично восклицает Майкл.

Терренс, Эдвард и Наталия резко разворачиваются к Майклу, который скрещивает руки на груди и начинает толкать речь, полную сарказма и ненависти:

— Надо же… Мальчики воссоединились со своей подружкой и до безумия рады видеть ее. Я бы, конечно, с радостью пустил скупую мужскую слезу. Но я – мужик ! А как мы знаем, мужики не плачут. Плачут только лишь маменькины сыночки, жуткие трусишки и слабые маленькие мальчики, которым еще расти и расти.

— Мы и так прекрасно знаем, что у вас нет ни совести, ни чувства вины, и вы не знайте, что такое сочувствие, доброта и сожаление, — грубо говорит Эдвард.

— Не бойся, малыш, поплачь немного. Мы ведь все прекрасно знаем о том, какой ты на самом деле трусливый и слабый. Чего скрывать это от нас!

— А вы так и мечтайте увидеть, как я плачу и веду себя, как трусливый заяц. Не дождетесь, дядюшка Майки! Я не доставлю вам такого удовольствия!

— Жаль… Очень жаль… Ну да ладно, черт с тобой! — Майкл быстро окидывает Эдварда, Терренса и Наталию взглядом, поглаживая подбородок. — Кстати, я вот смотрю на вас троих и понимаю, что чего-то не хватает . Точнее, кого-то не хватает. Кого-то, с кем ваша компания выглядела бы идеально.

— Только не говорите, что вы собирайтесь сделать еще одну гадость, — грубо говорит Наталия, уставив свой презренный взгляд на Майкла.

— А кого же в вашей компании не хватает? — игнорирует слова Наталии Майкл, на пару секунд замолкает и щелкает пальцами руки с хитрой улыбкой на лице. — Ах да! Точно! В вашей компании не хватает одной очень красивой, чертовски сексуальной девушки, присутствие которой могло бы превратить вашу неподражаемую тройку в великолепную четверку.

— Моей подруге нечего делать в обществе такого мерзкого и алчного ублюдка, как вы, — со злостью заявляет Наталия.

— Эта красотка – довольно известная модель… Из-за которой уже столько мужчин потеряло голову… Из-за которой расстались многие счастливые пары… От которой так и прет сексуальной энергетикой… Ради которой любой пошел бы в огонь и воду… Ракель Эллисон Кэмерон…

Майкл на пару секунд призадумывается, пока Терренс уже заметно напрягается и крепко сжимает руки в кулаки.

— Ах… — с наслаждением произносит Майкл. — Должен признаться, что некоторое время назад она была моей любимой моделью. Я тоже оказался под влиянием ее чар и мог почувствовать, как от нее прет сексом, лишь смотря на ее фотографии. Уж не знаю, в чем секрет такой притягательности, но я начал очень внимательно следить за ее жизнью и мечтал, что однажды сделаю ее своей любовницей и даже женой.

— Ракель не сумасшедшая, чтобы связывать свою жизнь с человеком, который любит лишь себя и деньги и ненавидит буквально весь мир, не признавая, что он сам виноват в своих бедах, — холодно заявляет Наталия.

— Моя мечта вполне могла стать реальностью, и я был готов приложить усилия ради того, чтобы сделать эту красотку своей. — Майкл прекращает улыбаться и резко переводит свой презренный, холодный взгляд на Терренса. — Но потом появился один психованный мудак, который сам влюбил ее в себя.

— Ваши ли это какое собачье дело? — грубо возмущается Терренс. — Вас не должно волновать, в кого меня угораздило втюриться, и на ком я собираюсь жениться.

— Должен отметить, ты выбрал настоящую красотку, Терренс. — Майкл с хитрой улыбкой проводит рукой по своим наполовину седым, наполовину черным волосам. — Чертовски сексуальную сучку, которая способна пробудить все животные инстинкты даже у импотента. Пусти ее в общество асексуальных мужиков, как она совершит чудо и исцелит абсолютно всех.

— Что, думали, она могла бы помочь вам покончить с проблемами в сексуальной жизни? Неужели сами всю жизнь были импотентом и никак не могли удовлетворить ни одну девушку, которые убегали от вас, как от огня?

— Жаль, что Кэмерон не научила тебя держать свой поганый рот закрытым и раскрывать его только тогда, это нужно. Да, ты явно хорошо ублажаешь ее и не жалуешься на свою невесту, на которую смотришь с огромным восхищением. Судя по фотографиям, что гуляют по Сети. Но, к сожалению, этой чертовке не удалось обуздать мустанга целиком и полностью.

— Если уж вам так хочется представить себя рядом с ней, то так и быть – можете утешить себя сексуальными фантазиями с ее участием. — Терренс скрещивает руки на груди и уставляет свой презрительный взгляд на Майкла. — Только я очень сомневаюсь, что ей понравилась бы такая мерзкая, подлая и меркантильная сука, как вы.

— Пф, как будто ты в тысячу раз лучше. Удивляюсь, как она умудрилась прожить с тобой столь месяцев и терпеть твои истерики, которые ты устраиваешь при каждом удобном случае. Нормальный человек уже давно отправил бы тебя в психушку. Или же эта девчонка сама немного ку-ку. Ведь, как гласит легенда, ваши отношения начинались не совсем как в клишированных любовных романах.

— Скорее я отправлю вас в психушку, — ледяным тоном заявляет Терренс. — Потому что кто здесь и реально больной на голову, так это вы , господин.

— Бесишься, милый мой, бесишься, — с легкой улыбкой кивает Майкл. — Я прекрасно все понимаю. Тебя злит, что я говорю про твою невесту так, будто все еще хочу сделать ее своей. Да, не буду отрицать, я и правда принял бы за честь провести с ней незабываемое время и узнать, на что способна эта сексапильная красавица. И скажу тебе по секрету, что мои люди также сходят с ума от нее. Ничуть не меньше, чем от этой белокурой красавицы. Конечно, от нее не прет таким бешеным сексом, как от подружки, но и эта девочка – та еще куколка.

— Да вы просто псих ! — сухо бросает Эдвард. — Как и все ваши дружки! И не устану постоянно повторять вам, что вы и ваши дружки крупно пожалейте, если хоть один из вас тронет Наталию пальцем.

— И вам будет еще хуже, если вы попробуйте тронуть Ракель, — грубо добавляет Терренс. — Даже не вздумайте смотреть на нее! А иначе вы – труп! Клянусь вам!

— Не переживай, Терренс, твоя разлука с этой красавицей долго не продлится. Потому что очень скоро твоя невеста составит вам компанию.

— Закройте свой поганый рот, ублюдок! Я СКАЗАЛ, ЗАКРОЙТЕ!

— Поскольку ты уже здесь и уже ничего не сможешь сделать, то прямо сейчас мои люди собираются отправиться в твой дом. Я разговаривал с Эриком и приказал ему собрать людей, выезжать и привести Ракель сюда. Уже через три часа вы четверо воссоединитесь прямо на моих глазах. И потом я приступлю к следующему пункту в своем плане.

— Так значит, это была ловушка? — возмущается Терренс. — Наталия сказала правду?

— Ну я же говорил, что ты такой же наивный, как и твой папаша, — качает головой и ухмыляется Майкл. — Развести тебя было очень легко. А если еще и пригрозить тебе, то ты тут же испугаешься и побежишь делать все, о чем тебя попросят. На это и был мой расчет. И мой план удался. Ты стоишь передо мной, а твоя красотка сейчас находится одна, без защиты, в шикарном доме. Кстати, я вроде бы говорил, что ты поймешь, как я одурачил тебя. Вот, пожалуйста, это то, что я имел в виду.

Терренс окончательно понимает, что Ракель находится в большой опасности, и начинает еще больше нервничать и дышать гораздо тяжелее. Плохое предчувствие не обмануло мужчину. И сейчас он чувствует себя виноватым перед своей невестой за то, что подверг ее опасности и оставил совсем одну.

— Твою мать… — дрожащим голосом произносит Терренс. — Разрази меня гром…

Терренс медленно отворачивается от Майкла, запускает руку в волосы и начинает наматывать круги возле Наталии и Эдварда, которые с жалостью во взгляде смотрят на него.

— Черт возьми, что же я наделал? — задается вопросом Терренс, окидывая широко распахнутыми глазами весь кабинет, и прикладывает руку ко лбу. — Я оставил Ракель одну! Мог остаться с ней, но все равно решил поехать сюда!

Нервничая все сильнее и сильнее, Терренс качает головой и обхватывает горло с мыслью, что ему будто бы трудно дышать.

— Я не должен был этого делать, — низким, тихим голосом говорит Терренс. — Если Ракель окажется здесь, то это будет моя вина! Это дурацкое предчувствие не обманывало меня. Оно предупреждало меня об опасности. И теперь из-за моей тупости эта девушка может пострадать! Черт! Черт! Черт! Черт! Как же я так лоханулся? КАК?

— Не вини себя, Терренс, — мягко говорит Наталия, подойдя к Терренсу и положив руку на его плечо. — Откуда же ты знал, что все так будет? Если бы ты догадывался, что может случиться что-то плохое, то ни за что не оставил бы Ракель одну.

— Я чувствовал , что не стоит идти на это, — взволнованно говорит Терренс. — Не стоило…

— Я ведь просил тебя остаться дома с Ракель, но ты не послушал меня, — напоминает Эдвард. — Да, я не мог знать, что дядя захочет загнать тебя в ловушку, но тоже не мог отделаться от чувства, что должно что-то произойти.

— Черт! Ракель и сама чувствовала это… Она была одержима мыслью, что могло случиться что-то плохое, и никак не могла успокоиться. И…

Тут Терренс вспоминает два подозрительных случая. Первый случай произошел, когда Ракель отошла в сторону, чтобы ответить на чей-то звонок, а после этого девушка куда-то уехала, вернувшись домой часов в семь-восемь. А второй момент произошел, когда он и Эдвард рассказали ей, что Майкл хочет видеть их, Ракель достала свой мобильный телефон и начала писать кому-то сообщение. Это также сильно смутило Терренса, и он невольно задается вопросом: «А не скрывала ли Ракель что-нибудь в последний дни?» . Мужчина также вспоминает, как она умоляла его никуда не ехать и пытается связать эту просьбу с этими случаями, считая, что между ними есть что-то общее.

— О, черт! — восклицает Терренс, широко распахнув глаза. — А что если…

Терренс переводит взгляд на Эдварда, стоящий рядом с ним и Наталией.

— Эй, Эдвард, ты не заметил, что Ракель была очень странная с тех пор, как узнала о похищении Наталии? — шепотом спрашивает Терренс.

— Да, она и правда была сама не своя, — кивает Эдвард. — Причем, мне кажется, что ее странности начали проявляться после того, как мы поехали туда, где все произошло.

— Верно! Помнишь, как она спряталась за стеной с телефоном в руках? И в последующие дни я часто видел, что она с кем-то переписывалась и кому-то звонила!

— В каком смысле? — слегка хмурится Наталия. — О чем ты говоришь, Терренс?

— После того, как Ракель узнала о твоем похищении, она начала очень странно себя вести и стала слишком скрытной и раздраженной. Она постоянно ходила с телефоном в руках. Как будто ждала какого-то звонка. А пару дней назад твоей подруге кто-то позвонил, и она отошла в сторону. Потом она сказала нам, что ей нужно срочно приехать в модельное агентство, и улетела так быстро, что мы ничего не успели понять.

— Хотя Терренс утверждает, что Ракель не ездила в модельное агентство в тот день, — уточняет Эдвард. — Им домой позвонила ее менеджер и попросила его передать, что хочет встретиться с Кэмерон. А когда Терренс спросил ее о той встрече, та женщина ответила, что они не встречались уже долгое время.

— Верно! Я чувствовал, что она поехала не туда, но после звонка Серены мои подозрения подтвердились . А узнав от нас с Эдвардом о встречи с Майклом, она опять начала копаться в телефоне. Она набирала кому-то сообщение.

— Да, я тоже заметил, как Ракель набирала какой-то текст в телефоне, — уверенно кивает Эдвард. — Я заглянул в ее телефон и увидел, что она что-то набирала на клавиатуре. Правда, было трудно разглядеть, что именно. Я сразу обратил на это внимание, но почему-то решил, что она проверяла соц.сети или писала сообщения кому-то из друзей. И поэтому не стал спрашивать об этом.

— А когда я спросил ее о том, почему она была такой странной и явно не хотела, чтобы мы ехали сюда, то Ракель начала отговаривать меня от этой поездки. Со слезами умоляла остаться дома. И именно после ее слов у меня появилось нехорошее предчувствие. Которое я, однако, проигнорировал. И решил ехать… Ради желания покончить с этой историей и забрать тебя отсюда.

— Хотите сказать, что она все время ходила с телефоном в руках и кому-то что-то писала? — слегка хмурится Наталия.

— Именно! — восклицает Эдвард. — Ракель буквально не расставалась с телефоном и никогда не говорила, кому она пишет и с кем разговаривает.

— Но Ракель обычно всегда говорит, кто ей звонит. И она никогда не зависает в телефоне, когда с кем-то говорит. Она знает, это является признаком того, что тебе глубоко наплевать на то, что говорят другие.

— Именно это меня и насторожило! — восклицает Терренс. — И настораживало то, что все эти четыре дня она была очень нервная и порой даже агрессивная . Пару дней мы даже не разговаривали, и я не интересовался ее делами.

— Мы могли бы предположить, что она просто нервничала из-за твоего похищения, — добавляет Эдвард. — Но все эти тайные звонки и сообщения… Все это очень странно …

— Но кому она могла звонить и писать? — недоумевает Наталия. — Кто так заставил ее взволноваться?

— Понятия не имеем…

— А что если она что-то скрывает от нас? — задается вопросом Терренс. — Вдруг она знала , что с нами может случиться? И поэтому так усердно отговаривала нас от этой поездки? Точнее, меня! Ракель не хотела, чтобы я куда-то ехал, ибо понимала, что ничего хорошего из этой поездки не выйдет.

— Уж не мог ли кто-то сказать ей о том, что здесь будет происходить?

— Да, но… — Терренс замолкает на пару секунд. — Но откуда она могла знать это? И почему Ракель ничего не сказала нам, если она все же знала о чем-то?

— Однако она попыталась убедить тебя остаться. Но когда поняла, что ты настроен решительно, то перестала умолять. Хотя Ракель и продолжала быть ужасно взволнованной и горько плакала.

— А она не может знать о той ловушке, которая была приготовлена для Терренса? — интересуется Наталия. — Может, Ракель боялась отпускать его не только потому, что боялась потерять своего жениха, но и потому, что боялась за свою жизнь? Боялась, что люди Майкла могут сделать с ней что-то ужасное! Раз они оба получали письма, значит, Майкл знает , где живут МакКлайф и Кэмерон. Этот тип точно не блефует.

— Блефует или нет, но я должен вернуться домой как можно скорее! — взволнованно говорит Терренс. — Нельзя допустить, чтобы люди Майкла нашли там Ракель. Если она окажется здесь, то это будет конец для нас всех!

Терренс собирается резко рвануться к выходу из кабинета, однако Майкл тут же замечает это и останавливает своего племянника с хитрой улыбкой на лице, скрестив руки на груди и уставив на него свой вопросительный взгляд.

— Терренс, а куда это ты собрался? — интересуется Майкл. — Не уж что за свою Ракель так сильно испугался? Думаешь, что сможешь успеть спасти ее? Нет, милый, мои люди уже выехали. Очень скоро твоя невеста будет здесь. И ты уже ничего не сможешь сделать, чтобы защитить ее. Не успеешь вернуться домой раньше, чем мои помощники найдут эту красавицу и привезут сюда, независимо от ее желания.

— Вы ничего с ней не сделайте! — низким голосом грубо заявляет Терренс, подходит к Майклу чуть ближе и начинает угрожать ему пальцем, слегка прищурив глаза. — Я клянусь, если вы ее тронете хотя бы пальцем, то вам придется сильно пожалеть об этом.

— Ты можешь злиться сколько угодно, но что сделано, то сделано. Бедняжку Ракель уже ничто не спасет. А если она не захочет приехать сюда добровольно или будет пытаться сбежать, то мои люди все равно справятся с ней. Как они справились и с Наталией, когда она орала, кусалась и дралась как истеричка.

— Я не позволю этому случиться! НЕ ПОЗВОЛЮ!

Терренс резко разворачивается и направляется к выходу из кабинета, но его опять же останавливает Майкл.

— Не рыпайся, Терренс, тебя никто не выпустит отсюда, — уверенно заявляет Майкл. — Ты увидишь Ракель только тогда, когда мои люди доставят ее сюда.

— МРАЗЬ! — взрывается Терренс, подлетает к столу, о которой опирается руками, и уставляет на Майкла свой полный злости взгляд, дыша словно разъяренный бык и чувствуя, как сильно напряжена каждая его мышца. — НЕНАВИЖУ ВАС, УБЛЮДОК! НЕНАВИЖУ!

— Только давай ты не будешь орать как граммофон. Я прекрасно понимаю твое волнение, но советую тебе смириться с тем, что все безнадежно, и ты ничего не сможешь сделать. Даже сейчас, когда она окажется здесь. Сколько бы ты ни закрывал ее собой, это не спасет твою невесту от того, что ее ждет.

— Закройте свое грязное хаволо! — Терренс со всей силы бьет руками по поверхности стола. — Я НЕ ПОЗВОЛЮ ВАМ ХОТЬ ПАЛЬЦЕМ ТРОНУТЬ ЕЕ! НЕ ПОЗВОЛЮ! НИ ВАМ, НИ ВАШИМ БОЛЬНЫМ ДРУЖКАМ, КОТОРЫХ Я ПОУБИВАЮ, ЕСЛИ ТОЛЬКО ОНИ ПОСМОТРЯТ НА НЕЕ!

— О, БЛЯТЬ! — закатив глаза, раздраженно рычит Майкл. — Кажется, у нас появился еще один мудак, который постоянно повторяет фразу « я вам не позволю » как попугай! Мне один уже всю плешь проел этой фразой, а теперь еще и ты начал! ХВАТИТ, ТЕРРЕНС, НЕ БЕСИ МЕНЯ ЕЩЕ БОЛЬШЕ!

— Я не шучу, сэр, — сухо говорит Терренс, выдерживая холодный взгляд в сторону Майкла и сжимая руки в кулаки. — Если вы причините хоть малейший вред моей невесте, то я за себя не ручаюсь. Я РАЗМАЖУ ВАС ПО СТЕНКЕ, КАК МУХУ! СОТРУ В ПОРОШОК!

— Пф! — хмыкает Майкл. — И что ты сделаешь, истеричка? Помажешь ручками и своим ором оглушишь всех в этом доме?

— Вам лучше не связываться со мной. Если вы разозлите меня, то я запросто могу так избить вас, что вы можете подохнуть, как таракан, корчась от боли.

— Ой-ой, напугал! — закатывает глаза Майкл и скрещивает руки на груди. — Знаю я, как ты дерешься! Мне рассказали, как ты едва устоял на ногах, когда тебя толкнули в сторону машину. Зато потом встал и начал драться с Трентоном, разозлившись из-за того, что он угрожал твоим невесте и матери.

— Этому ублюдку повезло , что он избежал самого худшего. Я бы так навалял ему, что он бы лишился не одного зуба, а всех сразу.

— Ах, Терренс… — злостно смеется Майкл. — Не смеши меня… Ты совсем не умеешь драться. Из тебя просто никудышный противник. Пара ударов по твоей наглой морде – и ты уже валяешься на земле и корчишься от боли, пока тебя со всей силы бьют по яйцам.

— А что же ваш сообщник не избил меня до полусмерти? — Терренс подходит к Майклу чуть ближе и скрещивает руки на груди. — Он вполне мог бы избить меня до потери сознания, до крови. Но почему-то нанес всего лишь пару синяков, которые благополучно прошли.

— Ты знаешь, дорогой мой, а он мог бы. Мог бы избить тебя так, что ты бы не смог взять телефон и позвонить кому-то с просьбой о помощи. Пока скорая ехала бы к тебе, ты бы уже, скорее всего, сдох или валялся без сознания в плачевном состоянии. Однако я любезно попросил Трентона не избивать тебя настолько сильно, чтобы ты сдох раньше времени.

— Ох, и с чего вдруг вы проявили такое великодушие? — ухмыляется Терренс.

— Просто ты еще понадобишься мне. Ведь я люблю растягивать удовольствие и не хочу убивать кого-то быстро, не став свидетелем сего события. Вот я и решил подождать более хорошего момента. И сделав все, чтобы лишить вас любой надежды на спасение, пришло время сделать то, о чем я уже давно мечтаю.

— Не беспокойтесь, господин, я в любом случае смогу постоять за себя и свою невесту, — уверенно заявляет Терренс. — Ни вы, ни ваши дружки не заставят меня трястись меня, как трусливый заяц. Вы хоть все здесь и психи, но я вас не боюсь.

— Я склонен верить в твою смелость. Ты выглядишь более уверенным в себе, чем твой сопливый дружок, который запросто может схлопотать сердечный приступ, если что-то слишком уж сильно напугает, расстроит или заставит его переживать.

— Хорошо бы он схватил вас! — грубо бросает Терренс. — Знайте как бы наладилась наша жизнь! Мы с матерью, невестой и этой девушкой жили бы спокойной жизнью и не вспоминали о том, как вы мечтали уничтожить нас.

— Впрочем, я знаю твое самое слабое место, надавив на которое ты вполне можешь сломаться и прекратить быть таким крутым и смелым. — Майкл начинает медленно ходить по кабинету, наматывая круги перед глазами Терренса, Наталии и Эдварда. — Твоя невеста. Если с ней что-нибудь случится, то ты не переживешь этого. Представляю, как ты убивался из-за того, что вы несколько месяцев назад едва не расстались.

— А вам не все равно, собирался ли я расставаться? Это моя жизнь! И вас она никак не касается!

— Однако я очень много знаю об этом случае. — Майкл, продолжая наматывать круги, скрещивает руки на груди. — Знаю, что могло бы произойти с твоей невестой, которая едва не стала жертвой мужчины по имени Саймон Рингер. Он захотел сделать все, чтобы отомстить этой девушке за то, что его любовь к матери Ракель была жестоко отвергнута.

— Вы уже и сюда свой поганый нос засунули! — грубо бросает Эдвард. — У вас в каждой бочке затычка! Способны узнать то, что кажется конфиденциальной информацией!

— Кстати… — Майкл резко останавливается и поворачивается к Терренсу лицом. — Уж ли не из-за этой ситуации Кэмерон бросили почти все друзья и родственники? А, Терренс? Помнишь, как ты был одним из тех, кто оставил ее в беде!

— Я не собираюсь ничего вам рассказывать, — низким голосом заявляет Терренс.

— А мне ничего не надо объяснять, ибо я и так все знаю. — Майкл сцепляет пальцы рук. — В тот период очень кстати пустили слухи, что ты и Ракель были на грани расставания. Выдвигались разные версии: измены обеих сторон, рукоприкладство, твое пристрастие к алкоголю… Сколько раз тебя замечали в барах со стаканчиком чего-нибудь крепкого! Мои люди также замечали тебя там и видели, что один раз ты так нажрался, что какому-то мужику пришлось выводить тебя на улицу. Говорят, ты был настолько пьян, что едва стоял на ногах, во весь голос распевал песни и вообще – вел себя неадекватно.

— Спасибо, рассказывайте дальше, что еще вам нашептали всякие шкодливые птички.

— А одна птичка также прошептала мне, что ты был пойман в объятиях какой-то милой блондиночки. Говорят, вы там так страстно обнимались и целовались… Пресса мгновенно начала писать о том, что ты, скотина, смеешь изменять такой красивой женщине, с которой мечтает быть едва ли не вся мужская часть населения.

— Дальше, — закатывает глаза Терренс.

— Я даже слышал, что вы с Ракель хотели заявить всему миру о своем расставании и завершении карьеры в модельном и актерском бизнесе. Ваши поклонники начали горько плакать и писали вам в соц. сетях о том, чтобы вы снова были вместе и продолжали работать. Они почти были готовы смириться с худшим. Но тут проходит время – и вы выступайте с заявлением о том, что не намерены расставаться и продолжайте работать. И кроме того, вы сообщили миру о своей помолвке, которой обрадовались все ваши поклонники. Все эти чертовы сопляки, которые боготворят вас обоих.

— Слушайте, уважаемый, а вам-то какое дело до того, что происходит с Терренсом и Ракель? — грубо интересуется Наталия. — Это их личная жизнь, и они имеют на нее полное право! То, что произошло между ними, уже давно осталось в прошлом, и сейчас они живут очень счастливо.

— Ты права… Они имеют право на личную жизнь. Но я хочу отметить, что у известных персон ее нет, ибо поклонники, журналисты и репортеры всегда знают, что происходит в их жизни. Порой они знают, где тебя искать. Как будто в них вшили чип, который передает их местоположение каким-нибудь службам… Я думаю, ты и сама должна это понимать, ведь работа твоих родителей так или иначе связана с миром моды. Их часто показывают по телевизору, они дают интервью и посещают самые престижные модные мероприятия. Конечно, Рочестеры не известны по всему миру, но в некоторых кругах их знают и уважают очень многие.

— Даже если это и так, имеет ли это для вас хоть какое-то значение? У вас что, нет своей личной жизни? Поэтому вы лезете в чужую и травите ее?

— Ну-ну, полегче, дорогая, полегче, — спокойно говорит Майкл, с хитрой улыбкой приподняв руки. — Не забывай, что мое терпение не безграничное, и я могу так или иначе приструнить тебя. Может, раньше я и мои люди ничего с тобой не делали, потому что ты была нужна мне живой к сегодняшнему дню. Но сейчас все запреты отменены .

— Только посмейте тронуть ее хоть пальцем! — низким голосом говорит Эдвард, взяв Наталию за руку, и уставляет на Майкла свой холодный взгляд, полный ненависти. — Клянусь, я придушу вас своими руками, если вы или ваши дружки посмею приблизиться к ней.

— Ах, какая картина! — Майкл складывает руки ладонями друг другу и ахает, удивленно смотря на держащихся за руки и презрительно смотрящих на него Эдварда с Наталией. — Бывшие возлюбленные так мило держатся за руки… А безмозглый щеночек отчаянно пытается защитить эту милую девочку.

— Не надо недооценивать некоторых людей, дядя, — сухо говорит Эдвард. — Потому что иногда они способны очень сильно удивить своими поступками.

— Меня ты удивишь только в одном случае: если прекратишь быть сопливым мальчишкой, который верит в сказки, наконец-то повзрослеешь и немного поумнеешь.

— Я не собираюсь ничего менять только для того, чтобы сделать вас счастливым и заставить хотя бы раз сказать что-то хорошее обо мне.

— Пф, даже не мечтай услышать ничего хорошего от меня! — ухмыляется Майкл.

— Хотя бы что-то совпадает: я до смерти ненавижу вас, а вы на дух не переносите меня.

— Здесь трудно поспорить. — Майкл хитро улыбается. — А знаешь, Эдвард… Все-таки хотел бы я посмотреть на то, как ты пытался защитить Наталию от моих людей и потерял сознание после того, как Эрик треснул тебя по башке. Уверен, что это было невероятное зрелище.

— Хотела бы я, чтобы на месте Эдварда оказались вы или кто-то из ваших сообщников, — со злостью во взгляде бросает Наталия. — Этот человек мог умереть после такого сильного удара! Его спасло только лишь чудо!

— Поверь, милая моя девочка, ты была бы единственной, кто переживал бы об этом. Никому больше нет дела до этого поганого сопляка, поскольку он уже разругался со всеми и заставил ненавидеть себя. Может, некоторые даже будут рады знать, что твой бывший откинул кони. По крайней мере, я бы точно не расстроился. И поблагодарил бы Эрика за то, что он устранил того, кто бесит меня ничуть не меньше, чем мой братец.

— Никто не переживал бы, если бы вы откинули кони! Или ваши продажные дружки!

— Ах, Наталия… — Майкл качает головой, немного поправив свой воротник. — Все больше убеждаюсь в том, что вы с Эдвардом стоите друг друга. Вы защищайте друг друга, несмотря на то, что вас уже ничто не связывает. А также огрызайтесь, вопите, деретесь, кусайтесь и на все находите ответ. Неужели у вас один учитель? Или же во всем виновато ваше омерзительное воспитание?

— Не переживайте, сэр, я найду что сказать такому бессовестном и мерзкому подонку, как вы, — грубо и уверенно заявляет Наталия. — Возможно, я не смогу бороться с сильными мужчинами, но язык у меня достаточно острый для того, чтобы достойно ответить на ваши издевки.

— А я буду защищать Наталию до тех пор, пока стою здесь живой, — уверенно заявляет Эдвард, немного приподняв голову. — На этот раз я не сдамся просто так и не отдам эту девушку вам и вашим дружкам. И если мне придется убить кого-то ради ее защиты, то я это сделаю.

— Ой, ну все! — машет рукой Майкл. — Я уже понял, что вы два сапога – пара. Держу пари, что и Терренс успел многому научить вас. У этого двухметрового столба тоже длинный язык, и он не только бросается на всех подряд и заводится так же легко, как и его папаша, но еще и умеет огрызаться и дерзить.

— А позвольте спросить, а кто вас научил огрызаться? — слегка хмурится Терренс, скрестив руки на груди. — Вы поливайте грязью неугодных вам людей ничуть не хуже!

— Только если мы не боимся бросаться в драку, то вы трусите, — уверенно заявляет Эдвард. — Трусите махать кулаками, потому что понимайте, что в силу возраста не справитесь с теми, кто моложе и сильнее вас. Поэтому вы перекладывайте все убийства, попытки покушения и похищения на своих дружков. Они бегают как лоси и исполняют все ваши приказы.

— А еще вы ненавидите людей, которые так или иначе связаны с отцом Эдварда. Его бывшая жена, его дети… Как слышите, что кто-то связан с ними, так начинайте поливать их грязью. И кипеть от злости, когда кто-то упоминает имя вашего брата.

— Не отрицаю – я и правда ненавижу своего братца, — сдержанно подтверждает Майкл. — Потому что он был самым настоящим подонком, который отнял у меня все. То, что могло бы быть МОИМ, если бы этот ублюдок не родился на свет и не сделал двух похожих на себя детишек. Нет бы в свою мамашу пошли, но нет – все взяли у отца. ВСЕ, БЛЯТЬ! Как будто этот мудак клонировал себя!