Терренс не может не согласиться с Эдвардом, потому что тот снова очень точно описал все то, что он чувствует на самом деле, лишний раз убедившись в том, что этот парень буквально читает его словно книгу, которую знает едва ли не наизусть.

— Знаешь, Эдвард, а ты абсолютно прав, — задумчиво соглашается Терренс и прикладывает руку ко лбу, чуть позже проведя ее по лицу. — Ты очень точно описал то, что я сейчас чувствую. У меня действительно почти не осталось энергии. Я чувствую себя каким-то опустошенным, измотанным и усталым… А из-за стресса я стал более раздражительным. На меня свалилось столько проблем за последнее время… Все это слишком тяжело…

— Я прекрасно понимаю тебя, — спокойно говорит Эдвард. — Думаю, мы сейчас все находимся в таком же состоянии. Случай с Ракель ярко это показывает. Она огрызается, потому что испытывает огромный стресс. Ее лучшая подруга попала в беду, и никто не знает, что с ней сейчас происходит.

— Кстати, ты был прав, когда сказал, что мы с Ракель устали и должны отдохнуть друг от друга и ото всех проблем. — Терренс переводит взгляд на пропасть под своими ногами. — Хоть я не перестаю любить эту девушку, конкретно сейчас она меня раздражает. Я не хочу ее видеть и разговаривать с ней. А если она опять начнет огрызаться, то я точно придушу Кэмерон.

— Ну так отдохни где-нибудь после того, как все проблемы решатся. Пусть Ракель займется своими делами, а ты съезди куда-нибудь развеяться. С твоими-то деньгами ты можешь позволить себе любые развлечения.

— Честно говоря, я уже всерьез начинаю задумываться об этом. Думаю, что небольшая разлука пойдет нам только на пользу. В прошлый раз это действительно пошло на пользу нашим отношениям. Пожили раздельно некоторое время и поняли, что нам не хватает друг друга. Сейчас нам нужно сделать то же самое.

— И не забывай, что ты около двух месяцев был в турне с Питером и Даниэлем и Закари, Бредли, Лиамом и Нейтаном из «The Loser Syndrome» .

— Я помню, — кивает Терренс. — Думаю, та разлука тоже здорова помогла нам. Хоть мы с Ракель постоянно общались по видеосвязи и писали друг другу сообщения, я все равно скучал по ней и мечтал не просто увидеть и услышать ее по телефону, а обнять и поцеловать.

— Уверен, если вы сейчас отдохнете друг от друга пару неделек, то несомненно соскучитесь.

— Скорее всего я так и поступлю. Как только все эти чертовы проблемы разрешатся, то я сваливаю куда-нибудь в полном одиночестве. А Ракель пусть остается здесь. Когда приведет свои нервишки в порядок и успокоится, тогда мы и поговорим.

— Я тебя поддерживаю. Когда вы оба успокойтесь и отдохнете друг от друга, то ваши отношения будут уже совсем другие.

— Хотелось бы, чтобы так и было. Хотя от этой упрямой девчонки можно ждать чего угодно. Она просто обожает трепать мне нервы и проявлять свое огромное упрямство.

— Просто вы с Ракель любите быть независимыми. Вы как два диких животных, которые не могут жить в заточении. Которые должны жить на природе и не зависеть от людей. Если кто-то посадит вас на цепь или запрет в клетке, то вам будет плохо. Вы оба – сильные и независимые личности, которых никак нельзя в чем-то ограничивать. Вы любите свободу.

— Мы никогда не ограничивали друг друга. Каждый из нас может делать все что угодно и быть независимым. Хотя сейчас мне приходиться обрывать свободу Кэмерон, потому что мы находимся в опасной ситуации. Ракель некому будет защитить, если она останется совсем одна и наткнется на кого-нибудь подонка из компании дяди.

— Я знаю, что у тебя только благие намерения по отношению к Ракель. И она сама это прекрасно понимает. Хотя и хочет отвязаться от тебя на некоторое время.

— Ракель не любит, когда ее в чем-то ограничивают и обрезают ей крылья даже в целях безопасности. Эта девушка любит свободу. Она хочет быть независимой и делать, что ей хочется. Моей невесте абсолютно все равно, как ее поступок расценят те, для кого она нелюбима, и к чему это может привести. Она слушает только тех, кто играет в ее жизни главную роль. — Терренс тихонько усмехается. — Хотя иногда она и этих людей не слушает. Если этой девчонке что-то взбредет в голову, то ее дурь не выбьешь из башки никакими битами и кувалдами.

— Как я уже сказал, она знает, что ты делаешь все это для того, чтобы защитить ее. Однако раз уж ты решил жениться на ней, то тебе придется смириться с ее характером и любить ее такой, какая она есть. Вот у твоего отца тоже всегда был не идеальный характер, но твоя мама все равно любила его даже таким и знала, что ей не удалось бы переделать его под себя.

— Я знаю. Но иногда я пытаюсь исправить это, ведь ее упрямство и желание сделать все по-своему однажды может привести ее к беде.

— Не пытайся изменить ее, Терренс. Все равно это не приведет ни к чему хорошему. Если уж Алисия и мистер Кэмерон не смогли побороть ее упрямство и желание быть независимой, то тебе это тем более будет не под силу. Нет смысла воспитывать и менять взрослого человека, у которого уже сформировались свои характер, привычки и предпочтения. Хотя иногда и маленький ребенок может проявить себя и даже не думать меняться.

— Я вовсе не пытаюсь перевоспитать ее. Просто я хочу, чтобы она была менее упрямой. Чтобы она хотя бы иногда слышала меня и делала то, что будет лучше для нее.

— Однако заметь, что иногда Ракель оказывается права, когда проявляет упрямство.

— Ты прав, — едва заметно улыбается Терренс. — Ракель реально может попасть в яблочко! И сейчас мне начинает казаться, что мы с ней будто поменялись местами: она отдала мне свое упрямство, а я « наградил » ее умением думать трезво. Пока Кэмерон оказывается права, когда делает некоторые вещи, и реально может предчувствовать что-то нехорошее, я же начал страдать из-за каких-то последствий многих своих действий.

— Не надо жалеть о том, что ты совершаешь ошибки. Без них невозможно жить, ибо мы всегда будем учиться на них и извлекать из них какие-то уроки. Может быть, сейчас ты совершаешь какие-то ошибки, но зато потом сделаешь что-то грандиозное, что заставит тебя гордиться самим собой. Это нормально! Совершая неправильные вещи, мы не становимся хуже. Мы становимся лучше. Лучше, потому что получаем опыт и знание того, что нам не стоит это делать. Нет человека, который ни разу не ошибался. А если и есть, то он ничего не знает, ничего не умеет, и ничего не может достигнуть. Люди добиваются успеха только лишь после того, как сделают кучу ошибок и идут вперед с учетом знаний, полученных после того, как сотню раз спотыкались обо что-нибудь.

Слова Эдварда заставляют Терренса тихонько усмехнуться и скромно улыбнуться.

— И давно в тебе проснулся философ, Эдвард Локхарт? — интересуется Терренс. — С чего это ты вдруг решил вспомнить что-нибудь из философии про ошибки?

— Не знаю, просто поперло не в ту сторону, — пожимает плечами Эдвард. — Однако это правда . Конечно, ты чувствуешь себя паршиво, если совершишь какую-нибудь непростительную ошибку и потеряешь слишком многое. Но зато в следующий раз ты будешь гораздо мудрее и подумаешь, прежде чем что-то сделать.

— Только это относится к некоторым людям. К сожалению, некоторых жизнь ничему не учит. Как бы сильно им ни надирали задницу, они все равно ничего не понимают.

— Согласен… Да и вообще… Наша жизнь и жизненный опыт – прекрасное вдохновение для песен, фильмов и книг. Если ты пережил очень многое, то у тебя появится много идеей, которые захочется воплотить на бумаге или на экране.

— Это верно. Мне нравятся песни, написанные на основе личного опыта или реальных событий. Ведь так можно получше узнать человека и о том, что находится внутри. Иногда через музыку ты можешь узнать все о человеке, если он поет песни о своей жизни. Люди могли бы узнать очень многого про меня, если бы я захотел написать песню на основе моего личного опыта или сняться в фильме, который рассказал бы о моей жизни.

— Мне кажется, это было бы крутой проект. Твоя жизнь проходит, как на огне. С тобой постоянно что-то происходит. Ты никогда не скучаешь и постоянно проживаешь различные эмоции и чувства. Можно легко описать всю твою жизнь в ярких красках. Никто бы не скучал, слушая песню или смотря фильм о тебе. Все бы мечтали узнать концовку твоей истории.

— Может, когда-нибудь я и решусь написать песню, в которой позволю людям узнать очень многое обо мне… — пожимает плечами Терренс. — Но не сейчас. Сейчас я не готов еще раз переживать всю свою жизнь заново ради одной песни.

— Может быть, и я сделаю что-то подобное, — тихо говорит Эдвард. — Только не факт, что это кто-нибудь увидит и услышит. Хотя мне есть что рассказать обо себе…

Эдвард склоняет голову и начинает рассматривать свои ботинки. Терренс же ничего не говорит и сначала бросает короткий взгляд на своего друга, а затем – на дальние горизонты. Несколько секунд они оба молчат. Каждый из них с грустными лицами думает о чем-то своем, смотря либо вдаль и замечая, что солнце наполовину скрылось за тучами, либо на свои ботинки или то, что находится на земле. В том месте, где находятся парни, царит полная тишина. Ее нарушает лишь негромкое пение птичек и жужжание летающих в воздухе насекомых. Здесь очень приятно находиться, расслабляться и приводить свои нервы в порядок. Вокруг нет людей, а до центра города придется добираться довольно долго. Невольно забываешь обо всех проблемах и начинаешь вспоминать что-то хорошее, что вызывает едва заметную улыбку на лице.

Однако через некоторое время у Эдварда начинает звонить мобильный телефон. Мужчина, тихо выдыхая, кладет руку в карман кожаной куртки, вытаскивает телефон и без эмоций на лице отвечает на звонок, даже не удосуживаясь посмотреть на экран и узнать имя того, кто ему звонит.

— Слушаю, — без эмоций говорит Эдвард.

— Здравствуй, дорогой племянник! — раздается радостный, бодрый голос Майкла. — Это твой любимый дядюшка Майки! Ну как ты там, малыш? Как твоя головка? Не сильно болит после того, как тебя здорово ударили по ней?

Эдварда вздрагивает и широко распахивает глаза, когда мгновенно понимает, что ему позвонил Майкл. А в следующую секунду довольно резко спрыгивает с оградки и пулей отходит в сторону. Терренс, до этого момента смотревший куда-то вдаль, слегка хмурится и переводит взгляд на Локхарта, чье поведение его настораживает.

— А теперь, старый ублюдок, я хочу знать, что вы сделали с девушкой, — грубо говорит Эдвард, сжимает свободную руку в кулак и в несколько раз повышает голос, мгновенно став раздраженным. — ОТВЕЧАЙТЕ, ЧТО ВЫ С НЕЙ СДЕЛАЛИ! ОТВЕЧАЙТЕ, СУКА!

— Успокойся, парень, успокойся, — сдержанно отвечает Майкл. — Не надо кричать в трубку и портить мне слух. Ты можешь говорить спокойно. Хоть я уже и старый, мой слух все еще прекрасный.

— Вот и замечательно! — резко отрезает Эдвард. — Послушайте, какой вы ВЫЖИВШИЙ ИЗ УМА МУДАК, КОТОРЫЙ ЗАШЕЛ УЖЕ СЛИШКОМ ДАЛЕКО!

— Черт, вот у тебя талант – бесить меня уже с первых же секунд разговора. Едва заговорил с тобой, а мне уже хочется разбить телефон об стенку, чтобы не слышать ТВОЙ ПРОКЛЯТЫЙ ГОЛОС!

— Прекратите заговаривать мне зубы и немедленно отвечайте, что вы сделали с девушкой, которая уже четвертый день находится в вашем доме! ОТВЕЧАЙТЕ, МРАЗЬ, ЧТО ВЫ С НЕЙ СДЕЛАЛИ! А ИНАЧЕ КЛЯНУСЬ, ВЫ ПОЖАЛЕЙТЕ О ТОМ, ЧТО НА СВЕТ РОДИЛИСЬ!

— Спокойно, дорогой мой, с твоей девчонкой пока что все хорошо. Она находится под пристальным присмотром моих людей, которые следят за тем, чтобы она даже не вздумала бежать.

— Что значит « пока что все хорошо »? — раздраженно возмущается Эдвард. — Вы что, блять, собирайтесь с ней сделать? ОТВЕЧАЙТЕ, БЛЯТЬ!

— Пока что ничего. Но очень скоро придет время, когда я с удовольствием отдам ее своим людям. — Майкл ехидно смеется. — Они уже так взбудоражены, скажу тебе по секрету. Ждут не дождутся, когда смогут поиграть с этой красавицей. Уже встают в очередь и ждут, когда она отсосет им перед смертью.

— Клянусь, дядя Майкл, если вы или ваши мерзкие дружки хоть пальцем тронете ее, то вам придется сильно пожалеть об этом. Я не шучу! Вы зашли уже слишком далеко, и я не собираюсь больше церемониться с вами. Вам удалось добиться своего и лишить меня последней капли терпения.

— Неужели ты все еще наивно думаешь, что сможешь спасти эту красавицу от меня? Ты проиграл уже тогда, когда едва начал строить из себя героя. Я понимаю, что ты бесишься из-за того, что ты проиграл, и эта красавица стала почетной гостьей в моем шикарном доме. Но тебе уже не удастся помочь ей. Сегодня наступит день ее гибели. День, когда мой дражайший Юджин, наконец-то с ней. Как он мечтает уже долгое время.

— Не бесите меня, мразь! — сквозь зубы цедит Эдвард, крепко сжав свободную руку в кулак и начав довольно часто дышать и напрягать все мышцы своего тела. — Если я узнаю, что вы или та волосатая горилла посмели приблизиться к ней, то я не буду отвечать за свои дальнейшие действия. Я, БЛЯТЬ, ПОНЯТНО ОБЪЯСНЯЮ? ЧТОБЫ И ДУХУ ВАШЕГО НЕ БЫЛО РЯДОМ С ЭТОЙ ДЕВУШКОЙ!

В этот момент Терренс резко спрыгивает с оградки и подходит к Эдварду, заинтересовавшись разговором с Майклом, который так бесит Локхарта. Сам же Эдвард бросает на него короткий взгляд и включает на телефоне громкую связь, чтобы тот тоже смог слышать то, что говорит дядя его приятеля.

— Послушай, Эдвард, прекрати уже махать своими ручками и раскидываться своими бесполезными угрозами, — спокойно говорит Майкл. — Ты все равно ничего не сделаешь против меня, потому что жутко боишься своего дядюшку.

— Не будьте таким самоуверенным, — сухо говорит Эдвард. — Если я узнаю, что вы или кто-то из вашей банды отморозков сделал с Наталией хоть что-нибудь, то пойду на все . Хоть грохну вас, хоть подожгу ваш гребаный дом вместе со всеми этими мерзкими ублюдками.

— Ах, мальчик мой… — тихо вздыхает Майкл. — Когда же ты наконец повзрослеешь и прекратишь эти бесполезные игры в геройство? Конечно, я высоко оценил, как ты защищал эту милую девушку от моих людей. Но, к сожалению, тебе все равно не удалось уберечь ее. Наталия все равно оказалась в моем доме и сейчас тихонько плачет в комнатке, где она заперта совсем одна, и ждет, когда я дам своим людям добро на то, чтобы они поигрались с ней, а потом убили.

— Я бы защищал ее до последнего, если бы один жополиз, который работает на вас и выполняет ваши грязные делишки, не толкнул меня так, что я ударился головой об стенку и отключился, — грубо говорит Эдвард. — Стоял бы я на ногах и был в сознании, эти суки не посмели бы никуда увести ее.

— Эрик с Юджином рассказали мне обо всем. — Майкл тихонько, ехидно смеется. — Рассказали, как отчаянно ты хотел продемонстрировать свое бывшей небывалую силу и огромную смелость. Конечно у тебя крепкая башка, но даже она не выдержала крепких ударов моих помощников. Ах, как жаль, что я не увидел, как мой любимый племянник защищает свою бывшую девушку, которая ему изменила…

— И вам ОЧЕНЬ крупно повезло, что ваши дружки не дали мне пройти в дом, когда вы написали мне, что спрятали эту девушку там. Если бы я оказался там, то грохнул бы вас в тот же день. ВЫ СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ НЕ МОЖЕТЕ, НАСКОЛЬКО СИЛЬНО ВАМ УДАЛОСЬ ВЗБЕСИТЬ МЕНЯ.

— Ну знаешь, ты и твой старший братец бесите меня с тех пор как появились на свет. Прямо как ваш жалкий папаша – с тех пор, когда мои родители совершили огромную ошибку и родили этого мерзкого ублюдка. Я ненавидел его еще тогда, когда он был в утробе у матери, и проклинал этот плод. Мечтал, чтобы он никогда не рождался на этот свет.

— Только попадитесь мне на пути, дядюшка Майки, — низким голосом произносит Эдвард. — Только попробуйте попасться мне глаза. Клянусь – я сотру вас в порошок! ЗА ТО, ЧТО ВЫ ПОСМЕЛИ СДЕЛАТЬ ТАКОЕ С НЕВИННОЙ ДЕВУШКОЙ! ОНА НИ В ЧЕМ НЕ ВИНОВАТА ПЕРЕД ВАМИ, НО ВЫ, СУКА, ВСЕ РАВНО СДЕЛАЛИ ЕЕ ЖЕРТВОЙ!

— И кстати, я бы посмотрел на то, как эта блондиночка тряслась от страха при виде Юджина, пряталась у тебя за спиной и впала в отчаяние, когда поняла, что ее защитник едва не сдох. Мне рассказали, как она громко вопила и дралась, пока мои люди пытались схватить ее. Ох, я бы с большим удовольствием посмотрел на это грандиозное шоу и громко рассмеялся бы, когда удар Эрика отправил тебя в нокаут, а Юджин усыпил эту девочку.

— А я бы с БОЛЬШИМ удовольствием выстрелил вам в голову и НИ КАПЛИ не пожалел бы, видя, как вы задыхайтесь своей собственной кровью, — грубо говорит Эдвард, настолько крепко сжимая свободную руку в кулак так, что его костяшки становятся белыми, и борясь с желанием швырнуть телефон куда подальше, чтобы не слышать противный голос Майкла.

— Только попробуй это сделать, кровожадный ты мой мальчик. А иначе сядешь в тюрьму на долгие годы.

— Мне чихать! Если Наталия пострадает и тем более умрет по вашей милости, то можете попрощаться со своей никчемной жизнью и готовиться отправиться на тот свет. Прямиком в ад. Без тех денег и богатств, что вы украли у моего отца. Там они вам не понадобятся.

— А тебе в аду не понадобится твой выпендреж. Думаешь, я не знаю, какой ты на самом деле трусливый щенок, который пытается скрыть свою трусость? Может, кто-то, как, например, твоя бывшая, поверят в твой героизм, но я слишком хорошо тебя знаю. Ты – притворщик , Эдвард. Притворщик . Трусливый щенок, который умеет лишь тявкать из-за угла, а высунуться боится.

— Я все сказал! Тронете ее хоть пальцем – вам не жить!

— Ну ты и распушил хвост. Сначала оскорблял эту девчонку, а теперь готов всем глотки перегрызть, лишь бы спасти ее от своего дядюшки.

— Так, прекратите заговаривать мне зубы! — раздраженно отрезает Эдвард, резко махнув рукой. — Мне не интересно, что находится в вашей старой башке с одной едва работающей извилиной в ней. Вы сейчас же прикажете своим людишкам пустить меня в дом, когда я только появлюсь там. Я заберу с собой эту девушку и увожу ее подальше от вас и этого больного ублюдка Уэйнрайта. И после этого вы раз и навсегда забудете о ней. А еще лучше оставьте всю мою семью в покое и прекратите нас преследовать.

— Пф, ну и наивный же ты парень! — ухмыляется Майкл. — Неужели ты как девчонка все еще веришь в сказки и считаешь, что у каждой истории есть счастливый конец, в котором добро побеждает зло? Проснись, малыш! Хватит уже этих розовых соплей! Начни, блять, взрослеть и становиться мужиком! Сколько уже можно быть девчонкой, которая всегда была слишком сентиментальна, труслива, впечатлительна и до безобразия наивна? Так и будешь до самой старости верить в сказки? Ты еще, блять, начни читать сказки про принцев и принцесс и обсуждай их с девчонками. Вот бы тебя мужики засмеяли… Ни один нормальный мужик не будет таким неженкой и вести себя как баба!

— Вам было бы полезно почитать парочку добрых сказок, — грубо говорит Эдвард. — Может, подобрели бы немного.

— Даже нет никакого желания слушать тявкающего щенка, который уже никогда не превратится во взрослую сторожевую собаку. От тебя толку никакого! До сих пор не понимаю, в чем смысл твоей никчемной жизни. Хотя даже если бы у тебя и была какая-то жизненная цель, ты бы все равно ничего не добился. Потому что ты – неуверенный в себе трус, который страшно боится признаться в этом.

— Не надейтесь, что я стану таким же гадким, завистливым и ненавидящем весь мир типом, как вы. И вы сильно недооценивайте меня, дядюшка Майки. Потому что если я узнаю, что вы или ваши дружки причинили Наталии вред, то можете забыть о прежнем Эдварде. Я стану человеком, который никого не пощадит, если с моей девушкой что-нибудь случится.

— Ты оговорился, мальчик мой. Эта красивая блондиночка больше не твоя девушка. По идее ты вообще не должен о ней беспокоиться. Но мы-то с тобой прекрасно знаем, почему ты так рвешь и мечешь из-за того, что Наталия находится в моем доме и ждет, когда настанет ее время развлекать моих людей и погибать от их рук.

— Не пробуждайте во мне зверя, старый маразматик, — со злостью во взгляде шипит Эдвард, крепко сжав руку в кулак и еще сильнее напрягая и без того напряженные мышцы своего тела. — Ваши больные дружки не посмеют и близко подойти к ней. Пусть только попробуют посмотреть на нее – и я сдеру с них шкуру. И С ВАМ ТОЖЕ СДЕРУ! ЗА ТО, ЧТО ЛИШИЛИ МЕНЯ ПОСЛЕДНЕЙ КАПЛИ ТЕРПЕНИЯ!

— Ох, Эдвард, как же мне смешно от того, что ты делаешь, — злорадно смеется Майкл. — Ты думаешь, я подожму лапки и буду глазеть на тебя испуганными глазенками после твоих угроз? Ха, я не боюсь всякое тявкающее дерьмо! Ты хочешь казаться опасным, но это выглядит очень смешно. Твое шоу – это всего лишь игра ! Игра для твоей семейки, от которой ты ждешь благодарности. Для которой хочешь быть хоть чуточку полезным… Игра для твоей бывшей, которую надеешься вернуть благодаря псевдогероизму, прекрасно зная, что девушек очень возбуждают подобные вещи.

— Вы тоже не ждите, что я буду трястись, стоя перед вами. Я уже много раз предупреждал вас о том, что произойдет, если вы выведете меня из себя. Может, раньше я и опасался вас, потому что вы больной, и вам надо лечиться. Но теперь даже ваши проблемы с головой не отпугнут меня. Особенно после того, как вы организовали похищение ни в чем неповинной девушки. Вы, старый больной ублюдок, даже представить себе не можете, как сильно я возненавидел вас после того, как узнал об этом.

— Да, огрызаться и грубить ты никогда не разучишься… Сколько я тебя помню, ты всегда был тем еще грубияном, которого никогда не учили вежливости, уважению старших и подчинению тем, кто знает НАМНОГО больше тебя.

— Ха, уважать? ВАС? — громко удивляется Эдвард. — А за что вас уважать? За то, что вы портите жизнь моей семье и всю жизнь мечтали, чтобы вас носили на руках и обслуживала целая куча людей? Вы не сделали ничего для того, чтобы заслужить хоть чье-то уважение. И да, вы не думайте, что все ваши прихвостни реально любят вас. Они любят то бабло, которое вы им отваливайте. Вот проверьте – не давайте им денег пару неделек и увидите, что они мгновенно прекратят прыгать перед вами на задних лапках.

— Вот почему я всю жизнь до смерти ненавижу тебя, — грубо говорит Майкл. — Ты всегда был как кость в горле! Всегда был невоспитанным хамлом и обожал совать свой поганый нос не в свои дела. Твой папаша сам был такой же и тебя ничему не научил! Понабрался всякого дерьма от своих дружков, с которыми целыми днями где-то шлялся.

— А это не ваше дело, дядя Майкл! — сухо отвечает Эдвард. — И вообще, мне уже надоело слушать ваши бредни! Просто прикажите своим ублюдкам впустить меня в дом, чтобы я смог забрать ту девушку, которую эти суки наглым образом увели у меня из-под носа.

— Ар-р-р-р, как же ты меня бесишь, поганая сучара! — громко рычит Майкл. — Твоя чертова блондинка покинет мой дом только вперед ногами! И ты никак не сможешь этому помешать!

— Надо будет – я прорвусь в ваш дом силой и грохну весь этот чертов сброд! И эта девушка уйдет из этого дома СО МНОЙ и ЖИВОЙ! ВАМ ЯСНО, БЛЯТЬ?

— Хватит, Эдвард, ХВАТИТ, СУКА! — приходит в бешенство Майкл. — ТЫ БЕСИШЬ МЕНЯ ДАЖЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ТВОЙ ГРЕБАНЫЙ ПАПАША! БЫЛ БЫ ТЫ СО МНОЙ, Я БЫ ТАК НАБИЛ ТЕБЕ МОРДУ, ЧТО ТЫ БЫ ПОЖАЛЕЛ О ТОМ, ЧТО НА СВЕТ РОДИЛСЯ! МЕЛКИЙ ГАДЛИВЫЙ УБЛЮДОК!

— Прекратите вопить в трубку! Я не глухой и прекрасно слышу ваши гневные тирады, от которых меня уже тошнит. Хотите вы этого или нет, но я заберу Наталию из вашего дома. Однако прежде чем возжелать увидеть ее живой и здоровой, я хочу услышать ее голос! Сейчас же дайте ей трубку и позвольте сказать хоть слово! СЕЙЧАС ЖЕ!

— Боюсь, дорогой мой, эта девочка не сможет говорить, потому что у нее явно слишком сильный шок, из-за которого она не всегда отвечает моим людям, когда они что-то ей говорят, — задумчиво отвечает Майкл. — Однако я все-таки позволю тебе увидеть твою бывшую девушку в последний раз. Только для этого тебе придется выполнить очень простые условия.

— Вы не заставите меня убивать кого-либо, — уверенно заявляет Эдвард. — Ради Наталии я готов на все , но не хочу всю жизнь проклинать себя за то, что убил тех, кого НИКОГДА не хотел и НЕ БУДУ убивать.

— Спокойно, малыш, пока что я не буду заставлять тебя убивать. Для начала тебе придется сделать кое-что попроще.

— Немедленно называйте свои требования, которые я должен выполнить в обмен на жизнь и свободу девушки, — грубо бросает Эдвард. — СЕЙЧАС ЖЕ!

— Значит так, слушай меня внимательно и запоминай, тявкающий щенок, — уверенно говорит Майкл. — Сегодня ровно в шесть часов вечера я буду ждать тебя у себя дома. К этому времени я прикажу своим людям впустить тебя.

— Даже не сомневайтесь, дядюшка! И если я не увижу девушку, то переверну весь тот гребаный дом, но найду Наталию где бы вы ее не заперли.

— НО! Но! Ты должен приехать не один. А с Терренсом МакКлайфом. Которого наконец-то увижу в первый раз и узнаю, что выросло из любимчика семьи МакКлайф. Мне все равно , как ты заставишь этого психованного мудака поехать с тобой. Делай что хочешь: хоть договаривайся по-хорошему, хоть огрей его по башке и запихивай тушку этого парня в машину. Но ровно в шесть часов я должен увидеть вас обоих у себя дома.

Все это время Терренс внимательно слушает Майкла с Эдвардом и сразу понимает, что этот человек и правда такой омерзительный и гадкий. А когда дядя Локхарта требует, чтобы парни приехали к нему домой вдвоем, то они вопросительно переглядываются друг с другом.

— Ха, а больше вы ничего не хотите, господин? — презренно усмехается Эдвард.

— Я все сказал, Эдвард, если хочешь увидеть девчонку, то тебе придется приехать сюда вместе с Терренсом, — спокойно говорит Майкл, и прочищает горло. — Ах да, и хочу предупредить вас обоих: если вы вдруг захотите притащить с собой кого-то постороннего, особенно полицейских, то блондинке придет конец. Мои люди покончат с ней прямо на ваших глазах. Надеюсь, тебе все понятно, дорогой мой Эдвард?

— Понятнее некуда! — низким голосом бросает Эдвард. — Будет ваше желание исполнено!

— Прекрасно! И да, ты, конечно, можешь приехать один, если твой дружок может вышвырнуть тебя из своего дома, как только ты появишься на пороге. Ничего страшного. Но передай этому идиоту, что он не сможет вечно прятаться от меня и прятать свою невесту. Я все равно доберусь до Терренса и его красавицы Ракель, которую он так яро защищает от моих людей, также мечтающие поразвлечься с ней.

— Не думайте, что он просто так отдаст вам и вашим людишкам свою невесту. Терренс ни за что не сделает этого и будет защищать ее до последнего. А я с радостью ему в этом помогу.

— Ничего, мальчик мой, с этим психом мои люди разберутся в два счета, — уверенно отвечает Майкл. — Я нисколько не сомневаюсь, что он такой же чертов ублюдок, который только лишь умеет распускать руки и орать как истеричка.

— Да вы любого нормального человека сделайте истеричкой! С вами невозможно даже просто стоять, ибо вы любого приводите в бешенство!

— Намекаешь на то, что МакКлайф типа нормальный? — Майкл громко усмехается. — Ха! Нет, дорогой мой! Терренс всегда был истеричным психом. Который, правда, добился того, о чем ты можешь только мечтать. Даже несмотря на проблемы с головой, его любят все . Никого не волнует, что этот человек запросто может зарезать кого-нибудь. А этот петух прекрасно знает об этом. Поэтому он ведет себя слишком уверенно и кичится тем, что он – всеобщий любимчик, обожаемый мамочкой с папочкой, невестой и малолетками со всего мира.

— Так все! — громко и раздраженно восклицает Эдвард, резко махнув рукой. — Мне надоело слушать ваш бред, от которого у меня кровь из ушей идет! Короче, дядя: ваши требования будут выполнены! Мы с Терренсом приедем к вам в назначенное время. И я искренне надеюсь, что вы оставите девушку в покое и немедленно освободите ее. А будет еще лучше, если вы исчезните из жизни всех членов семьи МакКлайф. Отдадим вам все, что у нас есть, лишь бы вы оставили нас в покое и подавились тем, что украли.

— Ох, знаешь, милый мой, пожалуй, я тоже не буду тратить свои нервы на бесполезный разговор с тобой. У меня еще столько дел, а ты успел здорово утомить меня. Пойду выпью бокал крепкого вина и, может быть, приму роскошную ванну. Так что до скорой встречи, Эдди. Сегодня наконец-то все закончится. Сегодня тебе предстоит сделать выбор, от которого будет зависеть твоя жизнь. Только лишь твоя. А иначе ты сдохнешь вместе с теми, кого на небесах уже ждет твой папаша. Хотя тебя он вряд ли ждет, потому что никогда не любил такого бесполезного и бездарного щенка, как ты.

Майкл резко отключает звонок, и Эдвард может слышать лишь монотонные гудки. Но через пару секунд он блокирует телефон и крепко сжимает его в руке, довольно тяжело дыша и чувствуя, как он буквально закипает от злости. Терренс тоже начинает сильно нервничать после этого звонка от человека, который сразу же показался ему мерзким и ужасным.

— Вот сука… — едва сдерживает свой гнев Эдвард, с частым тяжелым дыханием окидывая взглядом всю обстановку. — Ненавижу эту мразь! НЕНАВИЖУ! УБЛЮДОК! ЧТОБ ОН СДОХ!

В порыве злости Эдвард со всей силы бьет кулаком прямо по деревянной оградке, после чего мгновенно чувствует сильную боль в руке.

— Как же я ненавижу эту падлу! — сквозь зубы цедит Эдвард, сжав одну руку в кулак, а во второй крепко держа телефон. — Иногда я так хочу швырнуть в него самую мощную гранату. Чтобы он подорвался на ней вместе со своими планами к ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!

— Да, сразу видно, что это тот еще отморозок, — нахмурившись и скрестив руки на груди, отмечает Терренс. — Стоило только услышать его голос, как я уже понял, что он и правда тот еще мерзкий мудак.

— Да уж… — гораздо спокойнее говорит Эдвард. — До сих пор удивляюсь, что у таких замечательных людей, как у дедушки с бабушкой мог родиться такой ублюдок. Наверное, они в гробу переворачиваются при виде того, что творит эта крыса.

— К сожалению, нередко можно найти гнилой фрукт в корзине с на первый взгляд красивыми и сочными.

— Ты прав…

На пару секунд в воздухе воцаряется пауза, во время которой Эдварду удается немного успокоиться и совладать с негативными эмоциями, которые в нем вызвал Майкл.

— Черт, если честно, мне не нравится то, что он попросил приехать нас обоих, — слегка хмурится Эдвард. — Это точно не приведет ни к чему хорошему.

— Знаю, — кивает Терренс. — Однако у нас нет выбора. Мы должны ехать туда вдвоем. От этого зависит жизнь Наталии, а мы не можем рисковать ею.

— Хоть бы эти твари не успели ничего с ней сделать до того, как мы приедем. И успели ли они что-нибудь сделать с Наталией за эти четыре дня, что она находится в доме этого старого хрыча?

— Вряд ли Майкл захочет трогать ее. Он сам сказал, что позволит тебе увидеть эту девушку. А раз так, значит, мы увидим ее живой , когда приедем туда.

— Дядя сказал, мы должны ехать туда в шесть часов. Сколько у нас еще осталось времени? По моим личным ощущениям сейчас около трех часов дня!

— Так… — Терренс смотрит на часы, которые он носит на левой руке. — Если быть точнее, то сейчас без пятнадцати три.

— Чуть больше трех часов… Значит, еще три часа до шести. Однако нам нужно выезжать гораздо раньше, ибо до его дома нужно проделать долгий путь.

— А как долго добираться до его дома? — слегка хмурится Терренс.

— Если бы мы выехали из твоего дома, то можно доехать за полтора часа.

— Значит, выезжать нужно в половину пятого или даже раньше. И в таком случае у нас осталось гораздо меньше времени.

— Может быть, времени осталось мало, но мы еще можем морально подготовиться к этой встрече.

— И предупредить об этом Ракель! — уверенно восклицает Терренс. — Она должна знать об этом! Мы должны немедленно рассказать ей о том, что Майкл объявился и назначил нам встречу.

— Тогда сейчас же поедем к тебе домой. Ты ведь говорил, что она сейчас там.

— Да, надо ехать домой… — Терренс резко проводит рукой по своим волосам, будучи немного взволнованным. — Твою мать, я сегодня не стал брать машину Ракель и решил пройтись пешком. А отсюда до дома идти как минимум минут тридцать-сорок… Ты сам приехал сюда на машине?

— Нет, я тоже без машины, — мотает головой Эдвард. — Не думал, что она сегодня мне понадобится.

— Блять! Ладно, нам лучше поторопиться! У нас и так времени в обрез!

— Тогда вперед!

Эдвард первым срывается с места, после чего за ним сразу же следует и Терренс. Оба довольно быстро перелезают через оградку, за которой они находятся, и практически бегом направляются по прямой дороге, желая как можно скорее добраться до дома Терренса и Ракель, чтобы рассказать девушке о звонке Майкла.

***

Время около трех часов дня. Дом Майкла. Мужчина радостно предвкушает вкус победы, с нетерпением ожидая момента, когда Эдвард и Терренс прибудут сюда, будучи решительно настроен довести это дело до конца и не намереваясь сдаваться, когда он уже так близок к финишу.

— Сегодня я наконец-то осуществлю свой план, — уверенно говорит Майкл, с хитрой улыбкой медленно наматывая круги по своему кабинету с бокалом, на четверть заполненным дорогим сухим вином, которое он время от времени выпивает. — Сегодня всей семейке МакКлайф придет конец… Надо только дождаться, когда парни приедут сюда, чтобы послать своих людей в дом Терренса и приказать забрать Ракель. Эти двое ничего не смогут сделать и будут вынуждены провести немного времени со мной и той очаровательной блондиночкой. Эта милая девушка станет свидетельницей того, как ее бывший убьет ее лучшего друга. Или же сдохнет, если и дальше продолжит трусить. Я не сомневаюсь, что так и будет. Я хочу , чтобы Эдвард отказался от убийства Терренса. Хочу, чтобы этот сопляк сдох. Ну а мои люди займутся теми двумя очаровательными красавицами, которых никто не сможет защитить после смерти этих ублюдков. Один из которых еще не знает, что он – мой самый старший племянник. И уже в конце я займусь их мамашей, которая также отправится туда, где ее будут ждать оба сыночка и муженек.

Майкл останавливается посреди кабинета и с гордым видом пригубляет немного вина из своего прозрачного бокала, наслаждаясь изумительным вкусом этого дорогого напитка и широко улыбаясь.

— Я сделаю то, чего так долго хотел, — уверенно говорит Майкл. — Скоро я отомщу всем МакКлайфам. Больше ни одна скотина не посмеет отобрать у меня то, чего меня лишили в детстве. Все, что пока что принадлежит моим родственникам, в ближайшее время станет моим. И только моим. Ни мой братец Джейми, ни мои племянники Терренс и Эдвард не будут путаться у меня под ногами. Ар-р-р-р… Ненавижу этих мудаков. Ненавижу за то, что своим рождением они лишили меня всего, что могло быть МОИМ. Только моим. Но теперь-то справедливость восторжествует. Я получу то, чего был лишен всю свою жизнь.

Майкл с хитрой улыбкой и гордым видом делает еще пару глотков вина и бросает взгляд на включенный настольный компьютер, на котором открыта какая-то страница в Интернете. А через несколько секунд в кабинете раздается осторожный стук в дверь. Ничуть не удивившись, Майкл ставит бокал на стол и скрещивает руки на груди.

— Войдите! — восклицает Майкл, переведя взгляд на дверь.

Дверь тихонько отворяется, а на пороге показывается пребывающий в прекрасном настроении и широко улыбающийся Эрик, который держит в руках небольшую коробку, сделанную из черного бархата.

— Заходи, Эрик, — вежливо говорит Майкл, делая подзывающий жест. — Не стесняйся.

Эрик тут же заходит в кабинет, закрывает за собой дверь, крепко прижав к себе коробку, уверенно направляется к рабочему столу Майкла и ставит на него то, что он держит в руках со словами:

— Вот, мой господин. Я принес вам то, что вы хотели.

— Принес? — интересуется Майкл и с хитрой улыбкой уверенной походкой подходит ближе к столу. — Отлично, я хочу взглянуть на это!

Майкл немного приподнимает черную коробку и несколько секунд рассматривать ее со всех сторон. А вскоре он с тихой ухмылкой ставит ее на стол, снимает крышку и заглядывает внутрь. Мужчина с еще более широкой улыбкой медленно, аккуратно достает оттуда новенький, казалось бы, еще не использованный черный пистолет. Эта вещь вызывает у него огромное восхищение, и он, словно зачарованный, начинает рассматривать оружие, вертя его в руках и изучая глазами каждую его деталь.

— Превосходно! — с наслаждением произносит Майкл. — Это то, что мне нужно для сегодняшнего вечера!

— Только что достал из сейфа, — с хитрой улыбкой уверенно отвечает Эрик. — Это оружие еще ни разу не было использовано.

— Ах, замечательно! Специально приберег эту красоту для особого случая. Для того, что случится сегодня вечером.

— Не беспокойтесь, мистер МакКлайф, — скрещивает руки на груди Эрик. — Все должно пройти, как по маслу. Вы наконец-то получите то, что заслуживайте!

— Да, Эрик… — Майкл поворачивается к Эрику лицом и с гордостью смотрит на него. — Уже сегодня . Уже сегодня я наконец-то получу все, что у меня когда-то украли. Мне не терпится поскорее расправиться со всеми этими людишками и сказать, что моя месть свершилась.

— Осталось совсем немного времени, мой господин. Нужно подождать всего лишь каких-то три часа.

— Они быстро пролетят. Раз уж я ждал этого дня больше пятидесяти лет, значит, смогу подождать еще нежножко.

— Я нисколько не сомневаюсь в вашей победе над всеми этими людишками. Ведь вы все прекрасно просчитали.

— Однако я бы не справился без помощи своих верных людей.

— Мы всего лишь помогаем вам. А весь этот план придумали лично вы. Мы не посмеем приписать себе ваши успехи.

— Мне нравится твоя скромность, — хитро улыбается Майкл. — Тем не менее не забывай, что многое из того, что мы сделали все вместе, было придумано многими из вас. Каждый предлагал свои идеи, многими из которых я согласился воспользоваться.

— Раз вы так говорите, я не буду спорить. И буду продолжать делать то, что вы прикажете.

— А я никогда и не сомневался в твоей преданности ко мне. — Майкл аккуратно кладет пистолет на стол. — Обещаю, что я очень щедро вознагражу тебя, когда все МакКлайфы будут уничтожены. Уверен, что ты будешь в восторге от того небольшого сюрприза, который я для тебя приготовил в качестве благодарности за твою смелость.

— Благодарю вас, уважаемый мистер МакКлайф, — уверенно отвечает Эрик, гордо смотря на Майкла и слегка склоняя голову. — Для меня большая честь служить такому удивительному и щедрому человеку, как вы.

— Ты не просто мой слуга, Эрик. — Майкл с легкой улыбкой кладет руку на плечо Эрика и хлопает по нему. — Ты – мой верный друг, который сделал для меня много всего. Я много раз подвергал тебя испытаниям на верность. Но ты проходил их с невероятной легкостью и доказал, что ради дружбы со мной готов пойти на все.

— Все что угодно ради вас, господин. Если вам что-то нужно, дайте мне знать.

— Конечно.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Эрик и Майкл просто скромно улыбаются. А потом мистер МакКлайф становится более серьезным, берет со стола бокал вина и выпивает немного напитка.

— Ну ладно, хватит с нас трогательных разговоров, — уверенно отчеканивает Майкл. — Нам надо готовиться к веселью. Еще раз хорошо проверь все, убедись, что все будет хорошо, и напомни ребятам, что они должны делать.

— Я уже говорил с ними, — уверенно отвечает Эрик. — Они все прекрасно помнят.

— И получше присматривайте за девчонкой. До сегодняшнего вечера с ней ничего не должно случиться.

— Мы очень внимательно смотрим за ней, — уверенно отвечает Эрик. — Юджин помнит о вашем приказе и ждет, когда вы разрешите ему приблизиться к ней.

— Скажи, что он ему осталось недолго. Как только сюда прибудут братики МакКлайф, а ребята привезут сюда Ракель, невесту всеми любимого Терренса, то я отдам блондиночку ему на растерзание. Ну и брюнеточку тоже, если его инстинкты сработают при виде этой сексапильной куколки.

— Конечно, мистер МакКлайф. Мы все терпеливо ждем, когда сможем покувыркаться с этими красавицами.

— Кстати, а как сейчас поживает наша белокурая красавица? — Майкл тихо усмехается. — Еще не умерла от остановки сердца? И сколько раз она успела свалиться в обморок?

— Нет, девчонка пока что держится. Она совершенно не сопротивляется и съедает все, что ей приносят… Даже сама идет в комнату после того, как сделает в ванной и туалете свои дела. Хотя иногда дикая кошечка все же просыпается в ней, и Наталия немножко язвит и огрызается.