— Сейчас же отпустил меня, ублюдок! — грубо требует Эдвард, чувствуя, как у него внутри все горит огнем, и пытаясь любой ценой освободиться из крепкой хватки Эрика, которого он дубасит куда только можно. — ОТПУСТИ БЛЯТЬ, Я СКАЗАЛ!
— Полюбуйся на свою бывшую и попрощайся с ней, — низким голосом говорит Эрик, вцепившись рукой в волосы Эдварда и заставив его посмотреть на Наталию. — Потому что я не знаю, захочет ли Майкл позволить тебе увидеть ее до того, как он отдаст ее Юджину. Которого она будет обязана как следует удовлетворить перед смертушкой.
— ПУСТИ Я ГОВОРЮ! ПУСТИ – ИЛИ ТЫ ТОЧНО БУДЕШЬ ТРУПОМ! НЕМЕДЛЕННО!
— Наконец-то у меня снова появится шанс поиграть с тобой, малышка, — широко, ехидно улыбается Юджин, очень крепко удерживая Наталию одной рукой и позволяя своей ладони уверенно скользить по изгибам ее талии, бедрам и ягодицам, которые он крепко сжимает, и по которым довольно сильно шлепает. — О да, детка…
— ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! — истошно вскрикивает Наталия. — НЕ ТРОГАЙТЕ!
— Как же я хочу тебя трахнуть… — Юджин тянется к шее плачущей Наталии, оставляет на ней парочку поцелуев и проводит по ее нежной коже на ней своим шершавым языком. — Ах, Наталия… Ты просто секси…
— ПУСТИТЕ МЕНЯ, НЕ НАДО, НЕТ! — оглушительно громким, охрипшим голосом умоляет Наталия, всячески уворачиваясь от Юджина, чувствуя, как ее начинает выворачивать наизнанку от его до смерти противных поцелуев. — Я НЕ ХОЧУ!
— Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы мой член был готов войти в тебя.
— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — Наталия начинает мычать, когда Юджин закрывает ей рот своей огромной рукой. — М-М-М… М-М-М…
— СУКА, СЕЙЧАС ЖЕ ОТПУСТИ ЕЕ! — во весь голос ревет Эдвард, буквально покраснев от злости, пока Юджин прямо на его глазах нагло лапает и целует Наталию. — НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ, ОБЛИЗЫВАТЬ И ЦЕЛОВАТЬ ЕЕ! НЕ СМЕЙ!
— Что, Локхарт, ревнуешь? — хитро улыбается Эрик. — Не нравится, что твою бывшую целуют и ласкают на твоих глазах?
— ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ТРОГАТЬ ЕЕ СВОИМИ ГРЯЗНЫМИ РУКАМИ!
— Лучше заткнись и посмотри, ЧТО ты потерял! — Эрик больно вцепляется в волосы Эдварда и вынуждает его смотреть на то, как Юджин без стеснения осыпает шею Наталии сухими поцелуями и водит по ней языком. — ЛЮБУЙСЯ, СУКА! И кусай локти! Потому что эту сучку ты уже никогда не трахнешь.
— Да пусть разразит тебя гром, сука! ЧТО Б ТВОЙ ХРЕН ОТСОХ! — Эдвард снова пытается безуспешно вырваться из хватки Эрика и ногой бьет его по лодыжке настолько сильно, насколько возможно. — ПУСТИ МЕНЯ, БРАУН! Я СЕЙЧАС НАЧИЩУ ЭТОЙ ГОРИЛЛЕ ЕГО МОРДУ! ПУСТИ МЕНЯ, Я ГОВОРЮ!
— Ах, Локхарт, какую же конфетку ты упустил, — с наслаждением говорит Юджин, просунув одну руку под рубашку Наталии, начав гладить ей живот и нащупав уже знакомый ему пирсинг в пупке, а второй – уверенно щупает ее грудь и настолько грубо крутит пальцами ее соски, что это вызывает у нее болевые ощущения. — Ну и что, что шлюха… Ради такой шикарной фигурки можно закрыть на это глаза.
— ЗАКРОЙ СВОЙ ГРЯЗНЫЙ РОТ, СУКА! КЛЯНУСЬ, СТОИТ МНЕ ОКАЗАТЬСЯ СВОБОДНЫМ, КАК Я ГРОХНУ ТЕБЯ ОДНИМ ИЗ ЭТИХ КИРПИЧЕЙ! У ТЕБЯ НЕТ НИКАКОГО ПРАВА ТАК НАГЛО ЛАПАТЬ ЭТУ ДЕВУШКУ!
— Она уже давно не принадлежит тебе – так что возражения не принимаются.
— Хватит, пожалуйста! — со слезами во весь голос вскрикивает Наталия, когда Юджин опускает руку до женской промежности и грубо сжимает ее. — Отпустите меня, умоляю!
— Блять, ты все также хороша, как и пять месяцев назад, — низким голосом отмечает Юджин и проводит губами по изгибу шеи Наталии, пока одна его рука грубо сжимает ее грудь. — О да…
— Умоляю, прекратите это! Я этого не хочу! НЕ ХОЧУ!
— Мне по хер! Будешь делать все, что я захочу!
— НЕ НАДО! — истерически вопит Наталия. — ЭДВАРД, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИ МНЕ! ПОМОГИ, Я ТЕБЯ УМОЛЯЮ!
— Так, надо занять твой рот! А то ты уже задолбала своими орами.
— М-М-М-М-М! — Наталия с вытаращенными глазами начинает истошно мычать и бить Юджина куда только можно, пока его язык по-хозяйски ласкает ее рот. — М-М-М-М-М!
— Ну все, сука, ты вывел меня из себя, — сквозь зубы цедит Эдвард, уставив свой озлобленный взгляд на Юджина, крепко сжав руки в кулаки и чувствуя, как все его тело буквально трясется от напряжения. — Я ДОБЕРУСЬ ДО ТЕБЯ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!
После еще пары неудачных попыток Эдварду с громким рыком все-таки удается вырваться из хватки Эрика. Он мгновенно подбегает к Юджину и кулаком ударяет его в солнечное сплетение настолько сильно, насколько это возможно. После чего пользуется моментом, пока Уэйнрайт не может дышать, нанеся ему еще целую кучу больных ударов во все части тела. А убедившись, что противник сильно морщится от боли и лежит на земле, согнувшись пополам и пытаясь восстановить свое дыхание, Локхарт крепко обнимает дрожащую, задыхающуюся от слез Наталию, и нежно гладит ее по голове и спине, пока та вцепляется в него мертвой хваткой, как будто боясь отпускать.
— Все хорошо, милая, все хорошо, — мягко шепчет Эдвард, целует Наталию в висок и нежно гладит ее по щеке. — Не надо плакать…
— Это безумие! — дрожащим голосом произносит Наталия, уткнувшись лицом в плечо Эдварда. — Ночной кошмар!
— Все будет хорошо. Мы справимся.
— Я больше не могу! Не…
Эдварду приходиться резко отстраниться от Наталии, потому что к нему подлетает Эрик с кирпичом в руке и пытается с громким криком ударить его по голове. Локхарт вовремя успевает отреагировать, перехватить руку с потенциальным предметом убийства и с трудом выбивает ее. После этого ему еще некоторое время приходиться драться с Брауном в рукопашной, все дальше отталкивая его от жутко перепуганной девушки, которая хочет, чтобы все это оказалось ее страшным сном, а не реальностью.
В какой-то момент Эрик залупляет Эдварду очень сильную пощечину, хватает его за волосы и толкает к одной из полуразобранных кирпичных стенок, об которую тот сильно ударяется спиной. К этому моменту в уголках рта и под носом уже успела появиться небольшая алая струйка крови, его старая одежда порвалась в некоторых местах, волосы жутко всклокочены, а в некоторых местах на теле уже появились несколько едва заметных синяков, которые со временем станут ярче. Силы тоже начинают иссякать, и ему стало уже намного тяжелее бороться и спасать свою бывшую возлюбленную.
Эрик это прекрасно понимает и чувствует себя очень уверенно, решив как можно больше погонять Эдварда и не давая ему ни секунды передышки. Он надеется, что у него появится шанс сделать что-то, после чего его злейший враг не смог бы больше подняться и как-то помешать ему исполнить данный ему приказ. И в какой-то момент сообщник Майкла смотрит на одну из кирпичных стенок с хитрой улыбкой на лице. Поймав момент, когда Эдвард ненадолго отвлекается и пытается немного отдышаться, чувствуя себя слишком утомленным, Браун резко хватает его за шиворот, насильно подводит поближе к стенке и со всей силы толкает его в нее с надеждой, что он ударится головой. Но этого не происходит, и Локхарту удается избежать этого. Впрочем, Эрик грубо хватает его за волосы и под оглушительный крик Наталии сам бьет своего противника затылком об стенку. Эдвард мгновенно чувствует сильную головную боль, но находит в себе силы нанести сообщнику Майклу удар в челюсть, который, однако, оказывается уже более слабым, чем ранее.
Тогда взбешенный Браун отвечает ему крепким ударом кулаком в височную область. А затем, когда Локхарт отходит в сторону, он грубо хватает его за шиворот и еще сильнее толкает в стену таким образом, что на этот раз черноволосый очень сильно ударяется затылком об кирпичную стенку и успевает развернуться так, что удар также приходится и на лоб и нос, который начинает кровоточить. Эдвард сильно морщится от жгучей боли в затылочной области и чувствует, как ему резко становится плохо. Им овладевает сильная слабость, к горлу подступает легкая тошнота, зрение становится менее четким, и ему становится трудно стоять на своих ватных ногах. Резко побледневший мужчина прислоняется спиной к стене, на которой остаются следы его собственной крови. Сначала он прикладывает ладонь ко лбу, слегка давя на который Эдвард также чувствует сильную боль, а затем вцепляется в свою голову обеими руками, все больше чувствуя, как земля буквально уходит у него из-под ног, и не замечая, с какой злостью на него смотрит Эрик, крепко сжимающий руки в кулаки и ждущий, что его противник снова начнет бороться.
Однако Локхарт больше не может драться из-за жуткой слабости и головокружения после сильного удара головой об кирпичную стенку. А уже через несколько мгновений его ноги подкашиваются, и Эдвард резко сползает по стене, камнем падает на землю и после этого больше не двигается. Все это происходит на глазах до смерти перепуганной Наталии. Она впадает в панику после того, как мужчина падает, казалось бы, без сознания, прямо на ее глазах. Девушка впадает в отчаяние и с ужасом понимает, что теперь ее уже некому защитить.
— НЕТ! — с ужасом во взгляде надрывает голосовые связки Наталия. — ЭДВАРД!
Пока Эдвард боролся с Эриком, Юджин уже успел подняться на ноги и снова схватить Наталию и начать крепко удерживать ее и пользоваться возможностью поласкать ее тело. Но после того, как Локхарт рухнул на землю, девушке чудом удается вырваться из мертвой хватки Уэйнрайта и рвануть к своему бывшему возлюбленному. Она мгновенно падает перед ним на колени, берет жутко бледное лицо мужчины дрожащими руками, слегка приподнимает и начинает нежно поглаживать его или легонько хлопать по его щекам.
— Нет-нет, Эдвард, скажи что-нибудь… — с жалостью во взгляде умоляет Наталия, издавая тихие всхлипы и легонько хлопая Эдварда по щеке одной рукой, пока другая слегка придерживает его голову. — Пожалуйста, очнись… Пожалуйста-пожалуйста…
Но как бы горько ни плакала Наталия, и как бы нежно она ни гладила лицо Эдварда, он никак не реагирует и продолжает лежать на земле без движений, выглядя ужасающе бледным и покрытым кровью и синяками.
— Очнись, Эдвард, прошу тебя, — с жалостью во взгляде высоким, дрожащим голосом умоляет Наталия, прижав голову Эдварда поближе к своей груди, нежно погладив ее и потеревшись щекой о его макушку. — Не бросай меня… Мне сейчас как никогда нужна твоя защита. Пожалуйста, Эдвард, помоги мне… Не отдавай меня этим людям на растерзание. Ради бога, милый, не бросай меня…
В этот момент Наталия слышит, как Эдвард издает едва уловимый для уха стон и слегка морщится от гудящей боли в голове, приложив ладонь ко лбу. Она переводит на него свой взгляд и с тихим всхлипом прикладывает ладонь к его щеке, придерживая его на весу. Мужчина, чувствуя жуткую слабость и сильное головокружение, медленно приоткрывает глаза и из-за размытого зрения едва может узнать блондинку, а все ее мольбы и всхлипы он слышит будто сквозь глухую стену.
— Н-н-нат-талия… – с трудом очень тихо произносит Эдвард. — Это ты?
— Эдвард… — дрожащим голосом произносит Наталия и тихо шмыгает носом, немного поправив Эдварду волосы. — Эдвард, прошу, не бросай меня. Мне нужна твоя помощь. Твоя защита… Пожалуйста, вставай… Не теряй сознание, умоляю…
— Прости меня… Я… Я не могу…
— Нет-нет, не говори так, прошу тебя! — Наталия дрожащей рукой нежно гладит Эдварда по щеке и голове. — Ты нужен мне как воздух. Если ты не встанешь, то эти люди увезут меня. Прошу, не дай им этого сделать.
— Хочу, но не могу… Мне очень жаль… — Эдвард качает головой и с чувством сильного головокружения прикрывает глаза, из которых по его щекам скатывают пара слезинок. — Я не могу защитить тебя… Как обещал… Прости…
— Пожалуйста, Эдвард, ты не можешь так поступить со мной! — отчаянно умоляет Наталия, снова прижимает голову Эдварда к груди, дрожащими губами нежно целует его в макушку и лоб и смотрит прямо в его глаза, которыми он видит все очень размыто. — Ни сейчас, ни когда-либо! Я не могу потерять тебя! Не могу!
— Мне очень жаль… — Эдвард издает очень тихий стон, сильно морщась из-за жуткой головной боли и чувствуя головокружение и слабость во всем теле. — Я не могу… Сдержать… Свое обещание…
— Нет, умоляю, милый, не бросай меня… — Наталия сильно дрожащей рукой нежно гладит Эдварда по щеке и аккуратно вытирает кровь у него под носом и слезы под глазами. — Оставайся со мной! Ради бога…
— Прости… — очень тихо с трудом произносит Эдвард, тяжело и часто дыша и время от времени прикрывая глаза. — Мне плохо… Очень плохо…
Эдвардом овладела такая сильная слабость, что ему даже тяжело слегка поднять руку. Тем не менее он с трудом перебарывает себя, чтобы приложить свою бледную, холодную ладонь к щеке Наталии, нежно погладить ее и вытереть слезы с лица плачущей и дрожащей девушки.
— Прости… — еще тише произносит Эдвард. — За то, что не смог спасти… И… За то, что не сохранил наши отношения…
— Не бросай меня, Эдвард… — дрожащим голосом умоляет Наталия, не обращая внимания на слезы, что катятся по ее мокрым щекам, и сильный ветер, который обдувает ее волосы, иногда попадающие ей в рот или глаза. — Я люблю тебя… Очень сильно люблю… Пожалуйста… Держись… Держись ради меня…
— Я тоже… — Эдвард начинает все чаще и тяжелее дышать, понимая, что он находится на грани полной потери сознания из-за жуткой слабости, головокружения и легкой тошноты. — Люблю … Всегда любил…
Спустя пару секунд глаза Эдварда, издающего тихий мучительный стон, медленно закрываются. Его жутко бледное и холодное тело обмякает в руках Наталии, которая придерживает его на весу.
— Эдвард… — со слезами на ее ошарашенных, широко распахнутых глазах произносит Наталия и резко мотает головой. — Нет, Эдвард, нет! Эдвард, очнись, пожалуйста… Оставайся со мной! Нет… Пожалуйста! Я тебя умоляю!
Однако Эдвард окончательно потерял сознание и уже никак не реагирует на слова Наталии, еще больше впавшую в отчаяние и отказываясь верить, что она осталась совсем одна. Как бы усердно девушка ни пыталась докричаться до него, и как бы сильно ни хлопала его по щекам, это уже никак не помогает мужчине прийти в себя.
— Ответь мне, милый, пожалуйста! — громко умоляет Наталия, нежно гладя или легонько хлопая Эдварда по щеке. — Умоляю, Эдвард, не поступай так со мной! Ты нужен мне… Всегда был нужен…
Наталия прижимает бессознательного Эдварда поближе к себе и крепко обнимает обеими руками, гладит его по голове, целует в макушку и соприкасается своим лбом с его лбом, довольно тяжело дыша и продолжая захлебываться слезами.
— Я люблю тебя… — отчаянно признается Наталия и носом утыкается в изгиб шеи Эдварда, сразу почувствовав его запах, который всегда вызывал у нее чувство спокойствия и защищенности. — Никогда не переставала любить… Пожалуйста, Эдвард… Ты очень нужен мне… Я не смогу без тебя жить… Не смогу…
Напрочь забыв обо всех обидах, Наталия не скрывает своих настоящих чувств, говоря о них совершенно открыто. И она не сдерживает желание проявить любовь к Эдварду: гладит, обнимает, прижимает к себе и даже целует. Как, например, сейчас, когда она, приложив руку к его щеке, оставляет на его побледневших, но очень мягких губах парочку нежных поцелуев.
— Люблю … — дрожащим голосом произносит Наталия. — Несмотря ни на что… Ты – лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни… Самое лучшее…
Тихонько шмыгая носом, Наталия аккуратно кладет голову Эдварда к себе на колени, дрожащими руками нежно гладит ему лицо и пропускает пальцы через всклокоченные и запачканные землей, но все еще мягкими словно шелк черные волосы, что слишком сильно выделяются на фоне его мертвецки бледной кожи лица.
— Прошу тебя, не умирай… — с жалостью во взгляде умоляет Наталия, всерьез начав верить, что Эдвард уже мертв, и нежно целует его в лоб. — Я не переживу этого… Любовь моя…
Пока Наталия молится всем богам о том, чтобы Эдвард остался жив, немного уставшие и здорово побитые Эрик и Юджин стоят в стороне и наблюдают за происходящим, опасаясь, что этот удар может стать фатальным для племянника Майкла.
— Слышь, Браун, а ты не слишком сильно долбанул его башкой об стенку? — опасается Юджин. — Ведь Майкл нам голову снимет с плеч, если этот мальчишка умрет! Он ведь не просил убивать этого щенка, ему нужна только лишь эта девчонка!
— Не трусь, Уэйнрайт, — хмуро бросает Эрик, скрестив руки на груди. — Если Эдди сдохнет – я постараюсь убедить Майкла в том, что так будет лучше. Этот сопляк только мешает ему покончить со всеми МакКлайфами. А раз он сдохнет, то у шефа будет меньше проблем.
— Ну не знаю… Ведь Майкл так хотел натравить этого щенка на МакКлайфа и заставить его грохнуть того парня. Ты лишишь его удовольствия, если твой удар приведет к летальному исходу.
— Да все будет нормально с этим куском дерьма! У Локхарта и так в запасе куча жизней и крепкая башка. Это непотопляемое говно!
— И это говно очень сильно бьет, — отмечает Юджин, массируя свою руку, которая сильно побаливает после многократных ударов Эдварда. — У меня все руки и ноги болят после его ударов… И яйца тоже…
— Здесь я тобой согласен, ибо и сам едва ползаю. — Эрик резко выдыхает и хитро улыбается. — Но зато мы устранили этого мудака и теперь можем спокойно забрать эту девчонку. Нам никто не помешает, а у нее не хватит силенок дубасить нас так, как ее бывший.
— А что будем делать с этим щенком? Надо узнать, жива ли эта падла!
— Уведи девчонку, а я попробую нащупать у него пульс.
— Увести девчонку… — слегка хмурится Юджин и переводит взгляд на Наталию, безутешно плачущая над обмякшим бледным телом бессознательного Эдварда, поглаживающая его лицо, испачканное кровью, что идет из носа и уголков рта, и нежно целующая его губы, которые приобретают синеватый оттенок. — Это будет непросто … Она прилипла к нему, как жвачка – к столу. Если и увезем ее отсюда, то только вместе с тушкой этого щенка.
— Ты сможешь сделать это! — Эрик хлопает по плечу Юджина. — И думаю, что нам не остается ничего другого, кроме как вырубить ее на некоторое время, чтобы спокойно довести до дома шефа.
— Э-э-э… Только не вздумай херачить ее башкой об стенку, — ужасается Юджин. — Если у этого недоразвитого щенка башка крепкая, как орешек, то эта может мгновенно откинуть кони. И тогда Майклу нечем будем шантажировать этого ублюдка и ее друзей. И я не смогу поразвлечься, когда шеф отдаст ее в мои руки и позволит мне сделать с ней все что угодно до ее неизбежной смерти.
— Нет-нет, с ней этого делать нельзя. У меня есть кое-что более эффективное. — Эрик с хитрой улыбкой достает из кармана своей куртки небольшой пузырек и чистый носовой платок серого цвета. — А если это окажется недостаточно, то у меня с собой еще есть лошадиная доза сильнодействующего успокоительного, которое мне дала Кэтрин. Один маленький укольчик – и она будет овощем еще несколько часов. Может, ты даже сможешь немного поразвлечься с ней, пока она не будет осознавать происходящее.
— Отлично! — с хитрой улыбкой радостно потирает руки Юджин. — Ты просто красавчик, Браун!
Пока Юджин и Эрик обсуждают свои планы, Наталия все также продолжает находиться рядом с бессознательным, холодным и бледным Эдвардом, лицо которого размазано кровью, что до сих пор идет из носа и уголков рта чуть более сильным потоком. Ей все еще кажется, что ее бывший возлюбленный умер после такого сильного удара головой. Девушка лишь спустя некоторое время догадывается проверить пульс на запястье и шее мужчины. И Наталии с трудом удается нащупать очень слабый пульс, который лучше чувствуется у него на шее.
— Боже… — со слезами на глазах шепчет Наталия. — Пульс есть… Он еще живой ! Я могу чувствовать, как бьется его сердце! Господи, спасибо Тебе! Спасибо большое… Я не хочу, чтобы он умер. Не хочу потерять того, кого люблю.
Наталия осторожно гладит Эдварду лицо и голову обеими руками, что испачканы его кровью, нежно целует его в лоб и губы, задирает голову к небу и смотрит на него своими мокрыми красными глазами, взяв мужчину за руку и кончиками пальцами гладя его запястье.
— Пожалуйста, пусть с Эдвардом все будет хорошо! — с жалостью во взгляде умоляет Наталия и тихо шмыгает носом. — Хоть бы здесь оказался кто-то, кто смог бы помочь ему прийти в себя. Пусть сообщники Майкла уйдут отсюда и позволят мне самой отвести Эдварда к себе домой или в больницу. Господи, прошу Тебя, помоги мне! Я не хочу потерять этого человека! Ни сейчас, ни когда-либо! Он очень многое для меня значит, и я безумно люблю его, несмотря ни на что. Я не имею права потерять его уже навсегда! Не имею! Я должна спасти его от гибели!
Через некоторое время пока Наталия молится о своем спасении и просит всевышние силы сохранить жизнь Эдварду и либо прислать кого-то ему на помощь, либо дать ей шанс спасти его самой, к ней уверенно направляется Юджин. Ее обидчик подкрадывается к ней со спины, грубо подхватывает ее под руки и начинает насильно оттаскивать от бессознательного Эдварда, чья голова безвольно падает на землю после того, как Уэйнрайт оттаскивает его бывшую возлюбленную подальше от него.
— Нет, НЕТ, ОСТАВЬТЕ МЕНЯ! — во весь голос вопит Наталия, сопротивляясь Юджину настолько сильно, насколько у нее хватает сил, и пребывая в ужасе от того, что ей придется самой бороться со сообщниками Майкла. — НЕТ! Я ОСТАНУСЬ С НИМ! ОТПУСТИТЕ! Я НИКУДА НЕ УЙДУ! НЕ ОСТАВЛЮ ЭДВАРДА ОДНОГО! НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!
Но так как у Юджина намного больше сил, а она сама кажется ему легкой, словно пушинка, то ему быстро удается поднять Наталию на ноги и оттащить от беспомощного Эдварда, к которому подходит Эрик, чтобы проверить пульс, опустившись на корточки и пытаясь нащупать толчки у него на шее.
— НЕТ, УБЕРИТЕ ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЯЗНЫЕ РУКИ! — продолжает вопить и сопротивляться Наталия. — ПУСТИТЕ! ПУСТИТЕ, Я ГОВОРЮ!
— Хватит вопить, истеричка, — грубо бросает Юджин, крепко схватив Наталию за предплечья. — Твой защитник мертв , он уже ничем не сможет тебе помочь. Никто не может помочь тебе. Ты проиграла так же, как и этот безмозглый мудила.
— ОН НЕ УМЕР! — со слезами вскрикивает Наталия. — НЕ УМЕР! У НЕГО ЕСТЬ ПУЛЬС! ОН ЖИВОЙ!
— Щенок мертв , угомонись ты уже! Больше он не будет махать своими крыльями!
— НЕТ, ЭДВАРД ЖИВОЙ, ЖИВОЙ! НЕ ВРИТЕ МНЕ!
— Девчонка говорит правду ! — уверенно сообщает Эрик, поднявшись на ноги и повернувшись к Юджину. — Этот недоразвитый щенок действительно живой, но его пульс очень слабый, а он сам холодный как покойник.
— Вряд ли он долго протянет, если никто не поможет ему, — уверенно предполагает Юджин. — Час-полтора – и он откинет копыта. Удар был слишком серьезным – вряд ли Локхарт выживет.
— Вот посмотрим, остались у него еще жизни.
— Ну что, тогда бросим его здесь подыхать? Раз не сдох, когда его пырнули ножом, то сейчас ему некому помочь. В этом месте почти никто никогда не ездит.
— Ты знаешь, что нам это не выгодно.
— Хватит трусить, Браун! Если этот ублюдок и выживет, то максимум, что ему грозит – это сотрясение мозга и потеря памяти. Полежит дома или в больнице несколько дней – и будет как новенький, готовым снова строить из себя супермена.
— Да, ты прав… Пусть валяется здесь. — Эрик бросает свой презренный взгляд на бессознательного Эдварда, а затем очень грубо хватает его за шкирку и немного приподнимает. — Ты доигрался , дружок. Мы же предупреждали тебя, что ты пожалеешь о том, что пошел против нас. Вот ты и проиграл, и мы, как и обещали, все равно увезем девчонку к твоему дядюшке. Посмотрим, на что ты пойдешь, чтобы спасти ее. Если ты, конечно, выживешь!
Эрик наклоняется к лицу Эдварда.
— А еще скоро все узнают, что твое настоящее имя – Эдвард МакКлайф . Придет время, когда Майкл расскажет всем правду о тебе. Даже если ты, сука, СДОХНЕШЬ!
Эрик с громким ревом несколько раз кулаком наносит Эдварду удар в виски, нос и челюсть и также ногой со всей силы бьет его прямо в солнечное сплетение. А после этого он резко толкает Локхарта в спину, после чего его обмякшее тело резко переворачивается на бок. Сообщник Майкла буквально убивает мертвецки бледного парня, который хоть и бледный от природы, но сейчас стал выглядеть просто ужасающе, своим озлобленный взглядом, а потом резко выдыхает и машет рукой.
— Ладно, уходим отсюда! — сухо бросает Эрик.
— Я не оставлю его здесь одного! — отчаянно заявляет Наталия. — Он не останется здесь один, НЕ ОСТАНЕТСЯ!
— Смирись с поражением своего бывшего и безнадежностью, девочка. — Эрик грубо хватает Наталию за подбородок и уставляет в ее мокрые испуганные глаза свой презренный взгляд. — Через пару часов этот мудак сдохнет, не приходя в сознание. На этот раз ему уже никто не поможет, как тогда, когда его ранили ножом.
— СУКИ! БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ! ВМЕСТЕ С ВАШИМ ГРЕБАНЫМ БОССОМ!
— Ну а раз этот щенок устранен, то ничто не помешает нам сделать то, что приказал наш господин, — уверенно заявляет Юджин и ехидно улыбается. — И у нас еще будет немного времени поразвлекаться с тобой. Закончить то, что мы не закончили в прошлый раз.
— Только попробуйте тронуть меня пальцем! Клянусь, я буду жестоко драться и больно кусаться!
— Тебя даже никто спрашивать не будет! — Юджин уверенно позволяет своей руке скользить по лицу, шее, животу, промежности, бедрам и ягодицам, грубо сжимает ее грудь и издает тихий стон. — Ах, малышка, ты все также прекрасна, как и в прошлый раз. Так и хочется наплевать на все приказы, раздеть тебя и оттрахать прямо здесь и сейчас.
— ЭЙ, УБЕРИТЕ ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЯЗНЫЕ РУКИ! — вскрикивает Наталия, пытаясь вырваться из крепкой хватки Юджина и убирать от себя его огромные руки.
— О, детка… — Юджин проводит губами по изгибу шеи Наталии и оставляет на нем парочку поцелуев, вызывая у нее стойкое отвращение.
— ХВАТИТ! МЕНЯ ТОШНИТ ОТ ВАШИХ ПРИКОСНОВЕНИЙ! НЕТ!
— Ах, с каким бы удовольствием я сейчас спустил бы штаны и засунул свой член в твою прекрасную задницу. — Юджин с тихим стоном грубо сжимает грудь Наталии. — Или в твой ротик…
— УБЛЮДКИ! СОБАКИ! МРАЗИ! ЧТО Б ВЫ СДОХЛИ! НЕНАВИЖУ ВАС! НЕНАВИЖУ! СУКИ! УРОДЫ! ТВАРИ!
— Хватит, блять, ОРАТЬ! — во весь голос вскрикивает Эрик и залупляет Наталии сильную пощечину, после которой она издает громкий крик.
— ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! ХВАТИТ!
— ДА УСПОКОЙСЯ, СУКА! — Эрик сильно бьет Наталию по лицу несколько раз, пока та истошно вскрикивает от боли.
— Вы ответите за все это! ОТВЕТИТЕ! МОИ ДРУЗЬЯ СДЕЛАЮТ ВСЕ, ЧТОБЫ ПОСАДИТЬ ВАС ЗА РЕШЕТКУ! ОНИ НЕ БУДУТ ЖДАТЬ, КОГДА ВЫ ГРОХНИТЕ ИХ ВСЕХ!
— Ар-р-р, ты начинаешь все больше бесить меня, — грубо говорит Юджин и крепко сдавливает горло Наталии. — СЕЙЧАС ЖЕ ПРЕКРАТИЛА ОРАТЬ!
— НИКОГДА! — еще громче вскрикивает Наталия.
— ТЫ ПОЕДЕШЬ С НАМИ – И ЭТО НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!
— ЕСЛИ МНЕ ПРИДЕТСЯ ЗАЩИЩАТЬ СЕБЯ САМОЙ, ТО Я ГОТОВА СДЕЛАТЬ ЭТО!
Наталия со всей силы бьет Юджина ногой по лодыжке и резко срывается с места, пока он вскрикивает от боли. Однако ее тут же ловит Эрик и крепко прижимает к себе обеими руками, не обращая внимания на ее истошные крики и факт, что она брыкается, словно дикая кошка.
— НЕТ! — надрывает свои голосовые связки Наталия. — ОТПУСТИТЕ МЕНЯ, СОБАКИ! ОТПУСТИТЕ! МРАЗИ… ВЫ…
Юджин сначала со всей силы бьет Наталию по лицу, а потом, грубо схватив ее за талию и прижав к себе, затыкает ей рот своей огромной рукой. Из-за чего она лишь громко мычит и безуспешно пытаться вырваться из его хватки. Девушка много раз пытается наносить удары ногами и руками, но это ей не помогает.
— Доставай флакон, я держу ее! — командует Юджин, плотно закрывая рот Наталии рукой, пока она громко стонет с широко распахнутыми глазами. — БЫСТРЕЕ, СУКА! А ТО ЭТА КУРИЦА СЕЙЧАС СБЕЖИТ!
Эрик на пару секунд отворачивается, достает из кармана своей куртки платок и небольшой флакончик, пока Юджин еще крепче начинает держать истошно кричащую Наталию, все больше понимающую, что надежды на спасение больше нет. Мужчина быстро смачивает его небольшим количеством жидкости, прячет пузырек в карман, разворачивается и уверенно направляется к слишком возбужденной девушке. Когда Уэйнрайт убирает руку с ее рта, она едва успевает что-то сказать, ибо Эрик резко прикладывает платок к ее лицу.
— Нет… — резко мотает головой Наталия и еще больше начинает сопротивляться. — Нет-нет-нет… НЕТ! М-М-М-М-М…
Понимая, что происходящее может плохо кончиться для нее, Наталия с громкими криками цепляется за любой шанс спасти себя и пытается хотя бы на время задержать дыхание, дабы не вдыхать запах неизвестного ей вещества, который может сделать с ней все что угодно.
— Тише-тише, красотка, дыши глубже… — уверенно говорит Эрик, плотно прижимая платок к носу Наталии. — Вдыхай этот запах, вдыхай… Ты на некоторое время уснешь, а когда очнешься, то уже будешь в доме нашего босса, который с нетерпением ждет тебя.
— Побудешь там некоторое время, а через некоторое время господин позвонит своему племяннику и скажет, что делать, чтобы увидеть тебя в последний раз, — ехидно улыбается Юджин, гладя громко мычащую Наталию по голове одной рукой и позволяя другой проскользнуть под ее рубашку и начать ласкать нежную кожу на ее плоском животе. — Он будет думать, что освободит тебя, но на самом деле это не так. Вы обнимитесь и, возможно, поцелуйтесь, а потом Майкл позовет меня и прикажет мне покончить с тобой. Но перед твоей гибелью он разрешил мне немного поиграть с тобой. И я с большим удовольствием сначала трахну тебя как можно жестче, а потом убью. ЗАСТАВЛЮ ОТВЕТИТЬ ЗА ТВОЙ ДЛИННЫЙ ЯЗЫК И НЕУМЕНИЕ ХРАНИТЬ МОЛЧАНИЕ.
— Очень жаль, что такая красивая молодая девчонка погибнет… — Эрик с ехидной улыбкой позволяет свободной руке медленно скользить по бедру Наталии, пока та буквально бьется в конвульсиях и слишком часто дышит. — Не каждый день можно встретить столь очаровательную особу, с которой хочется трахаться снова и снова… Но к сожалению, такова жизнь . Иногда приходиться платить не только за свои ошибки, но и за ошибки других. А иногда приходиться подыхать , даже если ты ни в чем не виновата.
— Не надо плакать, детка. — Юджин аккуратно вытирает слезы под глазами Наталии, гладит ее по щеке и кончиками пальцев проводит по изгибу ее шеи. — Смерть будет быстрая, ты не успеешь почувствовать боли. И не беспокойся, я не буду убивать тебя на глазах твоего бывшего, если он сейчас не сдохнет. А иначе бедного мальчика схватит сердечный приступ, глядя на то, как я либо душу тебя, либо стреляю тебе в сердце. И не хочу, чтобы он еще сильнее побил меня. Все-таки у этого щеночка кулак крепкий, хлюпиком его точно не назовешь.
— Ну все-все, Наталия, расслабься, — мягко и медленно говорит Эрик, убрав с лица Наталии пару прядей, пока она продолжает мычать и выгибается, будучи лишенной шанса выбраться и перестать вдыхать пары этой жидкости, что вызывают у нее легкую слабость и головокружение. — Перестань сопротивляться, тебе уже никуда от нас не деться. Еще пару минут – и ты провалишься в темноту.
— М-м-м… — качает головой Наталия, умоляюще смотря на Эрика и Юджина.
— Вот так, красотка, вот так… — широко улыбается Юджин, оставляет на шее Наталии пару коротких поцелуев и переводит взгляд на ее лицо, видя, какими испуганными, широко распахнутыми глазами она на него смотрит, чуть позже закатив их и прикрыв наполовину. — Черт, какие же у тебя красивые глаза… Голубые , слово ясное небо…
Юджин покрывает короткими сухими поцелуями все лицо Наталии, начав замечать, что она уже начинает сопротивляться гораздо меньше из-за воздействия паров жидкости, кто вызывают у нее сильную слабость, головокружение и желание закрыть глаза, видя своих обидчиков все менее четче и слыша их слова все хуже и хуже. Впрочем, если ее тело все больше начинает расслабляться, то сама девушка все еще продолжает мучительно стонать и мычать, хотя уже гораздо тише, чем пару минут назад. И может ощущать сильное отвращение от того, что Уэйнрайт целует и гладит ее где ему вздумается.
— Тс-с-с… — шепчет на ухо Наталии Юджин, засунув руку под рубашку девушки, погладив ей живот, поиграв с украшением в ее пупке, поднявшись наверх, к ее груди, которую он крепко сжимает, и слегка прикусив его мочку, пока та тихонько мычит с закатанными глазами. — Тс-с-с… Расслабляйся, малышка, засыпай… Засыпай … Дыши глубже… Глубже … Вот так…
— Мы же говорили, что тебе некуда деться, — широко улыбается Эрик, проводя рукой по оголенному животу Наталии, пока Юджин под ее рубашкой грубо массирует ее соски. — Тс-с-с… Хорошая девочка… Продолжай вдыхать этот запах… Вот так…
И спустя еще минуту или полторы пары неизвестной жидкости воздействуют на мозг Наталии и подавляют ее волю и желание сопротивляться, а ее стоны становятся все более тихими и мучительными. А заметив, что ноги девушки начинают подкашиваться, Юджин опускает ее тело на землю и придерживает его на весу, пока Эрик опускается на корточки и продолжает плотно прижимать платок к ее лицу.
— Тс-с-с… — с самодовольной улыбкой шикает Юджин, гладя Наталию по голове, пока та, смотря на своего обидчика и Эрика не слишком четким взглядом, издает мучительные стоны и медленно моргает глазами. — Тс-с-с… Все хорошо, куколка, все хорошо…
— Вот умничка… — мягко говорит Эрик, медленно водя рукой по оголенному животу Наталии, из последних сил пытающаяся сопротивляться, но все больше теряющая контроль над своим ослабевшим телом. — Вот так… Хорошо… Хорошо…
— М-м-м… — издает тихий стон Наталия, слабо мотнув головой и практически не шевеля какой-либо частью ослабшего тела. — М-м-м-м…
— Ну все, детка, перестань сопротивляться. — Юджин крепко сжимает Наталии грудь и большим пальцем стимулирует ее соски. — Закрывай глазки… Закрывай …
— М-м-м… — Наталия закатывает глаза и слегка прикрывает их на пару секунд. — М-м-м…
— Дыши глубже… Не задерживай дыхание… — Юджин проводит рукой по оголенному животу Наталии, слегка хлопает по нему и трясет. — Поспи немного. А мы отвезем тебя кое-куда.
— М-м-м-м… — издает тихий стон Наталия, медленно прикрыв глаза и довольно глубоко дыша. — М-м-м…
— Давай, Наталия, засыпай… — тихо говорит Эрик, с хитрой улыбкой гладя внутреннюю часть бедра Наталии, умоляюще смотрящая на него и Юджина своими полузакрытыми глазами, которые она закатывает время от времени. — Хорошая девочка… Хорошая …
Эрику и Юджину нужно еще несколько секунд, чтобы увидеть, как Наталия перестает выгибаться и вырываться на свободу. Ее тело все больше обмякает, она слышит звуки будто через глухую стену, ее зрение окончательно стало размытым, головокружение только больше усиливается, а дыхание заметно замедляется. Глаза блондинки закатываются и начинают медленно закрываться, пока ее мозг постепенно отключается, а саму девушку, издавшую тихий стон, переставшую осознавать, что сейчас происходит, затягивает в бесконечную темноту.
Последнее, что она запоминает, – это одна огромная сухая ладонь Юджина на ее щеке и другая – на ее оголенном животе, которая затем проскользает в ее джинсы и нижнее белье. Он засовывает свои толстые грубые пальцы в женское влагалище и нащупывает там клитор, который Уэйнрайт активно стимулирует.
— Тс-с-с… — с хитрой улыбкой произносит Юджин, и еще более уверенно исследует влагалище Наталии. — Тс-с-с…
— М-м-м-м… — издает очень тихий стон Наталия, на секунду прикрыв глаза, а затем открыв и закатив их.
— Умничка… Умничка…
— Сладких снов, куколка, — желает Эрик, с широкой улыбкой плотно прижимая платок к лицу Наталии, видящая его очень нечетко и слышащая его голос сильно приглушенным. — Спокойной ночи…
Спустя еще несколько секунд глаза Наталии медленно закатываются и закрываются, а она сама проваливается в темноту с мучительным стоном. Но для уверенности в том, что девушка действительно была усыплена, Эрик еще несколько секунд держит платок плотно прижатым к носу блондинки, чье обмякшее тело придерживает Юджин, все еще стимулирующий ей клитор. Только после этого он очень медленно убирает его и пару секунд рассматривает ничего не выражающее лицо девушки. Браун слегка хлопает ее по щеке, на всякий случай проверяет пульс у нее на шее и переводит свой взгляд на Уэйнрайта, который кивает с хитрой улыбкой на лице.
— Все хорошо, — успокаивает Эрик. — Она без сознания .
— Отличная работа, приятель! — уверенно хвалит Юджин.
— Ну вот, а она говорила, что никуда не поедет, — самодовольно улыбается Эрик и гладит бессознательную Наталию по голове, пока Юджин придерживает ее обмякшее бледное тело на весу. — Зря только глотку надрывала и ревела как истеричка.
— О да, если бы она продолжила орать еще несколько минут, то мои барабанные перепонки точно лопнули бы. — Юджин проводит своими толстыми пальцами по щеке Наталии и слегка приподнимает ей веко, чтобы увидеть реакцию зрачков на свет и полюбоваться на их изумительный голубой цвет. — А сейчас эта малышка такая милашка… Беспомощная и безмятежная…
— Что, приятель, уже не терпится поразвлечься с ней? — ухмыляется Эрик.
— Еще как! Перед такой сексуальной красавицей очень трудно устоять… — Юджин медленно проводит рукой по изгибу шеи Наталии, ее животу и паху. — С радостью бы воспользовался моментом, пока она спит волшебным сном.
— Я бы и сам трахнул ее, если бы нам не пришлось везти ее к Майклу. — Эрик проводит большим пальцем по губам Наталии. — Ах, как у нее сладкие и мягкие губки! Как было бы здорово, если бы они поласкали мое тело…
— Я мечтаю об этом уже пять месяцев. — Юджин крепко сжимает грудь Наталии, восхищаясь тем, какая она красивая, пышная и упругая. — Блять, ее сиськи – самые лучшие из всех тех, кто я ласкал в своей жизни. Пощупай. Обещаю, ты сейчас ахринеешь!
— Да все ее тело шикарно . — Эрик несильно сжимает Наталии грудь и интенсивно стимулирует ее соски. — А сиськи и правда топ!
— Ты ее еще голенькую не видел! — восклицает Юджин, проводит рукой по животу Наталии и играет с пирсингом в ее пупке. — У тебя мгновенно встанет на нее!
— У меня уже встало… — Эрик медленно проводит рукой по бедрам Наталии и по всей длине ног и переходит к промежности, которую он с широкой улыбкой нежно ласкает. — Хоть я и до смерти ненавижу этого щенка Эдварда, вынужден признать, что в вопросах с девушками у него отменный вкус.
— Но теперь эта красотка не принадлежит ему, — ехидно ухмыляется Юджин и проводит рукой по передней части шеи Наталии, слабо чувствуя ее медленное сердцебиение. — Эта красотка, которая сводит меня с ума…
— Мы не виноваты в том, что этот щенок – наивный дебил. — Эрик медленно проводит рукой по животу Наталии. — Это его проблемы.
— Да… — низким голосом произносит Юджин и оставляет несколько поцелуев на лице Наталии и своими сухими шершавыми губами медленно скользит по изгибу и передней части ее шеи, чувствуя сладкий цветочный аромат ее кожи, что не дает ему отказаться от соблазна покрыть поцелуями эту часть. — Блять, эта чертовка уже сводит меня с ума… Она просто ахриненно пахнет…
— Эта цыпочка и правда такая лапочка, пока молчит. — Эрик нежно гладит Наталию по щеке и аккуратно вытирает остатки слез по ее плотно закрытыми глазами, обращая внимания на ее четко очерченные бледно-розовые губы без блеска или помады на них и длинные пушистые ресницы, которые явно накрашены качественной водостойкой тушью, и замечая, что коричневые тени немного потекли, а мелкие блестки светятся на ее скулах. — Когда она вопила, царапалась и брыкалась, как дикая кошка, было очень трудно заметить ее красоту. Естественную , хочу заметить. Все свое, никакой пластики…
— Согласен, но голенькой она будет еще красивее. — Юджин гладит Наталию по щеке, большим пальцем проводит по ней и приподнимает оба века, всматриваясь в ее стеклянные голубые глаза. — Одна мысль об этом уже заводит меня…
— Меня тоже…
— Да, детка… — Юджин слегка приоткрывает рот Наталии, оставляет на женских губах короткий поцелуй, а затем вовлекает в более продолжительный, во время которого он тихонько постанывает и начинает активно работать языком у нее во рту. — М-м-м… М-м-м… О да… М-м-м…
Юджин прикладывает руку к оголенному животу Наталии, нежно гладит его, и проводит ею по крепким женским бедрам и ласкает внутреннюю часть ее бедер поближе к паху. А затем он просовывает ее под нижнее белье девушки и там нащупывает ее влагалище, в которое он засовывает пару пальцев, проводя губами по всем частям ее шеи, оставив несколько коротких поцелуев на ней, ее ключицах и между грудями и еще один более продолжительный на ее губах.