— Шутишь? — по-доброму усмехается Дарвин. — Да я вообще не слежу за жизнью звезд! Мне это совершенно неинтересно, да и времени нет. Прихожу с работы очень поздно и думаю только о вкусном ужине, теплой ванне и мягкой кроватке. А свободные дни провожу со своей девушкой.

— Только не говори, что ты вообще не смотришь телевизор.

— Конечно, смотрю. Просто меня не слишком волнуют новости шоу-бизнеса. И я едва успеваю узнать, что происходит в мире.

— Ну а фильмы ты часто смотришь?

— Ну да, бывает – смотрю что-нибудь со своей девушкой с тарелкой чипсов или пиццы в руках, — пожимает плечами Дарвин. — А что?

— А фраза « American Love Affair » тебе ни о чем не говорит? — загадочно улыбается Ракель. — Может, твоя девушка когда-то говорила о фильме с таким названием?

— Э-э-э… Что-то не припоминаю…

— Ну… — Ракель скромно опускает глаза в свою чашку, из которой она затем выпивает немного кофе. — Просто человек, с которым я помолвлена, – известный актер. Он снимался в этом фильме в главной роли. И у него также есть желание стать музыкантом…

— Твой жених?

— Да. Может, ты вряд ли станешь смотреть такие фильмы, но твоя девушка уж точно могла видеть его и сходить с ума по персонажу по имени Мэйсон Хьюстон, которого и играл мой жених.

— Мэйсон Хьюстон? Мэйсон Хьюстон… Что-то знакомое… Моя девушка и правда упоминала это имя с огромным восхищением… — Дарвин на несколько секунд призадумывается. — Постой-ка… Кажется, я знаю, о ком ты говоришь! Твой жених – случайно не Терренс МакКлайф?

— Случайно – да, — с невинной улыбкой отвечает Ракель.

— Точно! Знаю я этого актера! Моя девушка обожает его персонажа Мэйсона из этого фильма, и когда-то мне все уши прожужжала про него. Говорит, что сходила по нему с ума, когда ей было лет четырнадцать-шестнадцать.

— Ну вот! Теперь « Мэйсон » занят мной, и все его поклонницы « рвут и мечут » из-за того, что я украла их любимого парня. — Ракель скромно смеется. — Но на самом деле они рады за нас и любят нашу пару. Мы считаемся одной из самых красивых пар шоу-бизнеса. Хотя как мы можем не быть, если я пользуюсь бешеной популярностью у мужчин, а мой жених считается одним из самых привлекательных мужчин шоу-бизнеса.

— Да, вот так новости! — Дарвин делает пару глотков кофе. — Кстати, я сейчас вспомнил, что недавно видел в Интернете фотографии с премьеры « If Today Was Your Last Day ». Уже давно хочу сходить посмотреть этот фильм, но все никак времени нет. Ну и тогда я увидел снимки тебя и твоего жениха. Моя девушка тоже увидела их и радовалась, что этот парень собирается жениться на тебе.

— А она знает, что мы с тобой учились вместе?

— Нет, если честно, тогда я тебя не узнал. Ведь в то время ты была совсем другой. Я бы не узнал тебя, если бы до нынешнего момента мне принесли твою фотку и сказали, что это Ракель Кэмерон, моя бывшая однокурсница.

— Многие бы удивились, если бы знали, кто я такая. Многим бы и во сне не приснилось то, что я буду моделью, которую назовут самой сексуальной женщиной, и что мне повезет выйти замуж за мужчину, с которым хочет быть любая девчонка.

— Кстати, вы здорово смотритесь вместе. Такое чувство, будто вы были созданы друг для друга. Почему-то мне трудно представить тебя с каким-то другим мужчиной. Этот актер подходит тебе лучше всего.

— Все это говорят. А подруга моей тети говорит, что мы были предназначены друг другу судьбой.

— Думаю, она права. И я не удивлен, что ты вот-вот выйдешь замуж, ибо любой бы душу продал, лишь бы стать твоим мужем.

— С другими у меня был только легкий флирт – ничего больше. А мой жених стал первым для меня во всех смыслах.

— Похвально.

— Не хотела бросаться на всех подряд. До встречи с Терренсом меня никто не привлекал, и я не слишком стремилась влюбляться, встречаться и тем более выходить замуж. Но стоило мне встретить его, как все перевернулось верх дном.

— Понятно…

— Правда уже на первой встрече мы с ним не поладили и потом ругались как кошка с собакой. Кое-как смогли сработаться на совместной фотосессии.

— Что-то из разряда « от ненависти до любви »?

— Типа того.

Ракель бросает мимолетную улыбку, пока мимо нее и Дарвина проходит компания подростков с огромными пакетами еды в руках, что-то обсуждающие между собой.

— А где ты сам работаешь? — интересуется Ракель. — Я так понимаю, у тебя хорошая работа, раз ты зарабатываешь достаточно, чтобы обеспечить девушку и купить себе машину.

— Я работаю в полиции, — отвечает Дарвин, держа в руках наполовину съеденный бургер с сочной аппетитной котлетой, помидорами, салатом и огурцами. — Пока что офицер, но меня уже хотят сделать сержантом.

— Ух ты, полицейский с литературным образованием! Что ж, неплохое сочетание!

— Ну не совсем…

— В смысле?

— Просто я тоже не окончил университет.

— Но почему? Тебе же нравилась литература! Сам же сказал, что у тебя вся семья начитанная, и ты любишь читать! Почему ты решил так поступить?

— Просто я понял, что это не мое. Мне, конечно, нравится читать, и я все еще продолжаю знакомиться со современной литература. Однако я всегда знал, что мечтал стать полицейским. Меня привлекала эта профессия. Я хотел однажды работать в полиции, ловить преступников и раскрывать преступления…

— А что же ты раньше не пошел учиться на полицейского?

— Просто не был уверен, что смогу работать в полиции. Это ведь очень тяжело и опасно, и я немного побаивался. Однако после того, как я проучился в Нью-Йоркском университете до третьего курса, мое желание стало намного сильнее. И в итоге я забрал документы и перевелся в Полицейскую Академию. Проучился в ней несколько лет и успешно закончил. А затем мне пришлось пройти некоторые тесты и специальную подготовку. Но благо, я с достоинством прошел все испытания и смог получить должность офицера в одном из полицейских участков Нью-Йорка.

— Здорово! — скромно улыбается Ракель. — Я рада, что ты исполнил свою мечту.

— Спасибо, Ракель. Не отрицаю, что работа очень тяжелая, и я порой вынужден проводить целые сутки на рабочем месте и постоянно куда-то мотаться, но мне все равно нравится быть полицейским. А грядущее повышение по статусу здорово мотивирует меня. Ведь мне обещают большую зарплату и много привилегий.

— Кстати, а почему ты сейчас не работе? У тебя отпуск?

— Я взял пару отгулов за свой счет, так как последнее время у меня было очень много работы. Немного утомился и решил отдохнуть. Провести время с девушкой, помочь ей по дому, купить кое-что… А то она одна совсем не справляется.

— Понимаю…

— Мне приходиться много работать с бумагами, ездить по всему городу и разговаривать с сотнями людей каждый день. Кроме того, на меня и моих напарников еще и повесили одно очень запутанное дело, которое мы пока никак не можем решить. И, кстати, в нем фигурирует люди с такой же фамилией, что и у твоего жениха.

— Моего жениха? — Ракель широко распахивает глаза, заинтересовавшись данным делом. — То есть, в этом деле замешан человек с фамилией МакКлайф? Правильно?

— Да, только не один человек, а несколько.

— Надо же… Но что там произошло?

— Ох, Ракель, если честно, то это такое запутанное дело… — устало вздыхает Дарвин и запускает руку в свои волосы. — И я даже не знаю, будет ли ему решение, потому что оно уже очень долгое время не сдвигается с мертвой точки.

— Вот как… — Ракель ставит чашку кофе на стол складывает руки перед собой. — А ты не мог бы рассказать мне об этом деле?

— Хорошо, я расскажу, раз ты просишь, — пожимает плечами Дарвин, отпивает немного кофе из своей чашки и ставит ее на стол. — В этом деле два главных персонажа с фамилией МакКлайф. Они родные братья . И суть в том, что МакКлайф-старший хочет погубить своего младшего брата из зависти. Он уже отобрал у МакКлайфа-младшего многое, а сейчас МакКлайфу-старшему осталось завладеть лишь одним – наследством, которое его брат завещал своим сыновьям.

— Надо же…

— Но понимаешь, даже не в этом суть дела… А в том, что МакКлайф-старший хочет убить всех, кто связан с его братом. Есть информация, что он угрожал очень многим людям и несколько раз пытался убить их.

— Присылали письма или сообщения с угрозами и ловили в малолюдных или безлюдных местах?

— Именно! Только мы не можем это доказать, потому что не можем выйти на связь с пострадавшими. Мы не знаем, как их искать. Хотя те письма стали бы прекрасной уликой.

— Не может быть… — качая головой, тихо произносит Ракель. — Господи, неужели помощь сама пришла ко мне? Неужели…

— Э-э-э, что, прости? — слегка хмурится Дарвин, вопросительно смотря на Ракель. — О чем ты говоришь, Ракель?

— Знаешь, Дарвин, боюсь, мне придется воспользоваться нашей старой дружбой и попросить тебя о помощи.

— О помощи? Но чем я могу помочь?

— Ты можешь. Ты – тот, кто мне сейчас нужен. Потому что у моего жениха происходит точно такая же ситуация.

— Правда? — широко распахивает глаза Дарвин. — Ему что, кто-то угрожает?

— Да. Есть несколько кандидатов: бывший друг моего жениха, его дядя и дядя Терренса. На кану стоят огромные деньги и власть над бизнесом. Они просто рвут и мечут! И дело также касается зависти. Огромной зависти.

— Ничего себе… — слегка хмурится Дарвин и резко мотает головой. — Подожди-подожди, ты же не хочешь сказать, что дело, которое я веду, и ситуация с твоим женихом – одна и та же история?

— Это я и хочу сказать! Я уверена , что мы говорим об одном и том же деле! И поэтому я хочу узнать абсолютно об этом деле и, возможно, обеспечить нам защиту.

— Ничего себе совпадение… Ты уверена, что эти вещи взаимосвязаны?

— Я не сомневаюсь! Вот скажи мне, как зовут обоих братьев МакКлайф, которые ненавидят друг друга?

— Майкл и Джейми МакКлайф.

— Майкл и Джейми? — Ракель слегка приоткрывает рот и щелкает пальцами руки. — Точно! Я права! Дядю Терренса зовут Майкл! Дядю Эдварда тоже зовут Майкл. Майкл Локхарт. А вот имя отца я, к сожалению, не знаю. Мой жених никогда не говорил, как его зовут.

— А что же так? Ты не знакома со своими будущими свекром и свекровью?

— С будущей свекровью я знакома и прекрасно лажу. Но будущего свекра никогда не встречала. У Терренса с ним не очень хорошие отношения, и он не любит говорить об отце.

— Минуточку! — Дарвин начинает поглаживать подбородок указательным и большим пальцами. — Если предположить, что эти случаи – одна и та же история, то нет сомнений в том, что дядю твоего жениха зовут Майкл. А значит, его отец, скорее всего, – Джейми.

— Похоже на то.

— Кстати, ты упомянула еще и друга Терренса. Как его зовут?

— Его зовут Эдвард. Эдвард Локхарт.

— Эдвард Локхарт? — Дарвин призадумывается на пару секунд. — Кажется, я знаю , о ком ты говоришь! Мой напарник упоминал это имя и много говорил о нем! Он дружит с его отцом много лет и ради их старой дружбы лично контролирует расследование этого дела.

— Вот видишь! — пожимает плечами Ракель. — Мы с тобой говорим об одном и том же.

— Понятно… — слегка хмурится Дарвин, откусывает небольшой кусочек своего бургера и запивает его кофе. — В любом случае теперь мы знаем, кто есть кто… Джейми – брат Майкла, отец Терренса и, получается, твой будущий свекор…

— Все правильно…

— Что ж, раз все совпадает, я полагаю, что ты могла бы оказать огромную помощь в расследовании этого дела.

— И я готова помочь полиции. Да и сама хочу попросить о помощи и защите. Ибо ситуация очень тяжелая. Мы все в отчаянии, ибо нас могут в любой момент убить. Либо Эдвард, либо Майкл.

— Я понимаю.

— Скажи, а давно полиция занимается делом братьев МакКлайф? Я предполагаю, что все это длится уже не первый год. Терренс считает, что это могло начаться еще тогда, когда он был маленьким. Ведь он уже почти десять лет игнорирует своего отца, который хочет что-то ему сказать. Что-то о ситуации с Майклом.

— О, дело было открыто очень давно, не один и не два года назад… По-моему, я только устроился на работу в полицию, а мой напарник уже работал над материалами этого дела. Правда, прошло еще какое-то время до того как заявление было написано официально, а полиция всерьез принялась расследовать это дело.

— А что ты сам знаешь про этого Майкла?

— Я знаю, что Майкл уже очень много лет вынашивает планы мести Джейми. Он с детства ненавидел его за то, что тому доставалось все самое лучшее. Ну а когда они подросли, то Майкл решил лишить брата всего: денег, компании, дома, жены и даже сыновей… Всего ! К сожалению, мистер МакКлайф-младший разошелся со своей супругой Ребеккой Джонас по вине брата. А их сыновья были разлучены, когда оба были еще очень маленькие: старший остался с матерью, а младший – с отцом. После этого Джейми женился на другой женщине, и у них родилось еще двое сыновей, которые, однако, не имеют к этой истории никакого отношения. Правда, позже он разошелся и со второй супругой, а та запретила ему видеть их детей.

— Мистер МакКлайф разошелся и со второй супругой?

— Да, где-то восемь-десять лет назад.

— Надо же… А мы думали, что они все еще женаты…

— Нет, они сейчас не живут вместе и не общаются. Расстались со скандалом, насколько мне известно.

— Отец Эдварда тоже женат на другой женщине, но они вроде бы все еще вместе. Хотя это не точно, ибо этот парень ушел из дома совсем юным парнем.

— Интересно…

— Как ты думаешь, не случилось ли это одновременно?

— Вполне возможно… Но, честно говоря, мне не очень много известно насчет этого дела. А вот мой напарник хорошо знаком с историей жизни Джейми МакКлайфа. Он знает абсолютно все о том, что происходило в его жизни и жизни его первой жены Ребекки. Да и не только это! Мой коллега может рассказать всю эту историю от начала до конца.

— Если нужно, то я и сама могу многое рассказать, — задумчиво говорит Ракель.

— Ладно… Тогда, скажи, пожалуйста, а тебе или Терренсу в последнее время не присылали никаких угроз и не подходили ли на улице? Может, вы заметили, что кто-то следит за вами или что-то вроде?

— Да, было такое, — уверенно кивает Ракель. — Сначала нам с Терренсом прислали два письма, одно из которых было началом, а другое – концом. Мы изначально думали, что это чья-то злая шутка. Мол, какой-нибудь ненавистник нашей пары решил вот так пошутить и напугать. Но оказалось, что мы ошибались. На следующий день на Терренса напали. Какой-то тип начал угрожать ему и даже здорово побил. Но слава богу, с ним все в порядке, и он легко отделался. Ну а в последний раз компания из пяти мужчин едва не напала на нас с женихом с ножами, когда мы прогуливались в одном спокойном местечке. Тогда нам удалось убежать, но они успели сильно побить машину Терренса во время преследования на дороге. Ему кое-как удалось оторваться от них. Только лишь когда они врезались в огромный грузовик, те типы оставили нас в покое.

— Ничего себе… И как давно все это происходило?

— Ну… — Ракель выпивает немного кофе из своей чашки. — Около двух недель назад нам прислали письма, а та компания преследовала нас чуть больше недели назад. Точнее, не могу сказать, к сожалению…

— То есть, после того случая больше угроз не было?

— Да нет, пока что больше ничего не случалось: никаких угроз, никаких преследований, никаких нападений, — пожимает плечами Ракель. — Разве, что моей подружке тоже присылали угрозы…

— Твоей подружке? Но какое отношение она имеет к этой истории?

— Она – бывшая девушка Эдварда и моя лучшая подруга еще со школьных времен. Приятель Терренса встречался с ней около трех месяцев, но недавно они расстались со скандалом.

— Неужели ты хочешь сказать, что Майкл угрожает и бывшей девушке Эдварда?

— По крайней мере, Эдвард утверждал, что сообщения, которые получила Наталия были посланы именно с мобильного Майкла. Когда она показала нам те сообщения, и мы прочитали их…

— Вот как… — слегка хмурится Дарвин и задумывается, поглаживая свой подбородок. — Неужели ей тоже угрожает опасность?

— Возможно, но пока что мы не можем понять связь той девушки со всей этой историей. Она всего лишь наша с Терренсом лучшая подруга и бывшая девушка Эдварда. Кроме того, мы не понимаем, откуда Майкл узнал ее номер. Она же не совсем глупая, чтобы давать его всем подряд.

— Ну может, у нее есть друзья или знакомые, которые знали ее номер и дали его Майклу?

— Хочешь сказать, один из ее бывших ухажеров может знать Майкла?

— Почему именно бывших?

— Ну… — Ракель слегка прикусывает губу. — Просто она всегда была довольно влюбчивой девчонкой и не возражала против легкого флирта. Наталия успела повстречаться со многими парнями перед началом романа с Эдвардом. Кто-то из них вполне может быть связан с Майклом.

— Если так, то я допускаю подобную версию…

— Да, а почему ты так мало знаешь об этой эту истории? Ты же занимаешься этим делом и должен знать все!

— Ах, Ракель, я бы с радостью узнал все детали, но Виктор Джонсон, мой напарник, редко бывает на рабочем месте.

— Расследует другие дела?

— Дело в том, что, он практически каждый день ездит в одно местечко, чтобы в чем-то помочь своему другу.

— А куда именно?

— Понятия не имею. Только Виктор знает, где искать его.

— Погоди! — восклицает Ракель. — А что это за друг?

— Старый приятель, — пожимает плечами Дарвин. — Как я понял, он как-то связан или с Эдвардом, или с Терренсом.

— А это случайно не отец Эдварда?

— Отец Эдварда?

— Да, он ведь мертв ! Погиб после того, как его брат Майкл отдал приказ убить того человека!

— Да нет, насколько я знаю, он живой и здоровый.

Ракель приоткрывает рот от удивления и качает головой.

— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — Живой и здоровый?

— Ну да, — мотает головой Дарвин, съедает кое-что из своей еды и запивает кофе. — Хотя мне известно, что его брат действительно отдал своим людям приказ убить того человека, но они просчитались, и ему удалось выжить.

— Но как? Как так получилось?

— Могу сказать одно – чудо!

— Господи, так получается, что отец Эдварда жив?

— Ничего не могу сказать. Хотя все эти истории какие-то очень странные. В них слишком уж много совпадений.

— Да… Я и сама стала это замечать… Все больше начинаю думать, что речь как будто идет об одних и тех же людях. Как будто Локхарты и МакКлайфы как-то связаны.

— Полагаю, у Виктора будет ответ на этот вопрос.

— Эй, а как именно пытались убить друга твоего напарника?

— Не знаю, как именно, но его братец очень долго планировал убийство. Правда, сам он никогда не убивает. За него все пакости делают его многочисленные помощники. Так случилось и в тот раз. Но как я уже сказал, они в чем-то просчитались, и друг мистера Джонсона выжил .

— Надо же… Получается, они думают , что избавились от него, но он каким-то образом выжил?

— Именно так! И спустя некоторое время после этой попытки убийства он снова обратился за помощью к Виктору Джонсону. Они – близкие друзья еще с юных лет. А мистер Джонсон очень давно работает в полиции и успел дослужиться до звания капитана. Этот человек очень умный и раскрыл уже сотни раскрытых дел разной сложности и много раз был награжден за особые заслуги. Его очень высоко ценят сотрудники полиции более высокого ранга, и он пользуется огромным уважением.

— Ясно…

— И выслушав просьбу своего друга, мистер Джонсон добавил к материалу новые факты и пообещал другу сделать все возможное, чтобы заставить его брата ответить по закону. Как я говорил ранее, тот человек уже подавал официальное заявление, и этим делом давно занимается полиция. Однажды расследование приостановили из-за отсутствия доказательств, но после попытки убийства его возобновили.

— Но каким образом они собираются остановить его? Тот тип вряд ли сдастся просто так! У того типа есть деньги. И вполне могут быть связи, благодаря которым он за пару минут уладит любой вопрос.

— Именно! Но у полиции есть все основания, чтобы предъявить ему сразу несколько обвинений. Воровство, подделка документов, мошенничество в крупных размерах, покушение на чужую жизнь… Тот человек уже заработал себе приличный срок. И не удивлюсь, если ему вообще дадут пожизненное.

— Но как вы сможете доказать, что именно он пытался убить своего брата и обманным путем завладел богатствами, по праву принадлежащие другому?

— Ну… — Дарвин выпивает немного кофе. — Что касается неудачной попытки убийства, то мы нашли свидетеля, который сможет доказать, что друга Виктора пытались убить. Мистер Джонсон лично допрашивал его и добавил показания к материалам дела. А если ему придется выступить в суде и дать показания там, то он сказал, что обязательно появится на заседании.

— Значит, случай не совсем безнадежный.

— Конечно, нет! Тем более, что это не первая попытка того человека убить кого-то.

— Дай-ка угадаю… — Ракель прикладывает палец к губе. — Он пытался убить Эдварда?

— Да, именно Эдварда… Откуда ты знаешь?

— Эдвард сам рассказал нам об этом и даже показал шрамы на спине, когда мы с Терренсом вынудили его рассказать, кто написал нам те письма. Тип, который напал на моего жениха, тогда заявил, что Эдвард может знать очень многое, и мы поняли, что он тесно связан со всем этим.

— Это произошло где-то месяц назад. По-моему, сразу после того, как друга Виктора попытались ликвидировать. И тогда тоже нашелся свидетель, видевший, как этого парня сильно избивали, а затем серьезно ранили ножом. Когда вся шайка того типа смылась, свидетель немедленно вызвал скорую и полицию. Состояние парня долгое время было тяжелым, и врачам буквально пришлось вытаскивать его с того света. Но он все-таки смог выжить.

— Подожди-подожди, здесь что-то странно… — слегка хмурится Ракель, сцепив пальцы сложенных на столе рук. — А как вы смогли понять, что это был Эдвард?

— Узнав об этом случае, мы с мистером Джонсоном были заинтересованы этим парнем. Персонал больницы рассказал нам во всех подробностях о том, что произошло. Сказали, что при нем не было никаких документов, а мобильный телефон был отключен. За него тогда поручился свидетель атаки, который сам оплачивал его пребывание в больнице. И ему регулярно сообщали о состоянии того парня. Ну а когда спустя некоторое время Эдвард все-таки очнулся, то врачи попросили назвать свои имя, возраст, дату рождения и место рождения. После чего он сказал, что его зовут Эдвард Локхарт.

— Надо же…

— Это правда. — Дарвин отпивает немного кофе из своей чашки. — И чуть позже врачи разрешили нам с коллегой взглянуть на этого парня, пока он был под действием снотворного. Мистер Джонсон тогда как-то странно нахмурился, но ничего не сказал, когда я спросил, в чем дело.

— Знала я, что с этим Эдвардом что-то не так. Интуиция подсказывает, что он что-то скрывает. И может рассказать намного больше, чем мы услышали.

— Будь уверена, Виктор знает ответы на все эти вопросы. Не зря же его тогда так заинтересовал и смутил этот парень.

— А свидетель не рассказывал ничего интересного?

— Нет, насколько я знаю. Он лишь рассказал, что те люди сделали с Эдвардом.

— Ох, Эдвард, что же ты скрываешь? Какие секреты мы еще не знаем? Кто ты такой на самом деле?

— Хотелось бы и самому узнать.

— Знаешь, Дарвин… Вроде бы он и не похож на Терренса, но иногда мне кажется, что у них есть что-то общее. Я порой ловлю себя на мысли, что сравниваю их.

— Многие люди чем-то похожи друг на друга.

— Кстати, все обсуждают сильное сходство Терренса со своим отцом. Говорят, что мой жених похож на него характером и внешностью, а кто-то утверждает, что они выглядят как две капли воды. Мол, они видят либо Джейми в возрасте Терренса, либо самого Терренса в возрасте моего будущего свекра.

— Правда? — округляет глаза Дарвин. — А ты никогда в глаза не видела своего будущего свекра хотя бы на фотографиях?

— Э-э-э… Видела… Мы с Терренсом нашли в его семейном альбоме фотографию, на которой были миссис МакКлайф, мистер МакКлайф и его старший брат. По крайней мере, Терренс сразу узнал своего отца, но не смог вспомнить, кем был другой мужчина. И тогда мне показалось, что Джейми действительно очень похож на Терренса. А Майкл сразу же показался каким-то грубым и отталкивающим.

— Возможно, Терренс МакКлайф и правда похож на своего отца… Насколько я помню, у него черные волосы, светлые глаза и довольно высокий рост. В Интернете вроде написано, что его рост около двух метров.

— Метр девяносто три.

— Джейми тоже высокий – у него рост где-то метр восемьдесят девять-девяносто. А Майкл вроде бы намного ниже этих двоих.

— Где-то так… — устало вздыхает Ракель, и на долю секунды опускает взгляд вниз.

В этот момент мимо столика Ракель и Дарвина проходит женщина с маленьким ребенком, издающий негромкие звуки, пока держит ее за руку и следует за ней.

— Кстати, ты вроде бы упомянула конфликт Терренса с отцом… — задумчиво говорит Дарвин.

— Да, у них действительно есть конфликт, — подтверждает Ракель. — Точнее, конфликта нет… Просто Терренс не любит своего отца и считает, что тот издевался над его матерью.

— Разве он это видел?

— В том-то дело, что не видел. Но зато помнит, как его отец, будучи в состоянии агрессии, ударил его мать по лицу, когда Терренсу было три года. Сказал, что видел и слышал их ссору, которая оставила яркий отпечаток в его памяти. Он даже помнит, как мистер МакКлайф собрал свои вещи и оставил миссис МакКлайф и их сына одних. Джейми исчез на несколько лет вместе с еще совсем маленьким вторым ребенком, о котором мы только недавно узнали, и успел жениться и стать отцом еще двоих детей. Но когда Терренсу исполнилось восемнадцать, мистер МакКлайф извинился перед Ребеккой и начал через нее просить сына о встречи. Однако Терренс наотрез отказывается, потому что не может простить отца за то, что тот бросил их с матерью в такой тяжелый момент. Мол, объявился, когда его никто не ждал, и когда не надо пахать, чтобы обеспечить свою семью.

— Интересная история… — слегка хмурится Дарвин и призадумывается на несколько секунд. — Говоришь, Джейми объявился, когда Терренсу исполнилось восемнадцать?

— Да, он сам сказал мне об этом, — пожимает плечами Ракель. — Хоть ему и не нравится это обсуждать, он посчитал нужным дать мне знать причину его ненависти к отцу. Я попробовала переубедить его и сказать, что глупо верить одному лишь воспоминанию и факту, что о регулярном избиении матери ему сказал кто-то, кого Терренс не помнит.

— Нет, конечно, можно предположить, что Джейми просто замучила совесть, и он решил извиниться перед Терренсом и Ребеккой. Но что если он и правда хотел рассказать и про историю с деньгами и бизнесом? Ведь мистер Джонсон говорил, что когда у Джейми и Ребекки родились дети, Майкл уже сильно испортил им жизнь и лишил своего брата всего, что можно. Они едва концы с концами сводили…

— Думаю, не будь Терренс таким упрямым, он бы уже давно узнал и про младшего брата, о котором знать не знал до того момента, как миссис МакКлайф сама рассказала ему об этом.

— Скажи, а Джейми до сих пор ищет встречи с Терренсом? — слегка хмурится Дарвин, крепко сцепив пальцы рук.

— Да, но он делает это через его мать – Ребекку. Я знаю, что они часто общаются между собой по телефону или где-то встречаются. Но на данный момент мистер МакКлайф перестал с ней связываться, ибо он боится, что Майкл может навредить ей и узнать, что его брат живой.

— А она вообще в курсе, что творится?

— Скорее всего. Эта женщина явно знает намного больше, чем говорит. Только она предпочла переложить ответственность на своего бывшего мужа и убедить его рассказать сыну правду.

— А как она вообще себя ведет: нервничает или спокойна?

— Я уже давно не общалась с ней, но Терренс говорит, что она ведет себя вполне спокойно и не выдает никакие секреты, которые скрывает.

— Полагаю, эта женщина действительно обо всем знает. Поэтому она и не особо волнуется. Ну или… Она мастерки скрывает свои эмоции и позволяет себе плакать только лишь тогда, когда никто не видит.

— Слушай, а тебе неизвестно, когда именно попытались убить друга мистера Джонсона? Ты вроде сказал, что это произошло после нападения на Эдварда… А раз так, значит, это точно произошло месяц назад или больше.

— Не знаю, Ракель, я не могу говорить точно. Это всего лишь мое предположение. Я знаю не очень много об этом деле. Большая часть моих слов – лишь догадки. Если ты хочешь знать всю правду, то есть только один человек, который может рассказать все.

— А я могу как-нибудь встретиться и поговорить с ним? Только сделать это как-то осторожно, чтобы никто не узнал об этом! Раз в опасности Терренс, значит, в опасности и я, и мне нужно действовать очень аккуратно.

— Конечно, я мог бы поговорить с Виктором и рассказать ему о тебе, — задумчиво отвечает Дарвин.

Ракель молчит пару секунд, а затем, выглядя довольно уверенной и желая воспользоваться данным ей шансом по полной, кивает.

— Дарвин, прошу тебя, устрой мне встречу с этим Виктором, — уверенно просит Ракель. — Я хочу поговорить с этим человеком и попросить у него помощи! Если ты говоришь, что он знает все о мистере МакКлайфе и об этой истории, то я хочу все выяснить как можно скорее. Я должна разобраться во всей этой катавасии.

— Хорошо, Ракель, я постараюсь все устроить. Обещаю, я сегодня же позвоню Виктору и расскажу ему про тебя.

— Да, пожалуйста, сделай это. Может, это – последняя надежда на спасение себя и своей семьи от этого кошмара. И Эдварда, который тоже что-то замышляет против нас.

— Конечно. Ты можешь оставить мне свой номер мобильного, чтобы я смог связаться с тобой, если он согласится на встречу?

— Э-э-э… Да, конечно, сейчас напишу.

Ракель быстро берет свою сумочку, раскрывает ее, достает оттуда маленький блокнот с ручкой, пишет свой номер, вырывает листок из блокнота и протягивает его Дарвину, который уверенно забирает его и быстро пробегается глазами по содержимому.

— Спасибо большое, — благодарит Дарвин. — Возьми мою визитку с номером телефона. Если будут какие-то вопросы или найдется что рассказать – можешь позвонить мне в любое время.

Дарвин достает из кармана своей куртки визитку темно-синего цвета и вручает ее Ракель.

— Спасибо, Дарвин! — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — Надеюсь, что вы с мистером Джонсоном поможете мне. Майкл обязан сесть за решетку. И Эдвард тоже.

— Эдвард? — широко распахивает глаза Дарвин.

— Мы с Терренсом поссорились с ним из-за этой истории и решили посадить его за решетку, если он хотя бы попробует совершить на нас покушение.

— Ох, ничего себе… Не знал, что Эдвард тоже хочет убивать ради денег… Мистер Джонсон не говорил об этом…

— Во всем виноваты зависть к успехам и богатству Терренса и желание перестать быть нищим и разбогатеть, не заработав ни цента из того, что он собирается украсть. Отцовское наследство, все состояние своего дяди, судостроительную компанию и богатства, принадлежащие мне, Терренсу и его матери…

— А ты точно уверена, что он собирается пойти на это? Почему ты так уверенно обвиняешь этого парня и говоришь, что хочешь посадить его за решетку?

— Он ведь сам заявил, что отказывается отдавать все своему дяде и хочет забрать то, что принадлежит ему по закону. Когда мы заставили его все рассказать, Эдвард сам во всем признался и поругался не только со мной и Терренсом, но еще и с Ребеккой.

— Может, речь шла только о наследстве, на которое он имеет право?

— Эдвард не говорил, что хочет ограбить именно нас, но его омерзительное поведение дало нам понять, что ради денег он пойдет на все . Этот парень страшно злится, что мой жених обеспеченный, а он – нищеброд, живущий за чей-то счет и мечтающий получить кучу денег легким путем.

— А вдруг у него в планах нет мысли грабить и убивать тебя или Терренса? То, что он отказывается отдавать наследство своему дяде, не так уж плохо. Его имущество должно принадлежать парню по закону. Его отец оформил все документы, которые подтверждают право на наследование.

— Нет, Дарвин, мы ни за что не поверим, что этот парень невинный, — сухо бросает Ракель. — Он уверенно идет по пути своего дяди, мечтая уничтожить своего друга и стать подобием того подонка. Не могу сказать, в сговоре ли эти двое или же играют друг против друга. Но Эдвард обязан ответить за попытку убить нас. И клянусь, мы все заявим на него, если эта мразь посмеет покушаться на кого-то из нас.

— Знаешь, Кэмерон, ты, конечно, можешь считать как хочешь. Но все-таки хорошенько подумай, может ли быть правдой то, во что вы все верите. Да, тот парень во всем признался, но не сказал, что хочет ограбить вас. Он сказал, что хочет получить то, что принадлежит ему по праву . По праву! Эдвард точно имел в виду только наследство, не деньги своего друга. Этот парень хочет бороться именно за свое.

— После того, что он наговорил нам, мы уже не верим ни единому его слову. Даже засомневались, что Майкл вообще существует.

— Ну знаешь, может, его что-то очень сильно взбесило, и он не следил за своим языком. В гневе можно таких делов наворотить, что потом застрелиться захочешь. Конечно, я еще спрошу мистера Джонсона, что он думает об этом, но мне совсем не хочется верить, что он такой же мерзавец, как и Майкл. Не знаю… Не вижу я в нем преступника. Не тот тип людей, которые могут грабить и убивать без сожаления.

— Ох, не знаю, Дарвин… — тяжело вздыхает Ракель. — Но в любом случае я очень хочу, чтобы эта история поскорее закончилась. Кто бы ни был виноват, все должны понести наказание. Оба Майкла однозначно пойдут в тюрьму, а если и Эдвард попробует причинить кому-то вред, то ему тоже будет светить приличный срок. Мы не позволим Локхарту быть на свободе.

— Что касается данного дела, то я могу сказать точно, что против Эдварда Локхарта у полиции нет никаких улик, и он не был замешан ни в каких преступлениях. По крайней мере, я не знаю о таких. Так что обвинения в его сторону могут быть необоснованными .

— Я понимаю… Но ведь всякое может случиться…

— Поверь мне, мы в полиции тоже очень хотим поскорее разобраться с этим вопросом. Все прекрасно понимают, что Майкл успел обзавестись неплохими связями и знает вполне опытных адвокатов, которые спасут его от любых передряг. И пока что мы надеемся лишь на попытку взять его и его людишек с поличным. Тогда они точно не смогут сбежать.

— Ждать вы можете столько угодно. Кто знает, сколько людей он еще убьет ради денег и мести. Сейчас пока что все тихо, но мне не нравится это затишье, которое обязательно приведет к какому-то печальному событию. Очень скоро Майкл может начать действовать и загонит всех нас в ловушку.

— Знаешь, Ракель, я бы советовал тебе быть очень осторожной. Хоть ты пока что не супруга Терренса МакКлайфа, Майкл все равно может иметь на тебя зуб.

— Я знаю… — с грустью во взгляде произносит Ракель. — Поэтому и прошу тебя и мистера Джонсона о помощи в защите МакКлайфов. Терренс хочет ждать какой-то угрозы, но я считаю, что это неправильно, и мы должны принимать меры уже сейчас.

— Я прекрасно понимаю тебя, подруга. — Дарвин с грустью во взгляде смотря на Ракель, с легкой, ободряющей улыбкой гладит ее по руке. — Но ты не переживай. Поймаем мы всех этих людишек рано или поздно. Даже если нам придется пойти на крайние меры. Обещаю.

— Спасибо огромное, Дарвин, — бросает мимолетную улыбку Ракель. — Пожалуйста, сообщи мне, если ты узнаешь что-то еще об этом деле. И если мистер Джонсон согласится со мной встретиться.

— Конечно, Ракель, я обязательно сообщу. — Дарвин смотрит на свои наручные часы. — Ох, давай мы с тобой вот как поступим: я сейчас съезжу в пару мест по делам, а потом позвоню мистеру Джонсону, расскажу ему о тебе и дам знать, хочет ли он встретиться с тобой.

— Хорошо, я согласна. Я готова встретиться с ним в любое время. Пусть назначает любой день, любое время и любое место.

— Договорились. Я потом свяжусь с тобой.

— Конечно, — скромно улыбается Ракель.

— Ладно, извини, но мне уже нужно бежать, — быстро говорит Дарвин, допивает остатки кофе и ставит пустую чашку на поднос. — Было очень приятно поболтать с тобой.

— Когда эта ситуация разрешится, мы могли бы встретиться еще раз и вспомнить наши студенческие года.

— С удовольствием. Как-нибудь мы поговорим об этом. — Дарвин медленно встает из-за стола и забирает с собой кое-что, что не успел доесть. — До встречи! Береги себя!

— До скорого… — задумчиво прощается Ракель.

Дарвин бросает Ракель мимолетную улыбку и покидает кафе с пакетом несъеденной еды в руках. Девушка провожает его взглядом и начинает думать над всем, что она только что узнала, и молится о том, чтобы Виктор согласился встретиться с ней.

«Нет-нет, до тех пор, пока я не найду какие-то веские доказательства, мне нельзя рассказывать то, что рассказал Дарвин, — сложив руки на столе и уставив взгляд в одну точку, думает Ракель. — Я понимаю, что в какой-то степени поступлю плохо, если скрою это от Терренса. Но он вряд ли поверит моим словам и потребует весомых аргументов. И пока что есть только один способ узнать всю правду – это встретиться с мистером Джонсоном. У меня нет выбора… Нельзя ждать, пока Майкл организует покушение или отправит нам еще парочку писем. А Дарвин появился как раз в нужный момент. Уверена, что он поможет мне разобраться с этой историей, которая обрастает новыми подробностями. Если честно, то я уже запуталась в этих Майклах и Эдвардах…»

Ракель мысленно вздыхает и откидывается на спинку стула.

«Но зато теперь я знаю, что мистер МакКлайф разошелся и с этой Изабеллой… — думает Ракель. — И она же запретила ему общаться с детьми от нее… Хм, интересно, это ее личное решение, или Майкл к этому тоже причастен? Что если это тоже было частью его плана? Наверное, с миссис МакКлайф подобное не прошло, но Изабелла оказалась более сговорчивой. Но как сильно этот человек обидел ее, раз она согласилась запретить ему видеться с детьми?»

Ракель берет полупустую чашку кофе и выпивает немного.

«И да, кто такой тот друг мистера Джонсона, которого пытались убить, но который остался жив? — думает Ракель. — Неужели это и правда отец Эдварда, о котором говорил Локхарт? Или он как-то связан с Терренсом? Или он вообще связан с обоими? Тогда как связаны МакКлайф и Локхарт? И каков был план обоих Майклов? И откуда взялись свидетели? Не мог ли это быть один и тот же план убийства? Что если в обоих случаях этих людей ранили серьезно, но не смертельно?»

Ракель заправляет прядь волос за ухо.

«И да, почему полиция была заинтересована Эдвардом? Не зря же они расспрашивали персонал больницы о нем. Значит, с этим парнем что-то не так. К тому же, он смутил и мистера Джонсона. Значит, он о чем-то догадался или что-то надумал. Но что? Как этот парень вообще связан с МакКлайфами? Я уверена, что между ними есть какая-то связь. И он наверняка прекрасно о ней знает. Черт… Неужели этот придурок еще что-то скрывает? Неужели есть что-то, из-за чего мы можем еще больше обозлиться на него?»