— У нас ушло где-то пару часов на то, чтобы привести квартиру в порядок, — признается Хелен. — Единственное – надо будет лишь купить и установить новую дверь в ванную комнату. Мы увидели, что замок развалился, а дверь сильно деформировалась и едва держится на петлях.

— К сожалению, у нас не было выбора, — пожимает плечами Даниэль. — Но в любом случае мы с Терренсом обязательно оплатим покупку и установку новой двери.

— Кстати, мы забрали связку ключей, принадлежащую Питеру, и закрыли квартиру на ключ. Любопытные туда уже не смогут зайти и что-то стащить. Да и те две надоедливые дамочки видели нас с Джессикой, когда мы приехали к зданию и закрывали квартиру.

— Неужели они сдвинулись с места и поехали домой?

— Да. Все-таки не остались ночевать.

— Наверное, потому что ночью холодно. Да и кого им обсуждать, когда никто не ходит в такое время. Только если на фонари пялиться.

— Вот именно! Хотя ладно… — Хелен машет одно рукой и берется за ручку своей сумки другой. — Это не важно… В любом случае можно не бояться, что кто-то обчистит квартиру Питера, пока его не будет дома.

— Если что, то ключи Питера пока что побудут у Хелен, — сообщает Джессика. — Так будет надежнее, ибо я могу запросто потерять их из-за провалов в памяти. Я очень часто забываю многие вещи: порой самые элементарные, а порой более серьезные.

— Хорошо, раз у Хелен, так у Хелен… — кивает Даниэль, уставив взгляд в одной точке.

На пару секунд в воздухе воцаряется пауза, во время которой по коридору больницы проходит компания врачей с какими-то бумагами в руках. А затем Хелен внимательно смотрит на Даниэля, который выглядит немного грустным.

— Э-э-э, Даниэль, извините, если я вмешиваюсь не в свое дело, но мне кажется, вы выглядите каким-то грустным, — задумчиво говорит Хелен.

— Да, Даниэль, какой-то вы напряженный , — соглашается Джессика, поближе прижав к себе сумку, которую она держит у себя на коленях. — Неужели так беспокойтесь из-за Питера?

— Это тоже, безусловно, — кивает Даниэль и резко выдыхает. — Но перед приездом в больницу я успел поругаться со своей девушкой.

— С девушкой?

— Да. Неприятная вышла ситуация.

— О, мне очень жаль… — с грустью во взгляде говорит Хелен. — Все настолько плохо?

— Да нет, к счастью, мы быстро остыли и помирились. Хотя осадок все равно остался…

— А ваша девушка в курсе ситуации с Роузом? Она вообще знакома с ним? Или вы не представляли ее?

— Нет-нет, я знакомил их. Моя девушка всегда хорошо ладила с Питером, да и он прекрасно о ней отзывается. Она знает обо всем, что касается этой истории. Я ничего не скрываю от нее и всегда стараюсь говорить все как есть.

— Надеюсь, ваши конфликт не связан с тем, что вы… — неуверенно говорит Джессика и слегка прикусывает губу. — Что вы насмехались над блондином?

— Э-э-э, отчасти – да, — неуверенно отвечает Даниэль и нервно сглатывает, сжав руки в кулаки. — Но все в порядке, я не в обиде и считаю, что ее слова правдивы. Да и я уже много раз слышал все это от тех, кто уже знает о той ситуации.

— А вообще у вас часто происходят конфликты?

— В последнее время конфликты стали случаться гораздо чаще. Самое обидное, что причиной может быть что-то нелепое. И меня это расстраивает . Я понимаю, что все влюбленные ругаются, особенно когда живут вместе. Но в такие моменты мне кажется, будто у меня нет поддержки, которую хочу получить от своей девушки.

— Уверена, что она все понимает, — предполагает Хелен.

— Да, моя девушка знает, что у меня сейчас не самое лучшее время, и старается не слишком надоедать мне. Она не заставляет уделять ей все свое внимание, забыв о том, что мой друг лежит в больнице после попытки суицида. Это – одна из причин, почему я люблю ее.

— Должно быть у вас просто чудесная девушка.

— Она – лучшее, что со мной когда-либо происходило в жизни, — скромно улыбается Даниэль. — Несмотря на конфликты, я знаю, что всегда могу поговорить с ней и получить поддержку, в которой так нуждаюсь. Моя девушка довольно умная и умеет находить слова, чтобы утешить меня, успокоить и подбодрить. Не знаю, что я бы делал, если у меня не было такого прекрасного человека.

— Ну а когда ее нет рядом, вас поддерживает Терренс, да? Вы же ведь очень хорошие друзья и только больше сблизились, начав работать вместе в одной группе.

— Э-э-э… — Даниэль на пару секунд призадумывается. — Понимайте, девушки, Терренс, безусловно, – мой очень хороший друг. Поначалу нам казалось, что мы общаемся лишь рады группы, хотя сейчас мы сильно сблизились… Однако все же есть вещи, которые я не могу ему рассказать. Он здорово помогает мне забыться, да и я подбадриваю его. Но какой бы крепкой ни была наша дружба, мы не можем рассказать друг другу очень многое.

— Понимаю… — тихо произносит Джессика, слегка потирая подушечки своих пальцев друг о друга. — И считаю, что вам обоим повезло, что у вас есть девушки, которые всегда вас поддержат.

— Согласен, эти девушки дают нам силы двигаться дальше. Терренс часто говорит, что его невеста – единственная причина, по которой он чувствует себя живым. А для меня моя девушка – причина, по которой я продолжаю оставаться сильным и бороться за свои желания.

— Ах… — тяжело вздыхает Хелен и на несколько секунд о чем-то задумывается с грустью во взгляде. — Так здорово, когда влюбленные поддерживают друг друга и хотят что-то делать, чтобы осчастливить того, кто ему дорог.

— Когда вы встретите человека, ради которого будете готовы пойти на все, то вы поймете меня, — с легкой улыбкой подбадривает Даниэль.

— Наверное…

Хелен продолжает о чем-то думать, начав медленно расхаживать по коридору, пока Джессика с грустью во взгляде наблюдает за своей подругой, а Даниэль медленно выдыхает, задрав голову и прикрыв глаза. Ну а через несколько секунд в широком коридоре больнице появляется Терренс, держащий в руке пластиковый стакан с каким-то напитком и проходящий мимо какого-то врача, который слишком уж куда-то спешит и едва не сбивает его с ног.

— Всем привет, — дружелюбно здоровается Терренс. — Простите за опоздание.

— Здравствуйте, Терренс, — вежливо здороваются Хелен и Джессика.

— Наконец, Терренс! — возмущается Даниэль, скрестив руки на груди и хмуро смотря на Терренса. — Где ты, твою мать, шляешься? Мы уже минут тридцать ждем тебя, а ты ходишь неизвестно где.

Взгляд Даниэля падает на пластиковый стакан в руке Терренса.

— Еще в кафетерий успел зайти и что-то себе купить. А ничего, что мы тут ждем Его Величество и специально не идем ко врачу?

— Извини, у меня с утра было столько дел, что мне нужно немного взбодриться, — оправдывается Терренс. — Даже толком перекусить не успел. Ну вот пока хотя бы кофе выпью.

— Слушай, приятель, твой звездный статус не дает тебе никакого права опаздывать и приходить тогда, когда вздумается. Если тебе сказали приезжать в четыре, значит, в четыре часа твой зад должен сидеть на стуле.

— Эй-эй, не заводись ты так! Я же пришел!

— Не пришел бы, я бы снял с твоих плеч твою шикарную голову, — хмуро бросает Даниэль.

— Ладно-ладно, крутыш, спокойно! — Терренс слегка хлопает Даниэля по плечу. — Я правда не смог приехать раньше.

— Что-то произошло у вас дома? — мягко интересуется Хелен.

— Вообще-то да… — Терренс выпивает немного из своего пластикового стакана. — Но я не хочу об этом говорить. И это не имеет никакого отношения к Роузу.

— О, а с каких это пор ты у нас стал скрытным? — слегка хмурится Даниэль, вопросительно уставившись на Терренса.

— С тех пор как ты начал психовать. — Терренс медленно приземляется на стул рядом с Даниэлем. — Понимаю, что ситуация нервная, но надо как-то контролировать себя. А иначе можно натворить кучу дел.

— Да, я вижу, ты уже наворотил. — Даниэль повнимательнее рассматривает лицо Терренса и синяки на нем. — Что же произошло с твоим прекрасным ликом? Кого это ты так разозлил, что тебе понаставили столько фингалов?

— Действительно, Терренс, а что у вас с лицом? — проявляет беспокойство Джессика, рассматривая синяки на лице Терренса. — Неужели вас кто-то побил?

— Э-э-э… — запинается Терренс и слегка улыбается, делая вид, будто ничего не произошло. — Да так, ничего особенного… Скоро пройдет… Через два-три дня от них не останется и следа.

— Что, МакКлайф, опять захотел отвести душеньку? — тихо усмехается Даниэль. — Скучно быть хорошим парнем?

— Ничего не захотел! — Терренс проводит рукой по лицу. — И вообще, я не обязан обо всем тебе рассказывать!

— Да ладно, можешь не говорить! — машет рукой Даниэль. — Я уже и так понял, что ты опять кого-то так сильно разозлил, что тот человек не выдержал и треснул по твоему прекрасному личику на миллион долларов.

— Так все, хватит нести какую-то ахинею! — хмуро бросает Терренс и бросает короткий взгляд на Даниэля. — И вообще, почему ты сидишь будто ошарашенный? Такое чувство, будто тебя сейчас кто-то будет пытать.

— Ох, будешь тут спокойным… — буркает Даниэль и уставляет хмурый взгляд в пол, скрестив руки на груди. — Группа разваливается, друг в больнице лежит после попытки суицида… А конфликты с девушкой происходят слишком часто…

— Конфликты с девушкой? — слегка хмурится Терренс. — Черт, только не надо с меня пример брать и ругаться из-за пустяков со своей красавицей.

— А я и не пытался, — пожимает плечами Даниэль. — Просто… У моей возлюбленной критические дни, и она стала раздражительной. Да и я немного нервный в последнее время…

— Ох, мне жаль, приятель… — с грустью во взгляде отвечает Терренс, похлопав Даниэля по плечу. — Держись, это ненадолго.

— Все в порядке, мы уже все обсудили и помирились. Как раз перед моим отъездом сюда.

— Ну и славно! — слегка улыбается Терренс. — Без поддержки своей девушки ты точно не останешься.

— Конечно, не останусь. Сейчас моя любимая хоть и немного раздраженная, но в обычные дни она просто лапочка, которая всегда меня поддерживает и заботится обо мне даже лучше, чем родители, когда я был маленьким.

— Рад, что у вас все более-менее нормально.

Даниэль с легкой улыбкой кивает и задумывается о чем-то своем, пока Терренс продолжает пить что-то из своего пластикового стакана. В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, а уже потом Джессика переглядывается с Хелен и встает со стула со словами:

— Э-э-э, ладно, ребята, раз все в сборе, то давайте пойдем узнаем анализы.

— Да, давайте уже пойдем, — немного взволнованно отвечает Хелен, обняв себя руками. — Мне поскорее хочется узнать результаты, чтобы перестать нервничать.

— Согласен, мне и самому хочется избавиться от противного чувства, когда с волнением чего-то ждешь, — признается Терренс.

— Мы все нервничаем и хотим узнать результаты, — мягко говорит Даниэль и медленно встает со стула. — Правда, есть проблема: куда нам идти и к кому обращаться? Мы ведь даже не знаем имя врача, который занимается Питером.

— Можно попробовать найти ту медсестру, которая брала у нас кровь. — Терренс тоже встает со стула вместе с почти что пустым пластиковым стаканом. — Она и результаты анализа скажет, и имя врача назовет.

Хелен, Терренс, Даниэль и Джессика осматриваются вокруг, пытаясь вспомнить, куда им идти, так как они не помнят, где находится кабинет той медсестры, которая брала у них анализ, и не знают врача, который занимается Питером. А через несколько секунд все четверо начинают медленно идти по длинному коридору.

— Да, а кто-нибудь помнит, где находится тот кабинет, и как та медсестра выглядела? — интересуется Даниэль, идя немного впереди всех остальных.

— Я помню лишь то, что мы долго шли по какому-то коридору, — задумчиво отвечает Терренс. — Но точно не по этому…

— Да, кажется, мы очень долго шли прямо, а потом свернули налево, — неуверенно говорит Джессика. — Или нет?

— Черт, я так был занят мыслями об этом анализе и словами о состоянии Роуза, что совсем не следил за тем, куда иду, — прикладывает руку ко лбу Даниэль. — Просто бездумно шел за тем человеком…

— Слушайте, может быть, нам просто подойти к столу информации и спросить, что происходит с Питером на данный момент? — предлагает Хелен. — А там нам и имя врача скажут.

— Или сразу сказать, что мы сдавали анализы и хотим узнать результаты? — добавляет Джессика.

— Да, давайте спустимся, — задумчиво соглашается Терренс. — На первый этаж. Там должна стоять какая-то молодая девушка.

— Давайте сходим, а там будем действовать по обстоятельствам, — спокойно говорит Хелен.

Джессика, Хелен, Терренс и Даниэль подходят к лестнице и спускаются на первый этаж. По дороге МакКлайф находит маленькую урну, в которую выбрасывает уже пустой пластиковый стакан, из которого он пил. Вот все четверо оказываются в огромном холле на первом этаже, где ходит очень много врачей, посетителей и остальных сотрудников больницы. Быстро осмотревшись вокруг, им без проблем им удается найти стол информации, за которым стоит молодая светловолосая девушка, принимающая звонки, заполняющая какие-то бумаги и разговаривающая с врачами и посетителями. А когда от стола информации отходит какой-то мужчина, Терренс, Джессика, Хелен и Даниэль уверенно подходят к молодой девушке.

— Э-э-э, простите, мисс, — вежливо произносит Терренс, положив ладонь на поверхность стола.

Девушка тут же подходит ко всем четверым, толком не успев разобраться с какими-то бумагами, которыми завалено ее рабочее место.

— Да, я вас слушаю, — спокойно говорит девушка. — Чем могу помочь?

— Нам нужно поговорить с лечащим врачом одного из ваших пациентов – Питера Роуза, — отвечает Даниэль. — Вы не знайте, где его можно найти?

— Э-э-э… — Девушка слегка прикусывает губу. — Питера Роуза? Вы говорите про того парня, которого привезли вчера после попытки самоубийства?

— Все правильно, — кивает Терренс. — Питер Джексон Роуз, двадцать пять лет.

— Да-да, я поняла, о ком вы говорите.

— Дело в том, что лечащий врач Питера Роуза попросил нас сдать анализ крови, — объясняет Хелен. — Нам сказали, что мистеру Роузу требуется переливание крови, и врачам нужна донорская кровь. И мы бы хотели узнать результаты анализов.

— Нам сказали, они должны быть готовы сегодня после обеда, — добавляет Джессика.

— Ох, подождите секунду… — задумчиво произносит девушка за столом информации, несколько секунд о чем-то думает и изучает на какие-то бумаги. — Да, анализы действительно готовы… Здесь сказано, что их недавно принесли из лаборатории.

— И что они говорят? — интересуется Терренс.

— Этого я не знаю, сэр. Думаю, вам лучше поговорить с лечащим врачом мистера Роуза. Только он может сообщить вам результаты и сказать, что делать дальше.

— А подскажите нам, пожалуйста, где его можно найти, — просит Даниэль. — Он вчера не представился нам, и мы не знаем, где кабинет этого человека.

— Поднимайтесь на второй этаж, проходите прямо по коридору и находите кабинет №354, на двери которого висит табличка « Доктор Льюис Дэвид Тодд ». Если его там нет, то подождите немного – вдруг лечащий врач мистера Роуза куда-то вышел.

— Врача зовут Льюис Тодд, правильно? — уточняет Джессика.

— Да.

— Мы поняли, спасибо большое, — вежливо отвечает Терренс. — Хорошего дня.

Терренс жестом зовет Даниэля, Хелен и Джессику следовать за ним. Все четверо быстрым шагом направляются туда, куда им сказала идти эта девушка, которая вновь начинает заниматься какими-то бумагами. Они поднимаются на второй этаж и проходят какое-то расстояние по длинному широкому коридору, в котором можно увидеть много стеклянных дверей, за которыми находятся либо палаты пациентов, либо кабинеты врачей. Мимо них все время проходят какие-то люди, не обращающие на них внимания и погруженные в свои мысли и дела. Впрочем, всем четверым также нет до них никакого дела.

И вот спустя некоторое время им наконец-то удается найти тот самый кабинет №354 , на котором висит табличка с надписью « Доктор Льюис Дэвид Тодд ». Дверь кабинета не стеклянная, как во многих помещениях, а деревянная. Из-за этого они не могут увидеть, что происходит в кабинете, и понять, находится ли там тот врач, который им нужен.

— Кажется, это здесь, — задумчиво говорит Джессика, рассматривая табличку на двери. — Номер 354…

— Да, вроде бы та девушка говорила об этой надписи, — задумчиво произносит Хелен.

— Ну что, давайте спросим? — неуверенно предлагает Даниэль.

Все четверо слегка испуганно переглядываются друг с другом и пережидают пару секунд. А затем каждый из них резко выдыхает, и Терренс тихонько стучит в дверь.

— Войдите! — сразу раздается приглушенный мужской голос.

Терренс осторожно открывает дверь, заглядывает в кабинет и видит, что там сидит какой-то мужчина средних лет в очках. Он что-то обсуждает с какой-то молодой девушкой, которая очень внимательно его слушает и позволяет ему взглянуть на что-то, что написано в ее бумаге.

— Простите за беспокойство, но нам нужен лечащий врач Питера Джексона Роуза, — вежливо говорит Терренс. — Нам сказали, что его можно найти здесь.

— Это я, — кивает врач. — А вы, кажется, его друг? Вы были здесь вчера?

— Да, это мы, — спокойно подтверждает Даниэль, заглянув в кабинет вместе с Джессикой и Хелен, когда Терренс побольше раскрывает дверь.

— Мы хотели бы узнать результаты анализов, которые вы вчера попросили нас сдать, — добавляет Хелен.

— Да-да, мы с этой девушкой как обсуждаем данный вопрос, — немного устало отвечает врач, поправляя свои очки, и на долю секунды бросает взгляд на девушку, что находится в его кабинете. — Проходите и присаживайтесь, пожалуйста.

Врач указывает на диван, стоящий в кабинете. Даниэль, Терренс, Джессика и Хелен неуверенно переглядывается между собой. Но затем парни пропускают девушек вперед, а сами идут за ними и закрывают за собой дверь. Медленными шагами все четверо направляются к дивану и неуверенно присаживаются на него, с нетерпением ожидая услышать то, что им сейчас скажет врач. Каждый из них довольно сильно напряжен и взволнован, так как врач Питера может либо дать им надежду на лучшее, либо готовить к тому, что они потеряют своего друга.

— Пожалуй, я начну с того, что вчера забыл представиться, — говорит врач, сложив руки на столе перед собой. — Если вы не прочитали табличку на двери моего кабинета, то меня зовут Льюис Тодд.

— Да, мы уже видели табличку, — кивает Даниэль.

— Ну хорошо.

— Мистер Тодд, что вы можете сказать насчет состояния Питера? — проявляет беспокойство Джессика. — Что-нибудь изменилось со вчерашнего дня?

— Нет, ничего не изменилось, — с грустью во взгляде качает головой Льюис. — К сожалению, его состояние все еще нестабильное, и он пока что не приходил в себя. На данный момент мы колем ему необходимые растворы и внимательно следим за его показателями: сердцебиение, давление, температура и все-все-все. Я лично хожу к нему по несколько раз в день.

— А вы уверены, что даже если кто-то из нас сдаст для него кровь, он пойдет на поправку? — неуверенно интересуется Терренс. — Вдруг эта… Как ее там… Гиповолемия нанесет огромный вред организму?

— Пока что мы возлагаем все надежды только на переливание. Надо восполнить огромную кровопотерю, перелив ему подходящую кровь. И когда он ее получит, мы будем еще внимательнее следить, чтобы организм не отторг эту кровь.

— А вы получили результаты анализов? — со слегка округленными глазами интересуется Даниэль. — Кто-то из нас может стать донором?

— Да, результаты мы получили буквально за несколько минут до вашего прихода. Но пока что нам неизвестно, кто может подойти, поскольку еще не вскрывали конверт.

— Значит, мы пришли вовремя, — тихо произносит Хелен.

— Очень даже вовремя. А пришли бы вы пораньше, то вам бы пришлось еще долго ждать.

— Если бы так случилось, то обязательно подождали бы, — уверенно заявляет Джессика.

— Рад, что вы не бросайте своего друга в беде, — с легкой улыбкой отвечает Льюис и быстро прочищает горло. — Ох, ладно, господа, давайте посмотрим на результаты анализов.

Льюис переводит взгляд на девушку, которая как будто читающая мысли врача, достает какой-то белый конверт из папки, которую она держит в руках и протягивает его мужчине, поправляющий свои очки. А пока взволнованные Хелен, Джессика, Терренс и Даниэль переглядываются между собой, а девушки крепко вцепляются в ручки своих сумок, Льюис открывает конверт, достает оттуда белоснежный листок, сложенный несколько раз, быстро разворачивает его и начинает внимательно изучать содержимое.

— Черт, ребята, я жутко нервничаю , — с тревогой шепчет Хелен.

— Нам всем страшно, — старается оставаться спокойным Терренс. — Надеюсь, хотя бы один из нас подойдет для донорства…

— А он еще тянет время… — тихо буркает Даниэль и бросает хмурый взгляд на Льюиса, внимательно изучающий бумагу и слегка поправляющий свои очки. — Неужели нельзя быстро объявить результаты и сказать, кто может быть донором?

— Сейчас он все скажет, — уверенно говорит Джессика. — Этот Льюис сам сказал, что он не знает результатов и только сейчас узнает их.

С этими словами Джессика переводит взгляд на Льюиса, очень внимательно изучающий содержимое листка, который он достал из белого конверта. Он еще несколько секунд снова и снова что-то перечитывает и рассматривает, время от времени поправляя свои очки. Подобное ожидание убивает Даниэля, Терренса, Хелен и Джессику и кажется им слишком уж томительным и долгим. Им так хочется, чтобы врач наконец-то объявил результаты анализа, дав им понять, если у них причина верить в лучшее, или поиски донора для Питера продолжатся. Но спустя еще несколько секунд Льюис все-таки отрывает свой взгляд от листка и смотрит на всех четверых, медленно выдыхая.

— Ну что я хочу сказать, господа… — задумчиво говорит Льюис, замокает на пару секунд и прочищает горло. — Судя по результатам анализа, моему пациенту подойдет кровь только одного человека. Остальные трое, к сожалению, не могут быть донорами.

Терренс, Даниэль, Хелен и Джессика облегченно выдыхает и с надеждой смотрят друг на друга и Льюиса.

— И кто этот человек? — взволнованно интересуется Джессика.

— Да-да, мистер Тодд, не тяните, пожалуйста! — обеспокоено просит Терренс.

Льюис пару секунд смотрит на всех четверых и тихо вздыхает.

— Пожалуй, я сразу скажу вам, кто не может быть донором. Итак, донором не может быть… — Льюис хранит молчание пару секунд, которые кажутся для всех целой вечностью. — Джессика Тэйлор…

Джессика нервно сглатывает с грустью во взгляде, едва сдерживая слезы.

— Не переживай, милая, — мягко говорит Хелен, приобняв Джессику за плечи и прижав к себе. — Самое главное, что у нас есть надежда на лучшее.

— Мне так жаль… — издает тихий всхлип Джессика. — Я так хотела помочь Питу… Забыв обо всех обидах и вспомнив о том, как сильно он нуждается в нашей помощи.

— Я прекрасно понимаю тебя. Но к сожалению, так получилось.

А пока Хелен утешает расстроенную Джессику и в глубине души сама боится, что тоже может не подойти, Льюис продолжает говорить:

— Донором также не может стать и Терренс МакКлайф.

Терренс медленно выдыхает и запускает обе руки в свои волосы, сильно расстроившись из-за того, что тоже не сможет ничего сделать.

— Не расстраивайся, приятель, — утешает Даниэль, легонько хлопая Терренса по плечу. — Ты и так сделал для него очень многое.

— А я уже начал готовиться к тому, что буду донором… — с грустью во взгляде отвечает Терренс. — Я реально хотел этого… Но не смогу…

— Мне очень жаль… Но еще есть надежда . Вдруг врач сейчас скажет, что я смогу сдать кровь? Остались только мы с Хелен! Кто-то из нас может помочь Питу!

Зная, что все может зависеть от одного из них, Даниэль и Хелен переглядываются между собой со страхом и волнением во взгляде. Если внешне они и кажутся спокойными, то внутри у них все переворачивается и сжимается. Каждая мышца напрягается, а сердце бьется в разы чаще. Мужчина мечтает искупить вину перед Питером за то, что он долгое время смеялся над его неудачами. Даниэлю крайне необходимо стать донором для того, чтобы показать свое настоящее отношение к довольно близкому ему человеку, которого все еще продолжает считать своим лучшим другом, несмотря на их серьезный конфликт. Ну а девушка трясется от одной только мысли, что может потерять блондина. Питер – самый близкий ее друг, ради которого Хелен готова на все.

— А ты готов стать донором, если он объявит, что твоя кровь подходит Роузу? — интересуется Терренс.

— Несомненно! — уверенно отвечает Даниэль. — Если кровь подойдет, то я сделаю все, чтобы помочь Питеру. Я хочу так или иначе искупить свою вину и доказать, что мне реально стыдно за те издевательства и оскорбления.

— Все бы высоко оценили этот поступок.

— Знаю. Но я сделаю это не ради похвалы, а ради близкого человека и группы, которую мы должны спасти.

Терренс легонько хлопает Даниэлю по спине и массирует плечо, дабы помочь тому немного расслабиться.

— Все хорошо, милая, — мягко говорит Джессика, приобнимая Хелен за плечи. — Все будет хорошо…

— Если он скажет, что моя кровь подходит, то я ни за что не откажусь, — уверенно заявляет Хелен, крепко сцепив пальцы рук. — Ради Роуза я готова пойти на все . Я ничего не боюсь! Чтобы спасти Питера, я хоть горы сверну. Он должен жить. И я сделаю все для того, чтобы так и было.

— Я верю, подружка. Только не нервничай так, пожалуйста.

— Господа, прошу вас, не надо так нервничать, — спокойно говорит Льюис, выглядя немного обеспокоенным и наблюдая за всеми, кто сейчас сидит напротив него. — Я понимаю ваше волнение, но у вас нет причин вести себя так, будто надежды нет.

— Просто скажите нам имя того, кто сможет помочь Питеру, — слегка дрожащим голосом умоляет Даниэль, с жалостью во взгляде смотря на Льюиса.

Льюис, будто издеваясь над всеми, выдерживает еще одну небольшую паузу и резко выдыхает.

— Анализы показывают, что сдать свою кровь не сможет и Даниэль Перкинс, — сообщает Льюис. — А это значит, что донором для Питера Роуза может стать только Хелен Маршалл.

Даниэль запускает обе руки в свои волосы, жутко расстроившись из-за того, что он тоже не подходит для сдачи крови и потерял шанс искупить свою вину. А вот резко побледневшая Хелен сначала не верит своим ушам и думает, что ей лишь показалось то, что Льюис сообщил, что она может быть донором. Но чуть позже девушка раскрывает рот и потрясенным взглядом смотрит на всех, кто находится в кабинете, будучи готовой разрыдаться из-за резко нахлынувших на нее эмоций. И пока Даниэль и Терренс смотрят на нее с легкой улыбкой, Джессика радостно обнимает свою подругу, которая не до конца понимает, где она находится: в реальности или своих фантазиях.

— Хелен, ты это слышала? — приобнимая потрясенную Хелен, со скромной улыбкой интересуется Джессика. — Ты подходишь для донорства! Ты можешь помочь Питеру, подружка! Хелен! Твоя кровь подходит ему! Подходит!

На некоторое время Хелен теряет дар речи. Она пытается что-то сказать, но не может, потому что ужасно нервничает. Кроме того, девушку даже начинает слегка трясти, а слезы сами наворачиваются на глаза. Но чуть позже Маршалл все же находит в себе силы заговорить, довольно тяжело дыша с чувством учащенного сердцебиения.

— Я… — дрожащим голосом произносит Хелен. — Я? Неужели… Неужели… Неужели я могу помочь Питеру?

— Именно! — радостно восклицает Джессика. — В твоих силах спасти Питера! Если он нормально примет твою кровь, то есть шанс, что он пойдет на поправку!

— Господи… — Хелен прикрывает рот рукой и затем слегка обхватывает горло, чувствуя, что ей не хватает воздуха. — Скажите, что это правда! Неужели я и правда смогу спасти своего друга?

— Да, мисс Маршалл! — с легкой улыбкой смотря на Хелен, подтверждает Льюис. — Ваши анализы показали, что вы идеально подходите для донорства. И раз так, то мы не будем терять время и дадим вам указания, которым надо будет следовать до сдачи крови.

— О, боже… — Хелен прикладывает уже обе руки ко рту, пытаясь сдержать слезы радости. — Черт, я не могу в это поверить… Даже и подумать не могла, что донором могу стать именно я… Я… Я хотела … Но до последнего думала, что не подойду…

— Однако вы подходите , — с легкой улыбкой отвечает Даниэль и мягко кладет руку на плечо Хелен, сидящей рядом с ним. — И я очень рад, что вы подходите. Надеюсь, вы сможете спасти Питера и помочь ему выкарабкаться.

— До сих пор не могу поверить, что это в моих силах… — Хелен качает головой и нервно сглатывает. — Я не знаю, что сказать…

— Помните, что от вас сейчас зависит очень многое, — мягко отмечает Терренс. — Вы – наша надежда! Если благодаря вам Питер поправится, то мы всю жизнь будем благодарны вам.

— Я знаю. — Хелен шмыгает носом и слегка улыбается, прикрыв рот рукой. — И ни за что не откажусь. Вот увидите. Я сделаю это.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой все смотрят на тихонько плачущую от радости Хелен. А потом ее нарушает молодая медсестра, которая находилась в кабинете доктора Льюиса все это время:

— Мисс Маршалл, я понимаю, что вы сейчас шокированы и, возможно, не до конца понимайте, что происходит. Но вам прямо сейчас нужно пройти со мной. Врачам необходимо задать вам несколько вопросов и провести небольшое обследование, дабы потом каких-то осложнений во время сдачи крови.

— Да-да, конечно… — растерянно говорит Хелен, вытирая слезы под глазами. — Я все понимаю… И готова сделать все, что вы скажете. Хоть сейчас могу сдать кровь!

— Нет, сначала нам надо с вами побеседовать и провести обследование. Пожалуйста, следуйте за мной. Я проведу вас к нужному человеку, который и сделает все необходимое.

Медсестра подходит к выходу из кабинета, а через пару мгновений за ней следует Хелен, взяв свою сумку и показав Джессике какой-то быстрый жест рукой. И когда обе девушки выходят из кабинета и закрывают за собой дверь, Терренс, Джессика и Даниэль перестают наблюдать за ними и либо склоняют головы, либо с грустью во взгляде озираются по сторонам, хоть и будучи жутко расстроенными, но имея надежду, что Хелен удастся совершить чудо, которое поможет Питеру выкарабкаться.

Льюис сочувственно смотрит на всех троих еще несколько секунд после того, как медсестра уводит Хелен за собой. А затем он тихо вздыхает, снимает свои очки и протирает их небольшой тряпочкой, которую достает из маленького кармашка.

— Мне жаль, что вы не смогли стать донорами, — мягко говорит Льюис. — Я видел, как каждый из вас расстроился, когда я сказал, что вы не подходите.

— Неужели мы совсем не подходим Питеру в качестве доноров? — с грустью во взгляде интересуется Даниэль.

— К сожалению, нет… — Льюис задумывается на секунду, снова надев очки и погладив подбородок. — Понимайте, дело в том, что у каждой группы крови – а их всего четыре – есть те, которые можно мешать, и которые – нельзя. Если человеку влить ту кровь, которая ему не подходит, это может привести к печальным последствиям. Результаты анализа показали, что у Питера самая редкая группа крови – четвертая отрицательная. Ее можно встретить лишь у маленького процента всего населения. Ей подходят все известные группы, но здесь есть одно « но », которое как раз и стало причиной, по которой вы трое не смогли стать донором.

— Какое « но »? — слегка хмурится Терренс.

— Все дело в резус-факторе. Если бы у вашего друга была четвертая положительная группа крови, то ему могли бы перелить кровь любого из вас. Но поскольку у него отрицательный резус-фактор, то его кровь надо мешать только с той, у которой тот же резус. То есть, с отрицательным.

— Значит, у нас этот резус отрицательный?

— Именно! Анализы показали, что у вас троих положительный резус-фактор, но разные группы крови: у мисс Тэйлор – вторая, а у мистера Перкинса и мистера МакКлайфа – первая. Группа крови мисс Маршалл – третья отрицательная. И как раз благодаря отрицательному резусу она сможет стать донором для мистера Роуза.

— Надеюсь, она и правда сможет помочь Питеру… — тихо вздыхает Джессика. — И он нормально примет ее кровь…

— Если у вашей подруги все будет хорошо, и врач не найдет у нее никаких противопоказаний, то завтра рано утром она сдаст некоторое количество крови, которую затем перельют моему пациенту.

— Скажите, доктор, а Хелен точно нормально перенесет эту процедуру? Ведь многие люди не всегда хорошо переносят это… У меня есть знакомая, у которой возникли осложнения во время сдачи донорской крови. Она всегда мечтала помогать людям, но во время первой же сдачи ей стало плохо.

— Такие случаи бывают, но мы стараемся проводить полное обследование, чтобы заранее выявить причины, которые могут препятствовать сдачи крови. Поэтому медсестра и увела мисс Маршалл для того, чтобы убедиться в том, что эта девушка сможет перенести эту процедуру.

— А вы собирайтесь брать у нее кровь один или несколько раз? — интересуется Терренс.

— Мы возьмем у нее немного крови, чтобы посмотреть, как она будет себя чувствовать. Если все будет нормально, то возьмем еще некоторое количество. В случае если организм мистера Роуза хорошо примет ее кровь, и в нем будет нужный объем, то вашей подруге больше не придется сдавать кровь. Хотя я не исключаю, что ей придется сдавать кровь повторно.

— А вы вообще уверены в этом переливании крови? — интересуется Даниэль. — Что если Питеру станет хуже? Вы сами сказали, что пока что его состояние не очень хорошее.

— Ох… — Льюис неуверенно поправляет свои очки. — Не буду вас как-то обнадеживать или что-то обещать. Вы должны быть готовы ко всему .

— Неужели его состояние настолько плохое, что вы сами не можете ничего конкретного сказать? — проявляет беспокойство Джессика.

— Боюсь, что да. — Льюис складывает руки на столе. — Я не могу сказать, выживет ли он или нет, потому что случай довольно серьезный. Этот парень находится буквально между жизнью и смертью. Он потерял четверть всей своей крови, и ему срочно должно быть проведено переливание. Сердце Питера работает с утроенной силой, и мы боимся, что оно может не справится с такой нагрузкой. Кроме того, у него есть проблем с дыханием. И если так продолжится и дальше, мы будем вынуждены подключить его к аппарату искусственного дыхания, дабы поддерживать его жизнедеятельность. Хотя вы и сами знайте, что он не сможет вечно жить на аппарате. Если мы ничего не сможем сделать, то нам останется лишь отключить его ото всех аппаратов и констатировать смерть.

— Но ведь это только ваши предположения, — отмечает Терренс. — Вдруг ему повезет, и он сможет как-то выкарабкаться?

— Я вроде бы уже говорил вам, что при гиповолемии часто могут быть различные осложнения. Например, с головным мозгом. Хоть Питеру и удалось их избежать, мы все равно боимся их появления.

— Ох, как же все сложно… — тяжело вздыхает Джессика, и опускает взгляд вниз.

— Нет, мисс Тэйлор, не теряйте надежду, — переведя взгляд на Джессику, с легкой улыбкой мягко говорит Льюис. — Я – врач с многолетним стажем, который до последнего борется за своих пациентов. Каждый, кто у меня лечится, очень важен мне, и я делаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему. И в случае с мистером Роузом я тоже не сдамся и сделаю все, чтобы он пошел на поправку.

— Но вы же сами дали нам понять, что прогнозы далеко не самые утешительные, — разводит руками Терренс.

— Да, мистер МакКлайф, верно. Но у меня все равно есть небольшая надежда, что все обойдется. А еще я просто хочу заранее подготовить вас к тому, что все будет не так просто. Как говорится, готовьтесь к худшему, надейтесь на лучшее. Я делаю это для того, чтобы для вас не стало шоком что-то ужасное, если оно произойдет.

— Мы не хотим потерять этого человека… — с грустью во взгляде тихо говорит Даниэль. — Для нас он очень важен. А мисс Маршалл вообще не сможет пережить его потерю. Она больше всех переживает за него и горько плакала, когда узнала, что он хотел убить себя.

— Я понимаю, мистер Перкинс. Но сейчас от вас ничего не зависит. Вы можете надеяться лишь на профессионализм врачей и самого мистера Роуза. Когда мисс Маршалл сдаст кровь, от нее тоже ничто не будет зависеть. Она просто поможет этому парню, но не спасет его.

— Тем не менее если благодаря ее крови в его состоянии будут заметны улучшения, то мы будем благодарны ей за этот поступок, — обещает Терренс. — За то, что она поможет нашему другу, потеряв которого мы… Лишимся шанса осуществить одно из наших желаний.

— Кстати, молодые люди… — Льюис на пару секунд призадумывается, внимательно смотря на Терренса и Даниэля. — Вы простите меня за вопрос не по теме… Но вы случайно не участники одной музыкальной группы? Как ее там? Вроде бы «Against The System» … Так?

Терренс и Даниэль неуверенно переглядываются друг с другом и пару секунд ничего не говорят, не слишком желая об этом говорить, но понимая, что рано или поздно им придется во всем признаться.

— Да это мы… — медленно выдохнув, неуверенно отвечает Даниэль.

— И Питер – тоже ее участник, — тихо добавляет Терренс.

— Я так и понял, — кивает Льюис. — Вчера ваши лица показались мне знакомыми. А немного подумав, я вспомнил, что вы поете в той самой группе. Она вроде бы еще никому не известная, но уже имеет много поклонников.

— Если честно, то мы не хотели рассказывать всем про Питера. Но к сожалению, так получилось, что кто-то выложил в Интернет фотографии, как мы вместе с врачами и Питером приехали сюда. Сегодня мы обнаружили, что эти снимки уже опубликовали где только можно, и прочитали статью в журнале.

— Да, я в курсе, — с грустью во взгляде говорит Льюис. — Моя шестнадцатилетняя дочка показала мне эту статью сегодня утром. Я сразу узнал того парня и понял, что ко мне привезли барабанщика той группы, которую полюбила моя девочка.

— Ваша дочь – наша поклонница? — округляет глаза Даниэль.

— Ей очень нравится песня, которую вы исполняли на одном из своих концерте. Она называется « Right Here, Right Now »… И моя дочь также обожает то, как вы перепевали некоторые уже известные песни, которые публиковали в Интернете.

— Да, мы исполняли ее на одном из концертов группы «The Loser Syndrome» — с легкой улыбкой отвечает Терренс. — Эту песню как раз написал Питер. Пока что мы считаем лучшей из того, что уже успели написать, но еще не выпустили официально.

— Моя дочь тоже обожает группу «The Loser Syndrome» . В ее комнате висит очень много плакатов с теми ребятами, и она скупила все их альбомы, получила что-то из вещей с их логотипом и пару раз была на их концертах здесь, в Нью-Йорке.

— Месяц назад у нас как раз закончился тур в стране, где мы выступали у этой группы на разогреве. Ездили по крупным городам и где-то в середине тура вернулись сюда, чтобы дать пару концертов.

— Как раз там моя дочь и увидела вас в первый раз. И потом еще долго сидела за компьютером и пыталась найти о вас хоть какую-то информацию. Правда, поскольку вы еще не очень известны, ей удалось узнать совсем немного.

— Приятно слышать, что ваша дочь полюбила нас, — скромно улыбается Терренс.

— Я ни разу не слышал, как вы поете, но она говорит, что у вас просто великолепный талант. Лайла, моя дочь, отметила каждого из вас, но больше всех ей понравился именно мистер Роуз. Она в восторге от того, как он играет на ударных и поет.