— Подожди, вот я сейчас расслаблюсь немного – и пойду танцевать! — весело обещает Эдвард и залпом выпивает последние капли виски из своего стакана, все сильнее и сильнее поддаваясь влиянию алкоголя. — Может, подцеплю какую девчонку, закроюсь с ней в туалете и сброшу давление. Знаешь, как давно у меня не было секса! А как долго я не ласкал и не целовал женское тело! Моя бывшая не любила меня и никогда не подпускала к себе, когда я хотел если не потрахаться, то хотя бы просто пообниматься и поцеловаться. Ее шикарное тело никогда не принадлежало мне, понимаешь…

— Послушай, Джастин, я понимаю, что тебе тяжело пережить расставание с девушкой. Но это не повод нажираться в стельку, устраивать дебош и приставать ко всем красивым девчонкам, которые здесь тусуются.

— Зато сейчас я чувствую себя расслабленным! Совершенно другим человеком! Уверенным в себе мужчиной, который ничего не боится и никого не стесняется! Знаешь, как это ужасно – быть закомплексованным в себе мальчишкой, которого всю жизнь оскорбляли и унижали. Всю жизнь, Крис! Я слышу унижения ото всех, кто меня окружает! И из-за них я стал подобием тряпки ! Тряпки! Бабой! — Эдвард глупо улыбается. — И как после всего этого я могу называться мужиком? Как? Мне осталось только разреветься на глазах у всех, чтобы стать посмешищем! Не было еще ни одного человека, который хоть раз бы восхвалил бы меня! Почему моих братьев, которые всегда делали всем гадости, хвалили? А я был объектом для насмешек и унижений! Неужели всем было так трудно сказать хотя бы парочку приятных слов?

— Черт, парень, что за бред ты несешь! — недоумевает Кристофер, взяв свой стакан, сделав небольшой глоток и снова поставив его на барную стойку.

— Нет, Морган, это вовсе не бред! Меня унижали всю жизнь: от собственного отца и братьев до девушки, которую я искренне любил. Еще никто не заставил меня хотя бы раз в жизни почувствовать себя уверенным в себе. Все хорошие слова слышат совершенно другие люди! Вот один из моих братцев… Его всю жизнь все любили, и он всегда слышал только лишь похвалу. И в итоге вырос уверенным в себе мужиком, который знает , чего хочет от жизни. Знаешь, как хочется быть таким же, как он! Но я не могу! Ибо я всегда был трусливым неуверенным в себе щенком, которого всю жизнь все ненавидели.

— М-м-м… Да, Леджер, так глядишь, ты мне расскажешь обо всей своей жизни…

— Поверь, в моей жизни не было ничего хорошего, — низким голосом отвечает Эдвард, незаметно берет стакан Кристофера и отпивает много текилы. — Я вот никак не могу понять, в чем смысл моей жизни… Почему я вообще родился, раз никто не желал этого? У людей не хватило любви на меня, ибо ее целиком и полностью отдали моим братьям! Даже девушки не хотят боготворить меня так, как невеста одного из моих братьев боготворит своего жениха. А я пережил такое унижение и предательство! Моя девушка… Моя собственная девушка показывала голые сиськи другому мужику и ласкала ему член… Вот чертова шлюха… Мразь… Трахается со всеми подряд и еще жалуется, что никто не хочет брать ее замуж… Да потому что потаскухи никогда не смогут найти нормального мужика! Ни-ког-да!

— Я прекрасно понимаю твои чувства, но это же не конец света. Не повезло с этой девчонкой – встретишь другую, которая будет намного лучше. Что же ты убиваешься так, будто у тебя кто-то умер!

— Вот полюбишь кого-то по-настоящему сильно – поймешь меня. — Эдвард делает большой глоток текилы из стакана Кристофера. — Я ведь реально любил эту девчонку… Она свела меня с ума, и я потерял голову от любви к ней… Был готов закрыть глаза на что угодно и пойти на любой поступок ради нее. Но эта стерва растоптала эту любовь в грязи… Она виновата в том, что я превратился в дикого бешеного зверя и разругался с близкими людьми, которые теперь считают меня сукой. Если бы она не вывела меня из себя и не настроила всех против меня, я бы не поссорился со всеми так, что едва ли не драться начал. Эта дрянь разрушила мою жизнь! Разрушила, Крис! Теперь у меня уже точно никого не осталось!

— Ох, Джастин, ну ты и разговорился… — резко выдыхает Кристофер, проведя рукой по лицу. — Раньше говорил довольно мало и всего стеснялся, а сейчас перестал бояться и засунул свои страхи в задницу. Вот уж точно, алкоголь сильно меняет человека: был тихим и скромным – стал бессовестным и громким.

— Лучше бы я был бессовестным, громким и наглым, чем трусливым, неуверенным и тихим, — хмуро отвечает Эдвард, делает огромный глоток виски и ставит стакан Кристофера на барную стойку, чувствуя, как алкоголь согревает, обжигает его внутренности и все больше лишает здравого ума. — Так надоело слышать постоянные унижения и страдать из-за нескончаемых неудач. Я чувствую, что если со мной случится что-то еще, то у меня случится нервный срыв. Моя психика всегда была ни к черту, а чем больше унижений и страданий я переживаю, тем хуже мне становится.

Эдвард прячет голову в руках, сложенные на барной стойке.

— Я больше так не могу, Морган… — мучительно стонет Эдвард. — Не могу! Иногда мне настолько плохо, что хочется просто взять и сдохнуть . Все равно бы никто и бровью не пошевелил, если бы я спрыгнул с какого-нибудь моста. У них есть другие любимчики, которых всегда любили и ждали.

— Джастин, перестань молоть чепуху, — хмуро бросает Кристофер. — Тебе точно нельзя выпивать даже стакан, ибо ты уже после первой порции уже едва соображаешь и работаешь языком.

— У меня депрессия , Кристофер! — медленно произносит Эдвард. — И я хочу нажраться как следует и забыть о том, каким неудачником был всю свою никчемную жизнь.

— Депрессию алкоголем не лечат! Если у тебя и правда проблемы с самооценкой или психикой, то для этого есть психологи и психиатры. Надо решать проблему, а не нажираться в стельку, полагая, что так тебе станет легче.

— Ох, чувак, отвали от меня! — Эдвард с тихим стоном проводит руками по своему бледному лицу. — Не видишь, что я пытаюсь забыть о плохом.

— Я вижу, что ты пытаешься погубить себя. — Кристофер переводит взгляд на свой практически пустой стакан текилы и слегка хмурится. — Да, кстати, а куда подевалось вся моя текила? Насколько я помню, у меня еще был еще целый стакан! Я планировал растянуть его на весь вечер!

— Э-э-э… — запинается Эдвард, тихонько икает с прикрытой рукой ртом и глупо улыбается. — Хы-ы-ы… Жаль, что у тебя так мало… Была бы целая бутылочка, я бы ее залпом выпил…

— Что? Леджер, это ты все выжрал?

— Прости, Крис… Свое я уже выпил… Решил выпить немного у тебя…

— Ты совсем сдурел, придурок? — ужасается Кристофер. — Ты после первого стакана уже отключил мозги, а после второго все будет намного хуже!

— Пф, подожди, я сейчас себе еще чего-нибудь закажу! Отдам свои последние деньги на огромный стакан бухла и оторвусь по полной.

— Ох, твою же мать… — резко выдыхает Кристофер и проводит рукой по своему лицу, смотря на уже довольно пьяного Эдварда, который медленно раскачивается, пока сидит на стуле за барной стойкой. — Джастин, Джастин… Ну и что мне с тобой теперь делать?

— Посидеть со мной, поговорить и пойти потанцевать и попеть, — сильно растягивая слова, весело отвечает Эдвард. — Ты сам пригласил меня поразвлечься! И я не могу отказаться от такого прекрасного шанса!

— Да, но когда я приглашал тебя в этот бар, то не думал, что ты захочешь напиться. А знал бы о твоем желании нажраться в стельку, то выбрал бы другое место встречи.

— Чего ты боишься, Морган? — Эдвард слабо хлопает Кристофера по плечу с дебильной улыбкой. — Расслабься! Нам ведь обоим не везет! И тебя девушки динамят, и меня всякие шлюхи обводят вокруг пальца. Тебе лишь везет потому, что тебя никто не унижает и не заставляет ощущать себя жалким ничтожеством, которое родилось на свет по глупейшей ошибке.

— Ох, походу, тебе бесполезно что-то объяснять, пока у тебя в голове одни опилки. Надо срочно увозить тебя отсюда и укладывать спать, чтобы завтра ты пришел в норму и смог нормально соображать.

— Э-э, нет-нет-нет, я никуда не пойду! — качает головой Эдвард, слабо жестикулируя. — Если хочешь – уходи, а я останусь здесь. Нажрусь как следует и пойду отрываться! И плевать , кто что про меня подумает! Я имею право оторваться настолько хорошо, насколько это возможно.

— Да, чтобы ты потом устроил здесь дебош, перелапал всех девок, попытался изнасиловать кого-то из них и в итоге оказался в полицейском участке? — с широко распахнутыми глазами, полные ужаса, удивляется Кристофер. — Нет уж, Джастин! Ты будешь под моим внимательным присмотром! Я не хочу потом вытаскивать тебя из тюрьмы и вносить огромный залог, чтобы тебя не держали там как преступника.

— Я не ребенок, Кристофер!

— Думаешь, я сейчас шучу? Нет, друг мой! Если ты здесь такое устроишь, то сотрудники бара точно вызовут полицию, и тебя арестуют минимум на несколько суток, в зависимости от того, какой ущерб ты нанесешь заведению, и насколько громким и наглым будешь. А потом еще будешь вынужден платить огромный штраф или отрабатывать часы, которые тебе дадут на общественные работы.

— Знаешь, вообще чихать. Вот абсолютно! Самое главное, что мне сейчас чертовски хорошо. Я чувствую себя свободным , счастливым и уверенным в себе. — Эдвард быстро осматривается вокруг себя и видит, что несколько человек с каким-то недоверием посматривают на него. — М-м-м… Так и вижу, как на меня пялятся все девчонки, которые считают меня неотразимым красавчиком.

— Они пялятся на тебя, потому что видят, что ты в стельку пьян и ведешь себя как идиот. А кто-то наверняка ждет, когда ты начнешь здесь дебоширить, чтобы снять все это на телефон и потом выложить эти записи где-нибудь в Интернете. Сам ведь знаешь, как сейчас стало модно снимать что-либо и выкладывать на всеобщее обозрение.

— Только не надо делать вид, будто тебя реально заботит моя репутация, и ты не хочешь, чтобы меня в очередной раз унизили. — Эдвард хмыкает и на мгновение бросает безразличный взгляд куда-то в сторону. — Унизили мелкого безмозглого щенка… Который ни черта не был нужен своей семье… Знаешь, мне вот стало интересно, а когда мне будет сорок лет, то я тоже буду для всех мелким щенком? Старый немощный старик все равно будет для всех сопливым ребенком…

— Извини, конечно, но сейчас ты и правда похож на маленького капризного ребенка. Выпивка сделала тебя нытиком! Вот сидишь и ноешь, как девчонка, ноешь, ноешь… Понимаю, что тебе плохо, но это не повод вести себя вот таким образом!

— Думаешь, так просто все держать в себе и никому не рассказывать о том, что творится с тобой? — удивляется Эдвард, локтем оперевшись о барную стойку и запустив пальцы в свои немного взъерошенные волосы. — Но тут ты оказался на моем пути… Однако ты что-то не совсем хочешь слушать меня…

— Я обязательно выслушаю тебя, но только тогда, когда ты будешь трезвым и перестанешь вести себя как дебил. Тебе вообще нельзя пить! Если один стакан бухла вытворяет с тобой такое, то я представляю, что ты будешь вытворять, когда выпьешь еще пару-тройку и потом разбавишь все это водкой или коньяком.

— Ох, Крис… — устало стонет Эдвард и проводит руками по лицу. — Не надо меня учить, что нужно делать, а что – нет. Я сам разберусь. А если у тебя нет никакого желания выслушать меня, то можешь забирать свои манатки и валить отсюда. Я найду себе собеседника… Ну а если живым людям будет наплевать на меня и мои проблемы, то мне придется разговаривать с каким-нибудь камнем или деревом. Уж оно-то меня точно выслушает… И не будет попрекать за то, что я что-то делаю неправильно.

— Ты реально дебил, Джас! — восклицает Кристофер. — Даже не надейся, что я оставлю тебя здесь и позволю устроить здесь дебош! Пока к тебе не вернется ясный ум и твердая память, ты не останешься один. А уже когда ты протрезвеешь, то мы и поговорим о твоих проблемах, если они не придуманы твоим искаженным алкоголем сознанием.

— Они не придуманы! — Эдвард начинает медленно махать руками, показывая в воздухе что-то большое. — Мои проблемы просто огромные … Вот такие! Они настолько большие, что невозможно это описать. Больше, чем что-либо! Больше меня самого! Такие же большие, как и вся Земля!

— Ох, господи, пошли мне терпения, чтобы не врезать этому алкашу, — тихо стонет Кристофер, на долю секунды задрав голову к верху и проведя руками по своему лицу. — Что ж ты так расклеился? Ладно ты бабой был и ныл из-за чего-нибудь! Но ты, блять, мужик! Возьми себя в руки и прекрати вести себя, как непонятно кто!

— Да я уже чертовски устал пытаться быть мужиком и искать способы всех спасти… Послать бы все это к черту и на хрен свалить куда подальше, лишь бы не разбираться со всем этим дерьмом, которым я сыт по горло! По горло, Крис!

— Послушай, герой ты наш недоделанный, прекрати уже нести всякую чушь! Я не знаю, куда ты там влип, пока мы с тобой не общались. Но я уверен, что если немного пошевелить мозгами, то решение найдется хотя бы для одной из твоих проблем.

— О, а влип я по полной! Так влип, что это грозит мне огромными неприятностями. И ты даже не представляешь, насколько ужасными. Сколько невинных людей пострадает, если я не найду способ остановить гада, который все это затеял. Однако я все больше убеждаюсь, что ничего не смогу сделать для спасения всех этих людей. Спасения самого себя . От превращения в суку, которую все будут ненавидеть. Меня и так всю жизнь презирали, а став аморальным ублюдком, мне будут желать сдохнуть и гореть в аду.

— А раз так, то ты должен искать пути решения своих проблем. Но не напиваться в баре до полной отключки и верить, что кто-то сверху поможет тебе и озарит твой разум светом!

— Нет, ничего ты не понимаешь, дружище… Ничего…

Эдвард тянется к стакану Кристофера, но тот тут же замечает это и несильно хлопает его по руке.

— Эй, а ну-ка убери руку! — восклицает Кристофер.

— Ай, больно! — издает негромкий писк Эдвард, слегка поморщившись и тряся руку, по которой его хлопнул Кристофер.

— Так, я сказал, сейчас же убери руку! — Кристофер снова хлопает Эдварда по руке.

— Я выпить хочу! А там как раз осталось немного!

— Ты уже и так достаточно выпил! — Кристофер начинает буквально вырывать стакан из рук Эдварда, крепко вцепившийся в него.

— Ар-р-р, ну почему ты такой нудный? — тихо стонет Эдвард. — Я просто хочу сделать один глоток!

— Ты уже почти два стакана выжрал! Один! Я успел лишь пару глотков сделать до того, как ты опустошил свой и мой бокалы. Хотя мог бы и растянуть на весь вечер, как все нормальные люди, желающие просто выпить. А не нажираться как свиньи!

— Мне нужно выпить! — Эдвард снова пытается дотянуться до стакана Кристофера и получает еще один хлопок по руке от своего друга.

— Так, руки убрал от моего стакана! — Кристофер отодвигает свой стакан подальше от Эдварда.

— Эй, дай мне сделать глоток! Не будь жадиной!

В итоге Эдварду удается резко вырвать стакан из рук Кристофера и залпом опустошить остатки текилы, что мгновенно обжигает ему горло и в каком-то смысле приятно согревает все тело, которое стало довольно расслабленным.

— Джастин, хватит вести себя как последний дебил! — строго требует Кристофер.

— Эх, хочу еще стаканчик! — бодро и весело заявляет Эдвард, резко махая руками. — Дайте мне еще один!

— Все, довольно!

— Эй, красотка! — громко восклицает Эдвард, обращаясь к молодой светловолосой девушке, работающая барменшей за барной стойкой. — Красотка, налей мне стаканчик виски! Полный стакан! Виски у вас просто обалденный !

— Сдурел что ли! — ужасается Кристофер, резко одергивая Эдварда за рукав куртки.

— Заплачу сразу, а сдачу можешь оставить себе в качестве чаевых!

— Джастин, прекрати этот цирк! — требует Кристофер. — На тебя уже начали пялиться!

— Ох, Кристофер, заткнись, пожалуйста… — тихо стонет Эдвард и запускает руку в свои слегка взъерошенные волосы. — Ты как моя мачеха: убери руки оттуда, убери руки отсюда, сюда вообще не заходи, к этому не приближайся. Дайте, блять, пожить спокойно! Мне и так плохо! Моя жизнь – полное говно! А сейчас я чувствую себя просто великолепно ! Свободным! Уверенным! Счастливым! Сча-стли-вым!

— Да успокойся ты уже, безмозглый балбес! — Кристофер крепко берет подвыпившего Эдварда за плечо и слегка встряхивает его. — Оглянись вокруг! Ты уже так громко начал говорить, что на тебя стали пялиться абсолютно все!

— Да пусть пялятся! Я еще устрою для них небольшое представление! — Эдвард окидывает взглядом всех посетителей бара, которые действительно удивленно поглядывают на него. — Эй, народ, никуда не расходитесь! Сейчас я выпью еще стаканчик и спою для вас свою самую любимую песенку! И заодно станцую! Все увидят, как классно я умею двигать задницей!

— О, боже, ну почему Ты позволил мне позвонить этому безмозглому сегодня и пригласить его сюда ? — устало стонет Кристофер, закатив глаза. — Мне реально стыдно за него! Тот случай, когда позорится кто-то другой, а стыдно именно мне.

А пока Кристофер буквально проклинает все на свете и неуверенно смотрит на всех, кто в полном недоумении пялится на в стельку пьяного Эдварда, который чувствует себя более раскованным и не боится показаться глупым, светловолосая барменша все-таки наливает полный стакан виски и с немного неуверенным взглядом приносит его Локхарту, который широко улыбается.

— О, спасибо, куколка, ты просто прелесть, — низким, медленным голосом благодарит Эдвард и кладет на стойку некоторую сумму денег. — Вот как я и обещал – оплата за заказ и чаевые.

А пока барменша молча берет деньги и пересчитывает их, Эдвард мягко берет ее за руки и с широкой улыбкой рассматривает ее.

— М-м-м, на мгновение я подумал, что ты моя бывшая, — отмечает Эдвард. — Ты очень на нее похожа. Та девка, конечно, чертова шлюха, но я все равно до сих пор схожу с ума от ее красоты. Хотя ты вполне могла бы утешить несчастного молодого парня и помочь ему забыть предательницу.

— Извините, сэр, но у меня много работы, — вежливо отклоняется барменша, вырывая руку из хватки Эдварда. — Здесь много клиентов…

— Да ладно, куколка, давай покувыркаемся в кроватке.

— Молодой человек, пустите меня, пожалуйста…

— Знаешь, как я хорош в сексе! А ты такая сладкая… Я хочу тебя…

— Прекратите немедленно! Или я буду вынуждена позвать охрану!

— Ну хотя бы телефончик оставь!

— Мужчина, прекратите! — строго требует девушка.

— Или давай я напишу свой номерок! И кстати, меня зовут Эдвард… — Эдвард резко прикусывает губу, хоть и будучи в стельку пьяным, но помня, что сейчас он живет не как Эдвард, и тихонько икает. — Ой… То есть Джастин… Джастин Леджер! К твоим услугам.

— Я вызову полицию, если вы не отстанете от меня!

— Ну, пожалуйста, красотка… Сделай мне минет… Хотя бы малюсенький…

— Мужчина! — прикрикивает девушка.

— Девушка, прошу вас, не обижайтесь на него, — смущенно просит Кристофер, через силу заставив Эдварда отпустить руку барменши. — У него просто сложный период – девушка предала и бросила его. Вот парень и страдает.

— Мне плевать… — хмуро бросает барменша. — Придержите своего пьяного дружка! Или мне придется позвать администратора и вызвать полицию.

— Извините ради бога. Мне правда очень неловко перед вами. Обещаю, я не дам ему ничего тут разрушить.

— Надеюсь.

Барменша быстро уходит, по пути поправляя забранные в высокий хвост волосы, Эдвард с хитрой улыбкой провожает ее взглядом и опустошает целый стакан виски, а Кристофер буквально хватается за голову из-за выходок своего пьяного друга.

— Слушай, Джастин, я понимаю, что ты еще совсем молодой – тебе всего двадцать один год, — отмечает Кристофер. — Но даже в таком возрасте должны быть мозги! Уже не глупый мальчик!

— Мне плохо! — жалобно стонет Эдвард. — Я хочу любви! Хочу секса!

— Ты совсем с катушек слетел? Нажрался как свинья, домогаешься к девушке, орешь на весь бар… В каком отчаянии надо находиться, чтобы по доброй воли так нажраться?

— Если бы ты стал мной и пережил все, что я повидал в своей жизни, то чувствовал бы себя ничуть не лучше, — хмуро бросает Эдвард и делает большой глоток виски. — И за двадцать один год я пережил очень многое… И я мог пережить это… Но предательство той шлюхи, которая трахалась с каким-то уродом, стало моей последней каплей. Это окончательно сломало меня.

— Черт, да знаешь сколько таких девчонок еще будет в твоей жизни! Неужели ты думал, что найдешь свою единственную и неповторимую с первой же попытки? Нет, парень, до этого тебя еще раз двести обведут вокруг пальца.

— Но до этой мерзавки еще никто не предавал меня так жестоко. — Эдвард делает еще глоток виски и резко выдыхает, уставив взгляд в одной точке. — И самое обидное, что я ничего не сделал для того, чтобы она так поступила со мной.

— Так, приятель… — Кристофер слегка хлопает Эдварда по плечу. — Давай-ка ты вернешься домой и хорошенько выспишься. А завтра мы с тобой встретимся где-нибудь и поговорим. Но только не там, где продают бухло, а иначе ты с дуру можешь напиться до алкогольного отравления.

— Говорю еще раз, если тебе что-то не нравится, то просто проваливай, — хмуро отвечает Эдвард. — Если я захочу, то могу напиться и без тебя. Необязательно искать компанию, когда ты можешь сделать это в одиночку.

— Ты слышал, что сказала барменша? Если ты сейчас не угомонишься, то сюда приедет полиция, и тебя арестуют за неподобающее поведение в общественном месте.

— Да плевать я хотел! — Эдвард бросает короткий взгляд в сторону, опустошив уже половину стакана виски, за который отдал последние деньги, которые у него были. — У меня была цель – расслабиться и оторваться. И я развлекаюсь !

— Ты выставляешь себя на посмешище! И я собираюсь с этим покончить! — Кристофер тут же хватает Эдварда за запястье в тот момент, когда его друг тянется к своему стакану и хочет выпить еще. — Значит так, Леджер, либо мы поедем к тебе домой на твоем железном коне, либо я усаживаю тебя в свою машину и сам отвожу туда. За руль в таком состоянии ты точно не сядешь. А иначе у тебя точно заберут и водительские права, и твою старую клячу.

— Морган, да отвали ты уже от меня! — тихо стонет Эдвард и кладет голову на барную стойку, спрятав ее в руках, сложенные на ней. — Говорю же – вали домой и оставь меня в покое! Мне плевать, что ты думаешь об этом, и я буду пить и развлекаться здесь сколько угодно.

— Я бы с радостью свалил, чтобы не возиться с одной пьянчугой, которая испортила мне все планы. Однако если я позволю тебе еще больше погубить себя и влипнуть в какую-нибудь неприятную ситуацию, то меня просто замучает совесть. Из-за того, что я бросил того, кого сам пригласил поразвлекаться вместе.

— Считай, что я отпустил тебе этот грех. — Эдвард плавно машет одной рукой и берет стакан виски в другую. — Иди и ни о чем не парься. А я останусь здесь и оторвусь по полной.

Эдвард в очередной раз выпивает еще пару больших глотков виски, наслаждаясь тем, как алкогольный напиток все еще обжигает ему горло, а тело все больше становятся расслабленным и наполненным какой-то теплотой. Сейчас его мозги отключены из-за влияния спиртного, он не особо понимает, что говорит и делает, а все его движения либо слишком резкие и грубые, либо слишком заторможенные и слабые. Речь становится все более невнятной и медленной, а мозг сосредоточен лишь на тех событиях, что происходят в его жизни. Попивая уже третий стакан виски, Эдвард не боится выдать все свои тайны, что связывают его по рукам и ногам. Ему просто нужно расслабиться, забыть о проблемах и хотя бы на время почувствовать себя свободным, счастливым и уверенным в себе.

— Так, Джастин, хватит пить! — раздраженно прикрикивает Кристофер, резко забрав у Эдварда стакан, который тот сжимает очень крепко, когда делает огромные глотки. — Хватит, я сказал!

— Я хочу выпить еще! — громко восклицает Эдвард, резко притягивает к себе стакан и практически опустошает его.

— Э-э-э, куда! Хватит! Хватит, я сказал! Леджер, ты слышишь, что я говорю? У тебя мозги что ли отсохли? Отдай мне стакан, я говорю!

— Эй, отдай! Я сейчас допью и пойду зажигать на танцполе. — Эдвард слабо покачивает головой под музыку, что играет в заведении, и широко улыбается. — О, слушай, они крутят здесь классную музыку! Надо доковылять до той площадки и отплясывать до тех пор, пока ноги не перестанут меня держать.

— Ты не пойдешь ни петь, ни танцевать! — сухо заявляет Кристофер.

— А вот и пойду! — Эдвард залпом выпивает третий стакан виски, резко выдыхает и встряхивает головой, понимая, что у него перед глазами все слегка размытое. — Ой… Что-то голова кружится… И в глазах двоится…

— Правильно, пить надо меньше, алкаш ты безмозглый!

— Ох, Крис, хватит, пожалуйста… — Эдвард локтями опирается о барную стойку и начинает массировать свои виски. — Честно говоря, ты уже начинаешь меня бесить. Может, уйдешь с глаз моих долой, чтобы я больше не видел твою рожу и не захотел врезать по ней?

— Можешь избить до полусмерти, но я не оставлю тебя в таком состоянии, — уверенно заявляет Кристофер, хватает Эдварда за запястья и уставляет в его расфокусированные глаза свой взгляд. — И повезу не к тебе домой, а к себе. Вот придешь завтра в норму, тогда я и позволю тебе уехать.

— Пф… — с дебильной улыбкой ухмыляется Эдвард, пока его зрачки сильно расширены. — А ты думаешь, что я поеду домой, когда веселье в самом разгаре? О… Ну и безмозглый ты, Морган…

— Ну-ну, посмотрю я на тебя завтра, когда ты очнешься и будешь пытаться вспомнить, что сегодня вытворял.

— Нет, не хочу просыпаться… Мне сейчас ахренительно хорошо! Не считая того, что со мной сидит один надоедливый идиот, без которого вечеринка была бы намного лучше.

— Значит так, друг мой любезный! — уверенно восклицает Кристофер и кладет руку на плечо Эдварда. — Сейчас я отвезу тебя к себе домой, и ты останешься у меня до завтра. Мне не хочется возиться с тобой и тем более тащить в свою квартиру, которую ты точно разнесешь до того, как полностью вырубишься. Но я обязан помочь своему придурочному другу, который решил нажраться в стельку и опозориться перед всем баром из-за расставания с девушкой и проблемами с самооценкой.

— Это тебе хочется думать, что я позорюсь! — весело и громко отвечает Эдвард, размахивая руками. — А на самом деле я развлекаюсь и ловлю свою минуту славы! Вот если бы здесь еще были музыкальные инструменты, я бы сейчас сыграл для всех шикарную песенку. Народ бы просто охренел!

— Все, хватит болтать! — Кристофер берет Эдварда под руку и пытается заставить его встать из-за барной стойки, на которую он кладет голову. — Пошли отсюда! Поднимай свой пьяный зад и ковыляй к выходу!

— Проваливай отсюда, Морган. А иначе ты так выведешь меня из себя, что я сейчас врежу тебе.

— Это я сейчас врежу тебе, если ты сейчас, твою мать, не угомонишься! — повышает голос Кристофер, и довольно сильно хлопает Эдварда по спине. — Вставай я сказал!

— Да пошел ты, кретин! Раскомандовался тут!

— Хочешь, чтобы охрана выпроводила тебя отсюда?

— Ар-р-р-р, блять, да оставишь ты меня В ПОКОЕ? — переходит на громкий раздраженный крик Эдвард, со всей силы хлопнув рукой по поверхности барной стойки.

Эдвард тут же привлекает внимание многих посетителей и работников своим криком, который хорошо слышат те, кто находятся недалеко от него. А Кристофер, совсем не желая этого делать, дает своему другу крепкую пощечину с надеждой немного остудить его жаркий пыл.

— Хватит позорить себя, идиот! — раздраженно требует Кристофер. — Вон какие-то парни уже снимают тебя на телефон! Так что готовься, Леджер, скоро ты станешь звездой Интернета, когда весь мир увидит, какой ты дебош здесь устраиваешь.

— А пусть меня снимают! — весело и громко бросает Эдвард и с расставленными руками оборачивается ко всем посетителям. — Давайте, народ, готовьте свои камеры! ГОТОВЬТЕ! ПОТОМУ ЧТО СЕЙЧАС Я УСТРОЮ ДЛЯ ВАС НЕЗАБЫВАЕМОЕ ШОУ, СТАНЦЕВАВ И СПЕВ!

Эдвард начинает во весь голос распевать какую-то песню, параллельно пытаясь встать со стула, но понимая, что сделать это непросто. Мужчина сразу же чувствует, что у него огромные проблемы с координацией и не может удержаться на резко ослабевших ногах, приземлившись на пол, но не почувствовав никакой боли вследствие довольного жесткого падения, продолжая громко распевать песню и попадая не во все ноты. Кто-то усмехается, кто-то осуждает, а кто-то достает телефон и делает пару фотографий и видео. Под влиянием алкоголя его вокальные навыки стали немного хуже, но зато он чувствует себя абсолютно уверенным и бессовестным, пока пытается взять высокие ноты и петь от всей души. Глядя на своего друга, Кристоферу, качающего головой с приложенной ко лбу рукой, даже становится стыдно находиться с этим человеком, который вытворяет такое, на что трезвый вряд ли бы пошел.

— Так, приятель, вставай! — восклицает Кристофер, взяв Эдварда под руки, с трудом подняв его на ноги и начав крепко удерживать, ибо тот не может стоять на ногах из-за головокружения и потери ориентации и баланса. — На выход! На выход, я говорю!

— А Я БУДУ ГЕ-Е-ЕРО-О-О-ЕМ! — во весь голос весело поет Эдвард, размахивая руками и будучи не в состоянии уверенно стоять на ногах. — Я – МАШИНА, СЛО-О-ОМАННА-АЯ-Я-Я МАШИ-И-ИНА-А-А-А…

— Заткнись, алкаш! Поднимайся давай!

— ДАВАЙТЕ, ЛЮДИ! ДАВАЙТЕ ТАНЦЕВАТЬ! МУЗЫКУ!

Эдвард кое-как заставляет Кристофера отпустить его и медленными шагами, держась за все, что попадается ему на пути и продолжив весело распевать строчки из разных песен, не связанных между собой, направляется к танцевальной площадке. Однако поняв, что ему надо слишком долго идти, а его практически не держат ноги, зрение расплывается, а голова сильно кружится, то пьяный мужчина решает начать танцы прямо здесь.

— ТАНЦУЮТ ВСЕ! — весело вопит Эдвард, размахивая руками и начав пытаться хоть как-то танцевать под энергичную музыку, но выглядя довольно смешно и неуклюже. — ПРОСЫПАЕМСЯ, НАРОД! ТАНЦЕМ И ПОЕМ! ВПЕРЕ-Е-Е-Е-Д!

Эдвард веселит довольно многих людей в этом заведении. Молодые девушки и парни не сдерживают своих смешков и улыбок, пока наблюдают за тем, что вытворяет этот парень. Наблюдать за танцами в стельку пьяного человека порой бывает просто уморительным занятием. И Локхарт доказывает это, умудряясь как-то сохранять баланс и не жалея сил на то, чтобы показать множество глупых танцевальных движений, которые заставляют всех улыбаться и смеяться. И он настолько здорово смешит всех, что народ начинает хлопать, свистеть и что-то выкрикивать, не возражая против шоу с участием молодого парня, решившего снять стресс, которым он одержим уже долгое время.

В этот момент Эдвард не думает об этом, чувствуя себя довольно уверенным и ничего не стесняясь, энергично танцует под незнакомую песню, слова которой громко распевает уже после того, как они спеты. Кажется, что если он и дальше будет вести себя так развязно, то недалеко и до того, чтобы он начал приставать ко всем девушкам и даже разделся до нижнего белья, исполнив для некоторых небольшой стриптиз. Точнее, к этому дело и идет, ибо мужчина пытается вовлечь в свой сумасшедший танец первых попавшихся ему девушек, а вскоре вообще снимает с себя свою куртку, откидывает ее в сторону и начинает медленно расстегивать пуговицы на своей старой помятой рубашке с короткими рукавами, которую иногда задирает, позволяя девушкам полюбоваться на его подтянутое тело, крепкие мышцы на руках, мощную грудь и хорошо заметные кубики на брюшном прессе.

— Так-так, Леджер, только не вздумай раздеваться до труселей, — тараторит Кристофер, взяв Эдварда под руку и пытаясь отвести в сторону выхода. — Ты уже и так опозорил себя!

— Да ладно, пусть этот красавчик станцует! — весело вставляет какая-то молоденькая девочка с темными волосами, стоящая неподалеку от барной стойки.

— Эй, парень, классные кубики! — вставляет еще какая-то девушка. — Можно их пощупать?

— Вот видишь, приятель, я наконец-то нашел людей, которые оценили мой талант, — заплетающимися языком произносит Эдвард, опираясь о барную стойку, дабы не упасть.

— Давай, малыш, разденься! — радостно вопит третья девушка. — Я хочу увидеть тебя полуобнаженным! Если у тебя такое красивое личико, то я не сомневаюсь, что твое тело не менее роскошное.

Некоторые девушки поддерживают это предложение и начинают радостно вопить и громко аплодировать, пока парни лишь негромко усмехаются и попивают какие-то напитки, однако с интересом наблюдая за выкрутасами пьяного мужчины.

— Ну что, девчонки, готовы увидеть настоящего самца? — весело и громко интересуется Эдвард. — Сейчас я покажу вам, от какого сокровища отказалась моя бывшая девушка, которая предпочла мне какого-то аморального урода.

Только Эдвард хочет начать снова отплясывать как сумасшедший под визги девушек, как ноги снова перестают его слушаться, и он вынужден крепко схватиться за барную стойку.

— Так все, мне это надоело! — восклицает Кристофер, уверенно подхватывает Эдварда под руку и резко разворачивает в сторону выхода. — Даже если мне придется волочь тебя по полу, чтобы притащить к своей машине, то я сделаю это!

— Эй, куда! — возмущается Эдвард. — Куда? Я только начал веселиться!

— Хватит! Нажрался так, что напрочь растерял мозги и стыд! Разденешься у всех на глазах – тебя точно арестуют!

— А Я ХОЧУ ВЕСЕЛИТЬСЯ, ТАНЦЕВАТЬ, ПЕТЬ И РАДОВАТЬ ДЕВЧОНОК!

Только Эдвард хочет сделать шаг, как он камнем падает на пол из-за полного отсутствия чувства баланса, но не встает и начинает во весь голос распевать какие-то песни. Кристоферу, который закидывает себе на плечо куртку своего приятеля, с огромным трудом удается поднять своего друга на ноги, подхватывает его, закидывает его руку вокруг своей шеи и пытается увести отсюда.

— Все, Леджер, на выход! Веселье окончено!

— ВСЕ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ! — весело вскрикивает Эдвард, размахивая одной рукой и глупо улыбаясь всем, кто с тихой усмешкой посматривает на него. — ДАВАЙТЕ ВЕСЕЛИТЬСЯ!

— Какое тебе веселье, полоумный! — возмущается Кристофер, медленными шагами пытаясь довести Эдварда до выхода и крепко придерживая его. — Ты на ногах ты кое-как стоишь и вот-вот грохнешься! А тут зажигать собрался!

— Тебе так кажется … Ой… — Эдвард снова не может удержаться на ногах и практически падает на пол, но Кристофер продолжает поддерживать его. — Мне надо выпить! КРАСОТКА, ЕЩЕ ВИСКИ!

— Перебьешься! Уже и так выжрал три стакана и превратился в какого-то дебила без мозгов.

— ДАВАЙТЕ ВЕСЕЛИТЬСЯ! ВСЕМ ВЫПИВКУ ЗА МОЙ СЧЕТ! А МНЕ СРАЗУ ДВЕ ПОРЦИИ! И ПАРОЧКУ КРАСИВЫХ ДЕВЧОНОК! ГОТОВЫХ ОСЧАСТЛИВИТЬ ГОРЯЧЕГО И СВОБОДНОГО ЖЕРЕБЦА!

— Шагай давай, горячий пьяный жеребец! — восклицает Кристофер. — Выставил себя на посмешище перед столькими людьми. На выход, придурок!

Пока Кристофер насильно выводит своего друга из помещения, полное народу, Эдвард громко распевает никак не связанные между собой строчки песен, пытается что-то сказать и требовать дать ему побольше выпивки и привести каких-нибудь красивых молодых девушек. Его речь становится все более несвязной и невнятной, а ноги совсем не удерживают вес его тела. Если не помощь кучерявого молодого парня, твердо решившись не оставлять своего в стельку пьяного дружка одного, то Локхарт так бы и продолжил валяться на полу и устраивать дебош до тех пор, пока в бар не приедет полиция и не арестует нарушителя порядка.

С огромным трудом Кристоферу удается довести Эдвард до своей серебристой машины, купленной не очень давно, но не недавно, пока тот с дебильной улыбкой пытающийся подкатить ко всем девушкам, которые проходят мимо него. Когда кучерявый открывает ее с помощью ключа, его приятель падает на землю, но уже поет не так громко и начинает чувствовать желание провалиться в глубокий сон, уже не соображая, что сейчас происходит, что он делает, и что говорит, и понимая, как сильно у него кружится голова, какая ужасная слабость овладевает его телом, и насколько расплывчатым становится его зрение.

Кристофер тихонько рычит до того, как открывает заднюю дверь, поднимает пьяного Эдварда с асфальта, крепко взяв под руки, кое-как усаживает его на заднее сиденье и закрывает за ним дверь. Сейчас этому человеку меньше всего хочется возиться с подвыпившим другом. Он мысленно молится о том, чтобы он не сошел с ума, и у него хватило сил справиться с парнем, который издает какие-то невнятные звуки, положив голову на дверцу машины, а потом и вовсе ложится на заднее сиденье и начинает тихонько что-то напевать и нести какой-то несвязный бред. Не теряя времени, Кристофер садится за руль, заводит машину и отъезжает от бара, по дороге спрашивая себя, могло ли быть правдой то, что сказал Эдвард, находясь в состоянии алкогольного опьянения.

***

Даниэль, Хелен и Джессика встретились в больнице, где сейчас находится Питер. Однако они пока что не могут пойти ко врачу, поскольку по какой-то причине Терренс опаздывает больше, чем на тридцать минут и не удосужился никого предупредить об этом.

— Да где его носит? — сидя на стуле в коридоре больницы и прислоняясь затылком к стене, раздраженно задается вопросом Даниэль. — Мы уже минут тридцать ждем, когда Его Высочество соизволит притащить сюда свой зад!

— Может, в пробку попал? — сидя рядом с Даниэлем, предполагает Джессика. — Когда мы с Хелен добирались сюда, то попали в пробку из-за каких-то придурков, у которых сдохла тачка.

— Но можно же было предупредить нас. От него ведь нет ни ответа, ни привета!

— Звонить или писать сообщение во время вождения? — удивляется Хелен, стоя напротив Джессики и Даниэля и часто осматриваясь по сторонам.

— Можно было сделать это до того, как сесть в машину.

— Послушайте, ребята, я понимаю, что мы сейчас нервничаем, — спокойно говорит Хелен. — Но сейчас не время проявлять злость и агрессию. А Терренс скоро будет. Раз он сказал, что приедет, значит, нам стоит еще немного подождать его.

— Наверное, считает, что раз он – звезда, то никто не будет ругать его за получасовое опоздание.

— Да ладно вам, Даниэль, не нервничайте так, — мягко говорит Джессика. — Вот увидите – ваш друг скоро приедет сюда, и мы наконец-то пойдем ко врачу.

— Ох… — Даниэль резко выдыхает и проводит рукой по своим волосам. — Да, вы правы… Надо как-то держать себя в руках… А то если я психану, то могу разругаться с ним ко всем чертям. И потеряю еще одного друга.

— Еще одного друга? — слегка хмурится Хелен, уставив на Даниэля вопросительный взгляд. — Вы имейте в виду Питера?

— Да, его. Если я не сдержусь и со злости захочу что-нибудь сделать с Терренсом, то мы уже точно можем сказать: « Прощай, ‘ Against The System’ » ! ». Однако никто этого не хочет. Так что мы должны делать все, чтобы бороться за группу до последнего.

— Мы прекрасно понимаем ваши чувства, — говорит Джессика. — Но, пожалуйста, постарайтесь успокоиться и не поддаваться своим эмоциям.

— Стараюсь, девушки… — Даниэль скрещивает руки на груди и опускает взгляд вниз. — Хотя мне до сих пор очень тяжело… Не знаю, как вы, но лично я до сих пор не могу отойти от вчерашнего.

— Да, мы тоже ходим ошалевшие. Поступок Питера глубоко шокировал нас… — Джессика опускает свой грустный взгляд на свои руки, сложенные перед ней. — Мы не думали, что все закончится так печально, и нам придется молиться о том, чтобы Роуз выжил.

— Знаю… — тихо выдыхает Даниэль. — И с ужасом думаю о том, что будет, если он не выживет.

— Кстати, забыли сказать, что когда я и Джессика попрощались с вами и Терренсом, то мы решили поехать домой к Питеру, — неуверенно признается Хелен.

— Вы поехали домой к Питеру? — удивляется Даниэль, переведя округленные глаза на Хелен.

— Да, поговорили и решили, что надо навести там порядок.

— Боже, но как вы решились? Неужели вас не пугало то, что вы могли увидеть кучу крови и быть не в восторге от плохих запахов и огромного беспорядка?

— Не спорю, это было трудно, — тяжело вздыхает Джессика и окидывает взглядом весь коридор. — Но уборку квартиру нельзя было откладывать. Либо сейчас, либо никогда.

— Но нам удалось перебороть себя, — добавляет Хелен. — И решили немного помочь вам с Терренсом, проведя в квартире генеральную уборку.

— Да, мы вымыли все стены и пол в ванной комнате. Постирали грязную одежду, выбросили просроченную еду, расставили все по полочкам, собрали все осколки и пустые бутылки и вынесли весь мусор, который образовался.

— Наверное, вы потратили много времени, — с грустью во взгляде предполагает Даниэль.