Эдвард и Наталия действительно разругались сразу же после того, как Ракель и Терренс ушли к себе в комнату. Стоя возле дивана, они со злостью во взгляде размахивают руками, не сдерживают эмоций и не следят за тем, что говорят.

— Не беси меня, Рочестер! — со злостью во взгляде грубо восклицает Эдвард. — Если бы я знал, что ты заявишься сюда, то и близко и не подошел бы к этому дому!

— Что, облезлый щенок, понял, что герой из тебя дерьмовый и решил все рассказать? — скрестив руки на груди, презренно фыркает Наталия. — Давно пора!

— Пф, нужно мне было защищать какую-то прошмандовку! Я пытался защитить только лишь своих друзей. А на тебя мне абсолютно плевать!

— Видно, что когда тебя пырнули ножом, до тебя так ничего и не дошло, и ты остался таким же безмозглым козлом. И продолжил строить из себя жалкого героя, надеясь получить благодарность и быть вознесенным до небес.

— Сомневаюсь, что ты стала бы реветь, если бы я сдох! Радовалась бы, наверное, что я перестану маячить у тебя перед глазами и называть тебя мерзкой шлюхой. Шлюхой, которая спит с другими мужиками даже тогда, когда находится с кем-то в отношениях.

— Да я сама лично грохну тебя, если мы все будет на волосок от смерти по твоей вине! — вскрикивает Наталия, резко размахивая руками. — Вот до чего довело твое желание стать героем с мыслью, что ситуация находится под твоим контролем! И может быть, твой дядька будет благодарен мне, если я помогу ему избавиться от одной мрази, которая доставила всем столько проблем.

— Я всего лишь отстаиваю свои интересы, как человек, имеющий право на то, что принадлежит мне по праву, — скрестив руки на груди, холодно отвечает Эдвард. — И пока я живой, то ни за что не отдам и малюсенькую доли отцовского наследства.

— Ах да, конечно, наследство… — резко мотает головой Наталия. — Походу, ты и сам готов перегрызть всем глотку ради него. А мог бы спокойно позволить тому подонку подавиться со своими деньгами и компаниями и оставить его в покое.

— Дядя не имеет права ни на один цент, который должен достаться мне! — уверенно заявляет Эдвард. — Я не позволю этой мрази пользоваться чужим. И заберу у него то, что он украл у моей семьи.

— Чтобы стать такой же сукой, как и он сам? Которая зубами вцепилась в это чертово наследство и не боится, что этот ублюдок может убить твоего друга, его невесту и его мать.

— У тебя не хватит мозгов, чтобы понять некоторые вещи, — презренно хмыкает Эдвард. — Да и зачем они тебе нужны! Чтобы трахаться с мужиками мозги особо не нужны. Главное – задницей хорошо вертеть, да рот с руками умелыми иметь. А у тебя с этим все просто превосходно!

— Заткнись, ты, мерзкий ублюдок, а иначе я за себя не ручаюсь, — с учащенным дыханием крепко сжав руки в кулаки и уставив на Эдварда леденящий душу взгляд, шипит Наталия. — Клянусь, Локхарт, ты точно станешь трупом на радость своему дядюшке!

— Да что ты мне сделаешь? — расставив руки в бока, презренно усмехается Эдвард. — Куда тебе тягаться со здоровым мужиком! Да еще и в таком состоянии. Ты едва на ногах-то стоять можешь, а тут вдруг решила угрожать мне расправой… Пф, смешно , Рочестер, смешно…

— Я найду силы расквитаться с тобой, даже если у меня будет всего одна секунда до смерти. Если будет нужно, то я даже на последнем издыхании уничтожу тебя. Лишь бы больше не видеть твою наглую рожу, которая меня чертовски бесит!

— Твоя бесит меня ничуть не меньше! И кроме того, мне совсем не жаль, что ты довела себя до такого состояния. Потому что ты сама в этом виновата. Да и не только в этом. Но и в том, что заставила меня возненавидеть тебя столь же сильно, как и своего дядю.

— Ах, я виновата! — широко раскрыв рот и уставив свой полный злости взгляд на Эдварда, восклицает Наталия. — Виновата, что у нас не сложились отношения, что твой больной дядя угрожает тебе, Ракель, Терренсу и его матери… Может, я еще в чем виновата? Например, в том, что твоя жизнь не сложилась так, как тебе того хотелось? Поэтому ты и хочешь стать таким же жадным, мерзким и отвратительным типом, которому все будут желать смерти из-за того, что он везде гадит и всем вредит!

— Ох, твою же мать… — скрестив руки на груди, прищурив глаза и качая головой, медленно выдыхает Эдвард. — Какая же ты глупая… Жалкая безмозглая курица, от которой уже все мужики сбежали. И теперь я понимаю , почему нормальным мужикам, которые хотят создать свою семью, не нужна девчонка на одну ночь. Если ты и подцепишь какого-то лоха, то только того, кто захочет лишь трахаться с тобой. Уж для семейной жизни ты – увы – не создана!

— Ха, как будто ты готов к этому! Тебя же интересует только твой дядюшка и то, как помочь ему грохнуть всех нас. Но чтобы Ракель и Терренс не думали, что ты – тот еще меркантильный ублюдок, то начал красиво и сладко говорить. Усиленно играя роль жертвы и благодетеля, который якобы всеми силами стремится спасти свою семью от гибели. Молодец, Эдвард, браво! Хоть здесь ты сыграл правдоподобно! Только вот если они узнают, какая сука ты на самом деле, то тебя немедленно запишут во враги и не пустят за порог этого дома.

— Посмотрю, на чьей стороне они будут, когда твои друзья узнают, как ты предала меня, — уверенно заявляет Эдвард, довольно часто дыша от гнева, что его переполняет. — Клянусь, Наталия, я расскажу о твоем предательстве за спиной! Всем: Терренсу, Ракель, Анне, Даниэлю, Питеру и всем-всем, кто считает тебя ангелом. Пусть они снимут розовые очки и увидят, какая ты на самом деле жалкая лгунья и вертихвостка!

— Давай, рассказывай! Мне уже нечего терять! Прямо сейчас рассказывай своему другу и его невесте, что я якобы продажная сучка! Посмотрим, кому они поверят больше: человеку, которого знают лишь несколько месяцев, или той, которая очень давно знакома со всеми, перед кем ты хочешь оболгать меня.

— Оболгать? ОБОЛГАТЬ? Да как у тебя, стерва, язык поворачивается такое говорить!

— Ха, кто бы говорил!

— Прекрати строить из себя невинную девочку, которую надо защитить и пожалеть! Ты сама виновата в том, что заставила меня так думать. И очень скоро заставишь остальных отвернуться от тебя. Если бы ты призналась во всем и объяснила причины, то я бы, возможно, оставил тебя в покое. Не простил бы – бесспорно! Но уж точно воздержался бы от оскорблений. Но раз ты ведешь себя как шлюха и отказываешься признавать это, то я буду обращаться с тобой так же, как и ты со мной.

— Ты ничуть не лучше меня, Эдвард. Ты был и есть самый настоящий лжец. Я была права, когда думала, что ты скрывал свою тайну еще с того времени, когда мы с тобой познакомились. Те звонки действительно были от твоего « любимого » родственника. С которым ты собираешься грохнуть меня и моих близких друзей. Да и я не удивлюсь, если ты скрываешь куда больше, чем только что рассказал.

— Ха, а ты это только сейчас поняла? — громко усмехается Эдвард. — Я уже давно все рассказал твоим друзьям, а ты смогла понять все мною сказанное лишь к этой минуте?

Эдвард окидывает Наталию презрительным взглядом.

— Да уж… Вот уж точно – типичная блондинка с мозгами, как у курицы. Обезьяна будет умнее в сто раз, чем такая безмозглая девчонка, как ты.

— А оскорбление девушек доставляет тебе удовольствие? — презренно хмыкает Наталия, все еще держа руки скрещенными на груди. — Особенно ты кайфуешь от того, как называешь их шлюхами и потаскухами! Забыв, что с таким омерзительным отношением к девушкам ты никогда не встретишь хотя бы одну дуру, что захочет быть с таким невыносимым мерзавцем, у которого слишком высокие требования к той, которую он рисует в своем воображении.

— Нет, дорогая моя, это не у меня требования высокие, а просто на моем пути встала безмозглая проститутка, которая может только лишь вилять задницей и ублажать мужиков. Если у меня есть девушка, то я не собираюсь делить ее ни с кем и терпеть, что меня, черт возьми, используют. Переспала с другим мужиком – все, до свидания!

— Твою мать, и как я могла считать ангелом такого мерзкого ублюдка? — Наталия с презрением во взгляде осматривает Эдварда с головы до ног. — Черт, как? Какая же я была дура! Почему сразу не поняла, что начала общаться с самовлюбленной тварью, для которой нет ничего святого? Почему не прекратила наше общение, едва заподозрив неладное, когда ты так усердно начал навязываться Терренсу?

— Я и сам не знаю, как докатился до общения с такой сучкой. До сих пор удивляюсь, как тебя еще друзья терпят и не винят во всех твоих неудачах.

— Какая же ты сволочь, Эдвард… Самая настоящая мразь! Мне очень жаль, что у Терренса такой ужасный друг. Он еще не знает, что рядом с ним находится предатель, который не является тем, за кого себя выдает.

— Ах как! А Терренс, значит, у нас благородных кровей?

В этот момент Ракель быстрым шагом подходит к тому месту, от куда можно хорошо увидеть то, что происходит на первом этаже, и опирается об ограждение руками. А через несколько мгновений к ней подходит Терренс и опирается об эти перила одной рукой, начав смотреть вниз и слыша то, что сейчас говорит Эдвард.

— Неужели ты забыла, что твой обожаемый Терренс и сам далеко не ангел? — интересуется Эдвард. — Такая же мразь, которая, может быть, намного хуже меня! Только почему-то все забыли о том, как безобразно этот человек поступил со своей невестой. Несколько месяцев назад его ненавидели все . Но когда он поиграл в героя, то люди внезапно прониклись к нему уважением и снова стали восхвалять его.

Изумленный и растерянный Терренс округляет глаза, буквально перестав дышать.

— Что? — сильно хмурится Терренс. — Мразь? Это ты меня там мразью назвал?

— Посмотрел бы я сколько людей поддерживали бы его, если бы кто-то заявил, что он едва ли не избивал свою невесту, — грубым, низким голосом добавляет Эдвард, находясь в слишком возбужденном состоянии и не следя за своими словами. — Зная, что весь шоу-бизнес в курсе его психических проблем и знает, что стоит только дать ему повод, чтобы начистить морду любому, я уверен, что люди поверили бы в это. И тотчас записали его в списки тех мерзавцев, которые насилуют женщин.

— Заткнись, мудак! — вскрикивает Наталия. — Ты не имеешь права осуждать своего друга, когда у тебя самого рыльце в пушку! Ты на самом деле не испытываешь никакой привязанности к Терренсу, о которой трезвонил на всех углах. На самом же деле ты поступаешь с ним как предатель. И дико завидуешь ему в глубине души, ибо он в жизни оказался намного успешнее тебя – человека, у которого нет даже своего дома.

— Всем известно, как он на самом деле получил все свои богатства – через постель. Ему сказали переспать с какими-то актрисульками – он пошел на это, чтобы засветиться на экране и дать повод восхвалять его и заставлять испытывать еще более высокую самооценку. Кстати, в этом плане ты очень похожа на него, ибо вы оба прыгайте из одной койки в другую.

Чем больше Терренс слушает, чем больше хочется вышвырнуть Эдварда из своего дома и навсегда забыть о том, что он вообще с ним дружил. Мужчина все больше разочаровывается в этом человеке и вынужден признаться себе, что он – предатель, который не является тем, за кого себя выдает.

— Вот паршивая сука! — раздраженно ругается Терренс. — Как он смеет в чем-то меня обвинять и вести себя подобным образом в МОЕМ доме?

— Либо он слетел с катушек и несет все без раздумий, либо и правда раскрыл свою настоящую личность, — спокойно отвечает Ракель, наблюдая за тем, что происходит между Наталией и Эдвардом.

— Клянусь, если этот мелкий ублюдок скажет еще хоть что-нибудь, то я лично вышвырну его из дома. И хорошенько набью этой твари морду, ибо он давно этого заслуживает.

— Спокойно, Терренс, спокойно, — тихо говорит Ракель, поглаживая Терренса по спине и взяв его под руку. — Спокойно…

— А я смотрю, тебя очень беспокоит тема секса, — грубо отмечает Наталия. — Раз тебя так волнует, кто с кем спит и как часто. Неужели на тебя не клюнула ни одна крашеная швабра и не дала тебе? Поэтому ты и ходишь такой злой и озабоченный темой потратушек? Ни на кого у тебя не встает!

— Только не смей говорить, что это правда, — сухо бросает Эдвард, скрестив руки на груди. — И этого самовлюбленного павлина не вздумай покрывать, ибо ты прекрасно знаешь, что он та еще гнида с огромным самомнением. Ему просто повезло, что та ситуация сошла ему с рук, и про нее забыли после того, как все наладилось. А жаль. Похоже, даже такая встряска ничего не научила этого психа.

— Может, у Терренса есть свои недостатки, но он хотя бы ИСКРЕННЕ жалеет о том, что когда-то сделал. Он жалел и делал все, чтобы доказать, что был неправ и хотел вернуть все назад. Твой друг извлек очень много уроков из произошедшего и старается быть лучшей версией самого себя. А вот ты никогда не будешь жалеть о том, что сделал. О том, как незаслуженно оскорбляешь тех, кто любил тебя, как омерзительно поступил со мной. И как вступил в сговор со своим дядькой, чтобы получить все ценой наших жизней.

— Черт, неужели ты его защищаешь? — раскрыв рот, презренно фыркает Эдвард. — Ну ты и дура, Рочестер! Что, его обаяние и на тебя подействовало. Неужели ты так легко забыла о его поступках?

— Да, я защищаю его! — с гордо поднятой головой заявляет Наталия. — Потому что Терренс – такой же близкий друг для меня, как и Ракель. Они для меня как брат и сестра, которых я люблю всем сердцем!

— Ах, вот как! А я уж начал думать, что ты запала на Терренса и мечтаешь отбить его у своей подруги!

— Чего?

— А что? Я ведь знаю, как ты пускала по нему слюни, когда он еще не был помолвлен! Твоя подружка без проблем поймала его в свои сети. Ну а ты осталась у разбитого корыта и потеряла надежду охмурить богатого мужика.

— Ты сам-то понимаешь, что несешь? Или может, мне прямо сейчас позвонить куда следует, чтобы тебя забрали в психиатрическую клинику? Я бы даже оплатила твое лечение, если бы выяснилось, что у тебя есть серьезные проблемы с головой!

— Тебя бы туда отправить на пару недель! А то ты уже совсем рехнулась из-за своих чертовых секретов!

— Ха, ты, сука, никогда о них узнаешь! — раздраженно бросает Наталия. — Я предпочту умереть, чем рассказать тебе о том, что могло бы хоть немного промыть тебе мозги.

— Ну и подавись ты своими секретами! — резко размахивая руками, вскрикивает Эдвард. — Мне они вообще не нужны! Я уже давно глубоко наплевал на то, что с тобой происходит, и не желаю даже слышать твои нудные сказки и тем более в очередной раз видеть, как ты ревешь, как ненормальная.

— Спасибо, мать твою! Одолжение сделал!

Эдвард громко и раздраженно рычит, крепко сжав руки в кулаки и бросив короткий взгляд в сторону. Пока возмущенный услышанным Терренс и немного напряженная Ракель наблюдают за ним и Наталией.

— Вот иди к своей подружке и ей рассказывай все свои секреты, — сухо бросает Эдвард. — Такой же любительнице чужих постелей, как и вы с моим дружком. Хотя это не удивительно – проститутка всегда найдет проститутку. К тому же, эта девчонка и сама не такая невинная, как ей хочет казаться. Все, кстати, тоже почему-то забыли, как она едва не подставила их под удар своими делишками со старым идиотом Рингером. И ты, походу, напрочь забыла, как она заявилась к тебе домой, обвинила во лжи, немного разукрасила твою физиономию и выдрала пару клоков твоих белобрысых волос. Почему вся эта история была так легко всеми забыта? Почему никто не осуждает этих двоих за то, как омерзительно они поступили друг с другом и некоторыми людьми?

Ракель широко раскрывает рот, будучи все более одержимой желанием что-то сделать с Эдвардом.

— Что-что-что он там сказал? — раздраженно интересуется Ракель. — Этот крысеныш и меня в проститутки записал?

— Вот пригрели змею на груди… — хмуро бросает Терренс, крепко сжимая руки в кулаки. — Поверить не могу, что этот ублюдок смеет так отзываться о нас…

— Ты как хочешь, но я сейчас точно убью этого подонка и сама вышвырну его отсюда. Я не позволю этой мрази оскорблять нас с тобой и Наталией в собственном доме!

— Эта девчонка не умеет быть подругой, — продолжает громко говорить Эдвард. — Ракель лишь притворяется хорошей, а на самом деле она тоже далеко не ангел. И встретила себе подобного. Удивительно, что эти два психа еще не успели поубивать друг друга. Что один не может справиться со своими проблемами с психикой, что другая делает вид, что она сильная и смелая. А оба оказались в шоу-бизнесе благодаря тому, что потрахались с нужными людьми и согласились стать чьими-то любовниками и быть в подчинении каких-нибудь папиков.

Чем больше Эдвард говорит, тем больше Ракель, и Терренс начинают терять терпение. Мысленно они протестуют и отказываются верить, что этот человек предал их. Но вынуждены признать горькую правду, слыша все то, из-за чего их волосы встают дыбом.

— Клянусь, я убью эту суку прямо здесь! — сжимая руки в кулаки, с учащенным дыханием шипит Ракель. — Если он сейчас не заткнется, то я такое ему сейчас устрою, что он точно пожалеет, что на свет родился.

— Это был последний раз, когда я впустил его за порог этого дома, — с гордо поднятой головой сухо, уверенно отвечает Терренс. — Как только он уйдет, я прикажу охране и близко не пускать его на территорию нашего дома. А захочет прорваться силой или вместе с Майклом зашлет сюда кого-то, то полиция немедленно приедет сюда и разберется с этими крысами.

— Да как ты смеешь так говорить про них? — с полным ненависти взглядом раздраженно возмущается Наталия. — Ты, завистливый гад! Неужели ты и правда относишься к ним так плохо. Неужели никогда не любил своего друга и его невесту? Что они тебе сделали, раз ты так ненавидишь их? Эти люди приняли тебя с распростертыми объятиями, а ты, крыса чертова, словно змея пригрелась у них на груди и делала свои гадости! Неужели ты действительно такой эгоист, который любит только самого себя и плюет на этих людей? Или ты идешь по стопам своего дядюшки? Завидуешь своему другу и из мести и зависти едва ли не хочешь лишить его всего?

— Вот уж кто здесь точно эгоистка, так это ты , Наталия! — грубо бросает Эдвард. — Если бы ты думала бы о других, то не давила на жалость и не привлекала к себе внимание, замалчивая свои чертовы секреты. Ведь есть идиоты, которые все еще пытаются узнать, что с тобой происходит. Они тратят свое чертово время на какую-то безмозглую курицу и реально беспокоятся за ее психическое состояние. Но видно, тебе это безумно нравится. Ты радуешься , что на тебя обращено внимание других людей. Ты думаешь только о себе и заботишься только лишь о своем счастье! Другого для тебя не существует!

— На себя бы посмотрел, крысеныш! — раздраженно говорит Терренс, крепко сжимая руки в кулаки и с презрением во взгляде смотря на Эдварда. — Хорошо всех судить и не замечать своих недостатков! Может, у меня масса недостатков, но я не такая бессовестная сука, как ты.

— Тебе бы на себя не мешало посмотреть, идиот! — вскрикивает Наталия. — Лучше бы поискал недостатки в себе и изменил хоть что-то в лучшую сторону. Хотя тебе это не понадобится. Ибо я больше не буду молчать о том, что ты на самом деле за лживая сука, с которой они не захотят разговаривать после того, как поймут, что оказались жертвами по твоей вине. Вовсе не из-за твоего дядюшки, а из-за огромной зависти и желания быть не хуже своего более успешного друга.

— Да что ты понимаешь, глупая гусыня! — скрестив руки на груди и со злостью во взгляде смотря на Наталию, ухмыляется Эдвард. — НИ-ЧЕ-ГО! Тебе НИКОГДА не понять, через что мне пришлось пройти за всю свою жизнь! НЕ ТЫ ЖИВЕШЬ КАК ЧЕРТОВ БОМЖ! НЕ ТЫ ПРОСИШЬ МИЛОСТЫНЮ, ЧТОБЫ ДОЖИТЬ ЗА ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ И НЕ СДОХНУТЬ!

— Прекрати уже строить из себя невинную овечку! — вскрикивает Наталия, крепко сжав руки в кулаки и тяжело дыша из-за огромного возбуждения. — Ракель раскусила тебя еще в день твоего знакомства с ней, когда твоя милая, но наглая морда сразу показалась ей подозрительной. И мне очень жаль, что мы не прислушались к ней. А знала бы я раньше, что ты жадная крыса, то ни за что бы не стала знакомить тебя с Терренсом. Он бы жил гораздо лучше, если ты не ворвался в его жизнь. А теперь мы всем можем умереть по твоей вине. Из-за твоего желания стать таким же, как он.

— Жаль, что твои родители не знают о том, какая ты эгоистичная и лживая дрянь. И я бы с радостью « обрадовал » их новостью, что их прекрасный невинный ангелочек уже успел переспать с кучей мужиков. Удивлен, что ты еще не залетела от одного из своих многочисленных любовников или подхватила какую-то венерическую болезнь. А то некоторые мужики и сами шляются по всяким девкам и потом заражаются всякими гепатитами, да СПИДом.

— Только попробуй сказать об этом моим родителям, — шипит Наталия, подойдя ближе к Эдварду, начав угрожать ему пальцем и уверенно смотря в его леденящие душу глаза. — А иначе ты, сука, пожалеешь. Если не я прикончу тебя, так мой отец кастрирует тебя. Он никому не позволит обижать меня и всегда готов стоять за меня горой.

— Вряд ли твоему папочке понравится, что ты решила подзаработать легких деньжат и подалась в проститутки. Да и мамочке тоже… Для них будет позором знать, что их дочь стала профессиональной шлюхой и изменяла мне, когда у нас еще были отношения. А я уверен, что эти прекрасные люди считают тебя маленьким ангелочком. Невинной принцессой, которую они хотят отдать прекрасному принцу.

— Мои родители любят меня независимо от того, что я делаю. Они знают , кто я такая, и на что у меня не поднимется рука.

— Ничего, скоро у них откроются глаза, и они будут « приятно » удивлены, когда узнают, как ты проводишь свое свободное время. Хотя могла бы провести это время с пользой и найти себе занятие: записаться на какие-нибудь курсы или найти работу. А то принцесса привыкла, что мамочка с папочкой всегда дают ей кучу денег и не заставляют ее работать. Вот и выросла избалованная капризная девчонка, которая от скуки решила начать перебирать мужиков. Не только в этой стране, но и по всему свету.

— Знали бы твои родители, что у них вырос такой неблагодарный и невоспитанный сыночек, — скрестив руки на груди, с презрением во взгляде хмыкает Наталия. — Хотя я уверена, что твой папаша всегда это знал и поэтому ненавидел тебя. Уже сколько лет прошло, а он даже и не думает тебя искать. Ему наплевать, что с тобой творится.

В этот момент Ракель с прикрытым рукой ртом переглядывается с Терренсом, который качает головой, крепко вцепившись руками в перила.

— Боже, если они сейчас не перестанут, то может случиться что-то ужасное, — тихо стонет Ракель, приложив руку ко лбу. — Эти двое сейчас так возбуждены, что вряд ли следят за тем, что говорят.

— Согласен, их ссора может привести к катастрофе, — соглашается Терренс и нервно сглатывает. — Они сейчас точно поубивают друг друга и разнесут нам весь дом.

— Скорее, это Эдвард разнесет. Я никогда не видела его таким бешеным. Он всегда был сдержанным и спокойным, а сейчас будто с цепи сорвался.

— Разнесет – будет платить мне моральный ущерб. И плевать, что из своего у него есть только пара рваных трусов.

— О, господи, какой кошмар…

— Ничего, этот мелкий паршивец ответит мне за то, что вел двойную игру. Эта сука не останется безнаказанной.

Ракель качает головой, чувствуя, как ее сердце неприятно сжимается в груди. Она продолжает наблюдать за разгоряченными Эдвардом и Наталией, которые совсем не стесняются в выражениях и высказывают все то, что долго копилось у них внутри.

— Не беси меня, ты, лживая сучка, — холодно бросает Эдвард. — А ИНАЧЕ ТЕБЕ БУДЕТ ХУЖЕ!

— Что, неприятно, да? — уставив в глаза Эдварда свой уверенный и презренный взгляд, ехидно усмехается Наталия. — Неприятно знать, что ты не был любимым сыночком? Отец никогда не любил тебя и совсем не переживал, когда ты ушел из дома, будучи несовершеннолетним. А мать ни разу не вспомнила о тебе за те годы, что была вдали от тебя. Вот ты и бесишься, что твоим братьям досталось все самое лучшее, а у тебя даже своего жилья нет.

— НЕ СМЕЙ ВЫВОДИТЬ МЕНЯ ИЗ СЕБЯ! ИЛИ ТЫ, СУКА, НАПРАШИВАЕШЬСЯ НА ТО, ЧТОБЫ Я СДЕЛАЛ С ТОБОЙ ЧТО-ТО УЖАСНОЕ?

— ДАВАЙ, ДЕЛАЙ СО МНОЙ ВСЕ ЧТО УГОДНО! — вскрикивает Наталия, разводя руками. — ВПЕРЕД, ЛОКХАРТ! МНЕ УЖЕ НЕЧЕГО ТЕРЯТЬ! Только смотри, как бы тебе потом не пришлось зарывать голову в песок от стыда!

— Я ни за что не пожалею, если проучу такую мерзкую шлюху, как ты! — уставив свои вытаращенные, полные ненависти глаза на тяжело дышащую Наталию, громко восклицает Эдвард. — Если до этого времени не нашелся человек, который промыл бы тебе мозги, ТО ЭТО СДЕЛАЮ Я!

— Да, а что ты мне сделаешь? — буквально убивая Эдварда своим испепеляющим взглядом, грубо интересуется Наталия. — Поднимешь на меня руку, как едва не сделал это однажды? Хотя на большее у тебя не хватит мозгов! Ведь ты можешь только кулаками махать, да шлюхой меня обзывать!

— Что-что? — широко распахивает глаза Ракель. — Неужели эта тварь пыталась ударить ее?

— Черт, бедная Наталия… — качает головой Терренс. — Встретила этого ублюдка и полюбила его.

— Ей и так никогда не везло с парнями, и они всегда пользовались ею. Но твой дружок оказался самой настоящей сволочью из всех тех парней, которых она встречала.

— Сволочь, которая так умело втерлась в наше доверие ради своих интересов. Наверняка рассказ про его дядю – лишь прикрытие своих желаний отнять у нас все ценой наших жизней. Не стоит верить, что он и правда пытался защитить нас от того человека.

— Теперь я сомневаюсь, что он молчал из благих намерений. И скажу тебе честно, у меня даже закрадывается сомнение в том, что он тот, за кого себя выдает. Не удивлюсь, если его вообще зовут не Эдвард Локхарт.

— Я не сделал этого, потому что посчитал это бесполезным, — презрительно хмыкает Эдвард, скрестив руки на груди. — Не думаю, что одной пощечиной мне удалось бы вправить тебе твои мозги и пробудить в тебе хоть немного совести.

— А вот я бы с удовольствием ударила тебя по твоему наглому лицу, — низким голосом заявляет Наталия. — Я уже давно об этом мечтаю! С того момента, как ты показал свою гнилую натуру.

— О да, Наталия, сделай это! — со злостью во взгляде усмехается Терренс и потирает руки. — Я хочу видеть его реакцию на твою пощечину! Можешь даже хорошенько побить его! Этот мудак давно того заслуживает.

— Не люблю злорадствовать, но я бы тоже не прочь увидеть это зрелище, — с хитрой улыбкой скрещивает руки на груди Ракель. — Так что давай, подруга, врежь этой драной крысе как следует!

— Ну так чего же ты ждешь? — ухмыляется Эдвард и расставляет руки в сторону. — ДАВАЙ, УДАРЬ МЕНЯ! ВОТ Я СТОЮ ПЕРЕД ТОБОЙ! ТЫ МОЖЕШЬ ОСУЩЕСТВИТЬ СВОЮ МЕЧТУ ПРЯМО СЕЙЧАС!

— Ха, чтобы ты потом пришел в бешенство и избил до полусмерти? — сухо бросает Наталия. — Да ты запросто можешь и грохнуть кого-нибудь! Убьешь меня, друга, его невесту или даже его мать – даже бровью не поведешь! Ибо ты озверел из-за этих чертовых денег и зависти к более успешному другу.

— Эй… — злостно усмехается Эдвард, и поправляет воротник своей джинсовой куртки. — Неужели ты боишься меня ударить? Ну же, девочка, давай! Ты же так давно об этом мечтала! Или ты на самом деле не такая крутая, какой хочешь быть? Как только надо вести себя, чтобы тебя боялись, ты поджимаешь хвостик и ищешь укрытие. Языком ты работаешь хорошо, но только не по делу. Он служит тебе хорошую службу только тогда, когда ты ублажаешь своих любовников.

— Если ты сейчас не заткнешь свой грязный рот, то я наплюю на все свои страхи и ВРЕЖУ ТЕБЕ СО ВСЕЙ СИЛЫ! МНЕ ПЛЕВАТЬ, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЕШЬ: ИЗОБЬЕШЬ ДО СМЕРТИ ИЛИ ОТДАШЬ НА РАСТЕРЗАНИЕ СВОЕМУ ДЯДЬКЕ И ЕГО ДРУЖКАМ. ТЫ, СУКА, ОТВЕТИШЬ МНЕ ЗА ВСЕ СТРАДАНИЯ, КОТОРЫЕ ПРИЧИНИЛ!

— Не будь трусихой, как твоя самая близкая подружка, и врежь мне как следует. Ракель наверняка тоже лишь грозилась избить Терренса, когда у него начались проблемы с неустойчивой психикой. Но она побоялась, что один его удар запросто отправит ее в больницу. Полагаю, она очень хорошо усвоила урок, когда этот псих со всей силы врезал ей по лицу.

— О, это я, значит, трусиха? — широко раскрывает рот Ракель, крепко сжав руки в кулаки. — Да у меня, тварь, смелости будет во много раз больше, чем у тебя стыда!

— Знаешь, а у моей подруги будет побольше смелости, чем у тебя совести, — уверенно заявляет Наталия, скрестив руки на груди, довольно тяжело дыша и буквально трясясь от злости, что ее сейчас переполняет. — И у тебя нет никакого права оскорблять Кэмерон! Я не позволю тебе задевать ее достоинство!

— Достоинство? — громко ухмыляется Эдвард. — Ха, а оно у нее есть? Девушки с достоинством ведут себя соответствующим образом! А всякие потаскухи вроде вас обеих готовы раздвинуть ноги перед любым мужиком ради своих интересов. Ракель трясется над своей карьерой как курица над яйцом. А тебе надо найти богатого мужика, который будет обеспечивать тебя так же, как и твои мамочка с папочкой.

— Следи за языком, мудак! — раздраженно вскрикивает Наталия.

— Только не надо убеждать меня в том, что твоя подруга работала на износ ради достижения таких результатов и желания утереть нос всем, кто когда-то оскорблял и унижал ее.

— У тебя нет права судить ее, ибо ты не знаешь, через что ей пришлось пройти. В отличие от тебя она очень трудолюбивая и ответственная девушка, которая не притворяется бедной и несчастной. Она никогда не жаловалась, что у нее нет денег, жилья, одежды и еды с надеждой, что кто-то пожалеет ее и перепишет на нее все свое имущество.

— Боже, и через что же она прошла? Смерть родителей, роман с Терренсом, с которым она изначально начала встречаться под давлением своей семьи, бесконечные ссоры с ним и пощечина, что могла привести их к расставанию? Либо Кэмерон – мазохистка, которой нравится жить в страхе, либо она просто слишком влюблена и не замечает, что рядом с ней находится психически нездоровый человек, который запросто прибьет ее, если она доведет его.

— Это меньшее из того, что она пережила за двадцать пять лет своей жизни. Однако эта девушка заслуживает глубокого уважения за смелость, уверенность и стойкость.

— Мне это не особо интересно… В отличие от того, через что пришлось пройти мне это – ничто! И то, через что прошел тот же Терренс, тоже с этим не сравнится.

— Да, только трудности не превратили Терренса в гнилую крысу и не заставили разучиться любить. А вот ты обозлился на весь мир из-за того, что был предоставлен самому себе. Улица и плохие дружки еще никому не помогли стать хорошим человеком и научиться чувствовать хоть что-то светлое. Уверена, если бы ты жил с матерью, она бы не позволила тебе стать мерзким ублюдком и мечтал грохнуть всю свою семью.

— Ха, это Терренс-то не крыса? — громко, презренно усмехается Эдвард. — Не смеши меня, Рочестер! Этот псих постоянно ищет повод поорать и помахать! Забыла, в кого он превратился, когда едва не потерял свою любимую Ракель? Наверное, сидел в своей комнате и ревел как девчонка. Молился, чтобы никто не увидел, как кумир сопливых девчонок рыдает из-за девушки! Ибо его так унизили бы, что он и на улицу побоялся бы выйти!

— Твою мать, да что Терренс сделал тебе, раз ты смеешь говорить о нем такие вещи? — возмущается Наталия. — Этот человек так тепло принял тебя, когда узнал, кем ты ему приходишься, и успел привязаться к тебе. Но ты оказался неблагодарной свиньей, которая не понимает хорошего отношения к себе. Видно, ты привык, что с тобой обращаются как с дерьмом. И поэтому относишься ко всем точно так же. Говоришь, что любишь и уважаешь Терренса и всегда улыбаешься ему. Но за спиной говоришь гадости, будучи уверенным, что он не узнает, что ты думаешь о нем на самом деле.

— Разве я пытаюсь оболгать его? — округляет глаза Эдвард. — Напротив – я говорю чистую правду, о которой все очень давно забыли, делая вид, что мой дружок не повел себя, как самый настоящий ублюдок.

— А чего ты добьешься тем, что начнешь говорить об этом? Считаешь, что все мгновенно вспомнят о его поступке и перестанут общаться? Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы он и дальше продолжил страдать и мечтать сгореть от стыда? Вместо этого лучше бы подумал о том, что сам делаешь сам. Призадумался о том, что с тобой не так.

— Вот именно! — низким голосом бросает Терренс, обеими руками крепко сжимая перила. — Рочестер говорит правильные вещи! Подумай лучше о своих поступках, вместо того чтобы осуждать других!

— Черт, эта сволочь когда-нибудь остановится? — возмущается Ракель. — Или он решил признаться во всем сразу? И раскрыть тайну своего дядюшки, и признаться, что он лгал о своей любви к нам?

— Да, Эдвард, какая же ты сука… Что я тебе сделал? Почему ты так со мной поступаешь? Я ведь доверял тебе! Думал, что ты мне друг! А ты, предатель! Теперь я понимаю, какого лешего ты так усердно навязывался мне в друзья.

— Господи, Наталию там уже всю трясет от страха!

— Да уж, довел этот псих бедняжку. Стоит вся бедная и едва ли не плачет!

— Он – неудачник , Наталия, самый настоящий неудачник! — грубо заявляет Эдвард, даже не подозревая, что Ракель и Терренс прекрасно слышат все его слова. — Эта звездочка никак не может пробиться в музыкальный мир. А стоило ему только обрести какой-то успех, так его группа начала разваливаться к чертовой матери.

— К твоему сожалению, Терренс добьется успеха и будет до последнего бороться за группу, — с гордо поднятой головой заявляет Наталия. — А даже если она и распадется, то у него есть все шансы начать сольную карьеру. А ты так и будешь шляться по городу, подыхать со скуки, завидовать своему более успешному другу и искать повод доказать себе, что вовсе не трусишь вылезти из своего укрытия.

— Этого не случится, будь уверена. Мой друг – живой пример того, что даже завышенное самомнение, уверенность в своем таланте и старые связи из мира кино не могут помочь человеку добиться большего. А уж простому человеку безо всяких связей вообще не удастся это сделать. Хочешь быть известным – трахайся с чьими-то дочками и сыночками или умоляй своих известных родственников или друзей сделать тебе пиар. Впрочем, если вдруг Терренсу и удастся обрести популярность как музыкант и продать хотя бы несколько копий своего альбома, то так и быть – я сниму перед ним шляпу. Однако это очень маловероятно, ибо этот человек – неудачник, которому повезло лишь однажды.

— Ха, кто бы говорил, ты, бездомный неудачник без гроша в кармане! — возмущается Ракель. — Пока ты прогуливал школу и со своими дружками раздумывал над очередной гадостью, этот « неудачник » смог стать актером уже в четырнадцать лет. Своими силами, между прочим. А ты и завидуешь, потому что не можешь или не хочешь найти постоянную работу и постоянно живешь за чей-то счет.

— Да уж, — соглашается Терренс, не скрывая своего разочарования. — А я, дурак, поверил, что он типа гордится мной и рад за меня и мои успехи.

— Нет, Локхарт, это я сейчас разговариваю с неудачником! — грубо заявляет Наталия. — Подонком, который совершенно не стремится обеспечивать хотя бы себя и делает вид, будто его устраивает то, что у него в кармане лежит всего десять-двадцать долларов, он живет за чужой счет и не имеет ни своего жилья, ни даже самой ужасной постоянной работы.

— Это МОЯ жизнь, и я имею право делать с ней все, что ЗАХОЧУ , — громко отрезает Эдвард, довольно тяжело дыша из-за возбуждения. — Если у меня будет желание – я пойду ограблю какой-нибудь банк и буду жить припеваючи!

— Ах да! — закатывает глаза Наталия, скрестив руки на груди. — Я забыла! Ты же у нас богатый наследник папочкиного состояния! Он завещал тебе такие огромные деньжата, да еще и был готов передать управление его компанией в твои руки. Действительно, зачем тебе работать за гроши, когда на горизонте маячат миллионы долларов! Только я сомневаюсь , что ты получишь это наследство, потому что твой дядюшка и сам положил глаз на эти денежки и сделает все, чтобы ты отказался ото всего. Не надейся, что он отдаст тебе хотя бы маленькую часть. Ты так и останешься жалким голодранцем в одних трусах!

— Не беспокойся, блондиночка, твои родители уже позаботились о твоем наследстве и отдадут тебе все свое состояние, — сухо отвечает Эдвард. — А то ты же у нас богатенькая девочка, которая всегда росла в роскоши, получала все что ей хотелось и была королевой. Удивлен, что у вас дома нет служанок. А то плохо, что Ее Королевское Высочество принцесса Наталия вынуждена обслуживать себя, когда дома нет мамочки и папочки. Которые хоть кофе в постель принесут, лишь бы сделать свою дочурку счастливой.

— Все больше убеждаюсь в том, что тебя волнуют лишь деньги, — скрещивает руки на груди Наталия. — Помню, как у тебя загорелись глаза после того, как я заикнулась о том, что у моих родителей много денег. Помню, как ты пялился на мою дорогую сумку от Channel и был в восторге от моих духов Christian Dior . Стоило только назвать лишь один дорогой бренд одежды, как ты широко распахивал глаза и тут же возбуждался. Наверное, уже представлял себе, что поправишь свое бедствующее положение с помощью моих денег.

— Хочешь сказать, что я встречался с тобой только из-за денег? — широко распахивает глаза Эдвард.

— А из-за чего же еще? Ты же обожаешь деньги! И вряд ли ты любил меня так сильно, как пытался это доказать! Я всегда знала, что ты не был заинтересован в отношениях со мной и встречался со мной ради встречи с другом. Ради того, чтобы стать членом моей семьи и убедить родителей вовлечь тебя в их бизнес. А когда ты понял, что этот план был обречен на провал, то решил отвязаться от меня и нашел прекрасный способ разорвать наши отношения. И вот теперь у тебя остался лишь один способ разбогатеть – объединиться с дядюшкой, убедить его поделиться всем с тобой и грохнуть неугодных тебе Терренса, Ракель и миссис МакКлайф. Может, став преданным ему сукой, Майкл – или как его там – даст тебе работу в компании. Вот тогда ты заживешь счастливо и сможешь покупать себе все что угодно и боясь лишь одного – попасть в немилость своему дяде.

— По-моему, ты очень много говоришь, мисс Рочестер. Несешь всякий бред, который я даже слышать не хочу. Я смотрю, твой язык стал слишком уже длинным. Его надо немного укоротить. Чтобы ты как мышка продолжала молчать.

— А тебе мозгов надо добавить! — тихонько рычит Терренс, крепко сжимая руки в кулаки. — И совести тоже!

— Вот разговорился-то гаденыш, — хмуро бросает Ракель.

— Я так понимаю, ты не собираешься отказываться от наследства. Ты намерен заполучить все, чтобы утереть мне нос.

— Не зря же он так усердно скрывал все свои секреты! Понимал, что рассказав об Майкле, он будет вынужден признаться и в желании заполучить все деньги и компанию.

— Хоть бы тот старый ублюдок ничего ему не дал! Пусть этот сопляк и дальше ходит в одних трусах и живет где-нибудь на улице!

— Я бы твой с удовольствием укоротила, — грубо бросает Наталия, уставив свой презренный взгляд в глаза Эдварда и едва сдерживаясь, чтобы со злости не придушить его. — А еще лучше бы связала тебе руки и ноги и избила твою наглую рожу, дабы немного остудить тебя и отомстить за все, что ты мне сделал.

— Хочешь попробовать? — презренно усмехается Эдвард. — Ну попробуй! Попробуй связать мужика, который будет намного сильнее тебя и очень легко может вывернуть тебе руки!

— Твою мать, зачем я вообще с тобой разговариваю и пытаюсь что-то донести до тебя? — Наталия хлопает себя рукой по лбу. — ЗАЧЕМ? Это все равно, что разговаривать со стеной! Смысл пытаться в чем-то переубеждать человека, который настолько одержим деньгами и завистью к другу, что готов уничтожить его и всю свою семью?

— ХА, НУ ТАК НЕ РАЗГОВАРИВАЙ СО МНОЙ! — во всю мощь вскрикивает Эдвард, слишком сильно напрягая все свои мышцы и крепко сжимает руки в кулаки. — Сделаешь мне одолжение! А то если я поговорю с тобой еще пару минут, то буду делать то, чего не хочу делать.

— Меня тоже от тебя тошнит!

— Зачем ты вообще приперлась сюда? Хотела пожаловаться друзьям на свою ужасную жизнь и наконец-то сказать им, что я обозлился на тебя из-за того, что ты втайне от меня трахалась с каким-то мужиком?

— Да, а зачем ТЫ сюда пришел? СОВЕСТЬ ЗАМУЧИЛА И ПОНЯЛ, ЧТО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ВСЕ РАССКАЗАТЬ?

— Не твое дело!

— Ракель и Терренс вряд ли оценят твое безобразное актерское мастерство. Уж кем, но актером тебе не быть никогда, ибо ты просто бездарен в этом плане. Хотя ты бездарен абсолютно во всем и умеешь только тявкать из угла, как трусливый щенок, и от жадности мечтаешь заполучить ВСЕ ДЕНЬГИ!

— Если ты еще раз оскорбишь меня, то я ударю тебя! БУДЕШЬ, СУКА, ОРАТЬ ВО ВСЮ ГЛОТКУ И УМОЛЯТЬ О ПОМОЩИ! — Эдвард с презрением во взгляде осматривает Наталию с головы до ног. — Хотел бы я жестко оттрахать тебя прямо в этом доме независимо от твоего желания. Но гордость не позволяет мне иметь жалкую шлюху, которая уже успела дать, наверное, половине города и огромной части людей, живущих в других городах и даже странах. И не очень-то хочу заразиться какой-нибудь гадостью от сучки, у которой уже такой богатый список бывших любовников.

— Только попробуй хоть пальцем тронуть ее, тварь, а иначе я лично выпровожу тебя из дома! — сквозь зубы цедит Ракель, скрестив руки на груди. — Я не позволю тебе так обращаться с моей подругой и называть ее шлюхой!

— Не беспокойся, я и так собираюсь набить этому ублюдку морду, — сухо заявляет Терренс. — Да так, что он будет орать от боли!