Ракель начинает заливаться горькими слезами, обессиленно лежа на холодном бетонном полу в куче грязи и пыли, понимая, что уже больше нет смысла бороться и мысленно позволяя Саймону выиграть. Так продолжается еще какое-то время до того как она слышит очень приглушенные звуки. Чьи-то шаги, что раздаются все ближе и ближе. Как будто кто-то решительно направляется сюда. Поначалу девушка думает, что она просто сходит с ума, и ей это чудится. Но все ее сомнения мгновенно отпадают, когда она слышит, как кто-то яростно пытается открыть заблокированную дверь комнаты, в которой с ней заперся Саймон.
— Терренс… — переведя воспылавший надеждой взгляд на дверь, с дрожью шепчет Ракель.
Ракель слегка вздрагивает, когда в этот момент кто-то резко дергает за дверную ручку и пытается оттолкнуть от себя, но не может ее открыть из-за досок и кирпичей, что этому препятствуют. На бледном, усталом лице девушки проскальзывает обнадеживающая улыбка от мысли, что ее все-таки нашли и вот-вот спасут от Саймона. Который, однако, не обращает на это никакого внимания и продолжает с большим удовольствием зацеловывать все ее тело, страстно желая поскорее снять с нее одежду и предаться утехам.
— Я здесь… — обессиленно произносит Ракель. — Здесь… Спасите меня…
— Саймон Рингер, немедленно откройте дверь! — раздается громкий, требовательный голос Джеймса. — Это приказ!
— РИНГЕР, СУКА ТЫ ГРЕБАНАЯ, СЕЙЧАС ЖЕ ОТКРОЙ ДВЕРЬ! — издает оглушительный, басовый рев Терренс и сильно бьет рукой по двери. — ОТКРЫВАЙ, БЛЯТЬ!
— Я здесь, Терренс! — гораздо громче подает голос Ракель, оторвав голову от пола. — Пожалуйста, сделай что-нибудь!
— Держись, Ракель! — взволнованно восклицает Хантер. — Мы уже здесь! Все будет хорошо! Мы спасем тебя!
— Зря старайтесь, господа, — с блаженной улыбкой говорит Саймон и покрывает всю шею Ракель сухими поцелуями. — Вам сюда не пробраться. И девчонку я вам не отдам.
— ТЫ ЧТО ТАМ С НЕЙ ДЕЛАЕШЬ, ПАСКУДА? — ревет Терренс. — СЕЙЧАС ЖЕ ОТВАЛИЛ ОТ НЕЕ! КЛЯНУСЬ, Я УБЬЮ ТЕБЯ, ЕСЛИ С РАКЕЛЬ ЧТО-ТО СЛУЧИТСЯ!
— В этот раз ты проиграл, Джексон. — Саймон медленно проводит языком по передней части шеи горько плачущей Ракель. — Элизабет теперь принадлежит мне.
— Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне! — отчаянно взмаливается Ракель. — Он хочет меня изнасиловать! Я этого не хочу! Не хочу!
— Все будет хорошо, подруга, с тобой ничего не случится, — уверяет Хантер. — Мы с ребятами пытаемся выломать дверь.
— Саймон заблокировал ее досками и кирпичами!
— Не волнуйтесь, мисс Кэмерон, мы ее выломаем! — отвечает Джеймс.
— Пожалуйста, быстрее! Умоляю, уведите от меня этого человека! Пожалуйста! Пожа-А-А-А-А-А-А!
— Рот закрыла, потаскуха! — грубым басом взрывается Саймон и со всей силы бьет Ракель по лицу.
— НЕТ! ХВАТИТ!
— Если хочешь, чтобы я вошел в тебя без подготовки, ТО ТАК И БУДЕТ! — Саймон наносит больной удар прямо в живот Ракель. — ТАК И БУДЕТ, ДРЯНЬ!
— А-А-А-А, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО! — истошно вскрикивает Ракель, мгновенно согнувшись пополам и схватившись за живот.
— ОСТАВЬ ЕЕ В ПОКОЕ, ПОГАНОЕ ЖИВОТНОЕ! — взрывается Терренс, пока все сотрудники полиции по очереди пытаются выломать дверь руками и ногами.
— НЕ ЗАХОТЕЛА ПО-ХОРОШЕМУ, ЗНАЧИТ, БУДЕМ ДЕЙСТВОВАТЬ ПО-ПЛОХОМУ! — вскрикивает Саймон, буквально покраснев от злости. — ЧЕРЕЗ СИЛУ И ГРУБОСТЬ!
— НЕ НАДО! — взвизгивает Ракель, когда Саймон бьет ее затылком об пол и наносит несколько крепких ударов кулаком по рукам. — ОСТАНОВИТЕСЬ, САЙМОН! НЕ НАДО!
— Саймон Рингер, сейчас же оставьте девушку в покое! — решительно требует Хантер.
— Эта гнида там ее бьет что ли? — с учащенным дыханием задается вопросом Терренс.
— Похоже на то, — задумчиво предполагает Джеймс.
— ПРОШУ ВАС, СПАСИТЕ МЕНЯ! — надрывает голосовые связки Ракель. — ПОМОГИТЕ! ТЕРРЕНС! ХАНТЕР! КТО-НИБУДЬ!
— Ну все, змеюка, раз ты не захотела быть моей, ТО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ СДОХНУТЬ ВНОВЬ! — вскрикивает Саймон. — Я УБЬЮ ТЕБЯ, ШЛЮХА!
— НЕТ, ХВАТИТ! — Ракель закрывает лицо руками после того, как Саймон наносит ей пару крепких пощечин. — ОСТАНОВИТЕСЬ!
— Рот закрыла, гадина!
— САЙМОН!
— А НУ СЕЙЧАС ЖЕ РАЗДВИНУЛА НОГИ, ПОКА Я НЕ ОТДУБАСИЛ ТЕБЯ! — Саймон силой пытается раздвинуть ноги Ракель и устроиться между них. — РАЗДВИНУЛА НОГИ, Я СКАЗАЛ!
— ПОЖАЛУЙСТА, ХВАТИТ!
— Тебе все равно никуда от меня не деться. Эти люди ничего не смогу сделать.
— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!
— БЛЯТЬ, ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ! — Саймон со всей силы бьет Ракель головой об пол. — ЗАТКНИСЬ! ХВАТИТ УЖЕ РЕВЕТЬ! ХВАТИТ!
— А-А-А-А-А-А-А!
Саймон плотно закрывает рот Ракель рукой и продолжает крепко избивать ее, также не оставляя попыток залезть ей в джинсы и вселяя в нее еще больший страх своим испепеляющим, полным ненависти взглядом. Каждый ее визг – словно нож в сердце Терренса, который от дикого волнения начинает очень часто дышать и злиться на себя из-за того, что никак не может пробраться к ней и спасти от выжившего из ума человека. Все попытки полицейских открыть дверь не приводят ни к какому результату. Она оказывается слишком крепко заблокирована досками. Из-за чего все вынуждены слушать душераздирающие крики девушки, что снова начинает терять всякую надежду на спасение, едва ее обретя.
— Черт, да как нам открыть эту чертову дверь? — недоумевает Генри. — Она никак не поддается!
— Да уж, постарался гад… — хмуро бросает Луи.
— Не останавливаемся, парни! — приказывает Джеймс. — Ломайте ее! Ломайте!
— Да что вы вам все возитесь! — раздраженно бросает Терренс. — Откройте вы уже эту гребаную дверь! Пока этот мудак не убил ее там!
— Мы пытаемся! — восклицает Хантер, со всей силы пытаясь оттолкнуть дверь. — Но нет… Что-то мешает… Не только доски… Как будто в замке что-то застряло.
— Дайте я попробую!
Встав напротив двери, приняв позицию и резко выдохнув, Терренс со всей силы бьет ногой по двери, которая лишь резко дергается. А после очередного крика Ракель он еще более ожесточенно пробует ударить по ней еще несколько раз, понимая, что дело вроде бы сдвинулось с мертвой точки. Сотрудники также помогают ему и дают немного передохнуть, давая друг другу приказ не сдаваться и продолжать в том же духе и не сомневаясь в том, что у них обязательно все получится. Пока Ракель настроена уже не так оптимистично, без сил лежа на полу с болью и синяками по всему телу после крепкого избиения Саймоном. Он с ехидной ухмылкой и громким смехом без стеснения целует ее куда только можно, лапает за грудь, водит языком по изгибам шеи и ключицам и наглаживает ей живот, проскользнув под женскую майку после того, как еще больше ее задирает. Его виду предстает привлекательный бюстгальтер черного цвета, через который он обхватывает каждый сосок с помощью рта, покрывая влажными поцелуями всю ее грудь и водя по ней языком, пока она горько плачет и буквально мечтает умереть, чтобы больше не проходить через эту невыносимую, казалось бы, бесконечную пытку.
Проходит еще некоторое время до того как Терренсу последним, яростным и крепким ударом ноги все-таки удается открыть дверь, которая ломается на несколько частей. Они падают на пол вместе с вырванным замком и поломанными досками, что не выдержали это давление. Мужчина также без проблем раскидывает в стороны все кирпичи, что также блокировали дверь, и залетает в комнату вместе с сотрудниками полиции, что решительно направляют свои пистолеты на Саймона. Который, однако, это игнорирует, повалив прекратившую сопротивляться, но все еще горько плачущую Ракель на пол, нависает над ней, задирает руки у нее над головой и жадно впивается в ее губы, довольно быстро просунув язык ей в глотку и продолжая причинять девушке боль крепкими укусами в самых чувствительных местах шеи.
Ни на секунду не задумываясь о последствиях, воспылавший гневом Терренс резко срывается с места и пулей бежит к Саймону, что собирается порвать майку и бюстгальтер Ракель, бросившая лишенный всякой надежды пустой взгляд на своего спасителя. Который под громкие всхлипы девушки грубо хватает Рингера за волосы, пару раз со всей силы бьет его по лицу, резко оттаскивает в сторону, одним движением валит на пол и с учащенным дыханием и налитыми кровью глазами набрасывается на него с кулаками, в какой-то момент нависнув над ним и начав безжалостно наносить ему крепкие удары по всему телу, что могут запросто что-то сломать и вызвать кровотечение.
Тяжело дышащая Ракель удивленно наблюдает за происходящим, все еще продолжая лежать на полу без сил с чувством сильной боли во всем ослабевшем теле и задаваясь вопросом, реально ли все это, или она просто пытается успокоить себя своими собственными фантазиями. Она не оказывает никакого сопротивления, когда к ней пулей подбегает Хантер и помогает свой подруге принять сидячее положение.
— Эй, Ракель, ты как? — проявляет беспокойство Хантер. — Все хорошо?
— К-кажется, д-да… — дрожащим голосом тихо отвечает Ракель, уставив свои широко распахнутые глаза на Хантера.
— Этот человек ничего тебе не сделал?
— Нет, слава богу… Не успел…
— Черт, он тебя побил… — Хантер с ужасом во взгляде окидывает Ракель с ног до головы, заметив несколько синяков у нее плечах и пару кровоточащих ран на лице. — И у тебя раны на лице…
— Он чуть не убил меня… — Ракель тихо шмыгает носом, сильно дрожа от страха и довольно тяжело дыша. — Я думала, что умру…
— Успокойся, милая, все хорошо, — мягким, тихим голосом говорит Хантер, прижав измученную Ракель к груди и нежно погладив ее по голове. — Мы здесь…
— Вы вовремя подоспели, — устало добавляет Ракель. — А иначе он бы точно снял передо мной штаны… И изнасиловал бы меня.
— Не бойся, дорогая, он больше тебя не тронет, — спокойно обещает Хантер, погладив Ракель по щеке и мило поцеловав ее в лоб.
— Он превратит мою жизнь в ад… Саймон убьет меня… Убьет так же, как и моих родителей.
— Не убьет, я обещаю.
— Умоляю, Хантер, сделай что-нибудь. — Ракель тихо шмыгает носом, крепко обвив руки вокруг шеи Хантера. — Я не хочу умирать… Не хочу, чтобы Саймон что-то со мной сделал.
— Скоро все твои мучения закончатся, — уверенно говорит Хантер. — Мы не дадим тебя в обиду.
— Обещаешь?
— Доверься нам, Ракель. — Хантер мягко берет Ракель за руки и смотрит на нее с легкой, ободряющей улыбкой. — Я клянусь, что любой ценой спасу тебя от этого мерзавца.
— Умоляю, друг, не бросай меня! Ты нужен мне. Нужен как никогда.
— Я не брошу тебя, девочка моя. Клянусь жизнью.
Ракель с надеждой смотрит на Хантера, который на несколько секунд заключает ее в свои крепкие объятия и нежно гладит ее по голове. Пока сама девушка прижимается поближе к своему другу, заливаясь горькими слезами. А в какой-то момент она медленно переводит усталый взгляд в сторону и широко распахивает глаза, когда видит яростно дерущихся Терренса и Саймона, которые безо всякой жалости обмениваются сильными пощечинами и больными ударами в челюсть, по ногам и рукам и в самые уязвимые места. Уж что, но сейчас Терренс взбешен как никогда сильно. То, каким он был во времена конфликтов с Ракель кажется сущим пустяком. Ведь сейчас девушка просто не узнает мужчину, который похож на разъяренного льва, что может вот-вот напасть на человека и загрызть его до смерти. Прямо на ее глазах МакКлайф грубо валит Рингера на землю, наносит ему несколько очень сильных пощечин, оттаскивает за волосы, бьет его руками и ногами и даже разбивает губу, что начинает слегка кровоточить. А в какой-то момент мужчина хватает своего врага за шиворот и уставляет свои широко распахнутые, налитые кровью глаза в его маленькие, начав надрывать свои голосовые связки:
— Что ты хотел с ней сделать? ЧТО ТЫ, СУКА, ХОТЕЛ С НЕЙ СДЕЛАТЬ?
Не получив никакого ответа, Терренс начинает сильно трясти Саймона.
— ОТВЕЧАЙ, МУДАК! — во весь голос вскрикивает Терренс, пока его ноздри раздуваются от злости. — ОТВЕЧАЙ! ИЛИ Я СОБСТВЕННОРУЧНО ПРИКОНЧУ ТЕБЯ!
Терренс залупляет Саймону очень сильную пощечину и кулаком бьет его прямо в челюсть.
— ТЫ, СУКА, ОТВЕТИШЬ МНЕ ЗА ТО, ЧТО НАГЛО ЛАПАЛ И ОБЛИЗЫВАЛ ЕЕ ГДЕ ТОЛЬКО МОЖНО! — с тяжелым дыханием во весь голос угрожает Терренс. — И ЕДВА НЕ СПУСТИЛ, МАТЬ ТВОЮ, ШТАНЫ!
— Что, увидел, как я ласкаю твою возлюбленную и заревновал? — ехидно смеется Саймон.
— Еще раз тронешь ее хоть пальцем, Я ТЕБЯ ЗАЖИВО ЗДЕСЬ ЗАКОПАЮ! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ?
— Знаешь, а я теперь понимаю, почему ты в свое время потерял из-за нее голову. Ибо она та еще сексуальная штучка. — Саймон хитро улыбается. — Понимаю, почему все мужики сходят по ней ума. На первый взгляд такая невзрачная девочка. И я раньше так думал. Но оказалась, что Ракель – та еще сексуальная детка.
— Не выводи меня из себя, Рингер, — сквозь зубы цедит Терренс. — Я НЕ ПОТЕРПЛЮ ПОДОБНЫЕ ВЕЩИ В АДРЕС ЭТОЙ ДЕВУШКИ!
— Если она так заводила меня так, пока я просто целовал и гладил ее, то в постели эта цыпочка несомненно будет ничуть не хуже. А как представляю ее полностью обнаженной, так чувствую, как все мое тело напрягается. Понимаю, что в сорок с лишним лет я еще много чего могу.
Саймон снова получает еще более сильный удар в челюсть от разъяренного Терренса, который буквально зеленеет от злости и напряжения.
— Еще раз услышу от тебя что-то подобное – и ты труп, — низким, грубым голосом угрожает Терренс. — Я НЕ СТАНУ С ТОБОЙ ЦЕРЕМОНИТЬСЯ!
— Эта девчонка – копия своей мамочки, — уверенно говорит Саймон. — Вот почему я забываю о том, что Элизабет мертва. Я думаю, что она передо мной. Живая . И вернулась ко мне. Хотя эту куколку и нужно немножко укротить, ибо она очень уж дерзкая и вынуждает бить ее по роже.
— Заткнись, сука… ПРОСТО ЗАТКНИСЬ! — Терренс так сильно вцепляется в рубашку Саймона, что вот-вот может разорвать ее. — ЗАТКНИСЬ! А ИНАЧЕ ТЕБЕ КОНЕЦ!
— Между прочим, у меня есть огромный шанс заполучить ее, — уверенно отвечает Саймон. — И я вполне могу поменять свои планы. Если она сможет удовлетворять меня в плане секса, то я не стану убивать твою бывшую и буду называть ее своей любимой Элизабет Томпсон. Никакой Ракель больше не будет… Будет существовать только лишь моя любимая Лиззи. Лиззи, которая обязательно сделает меня счастливым.
— Запомни и зарубу у себя на носу, мудак, эта девушка принадлежит МНЕ! И ТОЛЬКО МНЕ! И никто, кроме меня, не имеет права лапать ее.
— Она уже давно не твоя, дорогой мой. — хитро улыбается Саймон. — Лучше вали к той белобрысой красавице и развлекайся с ней. А твоя бывшая возлюбленная будет моей.
— НИКОГДА! Я НИКОМУ ЕЕ НЕ ОТДАМ!
— А это мы еще посмотрим. — Саймон бросает взгляд в сторону и видит, с какой нежностью Хантер обнимает и гладит плачущую Ракель, что сейчас может сидеть только лишь потому, что друг прижимает ее к себе. — Вон посмотри, какая у них там идиллия! Не зря ведь я тебе сказал, что у девчонки роман на стороне. Этот полицейский ее там обнимает и едва ли не в губы целует, а она и не сопротивляется.
— Чтоб ты сдох, сука… — с налитыми кровью глазами шипит Терренс, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не поддаться на провокацию Саймона и не напасть с кулаками еще и на Хантера. — НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, РИНГЕР! НЕНАВИЖУ!
— Теперь ты увидел все своими глазами и просто обязан мне поверить. Увидел, что эта шлюха готова лобызаться с любым, кто пальчиком поманит. Элизабет не принадлежит ни мне, ни тебе, Джексон. У нее, помимо нас с тобой, еще много поклонников, перед которыми она готова трясти своими голыми сиськами.
— РОТ ЗАКРОЙ, ГНИДА! — взрывается Терренс, кулаком врезав Саймону по челюсти. — ЗАКРОЙ!
— Впрочем, эта сучка все равно меня возбуждает. В случае с Лиззи я готов закрыть глаза на любые ее оплошности. На романы с сотнями мужиков и на наличие ребенка.
— Я тебя уничтожу, тварь… — Терренс хватает Саймона за горло и крепко сдавливает его, уставив в глаза противника свой ледяной взгляд. — Сделаю все, чтобы посадить тебя за решетку. ЧТОБЫ ТЫ ПОДОХ ТАМ МУЧИТЕЛЬНОЙ СМЕРТЬЮ! Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ ИСПЫТЫВАТЬ ВСЮ ТУ БОЛЬ, КОТОРУЮ ИСПЫТЫВАЛА ЭТА ДЕВУШКА ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ПО ТВОЕЙ, СУКА, ВИНЕ.
— А я отправлю тебя в психушку! — грубо бросает Саймон, пока его ноздри раздуваются от злости. — Где ты, жалкий психованный ублюдок, проведешь остаток своих дней! И БОЛЬШЕ НЕ БУДЕШЬ СТОЯТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ!
Саймон грубо отталкивает Терренса, резко валит его на землю и не отказывает в себе в удовольствии нанести ему несколько сильных ударов по лицу. Хотя МакКлайф не теряется, яростно защищается и избивает его так, что местами на лице у того появляются следы крови. Рингер изо всех сил бьет своего врага ногами и руками по ногам, рукам и лицу, а вскоре наносит ему очень болезненный удар в низ живота, который заставляет того негромко вскрикнуть, на какое-то время скрутиться от боли и стиснуть зубы от боли, что мгновенно прознает его тело. Пока Ракель с болью в сердце наблюдает за ожесточенной дракой своего бывшего парня с их общим врагом, что совсем извел ее всеми этими ужасными пытками. Она все еще продолжает сидеть на полу в объятиях Хантера, ни на секунду не отходящей от своей подруги. Впрочем, в какой-то момент он настаивает на том, чтобы встать, придерживая девушку за талию, помогает ей стряхнуть с себя всю грязь и пыль и снова прижимает ее к себе.
Драка Терренса и Саймона продолжается еще какое-то время до того, как Рингер наносит противнику крепкий удар ногой по позвоночнику, заставив того вскрикнуть, сильно поморщиться и резко выгнуться от боли, что пронзает все тело и временно лишает его возможности двигаться. Пользуясь моментом, Саймон быстро поднимается на ноги и решительно надвигается на Ракель, путь к которой тут же перекрывают сотрудники полиции.
— Назад! — грубо бросает Джеймс, наведя пистолет на Саймона. — Не смей к ней приближаться!
— Отдайте мне девчонку! — требует Саймон. — ЖИВО!
— Только пальцем ее тронь – тебе не жить! — решительно заявляет Хантер, бесстрашно закрывая Ракель собой.
— ОНА ДОЛЖНА СДОХНУТЬ! И ОНА СДОХНЕТ! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ЕЙ ЖИТЬ НА ЭТОМ СВЕТЕ ТАК, БУДТО НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО!
Как только Саймон срывается с места, полицейские несколько раз выстреливает в него, но он все время ловко уворачивается от пулей.
— Сдавайся, Рингер, — уверенно призывает Хантер, целясь пистолетом в Саймона. — Тебе все равно никуда не деться.
— НИ ЗА ЧТО! — ревет Саймон.
— Сдавайся, подонок! — настоятельно советует Джеймс. — Хватит уже мучить бедную девушку. Мало того, что хотел изнасиловать, так еще и побил ее.
— Как бы усердно вы ни защищали Ракель, я все равно доберусь до нее. ОНА БУДЕТ МОЕЙ! И Я СДЕЛАЮ С НЕЙ ВСЕ, ЧТО ЗАХОЧУ!
Только Саймон делает шаг вперед, как Джеймс снова выстреливает в него, но тому снова удается увернуться от попадания пули. В этот момент Рингер успевает подбежать к своему пистолету, схватить его и начать без разбора стрелять во всех полицейских, которые отвечают ему тем же. Тем временем Терренс успевает немного оклематься, довольно быстро поднимается на ноги и легко сбивает противника с ног, отшвырнув пистолет как можно дальше подальше, крепко прижать его к земле и со всей силы врезать ему в низ живота, гордо приподняв голову, когда тот издает тихий писк от боли.
— Все, ублюдок, тебе никуда не деться, — уверенно говорит Терренс. — Ты сегодня же отправишься в тюрьму и будешь подыхать уже там.
— Это мы еще посмотрим, жалкий актеришка, — грубо бросает Саймон. — Тебе меня не одолеть! Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ! ЭТА ДЕВЧОНКА БУДЕТ МОЕЙ!
Саймон хватает Терренса за ногу и так сильно дергает ее, что тот мгновенно падает на землю. После этого Рингер кулаком наносит ему сильный удар в челюсть, быстро поднимается на ноги и снова подбирает свой пистолет. Ему без проблем удается растолкать всех полицейских и увернуться от их попыток выстрелить в него, повалить на землю и надеть наручники. Мужчина одним рывком подлетает к бледной, все еще горько плачущей Ракель и резко хватает ее за руку. А пока та громко вскрикивает, Саймон снова приставляет к ее к голове пистолет, обхватив рукой ее шею, прижав поближе к себе и силой подводя к выходу из комнаты. И когда полицейские и Терренс пытаются подойти к нему поближе, Рингер начинает яростно угрожать пистолетом каждому.
— ВСЕМ СТОЯТЬ! — во весь голос ревет Саймон и резко приставляет пистолет к виску Ракель. — СТОЯТЬ, Я СКАЗАЛ! ИЛИ Я УБЬЮ ЭТУ ДЕВЧОНКУ!
— ПОЖАЛУЙСТА, ХВАТИТ! — отчаянно взмаливается Ракель. — ХВАТИТ! НЕ НАДО!
— Немедленно отпусти девушку, Рингер, — спокойно требует Хантер. — Хватит ее уже мучить!
— НИ ЗА ЧТО! — рявкает Саймон. — ОНА МОЯ! И ПОЙДЕТ ТОЛЬКО СО МНОЙ!
— ОНА НИКОГДА НЕ БУДЕТ ТВОЕЙ! — срывается на крик Терренс.
— Твой план по ее спасению провалился, МакКлайф. Смирись с поражением и забирай всех этих людей с собой.
— Я уйду только с Ракель!
— Саймон Рингер, бросай пистолет и отпускай девушку, — в упор смотря на Саймона и держа пистолет направленным на него, ледяным тоном призывает Джеймс.
— НИ ЗА ЧТО! — ревет Саймон.
— Тебе некуда бежать. Ты в любом случае будешь арестован. На улице тебя также поджидают наши коллеги. Они следят за каждым выдохом, который здесь есть. Появишься – тебя тут же поймают.
— Ха, неужели вы думайте, что я так просто сдамся? — громко, презренно ухмыляется Саймон. — Нет, не дождетесь!
— Не делайте себе хуже, мистер Рингер, — спокойно призывает Луи. — Будет лучше, если вы и все ваши подельники сдадитесь добровольно.
— Нет, это вы не делайте себе хуже. Лучше уходите отсюда по-хорошему, пока я не прикончил вас всех.
— Мы уйдем, если вы отпустите эту девушку, — уверенно отвечает Хантер.
— ЭТА ДЕВЧОНКА НИКУДА С ВАМИ НЕ ПОЙДЕТ! — Саймон еще плотнее приставляет пистолет к виску вскрикнувшей Ракель. — ДАЖЕ НЕ ПЫТАЙТЕСЬ СПАСТИ ЕЕ!
— Сейчас же отпусти ее, ты, грязное животное! — раздраженно требует Терренс. — Или клянусь, ты сильно пожалеешь, что на свет родился.
— Хватит притворяться храбрым героем и надеяться, что я отдам ее. УВИДИШЬ ТЫ ЕЕ ТЕПЕРЬ ТОЛЬКО В ГРОБУ!
— Хочешь еще больше вывести меня из себя? ХОЧЕШЬ ВЫНУДИТЬ УБИТЬ ТЕБЯ? ПРИДУШИТЬ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ? ВЫСТРЕЛИТЬ ИЗ ЭТОГО ГРЕБАНОГО ПИСТОЛЕТА?
— Буду очень рад, если ты сдохнешь здесь от злости. Хоть не сможешь помешать мне трахать эту сексапильную красотку.
Не сдерживающий своей злости Терренс резко срывается с места с желанием наброситься на Саймона с кулаками. Однако Рингер мгновенно пресекает эту попытку, снова направив на него пистолет и поближе прижав к себе плачущую, сильно трясущуюся и бледную Ракель.
— НА МЕСТЕ СТОЙ, МРАЗЬ! — во весь голос вопит Саймон.
— Пожалуйста, не надо… — умоляет Ракель.
— СЕЙЧАС ЖЕ ОТПУСТИ РАКЕЛЬ! — громко требует Терренс. — ПОСМОТРИ, ДО ЧЕГО ТЫ ЕЕ, БЛЯТЬ, ДОВЕЛ! ОНА ЕДВА НА НОГАХ СТОИТ!
— Ты ничего мне не сделаешь! Так же, как и все эти люди.
Терренс снова срывается с места, чтобы посильнее врезать Саймону, но вынужден остановиться, ибо тот снова направляет на него пистолет. Пока полицейские продолжают в упор смотреть на Рингера хладнокровным взглядом и держать пистолет наготове.
— Слышь, истеричка двухметровая, если ты еще раз попробуешь напасть на меня, я прострелю тебе голову к чертовой матери, — грубым, низким голосом угрожает Саймон. — И СДОХНЕШЬ ТЫ НА ГЛАЗАХ У СВОЕЙ БЫВШЕЙ!
— Нет… — с ужасом в глазах тихим, охрипшим голосом произносит Ракель. — Не делайте это…
— ВСЕ, ДОВОЛЬНО! Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ НИКОГО ЖАЛЕТЬ! И ПРОСТРЕЛЮ БАШКУ ЛЮБОМУ, КТО ЗАХОЧЕТ СПАСТИ ЭТУ ДЕВЧОНКУ.
— Нет, Саймон, пожалуйста… Не стреляйте ни в кого из них… Я не хочу ничьей смерти…
— Не переживай, сладкая моя, эти люди не остановят нас, — ехидно усмехается Саймон, дулом пистолета поправив волосы Ракель. — Мы убежим раньше, чем они смогут что-то предпринять.
— Тебе же сказали, что все это здание окружено! — напоминает Терренс. — Ты никуда от нас не денешься!
— Это мы еще посмотрим, дорогой мой.
— С-саймон, п-прошу в-в-вас, остановитесь… — со слезами дрожащим голосом отчаянно умоляет Ракель.
— Мы с тобой будем жить долго и счастливо. Как и мечтали много лет назад.
— Ради бога, позвольте мне быть свободной и оставьте в покое меня и всех моих близких. Я умоляю…
— Нет, детка, я не могу отпустить тебя, — низким голосом отвечает Саймон и целует плачущую и трясущуюся Ракель в висок. — Потому что ты сводишь меня с ума…
— Пожалуйста, Саймон… — Ракель тихо шмыгает носом, заплаканными глазами, полными ужаса и страха, смотря на Саймона с чувством, что сердце готово выпрыгнуть из груди и трижды исполнить сальто. — Сколько еще я должна все это терпеть? Когда я наконец-то обрету покой?
— Скоро , моя малышка, — уверенно произносит Саймон. — Очень скоро ты будешь счастлива.
— Умоляю, не убивайте меня… Не делайте со мной то, что сделали с моими родителями много лет назад.
— Если будешь хорошей девочкой, я, может быть, дарую тебе жизнь. Тебе нужно всего лишь любить меня. И стать Элизабет Томпсон. Той девочкой, которую я когда-то встретил и полюбил с первого взгляда.
— Нет…
— И если ты будешь радовать меня… Ублажать меня в постели… Делать все, чтобы я мечтал обладать твоим прекрасным телом.
— Я не Элизабет…
— Мне все равно… Главное – ты похожа на нее. Похожа на мою любимую Лиззи.
Снова потерявший разум Саймон с тихими стонами позволяет своей руке не только гладит Ракель по животу и проскользнуть под ее майку, но и в очередной раз полапать ее за грудь, бедра и ягодицы, провести языком по некоторым открытым участкам ее тела и опуститься до женской промежности. А поскольку девушка усиленно сопротивляется и с негромкими визгами пытается вырваться из его хватки, он тут же резко одергивает ее и продолжает без стеснения трогать тело, которое находит таким привлекательным и сексуальным.
Терренс в очередной раз страдает от приступа ревности и бешенства и не может спокойно смотреть на эту картину, ощущая напряжение в каждой мышце тела, сжимая руки в кулаки до побеления костяшек и слишком тяжело дыша. В какой-то момент он в приступе гнева выхватывает пистолет из рук Хантера и решительно направляет его на Саймона.
— Убрал от нее руки, таракан, — низким, грубым голосом требует Терренс. — Или я прострелю тебе башку.
— Мистер МакКлайф, не делайте глупости! — настоятельно советует Хантер. — Сейчас же опустите оружие!
— Вот именно! — поддакивает Саймон. — Отдай пушечку дяде полицейскому, мальчик.
— ЗАТКНИСЬ, МУДАК! — взрывается Терренс и резко срывается с места.
— А НУ НАЗАД! — Саймон резко переводит пистолет на Терренса. — НАЗАД, Я СКАЗАЛ!
— Опусти пистолет, Терренс, — настаивает Джеймс и трясет Терренса за плечо. — Слышишь меня? Опусти!
— Я не успокоюсь, пока эта гнида не будет гореть в аду за все, что он сделал! — заявляет Терренс.
Терренс хочет снова сорваться с места и подлететь к Саймону, но в этот момент его сначала резко одергивает Джеймс, а затем Хантер насильно забирает у него пистолет, несмотря на ярое сопротивление со стороны пылающего гневом мужчины.
— Ха! — ехидно усмехается Саймон. — А ты у нас смелый , Терренс! За любимую девушку теперь любого разорвешь! И даже в тюрьму сесть!
— Клянусь, я прикончу тебя, если ты не прекратишь лапать и облизывать эту девушку У МЕНЯ НА ГЛАЗАХ, — сухо угрожает Терренс.
— Надо же, а ты, оказывается, ревнуешь . М-м-м… Надо же… Так ведь еще недавно ты ненавидел эту девушку и хотел бросить ее… После того как поверил в ее измену. И понял, что ты ей ни черта не нужен. Зато теперь ты все-таки прозрел и решил стать героем и спасти свою вторую половинку.
— ДА, Я, БЛЯТЬ, РЕВНУЮ ! — срывается на крик Терренс. — И ТАК НАГЛО ПРИХОЖУ В ЯРОСТЬ ОТ ТОГО, ЧТО ТЫ СМЕЕШЬ ЛАПАТЬ ЭТУ ДЕВУШКУ!
— Это я уже понял! Видя, как ты бесишься и пылаешь злостью, пока я целую и обнимаю твою бывшую девушку.
— Чтоб сверху свалилась какая-нибудь тяжелая херня и раздавил тебя к чертовой матери, — сквозь зубы цедит Терренс, пока его ноздри раздуваются от злости. — ЧТОБ ТЫ, ТВАРЬ, СДОХ! СДОХНИ! СДОХНИ! СДОХНИ!
— И должен признаться, мне нравится заставлять тебя гореть от злости и ревности. Хотя я вообще люблю приводить тебя в бешенство и лишний раз давать повод выставить себя больной истеричкой.
— Ну да, меня еще никто не злил так сильно, как ты.
— Кто знает… Может, мне и не придется убивать тебя, ибо ты сам сдохнешь, задохнувшись от ревности и злости.
— Не дождешься! Не сдохну на зло тебе!
— Ничего, Терри, если ты окажешься живучей тварью, то я не дам тебе слишком долго горевать. И сделаю так, что ты и эта красавица умрете в один день, в один час. И встретитесь уже на небесах. Хотя я не могу обещать точно.
Саймон плотно приставляет пистолет к виску Ракель.
— Эта девчонка встретится со своими мамулей и папулей, если она не захочет принадлежать мне и стать для меня покойной Элизабет, — заявляет Саймон.
— ТЫ НИЧЕГО С НЕЙ НЕ СДЕЛАЕШЬ! — во весь голос вскрикивает Терренс.
— А НУ ЗАТКНИ СВОЙ ПОГАНЫЙ РОТ!
Саймон резко направляет пистолет на Терренса, пока измученная всеми этими пытками Ракель широко распахивает глаза, пока у нее окончательно иссякли силы на борьбу, а голос начал сильно хрипеть из-за всех ее криков.
— Пожалуйста, Саймон… — со слезами на глазах дрожащим голосом умоляет Ракель. — Не убивайте никого… Никто не должен умереть… Никто не должен пострадать из-за меня… Никто…
— Если эти люди не уйдут, то ВСЕ ОНИ СДОХНУТ! — уверенно заявляет Саймон.
— Я готова пойти с вами куда угодно и позволить сделать со мной что угодно. Но умоляю вас, не трогайте никого из этих людей. Их смерть будет на моей совести. Ведь они рисковали из-за меня. А я не выдержу этого груза.
— Что? — широко распахивает полные ужаса глаза Терренс.
— Что, неужели ты все-таки согласна пойти со мной по своему желанию? — хитро улыбается Саймон.
— Куда угодно … — тихо всхлипывает Ракель. — Я готова принести себя в жертву ради их спасения.
— Нет, Ракель, нет! — взволнованно умоляет Терренс. — Не смей этого делать! Не вздумай никуда с ним идти!
— Я сделаю что угодно… — Ракель тихо шмыгает носом. — Лишь бы никто не пострадал…
— НЕ ВЗДУМАЙ! ОН УБЬЕТ ТЕБЯ! УБЬЕТ!
— Хотите убивать – убивайте меня. Я готова на это… Готова умереть прямо сейчас.
— НЕТ! ЗАМОЛЧИ! ЗАКРОЙ РОТ!
— Я тебе не верю! — грубо бросает Саймон, плотно приставив пистолет к виску Ракель. — Ты просто тянешь время и не хочешь умирать.
— Мне уже все равно… — обреченным голосом отвечает Ракель и тихо шмыгает носом. — Делайте со мной все что хотите. У меня уже нет сил бороться.
— Мистер Рингер, давайте вы прекратите все это? — спокойно предлагает Генри. — Просто скажите, что вы требуйте взамен на свободу этой девушки.
— Мне ничего от вас не нужно! — восклицает Саймон. — А эту девчонку у меня никто не отнимет!
— Да вы только посмотрите на нее! — Генри бросает короткий взгляд на тихо плачущую, сильно трясущуюся и бледную Ракель. — Посмотрите, как она напугана и измучена! Посмотрите, что вы с ней сделали! Девушка едва на ногах стоит и вот-вот рухнет, если никто не будет ее держать!
— Я даю вам всем последний шанс уйти отсюда по-хорошему, — с гордо поднятой головой говорит Саймон. — Если уйдете сейчас – вы останетесь в живых.
— Мы никуда не уйдем, пока не поймаем вас и не спасем эту девушку, — уверенно заявляет Хантер.
— Пожалуйста, уходите отсюда… — отчаянно умоляет Ракель. — Оставьте меня… Пусть он делает что хочет.
— Ты, блять, совсем сдурела? — громким, высоким голосом возмущается Терренс. — Какой на хер уходите?
— Умоляю, Терренс, уходи отсюда! Забирай всех этих людей и уходи… Ты уже ничего не можешь сделать.
— Это ты верно отметила, — хитро улыбается Саймон. — Ничего. МакКлайфу не удастся снова стать обелить себя после всех своих ужасных поступков.
— Сдавайся, подонок! — восклицает Джеймс, пока Саймон вспоминает о том, что стоит спиной к выходу из комнаты. — Не делай хуже себе, нам и этой девушке!
— Хотите поймать меня – догоните! А ТАК Я НИ ЗА ЧТО ВАМ НЕ СДАМСЯ!
Саймон под оглушительные визги Ракель без разбору стреляет во всех полицейских и Терренса. Всем им удается увернуться от пуль, но некоторые теряют равновесие и падают на пол. А воспользовавшись моментом, мужчина приставляет дуло к виску всхлипывающей девушки и силой выводит ее из комнаты, держа руку крепко обвитой вокруг ее шеи. А стоит Терренсу первым сорваться с места, как Рингер разворачивается и снова бросается в бега, схватив свою жертву под руку и начав силой тащить ее за собой. В этот раз она уже практически не сопротивляется, хотя и продолжает заливаться горькими слезами и из-за слабости норовит упасть на пол. МакКлайф тут же начинает преследовать преступника, пока сотрудники полиции только покидают комнату и собираются догнать его.
Недолго думая, Саймон поднимается по покрытой пылью и грязью лестнице на этаж выше и начинает бежать по широким, будто бы бесконечным коридорам, через которые можно попасть в такие же полуразрушенные помещения, как во всем этом здании. По пути он несколько раз пытается выстрелить в Терренса, который избегает ранения ценой приличного отставания от противника, прячась за стены, падая на пол и отпрыгивая в сторону. Когда девушка падает на пол от усталости или же обо что-то спотыкается, то Рингер сильно бьет ее по лицу и начинает просто волочить за собой, пока та тратит остатки свои сил на полные отчаяния и ужаса крики и в самую последнюю очередь думает о том, что вся ее одежда покрыта грязными пятнами.
Таким образом Саймон вскоре оказывается на самом последнем этаже, где комнат оказывается намного меньше. Он долгое время бегает кругами, не зная, куда ему идти дальше и где скрыться от преследующих его Терренса и сотрудников полиции, не собирающиеся так просто сдаваться и решительно настроенные поймать его. Но вскоре ему на глаза попадается закрытая металлическая дверь с огромным количеством вмятин и разноцветных граффити. Рингер пулей подбегает к ней, дергает за ручку и без проблем раскрывает, видя, что за ней скрывалось узкое помещение с бетонной полукруглой лестницей, по которой он без раздумий поднимается, раздраженно рыча из-за того, что Кэмерон постоянно падает и к этому моменту успела ободрать себе колени до крови. Судя по едва заметным красным пятнам на джинсах и небольшим дыркам в характерном месте. Также девушка пару раз ударяется об перила лбом, на котором у нее красуются небольшие синяки, и чувствует неприятную боль в ноге, что в какой-то момент неестественным образом выворачивается.
А раскрыв еще одну незапертую дверь, Саймон оказывается на крыше, на которой дует довольно сильный ветер, и с которой можно увидеть не только густую лесистую местность, но и кое-какие многоэтажные жилые здания, телевизионные и сотовые вышки. К этому моменту на улице успело сильно стемнеть, а небо заволочено плотными серыми облаками, через которое даже маленькому лучику солнца никак не удастся пробиться. Края крыши не огорожены никакими оградами. Если кто-то подойдет к нему, то может запросто упасть с высоты пятиэтажного здания и получить серьезные травмы. Осмотревшись вокруг, Саймон решает подойти к нему поближе и понимает, что его не обманывали, говоря, что все здание сейчас патрулируют сотрудники полиции. Он начинает сильно нервничать, понимая, что буквально оказался в ловушке и не сможет просто так отсюда сбежать и забрать с собой упавшую без сил на колени Ракель.
— Вот сука… — хмуро бросает Саймон. — Вот твари… Все-таки загнали меня в угол…
Саймону не удается как следует подумать над этим, поскольку на крышу прибегает сначала Терренс, а затем и сотрудники полиции.
— Сдавайся, ублюдок! — рявкает Терренс. — Это твоя конечная остановка!
— Твоей беготне пришел конец! — заявляет Хантер, направив пистолет на Саймона.
— Пришло время ответить за все свои грязные делишки, — добавляет Джеймс, также держа Саймона под прицелом пистолета.
— Ну уж нет! — хитро улыбается Саймон. — Вы так просто меня не поймайте!
Саймон грубо берет Ракель за волосы, поднимает на ноги и, приставив пистолет к ее голове, насильно подводит к краю крышу. Пока девушка начинает громко визжать от осознания того, что ситуация стала еще хуже, чем раньше.
— ВСЕ НАЗАД! — взрывается Саймон. — НАЗАД, Я СКАЗАЛ! ИЛИ Я СБРОШУ ЭТУ ДЕВЧОНКУ С КРЫШИ!
— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — истошно вопит Ракель. — НЕ НАДО! ПОЖАЛУЙСТА!
— Посмеешь ее толкнуть – я с радостью сброшу с крыши тебя! — угрожает Терренс.
— Я ждал этого момента несколько лет, — хитро улыбается Саймон. — Ждал момента, чтобы отомстить за все, что я пережил. За то, как сильно я страдал. За то, как меня отвергли. Я могу покончить со всем этим одним лишь толчком. Одно лишь падение с пятого этажа сделает меня самым счастливым человеком на свете.
— Н-н-нет, С-с-с-саймон… — сильно дрожащим голосом произносит Ракель, испуганно косясь вниз и паникуя от одной лишь мысли, что она может упасть с такой высоты. — П-п-пожалуйста…
— КУДА СОБРАЛСЯ? — Саймон резко переводит пистолет на Терренса, когда он пытается рвануть Ракель на выручку. — НА МЕСТЕ СТОЙ!
— ХВАТИТ УЖЕ МУЧИТЬ ЕЕ! — срывается на крик Терренс. — СКОЛЬКО МОЖНО ЗАСТАВЛЯТЬ РАКЕЛЬ СТРАДАТЬ?
— Это не ко мне претензии, а ее мамочке. Которая в свое время не сделала правильный выбор. И в итоге сама поплатилась за это жизнью, погубила своего муженька и вот-вот отправит на небеса дочурку.
— Тебе уже никуда не деться! — восклицает Джеймс и бросает короткий взгляд на двух полицейских, что перекрыли собой проход, по которому они взобрались на крышу. — Отсюда тебя никто не выпустит, а к этому месту стягивается все больше полицейских.
— САЙМОН РИНГЕР НИКОГДА НЕ СДАЕТСЯ!
— Твоих дружков, наверное, уже давно упаковали и отправили в обезьянник, — предполагает Терренс. — А тебе врачи и медсестры приготовили место в психушке.
— Надеюсь, что когда-нибудь ты его займешь.
— Не выводи меня из себя, ублюдок. СДАВАЙСЯ ТЫ УЖЕ НАКОНЕЦ! И ОТПУСТИ РАКЕЛЬ!
— Я НЕ ОТДАМ ТЕБЕ ДЕВЧОНКУ! — Саймон, крепко схватив Ракель за волосы, резко подводит ее к краю крыши.
— НЕТ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО! — душераздирающе вскрикивает Ракель. — Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!
— Посмотри на всех этих людишек в последний раз, куколка, — говорит Саймон и поворачивает голову Ракель на всех, кто сейчас пытается ее спасти. — ПОСМОТРИ! И ПОПРОЩАЙСЯ С НИМИ!
— Я вовсе не плохая… — с жалостью во взгляде произносит Ракель и издает тихий всхлип. — Я не заслужила всего этого…
— Не бойся, моя сладкая, смерть будет мгновенной. При падении с такой высоты у тебя точно нет никаких шансов. Ты ничего не успеешь понять. Не успеешь почувствовать, как все твои кости разломаются на мелкие кусочки.