— Ну не знаю… — резко выдыхает Терренс. — Я слышал ее издалека и не был как-то впечатлен. Обычный голос, обычная песня…

— Хотя я не исключаю, что ее родители как-то влияют на моего отца, ибо они хорошо знают друг друга.

— Хочешь сказать, те люди платят ему за то, чтобы он продвигал ее?

— Не знаю, возможно. Папуля не говорит мне об этом.

— Да я бы ни за какие деньги не стал продвигать ее! — немного сухо заявляет Терренс. — У этой девчонки ужасный характер! Ничего не добилась, но ведет себя как пуп земли!

— Мне она тоже не очень нравится.

— Да? Но я видел, что ты хорошо с ней общалась!

— По крайней мере, со мной она ведет себя нормально. Марти не грубит мне, не оскорбляет и не унижает. Так что… Почему я должна оскорблять человека, который ничего мне не сделал?

— А ты с ней часто общаешься?

— Каждый раз, когда бываю в студии. Мы с ней не подруги, но охотно общаемся.

— Понятно…

— Но вот Питера и Даниэля она на дух не переносит. Парни постоянно рассказывают мне о ее бесконечных истериках на репетициях.

— Бедные ребята…

— Да они уже устали ссориться с ней из-за ее эгоизма. Но ничего не могу сделать.

— Да я уже понял, что между ними нет взаимной любви.

— Ой, да какая там любовь! Парни собачатся с ней как кошка с собакой.

— А она с самого начала себя так вела?

— К сожалению. Но если в начале она еще как-то держалась, то потом Марти резко изменилась и перестала скрывать то, что думает.

— Понятно… — Терренс на пару секунд переводит взгляд куда-то в сторону. — Ну ладно, думаю, я справлюсь. По крайней мере, те двое кажутся нормальными. Без всяких причуд.

— Согласна, они очень хорошие ребята, — с легкой улыбкой отвечает Рэйчел. — Ты быстро с ними подружишься.

— Было бы здорово.

— Я часто болтаю с ними о чем-нибудь, и они всегда очень милы ко мне.

— Я заметил, — слегка улыбается Терренс.

— Хотя надо признать, что Даниэль и Питер немного придурковаты. А еще они очень часто доставляют моему папе хлопоты: то сломают какую-нибудь гитару, то барабан испортят, то ведут себя очень шумно, не могут успокоиться и начать репетировать.

— Я понял.

— Но так-то эти парни безобидные. Подставлять тебя они точно не будут и всегда помогут, если ты нуждаешься в помощи. Можешь смело им доверять.

— Кстати, мне почему-то показалось, что твой отец не слишком любит их.

— Да нет, он нормально к ним относится. Просто иногда Роуз и Перкинс впадают в детство и успокаиваются только тогда, когда папа прикрикивает на них.

— А эти парни всегда хорошо ладили?

— Нет, поначалу они практически не разговаривали, хотя и прекрасно работали вместе.

— Правда?

— Да, общались только по делу.

— Вот как…

— Но потом мы с папой стали замечать, что они все чаще стали уходить из студии вместе и намного больше общаться во время перерывов.

— Значит, все-таки сблизились?

— Да. Уж не знаю, с чем это связано… Может, Питер и Даниэль просто, так сказать, присматривались друг к другу. Наблюдали… А когда пришло время, они начали часто тусоваться вместе и сумели подружиться.

— А у них бывали какие-то конфликты?

— Нет, насколько я знаю. С тех пор как они подружились, эти двое буквально не разлей вода. Считают себя лучшими друзьями.

— Здорово… — слегка улыбается Терренс.

— Дружба зародилась не сразу, но сейчас кажется, что ее ничто не сможет разрушить. Папа даже говорит, что они стали очень похожими друг на друга и могут часто сказать что-то одновременно.

— А они точно такие надежные, как ты считаешь?

— Да-да! Не беспокойся, Терренс. Уж они-то точно не подставят тебя. Это не Марти, которая иногда может специально что-нибудь сделать для того, чтобы папа отругал их.

— Да ладно?

— Иногда это происходит настолько часто и жестоко, что я даже вмешиваюсь, прося ее относиться к парням повежливее и уговаривая папу не ругать их и не выгонять из группы. Ведь они же хорошие ребята, хотя и немного придурковатые.

— В любом случае, я смогу справиться с этой девицей и вовремя поставить ее на место. Если она будет слишком много выпендриваться, то я ей объясню некоторые вещи.

— Самое лучшее, что я могу посоветовать, – это игнорировать ее. Марти это очень оскорбляет, ибо она хочет, чтобы на нее всегда обращали внимание. Даже если ее оскорбляют всеми возможными словами. А полный игнор для нее сравним с наказанием.

— Ну не знаю…

— Знаю, это будет непросто, ибо она запросто поднимет мертвого из могилы, но тем не менее.

— Думаю, я буду стараться так и поступать.

— Вот и правильно! Думай о своей карьере и о том, что тебе надо много работать.

— Ты права. — Терренс бросает Рэйчел легкую улыбку. — Спасибо огромное за совет, милая.

— Всегда пожалуйста.

— В очередной раз убеждаюсь в том, что ты – прелесть.

— Ты меня смущаешь, — широко улыбается Рэйчел.

— Говорю правду.

Какое-то время в воздухе царит пауза, а затем Рэйчел останавливает свой автомобиль на парковке, напротив которой расположено огромное стеклянное здание магазина одежды, и выключает мотор с легкой улыбкой на лице.

— Ну вот, мы уже приехали, — уверенно сообщает Рэйчел.

— Приехали? — округляет глаза Терренс. — В магазин одежды?

— Хочу прикупить себе кое-что красивое. Ну и заодно показать, какую примерно одежду ребята из группы надевают для выступлений.

— Хорошо, я согласен. Хотя ты прекрасно знаешь, что я не очень люблю ходить по магазинам.

— Да мы быстренько пробежимся! Я кое-что покажу тебе и куплю пару вещичек, а потом мы поедем еще куда-нибудь.

— Могу без проблем оплатить любую твою покупку.

— Да нет, спасибо. У меня есть деньги.

— Это не проблема. Я оплачу все твои покупки. Моя банковская карточка полностью в твоем распоряжении.

— Спасибо большое, Терренс. Это очень мило с твоей стороны, но я в состоянии побаловать себя.

— Я просто хочу сделать тебе приятное.

— Я знаю, милый.

— А я настаиваю! — восклицает Терренс.

— Ну ладно, уговорил! — скромно улыбается Рэйчел.

— Да и вообще, давай сегодня я буду сам за все платить. За твои покупки, за бензин, за еду в кафе… И все-все-все.

— Господи, какой же ты чудесный человек… Ну просто ангел!

— Да, только жаль, что не все его ценят.

— Ничего, скоро эти люди поймут, что потеряли.

— Ты права, дорогая, — широко улыбается Терренс и заправляет прядь волос Рэйчел за ухо. — Лучше буду тратить энергию на тех, кому я дорог.

— Вот это правильно! — Рэйчел мило целует Терренса в щеку. — Я буду спасать тебя от уныния и помогу тебе почувствовать себя Аполлоном.

— Покупай что только захочешь, — более низким голосом говорит Терренс. — Не думай о деньгах.

— Если ты вовремя меня не остановишь, то я могу скупить все. Ведь это мой самый любимый магазин. Я обожаю приезжать сюда на шоппинг и покупать новую одежду. Здесь столько всего интересного, что глаза разбегаются. Да, цены, конечно, кусаются, но благодаря папуле я могу вообще об этом не думать.

— Думаю, все девушки любят ходить по магазинам и что-то себе покупать, — скромно хихикает Терренс.

— Просто иногда бывают такие красивые вещи, что так и хочется купить их. Тем более, что папуля совсем не против и постоянно кладет деньги на мою банковскую карточку.

— Здорово, когда твои родители такие щедрые и не экономят на тебе.

— Нет, мой папочка считает, что у его дочурки должно быть все самое лучшее. Он скорее себе ничего не оставит, но отдаст все мне и будет счастлив.

— Надо же, какой у тебя хороший папа…

— Знаю. Многие мои подружки даже завидуют мне, ибо их отцы не такие потрясающие. Отец одной из них вообще не даст ей даже цент и скорее потратит его либо на себя, либо отдаст своей молодой любовнице.

— К сожалению, и такое и бывает…

Рэйчел кивает, еще несколько секунд сидит в машине и решает выходить.

— Ладно, пошли в магазин, — с ключами от машины в руках уверенно говорит Рэйчел.

С этими словами Рэйчел быстро выходит из машины и делает подзывающий жест, дабы поторопить Терренса, который о чем-то задумывается.

— Пошли, Терренс! — бодро восклицает Рэйчел. — Чего ты там сидишь!

— Э-э-э, да, прости, задумался ненадолго, — задумчиво отвечает Терренс и скромно улыбается. — Пошли.

Терренс быстро выходит из салона, закрыв за собой дверь, и следует за Рэйчел, которая сначала запирает автомобиль на замок, а затем подводит его поближе к магазину, в который заходит сначала девушка, а потом и мужчина.

Вот уже несколько дней он совсем не интересуется тем, что сейчас происходит с Ракель, и куда она ушла из дома некоторое время назад после крупной ссоры с ним. Он будто бы уже забыл про нее. Не вспоминает он и про Саймона Рингера, который уже долгое время никак не беспокоит его. На данный момент его интересует только своя карьера гитариста в группе и безупречная репутация, которая может оказаться под угрозой, если люди узнают о его омерзительном поведении. Он уже представляет себе то, как будет выступать на сцене вместе со своей группой, да еще и играть на совершенно новенькой потрясающей гитаре.

Можно сказать, сейчас для него карьера намного важнее его личной жизни. А чтобы обеспечить себе возможность построить ее, Терренс пользуется помощью Рэйчел, перед которой притворяется, что начинает потихоньку приглядываться и влюбляться в нее. Ради карьеры он готов пойти даже на этот обман. Ради начала новой жизни, в которой не будет места для той, что пока еще живет в его сердце. Хотя мужчина не исключает, что рано или поздно перестанет быть вынужденным притворяться.

МакКлайф уже начал приглядываться к Рэйчел и быть уверенным в том, что вполне смог бы полюбить эту милую девушку. Она ему совсем не противна, и он не чувствует никакого отвращения во время поцелуев, объятий и разговора. Ему очень легко общаться с ней. На фоне его бывшей девушки Рэйчел намного лучше во всем. И это подкупает его. Для Терренса все уже кончено между ним и Ракель, и он просто наслаждается жизнью и старается получить от нее как можно больше удовольствия, которого был лишен, когда жил со своей бывшей девушкой.

***

Саймон же продолжает планировать месть той, которую он так ненавидит. Уже несколько дней мужчина старается не показываться на глаза и отсиживается у себя дома, в небольшой комнатушке в общежитии. Пока что он прекратил слать угрозы в адрес Ракель и всех ее близких. Но это не значит, что больше не случится ничего плохого, ибо Саймон явно что-то замышляет и собирается начать действовать в самое ближайшее время…

— Все думают, что я исчез и прекратил преследовать их, — уставив свой взгляд в окно и одной рукой облокотившись об стенку, уверенно говорит Саймон. — Считают, что им ничто не угрожает. Решили, что можно вернуться к прежней жизни.

Саймон ехидно усмехается.

— Да, пока что я оставлю их в покое… — уверенно говорит Саймон. — Пусть эти люди поживут спокойной жизнью… Но очень скоро я сделаю то, о чем мечтаю уже на протяжении долгого времени. Скоро Ракель придется ответить за все, что она со мной сделала. За то, что по ее вине я пережил такой позор… За все мои страдания… Уж теперь никто не помешает уничтожить ее… Ничто…

Саймон с хитрой улыбкой и чувством гордости слегка приподнимает голову.

— Я уже сделал все, чтобы эта мерзавка осталась одна и не была никому нужна, — отмечает Саймон. — Друзья сторонятся ее, потому что думают, что у Ракель не все в порядке с головой. Одна из них вообще стала для нее предательницей. А ее бывший возлюбленный уже во всю крутит роман с другой красавицей… Совсем не похожей на его бывшую…

Саймон ехидно усмехается.

— Как сказал Ричард, они страстно целовались и обнимались у всех на виду… — вспоминает Саймон и тихонько цокает. — Ох, какой плохой Терренс МакКлайф… Изменяет своей бывшей девушке и совсем не стесняется этого…

Саймон качает головой.

— Но ничего, пусть народ узнает, что отношения одной из самых красивых пар в шоу-бизнесе были не такие уж идеальные, как казалось, — уверенно говорит Саймон. — Если они, конечно, все еще беспокоятся об этих людишках… Все поклонники точно отвернулись бы от них, если бы я рассказал всем, что Терренс – та еще психованная истеричка, да и Ракель такая же ненормальная… Но сейчас оно мне не надо… Ибо все мои мысли о моей главной цели… Я не хочу сворачивать в сторону. Сделаю это потом, когда эта девчонка будет уничтожена… Уж тогда я расскажу всем, что из себя представляет эта сладкая парочка.

Саймон хитро улыбается и тихонько смеется, с интересом наблюдая за тем, что находится за окном. А немного погодя он решает позвонить Ричарду, чтобы проверить, как у него идут дела. Мужчина берет с письменного столика мобильный телефон, набирает номер парня и ждет ответа на том конце провода.

— Алло… — спокойно произносит Ричард.

— Алло, Ричард! — восклицает Саймон. — Это Саймон беспокоит!

— Добрый день, Саймон! — гораздо бодрее здоровается Ричард.

— Надеюсь, я не очень отвлекаю тебя?

— Нет-нет, вы совсем мне не помешали! Я только что закончил жрать.

— Понятно… Как у нас там дела? Ты уже говорил со своими друзьями насчет нашего плана?

— Все отлично! Мои друзья готовы помочь нам, и я уже объяснил им ситуацию и то, что им нужно сделать.

— Отлично! — с хитрой улыбкой произносит Саймон. — Скажи им, что я щедро отблагодарю каждого, если они сделают все так, что я хочу.

— Не беспокойтесь, босс! Ради вас они готовы сделать что угодно. И меня эти парни не посмеют подвести.

— Это очень радует…

Саймон бросает короткий взгляд в сторону, поглаживая свой подбородок.

— Кстати, Саймон, а вы не хотите услышать кое-какие свежие новости про всеми обожаемого Терренса МакКлайфа? — с загадочной улыбкой интересуется Ричард.

— Про Терренса? — Саймон загадочно улыбается. — Неужели роман с той красавицей стремительно развивается?

— О, еще как! Пару часов назад я проходил мимо какого-то бутика одежды, а там стоял всем известный МакКлайф недалеко от шикарного красного кабриолета вместе с той самой блондиночкой.

— Надо же! Это кому же захотелось обновить свой гардероб, раз они стояли у магазина одежды?

— Наверное, МакКлайф захотел порадовать свою новую подружку и накупил ей кучу шмоток. Я видел, как он держал кучу огромных пакетов, а она прыгала от радости как коза. — Ричард ехидно усмехается. — Наверное, раскрутила его на кругленькую сумму, потому что пакеты были забиты до верху…

— М-м-м, значит, теперь он еще и начал покупать ей шмотки? — тихо усмехается Саймон.

— Наверняка они стоят кучу бабла. Я слышал, что тот магазин считается одним из самых дорогих у нас в городе. Только богатенькие могут что-то покупать в том месте, ибо цены там просто бешеные. Почку продам, да и то не хватит хотя бы на одну рубашку.

— Надо же, какой Терренс стал щедрый… — Саймон качает головой. — Ракель не сделал ни одного подарка, а ту блондиночку радует дорогими шмотками. Даже дешевый браслетик ей не купил.

— Вот Ракель бы пришла в ярость, если бы узнала, что МакКлайф крутит шашни не только с ее бывшей подружкой, — уверенно говорит Ричард.

— Я заставил ее помучиться. Не сказал, с кем он гулял. А длинноногой блондинкой может быть любая девчонка.

— Да уж…

— Вот что значит потерять голову от любви. Терренс с радостью осыпает свою любовницу подарками.

— О, да вы подождите, еще немного! Скоро та блондинка начнет клянчить у него украшения от Cartier или Tiffany & Co ., которые стоят бешеных денег. Говорят, они могут стоить почти что как загородный дом со всеми удобствами.

— Точно!

— Ну а что? Раз этот актеришка заработал бабла на съемках кино, то вполне может потратить любую сумму на настоящие ювелирные украшения.

— Черт, парень, откуда ты знаешь столько всего о модных и ювелирных брендах?

— А что еще остается делать, когда тебе часто попадаются модные журналы, в которых рассказывают обо всяких побрякушках. Тут поневоле запомнишь названия всех этих брендов…

— Что-то мне подсказывает, что очень скоро та блондиночка заставит МакКлайфа скупить все побрякушки за миллионы долларов, и он останется с пустыми карманами из-за желания еще больше влюбить в себя эту девчонку.

— Пф, да она и так втрескалась в него по уши! — тихо ухмыляется Ричард. — Вы бы видели, как она прыгала вокруг него! Заглядывала ему в глаза как собачка… Была готова едва ли раздеться ряди него. А этот мужик гордо шел рядом с ней с пакетами в руках. Нос задрал и буквально закатывал глаза, когда она что-то ему говорила.

— Наверное, эта красотка восхваляла его и постоянно делала комплименты. А то мужик совсем растерял всю свою уверенность, пока был в отношениях. Но видно, что расставание постепенно преображает его и заставляет снова стать таким же гордым петухом, каким он был ранее.

— Думаю, вы правы. Когда я видел его где-то пару недель назад, он и правда выглядел каким-то хмурым и не ходил, точно гордый павлин. Зато сейчас я начинаю узнавать того самого Терренса МакКлайфа, который смотрел на меня на фотографиях с публичных мероприятий.

— Ну вот видишь! Считай, что я сделал для него доброе дело и помог ему начать жить новой жизнью. А то мужик совсем что-то запустил себя. Зато сейчас в нем явно проснулось желание жить. И в этом ему помогает та прекрасная блондиночка.

— Будьте уверены, он точно скажет вам « спасибо » за то, что вы раскрыли ему глаза и заставили протрезветь.

— О да! — Саймон хитро улыбается. — И знаешь, хоть я и терпеть не могу этого бешеного придурка, у меня будет только самое лучшее мнение о его новой возможной избраннице. Которой будут завидовать все девчонки на свете. Девчонки, мечтавшие быть на ее месте.

— Да уж, тот еще Дон Жуан…

— Это точно… Строит из себя неотразимого красавца и шикарного любовника. Вот и девок и влечет к нему, как пчел – к меду. — Саймон тихонько усмехается. — Не зная, из какого теста он сделан на самом деле.

— Как всегда, вы абсолютно правы.

Улыбка Саймона становится намного шире, а в разговоре на пару секунд воцаряется пауза.

— Ну что ж, пока что меня все устраивает… — задумчиво говорит Саймон. — Продолжай в том же духе, парень! Делай все, что считаешь нужным. И не забывай, что ничто не должно нарушить мои планы.

— Не беспокойтесь, Саймон, все пройдет как по маслу, — уверенно отвечает Ричард. — Я сделаю все для того, чтобы наши планы ничто не смогло разрушить.

— Спасибо, Ричард! Я знал, что на тебя всегда можно положиться!

— Стараюсь.

— Мне нравится, что ты так предан мне и делаешь все, что я тебе говорю.

— Вы же правите балом – вот я и слушаю вас.

— Обещаю, что никогда не забуду этого и щедро отблагодарю тебя сразу после того, когда наша цель будет достигнута.

— Спасибо большое, Саймон. Для меня любая ваша награда будет бесценной.

— Приятно это слышать.

В разговоре на пару секунд снова наступает пауза, во время которой Саймон отходит от окна и поворачивается к нему спиной.

— Ладно, парень, спасибо, что сообщил мне последние новости, — с легкой улыбкой благодарит Саймон. — Если будет что-то еще интересное, обязательно звони.

— Конечно! — восклицает Ричард. — Обещаю зайти к вам на днях и подробнее рассказать о моем разговоре с друзьями.

— Буду с нетерпением ждать.

— До свидания, Саймон.

— Счастливо, Ричард.

Саймон заканчивает звонок и кладет свой телефон на столик, не скрывая своей радости по поводу того, что он постепенно вычеркивает все больше и больше пунктов из списка задач.

— Все идет по плану, — с хитрой улыбкой отмечает Саймон. — Я не вижу никаких причин беспокоиться. Очень скоро я наконец-то успокоюсь и осуществлю свою месть. Сделаю то, о чем уже давно мечтаю. То, что заслуживают мои обидчики. Точнее, моя обидчица. По имени Ракель Кэмерон. Очень скоро я приступлю к последнему делу в моем списке. Скоро она ответит мне за все… За все…

Саймон улыбается во все тридцать два гнилых, ужасных зуба и радостно потирает руки, с гордо поднятой головой думая о том, что он будет делать. А затем он со спокойной душой решает пойти и немного перекусить, поскольку понимает, что успел немного проголодаться.

***

На улице потихоньку начинает вечереть. Анна пригласила Наталию к себе домой, пока ее родители уехали на несколько дней по работе в другой город, а она предоставлена самой себе. И девушка не скрывает своей радости, поскольку ей становится все невыносимее мириться с лекциями, которые она слышит почти что каждый день.

— Кстати, а где твои родители? — интересуется Наталия, сидя на кровати вместе с Анной. — Они на работе?

— Они уехали в другой город на несколько дней, — с легкой улыбкой признается Анна. — По каким-то рабочим делам…

— Надо же! Так значит, что ты проведешь какое-то время одна?

— Да, несколько дней – точно!

— Ну… В таком случае теперь ты можешь спокойно встречаться со своим поклонником и даже приглашать его к себе домой.

— Да! — с широкой улыбкой восклицает Анна. — Я воспользуюсь моментом и приглашу к себе домой. Угощу чем-нибудь вкусным.

— М-м-м… Собираешься завоевывать любовь с помощью еды?

— Ты же знаешь, что я хорошо готовлю. А все парни, которых я когда-либо знала, любят вкусно поесть. И уверена, что мой красавчик – не исключение.

— Ну ты уж постарайся удивить его, чтобы уж точно не забыл.

— Обязательно. — Анна бросает короткий взгляд на слегка приоткрытое окно. — Кстати, я хочу воспользоваться моментом, пока мои родители уехали. И планирую уйти из дома раз и навсегда.

— Что? — широко распахивает глаза Наталия. — Уйти из дома?

— Если не сейчас, то никогда.

— Ты точно уверена, что хочешь этого?

— Да, Наталия, я уверена, что хочу этого, — уверенно говорит Анна.

— А если твои родители найдут тебя?

— Не найдут.

— Они запросто могут посадить тебя уже под настоящий домашний арест и выпускать из дома только лишь в сопровождении одного из них.

— Вот поэтому я и хочу избежать этого.

— Ты сделаешь себе хуже, если уйдешь.

— Нет, Наталия, я сделаю себе хуже, если ничего не сделаю, — уверенно заявляет Анна. — Родители сказали, что как только они вернутся в Нью-Йорк, то начнут всерьез заниматься подготовкой к моей свадьбе с тем, кем они хотят видеть меня.

— Правда?

— Да! Поэтому настало время собирать свои вещи и уходить.

— И ты не боишься?

— Нет, не боюсь. Я больше боюсь потерять свободу и шанс жить как мне хочется.

— Анна…

— Я больше не могу здесь находиться! Не могу терпеть то, что мои родители до сих пор думают, что я все еще ребенок, за которым надо следить. Жизнь которого надо постоянно контролировать. Я должна немедленно покончить с этим.

— Но куда ты пойдешь? — недоумевает Наталия. — Тебе ведь некуда идти!

— Об этом не беспокойся, подружка, — с легкой улыбкой отвечает Анна. — Мой поклонник уже предложил мне помощь.

— Но ты же сказала, что не хотела принимать ее!

— А теперь я решила согласиться на его предложение жить с ним в одном доме.

— И что же тебя сподвигло?

— Ну… — Анна загадочно улыбается. — Хотя бы тот факт, что мы начинаем переводить наши отношения на другой уровень.

— В смысле? — слегка хмурится Наталия.

— Недавно произошло кое-что удивительное…

— Что?

— Мы с тем парнем признались друг другу в любви и… — Анна улыбается намного шире. — Мы поцеловались …

— Да ты что! — широко раскрывает рот Наталия. — Вы поцеловались?

— Поцеловались… — уверенно кивает Анна.

— Господи, Анна… — Наталия качает головой. — Подружка…

— Я не шучу. Между нами произошел первый поцелуй.

— И как он тебе?

— О боже… — Анна мечтательно закатывает глаза. — Это было незабываемо! Если бы ты знала, как великолепно целуется тот парень!

— Правда?

— Еще никто не целовал меня так здорово… Никто не заставлял меня чувствовать себя так хорошо… Голова кружилась, ноги подкашивались, сердце вот-вот могло выпрыгнуть из груди…

— О боже, Анна… — широко улыбается Наталия.

— Ничто не может сравниться с тем, какой поцелуй подарил мне этот мужчина.

— Так! — Наталия с легкой улыбкой подгибает ноги под себя. — Ну-ка давай рассказывай, как все прошло! Я хочу знать все! Кто был инициатором? Как произошло признание в любви и всякое такое?

— Да ничего особенного… — скромно отвечает Анна. — Сначала мы просто гуляли в одном красивом местечке, а потом все так закрутилось и… Привело к тому, что он… Признался мне в том, что я ему нравлюсь.

— Ничего себе…

— И когда я пришла в себя и убедилась, что он не соврал, то и сама призналась ему в том, что он мне очень симпатичен. И потом все закончилось просто невероятным поцелуем, от которого я едва на ногах устояла.

— О боже, как это мило… — Наталия прикладывает обе руки к своим щекам и качает головой. — Господи…

— Правда, я сама предложила ему поцеловать меня.

— Ты предложила?

— Да, — кивает Анна. — Я уже давно мечтала о том, чтобы он поцеловал меня. И когда мы признались в симпатии друг к другу, я уже не могла больше терпеть.

— М-м-м, Сеймур, а ты, оказывается, далеко не скромная.

— Зачем мне скрывать свои желания, если я была уверена, что они могут стать реальностью?

— Как я рада… — Наталия с широкой улыбкой берет Анну за руки. — Что ж, значит, теперь я могу сказать, что у тебя есть высокий шанс начать встречаться со своим тайным воздыхателем?

— Можешь считать, что мы уже встречаемся… — со скромной улыбкой признается Анна.

— Да ладно? — громко удивляется Наталия.

— Да-да, ты не ослышалась. Спустя несколько дней после нашего первого поцелуя он предложил попробовать повстречаться и стать парой, а я с радостью согласилась.

— Ничего себе! Вот это радость!

— Так что, подружка, теперь у меня есть парень, — с гордо поднятой головой заявляет Анна. — Можешь поздравить меня.

— Господи, Анна, дорогая моя…

Наталия заключает Анну в свои крепкие объятия, на которые ты с удовольствием отвечает, а через пару секунд отстраняется от нее.

— Поздравляю тебя, милая, — с широкой улыбкой поздравляет Наталия. — Ты все-таки дождалась своего принца!

— О да, все-таки принц нашел меня, — задумчиво отмечает Анна. — Сказки могут становиться реальностью. Хотя мне столько раз говорили забыть о них и перестать мечтать.

— И правильно делала, что не слушала! Потому что у тебя теперь есть парень!

— А-а-а-а, — радостно вопит Анна. — Ты себе не представляешь, как я сейчас счастлива…

— Да, а почему ты раньше не сказала, что вы поцеловались и начали встречаться? Я бы порадовалась вместе с тобой! А ты, партизанка, молчишь!

— Просто пыталась принять все это и понять, что я нахожусь в реальности, а не во сне. Однако теперь ты знаешь, что я встречаюсь с самым лучшим мужчиной на свете. Который просто великолепно целуется!

— Я так рада за тебя.

— Поэтому я просто не могу отказаться жить с ним. Если не воспользуюсь шансом, то могу навсегда потерять этого человека. А я совсем этого не хочу.

— Слушай, а твой парень не против, чтобы ты жила в его доме? Ты же ведь не сама напросилась на это?

— Нет-нет, ты что! Я даже и не думала просить его о помощи. Он сам предложил мне переехать к нему после того как я рассказала ему о своей проблеме.

— Вот как…

— А у него как раз есть свой собственный дом. Правда он бывает там редко, поскольку очень много работает.

— А он живет один?

— Один. К тому же, у него нет никого из семьи.

— Что, вообще нет?

— Мой парень сказал, что его родители погибли много лет назад. И у него больше никого не осталось.

— Надо же…

— Так что если я буду жить в его доме, то никто не будет косо на меня смотреть. Он сказал, что я могу хозяйничать в его доме и делать все, что считаю нужным.

— Ух ты, неужели этот парень реально вошел в твое положение и готов помочь?

— Он долго уговаривал меня переехать к нему, но я все время отказывалась. Говорила, что не хочу быть обузой и мешаться. Но тот парень уверял меня, что я не помешаю ему и смогу жить там сколько угодно.

— И ты уже точно согласна переехать к нему?

— Да, но он пока еще не знает. Когда ты уйдешь, я собираюсь позвонить ему и сказать, что согласна жить в его доме.

— И когда ты собираешься уйти отсюда?

— Пока не знаю. Но постараюсь не тянуть с этим.

— Что ж, поступай как хочешь, — пожимает плечами Наталия. — Ты же знаешь, что я тебя поддержу в любом случае. Тем более, что ты будешь жить со своим парнем, а не с кем-то посторонним…

— Мое сердце подсказывает мне, что я все делаю правильно.

— Если тебе понадобится помощь, то можешь обратиться ко мне. Вместе мы что-нибудь придумаем и разрешим твою проблему.

— Спасибо, подружка, — с широкой улыбкой приобнимает Наталию одной рукой Анна. — Я знаю, что всегда смогу на тебя рассчитывать.

— Иначе и быть не может.

В воздухе на несколько секунд воцаряется тишина, а затем Анна неуверенно смотрит на Наталию с грустью во взгляде.

— Кстати, а ты слышала что-нибудь о Ракель? — неуверенно спрашивает Анна. — Что у нее нового? Что сейчас происходит в ее жизни?

— С Ракель? — переспрашивает Наталия. — Э-э-э… Ну знаю только то, что она ушла из дома Терренса и куда-то без вести пропала.

— Да ладно?

— Он сам сказал мне об этом.

— И куда же она пошла?

— Кто его знает! Кэмерон уже несколько дней нигде не появляется и не выходит ни с кем на связь. Никто не знает, где сейчас находится эта девушка.

— А он не пытался найти ее?

— После их ссоры? Не думаю!

— Думаешь, они настолько серьезно поругались, раз она в тот же день ушла из дома и сейчас скрывается ото всех, как какая-то преступница?

— Не знаю, подруга… — тихо вздыхает Наталия. — Терренс не рассказывал подробности той ссоры. Он сказал только то, что Ракель ушла почти сразу после того как они поссорились. И все – больше ничего.

— Вот как… — Анна слегка хмурится и на пару секунд задумывается. — Как-то странно все это… Их отношения в последние несколько дней были довольно напряженными, но Ракель ушла только тогда, когда дело дошло до ссоры. Тебе не кажется, что здесь что-то не так?

— Не знаю… — качает головой Наталия и переводит взгляд на свои руки. — Честно говоря, мне не очень интересно, что у них происходит. Это их личное дело, а нас с тобой это не должно касаться.

— Ну не знаю, мне интересно узнать, что произошло.

— Не думай об этом. Пусть Терренс сам разбирается с этой истеричкой, которую погубила ее модельная карьера.

— Ты все еще думаешь, что это правда? — слегка хмурится Анна. — Думаешь, все слова Саймона правдивы?

— Ты бы убедилась в этом, если была свидетелем нашей с ней ссоры… — более низким голосом говорит Наталия. — Она реально вела себя, как больная истеричка. Эта дура чуть не выдрала мне все волосы и едва не наставила мне синяков. Знаешь, как у меня все болело после того как она « немного побила меня » в порыве злости!

— Ракель, конечно, поступила некрасиво, но почему-то я не думаю, что она хотела этого…

— Она не хотела? — Наталия тихо усмехается. — Ты серьезно, Сеймур?

— Она была одержима злостью, а ее нервы были на пределе из-за ситуации с Саймоном. Думаю, любой бы в ее положении немного слетел с катушек…

— Не знаю, была ли одержима или нет, но я не хочу с ней общаться… — холодно заявляет Наталия.

— Вообще не хочешь?

— Нет, мне не нужна такая подруга, как она.

— Господи, неужели ты навсегда разорвешь вашу долгую дружбу из-за того, что тот подонок Саймон оклеветал тебя в ее глазах? — с грустью во взгляде недоумевает Анна.

— Раз Кэмерон не ценила все, что я для нее сделала, то ради бога. Я никогда не заставляла ее дружить со мной.

— Но вы же были подругами с самого детства!

— Я и правда дружила с маленькой милой девочкой Ракель. С той скромной, доброй и преданной девочкой, которая еще не была одержима карьерой. Не была эгоисткой. Любила тех, кто ей дорог. Эту девочку я любила и считала дорогой себе.

— Уверена, что она и сейчас такая же. Просто Рингер здорово запудрил ей мозги.

— Сейчас я до смерти хочу выцарапать глаза той истеричной стерве, с которой недавно имела дело.

— Наталия…

— Прежняя Ракель вряд ли когда-нибудь вернется к нам. А нынешняя ведет себя как тварь. Кроме того, я скажу больше: она заслужила все, что с ней происходит.

— Нет, не говори так.

— Может, это послужит для нее хорошим уроком. И она будет выть в подушку, когда рядом с ней не останется никого. Когда всем ее близким будет чихать на ее чувства, эмоции и проблемы.

— И ты даже не хочешь просто поговорить с ней?

— Нет, не хочу!

— Да, думаю, сейчас тебе и правда не стоит пытаться говорить с ней, ибо от этого будет только хуже. Но попробуй сделать это после того как ситуация наладится. Саймон не будет вечно ей угрожать.

— Ни сейчас, ни потом, ни когда-либо! — резко бросает Наталия. — Я вычеркнула эту девушку из своей жизни! Она мне больше не подруга!

— А если она сама захочет поговорить с тобой?

— Сомневаюсь, что у нее проснется совесть. Кэмерон ведь считает, что я якобы хочу мстить ей за то, что она успешнее меня…

— Мы все знаем, что это не так.

— Да еще посмела подумать, что я кручу роман с Терренсом… С человеком, который всегда был для меня только лишь другом. Я восхищаюсь им исключительно как актером.

— Я знаю, милая.

— Я никогда и не думала влюбляться в него и красть его у Кэмерон, даже если считаю этого парня очень милым и красивым.

— Подожди немного, Наталия, — с жалостью во взгляде говорит Анна, гладя Наталию по руке. — Пусть она немного успокоится. Когда все это закончится, Ракель начнет приходить в себя и жалеть обо всем, что наговорила тебе.

— Сомневаюсь…

— Дай ей время немного перебеситься и покончить с Саймоном. Уверена, что после этого все наладится, и она захочет попытаться вернуть все то, что потеряла.

— В любом случае я не собираюсь прощать ее. Что бы она ни сказала.

— И ты успеешь немного успокоиться. Сейчас ты не готова говорить с ней и не должна даже попадаться ей на глаза.

— Нет, Анна, я не хочу дружить с ней. Не хочу ничего знать об этой истеричке.

— Пожалуйста, Наталия…

— Если кто-то ей поверит и просит ее – пожалуйста. Ради бога. Я не могу заставлять всех отворачиваться от нее. Однако я даже и слышать не хочу об этой психованной стерве, которая сама виновата во всем, что с ней происходит.

— Но…

— Роман с Терренсом уж точно был закончен по ее вине. Любила бы она парня по-настоящему и не выбирала карьеру – все было бы хорошо. Но Кэмерон воспользовалась им. Воспользовалась им, чтобы заставить всех отстать от нее с отношениями и замужеством.

— Ну… В этом ты, конечно, права, не могу поспорить… — Анна тихо вздыхает. — И знаешь, честно говоря, смотря на них, мне всегда казалось, что между ними что-то не то… Вроде у них горели глаза, да и притяжение было. Но не было чего-то очень важного.

— Да оно и к лучшему, что они расстались, — хмуро говорит Наталия. — Терренсу нужна другая девушка, а не озабоченная своим добрым именем и карьерой идиотка, которая согласилась встречаться с ним без любви, чтобы мистер Кэмерон и Алисия больше не доставали ее с созданием семьи.

— Мне кажется, она была так сильно одержима своей работой, потому что не любила его по-настоящему. Ведь когда мы любим, то всегда готовы принести какую-то жертву. Вот если бы Ракель перестала быть фанатично зависимой от работы, я бы поверила, что она чувствует к Терренсу хоть что-то. Но поскольку за все эти несколько месяцев она ничего для него не сделала, то я не верю в ее любовь.

— Да она и не скрывает, что не любит его. МакКлайф сказал, что эта идиотка откровенно призналась ему в этом.

— Тогда все понятно.