Питер пулей вылетает из здания и вскоре оказывается на улице. А затем он резко выдыхает и осматривается вокруг себя, видя людей абсолютно разных возрастов, которые спешат по своим делам и не обращают никакого внимания друг на друга. Если они все куда-то торопятся, то вот блондину сейчас спешить не надо, ибо на сегодня репетиция закончена. По крайней мере, для него абсолютно точно. А немного успокоившись после скандала с Марти, какое-то время постояв рядом со входом в студию и подышав свежим воздухом, Питер решает уйти отсюда и по дороге подумать над тем, как бы ему провести этот день. Толком не определившись с планом, мужчина медленным шагом отходит подальше от высокого здания и просто начинает идти по прямой, скрестив руки на груди и время от времени бросая взгляды в разные стороны.

Однако Питеру не удается уйти слишком далеко от студии, потому что вскоре здание покидает и Даниэль, выскочивший из него быстрее пули и начавший осматриваться вокруг себя. А как только брюнет видит уходящего блондина, то быстром шагом подходит к нему, пока тот о чем-то задумывается. Впрочем, Роузу не удается слишком глубоко погрузиться в свои мысли, ибо его только что подбежавший приятель несильно хлопает блондина по плечу со словами:

— Эй, Питер!

Услышав, как его зовут, Питер переводит свой немного хмурый взгляд на Даниэля.

— Тоже свалил? — интересуется Питер.

— Если бы я остался там еще на какое-то время, то точно что-нибудь сделал с этой капризной мадам, — хмуро отвечает Даниэль. — Ну или она бы грохнула меня со злости.

— Скорее, мы скоро прикончим ее…

— Сегодня она как будто была еще злее обычного. И уж точно смогла бы вывести из себя даже самого безмятежного человека.

— Ох, еще парочка таких истерик от этой стервы – и я точно прибью ее или придушу своими собственными руками.

— Согласен, если до этого она еще была терпимая, то сейчас, что называется, у нее прорвало дамбу.

— Вот до чего додумалась – назвать меня геем!

— Да не обращай внимания! Пэтч просто уже не знает, как нас задолбать. Вот и несет всякую пургу!

— Она стала еще более невыносимой! Мало того, что у нее омерзительный характер и бесконечный ПМС, так Пэтч еще будет бить копытом из-за того, что Альберт нашел нам нового гитариста.

— Да уж, — соглашается Даниэль. — Новенький еще даже ничего не сыграл, а она уже начала говорить, что он бездарен.

— Просто наша несравненная Марти хочет одна быть звездой. Однако ей опять не дают шанс избавиться от нужды петь в группе с еще « двумя бездарями », как она обожает выражаться.

— Я не думаю, что Альберт позволит ей стать сольной артисткой. Ему почему-то не нравится идея развивать ее сольную карьеру. Он хочет, чтобы она была именно в группе. А Марти это прекрасно понимает и поэтому злится.

— А я тебе скажу, почему: да потому что вся команда работников устала бы от ее заоблачных запросов и истерик и кинула бы эту принцессу голубых кровей после первого же дня работы. Не у каждого человека настолько сильная психика, чтобы терпеть ее выходки.

— Однако мы как-то справляемся. Пусть даже с горем пополам.

— Потому что нам нужны деньги – вот и стискиваем зубы и терпим эту стерву. А таких хороших денег нам больше нигде не будут платить. В том же магазине нам бы платили гроши, на которые в лучшем случае можно было бы только пожрать купить. А так мы хоть можем немного разгуляться.

— Это единственное, что заставляет меня терпеть все это и продолжать работать с этой группой, из которой, если честно, я бы уже давно свалил, если бы мне предложили более хороший способ получать неплохие деньги.

— А я чувствую, что еще одна такая истерика от мисс Пэтч – и мне придется оставить эту группу и искать себе другую работу. Потому что работать с такой особой становится все сложнее и сложнее.

— Да уж, наверняка, будет доставаться и нашему новому гитаристу, которого нашел Альберт, — немного почесав ладонь, задумчиво говорит Даниэль. — Помня, как « любезно » она встретила его.

— Точняк! Этот мужик вряд ли понимает, в какое дерьмо он только что вляпался.

— Однако мне кажется, что он сумеет держать оборону. Этот парень не смутился, когда Марти начала проявлять свое презрение.

— Ты прав.

— Этот явно не из тех, кого легко обидеть.

— В любом случае он показался мне нормальным человеком, — признается Даниэль. — К тому же, этот Терренс, если я не ошибаюсь с его именем, настроен очень дружелюбно и был вежлив с нами. Кто знает, может, мы сможем найти общий язык и подружиться с ним.

— Было круто… — слегка улыбается Питер. — Хоть наш предыдущий гитарист и был дружелюбен с нами, все равно у него были какие-то странности, и он не слишком-то и стремился общаться с нами тогда, когда у нас не было репетиций и выступлений.

— Я более, чем уверен, что новенький окажется вполне себе нормальным мужиком.

— Посмотрим, Даниэль, посмотрим…

Даниэль и Питер замолкают несколько секунд, продолжая вместе куда-то идти по оживленной улице и бросая взгляд на то, что происходит вокруг них: люди куда-то спешат с пакетами, чемоданами и телефонами в руках, а автобусы, машины и прочие транспортные средства не перестают двигаться в определенном направлении. А затем разговор снова продолжается, и первым его начинает Перкинс, который перед этим бросает взгляд на часы, что надеты у него на левой руке и вместе с Роузом останавливается и отходит в сторону, дабы не мешать другим продолжать идти.

— Ну что ж… — задумчиво произносит Даниэль. — Раз уж у нас появилось немного свободного времени, то надо этим воспользоваться и оторваться как следует, хотя бы ненадолго забыв про эту истеричку Марти, про Альберта и все, что касается группы.

— Я как раз сейчас думаю над тем, где бы мне провести время, — почесывая затылок и бросив взгляд в сторону, отвечает Питер. — Домой идти я не хочу, ибо мне там делать нечего. Да и валяться на кровати и плеваться в потолок мне тоже не охота.

— Есть идеи?

— Не знаю… Может, заскочить домой, взять ролики и покататься по городу?

— Ролики? М-м-м… Неплохая идея!

— Мы бы показали всем мастер-класс. Помогли бы кому-нибудь научиться лучше кататься.

— Это точно… — хитро улыбается Даниэль. — Мы ведь оба отлично катаемся на роликах и коньках.

— Неплохая физическая нагрузка и способ расслабиться.

— Эй, а еще у меня есть предложение сгонять на какой-нибудь матч по баскетболу или футболу.

— Или хоккею.

— Говорят, в этом месяце будет очень много матчей. Да, многие из них будут товарищескими, но есть и те, на которые приедут именитые звезды.

— А если билетов уже нет?

— Ну тогда можно просто завалиться в какой-нибудь спорт-бар и со стаканом пивка посмотреть футбольный матч, бокс или бои без правил. А может, где-то покажут хотя бы один матч НХЛ.

— Ну лично я бы сходил на какую-нибудь игру. Понаблюдал за поединком боев без правил. Ну или же просто сгонял на какой-нибудь концерт уличной группы…

— Так вперед! Сейчас прошвырнемся по городу и узнаем, где что запланировано. Может, повезет, и мы оторвемся.

— Да, только вот я думал, что у тебя на сегодня запланирована свиданка с твоей девушкой.

— К сожалению, сегодня моя девушка немного занята и не сможет никуда сходить. К тому же, мы уже вчера на свидание ходили и классно провели время.

— Будь твоя воля, ты бы бегал с ней на свидания хоть каждый день, — по-доброму хихикает Питер.

— А знаешь, Пит, я бы был не прочь, — загадочно улыбается Даниэль. — Мне с ней реально комфортно. И я очень рад, что она всегда поддерживает меня и хотя бы на время заставляет забыть о том, что происходит с группой почти каждый чертов день.

— Я это понял гораздо раньше тебя, чувак, когда ты не мог понять, почему же тебе так кайфово. Судя по твоей довольной роже, которая у тебя появляется каждый раз, когда ты сбегаешь на свидание с этой девушкой, и по тому, что ты улыбаешься, как дебил при любом ее упоминании.

— О, блондин, я посмотрю, какая рожа будет у тебя, когда ты встретишь какую-нибудь красотку и замутишь с ней.

— Вряд ли это случится в ближайшее время.

— Почему нет? Сгонял бы в какой-нибудь клуб или танцзал! Вдруг тебе повезет, и ты подцепишь там какую-нибудь потрясающую девчонку.

— Ох, если бы у меня было время шляться по всем этим клубам… — устало выдыхает Питер.

— А что такого?

— Учитывая, что из-за участия в группе у нас все расписано по минутам, а полноценный выходной у нас бывает лишь раз-два в месяц, я точно не смог бы сходить куда-нибудь просто выпить стаканчик крепкого спиртного, ибо мне нужен будет еще один свободный день, чтобы как следует выспаться после бессонной ночи в клубе.

— Однако я все равно советую тебе как-нибудь заглянуть туда и попробовать с кем-то познакомиться. — Даниэль по-доброму усмехается. — А то так и останешься, как бы сказали про одинокую женщину, старой девой.

— О, черт, заткнись, Перкинс…

— Девчонки не придут к тебе домой, Роуз. Надо давать им знать о себе. Давать понять, что есть на свете такой парень, как ты.

— Ты неисправим , чувак.

Питер разворачивается и снова продолжает куда-то идти, а Даниэль тут же увязывается за ним.

— Вот посмотри, какая удача подвернулась мне, — бодро говорит Даниэль. — Я встречаюсь с самой лучшей девушкой на свете и очень счастлив, что рядом со мной есть та, кто всегда меня поддерживает.

— И я очень рад за тебя, — бросает легкую улыбку Питер.

— Да я вообще считаю себя редкостным счастливчиком в этом плане, ибо мне реально крупно повезло встретить девушку своей мечты. Лучше нее у меня еще никого не было.

Слушая то, с какой гордостью Даниэль хвастается тем, что у него есть девушка, Питер начинает немного грустить и нервничать, на секунду отведя взгляд в сторону и явно подумав о чем-то не очень приятном. Однако блондин ничего не говорит о том, что он чувствует на самом деле, и снова широко улыбается после того как его приятель заканчивает говорить, все еще продолжая идти куда-то по прямой.

— И всего-то надо было просто немного пострелять глазками, — тихонько хихикает Питер. — Спорю, что она полюбила тебя именно из-за этого. Девочка просто не смогла устоять перед их чарами.

— Ну да, не отрицаю, что мой взгляд очень даже чарующий, — хитро улыбается Даниэль, слегка встряхнув головой, дабы убрать прядь волос с глаз. — Все девчонки, которых я знал, говорили, что больше всего во мне им нравятся мои глаза.

— Ну да, чем еще хвастаться. С физической формой у тебя сложные отношения. Конечно, все еще можно исправить, но на это уйдет куча времени.

— Верно. Ну а ты можешь действовать сейчас.

— Чего?

— Приведи свою блондинистую шевелюру в порядок и начни покорять девичьи сердца. Ну… И мускулами своими мощными поиграй…

— О, Перкинс…

— Уверяю тебя, девчонки начнут штабелями укладываться возле твоих ног, если узнают о твоем существовании. Еще будут драться за возможность встречаться с тобой.

— Ах, шоколадная башка… — слегка улыбается Питер. — Мне, конечно, очень приятно, что ты так беспокоишься о моей личной жизни и стараешься сделать так, чтобы я тоже начал с кем-то встречаться. Однако я уже говорил, что пока что не хочу ни с кем встречаться, ибо у меня слишком много забот.

— Ой, да я тоже так думал до встречи со своей красавицей! — с тихой ухмылкой машет рукой Даниэль. — Однако участие в группе и недостаток свободного времени не мешают мне встречаться с девушкой. Да и на себя у меня остается куча времени. Так что я не вижу никакой проблемы в том, что мы работаем в группе.

— Ты же знаешь, что девушки требуют к тебе постоянного внимания.

— Хорошие девушки должны понимать, что ты не можешь находиться с ними двадцать четыре часа в сутки. В настоящей любви нет места эгоизму. Тот, кто искренне любит, прекрасно понимает, как важно давать человеку личное пространство, и не заставляет его быть рядом часами напролет.

— В любом случае без внимания она быстро заскучает и найдет себе другого.

— Ты что, боишься встречаться с девушкой?

— Почему это я боюсь?

— Ты ведешь себя как еще никем не тронутый девственник. Как будто ты никогда не встречался и не спал с девушками. Или вообще ни разу с ними не общался и понятия не имеешь, как себя вести.

— Не беспокойся, Даниэль, у меня достаточно опыта в общении с девушками, — уверенно отвечает Питер. — И да, я вовсе не девственник, если тебя это так волнует.

— Да? Но ведешь себя как будто ты у нас еще невинный мальчик.

— Вовсе нет.

— Ну вот и прекрасно! А значит, опыт в общении с девочками есть.

— Конечно, есть! — по-доброму ухмыляется Питер.

— Не беспокойся, друг мой, если тебе будет нужен маленький совет о том, как заполучить любую девчонку и заставить ее смотреть тебе в глаза, то я всегда к твоим услугам, — с гордо поднятой головой дает понять Даниэль.

— Да что ты!

— Да-да, я знаю все о соблазнении девушки и с радостью помогу тебе завоевать любую понравившуюся красотку.

— Ох, молчи уже, эксперт в любовных делах, — скромно хихикает Питер, сжав руку в кулак и легонько ударив Даниэля в предплечье.

— Дядюшка Дэн всему тебя научит! — Даниэль хлопает Питера по плечу. — Очень скоро, благодаря такому потрясающему учителю, как я, ты превратишься из неопытного девственника, который не знает, как целоваться и трогать девушку, в искусного соблазнителя, способный подчинить себе любую девчонку.

— Что-то ты сегодня слишком громкий и веселый, Перкинс, — с тихой усмешкой качает головой Питер.

— Правда?

— Да! Конечно, ты всегда очень шумный. И иногда у меня начинает болеть голова из-за тебя. Но сегодня ты почему-то особенно громкий. И определенно сделал бы какую-то безумную выходку, если бы кругом не было людей.

— Просто я очень счастлив – вот и причина моего охрененного настроения, — широко улыбается Даниэль. — Которое не может испортить даже наша « любимая » истеричка Марти.

— Угомонись, Дэн… — бросает осуждающий взгляд Питер. — Хочешь, чтобы люди подумали, что ты – идиот? Идешь едва ли не вприпрыжку и размахиваешь руками как дебил!

— Да ладно тебе, блондин! Вокруг не так уж и много людей. А если они и есть, то им нет никакого дела до нас.

— Веди себя скромнее. А то мне стыдно за тебя.

— Слышь, а я смотрю, ты что-то стал совсем хмурый…

— Я хмурый?

— Да!

— Нет, я не хмурый!

— Еще какой хмурый!

— Неправда!

— Ладно, чувак, не беспокойся! Я знаю , как это исправить и непременно подниму тебе настроение.

— Да? Ну и как же ты собираешься развлекать меня?

— Мы идем тусоваться в компании друг друга! — бодро восклицает Даниэль, находясь в приподнятом настроении и активно размахивая руками, и на ходу по-дружески приобнимает Питера. — Проводить классное время! Спасать тебя от скуки и уныния!

Скромно хихикая, Даниэль немного портит Питеру прическу, пока тот по-доброму ухмыляется.

— Ну ладно-ладно… — тараторит Питер, отстраняется от Даниэля и немного поправляет волосы. — Угомонись уже! Раз уж ты сегодня свободен, то я с радостью принимаю тебя в свою компанию.

— Пф, даже если бы ты не принял, я бы все равно увязался за тобой, — уверенно заявляет Даниэль. — Насильно заставил бы тебя оторваться по полной. И перестать быть таким хмурым.

— Знаю, ты – та еще оторва!

— И да, надо будет еще обсудить план тусовки на твой день рождения.

— А тебе бы только потусоваться где-нибудь! — по-доброму усмехается Питер. — Ты каждый год с нетерпением ждешь чьих-то дней рождения!

— Да, жду! Особенно если это день рождения моего лучшего друга!

— О, Дэн, ты невыносим…

— Ну ладно, чувак, расскажи хотя бы примерный план празднования своего двадцатипятилетия.

— Примерный план? Окей! Огромная тарелка со жратвой, куча пива и просмотр какого-нибудь крутого фильма. Ну… — Питер призадумывается на пару секунд. — Можно воткнуть одну свечу в какой-нибудь пирог, загадать желание и задуть ее.

— Пф, и все? — с широко распахнутыми глазами ухмыляется Даниэль. — Нет, белобрысый, так дело не пойдет!

— Чего?

— Если уж отмечать день рождения, то только с размахом! Тем более, что двадцать пять лет – это первый юбилей! Ты ведь уже прожил… Э-э-э… Какую-то там часть века.

— Четверть века.

— Да какая разница! Не это главное! Главное то, что я уже знаю, как помочь тебе классно провести такой знаменательный день.

— Да? — Питер резко выдыхает. — Что ж, приятель… Я тебе доверяю . Раз у тебя есть идея, то я поручаю тебе подготовку к моему рождению.

— Вот и прекрасно! — с широкой улыбкой хлопает в ладони Даниэль. — Я умею устраивать по-настоящему крутые вечеринки!

— Надеюсь, я не захочу прибить тебя после твоих выкрутасов. Ибо тебе в голову может прийти все что угодно.

— Не волнуйся, Питер! — Даниэль хлопает Питера по плечу. — Обещаю, что ты будешь вспоминать тот день еще много лет. И, несомненно, поблагодаришь меня за такой шикарный праздник.

— Ну вот и посмотрим, какой из тебя организатор праздников.

Даниэль и Питер сначала скромно хихикают, а потом, продолжая куда-то идти, начинают обсуждать план времяпрепровождения на сегодня. Парни собираются как следуют развлечься где-нибудь в компании друг друга и забыть не только о том, о чем в глубине души, возможно, беспокоится блондин, но еще и о том, как сильно их утомляют и раздражают постоянные стычки с солисткой группы, в которой они играют.

***

Тем временем Терренс и Рэйчел уже едут куда-то на машине девушки по свободной дороге и обсуждают встречу мужчины с участниками группы, в которой он будет играть. А чтобы им не было скучно проводить время в полной тишине, они решают включить радио на минимальную громкость и выбирают одну из радиостанций, когда слышат свою любимую песню.

— Ну что, Терренс, как тебе мой отец? — ни на секунду спуская глаз с дороги и ведя машину, интересуется Рэйчел.

— Он хороший человек, — с легкой улыбкой отвечает Терренс. — Хотя на первый вид мистер Сандерсон кажется немного суровым человеком.

— Нет, мой папочка совсем не ужасный, а очень добрый и понимающий. Конечно, иногда ему приходиться быть строгим с теми, с кем он работает. Но так этот человек очень хорошо ко всем относится. И внимательно следит за тем, чтобы к артистам его лейбла относились с уважением и заботой.

— Надо же… Владелец лейбла так беспокоится о своих артистах…

— А как же иначе! Он в ответе за тех, кто решил с ним работать. Папуля лично за всем следит и не оставляет никакие жалобы ребят без внимания. Со всем разбирается и вставляет люлей тем, кто этого заслуживает.

— Разбирается со всеми, кто тебя обижает?

— Несомненно! Папуля всем сердцем обожает меня! Так же, как и я безумно люблю его. Тем более, что после смерти мамы он остался моим единственным близким человеком.

— А как же друзья?

— Да, у меня много друзей. Но с папулей я гораздо ближе. Я знаю, что он никогда не посоветует мне плохого и всегда будет готов выслушать и утешить, даже если у него совсем нет времени.

— То же самое я могу сказать и о своей матери… — с легкой улыбкой задумчиво признается Терренс. — Я считаю ее своим самым близким человеком. Именно ей удается найти способ подобраться ко мне достаточно близко… А еще у нее просто отменная способность все читать по взгляду и понимать, когда я ей вру или чего-то недоговариваю. Так что… Даже если бы я хотел что-то скрыть, она все равно вытянет из меня всю правду.

— Кстати, я что-то очень плохо помню миссис МакКлайф. Такое чувство, будто я не видела ее сто лет… Хотя помню, что она была очень доброй и заботливой женщиной.

— Она и сейчас такая же. Да, иногда мама проявляет строгость и может прикрикнуть, но так эта женщина очень добрая и милая.

— Повезло тебе с ней.

— Эй, а ты не хочешь как-нибудь съездить к ней в гости? Может, она тоже вспомнит о тебе, когда вы встретитесь. Уверен, что моя мама будет очень рада повидаться с тобой.

— Ты думаешь, она и правда примет меня хорошо? — немного неуверенно спрашивает Рэйчел.

— Что за вопросы, Рэйчел! Конечно, она примет тебя! Мама ведь хорошо к тебе относилась, когда ты приходила к нам домой, будучи подростком.

— Нет… Я просто… — Рэйчел слегка прикусывает губу и меняет скорость с помощью коробки передач. — Э-э-э…

— Все в порядке? — слегка хмурится Терренс.

— Скажи, а она уже знает о твоем расставании с девушкой?

— Да, я разговаривал с ней несколько дней назад и сообщил ей, что мы с Кэмерон расстались, — без эмоций отвечает Терренс.

— И она расстроилась?

— Да, ее это огорчило… Ведь она полюбила мою бывшую девушку после первой же встречи. Моя мама хорошо с ней поладила и одобрила мой выбор.

— Неужели миссис МакКлайф не увидела, что эта девушка на самом деле из себя представляет?

— Увы, не увидела. Но когда я рассказал ей, как Ракель на самом деле обращалась со мной, то она решила, что нам и правда лучше разойтись. Мол, если она не любит меня, и я охладел к ней, то нет никакого смысла вместе.

— А она не знала, что происходило на самом деле?

— Никто не знал. Все думали, что у нас идеальные отношения. Что мы – пример для подражания. Никто не знал, что происходило за закрытыми дверями.

— Слушай, Терренс…

Рэйчел с грустью во взгляде меняет скорость с помощью коробки передач.

— А как ты считаешь, не подумает ли миссис МакКлайф, что это я разрушила твои отношения? — немного неуверенно спрашивает Рэйчел. — Что если твоя мать начнет презирать меня за то, что я якобы увела тебя у твоей бывшей девушки?

— Нет, милая, что ты такое говоришь! — скромно улыбается Терренс, нежно погладив Рэйчел по щеке и видя, как на ее лице проскальзывает легкая улыбка. — Мама уж точно не подумает, что это ты разрушила мои отношения.

— Вдруг она решит, что мы с тобой уже давно общаемся.

— Нет, Рэйчел, ты ни в чем не виновата. Моя бывшая сама ушла из дома и предоставила мне свободу. Да, я хотел лично выгнать ее, но она свалила раньше.

— А сама Кэмерон не подумает, что у тебя был роман на стороне?

— Она считает, что у меня был роман с ее лучшей подругой.

— С ее лучшей подругой?

— Да, Ракель поругалась с ней из-за этого. Она реально верит, что та девушка влюблена в меня и ждет не дождется, чтобы выйти за меня замуж.

— А что ты сам чувствуешь к ней?

— Ничего , — уверенно произносит Терренс. — Между мной и той девушкой ничего нет. Я считаю ее очень близкой себе, но люблю исключительно как подругу. И она думает обо мне то же самое. Мы как брат и сестра. Не более.

— Наверное, ты очень много общался с той девушкой, раз Кэмерон так подумала.

— Ну да, есть такое. Я поддерживал ее после конфликта с моей бывшей. Часто звонил ей и приезжал к ней домой.

— Понятно…

— Ой, да пусть она думает что хочет! Меня эта девушка больше не волнует. А даже если Кэмерон и узнает, то мне чихать.

— Только я не понимаю одного: почему эта девушка была в бешенстве от мысли, что ты встречаешься с ее подругой, если она сама заявила, что никогда не любила тебя?

— Не думай об этом, Рэйчел, — слегка улыбается Терренс.

— Тебе не кажется, что это ревность?

— Ревнует только тот, кто любит. А эта девушка нагло воспользовалась мной и моими чувствами. Только лишь хотела заткнуть свою семью, которая была готова выдать ее замуж едва ли не первого встречного.

— Ну не знаю… — тихо вздыхает Рэйчел и меняет скорость с помощью коробки передач. — Если бы она не любила, ей было бы все равно, с кем ты крутишь роман. Она бы ничего не сказала, даже если бы ты привел девчонку к себе домой и заперся с ней в комнате.

— В любом случае наша история закончена . Очень скоро мы навсегда забудем друг о друге. Я уже жду не дождусь, когда смогу наконец-то прийти в себя и быть абсолютно готовым к новой жизни.

— А миссис МакКлайф не захочет как-то… — Рэйчел прикусывает губу, крепко сжимая руль в руках и выглядя немного неуверенной. — Попытаться помирить тебя с Ракель и не дать нам с тобой быть вместе?

— Конечно, я всегда прислушиваюсь к мнению матери, — уверенно отвечает Терренс. — Но в этом случае я хочу сделать все по-своему.

— Ты ведь сказал, что она была расстроена из-за твоего расставания с той девушкой.

— Ничего, погрустит немного и смирится. К сожалению, ей придется это сделать… К тому же, сейчас она разочарована в Ракель, ибо любила ее как свою дочь. А та, можно сказать, предала ее.

— Кстати, а как она отнеслась к тому, что… — неуверенно произносит Рэйчел. — Произошло между тобой и твоей бывшей девушкой? Та пощечина, о которой ты говорил…

— Об этом я пока что не говорил ей. Но рано или поздно буду вынужден сделать это.

— Да?

— Как я уже сказал, мама прекрасно чувствует, когда знает не все, что у меня происходит. Мне стыдно в этом признаваться, но мама должна это знать.

— Думаю, ты понимаешь, что люди могут осудить тебя за тот поступок, — с грустью во взгляде говорит Рэйчел. — Независимо от того, как поступила с тобой та девушка, тебя никто не погладит по головке.

— Знаю. И я готов к этому.

— И что будет, когда ты выйдешь из себя, а я окажусь под горячей рукой? Неужели со мной будет то же, что…

— Нет, Рэйчел! — Терренс мягко кладет свою ладонь на руку Рэйчел, что лежит на коробке передач. — Чтобы ни случилось, я клянусь, что никогда не посмею поднять на тебя руку. Тот случай был единичным …

— А ты жалеешь, что ударил ее? — интересуется Рэйчел.

— Жалею . Да. Я сожалею, что посмел ударить девушку. Даже если она меня и до смерти бесила. Это было подло с моей стороны.

— Искренне жалеешь?

— Мне будет непросто простить себе эту ошибку. Ведь я не имел на то права.

— И ты боишься последствий?

— Да. Я ужасно боюсь, что однажды люди узнают обо всем и начнут осуждать меня… А если из-за этого моя карьера будет разрушена, я не то, что не смогу оставаться актером, так еще меня выгонят из группы… — Терренс нервно сглатывает. — Меня больше не захотят видеть на сцене, на экране, в реальной жизни… Нигде …

— Терренс…

— Я боюсь осуждения людей… Боюсь лишиться всего, что у меня есть… — Терренс качает головой. — Я этого не переживу… И вряд ли смогу сбежать куда-то подальше от позора, ибо меня везде будут узнавать. Все будут знать, что я ударил девушку. К тому же, кто-то запросто захочет перевернуть все так, будто я регулярно избивал девушек. Кто-то может запросто соврать всем, что я избил не только Ракель, но еще кого-нибудь.

— Милый… — с грустью во взгляде произносит Рэйчел, бросив короткий взгляд на Терренса.

— Я не знаю, что буду делать, если все сложится для меня худшим образом.

— Уж с музыкальной карьерой у тебя все точно получится, — уверенно обещает Рэйчел.

— Ты думаешь?

— Конечно! Папуля сделает все, чтобы сделать тебя звездой музыкального бизнеса.

— А ты не расскажешь ему о том, что я ударил свою бывшую девушку?

— Нет, конечно! Я ни за что не скажу папе и кому-либо о твоем поступке. Клянусь, что буду защищать тебя ото всех и отрицать это.

— А если твой отец прочитает об этом в Интернете?

— Сделаю все, чтобы убедить его в том, что это клевета желтой прессы.

— Ты и правда не станешь выдавать меня?

— Не стану, милый, не переживай.

Рэйчел бросает Терренсу легкую улыбку и меняет скорость с помощью коробки передач.

— Отныне ты будешь под моим покровительством, — уверенно добавляет Рэйчел. — Я никому не дам тебя в обиду и не позволю испортить твою репутацию. Даже если твоя бывшая девушка захочет устроить против тебя заговор и обвинить во всех грехах.

— А ты осуждаешь меня за пощечину? — неуверенно спрашивает Терренс.

— Осуждаю, конечно. И боюсь, что подобное может повториться. Но я верю , что ты не настолько ужасный человек, чтобы избивать девушку и издеваться над ней.

— Я вовсе не ужасный.

— Я знаю, Терренс, — скромно улыбается Рэйчел. — Ты совсем не похож на насильника. И не сомневаюсь, что люди точно поверят человеку, который знает тебя еще со школьных времен.

— Запомни, я ни за что не обижу тебя, — уверенно отвечает Терренс, со скромной улыбкой мягко взяв Рэйчел за руку. — И буду твоим должником, если ты скроешь эту тайну и не расскажешь всем о моем поступке, который может поставить крест на моей карьере.

— Не скажу, обещаю.

— Тебе нечего бояться, дорогая. Я никогда не подниму на тебя руку и всегда буду относиться к тебе с огромным уважением.

— Не сомневаюсь. Ты же знаешь, что я люблю тебя и могу пойти на все, чтобы сделать тебе приятное.

— Знаю. — Терренс улыбается намного шире. — Я тоже тебя люблю. Правда. Всем сердцем.

— Приятно это слышать, — заливается краской Рэйчел.

— Я реально жалею, что раньше не обратил внимание на такую чудесную девушку, как ты. Не понимаю… Почему я не выбрал тебя? Почему выбрал неблагодарную эгоистку? Мне жаль, что я был так слеп.

— Лучше поздно, чем никогда. Люди часто ошибаются и понимают это намного позже.

— Ну теперь-то я точно буду умнее. И знаю, с кем точно буду очень счастлив.

Рэйчел слегка улыбается, крепко сжимая руль обеими руками. А пользуясь моментом, что машина девушки встает на красном светофоре, Терренс мило целует девушку в щеку и пару секунд трется носом об нее. Блондинка не скрывает своей широченной улыбкой, одаривает мужчину ответным поцелуем в щеку и приятно удивляется, когда он сам оставляет на ее губах короткий чмок. Это заставляет ее на секунду замереть и почувствовать, как бешено бьется сердце. Сердце, которое уже столько лет принадлежит лишь этому мужчине. Которое он, кажется, согласился хранить у тебя. И отдать ему свое…

Впрочем, на данный момент Терренс хочет даже не найти новые отношения и забыть Ракель раз и навсегда. Он хочет уберечь свою карьеру и доброе имя от позора, что может настигнуть его, если все узнают о не о самом лучшем поведении по отношению к бывшей девушке. Так что попытка влюбиться – или, по крайней мере, попытаться влюбиться – в Рэйчел принесло бы ему неплохую выгоду, ибо ради него, ради своей любви, которая ей перестает казаться безответной, эта девушка пойдет на все.

Может быть, молодые люди и продолжили бы одаривать друг друга милыми поцелуями и обмениваться нежными взглядами. Но очень скоро загорается зеленый свет светофора, и Рэйчел с широкой улыбкой продолжает ехать в нужное место, пока Терренс просто наблюдает за всем, мимо чего проезжает.

— Ну что, красавчик, ты готов работать по несколько часов в день, когда у твоей группы начнутся выступления? — интересуется Рэйчел.

— Готов! — восклицает Терренс. — Мне не привыкать к тяжелой и долгой работе!

— Думаю, ты и сам все понимаешь. Потому что снимался в фильмах и знаешь, что съемки длятся очень долго. Вот и записи альбомов, выступления и прочие вещи тоже отнимают кучу времени.

— Я знаю, на что подписывался, — скромно улыбается Терренс. — И ради осуществления своей мечты я готов пойти и не на такие жертвы.

— По крайней мере, ты можешь не напрягаться, чтобы выжать из себя все, что можно, ибо у тебя талант от природы. Ты был рожден стать музыкантом. Даже папа был в восторге! И сказал, что он уже давно не встречал столь сильного голоса.

— Благодаря тебе я все больше начинаю вновь ощущать себя уникальным, — с гордо поднятой головой признается Терренс.

— Знали бы другие звукозаписывающие компании, что у тебя такой шикарный голос, то они передрались бы за возможность предложить тебе контракт.

— Поверь мне, дорогая, все так и будет. За такого уникального человека, как я, стоит побороться.

— Предлагаю тебе застраховать себя на несколько миллионов долларов, чтобы с тебя пылинки сдували, — шутливо предлагает Рэйчел.

— Хорошая идея! Застрахую свое шикарное тело. Как это делает некоторые звезды… Ведь такое произведение искусства должно быть в целости и сохранности.

— Спорю, папа сам предложит тебе это, когда поработает с тобой некоторое время и поймет, какой ты талантливый, — скромно хихикает Рэйчел. — Если все артисты, с которыми сотрудничал его лейбл, были какими-то пресными, то ты можешь стать настоящей звездой благодаря своему таланту.

— Подожди немного, Рэйчел, скоро мир вновь узнает, кто такой Терренс МакКлайф. Народ снова будет восхищаться мной так же, как и в начале двухтысячных. В то время, когда был самый рассвет моей славы…

— Если будешь много работать и отдавать все силы ради отличного результата, то станешь еще известнее прежнего, — уверенно отвечает Рэйчел. — Долгая и упорная работа плюс необыкновенный талант, данный природой, равняется головокружительная слава, куча денег и незабываемые моменты в твоей жизни.

Слушая похвалу в свой адрес, Терренс не скрывает широкой улыбки и гордости. В последнее время он получает так много комплиментов от других людей, что вновь ощущает себя неотразимым и неподражаемым, будучи благодарным Рэйчел, которая в силу своей влюбленности буквально боготворит его.

— Кстати, о тяжелой работе… — задумчиво произносит Терренс. — Мне тут вспомнился один случай, когда я очень давно работал с одним режиссером… Шли съемки одного фильма… Он был жестоким человеком и отвратительно вел себя со всей съемочной командой.

— Правда? — удивляется Рэйчел.

— Это был его стиль работы. По его мнению, чем больше применяешь жесткость, тем лучше получается результат. Из-за него мы все работали до изнеможения с утра и до самой глубокой ночи.

— Надо же… Я бы не хотела работать в таких условиях.

— Но вынужден признать, результат того стоил. Фильм получился просто великолепным. Даже взял несколько престижных наград.

— А что же это был за фильм?

— Да так, один хоррор… Название я уже не помню… Я сыграл в нем небольшую роль, но прочувствовал на себе всю его злость.

— О, я боюсь фильмов ужасов… — слегка морщится Рэйчел. — С тех пор, как наш с тобой одноклассник специально включил самый страшный фильм, какой только можно было найти, когда ребята из школы пошли к нему домой потусоваться.

— А я люблю иногда посмотреть ужастики… Есть парочка моих любимых, которые я часто пересматриваю.

— Смелый же ты парень!

— О да, я не только красив, но еще и очень смел и умен, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Терренс.

— О, боже, МакКлайф…

Рэйчел скромно хихикает и на пару секунд о чем-то задумывается, не переставая следить за дорогой, пока Терренс смотрит на нее со скромной улыбкой на лице.

— Кстати, я же не спросила главное! — восклицает Рэйчел. — Как тебе твоя новая группа? Какого твое первое впечатление от знакомства с ее участниками?

— Мне понравились эти ребята, — с легкой улыбкой признается Терренс. — По крайней мере, те парни показались мне неплохими… Которые басист и барабанщик… Как их там… Питер и Даниэль, кажется…

— Да, Питер, который блондин, а Даниэль – брюнет.

— Они были очень добры по отношению ко мне.

— Мне кажется, ты тоже им понравился. Хотя они без проблем находили общий язык и со всеми предыдущими гитаристами.

— Эти ребята произвели на меня хорошее впечатление… А вот девушка… Солистка группы… Боюсь, что с ней у меня будут серьезные конфликты. Она смотрела на меня так, будто я что-то противное и мерзкое для нее.

— Имеешь в виду Марти? — Рэйчел на мгновение переводит взгляд на Терренса. — Так эта девушка всегда такой была! Она очень капризна и избалована! Ее мама и папа никогда ни в чем ей не отказывали и исполняют любой ее каприз. Даже если для этого приходиться рушить чью-то жизнь, карьеру или что-то еще.

— Ну и девица… — задумчиво произносит Терренс.

— Ей кажется, что она – звезда, а люди вокруг нее должны ей. Считает, что все обязаны целовать ее ноги.

— А кто ее родители?

— Да какие-то крутые личности! То ли адвокаты, то ли бизнесмены… Я не знаю, честно говоря… Да и мне все равно.

— Да уж… А ведет себя так, будто она принадлежит роду какой-то монархии – не меньше! Принцесса голубых кровей, принадлежащая королевскому роду.

— Верно… — Рэйчел меняет скорость с помощью коробки передач. — Но ты не обращай на нее внимания. Мой отец сам от нее не в восторге и рад бы отказаться от работы с ней, но не может сделать этого, так как она действительно талантливая. И поет прекрасно, и песни сама пишет…