— Мне было очень приятно слушать его мягкий голос, — скромно улыбается Наталия, уставив взгляд в одной точке. — Мне захотелось послушать какую-нибудь песню, исполненную его голосом. А когда он пожал мою руку, то мне стало так хорошо… Его руки… Они были такими теплыми и мягкими… Аж мурашки по спине пробежали!

— Ну вот, а ты говоришь, что не рассматривала его в качестве мужчины, — вставляет Анна. — Да ты по уши влюбилась в него с самого первого взгляда!

— Нет, Анна, я влюбилась в него, но не с первого взгляда. Мне было очень хорошо с этим человеком, и я с удовольствием с ним общалась. Но я не смотрела на него как на мужчину. Я пригляделась к нему чуть позже. Увидела, что он очень красивый, милый, нежный… А когда мы однажды проводили время на пляже, и он был в одних плавках, так я вообще не могла оторвать от него взгляд. И поняла, что была неравнодушна к нему. Что все отдала бы, лишь бы провести с ним побольше времени.

— Иногда мне кажется, что о встрече с Терренсом он заботился меньше, чем времяпрепровождении с тобой, — скромно признается Ракель.

— Да, но поначалу я думала, что он дурачит меня. Использует ради того, чтобы познакомиться с Терренсом. Хотя если бы он сразу сказал, что является его братом, я бы точно не поверила и подумала, стоит ли мне общаться с ним дальше.

— Ну не знаю, мне кажется, их родство очевидно! — уверенно заявляет Кэссиди. — Эдвард и Терренс очень похожи. Одень и причеши их одинаково, и мало кто отличит этих двоих.

— Я до сих помню, как ты говорила, что совсем не хотела прекращать общение с Эдвардом, — с легкой улыбкой напоминает Анна. — Ты до смерти боялась, что он больше не захочет звать тебя на прогулку в городе…

— Это правда… — кивает Наталия. — Я страшно боялась, что как только Эдвард познакомится с Терренсом, то он забудет про меня и прекратит общение. Мол я была нужна ему лишь для этого. Многие парни общались со мной только тогда, когда им что-то было нужно. Вот я и боялась, что с Эдвардом будет также.

— Да он и сам этого боялся, как огня!

— Ну и… В один прекрасный день я познакомила его с Терренсом, которого мы встретили в кафе… И тогда я с ужасом поняла, что это конец моего общения с Эдвардом. Что он больше не нуждается во мне. Я продолжала так думать даже после того, как признался в симпатии ко мне и впервые поцеловал меня. И… После встречи МакКлайфов я ушла… Оставила Эдварда… И… Не выходила с ним на связь около двух недель… Пока однажды не встретила его на улице и все ему не объяснила… Только после этого мы снова возобновили наше общение. Тем более, и сам Эдвард изъявил желание продолжить его.

— Ух ты! — удивляется Кэссиди, с широкой улыбкой отставив бокал с шампанским в сторону. — Вот это история!

— Господи, Рочестер, ты что, реально кинула Эдварда после его признания в симпатии и первого поцелуя с ним? — широко распахивает глаза Кайли.

— Типа того… — скромно улыбается Наталия.

— Не фига себе! — восклицает Эмма.

— Ну ты и дурочка, Блонди! — восклицает Мелисса. — Глупенькая дурочка, которая чуть не упустила свое счастье!

— Еще какая дурочка! — громко соглашается Джессика. — Парень сам в любви признался, да еще и поцеловал тебя, а ты бросила его! Это как если бы Хелен бросила Питера после его признания в чувствах, которые он скрывал года полтора, и их первого поцелуя.

— Да еще и на две недели пропала! — восклицает Блер. — Ты что, Наталия! С ума сошла?

— Во-первых, я просто хотела дать Эдварду шанс получше узнать Терренса, — объясняет Наталия. — А во-вторых… Да, я была полной дурой! Испугалась, что меня бросят… И решила сделать это первой!

— Радуйся, что из-за этой глупости ты не потеряла такого прекрасного человека, как Эдвард, навсегда. Вот чтобы ты сейчас делала, если бы не вернулась к нему и не согласилась стать его женой?

— Ну, уж точно не устраивала бы девичник, — скромно хихикает Хелен.

— Вернуться к Эдварду было одно из моих самых лучших решений, — скромно улыбается Наталия. — Но самое лучшее из лучших – это, конечно, согласие стать его женой. Я ничуть не жалею, что собираюсь выйти за него замуж. Нет на свете человека лучше, чем он. Да и мне не нужен другой.

— Я все еще помню, как вы с Эдвардом пришли ко мне и Терренсу домой во всем белом и объявили нам и ребятам о своей помолвке, — со загадочной улыбкой признается Ракель.

— Да-а-а, на Наталии тогда было очень красивое платье, — дружелюбно говорит Блер. — Оно так здорово на ней смотрелось!

— Здорово, что в тот день я надела его, — задумчиво говорит Наталия. — Хотела выглядеть красиво… Что-то заставило меня принарядиться… Но я не думала, что тогда состоится наша помолвка. Я безусловно ждала этого момента, но не хотела намекать. Боялась спугнуть… И вот когда мы вдвоем гуляли по пустому пляжу, в какой-то момент Эдвард занервничал… Я спросила, в чем дело, а он сказал несколько приятных слов… И предложил выйти за него замуж…

— Боже, как же это мило! — с широкой улыбкой умиляется Кэссиди.

— Я тогда ужасно разнервничалась! Не могла говорить, дышать и стоять на ногах! Казалось, что земля уходит из-под ног! Пыталась понять, реально ли все это. Наверное, еще чуть-чуть – и я бы точно потеряла сознание.

— Прямо как я – когда Терренс спросил меня о том же самом, встав на одно колено, — скромно отвечает Ракель. — Сначала подарил мне очень милый кулончик, который я до сих пор с радостью ношу, а потом сделал мне предложение.

— А Эдвард опустился на колено только тогда, когда я наконец-то пришла в себя и успокоила его после того, как напугала молчанием, показавшееся ему отказом.

— Если парень решился на этот шаг, то это о многом говорит, — с широкой улыбкой отвечает Блер.

— Тогда единственное, что я могла делать, – это улыбаться до ушей и вопить от радости. Я весь день ходила будто ошарашенная и все ждала, когда проснусь у себя в комнате. Все казалось таким нереальным… Я не верила самой себе, когда в тот же день сообщила родителям, что выхожу замуж, и показала кольцо. Первые несколько секунд они тоже не верили, но потом радовались со мной.

— Зато я помню, как обрадовался мой дедушка, когда я сообщила ему о помолвке, — признается Ракель. — И как радовалась тетя, которая еще не успела уехать в Лондон. Визжали как дети, получившие желанные игрушки.

— Так они уже давно об этом мечтали! — восклицает Анна. — Ваши семьи обожают Эдварда и Терренса и считают их практически своим родными сыновьями.

— И переживали, что я не смогу найти мужа и останусь одинокой, — добавляет Наталия. — И их волновал мой возраст… Мол, часики тикают, надо скорее выходить замуж и рожать ребенка… И раньше я действительно переживала. Ибо мне не везло в отношениях, а замуж никто даже не думал звать.

— Господи, девоньки! — восклицает Джессика. — Да не слушайте вы все эти сказки про возраст! Надо выходить замуж и рожать, когда вы сами к этому готовы. И ничего не случится, если вы родите малыша в тридцать или позже. Главное ­– желание иметь его и возможность его обеспечить.

— В принципе, я готова к материнству, да и обстоятельства позволяют думать о ребенке. Но сначала мне надо выйти замуж. Потому что я не хочу, чтобы мои дети родились вне брака.

— Это правильно! — одобряет Хелен.

— Вы с Эдвардом можете начать думать над этим вопросом сразу после свадьбы, — предлагает Кайли.

— Всему свое время, Кайли, — скромно улыбается Наталия. — Когда будет суждено, у нас с Эдвардом появится малыш. А, может быть, и несколько.

— Эй, а мне кажется, это еще одна причина для тоста, — весело отмечает Кэссиди.

— Грех не сделать глоток шампанского за будущих женихов и невест, — уверенно отвечает Одетт.

Девушки снова берут свои бокалы, в один голос радостно возглашают: «За будущих детишек женихов и невест!», слегка постукивают по каждому и выпивают еще пару глотков шампанского.

— Эй, девчонки, а как вы думайте, что чем сейчас занимаются наши мужчины? — с загадочной улыбкой интересуется Анна.

— Да напились в стельку – сто процентов! — громко усмехается Эмма. — Дай бог, не утонут, если им в голову взбредет желание поплавать в океане.

— Ага, уж мой братец точно найдет повод нажраться! — заявляет Кэссиди. — Да еще и женихов споит!

— Надеюсь, они не влипнут в какие-нибудь проблемы, — выражает надежду Ракель. — И не окажутся случайно где-нибудь в полицейском участке.

— А кто-нибудь знает, где они устроили мальчишник? — спрашивает Мелисса.

— Да арендовали большую яхту, — спокойно говорит Наталия. — Наняли поваров, которые обеспечивают их едой, и еще кого-то из обслуживающего персонала.

— Эй, мальчики украли у нас идею! — восклицает Кайли. — Своей фантазий у друзей жениха явно не было.

— Это точно! — хихикает Хелен. — Перкинс и Роуз долго выпытывали у нас с Сеймур, что мы задумали.

— А когда выпытали, то они мгновенно оживились, как будто что-то задумали, — добавляет Анна.

— Поверить не могу, что кто-то отдал огромную яхту на растерзание этим придуркам, — заявляет Кэссиди.

— Если что – отвечать только им, — разводит руками Ракель. — Если что-то сломают – будут сами чинить и платить.

— Да после их выкрутасов от яхты вряд ли что-то останется, — шутливо говорит Оливия.

— Нас это не волнует. Ответственность лежит на всей этой банде.

— Пусть делают что хотят, но у них нет никакого права приглашать на яхту никаких проституток из стриптиз-клуба, — добавляет Наталия.

— О, если я узнаю, что кто-то из них притащил туда полуголую стриптизершу, то прибью Роуза, — заявляет Хелен. — И того, кто притащит к ним хотя бы одну! Просто возьму и придушу собственными руками!

— Перкинс уж точно не вздумает притащить туда девок, — с гордо поднятой отвечает Анна. — Он знает, какие его ждут последствия.

— Не бойся, Анна, все будет чики-пуки! — бодро говорит Кэссиди, похлопав Анну по плечу. — Дэнни у нас на крючке! Мы с тобой так прижали его к стенке, что он буквально боялся идти на мальчишник.

— Даниэлю, походу, придется хуже всего, — хихикает Джессика. — И девушка пальцем грозит, и сестренка обещает надрать задницу…

— Ой, да не бойтесь вы, девчонки! — скромно улыбается Блер. — Вы можете быть спокойными за братьев МакКлайфов, Роуза и Перкинса. А если что, то Сэмми устроит им шухер!

— Ах да, точно, они же находятся под чутким контролем ушастого… — хитро улыбается Хелен.

— Меня определено успокаивает то, что Сэмми сейчас с ними, — признается Наталия. — Уж он-то не даст этим придуркам совершить глупость. Впрочем, я все же полагаюсь на порядочность Эдварда, Терренса и остальных ребят. Я тоже провела небольшой инструктаж с МакКлайфом и пообещала устроить что-то эдакое, если мне что-то не понравится.

— Раз уж Сэмми веселится с ними, то допрос Терренса пройдет намного лучше, — с гордо поднятой головой отвечает Ракель. — Он поможет мне понять, врет ли мой благоверный.

— Спокойно, девчонки! — с легкой улыбкой советует Кайли. — Пусть парнишки повеселятся как следует.

— Давайте надеяться, что они и правда не захотят нажраться в стельку и завалиться в стриптиз-клуб с целью поглазеть на полуголых девок, — вздыхает Одетт.

— Может, они успели что-то опубликовать в соц. сетях? — предполагает Джессика. — Давайте глянем их аккаунты?

— Только если они не забыли, как включать камеру на телефоне и на какую кнопку жать, чтобы отправить пост в свои аккаунты или нам в личные сообщения, — хихикает Хелен.

Девушки дотягиваются до своих сумок, лежащие на одном из диванов, и достают из них свои мобильные телефоны с целью посмотреть, сделали ли парни фото- или видеоотчет с празднования мальчишника.

— Нет, ничего нет, — усмехается Наталия, изучая содержимое своего смартфона. — Похоже, они действительно напились так, что забыли, как разблокировать телефон.

— Или еще не успели добраться до них… — предполагает Мелисса. — Либо их веселье еще не такое классное, либо наоборот – слишком хорошее.

— Подожди, Мел, еще не вечер, — уверенно отвечает Ракель, смотря что-то в своем смартфоне. — Уверена, скоро кто-нибудь точно сольет все фотографии и видео с их мальчишника. Ну а мы, несомненно, их увидим.

— Спорю, они тоже проверят свои телефоны, когда доберутся до них, с желанием узнать, что мы тут делаем, — ухмыляется Анна, что-то листая на экране своего смартфона.

— Ну а мы вполне можем порадовать их и отправить что-нибудь, что повеселит их или сведет с ума, — загадочно улыбается Блер.

— Классно мыслишь, Блер! — энергично кивает Кайли.

— Ну что, девчонки? — интересуется Оливия. — Покажем им, как надо развлекаться?

— Я согласна! — вставляет Джессика.

— Так, девочки! — отложив свой телефон в сторону, громко тараторит Наталия. — А ну-ка включайте музыку на полную катушку! Сейчас будем танцевать!

— И будем фоткаться и снимать видео для наших джентльменов, — добавляет Ракель.

— Грех не пофоткаться напротив таких шикарных видов, — заявляет Оливия.

— А еще можно потанцевать прямо на этом столике, — предлагает Кэссиди. — Представим, что это сцена! Будем визжать и вопить сколько душе угодно!

— Если Даниэль увидит это, то он прибьет тебя, — хихикает Ракель.

— Ой, а я его забыла спросить! Еще чего!

— Не будь такой дерзкой и уверенной, Кэссиди, — советует Хелен. — Твоему братику это не понравится.

— Расслабьтесь, девоньки, все будет чики-пуки! Он и не вспомнит об этом, ибо сейчас сто процентов пьяный в стельку. И смею предположить, что Дэн сам взобрался на какой-нибудь столик и сейчас зажигает на нем. Позорится перед парнями полным отсутствием умения танцевать.

— Я бы посмотрела на это зрелище! — скромно хихикает Наталия. — Да и вообще, я буду громко смеяться, если они все вздумают танцевать на столе.

— Господи, да если они напьются, им что угодно придет в голову, — уверенно отвечает Кайли. — Дойдет до того, что они могут голыми залезть на самый верх яхты и орать как резаные.

— Надеюсь, обойдется без подобных выкрутасов, — выражает надежду Мелисса. — Лучше пусть просто танцуют на столе. Пусть даже голыми! Шокируя тех, кто им прислуживает.

— Ничего, девочки, скоро мы увидим, до чего докатятся эти придурки, — с хитрой улыбкой отвечает Хелен.

— А пока что давайте покажем мастер-класс по танцам, который парням уж точно не помешает, — предлагает Эмма.

— Да, давайте станцуем на столе! — весело предлагает Джессика. — Пусть ребята учатся у профессионалов!

— Давайте, девчонки! — командует Наталия. — Быстро уберем все и включим музыку.

— Да простят нас все, кто живет под водой! — скромно хихикает Блер.

— Не переживайте, красотки, мы отплыли очень далеко от города. Никто нас не услышит, что бы мы ни делали. Так что, мы можем делать все, что захотим.

— Ну тогда начнем! — весело возглашает Анна.

— Да! — Наталия бодро соскакивает с дивана и задирает руку к верху, пока ветер обдувает ее собранные в высокий хвост длинные волосы. — Время девичника! Время настоящего веселья пришло! Ура-а-а-а-а!

— Да-а-а-а-а! — еще громче и радостнее возглашают остальные девушки, соскочив с дивана или пола и задрав руки.

Дав друг другу пять, девушки внимательно просматривают список всех песен на каждом диске, выбирая самые лучшие песни для танцев и горячо обсуждая каждую. Бокалы с шампанским они предпочли оставить на столике, но просят персонал принести им еще пару пакетов сока, дабы не распивать алкоголь всю вечеринку. Ведь их цель – расслабиться и хорошо повеселиться. А не напиваться в стельку, страдать от похмелья на следующий день и пытаться вспомнить, что же они делали на своем девичнике и не произошло ли чего-то плохого.

***

А вот парней такая перспектива, кажется, совершенно, не волнует, к этому моменту успев прилично выпить и еще больше расслабиться. Кто-то решил снять футболку и остаться в шортах, а кто-то пока не спешит это делать. Все от души смеются без остановки, пока они со стаканчиком крепкого напитка что-то рассказывают или стебутся над женихами. И, конечно же, с удовольствием нежатся под лучами жаркого солнца и наслаждаются тем, как приятно легкий ветерок обдувает их лица, пока яхта медленно плывет по строго назначенному курсу. Сэмми с удовольствием играет с какой-то игрушкой и грызет ее своими острыми зубами, но не забывает присматривать за изрядно выпившими мужчинами, фривольно развалившиеся на диване или палубе и заливающиеся громким смехом от того, что им рассказывает Блейк.

— Ты это серьезно, парень? — заливаясь громким смехом, не верит своим ушам Эдвард.

— Как это ты умудрился попасть на вечеринку тех, кого вообще не знаешь, и кто тебя не приглашал? — также не переставая громко смеяться и выглядя не менее покрасневшим, удивляется Питер.

— А хер знает, как! — громко ухмыляется Блейк, разведя руками, в одной из которых он держит стакан с крепким алкогольным напитком. — Но я и мой приятель все равно каким-то чудесным образом оказались на крутой вечеринке.

— И как вас пустили, если вы никого там не знали? — сквозь смех недоумевает Терренс.

— Да они там все бухие были и всех принимали как родных!

— Окей, и что было дальше? — интересуется Джозеф.

— Ну короче говоря, они увидели нас с приятелем, когда мы проходили мимо их хаты. Что-то выкидывали в мусорный бак, насколько я помню… Мы немного разговорились, а потом они пригласили нас на свою тусовку. Типа такие: «Заходите, родненькие, присоединяйтесь!»

— А вы что? — интересуется Коди.

— А мы что – нам только было в кайф потусоваться и немного выпить. Да еще и на халяву!

— И что реально никто не заметил, что вас туда не приглашали? — сделав пару глотков из своего стакана, удивляется Даниэль.

— Вообще никто! Мы были для всех как родные! С нами щедро делились выпивкой, а девчонки не давали нам проходу и все норовили затащить нас в одну из спален, ванную или туалет.

— И чем же все закончилось? — с хитрой улыбкой интересуется Кристофер. — Я так понимаю, вечеринка удалась на славу?

— Не знаю, — пожимает плечами Блейк и выпивает немного из своего стакана.

— В смысле? — сильно хмурится Коди.

— После того, как я начал выпить стопку за стопкой, совершенно не разбираясь в том, что мне давали, у меня все больше отшибало память. И как итог, я вообще не помню, что делал на той вечеринке.

— Вот как! — восклицает Джозеф и выпивает немного из своего стакана.

— Да и мой приятель ничего не запомнил. Хотя лично я очень смутно припоминаю какую-то полуголую девку в красном лифаке и стрингах, которая порывалась сделать мне минет.

— И, разумеется, у вас был шикарный секс? — бодро спрашивает Кевин, с хитрой улыбкой отпив немного алкогольного напитка из своего стакана.

— Может, и был, — предполагает Блейк и отпивает еще немного напитка. — Не знаю. Я ту тусовку вообще ни черта не помню и понятия не имею, что у меня было с той полуголой девкой. Помню только то, что начал бухать с кучкой незнакомых людишек, а уже после этого напрочь отключился и пришел в себя только на следующий день.

— Ну тебя и занесло, парень… — хихикает Бенджамин.

— И не говори! — восклицает Коди и делает глоток из своего стакана.

— Ну и страсти… — задумчиво произносит Джозеф.

— И знайте где я очухался? — интересуется Блейк.

— Голым в постели с той девчонкой в красном? — по-доброму ухмыляется Джереми.

— Лучше бы в постели. Я оказался на крыше дома в одних труселях…

На яхте тут же раздается громкий смех, заглушающий даже играющую из всех колонок музыку. Кто-то хлопает рукой по колену, хватается за живот или прикладывает ее ко лбу.

— На крыше дома? — заливается смехом Уильям. — В труселях?

— Как тебя угораздило туда залезть? — удивляется Райан, заливаясь таким же громким смехом со стаканом в руках.

— Мне бы и самому хотелось знать, — разводит руками Блейк.

— Да уж, а я, оказывается, скучно жил… — задумчиво говорит Бенджамин. — Думал, у меня была бурная жизнь. Но нет! Бывает и кое-что покруче!

— А в тот день было довольно холодно. Я тогда жутко замерз и чуть себе яйца не отморозил. И до сих пор удивляюсь что я тогда не заболел. Потому что когда я жил со своим братом в приюте, то постоянно простужался и страдал от слабого здоровья. Мог заболеть от любого сквозняка. И за все свои годы успел переболеть буквально всем на свете.

— Ой, я не могу… — сквозь дикий смех произносит Кристофер. — На крыше дома в труселях…

— Ага, а знайте, как я охренел, когда понял, что нахожусь на крыше дома, в котором ни разу не был! И который находится в том месте, где моя нога вообще не ступала!

— О, черт! — заливается громким смехом Эдвард и на секунду откидывает голову назад. — Ты дебил, Коннор! Просто дебил!

— Полный! — громко ухмыляется Коди.

— Как можно было так нажраться, чтобы каким-то волшебным образом оказаться на крыше, да еще и в одних труселях?

— Ну ясно только одно: я вскарабкался туда по лестнице на чердаке дома, — задумчиво отвечает Блейк.

— Хотелось бы знать как, — уверенно говорит Джозеф. — Как ты сумел это сделать…

— О, чувак, — сквозь смех произносит Терренс и отпивает немного из своего стакана. — Тебе повезло, что ты остался в трусах. А то было бы гораздо хуже, если бы ты был абсолютно голым.

— Да я, походу, продрых там всю ночь, — предполагает Блейк.

— Вот народ охерел бы, если бы увидел этого полуголого придурка на крыше дома, — вытирая пот со лба, усмехается Даниэль.

— Благо, я успел вовремя свалить оттуда и не попасться на глаза кому-то из жильцов того дома и тем более – копам, — сквозь смех отвечает раскрасневшийся Блейк. — А то я что-то не очень хотел сидеть в обезьяннике с кучей уголовников, которые понимают только язык кулаков.

— А где в тот момент был народ? — интересуется Кристофер.

— Народ дрых без задних ног и даже не думал просыпаться после той попойки. Хотя один мужик все-таки пытался встать и доковылять до упаковки с водой. Но ему было плевать на меня и моего дружка, которого я позже нашел лежащим на полу возле входной двери с чьими-то труселями на башке в обнимку с той самой полуголой девкой. Правда на ней были только лишь стринги, а лифак – нет. Хотя там все девки были в таком виде или вообще голые.

— Это сколько же вам обоим было лет, когда вы нажрались на тусовке тех, кого не знали? — по-доброму усмехается Питер.

— Да вот буквально недавно! Около года назад. Мне едва исполнилось восемнадцать. Именно тогда меня и угораздило попереться с этим идиотом на тусовку незнакомых людей. Я тогда кое-как растолкал этого раздолбая, ибо дрых он без задних ног. Довольный был, твою мать!

— Неужели никто даже не понял, что вы никого там не знали? — удивляется Эдвард.

— Нет, никто не врубился! Да и мы с приятелем умылись, выжрали всю воду, которую нашли, нашли свои шмотки, оделись как смогли, кое-как доковыляли до двери и свалили к чертовой матери. Чего нам стоило добраться до дома! Серьезно, мужики, после такой попойки я чуть кони не двинул! А то, что я очухался на крыше, меня вообще убило!

Все парни снова начинают заливаться громким смехом и отпивают немного напитка из своих стаканов, уже давно будучи далеко не трезвыми.

— О, мужики, это лучшее, что я слышал в своей жизни! — сквозь смех признается Терренс.

— Да уж, оказывается, люди могут жить куда интереснее тебя, — уверенно отмечает Коди.

— Да, но момент восседания на крыше в одних труселях мне понравился больше всего, — сквозь смех говорит Кристофер, держась за живот.

— О, я уже представляю себе эту шикарную картину, — громко смеется Джозеф.

— Я уже миллион раз поблагодарил кого только можно за то, что тогда все были в дрезину пьяные, и никто не додумался сфоткать меня или снять на видос, — признается Блейк и проводит рукой по своему лицу. — Иначе бы я не вынес такого позора…

— Вот и радуйся, что тебя не сняли! — по-доброму ухмыляется Райан. — И ладно, ты хоть в труселях был. А вот у меня все было гораздо хуже, потому что я попался на камеры мобилок в балетной пачке.

— Ты? — громко удивляется Блейк. — В балетной пачке?

И снова мужская компания начинает во весь голос смеяться и бить себя руками по ногам и лбу, заставив недалеко лежащего Сэмми отвлечься от своей игрушки и посмотреть на парней так, будто хочет сказать: «Нет, они совсем идиоты что ли?».

— Че, реально? — удивляется Кевин.

— Черт, Райан! — сквозь смех весело произносит Даниэль. — Да я ни за что не поверю, что ты на это решился!

— А я как будто мечтал об этом! — восклицает Райан. — Мечтал нацепить на себя балетную пачку и получить прозвище «Маленькая балерина».

— Ты что, тоже был пьян? — удивляется Питер.

— Ага. Нажрался в хлам на одной вечеринке с дружками одного моего знакомого, на которую они меня позвали. Нажрался виски и смешал его с водкой. Потом сбросил себя все шмотки и начал клеиться ко всем девчонкам и облапывать их. А те были не против!

— И что потом? — уточняет Эдвард.

— Ну а когда мне надоело строить из себя героя-любовника, я где-то в доме нашел балетную пачку, напялил ее на себя и начал выделывать какие-то идиотские движения и громко орать, чтобы все на меня посмотрели. — Райан сквозь смех выпивает немного из своего стакана, будучи немного красными от стыда. — Все ржали как кони! А один чувак по пьяни вообще начал клеиться ко мне, приняв за стриптизершу в этой пачке и даже начал совать бабки мне в труселя.

Парни еще громче начинают смеяться, буквально катаясь по полу от истерического смеха.

— Твою мать, чувак! — хрипловатым от смеха голова громко восклицает Джереми. — Ты реально жжешь!

— Да, Клейтон, а оказывается, ты не такой скромный, каким кажешься, — весело отмечает Терренс, выпив еще немного из своего стакана. — Оказывается, и ты можешь удивить.

— Алкоголь всем отключает мозги, — отмечает Питер. — Так что все норм!

— Походу, ты перещеголял нас всех, парень! — бодро предполагает Бенджамин.

— А между прочим, тогда я нажрался в хлам впервые в жизни, — отпивая из стакана немного обжигающего напитка, уверенно отвечает Райан. — До этого я вообще не прикасался к бухлу и не думал пробовать даже пиво.

— А сколько тебе тогда было? — интересуется Уильям.

— Около шестнадцати или что-то вроде того. Но еще учился в школе. Захотелось немного расслабиться, отдохнуть от учебы и ни в чем себе не отказывать. И вот, во что это превратилось! Я отплясывал бухой на барной стойке в балетной пачке чей-то сестры, а народ ржал и снимал все это на телефон.

— Ну знаешь, всякое бывает… — пожимает плечами Джозеф.

— Я реально охренел, когда мой приятель показал мне видос, после которого у меня глаза на лоб полезли. И боялся, что об этом станет известно абсолютно всем в школе. Но благо, все обошлось. Об этом знали практически все, но они деликатно промолчали. За что я им безмерно благодарен.

— Да у меня бы тоже полезли, если бы кто-то увидел и снял меня, отплясывающего на столе в балетной пачке с дикими воплями, — сквозь громкий смех признается Эдвард.

— Ой, Эдвард, молчи лучше! — восклицает Блейк. — Если тебя сейчас еще немного напоить, то ты сто процентов залезешь на верх этой яхты и начнешь отплясывать чечетку. Устроишь концерт для морских жителей.

— Ну знаешь, учитывая, что мы все сейчас в стельку пьяные, никто не упустит такой возможности.

— Ничего не в стельку! — возражает Питер, приподняв руку перед собой, почти что расфокусированным взглядом посмотрев на Эдварда и покачав головой. — До этого нам надо тяпнуть еще пару стопок виски и запить все это водочкой.

— Еще не вечер, Пит, — слегка заплетающимся языком весело отвечает Даниэль. — Мы точно успеем тяпнуть не одну стопочку вискаря или водочки. По крайней мере, я не собираюсь останавливаться только на одной-двух.

— Слушайте, а может, поднимем тост за женихов и пожелаем им что-нибудь? — весело предлагает Уильям, приподнимая стакан перед собой. — Все-таки мальчишник… Эдди и Терри у нас сегодня звезды! Виновники торжества!

— Ой, а мы что разве собрались на мальчишнике? — сквозь смех удивляется Райан. — Да еще и женихов! А кого женим-то? Напомните, пожалуйста…

— Да вроде бы меня, — с глуповатой улыбкой ухмыляется Эдвард.

— И меня… — громко смеется Терренс.

— А че вы не в белых шортах? — спрашивает Джереми.

— Пардон, у меня таких нет, — разводит руками Эдвард.

— И я предпочитаю темные цвета! — вставляет Терренс.

— Окей, а где невесты? — недоумевает Кристофер и окидывает взглядом всю палубу. — Эй, невесты… Вы где?

— А невесты сейчас развлекаются с подружками. И обсуждают нас… Естественно…

— Да, мужики, нельзя нам с вами пить, — на секунду закрыв половину покрасневшего лица, громко смеется Кевин. — Мозги напрочь отшибает…

— По крайней мере, мы помним, что собрались здесь ради проводов женихов в женатую жизнь, — с гордо поднятой головой добавляет Блейк. — Большой успех, как по мне.

— И раз уж на то пошло, то давайте поднимем эти стаканчики за этих двух пьяных охламонов и пожелаем им счастья в личной жизни, — предлагает Коди.

— Я только за! — весело восклицает Терренс, приподняв свой стакан с напитком и свободной рукой по-дружески приобняв Эдварда. — Поднимем тост за самого сексуального мужчину на свете и его маленького братика.

— Выпьем за женихов! — радостно возглашает Джереми. — За моих братиков!

— За женихов! — громко и весело повторяют все парни.

— За меня! — радостно произносят Эдвард и Терренс.

С еще более громкими возгласами и криками «Ура!» парни приподнимают свои стаканы, ударяют по каждому и залпом выпивают остатки напитка, а после этого заедают их чем-то из еды, остро чувствуя, как сильно у них горит горло после столь крепкого спиртного.

— Б-р-р-р, обжигает! — резко выдыхает Кристофер.

— Зато КАК обжигает! — бодро вставляет Бенджамин.

— О-о-о, я уже чувствую бешеный прилив энергии! — восклицает Джозеф.

— А выпьем еще немного – пойдем орать песни и плясать под классный музон! — бодро отвечает Кевин, потягивая руки и немного разнимая их после того, как ставит свой стакан на столик. — И поплаваем в океане немножко…

— Пф, да я хоть сейчас готов петь и отплясывать! — активно жестикулируя, уверенно заявляет Терренс. — Когда еще у нас будет возможность потусоваться в чисто мужской компании и побухать?

— Смотри не окажись в балетной пачке! — громко ухмыляется Бенджамин. — Или не выкинь что-нибудь эдакое.

— Ну насколько я знаю… Мой братик балетом не занимается. А значит, он не одолжит мне пачку.

— Жаль. А то я бы от души поржал над тобой, видя, как ты зажигаешь на мальчишнике в одной пачке или вообще голым.

— А я бы еще поржал над твоим стриптизом, который ты однажды устроил в одном из клубов с той белобрысой телкой. В труселя которой ты засунул целую сотку.

— М-м-м, вижу, ты все еще помнишь… — загадочно улыбается Бенджамин.

— Конечно, помню. И я не оставил это без внимания. Так же, как и оценил твой подарок на годовщину моих отношений с Ракель. Тот набор для игр в стиле БДСМ.

— Приятно знать, что люди ценит твои труды.

— В любом случае над твоим стриптизом я, конечно, вдоволь поржал…

— Чего это поржал! Я был просто великолепен! Народ визжал так, что голоса все себе сорвали! Девки от возбуждения кипятком писались!

— Скорее писались из-за твоих безуспешных попыток выглядеть сексуальным мачо, а не клоуном из цирка.

— Надо же! — хихикает Эдвард. — Не знал, что Паркер подрабатывает стриптизером.

— Было дело, парень маленько ошибся адресом места работы, — по-доброму усмехается Терренс. — Ему надо было идти в стриптиз-клуб и соблазнять девок танцами. Вместо того чтобы продавать бухлишко в какой-то забегаловке.

— Не забегаловке, а в очень даже элитном и дорогом магазине, — гордо отвечает Бенджамин.

— Слушайте, а я вроде бы помню тот случай! — восклицает Джозеф. — По-моему, мы тогда тусовались вчетвером! Или с нами был еще кто-то, не могу вспомнить! И Паркер реально полез плясать с той девкой.

— Да-да, я что-то припоминаю, — кивает Коди. — Бен тогда нехило так зажег! Все были в восторге!

— Жаль, что мы тогда не догадались сделать несколько фоток и видео. А то мы могли бы показать вам.

— Да уж, так засмотрелись на этого талантливого парня, что ни хера об этом не подумали, — громко хихикает Терренс.

— О, черт, Бен… — качает головой Эдвард. — Неужели ты реально нашел себе новую работу? Днем работаешь в магазине выпивки, а ночью зажигаешь в стриптиз-баре?

— Чего? — возмущается Бенджамин.

— Кстати, а какая у тебя кличка в своих кругах, если не секрет? Поделись с нами своей страшной тайной!

— Легко догадаться! — восклицает Терренс. — Дон Жуан. Просто Дон Жуан.

Все парни заливаются громким смехом, пока Сэмми смотрит на них все подозрительнее и подозрительнее, как будто думая: «Господи, спаси меня от этого идиотизма!».

— Не слушайте его, мужики, — тараторит Бенджамин. — Терренс просто нажрался в стельку на радостях и сейчас несет всякую чепуху на пару со своим братцем. У него вон даже язык заплетается!

— Ну ты хоть пригласи нас на свое шоу как-нибудь, — бодро просит Кристофер. — Нам, конечно, мужской стриптиз неинтересен, но мы с радостью придем поддержать друга.

— Да! — соглашается Кевин. — Подкинем немного деньжат! Которые всегда нужны.

— Блять, с кем я связался? — устало стонет Бенджамин, проведя свободной рукой по слегка раскрасневшемуся лицу.

— Я точно помню, что кто-то из клуба снял его шикарное выступление на телефон, — уверенно говорит Терренс и ставит свой стакан на столик.

— Прости, МакКлайф, но нереальный хит можно создать лишь раз в жизни, — хитро улыбается Бенджамин. — Один раз выстрелишь – во второй раз вряд ли получится.

— Было бы у меня на руках хоть одно видео – я бы с радостью показал его парням. Они бы поржали над тобой.

— Чего это поржали? Может, они бы были в восторге от того, что я умею!

— Ты умеешь только одно, Паркер, – подкатывать к красивым девчонкам и облизывать их с головы до ног. Ну и валяться на кровати, пока тебе делают минет.

— Доказательство того, что я совершенно здоров.

— Вот и порадуй друзей рассказом о том, как ты развлекался с той стриптизершей.

— Что, неужели тебе так понравилась?

— Понравилась? — Терренс скрещивает руки на груди. — Серьезно? Да у тебя всегда был ужасный вкус в девушках! Как ты мог запасть на полуголую девицу, задницу которой едва прикрывала тонкая полоска, а сиськи вот-вот могли вывалиться из лифака, что ей явно был не по размеру. Она как будто в темноте одевалась и схватила первое, что ей попалось под руку.

— Зато какая она была куколка, — загадочно улыбается Бенджамин. — А как она двигалась, извивалась! Точно кошечка… М-м-м-м…

— Я ничего красивого в ней не нашел!

— Ой, чувак, я тебя вообще не понимаю… Как ты мог не обратить на нее внимание? Она же такая конфетка! Хоть сию минуту раздевай и начинай трахать!

— Да у нее на лице сто пудов было три слоя косметики на лице! Которую даже наждачкой не ототрешь!

— Но тебе же не жить с ней! — отмечает Блейк. — Посмотрел бы на ее танцы, полапал за сиськи и задницу и подарил бы ей лучший секс в жизни! И все!

— Спасибо, меня силикон не привлекает, — спокойно отвечает Терренс.

— Когда хочешь потрахаться, тебе все равно, силиконовые ли у девчонки сиськи, — уверенно говорит Джозеф. — Главное – что это СИСЬКИ!

— Вот именно! — восклицает Коди.

— Очень жаль, что вы ничего не понимайте, — уверенно говорит Терренс.

— Блять, Терренс! — бодро произносит Уильям. — Да вы с Эдвардом вообще не от мира сего! Вот чего вы оба так категорически отнеслись к девочкам на празднике проводов вашей свободной жизни?

— Да, ни один мальчишник не обходится без стриптиза от сексапильных красоток, — уверенно говорит Джереми. — И жених доволен, и его компания удовольствие получает.

— Ага, а мы с Беном и Коди как раз думали о том, чтобы привести на яхту красивую девчонку, — признается Джозеф. — Точнее, двух. Ведь женихов-то у нас два. Чтобы они немножко их ублажили и порадовали.

— Вот будет у вас свой мальчишник – делайте что хотите, — советует Терренс.

— И да, я всех предупреждал! — угрожает пальцем Эдвард. — Если кто-то притащит сюда разукрашенную полуголую девку из стриптиз-клуба, то вы пожалейте об этом.

— Очень жаль, — задумчиво произносит Кристофер и загадочно улыбается. — А могли бы потусоваться с парочкой красоток и немного пощупать их…

— Можете прямо сейчас сходить с корабля, валить в стриптиз-клуб и щупать телок сколько вам угодно. Мы с братом никого не держим! Попросите рулевого за штурвалом приплыть к берегу и высадить вас. Кто хочет – на выход! Пожалуйста!

— А ты не беспокойся, приятель, — хитро улыбается Блейк. — Мы еще успеем сходить и поглазеть на красивых девочек.

— На моем мальчишнике никаких разукрашенных полуголых кукол не будет! И я заранее предупреждал вас об этом уже тысячу раз.

— И я сказал, чтобы никто даже не думал приводить сюда каких-то телок, — добавляет Терренс.

— Спокойно, мужики, не будет здесь никаких телок! — уверенно отвечает Кевин. — Я никого не привел.

— Я тоже, — произносит Кристофер.

— И я! — восклицает Бенджамин. — Ты же знаешь, что я изменился с того времени и стал встречаться с хорошенькой, порядочной девочкой.

— Да, а в старые добрые времена ты был тот еще ходок, — по-доброму усмехается Терренс. — Я не успевал запомнить всех твоих подружек… Только привыкал к одной, как появлялась другая.

— Скажу тебе больше, МакКлайф, я и сам не помню и половину девчонок, с которыми все это время спал, встречался и просто миловался.

— Однако ту стриптизершу ты, как я вижу, не забыл.

— Как забыть такую кошечку, которая так красиво извивалась и всячески соблазняла одним лишь взглядом…

— Ага, эта кошечка так заманила тебя в свои сети, что ты и сам разделся до труселей и вместе с ней станцевал на столе зажигательный стриптиз, — усмехается Терренс, откинувшись на спинку дивана и закинув руки за его спинку. — Вы еще и успели везде полапать друг друга. И наставить друг другу засосов.

В этот момент парни, слушающие разговор Бенджамина и Терренса, тихонько хихикают, переглядываясь между собой.

— Зато потом у меня была шикарная ночь любви, — уверенно заявляет Бенджамин. — Знаешь, какой классный минет она мне сделала. М-м-м… Аж глаза из орбит повылезали!

— Да уж… — задумчиво произносит Райан. — Что-то меня берут сомнения в том, что бабник может резко стать примерным мужиком и быть верным одной единственной.

— Однако стал же. И встречаюсь с девушкой, которой совсем не похожа на других. — Бенджамин выпивает немного напитка из своего стакана. — К тому же, я увязался за той девкой, потому что хотел поскорее отвязаться от одного парня, который тогда с нами был. Дружок Терренса. Нудный придурок с очками, как у Гарри Поттера, который думал, что умеет классно шутить.

— Между прочим, тот придурок с очками, как ты выразился, сейчас очень изменился, — отвечает Терренс. — Он подкачался, возмужал и больше не носит очки. Я как-то встретил его на улице и был приятно удивлен тем изменениям, которые с ним произошли.

— Ага, а шутить он нормально научился? Или все такой же обладатель плоского юмора, над которым ржет только он сам?

— Просто он не любитель пошлых шуток. Он… Так сказать… Шутит интеллигентно.

— Вот какого черта ты пригласил этого придурка потусоваться со мной, Коди и Джо? Если бы не он, все было бы прекрасно!

— Ну не знаю, мне он не доставлял дискомфорта, — признается Коди.

— Мне тоже, — добавляет Джозеф.

— Блять, да я до сих пор испытываю испанский стыд от того, как он пытался подкатить к той стриптизерше, — хлопает рукой по лбу Бенджамин.

— Ой, ладно тебе, не преувеличивай! — восклицает Терренс. — Мы с парнями прекрасно провели время.

— Ну да, а ты прямо все помнишь!

— Побольше тебя. Я не нажирался так, как это сделал ты. Тебе напрочь снесло крышу, и ты буквально был готов в одних труселях – или вообще без них – выскочить на улицу, сплясать ламбаду и клеиться к девчонкам. И заставить людей думать, что ты – больной извращенец, которого надо забрать в полицию.

— Да, а ты разве забыл, что сам вытворял в тот раз? Как перебрал с бухлом, полуголый отплясывал на столе, выкрикивал какой-то несвязный бред, в очередной раз кичился свой популярностью и называл себя королем всех и всего! Ну а под конец ты запутался в своих длиннющих ногах, свалился на пол и отбил себе весь зад. И катался на полу с воплями о том, что тебе больно, и тебя убили.

И снова вся мужская компания начинает заливаться громким смехом, а некоторые успевают наполнить свои стаканы крепким алкогольным напитком и сделать несколько глотков.

— Этого не было! — возражает Терренс.

— Было! — восклицает Коди. — Я помню твои выкрутасы.

— Ага, по-моему, об этом даже написали в журналах, — добавляет Джозеф. — Только его менеджеры сделали все, чтобы заставить народ поверить, будто это все ложь, а фотки были фальшивыми. Потом фотки вообще пропали отовсюду, а все статьи об этом были удалены.

— О, держитесь, мужики… — со стаканом напитка в руках весело произносит Даниэль. — Я чувствую, Эдвард сейчас нажрется и сам полезет на стол плясать, да еще и шмотки все с себя снимет.

— Ну полезу и полезу – тебе-то что? — едва связывая слова между собой, удивляется Эдвард. — Это мой мальчишник! Я гуляю и делаю что хочу! У меня праздник!

— Яблоко от яблони недалеко падает – какой старший братец, такой и младшенький, — по-доброму ухмыляется Кевин.

— Да Эд уже сидит бухой! — бодро заявляет Кристофер. — Смотрите, как его развезло после одного стаканчика!

— Точно! — хихикает Блейк. — Готовьтесь, мужики, скоро женихи исполнят для нас стриптиз. И побегут в одних трусах прыгать в воду.

— Вместе с Паркером, — по-доброму усмехается Питер. — Сейчас они все полезут на стол. А потом с разбегу, да в тепленькую соленую водичку!

— Ага, сейчас! — громко ухмыляется Бенджамин и отпивает немного напитка из своего полного стакана. — Пусть Терренс развлекает вас! Он же у нас считает себя неотразимым красавчиком – так пусть продемонстрирует это. А не чешет языком! Ну а если и его братику захочется потрясти своими причиндалами, то вперед.

— Только после вас, мой уважаемый друг, — хитро улыбается Терренс. — Сначала пусть выступит настоящий профессионал своего дела.

Бенджамин передразнивает то, как Терренс сказал последнюю фразу, и показывает ему средний палец и язык, пока тот с закатанными глазами тихо хмыкает и пьет из своего стакана, который берет со столика, а остальные тихо хихикают.

— Эй, а как вы вообще познакомились? — интересуется Даниэль. — Мы знаем, что вы дружите с детства, но до сих пор не в курсе, при каких обстоятельствах встретились. Вы что, учились в одной школе?

— Мы? — удивленно произносит Бенджамин. — Да нет, к счастью, мы учились в разных школах. А познакомились мы очень давно. Где-то лет в семь-восемь, если моя пьяная башка меня не подводит. Наши матери работали вместе и довольно близко общались.

— Ага, однажды мама взяла меня с собой в гости к Паркеру и его матери, — добавляет Терренс. — Я тогда не слишком понимал, чего мне там делать, но не стал протестовать. Сразу скажу, его отца я не знаю, потому что он не живет с Беном и его матерью с тех пор, как они развелись лет двести назад. Но благодаря нашим матерям я и познакомился с этим чудом в перьях по имени Бенджамин Джошуа Паркер.

— Этот придурок успел меня достать уже за первые несколько минут нашего знакомства. Пока наши матери пили чай на кухне и о чем-то болтали, этот осел успел разгромить всю мою комнату, пока носился за мной. Захотел, твою мать, поиграть в догонялки! Потом пособачались из-за игрушки, сломали ее, успели подраться… Но уже через пять минут как ни в чем ни бывало сидели напротив телика и рубились в приставку.

— Ха, да куда бы ты убежал в то время? — по-доброму усмехается Терренс. — С той комплектацией ты мог только дойти до холодильника.

— Хочешь сказать, я был жирным? — широко распахивает глаза Бенджамин.

— Я все еще помню тебя пухленьким и щекастым коротышкой. Да, конечно, потом ты каким-то чудесным образом вытянулся, догнал меня по росту и прилично похудел… Но факт остается фактом…

— Это была всего лишь детская припухлость, — невинно улыбается Бенджамин. — Любой ребенок этим страдает, а по мере взросления худеет и вытягивается. Вон у тебя тоже были большие щеки, когда ты был сопливым пацаном, но потом они сдулись.

— Неправда! У меня никогда не было больших щек!

— Были-были, — хитро улыбается Эдвард. — Мама показала мне твои детские фотографии! И мы вместе посмеялись над теми, на которых ты надувал щеки и выглядел похожим на жрущего бурундука.

— Так, а ты помалкивай, малой! А то быстро укорочу твой длинный язычок.

— Не нравится МакКлайфу, — уверенно кивает Коди. — Ой как не нравится!

— И не говори, — соглашается Джозеф.

— Не любит слышать правду, — отмечает Бенджамин.

— Ты тоже молчи! — хмуро бросает Терренс. — Вот не взял бы себя в руки, сейчас бы был гораздо жирнее, чем в детстве.

— Вес всегда можно сбросить, а вот рост никуда не денется. Ты всегда был огромной дубиной на фоне своих дружков. Столбом под два метра, который всегда был на голову выше ребят.

— Не под два метра. Мой рост – метр девяносто три!

— Какая хер разница?

— Он и правда всегда таким был? — со стаканом в руках спрашивает Райан.

— МакКлайф с самого детства всегда был выше сверстников на целую голову. А тогда он еще был дохлым, как сосиска. Гораздо худее, чем сейчас. Да, его щеки, конечно, были большими, но руки и ноги выглядели очень тоненькими. Словно веточки!

— Твою мать, вот разговорился попугай… — устало стонет Терренс.

— Кстати, все ребята во дворе называли его Жирафом Терри из-за высокого роста.

— Жираф Терри? — по-доброму усмехается Блейк.

— Так точно!

— Только попробуйте назвать меня Терри, а иначе пожалейте об этом, — угрожает пальцем Терренс. — Терпеть не могу, когда кто-то называет меня таким образом!

— Хорошо, Терри, мы не будем, — невинно улыбается Эдвард, похлопав Терренса по плечу.

Эдвард сразу же получает от Терренса крепкий подзатыльник, из-за которого он слегка морщится и издает тихий писк, потирая место хлопка, но не переставая смеяться.

— А чем тебе не нравится? — недоумевает Джереми. — Обычное сокращение имени Терренс – вот и все!

— Да ты что, Джер! — иронично усмехается Бенджамин. — МакКлайф предпочитает быть серьезным и взрослым мужиком и не терпит всяких сокращений его прекрасного редкого имени. Терри – это как-то несерьезно, мужики! А вот Терренс – другое дело!

— О, помню, мы с Перкинсом как-то назвали его Терри, — со стаканчиком в руках бодро рассказывает Питер. — Так он встал на дыбы и потребовал, чтобы его называли исключительно Терренсом.

— Но иногда он пропускает подобное мимо ушей, — добавляет Даниэль. — Назовешь его Терри – а он спокойно к этому относится.

— Мне просто больше нравится, когда люди называют меня полным именем, — спокойно признается Терренс. — И прошу называть меня только так.

— Что плохого в том, чтобы называться Терри? Я же не ворчу, когда меня называют Дэном! А Кэссиди частенько называет меня Дэнни. И мне вполне нормально. Это мое имя.

— Я все сказал! Я требую называть себя Терренсом и больше никак!

— Да забейте, мужики! — машет рукой Кристофер. — Раз наша звездочка просит величать его полным именем, то так и быть – будем звать Его Высочество так, как он желает.

— Желание короля – закон! — восклицает Джозеф.

— Спокойно, парни, сейчас мы немного подпоим неотразимого Терри, и он еще больше подобреет, — весело говорит Бенджамин. — И будет нормально реагировать, даже если мы будем обращаться к нему просто «Т».

— Молчи лучше, придурок! — хмуро бросает Терренс. — Сам ведь на дыбы встаешь, когда тебя величают Бенджамином, а не Беном!

— Да пока мое полное имя произнесешь, уснуть можно! А тут я сам облегчаю вам задачу! Бен – коротко и ясно! Не то что какой-то там Бенджамин…

— Ох, какой ты благородный!

— Так, ладно, парни, — взяв стаканчик и приподняв его, бодро произносит Уильям. — Давайте тяпнем еще одну стопочку.

— О давайте! — соглашается Райан, пока свои стаканы берут те, кто поставил их на столик. — Быстрее все расслабятся и перестанут ворчать!

— Тост за то, чтобы у этого самоуверенного индюка не слишком сильно жало корону и… — с широкой улыбкой хочет сказать Эдвард, на секунду переводит взгляд на Терренса, который уж недобро смотрит на него, резко замолкает и невинно улыбается. — Э-э-э… Ладно! Просто выпьем за то, чтобы все было круто!

— Желаем того же самого и тебе! — весело вставляет Кевин. — Нам второй Терренс МакКлайф не нужен! С одним-то никак не справимся!

— Ура! — громко, весело вскрикивает Блейк.

— Ура-а-а-а-а-а! — бодро подхватывают остальные.

В очередной раз все мужчины поднимают свои стаканы, постукивают по каждому и выпивают еще немного алкогольного напитка, который все больше влияет на мозг друзей и помогает им все больше расслабляться.

— Слушайте, что-то Сэмми совсем забыл про нас, — с грустью во взгляде задумчиво отмечает Эдвард. — Сидит где-то в углу, не лает, не подходит…

— Просто ушастый охеревает от происходящего и недоумевает, куда же он попал, — с тихим смешком предполагает Питер.

— Ага, — по-доброму ухмыляется Райан. — Наверное, он думает: «Лучше бы я слушал разговоры девчонок о шмотках и прическах, чем находился с этими придурками и слушал их разговоры про голых телок и танцы в балетной пачке.»

Пока парни заливаются громким смехом, Сэмми впервые за долгое время отвлекается от своей игрушки и громко подает голос, хотя и не желая подойти поближе к тем, от кого за километр несет алкоголем.

— Эй, парень, ты чего сидишь там? — обращается к Сэмми Блейк. — Не хочешь присоединиться к нашей тусовке в честь женихов? Или так и будешь до конца праздника сидеть с этой костью в стороночке?

Сэмми издает непонятный звук, принимает лежачее положение и берет в зубы игрушечную синюю косточку, будто давая понять, что парням придется веселиться без него.

— Мы попытались, — разводит руками Кевин.

— Ладно, оставим его, — машет рукой Эдвард. — Сам подойдет, если захочет. Хотя я смею предположить, что дело в нас. Мы здесь все в стельку бухие и пьем уже второй стакан вискаря.

— Главное, чтобы он не свалил куда-нибудь, — слабо жестикулируя, спокойно отвечает Питер. — За борт… А иначе Хелен прибьет меня собственными руками.

— Если ты припрешься к ней пьяным в стельку, то она и так не погладит тебя по головке, — ухмыляется Кристофер.

— Все ваши красавицы, которые сейчас находятся на девичнике у невесты, определенно привяжут вас к кровати и отшлепают как маленьких детишек, — предполагает Коди.

— Наверняка сейчас сидят и обсуждают план наказания, — скромно хихикает Блейк.

— А мы с ними договоримся, — уверенно отвечает Даниэль. — Мы прекрасно знаем, как сделать так, чтобы они слушали и как собачки смотрели нам в глаза.

— О, Перкинс, тебе вообще предстоит пережить двойное наказание, — весело отмечает Уильям. — От твоей рыжей красавицы и твоей младшей сестренки.

— Да, чувак, не завидую тебе, — добавляет Джереми и выпивает немного из своего стакана.

— Ха, а это, мужики, мы еще посмотрим, — с гордо поднятой головой говорит Даниэль. — С Анной я как-нибудь договорюсь, а вот Кэссиди не имеет право меня воспитывать. Это должен делать я. Ибо я – ее старший брат.

— К тому же, у нас есть Сэмми, — отмечает Питер. — Уж он поможет убедить наших красавиц в том, что мы вели себя очень хорошо и не сделали ничего плохого.

— А уж этому песику девчонки просто не смогут не поверить, потому что он говорит только правду, — с хитрой улыбкой добавляет Терренс.

Сэмми снова издает какой-то странный звук.

— Да? — удивляется Блейк. — Ну судя по реакции Сэмми, я сомневаюсь, что он будет покрывать вас.

— За свежий кусочек мяса или сочную косточку он переплывет весь этот океан сто раз подряд, — уверенно отвечает Даниэль.

— Не будь таким уверенным, крутыш, — советует Бенджамин и выпивает немного из своего стакана. — Вот когда у меня была собака, то она порой отказывалась заключать со мной договор даже за ее любимые вкусности.