Я на секунду замер на месте.

А потом сделал два шага назад.

«Ну куда же ты?» — разочарованно протянул голос, и в наушнике сразу затрещали помехи.

Если все эти обрывки фраз и голоса были порождены искусственным интеллектом станции, то получалось, что он буквально следил за нами. За мной. И манил к себе, как какая-нибудь мифологическая русалка.

Эта внезапная ассоциация вызвала во мне очень неприятное чувство.

Потому что русалки в легендах манили моряков не просто так, а прямиком на рифы и смерть.

И вообще. В какой реальности сейчас существует Аэтер? Если станция провалилась в рифты, то каким образом она может отслеживать происходящее здесь, в нашем мире? И контактировать с ним?

Ведь никакие приборы и устройства не работают сквозь пространство!

Хотя…

Стоп.

Сквозь пространство без помех все-таки одно устройство работает. Это интерфейс.

Тем временем Хопкинс уже во второй или третий раз спрашивал меня, что случилось.

— Судя по всему, рифт там действительно есть, и нам надо туда войти, — проговорил я, наконец.

Хопкинс мгновенно оказался рядом со мной, его глаза под шлемом возбужденно блестели.

— Ты так услышал?..

Я кивнул.

— О чем идет речь? — растерянно проговорила Накамура. — Что он услышал? Мистер Хопкинс, вы нам что-то недоговариваете?

Что-то?

Это еще слабо сказано.

— Я слышу радиосигналы «Аэтер», и поэтому по мнению Хопкинса способен привести группу прямо к нему, — без обиняков ответил я.

Накамура ахнула.

— Серьезно? Мы доверяем свои жизни… галлюцинациям этого молодого человека?

Я хотел ей сказать, что это не галлюцинации. Что я слышу звуки с помощью рации, и с головой у меня все нормально. Но только собирался открыть рот, как Хопкинс с недовольным видом встал между мной и женщиной.

— Если вам угодно именно так это сформулировать — да, — сказал он без тени смущения. — И, если вас что-то не устраивает, можете возвращаться домой. К своим делам, долгам и кредитам. И учтите, я непременно вычту с вас стоимость всего оборудования, которое вы используете. Поскольку оно было сделано специально по вашим меркам, а вы нарушили условия договора и отказались выполнять работу. Синклер, сколько машин исправны?

— Ни одной, — хмуро отозвался тот. — Но две еще можно отремонтировать, а две просто умерли.

— Ну вот и прекрасно, — улыбнулся Хопкинс. — Можете отремонтировать машину и вернуться на ней из пустоши на базу.

— Но я не умею!..

— Я знаю, — усмехнулся Хопкинс. — Но это не мои проблемы.

— Прекратите! — выкрикнула вдруг Накамура, срывая с головы шлем. На глазах у нее блестели слезы. — а все остальные, как вижу, ничуть не удивлены такому положению вещей? Да? Вы все заранее знали?

«Джоны» молча переглянулись. Мы с Егором молчали. Лекса с Тенью, скрестив руки на груди, просто наблюдали за сценой. И только Синклер отвел глаза в сторону.

— Просто выполните условия договора, — уже без улыбки, с мрачным давлением в голосе проговорил Хопкинс, приблизившись к Накамуре и уставившись на нее, как удав на кролика. — И какое вам дело, на какие механики я полагаюсь в процессе экспедиции? Я вовсе не обязан перед вами отчитываться. В нашем договоре вообще нет ни слова о необходимости информирования вас касательно целей, задач и методов проведения данного исследования. Единственное, что вас волновало при заключении контракта — это деньги, которые вы получите за работу.

— Да вы… Вы просто чудовище! — воскликнула Накамура, и ее губы задрожали.

— Чудовище, которому вы охотно продали свою душу и тело, дорогая, — ответил с недоброй улыбкой Хопкинс. — Хотя о последнем я вас и не просил. Теперь прошу внимания всей группы! — обратился он к нам. — Разбираем рюкзаки и выдвигаемся следом за Монголом.

— А как же командир? — подала голос девушка-джон и впервые стащила с лица балаклаву. — Он ранен и не может идти!..

— Он не может идти не только поэтому, — Хопкинс бросил взгляд на командира «джонов» — Если там действительно какой-то невидимый рифт, он не пропустит его во второй раз. Так что вариантов нет. Кроме как остаться здесь и активировать свой спасательный маячок, — проговорил он с какой-то грустью, точно Хопкинсу было искренне жаль продолжать путешествие без него. — Выплата за участие в экспедиции ему будет начислена в полном объеме. Не сомневайтесь.

— Тогда я останусь с ним! — воскликнула Накамура.

— Делайте, что хотите, — пожал плечами Хопкинс.

Я тяжело вздохнул.

Вся эта история с экспедицией пахла все хуже. Но чем сложней становилась обстановка, тем неудержимей меня влек «Аэтер».

Я снял защиту, затолкал в вещмешок.

Покосился на Егора.

— Рюкзаки на тебе.

Тот кивнул.

И я под пристальными взглядами всех присутствующих подошел к тому месту, где обрывались следы командира и сделал шаг вперед.

В голове зашумело. В глазах на мгновение все побелело, а через секунду я увидел густые зеленые заросли, залитые желтым дневным светом. Прямо передо мной на кочке виднелись пятна крови и изуродованная человеческая голова, обглоданная до костей. Горячий влажный воздух ударил в лицо, и в моем наушнике забормотал сразу целый хор голосов.

Так что я с трудом расслышал сквозь весь этот шум электронного помощника:

Доступ к рифту АМ-2А00 — Дикие болота — получено.

Проверка на генетическое соответствие…

Проверка на генетическое соо…

Провер…

Дальше все так затрещало, что я схватился за голову.

— Повтори, я не понял! — в голос скомандовал я помощнику.

Но в ответ в моей голове вдруг воцарилась полная тишина.

Я попытался развернуть перед глазами интерфейс, но тщетно.

Запуск не срабатывал!

А еще через несколько минут вместо привычного электронного голоса я услышал живой женский голос.

Проверка на генетическое соответствие завершена. Совпадение найдено. «Аэтер» приветствует вас, Марат! С возвращением!

И в этот раз наушник был вовсе не при чем.

Голос звучал прямо у меня в голове.

К сожалению, вы слишком долго отсутствовали, в связи с чем срок ваших прав как администратора истек.

Но не огорчайтесь!

Пользователю «Марат» присвоен статус: игрок

Задание категории А — убейте десять монстров

Задание категории В — убейте другого игрока с более высоким статусом, чем у вас

Я ошеломленно слушал весь этот поток информации, пытаясь лихорадочно понять, что происходит. Почему я больше не вижу и не слышу интерфейс, почему вместо него вдруг появился женский голос, именующий себя «Аэтер», какое совпадение было найдено и с чего вдруг эта штука дает мне задания, как интерфейс в игре?..

Да еще и упоминание о каком-то «другом игроке», которого я вдруг должен убить.

Интерфейс никогда не давал подобных заданий. До сих пор другие игроки у него никогда не становились целями.

Но толком подумать об этом я не успел.

Из зарослей медленно вылезла огромная серая туша, больше похожая на помесь примата с лысым медведем, чем на наших юрок. вылетела из зарослей с такой скоростью, что я не успел моргнуть. Грудь, спина, верхняя часть рук или лап были покрыты тонкими костяными пластинами. Земля чавкнула под его лапами: командир Джонов не солгал, когда говорил, что тут почва похожа на болото. Мои ботинки тоже увязли во влажную мягкость почти по щиколотку.

Из-за спины хаотично загромыхали выстрелы. Это возникший из ниоткуда Егор и молодой Джон решили проверить крепость юрковой шкуры.

Это они напрасно. Монстр взревел, вскинув голову. И в ответ на его рев джунгли задрожали, зашелестели тенями и откликнулись десятками голосов, пронесшихся по влажному лесу.

— Твою мать, — пробормотал я, и в этот самый момент с одной стороны от меня материализовался Хопкинс, а с другой — Лекса вместе с Тенью.

Все трое схватились за головы.

— Что происходит?.. — выдохнула моя разноглазая.

— На нас нападают, вот что сейчас важно! — выпалил я. — Соберись!..

И в этот момент рядом с обстрелянным и возмущенным монстром появились еще трое. И всей стаей они бросились на нас.

Я не думал.

Тело само, на инстинктах рвануло вперёд с такой скоростью, что мох под ногами расцвел медленным фонтаном из буро-зеленого мха и грязи.

Первый уродец среагировал, когда я уже был в метре от его морды. Глаза расширились, губы угрожающе поджались, обнажая ряды острых, как у акулы, клыков.

Моя рука с ядовитым клинком ударила ему под ребра, со скрежетом проникая аккурат промеж костяных пластин, в то время как второй я швырнул в гущу монстров биокоррозию. Она вырвалась наружу клубящейся дымкой, и шкура на морде двух ближайших приматов зашипела и запузырилась, в считанные секунды обнажая их до костей. Твари с пронзительным визгом рухнули на бок, судорожно скребя лапами мох.

Четвертого добила Лекса.

Я даже обернулся, когда огненный поток обрушился на монстра — чтобы посмотреть, кто из группы обладает такой мутацией.

А потом из джунглей на нас ломанулось целое стадо этих пластинчатых полуприматов.

Краем глаза я увидел, как девушка-джон испуганно метнулась назад — туда, где еще пару минут назад был проход в пустошь. Но переход не сработал. Ни со второй, ни с третьей попытки.

Хопкинс, выбросив руки вперед, ударил противников ярко-голубой молнией, и несколько штук разом упали, как подкошенные. А вместе с ними едва не рухнул один из наших бойцов в балаклаве, по случайности оказавшийся рядом. Он еле успел отскочить в сторону.

— Уйди нахрен, ты своих так убьешь! — крикнул я Хопкинсу, чувствуя спиной, буквально в нескольких шагах от себя, Лексу…

И у меня внутри будто что-то щелкнуло.

Все сложилось в простую цепочку: я, она и опасность.

Сейчас мне было все равно, вместе мы или сами по себе. Просто она должна остаться невредима, и точка.

И я бросился вперёд.

Все вокруг замедлилось. Мышцы и связки внутри зазвенели от напряжения, под кожей разлилось бодрящее, покалывающее тепло.

Я влетел в гущу юрок, как снаряд. Первому — взрывной удар в грудину, второму — ногой в голову, и череп хрустнул, как яйцо. Сразу нескольких я отшвырнул от себя дистанционным ударом, а потом еще и еще, вырезая из по одному.

Поздравляю! Задание выполнено! — звенел у меня в голове радостный женский голос. — Вам начислены баллы!.. Новое задание…

Я старался не слушать, что она там болтает. Потому что невозможно удерживать скорость и отвлекаться.

Еще одно задание выполнено! Поздравляю! Вы в хорошей форме, Марат! Вам начислены баллы!.. — не унимался голос.

Егор и Тень присоединились к моему геноциду. Время от времени вспыхивали аккуратные, меткие огненные потоки — Лекса не стала вступать в ближний бой, но активно поддерживала нас с дистанции.

Последним рядом со мной возник Синклер. Движением правой руки он обливал монстров потоком воды, а левой — превращал эту воду в лед. Это было необычно и красиво, но не очень эффективно, потому что мутанты каким-то образом умудрялись сбрасывать с себя ледяную корку. Но глыба льда на ногах работала безотказно, упрощая работу всем, кто не обладал большой скоростью.

Наконец, я рывком сломал шею последнему юрке, и, тяжело дыша, уронил усталые, перепачканные липкой кровью, руки вдоль тела.

Медленно повернулся к Хопкинсу.

И только тогда понял, почему не видел во время схватки ни одного Джона.

Они заняли позицию вокруг своего господина, и никуда от него не отошли за все время битвы.

В первый раз я видел лицо Хопкинса таким.

Он смотрел на меня, не моргая. Серьезный. Строгий. Почти торжественный.

А за их спинами, сидя на мокрой земле, плакала Накамура.

— Ты же вроде хотела остаться с командиром? — удивленно проговорил Егор по-русски, на мгновенье забываясь.

И в этот момент Хопкинс вдруг несколько раз ударил в ладоши.

— Браво, Монгол! Я даже не думал, что ты настолько хорош.

Тем временем Лекса бросила быстрый взгляд на нас с Егором и подошла к Накамуре. Помогла ей подняться.

— Зачем вы здесь? — спросила она азиатку по-английски. — Почему не стали дожидаться спасателей?

— Никакого спасательного маячка нет, — проговорила женщина сквозь слезы. — Он просто пустил себе пулю в лоб, оставив меня в пустыне умирать!..

— Отведи ее в сторону, — негромко проговорил я Лексе по-русски. И двинулся к Хопкинсу. Грязный от еще теплой крови, переступая через изувеченные тела поверженных противников.

Хопкинс не двигался с места. Всё так же смотрел на меня, сложив руки на груди. «Джоны» перед ним стояли истуканами, только стволы автоматов слегка покачивались в такт их дыханию. Двое мужчин держались уверенно и твердо. Девушка, судя по всему, очень нервничала, но старалась не показывать этого.

— Что здесь происходит на самом деле? Это ведь никакая не экспедиция в поисках «Аэтер». Судя по всему, на самом деле ты с самого начала прекрасно знал, где ее надо было искать. И про голоса, и про рифты. Ты ведь специально избавился от двух навязанных тебе смотрящих от внешних организаций, не так ли?

Хопкинс усмехнулся.

И я вдруг понял, что с молодого лица на меня смотрят глаза недоброго старика.

— Нет, я действительно никогда не знаю наверняка, где найти станцию. На самом деле в пустыне порядка полсотни скрытых рифтов. И она, как Летучий Голландец, скользит из одной реальности в другую. Но каждый раз всегда находится тот, с кем «Аэтер» выходит на связь, тем самым подсказывая мне дорогу.

— Что с интерфейсом?

Хопкинс невесело, устало рассмеялся.

— А ты до сих пор не понял? Его здесь нет. Здесь царствует только «Аэтер». Искусственный интеллект, способный швырять бонусные баллы не десятками, а сотнями, если сумеешь удовлетворить его запросы. Но мне этого мало, Монгол. Я хочу добраться до самого ядра. И с этим мне можешь помочь только ты. — Посмотри на них, — он махнул рукой на свою группу. — Накамура после двух паршивых рифтов каким-то чудом вышла на двадцать два процента сходства с первопроходчиком по прозвищу «Океан». Александра Штальман — на двадцать пять со своим двоюродным дедом, «Севером». Синклер едва дотягивает до десяти. А теперь ты. Семьдесят восемь процентов, Монгол. У тебя семьдесят восемь процентов совпадения с проходчиком, известным по документам как «Марат». Образцом, который и интерфейс, и «Аэтер» принимают за эталон нашего вида. С человеком, у которого когда-то здесь были права администратора. Ты понимаешь, что это значит? Ни Накамура, ни Алекс, ни кто-либо еще не откроют мне дорогу туда, куда я хочу попасть. А ты — можешь.

Меня будто ударило догадкой.

Не просто тёзка. Не просто совпадение.

Если этот Марат — не посторонний мне человек…

Если я изначально нёс в себе часть его генетического кода, а рифты только дотянули остальное…

Тогда всё сходится слишком хорошо, чтобы быть случайностью.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — проговорил я, не спуская с Тени Дьявола глаз. — Но зато прекрасно понимаю, какая же ты паскуда.

— Почему? Потому что хочу быть сильнее других и нашел для этого прекрасный способ? — усмехнулся Хопкинс. — Полно, Монгол. Каждый старается выжить, как может. Но не всем это дано. Некоторым объектам суждено стать лишь энергией, свободной от своего биологического носителя, чтобы питать новую систему. Они были рождены жертвами, и умрут, как жертвы. Другое дело — те, кто родился на этот свет стать хозяином…

Воздух вокруг Хопкинса дрогнул. Пространство вокруг него начало мерцать, как марево над раскаленной пустошью.

А потом вспыхнуло.

Из ниоткуда, из самой пустоты, вокруг его тела сложились полупрозрачные, переливающиеся всеми оттенками синего и фиолетового щиты. С тихим, но отчетливым гудением они двигались наслаиваясь друг на друга. Свечение энергии запульсировало вокруг Хопкинса, заставляя воздух искриться.

«Джоны» отступили на шаг, но не сломали строй. Их лица под балаклавами оставались каменными — они явно видели это раньше. А вот остальные…

— Что за… — начал Егор, поднимая автомат.

Поздно.

Хопкинс медленно, почти торжественно поднял руки, будто собирался дирижировать невидимым оркестром. И в тот же миг от его ладоней рванулись тонкие, обжигающе яркие лучи. Не молнии, как до этого. А именно лучи, похожие на светящиеся канаты из чистого белого света, в глубине которого просвечивала чернота.

Они ударили во всех, кроме меня и «джонов».

Лекса вскрикнула, когда канат обвил её талию и рывком оторвал от земли. Егор выстрелил, но пули прошли сквозь свет, не причинив вреда, и через секунду его автомат выпал из рук — второй луч схватил его за запястья, заломив руки за спину. Тень, молчаливый и быстрый, попытался уйти на скорости, но световое щупальце оказалось быстрее.

Синклер даже не сопротивлялся. Просто замер, когда свет коснулся его груди, и его медленно, без рывков, подняло в воздух, раскинув руки в стороны.

Накамура забилась в истерике, но луч обхватил её за плечи, и женщина повисла в трёх метрах над землёй, судорожно дергая ногами.

Я на скорости дернулся к Хопкинсу, но в этот раз мой противник не застыл, как статуя. Наоборот.

Канаты вокруг Егора и Лексы засияли еще сильней, чем прежде, и с хрустом сжались, будто собираясь сломать им ребра. От их крика у меня кровь закипела в жилах.

— Назад! — крикнул мне Хопкинс. — Или…

Он вдруг так стиснул своим световым щупальцем Накамуру, что у женщины изо рта закапала кровь, а тело безжизненно обмякло.

Щупальце разжалось, и мертвое тело упало мне под ноги…

— Подумай хорошенько, Монгол, — произнёс Хопкинс, и его голос звучал спокойно, почти ласково. — Ты продался мне ради банального любопытства. Как это дешево! В порядке исключения разрешаю тебе добавить в список ещё и желание безграничной силы. Мы можем сделать себя настолько сильными, насколько пожелаем. Так почему бы нам не объединиться для достижения этой прекрасной цели?..

И он улыбнулся улыбкой человека, который только что выиграл партию.