— И это ты называешь безопасным местом, воевода? — спросила Наана, увидев наше стойбище. — Я думала, твои воины успели отстроить тут крепость. А это просто какое-то стойбище, как у… Жителей ханств!

Я умел читать между строк. И паузу в словах Нааны заметил. Видимо, где-то внутри этой паузы скрывалось слово «дикарей». Однако произносить его купец не стала. Ведь те самые «дикари», хоть и чтущие Законы, были совсем близко.

— Это место не лучше и не хуже других, — не спеша оскорбляться, ответил я. — И будь уверена: эту ночь ты и твои люди будете спать спокойно, без страха перед демонами. Скорее всего.

— Скорее всего? — вздёрнув бровь, уточнила купец.

— Если среди демонов окажется сильный высший, тогда, возможно, придётся повоевать… — я пожал плечами. — Но шансы на такой вариант сама можешь подсчитать.

— Ты очень неплохо разбираешься в демонах, Ишер! — с подозрением на меня покосившись, заметила Наана. — Неужели успел повстречаться с высшими?

— Я прошёл Долгую Осаду, — ответил я. — Неудивительно, что я разбираюсь в демонах. А вот то, что в них разбираешься ты… Вот это действительно вызывает вопросы.

— Я — купец Святилища! А Святилище — это обитель знаний, в том числе и о демонах! — отрезала Наана и даже ногой слегка притопнула, изображая недалёкую деву.

А затем развернулась и поспешила к своей повозке, стоявшей неподалёку.

Рядом со мной остановил своего перехана Даян. Я вопросительно посмотрел, и начальник охраны не стал ходить вокруг да около:

— Хотел уточнить, как размещаться в вашем лагере. Нам очень не хотелось бы разъединять наш караван…

— Можете расположиться все вместе. Можете даже отгородиться телегами, — ответил я. — Лишь бы весь наш общий лагерь, в итоге, имел форму круга. Если хотите, занимайте ту часть рядом с холмом. Я попрошу своих людей перенести шатры.

— Спасибо! — кивнул Даян. — К слову, я тоже не очень понимаю, как вы обороняетесь каждую ночь… В чём ваш удивительный секрет?

— Увидишь ночью, — улыбнулся я. — Но я не врал.

Переговоры с Нааной начались вечером и затянулись допоздна. Купец очень не хотела тратить лишние деньги на защиту. Но ещё больше хотела добраться до Святилища. Желательно, живой, здоровой, не в виде глуха и вместе с грузом.

Наш торг прервался, когда Ферт воздвиг над стойбищем защиту из чёрного песка. Со стороны лагеря, разбитого караваном, донеслись удивлённые и встревоженные крики. Наана сразу же забеспокоилась, вышла из шатра для совещаний… И не смогла сдержать изумлённого восклицания.

— Арахама, охрани меня! Воевода, объяснись, что это такое⁈ — дрогнувшим голосом спросила она, глядя на чёрную пелену, окружившую лагерь. — Это проклятый песок, или мои глаза меня позорно обманывают⁈

— Это защита, — ответил я, выйдя следом за ней из шатра. — Включает в себя чёрный песок, да.

— Какая мерзость!.. — и вправду, не без брезгливости выдохнула купец. — Разве он не может породить из себя демонов?

— Сейчас нет. Сейчас он напитан жизненной энергией тех, кто под куполом, — покачал я головой.

— И нашей тоже⁈ — возмутилась Наана. — Но…

Купец на миг смутилась, и я уловил это. Судя по всему, она отлично знала, какие ощущения испытывает человек, когда скрывается под чёрным песком и напитывает его своей жизнью.

— Неприятных ощущений не будет, — широко улыбнувшись, ответил я ей. — Песка в этом куполе мало, а людей под куполом — очень много. Ты постеснялась сказать про то, что должна присутствовать усталость и слабость? Верно? Так вот, не жди, их не будет.

— И этого достаточно, чтобы демоны не заметили лагерь? — с сомнением уточнила Наана.

— Вполне, — кивнул я. — Надо бы предупредить твоих людей, чтобы не делали глупостей. И, главное, чтобы не пытались пройти через купол.

— Я схожу предупрежу… Но затем мы вернёмся к вопросу нашей защиты, воевода! — погрозив мне увитым сразу двумя перстнями пальцем, предупредила Наана.

Впрочем, судя по задумчивому взгляду, теперь она иначе смотрела на наше возможное сотрудничество. И расценки, которые сначала казались ей наглостью, уже выглядели вполне себе приемлемыми. Хоть, признаю честно, и немного завышенными.

В итоге, мы сговорились на тысячу двести золотых водянок, которые купец обязалась заплатить по прибытию в Страж. Верить ей на слово я, само собой, не собирался. Поэтому мы заключили контракт, который я заверил своей печатью наёмника.

— Триста пятнадцатый из Гильдии Наёмников Илоса? — удивилась Наана, глядя на цифры.

— Тебя что-то не устраивает? — прямо спросил я. — Гильдии в Краю Людей признают такие печати.

— Но… Все называют тебя воеводой. И тысячи людей в подчинении… Это не похоже на обычного наёмника, Ишер! — недоверчиво сдвинув брови, заметила купец.

— Ты ещё забыла упомянуть, что Илос пал, Край Железного Кряжа обезлюдел, ханства вот-вот будут уничтожены, Мган в осаде, Эарадан тоже, а по Землям Людей разгуливают демоны. Наана, тебе не кажется, что в непростые времена во главе войска может оказаться и простой наёмник?

— Да, пожалуй… — как бы нехотя согласилась купец, но в глубине её глаз что-то мелькнуло.

Ночь, как я и обещал гостям, прошла спокойно. Демоны, конечно, регулярно шастали мимо, но внимания на нас привычно не обращали.

Утро лагерь охватила суета совместных сборов. Выбравшись из шатра, я размял плечи и первым делом обратил внимание на телеги Нааны. Караванщики вовсю суетились: проверяли упряжь, перекладывали тюки… Ну и, естественно, постоянно бросали опасливые взгляды на моих кочевников.

Те, впрочем, не обращали на чужаков внимания, занимаясь привычным делом. Сворачивали шатры, грузили телеги, готовили вьючные мешки для переханов.

Наана обнаружилась быстро. Куда же без неё… Она стояла рядом со своей телегой, сверкая золотом даже в сером утреннем свете, и что-то втолковывала Даяну. Тот слушал с каменным лицом, лишь изредка кивая.

Видимо, первый купец Священного Храма раздавала ценные указания. Насчёт того, как лучше охранять её саму и её драгоценный груз. Я усмехнулся: ничего, пусть раздаёт. Лишь бы под ногами не путалась.

— Воевода… — раздался за спиной негромкий, но твёрдый голос.

Я обернулся и увидел Тадара. Он встал рядом, провожая взглядом снующих туда-сюда караванщиков.

— Ты уверен, что нам стоит браться за охрану этой женщины? — чуть понизив голос, без предисловий спросил старейшина.

Я хмыкнул. Конечно, назвать Наану приятным человеком я бы не смог, но… Тадар явно не о том беспокоился.

— Что тебя тревожит? — всё-таки уточнил я.

— Мой народ вёл дела с купцами Святилища… И я тебе скажу, нет более хитрых, жадных и изворотливых сволочей во всём Краю Людей! — покачал седой бородой Тадар. — Даже мой народ признаёт это, а уж какие у нас царят нравы, ты сам знаешь… Я понимаю, что когда напали демоны, нужно было им помочь… Но мы ведь уже помогли. А дальше… Дальше пусть бы они шли своим путём без нас.

— Мы всё равно собирались в том направлении. В планах ведь было пересечь Пограничные Холмы и двигаться к Стражу. Ну а теперь нам за это ещё и щедро заплатят… — я пожал плечами. — Договор на руках. Если потребуется, можно взыскать по нему нужную сумму в любом городе в Краю Людей.

— Золото — хорошая вещь, — медленно проговорил Тадар, явно оценив весомый аргумент. — Но эта женщина… От неё слишком много шума. И слишком много блеска. На этот блеск слетятся все разбойники на нашем пути!..

— Поэтому она и нанимает нас, — с усмешкой кивнул я. — К слову, тысячу золотых водянок я распределю между всеми в равных долях… Эти деньги за то, чтобы просто пройти по дороге, которую мы и так собирались топтать. По-моему, весьма неплохая сделка…

Тадар пожевал губами, обдумывая услышанное. Тысяча водянок. По мерках ханств, сумма была огромная. Да, по одной монете на пять человек, так что оплата выйдет, в итоге, серебром. И всё же…

— Выплатишь каждому? — дотошно уточнил он. — Даже тем, кто в бою не поучаствует?

— Всем, кто идёт в колонне и готов обнажить оружие в случае нападения, — подтвердил я. — Купец Наана платит за сопровождение. А уж кто и как будет сопровождать — моя забота. Я решил, что плату получат все поровну.

— Хорошо… — сказал Тадар, наконец. — Но пусть эта женщина держится подальше от моих воинов! От неё исходит… Беспокойство!..

— Она вас не потревожит… — спрятав улыбку, согласился я. — А если будет доставать, вежливо шлите её ко мне.

Тадар удовлетворённо кивнул и, не прощаясь, заторопился к своим людям. А я остался стоять, наблюдая, как сливаются в одну колонну два лагеря — мой, военный, и караванный, торговый. Телеги с оловом, как главная ценность, заезжали ровно в середину нашего обоза.

А едва солнце оторвалось от горизонта, объединённая колонна начала растягиваться. Вперёд ускакали разведчики, а сотня Истора на всякий случай выдвинулась в авангард. Повозок у нас теперь, конечно, прибавилось, но в остальном поездка не отличалась от любой другой.

Честно говоря, больше всего задерживали не караванщики, а танаки, норовившие встать и пожевать на любом удобном пастбище. Причём это были и наши танаки, и кочевничьи. Просто без этих животных было бы сложно прокормить такую ораву людей.

На север мы шли вдоль подножия Пограничных Холмов. Равнина, ещё вчера казавшаяся бесконечной, вздыбливалась справа, морщась складками, словно шкура гигантского зверя. Кое-где склоны холмов покрывала жёсткая трава песочного оттенка, выгоревшая на солнце. Куда чаще попадались колючие кустарники. Низкорослые, цепкие, с мелкими, будто посеребрёнными листьями. От них исходил терпкий горьковатый запах, который иногда доносило ветром.

Я ехал в середине строя, рядом с телегой, гружённой мешками чёрного песка, и лениво разглядывал пейзаж. Полупустыня. Не совсем мёртвая земля, но и не живая. Скорее, сумеречная полоса между царством песков и землями, где ещё можно сеять и жать.

Из трещин в камнях торчали пучки сухой травы, которую не брезговали щипать переханы на привалах. Пара раз мелькнули, прыснув из-под копыт, юркие ящерицы. Жизнь теплилась, но какая-то ущербная, привыкшая к вечной нехватке воды.

— Куда мы едем? — негромко спросила Элия, поравнявшись со мной.

Я покосился на неё. Она сидела в седле по-мужски, но даже в этом была особая грация. Лук висел за спиной, колчан со стрелами — приторочен к седлу. Чёрные волосы, заплетённые в тугую косу, выглядывали из-под лёгкого кожаного шлема.

— К старому тракту, — ответил я. — Самое удобное место, чтобы пересечь Пограничные Холмы.

К полудню мы его, наконец, достигли. Я никогда здесь не бывал, но характерные признаки заметил с первого взгляда. Сложно пропустить древний тракт, один из тех, что связывали основные города Края Людей в древние времена. Серые Угорья в этом месте пересекала широкая полоса. Такая широкая, что три телеги разъедутся, не задев друг друга. Вот только песок и глина занесли её за века, сгладив насыпь.

Тракт превратился в неровную ленту, убегающую к горизонту. И всё же местами нет-нет да попадались плиты, выглядывавшие из-под наносов.

— И как мы её пропустили вчера, Даян! — услышал я возмущённый голос Нааны. — Где были твои глаза⁈

— Смотрели на демонов…

— Надо было под ноги смотреть, а не на демонов!..

Я придержал перехана рядом с одной из плит, которую ещё можно было разглядеть. Я представил, как по этому тракту шагали войска, как торговцы везли руду и зерно, как спешили гонцы с царскими указами. А теперь — одна тишина. Лишь ветер гуляет. Да мы, горстка выживших, бредём по краю гибнущего мира.

Впрочем, эти земли и тогда были негусто заселены. Да и холмы особой популярностью не пользовались. Да, здесь имелись посёлки, занимавшиеся добычей меди, но исключительно небольшие. Ну и сновали по окрестностям отряды добытчиков в поисках каменного угля.

Говорят, когда-то в этих местах находили антрацитовые залежи. Однако те времена давно прошли. Скорее всего, чтобы добыть антрацит, нынче бы потребовалась глубокая шахта. А вот уголь, хоть и более грязный, встречался до сих пор. И где-то в Междуречье его умели обрабатывать так, чтобы затем использовать для плавки.

Слушаясь моего приказа, колонна свернула на восток и растянулась змеёй по тракту. Древняя дорога забирала вверх медленно, практически незаметно. Однако переханы начали дышать тяжелее, а телеги — сильнее поскрипывать.

Пограничные Холмы обступали нас со всех сторон. Слева, справа, а теперь и впереди громоздились каменистые горбы, изрезанные глубокими оврагами. А древний тракт петлял между ними, то и дело ловко огибая особенно крутые склоны. Правда, местами приходилось перебираться через осыпи: там, где плиты давно ушли под землю, а на их место выползли щебень и глина. На этих участках телеги Нааны, гружённые тяжёлым оловом, скрипели и стонали. Караванщики то и дело соскакивали вниз, подкладывая камни под колёса, подгоняя гнуров криками и хлопками ладоней.

Первое брошенное поселение мы заметили через пару гонгов. Сначала я принял его за очередное нагромождение скал. Слишком уж сливались с местностью серые выветренные стены. Но, подъехав ближе, я увидел, что это несколько приземистых каменных домов, сложенных без раствора, насухо. Они прилепились к склону холма, теряясь в его глубокой тени.

На площади в центре можно было заметить яму, где когда-то стоял огромный горшок для хранения воды. Вероятно, покидая поселение, люди выкопали его, решив не бросать зазря ценную вещь.

До вечера нам встретились ещё два таких поселения. Одно — совсем крошечное, на четыре хижины. Второе — побольше, с остатками каменной ограды и чем-то вроде общей площади.

Кочевники, проезжая мимо, тут же замолкали. Они бросали на руины быстрые опасливые взгляды. Кочевой народ верил, что в таких местах обитают духи. И нет, в духов я верил. Не самые приятные явления, довелось повстречаться… Сильно навредить они, может, и не могли. А вот жизненные силы у путников подсасывали.

На ночь мы встали в распадке между холмов. Кочевники собирались заняться поиском воды, но я запретил. Тут её отродясь было так мало, что колодцы даже не пытались копать. Эту воду как-то вытягивали местные растения, но зачем мучиться и добывать эти жалкие крохи? У нас вполне хватало запасов, так что незачем попусту силы и время тратить.

В эту ночь купол держал я. Демоны не появлялись. Тишина стояла такая, что звенело в ушах. Лишь ветер завывал над вершинами холмов. Да где-то далеко, в овраге, истошно кричала ночная птица. Рядом горел костёр. Мне было тепло под навесом, который я себе соорудил. Думал, что спокойно просижу всю ночь до утра, но лёгкие шаги разбили эти надежды.

— Наёмник, ветеран Долгой Осады, воевода, шептун… — услышал я голос Нааны и тяжело вздохнул. — А ты полон неожиданных открытий, Ишер…

Тут надо сказать, что поддерживать купол, просто сидя на земле — не получится. Иногда надо тихо-тихо шептать себе под нос. Да. Именно так, как это нередко делают шептуны.

Изредка, конечно, можно отвлечься и поговорить. Однако надолго купол бросать нельзя. И хотя здесь, среди холмов, было безопасно в плане больших отрядов демонов, но рисковать я не хотел.

Поэтому к разговорам был, прямо скажем, не готов. Но разве это объяснишь назойливому купцу?

— Твоё любопытство до утра не подождёт? — голосом, не терпящим пререканий, уточнил я.

— Я видела, как второй шептун полдня дремал в седле! — не проняло Наану, у которой, похоже, был иммунитет к подобному. — И мне кажется, ты тоже завтра будешь так делать. А значит, вряд ли захочешь со мной говорить.

— Я и сейчас не хочу. Я держу купол, — нахмурился я.

— Прости, но я так долго ждать не хочу! — уже другим тоном заметила купец.

В её голосе промелькнули едва заметные нотки восхищения. Будь я менее опытен, у меня бы сейчас пробежал холодок по позвоночнику. А будь я глуп — обязательно бы повёлся и на похвалу, и на щедрые посулы, которые вот-вот должны были последовать.

Интуиция и жизненный опыт не подвели.

— Ты слишком интересный человек, воевода… — мягким, как подушка, голосом протянула Наана. — Мне бы хотелось понять, какой ты… И что ты из себя представляешь… Желательно, до того, как мы прибудем в Страж.

— Зачем тебе это? — холодно уточнил я.

— Ишер, я буду честна… Мой город страдает. Мы готовимся к осаде, но вряд ли сможем долго продержаться… Придётся нам уходить на воду… Ты ведь знаешь, что это означает?

— Да, — ответил я коротко.

— Ну вот, знаешь… Кечун расположен к югу от Горького Озера, — кивнула Наана. — И там всё так же, только вода солёная.

— Давай ближе к делу, — попросил я.

— Ишер, нам нужны сильные воины! — с жаром проговорила Наана. — Нам, я имею в виду, Святилищу! Нам нужны воины, нам нужны шептуны… Даже шептуны Песка. Нам очень нужны сильные люди. Такие, которые ведут за собой других. Демонов ведь когда-нибудь победят. Орда не может буйствовать вечно. А дальше придётся восстанавливать разрушенное. Это будут сложные времена, Ишер. Очень сложные. Демоны не избавят мир от бандитов. Да, этих сволочей станет меньше. Однако и хороших людей, верных Законам Песка и Воды, выживет немного. Кто будет восстанавливать Край Людей? Кто будет осваивать опустевшие земли?

Я покосился на собеседницу, задумался… А потом мысленно рассмеялся. Ну мог, в принципе, и раньше догадаться… Вряд ли купец Священного Храма лишь товары возит туда-сюда.

Во все времена купцы были не только торговцами, но и разведчиками. А также, нередко, агентами. Вот и Наана не просто так заливала меня лестью, будто сладким сиропом. Она меня наглым образом вербовала.

— Ишер, ты мог бы переждать бурю на священных плотах. И ты, и часть твоих самых преданных воинов! — между тем, разливалась Наана. — А когда пыль уляжется, в новом мире ты мог бы занять достойное место. Подобающее такому талантливому человеку, как ты.

— Меньше лести, Наана, — искренне попросил я. — Уши вянут.

— Ишер, а я ведь почти не льщу! — прищурилась женщина. — Ты действительно очень необычный человек. Что тебя ждёт здесь, на этой бесполезной войне? Смерть, кровь и страдания. А в новом мире, который останется после четырёх орд, ты мог бы возвыситься. Занять достойное тебя положение. Подумай об этом. Что мешает тебе отправиться со мной в Святилище?

Я молчал. Не потому, что не знал, что ответить. Отлично знал. Но отвечать пришлось бы долго. А объяснять ещё дольше. Ну а я вообще-то держал купол. В связи с этим пришлось выбирать слова так, чтобы меня сразу поняли.

И самый лучший вариант оказался самым коротким.

— Мне мешает Закон Песка, — ответил я.

— А что если Закон Песка больше не нужен, Ишер? — склонив голову вбок, спросила Наана. — Мы веками живём в Краю Людей. Веками куда чаще пользуемся Законом Воды. Нам нет нужды скитаться по бесконечной пустыне в поисках дома. Так, может, пора признать, что Закон Песка сейчас не так уж важен?

— Это официальная позиция Священного Храма? — спросил я.

Наана улыбнулась и не ответила. И это был тот случай, когда ответа не требовалось. Первый купец не стала бы извергать из уст то, что Священный Храм Девы Воды считает ересью.

А значит, такие разговоры давно ходили среди жриц Арахаманы. Да, это пока ещё не официальная позиция Священного Храма… Но уже и не тихие шепотки в маленьких кельях.

— И что на это скажет Дева Воды? — спросил я.

— Боги молчаливы, Ишер… — ответила Наана.

Детский хохот, раздавшийся при этих словах, слышал, кажется, только я.

Да мне и самому сложно было не фыркнуть на это заявление. Я вот что-то их молчаливости не заметил. И, к слову, стоило переговорить с сотниками, чтобы предупредили илосцев… Нельзя было распространяться по ту мою историю с призывом девяти в свидетели. Иначе я от Нааны не отобьюсь.

— Я чту Закон Песка и Воды, Наана, — спокойно ответил я ей.

— Мы ещё вернёмся к этому разговору, Ишер… — ласковым голосом пообещала купец.

И, скользнув ладонью по моему плечу, развернулась, чтобы скрыться в темноте.

А я смотрел ей вслед и с горечью думал о том, что слухи, будто Арахамана больше не говорит с людьми, оказались правдой.

Я бы на её месте тоже не стал общаться с такими неблагодарными скотинами. Обидно же.