Первые лучи солнца, острые и холодные, пронзили макушки елей, разорвав сырую пелену предрассветного тумана. Лес просыпался, и воздух, густой от запаха хвои, мха и влажной земли, начинал вибрировать от утренних звуков: пересвиста дроздов, сухой дроби дятла и далекого тоскливого крика неизвестной Никите птицы.

Вдалеке послышалось осторожное постукивание. Это был знак, что охота началась и егерь погнал кабана на охотников. Мужчины, напряженно ждущие появления зверя, вскинули ружья.

Вдруг справа и чуть позади от Никиты послышался треск и отчетливое хрюканье. Никита и Звездин резко развернулись. Кабан? А как он сюда…

Грянул выстрел. Оглушительно резкий, разорвавший пространство. Звездин упал не сразу, а сделал шаг, словно пытался удержать равновесие. Но не смог. Он не рухнул, а скорее осел, медленно и нелепо сложившись, сначала на колени, потом на бок, что-то попытался сказать, но изо рта вырвался лишь хрип, и Звездин потерял сознание. Склонившийся над ним Никита услышал слабый свистящий звук с усилием втягиваемого в пробитые легкие воздуха. На куртке под ключицей, в районе сердца, расползалось кровавое пятно.

Никита обернулся на растерянно поднимавшегося из травы Максима.

— Я пошутить хотел…

Остальные охотники бросились к ели, где стояли в ожидании кабана Никита со Звездиным, потрясенно обступили тело, кто-то протянул чистую футболку, ее быстро затолкали под куртку и прижали, чтобы остановить кровь, чьи-то руки попытались перевернуть раненого, чтобы уложить удобно, но Никита крикнул: «Легкое пробито, не трогайте!» — и руки исчезли. Айше в стороне от всех монотонно раскачивалась, закрыв лицо ладонями, ее молчание было страшнее плача.

Раскатистое эхо постепенно заглохло, несколько сорок, испуганных выстрелом, сорвались с места и с пронзительным стрекотом полетели над деревьями, разнося по лесу весть о случившемся несчастье.

Никита, не сдержавшись, зло ударил себя по щеке. Потом достал из кармана мобильник, отошел подальше от беспомощно лежащего Звездина и окруживших его ошеломленных охотников и одним движением сдернул крышку, под которой находилась симка.

* * *

Вертолет «Ми-8» с красным крестом на борту завис в воздухе посреди густого леса, поднимая вихри из сухой травы и листьев. Пилот удерживал вертолет в стабильном положении, несмотря на усиливающийся ветер. Спасатели в ярко-оранжевых касках и синих жилетах высадились на землю, съехав по веревке на спусковых устройствах, и уложили пострадавшего в специальные носилки, зафиксировав его двумя степенями страховки. Он был без сознания, сквозь бинты на груди проступили пятна крови.

Спасательная операция заняла не более сорока минут. Вертолет, разгоняя лопастями прозрачный утренний воздух, взлетел и взял курс на город. Внизу остались лишь примятая трава и обрывки окровавленных бинтов.

Раздался треск, и на вытоптанную площадку с помятыми кустами, где только что работали спасатели, выскочила запыхавшаяся Лидия. Раскрасневшееся от бега потное лицо было перекошено от страха.

— Что случилось? Здесь был вертолет!

— Ну вот. Теперь все в сборе.

Никита, подавив рвущийся наружу гнев, невесело оглядел стоявших на поляне людей: Юрия, с угрюмым видом сжавшего кулаки, Максима с виноватым, помятым после вчерашнего возлияния лицом, Алексея, растерянно прячущего глаза, и Михаила с выражением лица, будто говорившим: «я предупреждал». Тот держал в руках мешок, куда Никита сложил отобранные ружья. Айше без сил прислонилась к плечу Алексея, казалось, она вот-вот упадет. Лидия, судя по сбившемуся дыханию, пробежала два километра по лесу от охотничьей базы и сейчас с размаху всем весом устало плюхнулась на поваленное дерево, отчего то досадливо скрипнуло.

— Что вы молчите? А где… — Она вдруг прижала к груди ухоженные руки и с тревогой прошептала: — Кто?

Все посмотрели на Юрия. Он разжал кулаки и покачал головой, исподлобья глядя на Никиту:

— Не мог я промахнуться. Левее стрелял. Показалось, что кабан шумнул позади вас. А Звездин стоял еще дальше.

Никита забрал мешок у егеря и заглянул внутрь.

— Давайте посмотрим. У вас и нашего водителя Алексея одинаковые гладкоствольные ружья. ИЖ, двенадцатый калибр. А ранение от картечи. У шутника Максима — пневматика. Звездин имел нарезное оружие. Получается, стреляли либо вы, либо Алексей.

Алексей встрепенулся и в знак протеста поднял руку, словно на уроке в школе.

— Командир ко мне спиной стоял, как бы моя картечь ему в грудь прилетела? Да я вообще ни одного выстрела не сделал! Ствол понюхайте.

— Вот так вот, Юрий, все просто. Вы один стреляли. Алексей не мог, Максим хрюкал возле меня, егерь загонял кабана, все слышали стук, который раздавался со стороны, где начался гон, у Айше ружья не было, ну а Звездин сам себя не ранил бы.

— Не мог я промахнуться, — снова забубнил Юрий. — Хоть не рассвело, а видно было отчетливо.

— Так что ж ты на шум пальнул! — в сердцах крикнул Алексей. — Что ж не дождался, когда кабана отчетливо, как ты говоришь, видно будет! Это не заяц, там туша могла быть под двести килограммов!

— Юрий Звездина убил? — Лидия с шумом сглотнула.

— Неизвестно пока, убил или только ранил. Я санавиацию вызвал. Видели вертолет? Может, успеют спасти. Есть такое понятие — «золотой час». Если именно за это время оказать необходимую помощь, то шансы выжить есть. По оснащению вертолеты санитарной авиации не уступают реанимациям на колесах. Искусственная вентиляция легких, дефибриллятор — все необходимое для оказания помощи имеется.

Никита говорил уверенно, хоть и понимал, что шансов выжить у Звездина было мало. И врач, который первым спустился с вертолета, как-то тревожно качал головой и прятал глаза, отвечая на вопросы Никиты.

— А как вам удалось дозвониться? Связи же нет? — Лидия вытерла бумажной салфеткой лицо, она старалась не смотреть на Юрия.

— По экстренному вызову, номер 112. Вытащил симку из мобильника, и первый попавшийся оператор ответил. Он же соединил с диспетчером санавиации.

— Что будем делать? — Алексей погладил по голове всхлипывающую Айше. — Так понимаю, должна полиция приехать для разбирательства. Только как полицейские сюда на своих машинках попрутся, если я на «УАЗе» добираюсь каждый раз с трудом?

— Так он же и есть полицейский. — Максим ткнул в Никиту пальцем. — Пусть и разбирается. Но вообще-то выстрел случайный же. Какое там наказание, а, полицейский?

— А ты вообще заткнись, идиот, — вдруг напустилась на Максима Лидия. — Ты что, и правда хрюкал?

— Я пошутить хотел. — Максим сник. — Кто ж знал, что Юра такой нервный.

— Статья 109 УК РФ, часть первая. Причинение смерти по неосторожности.

— Так он не умер же! — взвился Максим.

— И какое наказание? — Юрий поднял голову. — Если все-таки… Сергей не выживет?

Айше тихо вскрикнула и упала бы, если бы Алексей не успел ее подхватить. Он осторожно подвел ее к поваленному дереву, где сидела Лидия, и пристроил рядом.

— Исправительные или принудительные работы до двух лет либо ограничение свободы, в том числе лишение, на тот же срок. — Никита говорил ровно, как будто зачитывал инструкцию. — А может, обойдется условным сроком. Если найдутся смягчающие обстоятельства.

— Тебя бы посадить, придурок. — Юрий с ненавистью посмотрел на Максима. — Пошутил он. Да еще с похмелья.

— Так что делать-то, полицейский? — повторил Алексей.

На лесной поляне, залитой нежным розовым светом восходящего солнца, установилась тягостная тишина. Все смотрели на Никиту.

— А делать будем вот что. — Никита, не поднимая глаз, достал нож и резко щелкнул им, выпуская лезвие. Звук получился похожим на щелчок затвора. Собрав несколько засохших веток из травы, он принялся нарезать тонкие, разной длины щепки.

— Займите места, кто где стоял во время происшествия. Я обозначу щепками положение тела, то есть как Звездин лежал после выстрела.

Никита бросил хмурый взгляд на пятно крови, почти впитавшееся в землю.

Затем начал раскладывать щепки: одна длинная линия (тело), две покороче (руки), еще несколько (ноги, голова). Получился грубый набросок человека.

Вдруг порыв ветра пошевелил щепки, две из них сдвинулись. Как будто тело вот-вот повернется. Наблюдавшие за действиями Никиты вздрогнули.

Он строго оглядел столпившихся вокруг него участников происшествия. Айше с подсохшими дорожками слез на лице, равнодушную, уставшую. Лидию, которая смотрела на «тело», закрыв руками дрожащие губы. Угрюмого Михаила. Тяжело дышащего Юрия. Готового всем помочь Алексея. И бодрого Максима, похоже уже оправившегося от чувства вины.

— Эта процедура в следствии называется «реконструкция преступления». Начнем.

Никита посмотрел в сторону улетевшего вертолета, от всей души пожелал Звездину выжить и повернулся к охотникам.

— Мне нужно что-то делать? — спросил Михаил.

— Вы пока к Лидии присоединяйтесь. Мешок с ружьями отдайте мне. Первый — Алексей.

Никита прошагал по высокой траве вместе с водителем к его номеру, осмотрелся и неожиданно сказал вполголоса:

— Мне нужна ваша помощь.

Несколько минут, пригнувшись друг к другу, они шепотом обсуждали то, что предлагал Никита. Потом Алексей выпрямился и взял мешок с ружьями, который Никита забрал у Михаила.

— Подождать Айше и Лидию и вместе вернуться на базу? И там оставаться? Все сделаю, старший лейтенант, можешь мне довериться. — Алексей вдруг скривился и припечатал: — Не дам этой сволочи выкрутиться.

Никита, тяжело переставляя ноги и стараясь не смотреть на макет «потерпевшего», подошел к месту, где в самом начале охоты находились Айше и Максим.

— Теперь вы, Айше. Я постараюсь быстро закончить, потом Лидия и Алексей сопроводят вас на базу. А мы с Максимом, Михаилом и Юрием побеседуем более обстоятельно.

Лидия молча кивнула, а Максим вдруг заартачился.

— Да что тут выяснять-то? Юра стрелял! Я хрюкал! Все подтвердят. Поехали по домам. Вызовите нас повесткой, мы дадим показания, все дела. Несчастный случай на охоте, который произошел по неосторожности, сами же говорили. Коллектив завода дружно вступится за Юру, ему дадут два года условно, он продолжит работать. Серега выздоровеет. Мы сделаем для себя работу над ошибками. Зачем нас здесь-то допрашивать?

Никита очень ждал этого вопроса. И, злорадно торжествуя внутри от того, что все складывается в нужном ему порядке, нарочито спокойно ответил:

— Ну, Максим. Вы же наводили обо мне справки, правда? И вам наверняка доложили, что я как следователь — несговорчивый зануда. И что мой принцип — отдать преступника под суд, только если будет обоснованная уверенность в моей стопроцентной правоте. И никак иначе. Поэтому будем следовать процессуальному порядку. Медикам я дал номер дежурного по управлению. Как только они прилетят и сдадут Сергея на руки хирургам, сразу позвонят по телефону. Очень скоро сюда прибудет служебный вертолет с оперативно-следственной бригадой. Я рассказал медикам о вертолетной площадке, которая находится в полукилометре от базы. И все пойдет по протоколу. Обыски, перекрестное опрашивание свидетелей, да много чего. Ружья заберут на экспертизу. Достанут картечины из стволов деревьев, сравнят с теми, что находятся в теле потерпевшего. Ну может, руководитель группы еще что-нибудь захочет сделать. Например, лес прочесать по горячим следам от базы до места происшествия для нахождения улик. Дело громкое. То жену Звездина похитили, то самого подстрелили на охоте. Замять не удастся, если вы надеетесь на своих адвокатов. Это я вам обещаю.

— А зачем обыски-то? — Михаил вдруг напрягся.

— Ой, да все и так знают, что ты в дизельной держишь самогонный аппарат, — ядовито ответила Лидия. — Давайте, старший лейтенант, закончим здесь быстрее, я что-то устала.

— Я готова! — Айше встала и прошла на место, где стояла утром. Она отвела назад плечи и высоко подняла подбородок. Бледное личико выражало решимость. — Задавайте вопросы.

— Когда Максим решил пойти подшутить надо мной, что он вам сказал?

— Сказал: «Подожди здесь, я быстро». Я ничего не заподозрила. Мало ли, может, ему в туалет понадобилось.

— Вы стояли с ним на номере, ожидали возможного появления кабана, о чем вы разговаривали?

— Максим интересовался моими отношениями с Сергеем, спрашивал, как я буду смотреть в глаза Насте, когда ее найдут. Максим… он такой…

— Придурок, — остервенело выплюнул молчавший до сих пор Юрий.

— Зато не убийца, — глумливо усмехнулся Максим.

— Заткнитесь оба! Так мы не закончим до вечера. — Лидия потерла руки, потом плечи, согреваясь. Утро было сырым, а она прибежала из лагеря налегке, да еще вспотела.

— Последний вопрос. Когда раздался выстрел, вы видели Максима?

— Да, он поднялся из травы позади вас и… Сергея.

Не выдержав взятой на себя роли, Айше все-таки заплакала.

— Достаточно. — Никита подозвал Алексея. — Вы с Лидией отведите Айше назад. И дожидайтесь там вертолета из города. Я здесь закончу, и мы присоединимся к вам.

Алексей бережно обхватил Айше за талию и повел к тропинке, ведущей в лагерь. Лидия, все так же нервно потирая руки, двинулась за ними.

Никита посмотрел на часы. По его расчетам, вертолет из управления с дежурной опергруппой должен вылететь сразу, как только медики им позвонят. Значит, примерно через час они будут здесь. Сделает ли все как надо Алексей? Вот какой вопрос интересовал сейчас Никиту, а не показания совсем приунывшего Юрия и хорохорящегося Максима. И нужно было что-то придумать, чтобы задержать здесь, хотя бы минут на сорок, Михаила, который уже стал нетерпеливо поглядывать в сторону базы.

— Продолжим. Юрий, покажите как можно точнее, как вы стояли во время выстрела, куда целились. Я замечу направление и пройду на место Звездина, а вы, Максим, встаньте, где хрюкали.

— Пусть лучше ляжет туда, откуда хрюкал, ему там самое место, в грязи, — процедил сквозь зубы Юрий.

— Юрий, мы теряем время.

— Вот так я стоял. Когда зашумело, я развернулся. — Юрий вскинул руки, чуть нагнул голову, как будто прицеливался, и даже дернул пальцем, нажимая на мнимый спусковой крючок.

Никита, стараясь не сбиться с прямой линии, прошел по траве до Максима. Получалось, что картечь, даже если бы попала в Звездина, то задела бы его лишь краем. Или Никита отклонился от направления, огибая кусты. Или Юрий врет.

Максим с интересом наблюдал за Никитой. Промолчать же, несмотря на трагичность ситуации, так и не смог:

— Если бы в меня целился, то и попал бы в меня. Он больной на охоту, Юрий-то. У нас уже был случай, два года назад, зимой, когда он на шум стрелял, вон у Михаила спросите. Никто не пострадал, но Михаил его на следующую охоту не взял, наказал так.

— Когда я буду составлять протокол, подтвердите показания?

— Да пожалуйста, хоть кто подтвердит. Не только я.

Еще одна деталь планирования преступления встала на место. Но что толку? Никита пошел назад, к Михаилу и Юрию. Максим постоял, ожидая команды, не дождался и побрел вслед за Никитой.

— Ну и вы, Михаил, пойдемте, покажете тропу, по которой гнали на нас кабана. Не до конца, конечно, и только чтобы помочь, мне потом нужно будет правильно нарисовать для протокола схему охоты.

Еще пятнадцать минут накапало. Никита последний раз взглянул на часы: пожалуй, пора. Можно и назад выдвигаться. Но не торопясь, не давая себя обогнать, для этого он время от времени будет задавать Михаилу уточняющие вопросы, мирить ругающихся Максима и Юрия, рассуждать вслух. Так до базы они доберутся, затратив больше времени, чем утром или вчера.

Так и получилось. На территории базы их встретила тишина. Вчетвером мужчины подошли к столу и устало уселись на скамейки. Никита огляделся и нахмурился. Может, что-то пошло не так? Айше наверняка лежит на кровати и горько плачет. Лидия вроде должна сейчас крутиться у мангала, но видно было, что его не разжигали. А вот где Алексей? Пожалуйста, пожалуйста, пусть у него все получится!

Алексей, словно услышав молчаливую мольбу Никиты, вышел из дома, где ночевали Звездин с Айше, и направился к пришедшим.

— Нам пожрать-то можно? Или ждать эту вашу следственную бригаду? — Он весело подмигнул Никите, и у того отлегло от сердца. Молодец! Ну молодец, мужик!

— Лучше поесть, потом не до того будет. — Никита опять огляделся. — А где Лидия? Она же с вами вернулась?

— Здесь я. — Лидия со свертками в руках шла по дорожке от погреба к столу. — Сейчас быстро накидаю на стол то, что от вчерашнего ужина осталось, идите мойте руки.

Издалека послышался гул винтов приближающегося вертолета.

Лидия повернулась и в упор взглянула на Никиту.

— Полицейских кормить не буду. Эту вашу следственную группу. Пусть как-нибудь сами.

— И не надо. Да и вся процедура займет не больше двух часов. Потерпим.

Лидия кивнула. Она опять превратилась в холодную неприступную Винтер, Никите даже показалось, что на запястьях под рукавами куртки у нее звякнули браслеты.

Никита встал из-за стола, прихватил из тарелки пару кусков хлеба, сверху пристроил тонко нарезанное холодное мясо. Потом значительно посмотрел на Алексея, дождался еле заметного кивка и сообщил Михаилу:

— Нам с вами придется пойти встретить вертолет. Я не знаю дорогу. Так что ешьте быстрее, я пока схожу к Айше.

Как он и предполагал, Айше лежала на кровати, уткнувшись в стену, не плакала, молчала и дышала очень тяжело. Никита даже испугался, что она без сознания. Протянул руку, чтобы проверить пульс, но Айше открыла глаза и резко села.

— Я хочу в город.

— Потерпите. Я постараюсь вас посадить в полицейский вертолет. Так доберетесь быстрее. А там…

— Там я сама. Спасибо.

Она снова легла и отвернулась к стене.

— Сережа умер. Я чувствую.

Никита оцепенел. Как это возможно?

— Вы идите. Со мной ничего не будет. У меня же сын.

Снизу раздался осторожный стук в дверь, и голос Михаила позвал:

— Никита Алексеевич, вертолет уже над лесом завис, нам нужно торопиться.