Максим Тройский сидел в любимом дедовом кресле на даче, обложившись бумагами, но больше бездельничал, чем работал. Статья, которую ему надо было сдать еще вчера, совершенно ему не нравилась. Выходило что-то кособокое, неинтересное, сенсация казалась притянутой за уши.

Какая-то стройка, какая-то неогороженная территория. По этой стройке бегает и лазает всяк кто захочет. Пропадает инвентарь, строительные материалы. Сторож разводит руками — камер нет, собаки тоже, что он один может?

А Максим что может? Из этой вопиющей бесхозяйственности детектив сочинить?

Но Лера велела! Надо под козырек и в путь!

— Вижу, милый, работа не клеится. — Бабушка зашла сзади, положила ладонь ему на макушку. — Неинтересно?

— Нет, бабуль.

— А зачем ты тогда этим занимаешься? — искренне удивилась она.

— Велено. Руководством, — делая паузу после каждого слова и страшно тараща глаза, ответил Макс.

— Ой, брось, — улыбнулась бабуля.

Она обошла кресло, встала у большого окна, умытого дождем. Закуталась в большую теплую шаль. И неожиданно показалась ему такой маленькой, такой уязвимой, что сердце защемило. И сразу на память пришла тема, с которой его сдернула Лера.

— Вот что было мне по-настоящему интересно, ба, — подвел он черту, рассказав все бабушке. — Не пять мешков цемента, который, по моим подозрениям, сам сторож и толкает налево. А незащищенность старых людей. Они же… Они же так беззащитны!

— Как дети, милый. Старики уязвимы так же, как дети. К ним мало кто прислушивается. Они слабы и растеряны. И им сложно доказать свою правоту, — проговорила бабушка, повернувшись к нему со странным выражением лица. — Мы такие, Максим.

— Ба, ты не такая, ты чего! — возмутился он тут же, хотя сердце ныло и ныло.

— Да, у меня есть вы. Есть кому защитить. А если бы не было? До смешного доходит… — Бабушка села напротив Макса на диванчик рядом с окном. — Вышла на прогулку. Летит на меня соседская собака. Без поводка, без намордника. Какая-то бойцовская. Я замерла, слова сказать не могу. Так страшно. Подходит хозяин — крепыш двухметровый. Я делаю ему замечание. А в ответ хамит. Да еще и с матерком. Я опешила. Не знаю, как реагировать. И тут твоя мама! Ох, она его на место так ловко поставила! В двух жестких, но вежливых предложениях! Он и извиняться принялся. И собаку увел. А была бы я одна…

Они помолчали. За окном шелестел дождь. В кухне мама гремела посудой — планировался чай с пирогом. Максу было так хорошо сейчас рядом со своими девчонками. Поверить в то, что кто-то может умышленно желать зла беззащитным одряхлевшим людям, было страшно. Особенно если это их родственники.

— Ты не бросай этой истории, сынок, — покачала головой мама за чаем, выслушав их рассказ. — Что-то там нечисто. Доказать будет сложно, но шум надо поднять. Чтобы этим мерзавцам неповадно было.

— Каким, ма? — Он был рассеян, читал большое сообщение от Володи Воробьева.

— Я даже не имею в виду черных риелторов, которые избавляются от одиноких людей ради квартир. Там и молодые часто попадают в переплет. Я имею в виду некоторых родственников, которые умышленно делают что-то не то. Которые хуже врагов.

— Что, например, дорогая? — требовательно глянула на его маму его бабушка. — Ты говори, не стесняйся в формулировках. Что они делают? Не лечат, не присматривают, морят голодом?

— Могут, — согласилась мама.

— Или выпускают на улицу: иди куда глаза глядят, авось потеряешься. Макс мне тут рассказал историю бедной женщины, приютившей семью двоюродной сестры. Дико! Страшно! И главное — бездоказательно.

Они еще с полчаса рассуждали на эту тему. Потом девочки пошли к телевизору. А Макс набрал Володю.

— Я знаю, кому принадлежит эта машина, — оборвал он Воробьева на полуслове. — Мне даже номера не нужны. Я подробно изучал этого персонажа. Это Мишкин Серафим Николаевич. Машина принадлежит ему. Больше подобных иномарок у членов их отряда нет. К слову, я его сразу заподозрил в причинении ущерба репутации Новиковой Нины Николаевны.

— А ему это зачем, Макс? Каков мотив? — нудным голосом пристал Володя. — Человек воспитывает двоих детей. Потерял жену. Работает не покладая рук. Еще и волонтерством занимается. Каков его мотив?

— Ему надо было убрать ее из отряда.

— Это я понял. Мотив?

— Да что угодно, Володь! — взмахнул рукой Тройский. — Это может быть и личная неприязнь. И страх перед разоблачением.

— В чем? — настырничал Воробьев.

— Я не знаю, — сдался Тройский. — Могу предположить, конечно, но…

— Предположи, — не сдавался Володя. — Готов выслушать твою версию.

— Она дикая, предупреждаю.

— Я готов выслушать. Говори…

И Максим выложил ему все, о чем думал в последние дни. Воробьев не перебивал. И даже не стал возмущаться.

— Посмотрим. Понаблюдаем, — ответил он коротко. И добавил: — Перезвоню.

В город Максим вернулся почти в десять вечера. И очень удивился, увидев на стоянке перед домом машину Леры. Удивился неприятно. Сейчас начнет с него требовать статью о воровстве на стройке, а у него ни строчки не написано.

Ну не тема же, ну! Кто станет это читать?

— Привет.

Лера потянулась к нему с поцелуем, что было странно. Расстались в прошлый раз они так себе. Лера включила начальника. Накидала ему кучу запретов и уехала, бросив его на автобусной остановке.

— Привет. — Макс ответил на поцелуй. Приложил руку к груди. — Статьи нет, Лера. Не могу я писать об этом, прости!

— Да погоди ты со статьей. Я не из-за этого приехала.

— Только не говори, что скучала, не поверю, — усмехнулся Тройский. — Твои выходные дни всегда очень насыщенны.

— Не скучала. Работала. И кое на что наткнулась. Тебе будет интересно. Ну, что стоим? Идем к тебе или нет?

Ужинать было нечем. Он ничего не покупал и не готовил. Хорошо, мама дала с собой пирога и пять отбивных. Иначе пришлось бы пустым чаем угощать начальницу.

Лера разулась, оставив у порога грязные после дождя ботинки носами в разные стороны. Куртку швырнула на тумбочку. В ванной вымыла руки, пригладила влажной рукой чуть отросшие растрепавшиеся волосы и сразу пошла на кухню.

— Голодная, жуть! — схватила она с тарелки отбивную прямо руками. — Полдня просидела за компом. Головы не поднимала.

— Писала что-то? — поинтересовался Макс, подсовывая ей вилку и кусок хлеба.

Лера подняла голову: щека раздута от еды, глаза горят азартом.

— Не писала. Искала, — ответила она сдавленно. — И такое нашла, Макс! Чай сделай, пожалуйста.

Чайник уже вскипел, оставалось заварить и разрезать четвертушку пирога на кусочки помельче.

— Вкусно, — довольно улыбнулась Лера, слопав сразу два маленьких кусочка и запив чаем. — Мама твоя рукодельница. А я… Не хозяюшка вовсе.

— Что нашла, Лера?

Макс пребывал в растерянности. В голове всплывали вопросы: ему придется сегодня с Лерой спать или она уедет к себе? Второе было предпочтительнее. Он был не готов повторить их постельную сцену, случившуюся очень спонтанно и крайне некстати. Спать с начальницей было как-то не очень этично. К тому же он не любил ее. Она нравилась ему, но не настолько.

— В общем, ты был прав, коллега.

Лера отодвинула в сторону пустую посуду, не подумав убрать ее в раковину.

— В чем?

Макс со вздохом встал с места, убрал все со стола в раковину, открыл воду. Не терпел грязных тарелок.

— Что-то не то происходит в нашем городе. Какая-то преступная возня идет.

— По поводу? — Он скосил на Леру взгляд, намыливая тарелки.

— Натыкаюсь на странный сайт. Реклама яркими буквами: избавим от всех домашних проблем, от шумных соседей до блох на собаке. Интригующе? И еще как. Иду по ссылке.

— А если бы это был вредоносный сайт? Вирусы и все такое?

Он перевернул тарелки, выкладывая их на чистое полотенце. Вернулся за стол.

— Ты не боялась так рисковать?

— Нет. У меня защита, как в самом лучшем министерстве, — ухмыльнулась Лера. — Отфутболит любой вирус и в ответ завирусит хозяина. Ладно, неважно, ты в этом ничего не смыслишь, я уже поняла. Сейчас не об этом…

Она вдруг покрутила головой по сторонам.

— Слушай, а я не наелась. Ничего еще нет?

— К сожалению, — развел Макс руками. — Но мы можем пойти в кафе. Через дорогу вполне прилично готовят. И работают до часа ночи.

— Погнали, — сорвалась Лера с места.

А Макс тут же выдохнул с облегчением. Кажется, постельные баталии на сегодня отменяются.

В кафе Лера сразу заказала гору еды. И пока та готовилась, она снова завела разговор про открытый ею сайт.

— Короче, я иду по ссылке. Интересно стало: каким образом избавляют от шумных соседей.

— А блохи на собаке? Не заинтересовали? — пошутил Макс, угощаясь орешками, их принесли бонусом.

— У меня нет собаки, Макс, — сделалась серьезной Лера. — А вот шумных соседей — сколько угодно. И этажом ниже, и выше, и сбоку. Дай, думаю, посмотрю, что предлагают.

— Думала, киллера предложат? — снова посмеялся он.

— Отстань, — отмахнулась она. — В общем, иду по ссылке. Там хрень какая-то. И далее отсыл на секретное общество. Думаю, что такое? Иду туда, потом еще куда-то отсылают.

— А попутно ничего не обнаруживалось?

— Ничего, кроме дурацкой рекламы. В общем, через полчаса блуждания по сети я зашла наконец туда, куда нужно. А там…

Лера схватилась за тарелку с двойной порцией равиоли со шпинатом, сдвигая ее почти на самый край к себе поближе.

— Так что там? — поторопил Макс.

Он вдруг начал зевать, поняв, что хочет спать. А завтра понедельник. С утра на работу. И Лера, невзирая на ее теперешнее расположение, сто процентов потребует статью про унылую стройку.

— Там сначала пятьсот рублей запросили. Перевела. Потом бла-бла-бла про соседей. Целая схема советов с отсылом к профессионалам, которым надо заплатить переводом на указанный счет. Счет я тут же проверила. Зарегистрирован черт знает где! В какой-то далекой островной стране, о которой я даже не слышала.

— И что за советы?

— Говорю же, профессионалы должны все решить. От тебя требуется лишь заполнить анкету с правдивыми данными и тихое, не вызывающее подозрений поведение. Это если соседи внезапно исчезнут.

— Ничего себе! — Макс оживился. — И сколько это стоит?

— Не знаю. Надо точно указывать адрес, имена соседей и дать их фото. И предоплата стопроцентная.

— Развод?

— Не знаю. Не уверена. Потому что… — Лера уронила сметану на стол и минуту терла пятно салфеткой. — Потому что там была еще одна ссылка. И я пошла туда. И там уже услуги другого рода.

— И?

— Там предлагали безболезненно избавиться от надоевших стариков, страдающих болезнями и всякими чудачествами.

— В смысле безболезненно?! — нахмурился Тройский.

— В смысле, что никаких претензий от органов правопорядка и все такое.

— Ты зашла туда?

— Нет. Там тоже требований вагон. И недельная проверка. Устанавливается подлинность лица, сделавшего заказ. Наличие надоевших старых родственников. Платежеспособность заказчика и прочее. В общем, лезть в дебри я не рискнула. Но…

Лера расправилась с крохотными равиоли и потянулась к тарелке с языком, в центре которой стояла мензурка с хреном.

— Но я попросила одного своего старого знакомого, чтобы он зашел на этот сайт и попытался найти хоть что-то.

— И что знакомый?

Удивительно, но Тройский испытал еще одну волну облегчения, искренне надеясь, что Леру с ее знакомым связывают более тесные отношения, чем просто дружба.

— Пока молчит мой знакомый. Я тут попыталась ему позвонить. Он обругал меня и пригрозил все бросить, если я не перестану мешать.

— Понятно. — Максим забарабанил пальцами по столу. — Но одно то, что в сети гуляет подобное предложение, настораживает. Так ведь? Надо бы органы правопорядка привлечь.

— Только дернись! — окаменела сразу Лера. — Привлечешь, когда время наступит.

— Ну, они скорее смогут выйти на хозяев сайта. У них и технических возможностей больше, и спецов много, — начал наседать на нее Максим. — И законное обоснование…

— Ага! Они станут об него каждый раз спотыкаться, бегать за подписями, постановлениями и прочим. Не лезь, Тройский! Зачем я только тебе рассказала?! — разозлилась Лера, засовывая в рот последний кусок языка. — В общем, так. Та тетя, которая сбежала от оперного певца на рынке, думаю, не сама это сделала. Кто-то ей помог. И вывез далеко-далеко. Чтобы не нашли. Это шестая.

— Что шестая?

— Шестая «потеряшка» за этот год, которую не нашли живой. Надо бы пройтись по остальным пяти. И выяснить, мешали они кому-то, эти несчастные старики, или нет? Возьмешься?

— Спрашиваешь!

Он так обрадовался, что даже руку ей пожал, как боевому товарищу. Лера этот жест не оценила. Покосилась на Тройского. Буркнула: «Ну все понятно». Расплатилась по счету и, вернувшись к дому Тройского, сразу пошла к своей машине.

— Я скину тебе данные этих стариков на почту. Завтра с утра сразу поезжай по адресам. Поболтай с соседями. Пообщайся с родственниками.

— А если пошлют? Какая-то легенда у меня должна быть.

— Скажешь, что готовишь большую статью о волонтерском отряде, как там его…

Лера пощелкала пальцами, назвала тот самый отряд, который не так давно возглавляла Новикова Нина Николаевна.

— А почему статья именно про этот отряд? — насторожился Тройский.

— Потому что именно они искали и не нашли бедных «потеряшек». Все. Завтра жду подробного отчета.

— Но это небыстро, Лера. Пять адресов.

— Хорошо. Просто позвони и поделись впечатлениями. Может, мы ошибаемся. А может, на верном пути. Если установим, что некоторые особи причастны… А если еще и подтянем их к сайту, предлагающему преступные услуги, это будет сенсация, Тройский.