Грейс

Сказки, не сказки

— Я не собираюсь делить с тобой комнату, не говоря уже о кровати, — сказала ему. — Я тебя не знаю.

— Хорошо, давай обсудим это. — Уильям отодвинул мои чемоданы в сторону и подошел к окну. — Это полностью моя вина, что я не уточнил с самого начала, что ты просто подруга.

— Да, я это понимаю.

— Если хочешь, то прямо сейчас могу спуститься вниз и сказать им, что произошла ошибка. Честно говоря, я могу сделать это сейчас же. — Он повернулся и уселся на широкий подоконник. — На самом деле, я пойду и постараюсь найти комнату поближе, в которой ты сможешь остановиться.

— Почему ты просто не сказал об этом раньше?

— Понимаешь, бабушка меня застала врасплох, и они оба приняли тебя как само собой разумеющееся. После всей драмы с моими родителями... — Уилл пожал плечами.

Я махнула рукой и села на мягкий диван. Комната и камин могли быть роскошными, но большинство предметов мебели были просто обычными, и я задумалась, имел ли Уильям какое-то влияние на это.

— Какая драма? Ты просто сказал, что они не могут остановиться в замке вместе... Почему?

Уилл посмотрел в сторону, затем сосредоточил взгляд на мне.

— Когда говорил, что взгляды моего деда устарели, я не лгал. Они действительно такие. Он абсолютный сноб.

— Понятно.

— Дед устроил брак для моего отца, когда тому было чуть больше двадцати. Это была дочь его друга — другого герцога, хотя я не помню, кого именно, — объяснил он. — Но мой отец был влюблен в мою мать, да и невеста тоже была влюблена в кого-то другого. Они вместе решили, что не будут следовать устроенному браку и женятся на тех, кого любят.

— И это вызвало такие проблемы, что твои родители не могут остановиться в чертовом замке с твоими дедушкой и бабушкой?

Вау. Это была настоящая драма.

— Моя мама вообще не имеет аристократической крови. Она, если грубо, простолюдинка. Когда они поженились тридцать пять лет назад, всё еще существовал некоторый классовый разрыв. Особенно для старых герцогств, таких как Гленрок. Отец должен был жениться на подходящей паре.

— Но он выбрал не делать этого?

— Верно. Мой дед был в ярости. Ни он, ни бабушка не пришли на их свадьбу, и я думаю, если бы у него был второй сын, то лишил бы отца наследства за непослушание и назначил бы другого наследником.

— А у твоих дедушки и бабушки был устроенный брак?

Уильям кивнул, засунув руки в карманы.

— Не пойми меня неправильно, они очень любят друг друга, но мой прадед настаивал, чтобы дедушка женился на дочери хотя бы графа. Мой прадедушка по линии бабушки был маркизом Лохферна.

И маркиз была выше графа, так что он зашел далеко за пределы.

— Дай угадаю, раз это сработало для твоих бабушки и дедушки, твой дед решил, что это сработает и для твоего отца, — сказала я.

Ещё один кивок.

— Примерно так. Возможно, если бы он не встретил маму до того, как это было предложено, то отец так бы и сделал. По всем данным, они до сих пор хорошие друзья с Мэри и её мужем, а Мэри и папа прекрасно ладят. Просто это больше похоже на братско-сестринские отношения, я полагаю. Думаю, они были бы счастливы вместе, если бы пошли на этот шаг, но это была не жизнь, которую он хотел.

— Твой дед был расстроен из-за этого.

— Очень. Он не одобрял свадьбу папы с мамой и не стеснялся об этом говорить. Дед так и не изменил своего мнения по этому поводу.

— А бабушка?

— Бабушка мягче его, это видно. — Он пожал плечами. — Помни, что тридцать пять лет назад общество было не таким прогрессивным, как сегодня. Ей, по сути, пришлось подчиняться дедушкиным желаниям и соглашаться с его мнением.

Я наклонила голову и потянула подушку на колени, чтобы обнять её.

— Она согласилась?

— Бабуля никогда не скажет, но я подозреваю, что она не соглашалась с его позицией. — Уильям сместил вес на другую ногу. — Фрейя была её красной линией. Мама смеется, когда рассказывает эту историю, но, видимо, бабушка сказала дедушке, чтобы он вытащил ногу из своей «проклятой большой задницы» и чтобы она видела своих внуков, независимо от того, нравится это дедушке или нет.

— Ему это понравилось?

— Не до тех пор, пока я не родился. — Он усмехнулся, и его плечи дрожали от тихого смеха. — Он любит Фрейю, не пойми меня неправильно, но, эм, она не тот наследник, которого он ждал.

Я сжала губы и посмотрела вниз.

Да, я знала, что это значит.

— Понимаю, — сказала я, кивнув. — Так что... Ты говорил мне, что он пытался устроить тебе свидание. Думаешь, он пытался то же самое с тобой?

— Возможно, в более современном виде, — сказал он после паузы. — В наши дни он не смог бы организовать брак, но определенно попытался бы подыскать мне подходящую невесту в надежде, что я поддамся его желаниям.

— А ты бы поддался?

— Если бы я действительно заинтересовался ею, то да, конечно.

— А если нет?

— Нет. Я ценю, что это сработало для моих бабушки и дедушки, но не заинтересован в том, чтобы выходить замуж за кого-то только потому, что мой дед считает это правильным. Мне бы потом пришлось жить с этим.

Я смотрела на подушку, вертя свободную нитку вокруг пальца.

— Если бы ты прямо сейчас спустился вниз и сказал им, что мы просто друзья, какова вероятность, что он попытается устроить тебя с кем-то?

Уильям прикусил нижнюю губу и медленно провел по ней зубами, что было неожиданно соблазнительным, и я не могла не следить за этим взглядом.

— По шкале от одного до десяти? Как минимум восемь.

— Серьезно?

— Он будет уважать тебя как мою гостью, но всё равно будет представлять меня подходящим гостям и подталкивать.

Я чувствовала, что он именно это и скажет.

— А если ты не скажешь им, что мы просто друзья? И будем делать вид, что у нас отношения? Тогда он что? — Я подняла взгляд, и наши глаза встретились.

Он замедлил движение, потом покачал головой.

— Нет.

— Даже несмотря на то, что они ничего не знают обо мне или моей семье?

Что? Я не могла сказать, что я простолюдинка. Потому что не была. Мой отец был графом. Я не была мисс Грейс Монтгомери-Браун, я была леди Грейс Монтгомери-Браун.

Я была именно той женщиной, которую Ангус бы принял в качестве невесты для своего внука.

Не то чтобы я собиралась кому-то это рассказывать.

Как бы замечателен, добр и привлекателен ни был Уильям, аристократы были моей красной чертой в отношениях, и я не собиралась менять это.

— Как ты, наверное, понимаешь, дедушка тоже очень ценит образование, — сказал он, немного смущённо. — Твоя степень и текущие исследования в области истории, особенно в аспекте, дают тебе много свободы.

Сложно было начать его уважать.

Он действительно был снобом.

— Хорошо, но не для брака, верно?

— Вероятно, нет, — признал Уильям.

Я провела языком по губам и глубоко вздохнула.

— Ладно, хорошо. Я сделаю это.

— Сделаешь что?

Я сбросила подушку и раскинула руки.

— Буду делать вид, что я твоя девушка.

Он наклонил голову вбок, немного как щенок, пытающийся понять, что вы говорите.

— Ты что?

— Буду делать вид, что я твоя девушка, — повторила я. — Только на эту неделю.

— Ты будешь делать вид, что ты моя девушка, — произнёс он медленно.

— Теперь ты просто повторяешь за мной, — засмеялась я. — Слушай, это проще всего сделать. Никто не знал обо мне раньше, верно?

— Ты не существовала.

— Точно. Мы можем принизить серьёзность наших отношений до неформальных, но эксклюзивных. Тебе не придётся общаться с людьми, которые тебя не интересуют, дедушка будет рад, что мы не думаем о свадьбе, и всё, ну... Всё станет немного проще, не так ли?

Уильям отстранился от подоконника и подошёл немного ближе.

— Грейс, подумай о том, что ты предлагаешь. Если мы будем делать вид, что у нас настоящие отношения, нам придётся вести себя так, будто мы действительно вместе.

— Я это поняла, — ответила я, опираясь на спинку дивана. О, как здесь было уютно. — В выходные будет много людей, и я сомневаюсь, что на нас кто-то будет обращать много внимания. Так что это будут, что? Пару раз обняться, обниматься тут и держаться за руки там? Мы оба взрослые люди. Думаю, мы справимся с этим, не распадаясь на части, за... понедельник, вторник, среду, четверг, пятницу, субботу, воскресенье, понедельник утром... семь с половиной дней.

Он смотрел на меня, его губы дрожали.

— Ты только что считала это в уме?

Я повела плечами.

— Да. Да, считала.

Уильям засмеялся и сел на диван, посмотрев на меня.

— А если люди спросят, как мы познакомились? Как долго мы вместе?

— Мы разберёмся, — ответила я. — Пока мы сохраним наше знакомство простым и будем придерживаться правдоподобного временного интервала, никто ничего не заподозрит.

— Какого рода временной интервал?

— Ну, что для тебя правдоподобно? Это не моя семья, которой я лгу. Как долго можно быть в отношениях, чтобы ни один из твоих родственников не узнал об этом?

Он постучал пальцами по бедру.

У него были красивые руки.

Очень красивые руки.

Боже.

Сначала его нижняя губа, теперь его руки.

Мне нужно перестать думать о том, как хороши разные части его тела.

— Три месяца? Четыре, если постараться? — ответил он после небольшой паузы.

— Ладно, значит, мы познакомились четыре месяца назад и встречаемся около трёх, — сказала я, пожав плечами.

— Но как мы познакомились?

— На вечеринке по случаю помолвки двух друзей из университета, — предложила я. — Мы можем оставить детали про друзей неясными, это необязательно должны быть люди, которых знает твоя семья, и мы можем их полностью выдумать.

— И ты думаешь, что это сработает?

— Не знаю. Мы можем отмахнуться от большинства вопросов, напоминая людям, что это свадьба твоей сестры, и мы не хотим отвлекать внимание от неё. Ты просто решил одним выстрелом убить несколько зайцев, приведя меня сюда.

Он провел рукой по лицу.

— Это кажется плохой идеей.

— Хорошо, ладно. Не будем делать вид. Ты идёшь вниз, говоришь дедушке и бабушке, что мы просто друзья, и мне нужна своя комната, а я буду наслаждаться свадьбой, пока ты будешь вынужден общаться с женщинами, с которыми не хочешь встречаться.

Уильям задумался.

— Ну, когда ты это так ставишь, то это звучит как, не такая уж и плохая идея.

— Не хочу хвастаться, но у меня нет плохих идей. Обычно.

— Надеюсь, что это не окажется последними словами. — Он посмотрел на меня. — Это может закончиться очень плохо, если нас разоблачат.

— Тогда следовало подумать об этом, прежде чем позволить дедушке поверить, что у нас отношения. — Я встала и потянулась за сумкой, затем достала телефон. — Теперь мне нужно принять душ, чтобы смыть с себя грязь с самолета, а потом мы уместим три месяца отношений в один час.

Уильям усмехнулся.

— Не уверен, что смогу заняться тобой столько раз за час.

Я посмотрела на него, но он явно заметил, как мои щеки зарделись.

— Это не то, что я имела в виду, и ты это знаешь!

— Знаю. — Он засмеялся. — Но это стоило того, чтобы увидеть, как ты смутилась.

Я схватила подушку с дивана и ударила его по голове.

— Дурила.

— Смотри, мы уже ведем себя как парень и девушка. — Он взял подушку и продолжал улыбаться, а его глаза искрились с таким удовольствием, что даже его смех не мог это точно передать. — Рассматривай это как пробный запуск.

— Пробный запуск? Для чего? — Я рассмеялась и потянула свой чемодан в спальню.

— Для того, когда мы уедем отсюда, и я соблазню тебя, чтобы ты влюбилась в меня.

«Ха!» — рассмеялась я, остановив свой чемодан прямо у кровати. Затем прислонилась к дверному проему и бросила на Уильяма выразительный взгляд, приподняв бровь и изогнув губы в усмешке. «Когда все это закончится, и я вернусь домой, то никогда больше не буду с тобой говорить».

Он рухнул обратно на диван, смеясь. Такой глухой, глубокий, утробный смех, что я снова захотела ударить его подушкой. Уильям имел весьма привлекательный смех. Нет, не просто привлекательный. Очень Привлекательный Смех. Капитализация была необходима.

Я наступила обратно в основную зону, чтобы забрать свою дорожную сумку, и в ярости потащила ее обратно в спальню, не забывая бросать на него мрачные взгляды. Это не остановило его от смеха.

Закрыв дверь, я тряхнула головой и схватила телефон, чтобы написать Эмбер.

Я: Я здесь. У его бабушки и дедушки.

Я: Догадайся, где они живут

Я: В ЗАМКЕ. ОНИ ЖИВУТ В ЧЕРТОВОМ ЗАМКЕ!

Я: ЕГО БАБУШКА И ДЕДУШКА — ГЕРЦОГ И ГЕРЦОГИНЯ ГЛЕНРОК

Я: ЧЕРТ ПОБЕРИ МОЮ ЖИЗНЬ, КАК Я ПОПАЛА СЮДА?!?!?!?!?!?!?!

Положив телефон, я открыла чемоданы, достала свои вещи и пошла смыть свое отчаяние в душе.

В теории.

Но на практике я не могла выбросить все из головы. Не могла поверить, что оказалась здесь. На самом деле, мне следовало сложить два и два, но почему бы и нет? Уильям не имел ни намека на шотландский акцент, поэтому почему бы мне надо было предположить, что он связан с Гленроками? Тем более, что он был прямым наследником титула.

Он никогда об этом не упоминал, и я это понимала. Думаю, люди действительно могут становиться немного странными, когда узнают, что ты однажды унаследуешь замок.

Не я.

Хотя я знала пару таких людей.

Но Уильям этого не знал. Он не мог этого знать.

Последние десять лет своей жизни я старалась дистанцироваться от высшего общества, в котором была воспитана. И единственное, в чем была абсолютно уверена, это в том, что мне не хочется выходить замуж за кого-то из этого мира, что означает, что я не собираюсь погружаться в эту категорию потенциальных партнеров.

Был ли Уильям привлекательным? О, боже, невероятно. Из тех немногих разговоров, что у нас были, он был умным и остроумным, и если бы он был кем-то другим, он был бы точно тем человеком, с которым я была бы заинтересована продолжить общение.

Мне нужно было просто пережить следующие несколько дней, а затем я вернусь в Оксли, в университет, в свой маленький мир историй, и больше никогда не увижу и не услышу Уильяма.

Я приняла душ, вышла, завернувшись в полотенце, и с еще одним полотенцем на голове, затем вернулась в спальню, чтобы достать телефон.

Эмбер: ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА

Эмбер: глубокий вдох

Эмбер: ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА

Эмбер: Это лучшее…

Мне срочно нужно заменить лучшую подругу на новую. Эта явно страдает от недостатка эмпатии.

Я быстро напечатала весь рассказ, прерываясь только чтобы поправить полотенце на груди, чтобы оно не упало на случай, если Уильям войдет. Я не думала, что он зайдет, зная, что я в душе, но все же.

Я: Ты уже закончила?

Эмбер: Я никогда не закончу. Когда ты это поняла?

Я: Когда мы подъехали к замку, почти сразу.

Эмбер: НЕТ. ЭТОТ МУЖЧИНА МОЙ ГЕРОЙ.

Вот вам и пожалуйста. Похоже, эта модель лучшей подруги имеет заводской брак в виде неисправной детали.

Я быстро набрала весь рассказ, снова поправив полотенце.

Эмбер: Так что будешь делать? Останешься?

Я: Я уже здесь. И, в принципе, я предложила быть его фальшивой девушкой на неделю.

Эмбер: ЧТО. ЗА. ЧЕРТ?

Я: Да, примерно так я себя чувствую после душа.

Эмбер: Так ты, великая ненавистница аристократов, которая поклялась никогда не встречаться и не выходить замуж за аристократов, собираешься притворяться девушкой аристократа, чтобы его дедушка не подыскивал ему другую аристократку.

Я: Не думаю, что ты достаточно много раз сказала «аристократ».

Эмбер: А он вообще знает, кто твой папа?????

Я: Нет. Он даже не знает мою фамилию. Я хочу, чтобы так и оставалось.

Эмбер: Как ты собираешься это сделать? Люди, которые придут на эту свадьбу, будут из твоих кругов, по крайней мере, из кругов твоего папы. Они могут тебя знать.

Ага. Она была права.

Эмбер: Как ты можешь знать, что твои родители и Кармен не приедут??? Это же то, на что их пригласили бы.

Она опять оказалась права. Это было раздражающе.

Я: Ни один из них не упомянул об этом за ужином, а Кармен обожает хвастаться подобным. Есть также шанс, что я не знаю ни одного из их близких друзей. Я же не посещала папины светские мероприятия уже много лет, потому что Кармен была там. Я ведь не знала Уильяма до последнего месяца.

Эмбер: Наверное. Тебе всё-таки нужно иметь план на это. Он согласен с этим???

Я: Уильям?

Эмбер: Нет, Мефистофель.

Отлично. Теперь я буду напевать эту детскую песенку весь день.

Я: Спасибо за музыкальную свинью. И да, он согласен. Ему это выгодно, не так ли??

Эмбер: Не знаю, похоже, что он тебе должен за это.

Я: Он действительно должен.

Эмбер: Я официально заявляю, как твоя лучшая подруга, что это действительно идиотская идея, и всё закончится плохо.

Я: Учтено.

Эмбер: И даже если не закончится плохо, всё равно закончится плохо.

Я: Это не имеет смысла.

Эмбер: Ты же читала эти книги. Они всегда заканчиваются отношениями.

Я: Это потому что романтика по определению требует счастливого конца. Если герои не остаются вместе, это не роман. А я не книжный персонаж. И это всего неделя. Я не влюблюсь за неделю.

Эмбер: Ну да. Хотя я всё равно против. Это очень плохая идея.

Она не ошибалась. Вот в чем дело. Я это знала. Знала, что это плохая идея. И даже не подумала о том, что я могла бы знать некоторых гостей свадьбы. И что они могут знать меня. Но я не могла это контролировать. Как я и говорила ей, не было так, чтобы я знала Уильяма до того, как мы встретились в прошлом месяце, и я знала, что его сестру зовут Фрейя. Но не знала никакой Фрейи, так что было вполне возможно, что наши круги не пересекались. А если и пересекались, то могли быть настолько далекими, что я могла бы пройти мимо.

Кроме того, мне придется исследовать свои социальные сети, чтобы узнать, кто из моих знакомых может быть здесь. Есть причина, по которой я держу эту часть своей жизни в удобном списке, к которому могу переключаться.

— Грейс, ты в порядке?

Я выскочила из своих мыслей от звука голоса Уильяма.

— О, да, извини. Просто сушусь.

— Прошло полчаса. Ты не высохла?

— Нет, я женщина. Это занимает как минимум три часа.

Он замер, затем я услышала его лёгкий смех через щель в двери.

— Мама проехала мимо и знает, что мы вернулись. Она хочет, чтобы мы заехали, чтобы встретиться с тобой.

— Э-м. Это не оставляет нам много времени.

— Нет, не оставляет. Так что тебе придется сделать то, что делают все нормальные люди, и использовать полотенце для того, чтобы высохнуть, — ответил он. — Или можешь сидеть там, пока не высохнешь, а мы сможем пойти позже.

Я немного замешкалась.

— Можем пойти позже? Мимолетная встреча с твоими бабушкой и дедушкой — это одно, но с твоими родителями совсем другое. Нам нужно придумать что-то более детальное, если мы собираемся это провернуть.

— Ты думаешь, мы сможем это провернуть?

— Хватит задавать мне трудные вопросы, — ответила я, вставая с кровати. — И дай мне одеться.

Тишина.

— Ты правда всё еще сушишься?

— Да. — Я огляделась в поисках чистого нижнего белья, которое бросила на кровать, и схватила его. — На самом деле, я отвлеклась на сообщения от своей лучшей подруги и не заметила, что задержалась. Она говорила, какая это плохая идея.

— Она не совсем не права, — заметил он, всё еще стоя с другой стороны двери. — Это действительно плохая идея.

— Ну что ж, это твоя проблема. Ты не прояснил ситуацию, а я делаю тебе одолжение, так что, пожалуйста, не разговаривай со мной, пока я не уберу свои сиськи.

Уильям кашлянул с другой стороны двери, и я прикрыла нос и рот рукой, чтобы сдержать смех. Ему не нужно было знать, что я смеюсь над ним. Не так сильно, по крайней мере.

— Я оставлю тебя, эээ… одеваться, — дипломатично ответил он.

Я сделала именно это, держа полотенце на голове, пока не натянула свитер до конца, а затем открыла дверь, чтобы увидеть, как он стоит у окна и смотрит на сад.

— Вот. Мои сиськи на месте, и я одета.

Он медленно посмотрел на меня.

— Ты же привезла пижаму, не так ли?

— Да, — ответила я, убирая полотенце с головы и отжимая оставшуюся воду из волос. — Зачем?

— Не думаю, что я мог бы выдержать мысль о том, что ты спишь в нижнем белье.

— Обычно нет.

— Хорошо.

— Только трусики.

Он уронил подбородок на грудь и закрыл глаза, его плечи дрогнули от глубокого вдоха.

— Это будет кошмар.

Я замерла с полотенцем, завернутым вокруг головы.

— Э-м, я твоя девушка там, — сказала я, указывая на основную дверь, ведущую в коридор. — А не здесь, — продолжила я, указывая на спальню. — Я не собираюсь спать с тобой. В любом из значений этого слова.

Он резко поднял взгляд.

— Где ты собираешься спать?

— Там. — Я снова указала на спальню.

— Тогда где мне спать?

Я пожала плечами.

— Ты должен был подумать об этом до того, как решил не исправлять свою бабушку внизу.

Уильям снова вдохнул, ещё одним глубоким вздохом, который закончился тем, что он снова сел на подоконник и уныло посмотрел на диван.

— Хорошо, что он удобный.

Я вернулась в спальню и кивнула, бросив на него косой взгляд с ироничной улыбкой.

Глаза Уильяма встретились с моими на секунду, и в них сверкнуло игривое выражение, несмотря на то, что я буквально только что выгнала его из собственной постели.

И знаете что?

Это игривое выражение немного напугало меня.

И это совершенно не было связано с небольшим нервным трепетом в животе.

Совсем не связано.