Грейс

Тогда и Сейчас

— Ух ты, — выдохнула Эмбер, глядя на меня с широко распахнутыми глазами. Её челюсть была отвисшей, и я представила, что, наверное, выглядела так же весь день. — Это правда?

— У бабушки нет причин лгать о папе, особенно в такой ситуации. Он в итоге выглядит гораздо лучше, чем мама, это уж точно, — заметила я. — Просто… это не вяжется с тем образом, какой я её знала.

— А разве нет? — тихо спросила она. — Она всегда ставила всех на первое место. Это не имеет смысла для нас, но мы не можем даже представить, что она чувствовала. Они ведь хотели ещё детей, да?

Я кивнула.

— Я всегда знала, что они хотели больше одного ребёнка, но этого так и не случилось. Теперь, конечно, я знаю, почему.

— Точно. И вот твоя мама лишилась не только своего желания, но и желания твоего отца. Для нас это нерационально, но мы не можем встать на её место, чтобы понять, почему она так себя чувствовала.

— Я знаю, — вздохнула я и схватила подушку, обняв её. — И понимаю. Это не то, что я не могу понять. Я ведь и учусь, и живу в этом странном патриархальном обществе, просто мне хотелось бы, чтобы это не было так… — замолчала я.

— Патриархально, — закончила за меня Эмбер.

— Наверное. Просто это меняет всё, что я думала и что знала об их отношениях, и не знаю, как к этому относиться. Я так… зла.

Эмбер притянула меня к себе, уложив мою щеку на своё плечо и поглаживая меня по голове.

— Ты имеешь право быть злой, Грейс. И твой отец, и твоя бабушка видели, как ты отвергаешь огромную часть своей жизни из-за того, как ты относилась к их разводу. И ни один из них не подумал рассказать тебе, что же на самом деле произошло. Я понимаю, почему они этого не сделали, но также понимаю, как это сейчас на тебя влияет.

Я уставилась на угол кофейного столика.

— Я не думаю по-другому о своей маме. Как ты сказала, я не знаю, каково ей было, но… не знаю, Эмб. Как бы всё было, если бы я не считала, что папа нас бросил просто из-за Винсента?

— Наверное, одно хорошее в том, что у тебя и Винсента нет плохих отношений, несмотря на все эти чувства.

— Ну, это ведь не его вина, — сказала я. — Он был всего лишь младенцем, и, хотя тот может раздражать, Винсент неплохой парень.

— Вот именно. И, наверное, у тебя с Кармен никогда не сложились бы хорошие отношения, потому что она была полна решимости стать твоей мамой после смерти твоей, но просто не поняла намёка. А вот отношения с твоим отцом могли бы быть лучше, но над этим ты можешь поработать сейчас. Ещё не поздно.

Я кивнула.

— А вот я? Как я вижу отношения? Это навсегда испорчено тем, что я верила. Как мне изменить своё восприятие?

— Ты имеешь в виду, как ты видишь отношения в общем или как ты видишь их с аристократами?

— Ты должна мне помогать, а не указывать на технические подробности.

Эмбер засмеялась, похлопав меня по щеке.

— Я думаю, что если ты готова рассмотреть возможность отношений с Уильямом, тебе нужно поговорить с ним обо всём этом.

— Это слишком много, чтобы вывалить на кого-то.

— Он уже знает большую часть. Это не отличается от того, что ты только что рассказала мне. Что он сделает? Скажет, что ты ему не по зубам?

— Может быть. И его нельзя будет за это винить.

Эмбер схватила одну из подушек с другой стороны дивана и ударила меня ею.

— Прекрати! — Она толкнула меня, заставив сесть прямо. — Кто эта мрачная, жалкая девчонка? Это точно не моя лучшая подруга. Моя подруга смешная, умная, добрая и знает себе цену.

Я вздохнула, с трудом сдерживая улыбку.

— Ты рискуешь пораниться, — продолжила Эмбер. — С кем бы ты ни встречалась, всегда есть шанс, что ничего не выйдет. Это неприятно. Но ты двигаешься дальше. Знаешь, от чего не двигаешься дальше? От того, кто ушёл.

Я застыла.

— Именно о нём ты всегда будешь задумываться. Ты вся в беспокойстве, переживаешь о вещах, о которых тебе и не пришлось бы волноваться, если бы ты просто поговорила с ним. Если Уильям не хочет тебя, тогда он дурак, а не ты. А если он тебя хочет, Грейс, тогда он всё поймёт, и это то, над чем вы сможете работать вместе.

— Пожалуй, ты права.

— Вот в чём проблема у нынешней молодёжи. Никто не общается.

— Молодёжь? Мы одного возраста! — рассмеялась я и посмотрела на телефон. — Ты права. И я думаю, что мне необязательно сразу бросаться в омут с головой.

— Ну, могла бы и броситься. Ты уже переспала с ним.

— Это делается до того, как начать встречаться.

Эмбер кивнула.

— Абсолютно верно. Ты бы не купила машину, не взяв её для тест-драйва. Я просто провожу тест-драйв потенциальных парней, покатав их по спальне, вот и всё.

Я ухмыльнулась.

— Очень эффективный способ отсеивать слабых.

— Я так и думаю. — Она внимательно осмотрела свои ногти. — Так… ты собираешься поговорить с Уильямом?

Снова взглянув на телефон, я сказала:

— Думаю, да. Ты права — он всегда уважал мои границы и никогда не давил, даже когда я их двигала. Больше всего я переживаю, потому что даже не знаю, где он сам стоит в этом вопросе.

— Именно. Слушай, недостаток общения и стал причиной всего этого бардака. Если ты собираешься двигаться вперёд в каком-то направлении, вы должны быть на одной волне.

— Когда это ты стала такой мудрой?

— Когда ты сбежала в Шотландию с мужчиной, с которым только что познакомилась. Кто-то должен был стать разумным в нашей дружбе.

Я сморщила нос.

— Но мы ведь не только что познакомились.

— Ага, но мы этого не знали. Именно поэтому ты должна была ежедневно отчитываться. На случай, если он разорвёт тебя на части и спрячется в подземелье.

— Не думаю, что в замке есть подземелье.

— Спроси его. Мне нужно знать.

— Зачем?

— Чтобы я могла начать свою прибыльную карьеру чёрной вдовы, когда ты выйдешь за него замуж, — безмятежно сказала Эмбер. — Мне нужно надёжное место, чтобы прятать тела.

Я нахмурилась, глядя на неё, и медленно потянулась за телефоном, чтобы положить его себе на колени и написать Уильяму сообщение.

— Похоже на хитроумную схему, чтобы заставить меня с ним поговорить, если честно.

— Ну, телефон уже у тебя в руках, так что можешь написать.

— Забавно, как это работает, — с серьёзным видом сказала я, открывая приложение для сообщений.

Я: Эмбер хочет узнать, есть ли в замке Гленрок подземелья.

— Всё. Я спросила. Теперь ты чувствуешь себя лучше?

— Почувствую, когда получу ответ, — сказала она, возвращая подушку на место, как вдруг мой телефон загорелся.

— Ну и что?

Уильям: Мне кажется, я должен узнать, зачем тебе понадобилось спрашивать о таком.

Я: Она планирует выходить замуж за богатых мужчин, убивать их, и ей нужно безопасное место, чтобы прятать их тела.

Уильям: Конечно. Это имеет смысл.

Ну что ж, факт, что его это не смутило, говорит о многом.

Уильям: Думаю, «подземелья» — это слишком громкое слово, но там есть значительное пространство в подвале, которое могло бы подойти для её целей.

— Там есть значительное пространство в подвале, — сказала я, прочитав его сообщение вслух.

— Звучит так, будто его можно превратить в подземелье с некоторыми разумными реконструкциями, — радостно ответила она. — А теперь, раз уж ты с ним разговариваешь, я иду принимать ванну.

Я вздохнула. Ведь уже знала, что это была её хитрость.

— Не используй эти цветные бомбочки для ванны. Мы десять лет пытались отмыть этот фиолетовый от стенок ванны.

— Не преувеличивай. Если уж тебе нужно быть драматичной, будь драматичной с твоим будущим мужем, пока убеждаешь его, как отремонтировать его подземелья для меня.

— В замке есть ещё целый человек, который станет его владельцем раньше него, — указала я.

Эмбер пожала плечами, выходя.

— Ладно, тогда я просто сначала выйду замуж за его отца. Так ты получишь замок быстрее.

Я рассмеялась, откидываясь на подушки.

Ну что ж, ладно.

Она успешно заставила меня заговорить с ним, вразумила меня и заставила смеяться.

Может, я и не стану её менять на модель, которая могла бы ходить за покупками.

В конце концов, когда она ходила за покупками, у меня не было целого ящика с «Принглс» и кислыми сладостями, не так ли?

Я: Эмбер хотела бы, чтобы ты переделал подвал под подземелья.

Уильям: Эмбер собирается за это заплатить?

Я: Она не платит мне за аренду. Как ты думаешь?

Уильям: Думаю, ты позволяешь ей жить с тобой, чтобы она не платила грабительскую стоимость за аренду на юго-востоке.

Я: Аренда грабительская везде.

Уильям: Ты этого не отрицаешь.

Я: Она моя лучшая подруга, и я не хочу жить одна. Плюс, она оплачивает половину счета за электричество. Ты видел, сколько это стоит сейчас? Аренда могла бы мечтать о таком размахе.

Уильям: Говорит та, у кого нет ипотеки.

Я: Сильно сказано от парня, который собирается унаследовать целый замок.

Уильям: Ты видела налог на наследство? Придется переделывать подвал в темницы, чтобы сдать их в аренду.

Я: Если бы Гленрок находился на юго-востоке, ты мог бы брать две тысячи в месяц за эти тюремные камеры.

Уильям: Знаю. Это очень печально.

Я: И, вероятно, нарушило бы несколько законов.

Уильям: Как и правительство, тогда.

Я: Мяу.

Уильям: Скажи, что я не прав.

Я: Меня учили не врать.

Ирония в том, что моя бабушка и отец врали почти двадцать лет.

Уильям: Именно. Как прошел твой день?

И вот он, вопрос на миллион фунтов.

Я: Честно говоря, отвратительно.

Уильям: Хочешь поговорить об этом?

Я: Лично, да. Но мой отец сказал, что похороны будут в эти выходные. Ты собираешься?

Уильям: Конечно. А ты?

Я: Да, только я и папа. Думаю, мы поедем в пятницу после обеда.

Уильям: Я тоже. Я буду дома завтра... У тебя есть время поговорить в четверг?

Я колебалась. Сказать ему все, озвучить то, что мне только что сказали, казалось слишком тяжелым. Сказать ему, как я на самом деле себя чувствую. Но я собиралась это сделать.

Я: Да. Лично.

Уильям: Стоп, ты флиртуешь со мной.

Я разразилась смехом.

Я: О ГОСПОДИ. Заткнись.

Уильям: Почему бы нам не пойти куда-нибудь в приятное место?

Я: Лорд Кинкерк, вы предлагаете мне свидание?

Уильям: Это зависит от того, скажешь ли ты «нет».

Я: Мой ответ зависит от того, действительно ли ты зовешь меня на свидание.

Уильям: Черт.

Я: Ха.

Уильям: Да, я приглашаю тебя на свидание. Обед или ужин — твой выбор.

Я: Могу я быть неловкой и сказать, что ни то, ни другое, а еда днем?

Уильям: То есть поздний обед?

Я: Пожалуй. Я учусь до трех.

Уильям: Значит, ранний ужин.

Я: Не знаю. Не запутывай меня. Мне кажется, я должна усерднее работать, чтобы отправить твоему дедушке копию своей диссертации, раз он настоял на том, чтобы подарить мне эти книги.

Уильям: Поверь мне, это было ему в радость. Он весь воскресный вечер восхвалял тебя перед бабушкой.

Я: Уверена, что она присвоила себе всю заслугу.

Уильям: Безусловно.

Я: Это похоже на неё.

Уильям: Как насчет трех тридцати в «Оскаре»?

Я: В бургерной на Реймонд-стрит?

Уильям: Да. Или ты хочешь что-то поближе?

Я: Пусть будет четыре, и у нас будет сделка.

Уильям: Думаю, я смогу втиснуть тебя в расписание.

Я: Втиснуть меня? Что? У тебя длинная очередь свиданий, которые я нарушаю?

Уильям: В твоих мечтах, Золушка. Ты — единственная, кого я приглашаю на ужин.

Я: Надеюсь, ты не планируешь напоить меня в четыре часа дня.

Уильям: Только если ты попросишь вежливо.

Я: Ну, поскольку я знаю, что ты будешь платить, потому что у тебя по этому поводу комплекс...

Уильям: Эй, я бы не отказался от бесплатного бургера.

Я: Ладно, тогда я заплачу.

Уильям: Абсолютно нет. Ты не будешь платить за наше первое свидание.

Я: Видишь? Я больше никогда не заплачу за еду, да?

Уильям: Не с нами, ты не будешь.

Я: Это кажется очень односторонним.

Уильям: Это всего лишь бургер, Золушка. Ты переживёшь.

Я: Хорошо, но в следующий раз я заплачу.

Уильям: ДВА СВИДАНИЯ? Ты действительно флиртуешь со мной.

Я: О, отвали.