Грейс

История — это горячо

— Ох, как холодно, — пробормотала я, натягивая капюшон на голову. — Чья это была идея?

Уильям усмехнулся и запер машину.

— Моя, но ты согласилась.

— Кажется, я неправильно оценила ситуацию, — заметила я с напускной серьёзностью. — Надеюсь, это будет хорошая история, чтобы хоть как-то оправдать то, что я тут мёрзну.

— Сторожевая башня вон там, пойдём. Внутри будет укрытие от ветра.

— Внутри? Мы сможем войти? Она открыта?

Он вытащил из кармана ключ.

— Открыта, если ты однажды станешь её хозяином.

Я посмотрела на старинный скелетный ключ, переливающийся бронзовыми оттенками.

— Осторожнее. Если ты будешь продолжать в том же духе, я, может быть, всерьёз задумаюсь о том, чтобы стать твоей настоящей девушкой.

— Нет, ты захочешь меня только ради истории.

— Могло бы быть хуже. Я могла бы хотеть тебя ради денег.

Он кивнул с лёгким согласием.

— В таком сравнении, история выглядит не так уж плохо.

Я рассмеялась и последовала за ним. Хотя уже начинала жалеть о том, что надела туфли на каблуках, но в мою защиту скажу, что даже представить не могла, что вечер повернётся так. Думала, мы просто пойдём в дорогой ресторан. А тут мы как два сумасшедших подростка сбежали в McDonald's, а потом полезли на старинную башню с видом на древнее шотландское озеро.

Полная смена декораций.

И всё же, это того стоило. Несмотря на холод, ночь была удивительно ясной, тысячи маленьких звёзд мерцали на небе, а почти полная луна заливала мир таинственным светом. Это было похоже на сон. Я скользила взглядом по изгибам и вершинам холмов, окаймляющих противоположный берег Лох-Данкри.

Вода была почти неподвижной. Лишь небольшая рябь на её поверхности отражала лунный свет.

— Красиво, да? — тихо произнёс Уильям, глядя на меня.

Я улыбнулась.

— Да, красиво. И ночь для этого идеально подошла несмотря на то, что немного холодно.

Он задержал на мне взгляд и с лёгкой улыбкой сказал:

— Пойдём. Башня прямо за этими деревьями.

— Ох.

Я последовала за ним и через несколько деревьев оказалась лицом к лицу с древней каменной кладкой.

Я прикоснулась к стене — камень был грубым, неровным, но в этом было какое-то особое очарование. И ощутила странное спокойствие, словно сама башня была живой, дышала историей, окутывая меня теплом.

— О, вау, — выдохнула я. — Посмотри на этот камень. Это невероятно. Сколько ему лет?

Уильям открыл деревянную дверь и на секунду замер.

— Эта башня старше замка, так что...

— О Боже, правда?

Уилл с трудом сдержал смех.

— Предшествует ему примерно на сто пятьдесят лет. Башне около тысячи лет, плюс-минус.

Мой рот от удивления приоткрылся, напоминая тот самый мем с шокированным Пикачу.

— И мы можем войти внутрь? Это безопасно?

— Я бы не взял тебя сюда, если бы это было небезопасно, Грейс.

— А мы можем подняться наверх? — спросила я, бросив взгляд на дверь.

— Да.

— На самый верх?

— Нет. Я думал, что мы дойдём до середины, а потом повернём обратно.

Я оторвала руку от стены и бросила на него строгий взгляд.

— Это не смешно.

Он рассмеялся и распахнул дверь.

— Заходи. Внутри будет теплее.

Я не заставила его повторять дважды. Внутри сразу стало теплее — я не осознавала, насколько сильный был ветер снаружи. Хотя тут тоже было холодно, но всё-таки терпимо.

— Тут точно безопасно? — оглядывая древние каменные ступени, спросила я.

— Да, — заверил он. — Моя семья вложила огромные деньги в сохранение этой башни. Она была обследована всего два месяца назад, и всё признано безопасным.

— Башне тысяча лет. Большинство таких построек небезопасны.

— Давай поднимемся до первой смотровой площадки, а там ты решишь, идти дальше или нет.

— Хорошо. — Я посмотрела на свои туфли. — Но я совсем не одета для этого.

— Ты иди первой. — Глаза Уилла заблестели от веселья. — Если упадёшь, я тебя поймаю.

— Или мы оба покатимся вниз.

— Ты будешь падать мягче, так что давай, пока я не передумал. — Он включил фонарик на телефоне. — Теперь ты видишь путь.

Я рассмеялась и начала осторожно подниматься по лестнице, вцепившись в бронзовые перила. Ступени были ещё более неровными, чем казалось на первый взгляд, но, к счастью, я не поскользнулась. В какой-то момент даже задумалась, а не снять ли туфли и не пойти ли босиком.

— Вот здесь, — сказал Уильям, когда я уже всерьёз хотела остановиться. — Тут есть небольшой проход направо, через который можно выйти на смотровую площадку.

Я остановилась, повернулась и забрала у него телефон.

— Мне нужен свет впереди, а не сзади.

— Пожалуйста, пользуйся моим светом, — буркнул он.

— Так я и собиралась, — весело ответила я, освещая путь. — Вот этот проход?

— Если рядом есть бронзовое кольцо, то да.

— Если бы ты сказал это раньше, я бы не спрашивала.

Мы прошли в просторное помещение, и я осветила дорогу для него.

— Это смотровая площадка?

— Если только ты не захочешь выйти наружу. — Он поднял ключ.

Я поколебалась. Было холодно, но мне очень хотелось выйти.

— Ладно, всего на несколько минут, — сказала я, потирая руки. — Раз уж мы здесь.

— Ты говоришь это так спокойно. — Уильям вставил ключ и повернул его, щелкнув замком. — Но я вижу, как ты буквально дрожишь от волнения.

— Это не от волнения, это от холода, — сухо возразила я. — В отличие от тебя, я без брюк и носков, и мне дико холодно.

Он посмотрел на меня, прежде чем открыть дверь.

— Хочешь мой пиджак?

— И что я с ним сделаю? Протяну ноги через рукава, как в какие-то странные штаны? — Я покачала головой. — Не будь глупым. Открывай дверь и рассказывай мне про башню.

С легким смешком Уильям сделал именно это. Он с усилием открыл толстую деревянную дверь и жестом пригласил меня выйти.

Я шагнула наружу, и холодный воздух обрушился на меня, словно арктический ветер. Здесь, на высоте, было гораздо холоднее, чем на земле, что, конечно, было логично. Но мне от этого было не легче. Я точно замерзну до смерти к тому времени, как мы спустимся обратно, и Уильяму придется нести меня в Гленрокский замок и усаживать перед камином, чтобы я оттаяла.

Я поежилась, прижавшись к стене.

— Ох, холодно.

— Садись, — предложил он, улыбаясь и делая это первым.

С недовольным вздохом я опустилась на ледяной камень. Стена защищала нас от ветра, и это было настоящим спасением, к тому же отсюда был замечательный вид.

И, слава Богу, он того стоил.

Вдали на горах лежал снежный покров, а вокруг сгущались тяжелые тучи, как будто они собирались обрушить еще больше снега. Это было завораживающее и пугающее дополнение к пейзажу, и я была уверена, что больше никогда в жизни не увижу чего-то столь же прекрасного.

— Ты обещал рассказать историю, — тихо напомнила я, продолжая любоваться видом.

Уильям усмехнулся.

— Мы потомки клана МакИнтайр, — начал он, смотря вдаль. — Я давно не читал точные подробности, так что память немного подводит.

Я фыркнула.

— Заманиваешь девушку обещанием рассказа истории, а потом выдаешь неопределенные факты. Какое разочарование.

Он бросил на меня взгляд.

— Ты хочешь, чтобы я продолжал или нет?

Ну вот, неудачно двусмысленно прозвучало.

— Извини. Продолжай.

— Спасибо. — Он снова повернулся к виду на горы, и я сделала то же самое. — Клан появился еще до того, как Шотландия стала государством. Тогда самая большая ценность была у этих территорий, а эта часть Высокогорья пользовалась наибольшим спросом. В отличие от большей части региона, здесь были плодородные земли — тогда, до того, как всё изменилось с приходом современного общества.

Я кивнула, соглашаясь.

— Из-за этого было много кровопролития, поскольку другие кланы пытались захватить эту землю. Насколько помню, однажды мы потеряли её, в Первой битве за Гленрок, где был убит наш вождь. В следующем году его сын, новый вождь, собрал клан, провел несколько рейдов на мелкие поселения, предложив выжившим присоединиться к нашему клану в обмен на земли. Он удвоил размер клана всего за год.

— Впечатляюще.

— И при этом обошелся без лишней крови, — добавил Уильям. — Это было действительно впечатляюще, учитывая жестокость того времени. Клан МакНэйр расслабился, думая, что окончательно победил МакИнтайров, и мы начали Вторую битву за Гленрок, чтобы вернуть своё.

— МакИнтайры, конечно, победили.

— В конце концов, МакНэйры сдались, поняв, что не смогут выиграть, и заключили договор с нашим кланом: больше не воевать и сохранить жизнь своему вождю.

— Они сдержали слово?

Уилл кивнул.

— МакНэйры поселились рядом с нашими землями, но по сути стали частью нашего клана, пока не переселились в Ирландию. Они передали свои земли нашим предкам.

— Вау. Были ли еще сражения?

— Не такие крупные, как те, — ответил он. — Наши предки укрепили оборону после первого поражения, построив сторожевые башни, как эта. Они служили и для предупреждения, и для того, чтобы лучники могли сбить любые армии, пытавшиеся захватить землю. Благодаря этой защите, моя семья приобрела огромное влияние в политике. Они имели решающий голос в том, кого поддерживать в борьбе за трон Шотландии. Один из вождей даже служил лорд-канцлером королю.

— Ничего себе. Значит, у вашей семьи была настоящая власть?

— В те времена, да. Они поддержали короля во время одной из попыток английского вторжения в четырнадцатом веке, и с армией МакИнтайров пришла победа. Король был настолько благодарен, что сделал нашего вождя герцогом Гленрокским, и остальное — уже история.

— Это невероятно. А что насчёт остальных титулов вашей семьи?

— Здесь я менее уверен, — признался он. — Дедушка также носит титулы маркиза Брэнига, графа Данбарна и виконта Кинкерка.

— Маркиз? Ах да, в Шотландии это маркесс.

Он усмехнулся.

— Я думал, ты этого не знаешь.

— Не будь глупым. Это просто холод замедляет мои мысли, — засмеялась я. — Ваш отец — маркиз?

— Нет. Мой прапрадеда был, скажем так, довольно колоритной личностью, и у него была слабость к... э-э, проституткам.

Мой рот открылся от удивления.

— Что?

— Когда это было совершенно незаконно, — продолжил Уильям. — Все знали, кто он такой, и это, мягко говоря, не делало чести его жене.

— Неудивительно, — заметила я.

— У них так и не было детей, — объяснил он. — Но он был отцом не менее одиннадцати незаконнорожденных сыновей и дочерей от своих любовниц и, скажем так, «оплаченных компаньонок», что лишь укрепило мнение, что его жена была виновата в их бесплодии.

Мои губы дрогнули от смешка — манера, в которой Уильям описывал ситуацию, была очаровательно сдержанной.

— Так это и привело к тому, что титул вернулся в основную линию?

— Да, именно так. Он умер без законного наследника, и титул перешел к его племяннику как к ближайшему родственнику мужского пола. Этот племянник и был герцогом Гленрокским. Тогда его сын носил титул графа Данбарна, и они решили не менять его, хотя титул маркиза выше по рангу.

— Предполагаю, что дело ещё и в его репутации.

— Ну да, титул был, скажем так, «запятнан» его скандалами, и никто не хотел быть с ним связанным. Это передавалось из поколения в поколение.

— Значит, твой отец использует титул графа Данбарна, а ты — виконта Кинкерка. А когда он станет герцогом, ты станешь графом?

— Именно так, — ответил Уильям. — Титул маркиза остался, но общий консенсус таков: старый дядюшка Данк был слишком уж диким, так что лучше оставить его в прошлом.

Я засмеялась и откинулась на стену.

— У всех уважаемых семей есть хоть один дикий родственник где-то в глубине истории. Кажется, у меня есть какая-то там пра-пра-тетушка, которая однажды продемонстрировала свои прелести королю Георгу Третьему. Полагаю, твой дядюшка Данк — это ваш вариант.»

— Да. К счастью, этот «дикий ген» с ним и закончился, — улыбнулся Уильям, наклонив голову. — Жаль, что его дед получил титул маркиза за услуги королю.

— Что он сделал? Обеспечил короля проститутками? Извиняюсь — «оплаченными компаньонками».

Уильям посмотрел на меня с легкой гримасой.

— Вот именно это он и сделал. И сам за это платил.

— То есть это было, как говорится, «плати и получай»?

— Именно так, — усмехнулся он.

Я не смогла сдержать смех. Какая безумная история у его семьи. Я была здесь всего на несколько дней, но определённо намеревалась усадить его дедушку и узнать как можно больше. Должно быть, там скрываются ещё более захватывающие истории, о которых Уильям и не догадывается.

— Ладно, пойдём. Уже поздно, а это облако выглядит так, как будто вот-вот высыплет на нас белую дрянь. Последнее, что мне нужно — это объяснять семье, почему ты замерзла насмерть. — Он поднялся с холодного камня, повернулся ко мне и протянул руки.

Улыбнувшись, я вложила свои руки в его. Он потянул меня вверх с такой энергией, что я споткнулась и врезалась в него, заставив Уильяма сделать шаг назад, чтобы не упасть.

— Ой, — пробормотал он. — Чуть перестарался, да?

— Немного. — Я посмотрела на него снизу вверх, и мои губы сами собой изогнулись в маленькой улыбке.

Лунный свет танцевал на его лице, словно подчеркивая каждую черту, придавая ему почти божественный вид. Его тёмные карие глаза казались ярче и теплее, чем обычно, а резкие линии его скул, переходящие в аккуратную щетину, отбрасывали тени, подчёркивая его сильный подбородок.

И его губы.

Едва заметно изогнутые в уголках.

Скрытые тенями настолько, что мне вдруг захотелось дотронуться до них, чтобы убедиться, что они всё ещё там.

Конечно, они были, но желание приподняться и поцеловать его просто, чтобы убедиться, накатило на меня как непреодолимая сила.

Но я не поддалась этому желанию.

Не могла поддаться.

Улыбка Уильяма исчезла, и вместе с ней его губы чуть приоткрылись. Почти маняще. Искушение, которому я точно не должна была поддаваться.

Его взгляд дрогнул.

Он скользнул вверх и вниз по моему лицу, изучая изгибы моей челюсти, линии бровей, изгиб моих губ и маленькую неровность на носу.

Меня.

Он изучал меня.

Это было одновременно тревожно и приятно — нечто, чего я не могла до конца понять.

Уильям задержал взгляд на нижней части моего лица на целую вечность и медленно отпустил мою руку, поднимая другую к моему лицу. Тыльной стороной пальцев он слегка коснулся моей щеки, и я замерла, когда его пальцы дотянулись до моих губ.

— У тебя волосок прилип к губе, — тихо сказал Уильям, осторожно убирая его. — Вот, готово.»

Я сглотнула.

— Ох. Я не заметила.

— Наверное, это случилось, когда я тебя поднял. — Он слегка улыбнулся и сделал шаг назад. — Пойдём. Я спущусь первым на случай, если ты вдруг упадёшь.

— Спасибо. — Я положила руку на живот и бросила последний взгляд на горы. — Почему их не видно с земли?

— Слишком далеко оттуда. Это сюрприз, который не каждый может увидеть. Считай, что тебе повезло.

— Да, конечно. Держу пари, ты приводишь сюда всех девушек, — поддразнила я.

— Нет, — губы Уильяма изогнулись в едва заметной улыбке, — только тебя.

Вот чёрт.