Ксения Орлова переживала, что подруги держат её в стороне от своего расследования. В прошлый раз у неё были какие-то поручения, она наравне со всеми делала выводы, выдвигала версии, а сейчас… Между прочим, это именно её едва не убили всего несколько часов назад! И она имеет полное право знать, что происходит!

Акты по контролю качества поставляемых деталей и механизмов, анализ причин отказов металлических конструкций и изделий – всё это ушло на второй план. Она сидела за своим рабочим столом, на котором не было свободного места от различных бумаг и бланков, и автоматически нажимала кнопки калькулятора. Дверь за её спиной приоткрылась.

– Ксения Станиславовна, можно вас на минутку? – голова Борисовой показалась в проёме. Девушка тут же прошмыгнула в коридор.

– У меня будет поручение для вас двоих – для тебя и для машины, – без лишних вступлений начала Лена. – Тебе из конторы выбираться быстрее, чем нам из РММ, да и железный конь под рукой, что тоже добавит прыти. Поедешь в горотдел, Потапов вечером будет на месте, передашь ему вот этот конверт, – она протянула почтовый прямоугольник. – Там я расписала, что удалось узнать нам по Репину, а также отметила моменты, которые сможет проверить только милиция, у нас таких полномочий и возможностей попросту нет.

– Ты думаешь, он станет меня слушать? – усомнилась Ксюша. – Знаешь ведь, как он относится ко всему, что связано с его работой.

– Знаю, а ещё я хоть немного, но знаю мужчин, – женщина подмигнула подруге. – Вы только что помирились, поэтому к твоему визиту он отнесётся более благосклонно. И ещё. Если получится, послушай, о чём будет вестись разговор с Репиным, вдруг всплывёт что-то интересное.

– Я попробую. – Щёки девушки покрыл лёгкий румянец. Она снова в деле!

Едва стрелки часов показали окончание рабочего дня, как Ксюша пулей вылетела из кабинета и понеслась к припаркованной у ворот автобазы машине. Она на ходу доставала из сумочки ключи и не сразу заметила стоявшего у «Москвича» человека.

– Ксюш, привет, давно не виделись, – Гоша переминался с ноги на ногу.

– У тебя что-то срочное? Просто, понимаешь, я очень спешу. – Она открыла дверцу автомобиля и уселась на водительское сиденье.

– Нет, ничего такого, просто захотелось тебя увидеть, пообщаться.

– Хорошо, – после секундной паузы ответила Ксюша. – Садись, я отвезу тебя в город и заодно по дороге поговорим. Кстати, ты не забыл про наши занятия? Мы договорились, что всё остаётся в силе.

– Не забыл. – Он уселся рядом. – Задания, которые ты мне давала, я выполнил. Собственно, математика не очень пугает, больше русский язык. Там сочинение будет, а я во всех этих делах не очень силён.

– Что ж, значит, в этот раз уделим внимание сочинению. – Девушка аккуратно выехала на проезжую часть. – Что именно у тебя не получается?

– Да всё! – Он почесал в затылке. – Я терпеть не могу всех этих гениальных классиков с их толстенными рассуждениями о нравственности. В общем, в школе я не прочитал ни одной книги из программы, а для сочинений скатывал текст с предисловий. Русичка сперва устраивала мне разносы, а потом махнула рукой и просто ставила тройки. «Это, – говорит, – за то, что списываешь без грамматических ошибок». В технаре этот номер не пройдёт. А если я не поступлю, Филиппенко с меня три шкуры спустит. Лично обещал.

Ксения включила поворотник и аккуратно обошла тарахтевший впереди тракторёнок «Беларусь».

– Чем хороши вступительные экзамены, так это тем, что в предложенных темах для сочинений обязательно будет свободная. Ты сможешь порассуждать о том, что волнует именно тебя, о чём-то глобальном. Мы с тобой сделаем упор на это и оставим классиков в покое. Тебе, и на это уделяется большое внимание, нужно научиться грамотно составлять план сочинения. Лучше всего – сложный, с подпунктами.

Она говорила что-то ещё, а он не слушал, наблюдая, как уверенно руки держат руль, как она поправляет очки кончиком пальца и встряхивает головой, отбрасывая с лица непослушные пряди.

Наконец, неподалёку от памятника Ленину, «Москвич» затормозил. Гоша нехотя выбрался наружу и хлопнул пассажирской дверкой.

– Увидимся, – взмахнув рукой, пошёл вдоль проспекта Первых коммунистов. Отметив про себя, что девушка даже не посмотрела в его сторону, просто спокойно поехала дальше.

В первом же попавшемся на пути гастрономе он, не задумываясь, купил бутылку «Жигулёвского» и тут же, возле самого крыльца, выпил содержимое до дна.

Чтобы не проходить через дежурную часть, где обязательно попросят предъявить документы, поинтересуются целью визита и заранее предупредят того, к кому идёт посетитель, Ксюша направилась в паспортный стол. Там, пользуясь хитрой схемой коридоров, можно было запросто оказаться возле нужного кабинета и при этом не привлечь к себе излишнего внимания. Поворот, лестничный пролёт, направо, прямо по коридору и снова направо. Кабинет, ещё один, комната с табличкой «Конвой». Вот и помещение, в котором практически в круглосуточном режиме трудились оперативники. Дверь немного приоткрыта – по-видимому, из-за духоты. Приглушённые голоса, слов не разобрать. Ксюша заглянула в щель и только потом осторожно постучала по деревянной обналичке.

Голоса затихли, а потом дверь распахнулась чуть шире, едва не стукнув любопытную посетительницу в лоб. На пороге возник Алексей. Он вышел в коридор и закрыл собою обзор в кабинете.

– Привет, – немного удивился, увидев девушку. – Вот уж кого не ожидал! Что-то случилось?

– Пока не знаю, – пожала плечами Ксения. – Меня Борисова к тебе делегировала. Вот, – она передала ему конверт с посланием от Елены.

Он молча взял пакет, открыл, вынул содержимое – заверенную начальником автоколонны копию путевого листа и исписанный размашистым борисовским почерком двойной тетрадный листок.

Пробежав послание глазами, Потапов взглянул в лицо девушки.

– Если я правильно понял, мои наставления для вас – о стену горох. Опять сунули свои носы в милицейскую работу. Ксения, я больше предупреждать не буду. Если из-за вашего вмешательства сорвётся расследование, закрою всю вашу дружную компанию за препятствование следствию. Торжественно обещаю! А теперь топай домой. У нас дел невпроворот.

– Ты придёшь сегодня?

– Постараюсь. Но если освобожусь очень поздно, то поеду домой, не буду тебя беспокоить.

– Хорошо. Пока.

Она сделала вид, что уходит, но, как только услышала звук закрывающейся двери, тут же вернулась обратно. Аккуратно, чтобы не скрипнули петли, потянула за ручку и осторожно заглянула в кабинет. Охватить взглядом всё помещение ей не удалось, слишком невелик оказался угол обзора. Но зато можно было понять, что в кабинете находится явно больше двух человек, и даже расслышать обрывки их разговора.

– Репин, я понимаю, почему вы изначально отказались от показаний, – говорил Алексей. Его голос она бы не спутала ни с чьим. – Каждому хочется почувствовать себя джентльменом. Только что я получил сведения о том, где вы находились в интересующий нас период времени в воскресенье. Имя Розы Собуровой вам что-либо говорит?

– Да. Роза – моя девушка, – заговорил мужчина. – Только я прошу вас не впутывать её в это дело, она совершенно ни при чём. Да и замужем она. Пока.

– Хорошо, тогда давайте уточним несколько моментов. – Ксюша навострила уши и даже постаралась дышать как можно реже, чтобы не пропустить ни слова из сказанного.

– Вы тоже сюда? – раздался звонкий голос буквально у неё над ухом. Ксения от неожиданности подскочила и едва не разбила своим затылком лицо стоявшей позади женщины.

Она оглянулась с бешено колотившимся сердцем и нос к носу столкнулась с Кирой Хомич.

– Извините, я не хотела вас напугать, – произнесла девушка и улыбнулась. Ксюша окинула её быстрым взглядом и убедилась, что несостоявшаяся соперница выглядит очень хорошо: собранные в гладкий хвост русые волосы, платье с плиссированной юбкой едва прикрывает колени, широкий кожаный ремень подчёркивает талию. На лице минимум косметики, но кожа при этом уже лишилась болезненной бледности и приобрела нежный персиковый тон.

Первым порывом Ксении было сразу же уйти, но в полумраке коридора Кира узнала её:

– Ксюша, это вы? Как же я рада вас снова увидеть! И поблагодарить вас и ваших подруг за помощь и поддержку. Вы не представляете, как я вам обязана! – Она крепко обняла девушку и поцеловала её в щёку.

– Что вы, не стоит, – смутилась Ксюша и слегка отстранилась от восторженной южанки.

– Вы знаете, я завтра улетаю. За мной приехала бабушка, капитан Потапов помог оформить нам билеты до Джанкоя. Мне было назначено на сегодня, по справке об утере паспорта. Там совещание, да? – она, как Ксюша за пару минут до этого, прильнула к приоткрытой двери. Постояла, прислушалась, а потом решительно потянула ручку на себя.

– Здравствуйте, моя фамилия Хомич. Я за справкой, – проговорила Кира, не переступая порог кабинета.

– Подождите за дверью, – ответили ей.

Ксения тем временем отправилась к выходу, намереваясь снова прошмыгнуть через паспортный стол, но любопытство заставило её приостановиться и посмотреть, чем же закончится встреча Киры и Алексея.

Вместо Потапова из кабинета вышел молодой человек, который опрашивал её, Ксюшу, в парке в день несостоявшегося нападения. Кажется, младший лейтенант Денисов… Он сказал несколько слов Кире и протянул ей листок бумаги. Дверь за его спиной начала медленно открываться. Хомич прижала листок к груди и замерла, будто увидев привидение.

– Это он, я узнала голос! – вдруг воскликнула она и рухнула на пол.

– Чёрт! – не сдержался Денисов и крикнул сидевшим в кабинете: – Помогите, тут девушке плохо! Нужен врач!

В коридор выскочили человек пять мужчин, они окружили Киру, стараясь привести её в чувство, Ксюша, оставшись незамеченной, покинула место событий.

– Значит, всё-таки Репин, – подвела итог Борисова после Ксюшиного звонка с отчётом. Она явно была разочарована. – Интересно, что такого услышала Кира, что помогло ей узнать его голос? Эх, если бы Потапов не был таким занудой, уже давно всё встало бы на свои места. Увидимся завтра, будь осторожна, дорогая, ещё ничего не закончено.