В субботу у Ксюши было очень плотное расписание: с утра она пообещала родителям съездить в больницу, навестить бабушку Стешу, днём бывший сосед, а нынче руководитель ВИА «Юность» Костик позвал на репетицию, а вечером они с Потаповым собирались сходить в кино, тем более что на воскресенье у него намечался выходной. Можно будет побывать на последнем сеансе, а назавтра спать сколько заблагорассудится. Правда, между репетицией и походом в кино у неё было ещё одно важное дело, но это касалось только её, и никто другой в известность поставлен не был.

– На улице сегодня облачно, с прояснениями, возможен кратковременный дождь, – безразличным голосом вещала дама в настенном радио. Что ж, самая замечательная погода для передвижения в автомобиле!

Вот только оранжевый «Москвич» так не считал. Почему-то именно сегодня он категорически отказывался слушаться ключа зажигания и не реагировал ни на какие уговоры своей хозяйки.

– Эх ты, – расстроилась Ксения, – а ещё носишь гордое звание «бешеного тазика»! Вот что прикажешь мне делать с сумками? Бабулечка меня ждёт, и к Кире я собиралась зайти. Мы с девочками ей одежду собрали. Может, всё-таки договоримся?

Она ещё раз повернула ключ. Глухо. Девушка обошла машину со всех сторон, а потом решила заглянуть под капот. Она очень мало понимала в устройстве своего железного коня, но ведь все автомобилисты так делают: поднимают панель, ставят её на фиксатор и с умным видом смотрят на внутренности машины.

На удивление легко справившись с первым пунктом, Ксения приступила ко второму – осмотру.

– Ха, так вот же в чём дело! – обрадовалась она. К счастью, с такой неполадкой способен справиться любой водитель: с аккумулятора слетела одна клемма. Как такое могло произойти – другой вопрос, главное, что исправить это можно даже с модным маникюром и всего-то за пару минут.

Вскоре она уже выруливала на дорогу, и даже ушибленный палец, сломанный ноготь и измазанный чёрным кончик носа не испортили настроения.

Степанида Егоровна, как всегда, была разговорчива и пребывала в прекрасном настроении.

– Доктор сказал, что, несмотря на мой совершенно древний возраст, кости срастаются хорошо и есть шанс к концу недели снять с меня все эти ужасные арматурины, – она кивнула в сторону вытяжки. – Мне постоянно приходится просить кого-нибудь о помощи, а это напрягает людей, у них полно своих неотложных дел. А самое ужасное, скажу я тебе, – Степанида понизила голос, – это проклятое судно!

– Бабулечка, в этом нет ничего ужасного! Согласись, лучше уж вынести его, чем тащить тебя вместе с гипсом в уборную, – попыталась возразить Ксения, вытирая слезящиеся глаза и осторожно сморкаясь в заранее приготовленный платочек. Ох уж эти больницы! – Я привезла сменные полотенца и бельё, а ещё мама передала варенье из ревеня и куриные биточки.

– Про литературу не позабыли? – переключилась на приятное пожилая женщина.

– Нет, всё, как ты заказывала: томик Зощенко, Чехов и раритетная Тэффи[9] из дедушкиной библиотеки. Не потеряй! Сама знаешь, как трепетно он относится к книгам вообще и к таким старым в частности.

– Я тоже старая, об этом не нужно забывать, но относиться с трепетом не прошу, – усмехнулась Степанида. – Пусть не нервничает, я никогда ничего не теряю. Кстати, ты не видела, куда я положила очки?

Попрощавшись с бабушкой, Ксюша направилась в сторону палаты интенсивной терапии. Постовая медсестра перехватила её возле самой двери.

– Вы к кому? – строго поинтересовалась она.

– Я к Кире, той, что ранили. В качестве шефской помощи, – отрапортовала посетительница.

– Какой помощи? – девушка в белом халате непонимающе уставилась на Ксюшу, державшую в обеих руках сумки.

– Шефской. Мы с подругами собрали для неё кое-какие вещи, у неё ведь всё испорчено, даже выйти будет не в чем. А ещё книги и немного вкусностей. Всё строго по списку, ничего запрещённого! Можете проверить.

– Очень надо, – пожала плечами медсестра. – Нету здесь вашей Киры.

– Выписали? – обрадовалась Ксюша.

– Нет, перевели в общую палату. Налево по коридору, третья дверь отсюда.

– Спасибо! – Девушка отправилась в указанном направлении, предварительно промокнув глаза платком.

Палата была такая же, как и та, в которой лежала Степанида, тоже на четырёх «жиличек», только вот трое из них сейчас отсутствовали. В помещении находилась только Кира, её кровать была крайней слева. Девушка, одетая в больничный бордовый байковый халат и старенькие тапочки, сидела, оперевшись о стену, и увлечённо читала журнал. Свои русые волосы она собрала в высокий хвост, и он красивыми волнами ложился ей на плечи. Кожа на лице была ещё немного бледной, но уже не так ярко выделялись круги под глазами, да и загар, на который ранее обратила внимание дотошная Борисова, уже был хорошо заметен.

– Здравствуйте, Кира, – негромко произнесла Ксюша.

Девушка вздрогнула от неожиданности и повернулась на голос.

– Мы знакомы? – тихо спросила она, присматриваясь к гостье. – Кажется, я вас видела раньше.

– Да, я приходила несколько дней назад. Вас тогда только-только перевели из реанимации. Меня Ксения зовут.

– Ксения, – эхом повторила Кира, но явно не вспомнила, кто перед ней.

Орлова не стала больше топтаться у порога, она по-хозяйски прошла в палату и начала разбирать принесённую с собой поклажу, периодически поглядывая на девушку в бордовом халатике.

– У вас тут побывала Лена Борисова, так она по своей профсоюзной привычке организовала среди нас, подруг, что-то вроде кассы взаимопомощи, только не деньгами, а чем-то более полезным. А я, как водитель, обязалась доставить всё это адресату, то есть – вам. Смотрите, здесь есть вещи, которые могут понадобиться: платье, пиджак, босоножки. У нашей общей знакомой, Ирины, рост и фигура схожи с вашей, она метрдотель в ресторане, хорошо одевается, и вещи у неё не ширпотреб. Примерьте!

– Что вы, не нужно, неудобно, – пыталась возразить Кира. Лицо её порозовело от волнения, но при этом Ксюша отметила, что девушка немного подкрашена – подведены ресницы, оформлены брови, лёгкий тон на губах.

– Всё удобно! – прервала поток слов Орлова. – А в чём вы собираетесь на улицу, например, выйти или до дома добираться? Ведь рано или поздно это время наступит. У вас вся одежда в таком состоянии… И вообще, это всё от души, во благо, так что не отказывайтесь!

Постепенно на прикроватной тумбочке появились баночки с салатами, котлетки, пирожки, брусничный морс, ягоды к которому лично собирала Галя Щербинина, и пара журналов «Человек и закон» из запасов Борисовой.

– Попируете сегодня с соседками по палате, будет повод пообщаться, – подвела итог Ксюша.

– Посмотрите, как вам? – окликнула её Кира. Девушка оглянулась.

Пока она возилась с посылкой для больной, та успела примерить подаренную ей одежду. Тёмно-синее шёлковое платье в мелкий горошек струилось вдоль стройной фигурки и заканчивалось в районе щиколоток. Сидело оно на Кире идеально, будто и шилось специально для неё.

– Борисова просто глаз-алмаз, – рассмеялась Ксюша.

– Что? – не поняла её собеседница.

– Да это я так, о своём. А платье вам очень идёт – и цвет, и фасон. Примерьте ещё пиджак и босоножки.

Белый пиджак из плотной костюмной ткани и голубые босоножки на ремешках тоже пришлись впору. Кира не видела себя со стороны, но ей явно нравилось носить что-то кроме старого халата и ночнушки. Она распустила волосы и осторожно покружилась на месте. «Красивая!» – вздохнула про себя Ксения. Перед её глазами мелькал синий шёлк с белыми крапинками горошин, кокетливо прикрывающий девичьи ножки.

– Ну что ж, всё просто замечательно, – подвела итог гостья и начала собираться восвояси.

– Вы уже уходите? – спохватилась Кира. – Мы ведь даже толком и не пообщались. Извините…

– Не берите в голову, – успокоила её Ксюша, – просто я очень спешу, день сегодня расписан буквально по минутам, но обещаю обязательно появиться у вас ещё – и тогда мы поболтаем.

Она ушла, оставив «зеркальную» девушку любоваться обновками. Через час репетиция, очень не хочется опаздывать.

Спортивный клуб «Ритм» располагался в подвале жилого пятиэтажного дома. Здесь было оборудовано сразу несколько помещений: спортзал, где подростки с района занимались вольной борьбой, душевая, раздевалка, тренерская, кладовка для хранения спортинвентаря и красный уголок. Это помещение было отделано рейкой, покрытой лаком. Здесь размещались стеллажи с нужной литературой, стенды с объявлениями, вдоль стен стояли стулья. Клуб находился в ведении ЖЭКа, который регулярно проводил осмотр помещения, ремонт и даже помогал в поиске тренера, если возникала такая необходимость. Когда Косте с друзьями понадобилось место для репетиций, домоуправ постаралась решить и эту проблему. Она договорилась с «вольниками», те составили удобное расписание и предоставили ребятам для музыкальных экспериментов трижды в неделю свой красный уголок. В будние дни удавалось порепетировать всего час, чтобы не беспокоить жильцов, вернувшихся с работы и мечтающих спокойно посидеть вечером перед телевизором, а вот в субботу помещение было в распоряжении музыкантов два, а то и три часа. Удивительно, но жалоб на звучание электрогитар и барабанной установки, купленных в прошлом году на средства шефского предприятия за третье место во всесоюзном конкурсе молодых исполнителей, не поступало. Иногда даже наоборот – люди приходили в спортклуб, чтобы послушать, как проходит репетиция.

И вот теперь Ксения на всех парах неслась к месту сбора своих творческих друзей. Это было странно, но она почему-то всегда опаздывала на репетиции. Как бы загодя ни выходила, как бы ни спешила – итог всегда один и тот же: задержка в пути на десять минут.

Эта суббота не стала исключением.

– Ребята, всем привет, простите-простите, я припозднилась, надеюсь, что это…

– …в последний раз и больше уж точно не повторится, – словно мантру проговорили музыканты.

– Ладно, не будем терять драгоценное время, прогоним пока без солистки, – распорядился Костя. – Давай, Ксюш, восстанавливай дыхание и – на распевку.

По красному уголку полилась мелодия Holiday…[10]