6

Девушка с радиоприёмником

Курьер, на бейдже которого было написано его имя, Клаус, и должность, быстрым шагом шел по коридору, на ходу кивая тем, кто его приветствовал. А таких находилось немало — Клаус работал в управлении не первый год, и знал если не всех, то очень и очень многих. В руках Клаус держал три папки с письмами, и вид имел деловой и целеустремленный, впрочем, так он выглядел практически всегда. Папки в руках у Клауса были не простые, а маркированные. Одна предназначалась для исходящих писем, вторая для входящих, а третья была помечена, как особо важная, и сейчас Клаус спешил туда, куда ему следовало доставить именно третью папку, доставить, и отдать неоткрытую, потому что на завязках этой папки болтались в данный момент красные сургучные печати.

— Клаус, привет, — позвал знакомый голос. — Куда так бежишь?

— Господин Салус ждёт донесения, — ответил Клаус. — Аримин, у тебя что-то срочное? Я очень тороплюсь.

— Да нет, ничего такого, — парень, ровесник Клауса, отступил на шаг. — Вечером свободен?

— Вероятно, да, — пожал плечами Клаус. — А что?

— Собираемся пойти в «Гору Флаар», поиграть. Ты с нами?

Клаус улыбнулся.

— Приду, — сказал он. — Может, немного опоздаю, но приду. Начинайте без меня, присоединюсь на втором раунде.

— Вот и славно, — улыбнулся Аримин. — С тобой у нас будет две полные чётные команды. Сам понимаешь, неудобно играть чёт на нечет, приходится каждый раз пересчитывать ходы.

Клаус согласно кивнул, и продолжил свой путь по коридору, к лестнице — кабинет господина Салуса располагался на третьем этаже управления.

* * *

— Подождите, Клаус, — велела Сандра, секретарь господина Салуса. — Господин Салус прочтёт, напишет ответ, и отправит вас обратно.

— Дело такое спешное? — спросил Клаус.

— Да, дело срочное, — подтвердила секретарь. — Приоритет заместителя главы управления.

— Ого, — только и сказал Клаус. Он отдал папку Сандре, сдул с рукава какую-то соринку, которую до того не мог стряхнуть из-за мешавшей папки, и сел на стул подле двери, приготовившись к длительному ожиданию. Однако длительным оно не получилось. Буквально через десять минут раздался звонок из кабинета господина Салуса, Сандра скрылась за тяжелой дубовой дверью, и вскоре вернулась с той же папкой, закрытой и опечатанной, однако печати оказались уже другие, не красные, принадлежащие исследовательскому отделу, а зеленые, личные печати господина Салуса.

— Велено доставить без промедления, — сказала Сандра, отдавая папку Клаусу. — На словах господин Салус велел добавить следующее: вы сами знаете, что следует делать.

— Это всё? — спросил Клаус.

— Да, всё, — кивнула Сандра. — Вы свободны.

Клаус взял папку, коротко глянул на Сандру, и вышел. Уже в коридоре он подумал, что девушка, подобная этой, для парней, таких, как он, Клаус, всегда будет недосягаемой мечтой. А ещё он подумал, что господин Салус на самом деле полнейший дурак, свет не видывал подобных дураков. С ним рядом уже несколько лет такое сокровище, а он и ухом не ведет. Будь Клаус на месте господина Салуса, он бы шанс не упустил, ни в коем разе. У него и у Сандры уже трое бы по дому бегало, и четвертый был бы на подходе, но… Клаус горько вздохнул. Кто их разберет, аристократов этих. Да и сама Сандра тоже не из простых, она благорожденная, у них там тоже всё сложно. Ай, ну к шуту. Про такие вещи лучше вообще не думать.

* * *

— Вышел, — сообщил Скрипач из-за газеты. — Пошли?

— Пошли, — кивнул Ит. — Куда это он так торопится, интересно. Очень похоже, что обратно. Давай доведем его до исследовательского отдела, пусть закончит, а уже потом посмотрим, что и как.

— Надеюсь, нитку он сумел уронить там, где нам нужно, — Скрипач осуждающе покачал головой. — Если нет, это на твоей совести, Итище. Ты сам предложил этот план.

— Я предложил, а ты поддержал, — заметил Ит. — Идём. И выброси уже эту газету, на кой-она тебе сейчас?

…Решение подобраться к господину Салусу поближе приняли ещё позавчера. Сперва Скрипач хотел пройтись по управлению в личине, но Ит остановил его. Нет, решительно сказал он, пока что в личине никто туда не пойдет, и торопиться мы не будем. Происходящее ему категорически не нравилось, поэтому Ит, по мнению Скрипача, начал излишне осторожничать, но — за Итом, по давнему правилу, всё-таки оставалось слово старшего, и в этот раз Скрипач подумал, что Ит не так уж и не прав. В том, что ни уже успели увидеть, смущало слишком многое. И поведение птиц — а точно ли птиц? И неизвестное оружие, если, конечно, это вообще было оружие. И то, что они увидели в морге. И поведение Салуса. И девушка с приёмником, которую Ит успел неплохо рассмотреть в сквере, когда он и Элин пили какао.

— Если сложить всё это вместе, картинка получается так себе, — заметил Ит. — Салус, по всей видимости, в чём-то нас подозревает, что-то ему показалось необычным. Поэтому — я за максимальную осторожность. Сами в управление не заходим, посмотрим на него чужими глазами, и провесим слежку.

— Слежку? — удивилась Элин. — Но как? С помощью чего ты собираешься за ними следить, у вас же нет ничего для…

— Ошибаешься, — усмехнулся Ит. — Есть. Видишь ли, хирургический набор, который у нас с собой, можно использовать не только по регламенту. Некоторые вещи, которые в нём есть, имеют двойное назначение.

— И что ты хочешь сделать? — спросила Бао.

Скрипач сидел за столом и улыбался — он-то, разумеется, давно всё понял.

— Биощуп-нулёвка, — объяснил Ит. — У него одна из задач — прослушивание всяческих шумов, и передача их в усиленном виде в систему. Мы просто сделаем из него «нитку», подслушивающее устройство, вот и всё. Автономности у этой нитки хватит дней на десять, для наших задач более чем достаточно. Используем кусочек… ну, скажем, сантиметровой длинны, или даже меньше. Вопрос в другом. Как этот кусочек закинуть в кабинет Салуса?

— Надо подумать, — пожал плечами Скрипач. — Если не самим идти, то нужен кто-то, кто отнесёт.

Этим «кем-то, кто отнесёт» и стал курьер по имени Клаус. Сперва за ним немножко последили, потом на полминутки остановили по дороге из исследовательского отдела в управление, снабдили «ниткой», и отправили дальше заниматься своими делами. На внушении Клаусу дали всего одну простейшую задачу — в кабинете Салуса, или рядом с ним, стряхнуть с рукава приставшую нитку. Всё. Ничего более.

* * *

— Приёмная, — сообщила Элин, когда они вернулись домой. — Он уронил «нитку» в приёмной, там, где сидит секретарша. По-моему, это и есть та самая девушка с радио, о которой мы говорили. Голос похож. Ит, помнишь, она напевала, когда мы её видели? Почти неслышно, но я запомнила.

— Помню, — кивнул Ит. — Любопытно получается. Значит, Салус послал свою секретаршу следить за нами? Неужели не нашлось другого сотрудника?

— Хороший вопрос, — кивнул Скрипач. — Элин, что-то интересное было?

— Нет. Салус уехал на совещание, а Сандра, секретарь, осталась одна. Судя по звукам, она работала — печатала что-то, листала бумаги, ходила пить чай, и… и всё, — ответила Элин. — Слушаем дальше?

— Ага, — кивнул Скрипач. — И параллельно пытаемся писать статью. Ит, у тебя хотя бы одна идея для третьей части появилась?

— Нет, — вздохнул Ит. — Придется просить Эмилию отодвинуть выход материала, видимо. Вот что. Рыжий, съезди в редакцию, и скажи, что мы переносим третью часть. А я пока что послушаю, что там будет дальше.

— Почему я? — обиженно спросил Скрипач. — Она же на меня наорёт.

— На тебя нет, ты обаятельный, — ответил Ит. — Сделаешь удручённый вид, ещё и пожалеет. И подскажет, о чём писать дальше. Давай, быстро съезди, и возвращайся поскорее. Может, я и ошибаюсь, но, кажется, намечается что-то действительно интересное.

— Ладно, — со вздохом ответил Скрипач. — Попробую. Но поеду позже, вечером, ага? Мне тоже интересно, чем они там будут заниматься.

— Тогда надо успеть до закрытия редакции, — пожал плечами Ит. — Не стоит давать Эмилии лишнего повода для недовольства.

— Хорошо, смотаюсь сейчас, — проворчал Скрипач. — Думаю, обернусь быстро. Час, или даже меньше. Скинешь мне потом считку.

* * *

— … к сожалению, невозможно, — произнес Салус. — Женщина практически постоянно находится дома, если отлучается, то ненадолго. Мы не сможем восстановить «глаза», к тому же они очень старые, ими не пользовались больше четверти века. Они были испорчены во время последней большой воды, после чего дом, собственно, и попал в открытый каталог.

— Жаль, — ответила женский голос. — Дрейк, но почему вас так взволновали эти журналисты?

— То, как они ведут себя, диссонирует в их досье, — сказал Салус. — Есть расхождения в кластере даты появления на свет, фазы цикла малой луны, и того, как они себя проявили. С ними явно что-то не так, но я не уверен, что нам следует продолжать наблюдение за ними. К тому же расхождение могло появиться из-за того, что дата и время рождения были указаны неправильно, или на каком-то другом этапе могла быть допущена ошибка. Важно другое. К случаю на утёсе они отношения не имеют, это точно, поэтому нам они не интересны.

— Значит, наблюдение снимаем? — деловито спросила Сандра.

— Через несколько дней придётся это сделать. Мне не хватает людей, вы же понимаете, — в голосе Салуса зазвучало недовольство. — Мне дали всего десять младших охранителей, из которых для серьезной работы подходят лишь четверо. Остальные шесть могут только ставить ограждения и отгонять любопытных. Именно поэтому, Сандра, я буду вынужден снова попросить вас о содействии в расследовании.

— Я согласна, — ответила Сандра. — Вы же знаете, Дрейк, я всегда готова прийти к вам на помощь.

— Благодарю, — серьезно произнес Салус. — Продолжите, в таком случае, наблюдение за журналистами и девицей, а я снова уеду. Завтра предстоит сложный день.

— Утёс? — спросила Сандра. — Вы планируете расширить зону поиска?

— Да. К тому же пришло время навестить семейство Ганьи, — Салус помедлил. — Признаться, мне бы не хотелось делать это самому, но обстоятельства вынуждают.

— Может быть, в таком случае, вы предоставите эту часть работы мне? — спросила Сандра. — За журналистами в это время могут наблюдать охранители.

— Или я сам, — ответил Салус. — Но не уверен, что это того стоит. Да, пожалуй, в ваших словах есть резон, Сандра. Нужно, в таком случае, подумать, под каким именно предлогом вы можете проникнуть к Ганьи, и разведать обстановку.

— В доме много прислуги, — задумчиво сказала Сандра. — Нужно узнать, не желают ли они нанять кого-то ещё? Если им требуется гувернантка, горничная, может быть, даже повар, я могла бы…

— Повар? Вы? Сандра, не стоит, — ответил Салус. — Это занятие уж точно вам не подходит.

— Я неплохо готовлю, — возразила Сандра. — Меня этому обучали. В любом случае, мы пока что не знаем, требуются Ганьи новые слуги, или нет. Я лишь предположила, что такой вариант может существовать.

— Мысль верная. В любом случае, для начала следует узнать, нужен ли кто-то в поместье, или нет. Вот что, — решительно сказал Салус. — Завтра пошлю в деревню одного охранителя из толковых, пусть узнает о найме слуг. Если найм есть, поедете соискательницей. Если нет, будем думать дальше. А я пока закончу с журналистами. Не понимаю, что меня тревожит, и почему эти братья привлекли моё внимание. Дело не только в дате рождения, тут что-то иное. Вы же знаете, Сандра, что в таких случаях я обычно довожу дело до конца.

— Знаю, — спокойно ответила Сандра. — Господин Салус, что ответил исследовательский отдел?

— У них всё готово, они согласны передать тело вдове, — ответил Салус. — Жаль, прижизненных фотографий покойного не было, но в данном случае в них нет большой необходимости. Лицо всё равно было изуродовано, так что работать над сходством нет смысла. Думаю, вдова будет удовлетворена результатом. Кстати, интересный момент. Мы пока не занимались личностью покойного, не было времени. А зря, ведь разгадка может крыться именно в этом.

— Копус жил бедно, — ответила Сандра. — Кому и чем мог помешать старик, который зарабатывал тем, что подметал обзорную площадку, и помогал туристам пройти через сложный участок берега, чтобы посмотреть на прилив?

— Вот именно, чем? — со значением спросил Салус. — Сандра, пока идёт сбор информации, я бы попросил вас поднять документы по Копусу. Все, которые вам удастся найти. Думаю, на сегодня довольно. Оставляю вас дежурить, и отправляюсь. Лучше приехать заранее, заодно послушаю, нет ли каких-то важных новостей.

* * *

Скрипач смотрел на Ита — взгляд его был растерянным и недоумевающим. Кажется, у Ита на лице в этот момент тоже появилось некое новое выражение, но он, в отличие от Скрипача, сумел взять себя в руки всё-таки быстрее.

— На улицу, — приказал он Скрипачу. — Проверь снаружи.

— А ты?

— Сейчас.

Ит открыл коробку с ложками, лежавшую на серванте, ту самую, которая являлась замаскированным малым набором, вытащил одну из ложек, встряхнул — ложка в его руке тут же превратилась в прибор, напоминающий странно изогнутую полоску металла. Скрипач кивнул, и вышел из домика.

— Что происходит? — спросила Элин.

— Они ищут слежку, — объяснила Бао. — Ит, но он же сказал, что оборудование испорчено и не работает.

— Что именно испорчено и не работает? — в пространство спросил Ит. — Бао, отойди, не сбивай настройки. Дальше, дальше, в сторону. Всё, вижу. Господи, какие мы придурки…

— Ну, в том, что мы придурки, я не сомневался, но не думал, что настолько, — Скрипач вошел обратно. — Поилка для птиц. А у тебя?

— Смальта, — ответил Ит. — И проводящие каналы в стенах. Точнее, то, что от них осталось.

— Поилка, между прочим, работает, — Скрипач покачал головой. — И подаёт питание на систему. Вот тебе и мир второго уровня. Даже не второго. Первого. Ну и дела.

— Да что происходит-то? — снова спросила Элин с раздражением в голосе. — Что вы такое нашли⁈

— Камеры, — объяснил Ит. — Здесь полно камер, Элин. Тысячи. Но они действительно неисправны. Здесь — неисправны. Боюсь, в других местах они вполне себе могут работать.

— Что? — не поняла Элин. Она растерялась. — Какие камеры, о чём ты?

— Эти кусочки смальты, — объяснил Ит. — Извини, но мы не будем ломать стену. Думаю, ты понимаешь, почему.

— Так они что, могли за нами следить? — ошарашено спросил Бао. — Даже дома? Но я же… лапки дома того… ой-ой-ой…

— Мне больше интересно, откуда это всё тут могло взяться, — мрачно произнес Скрипач. — Ит, дай посмотреть. Вот даже как? А я думал, это будет оптоволокно. Но нет. Надо же.

— Что там? — спросила Элин.

— Смотри сама, — Скрипач взял у Ита ту самую полоску металла, и провел ею перед собой, направляя вогнутую часть на стену. — Это полевой сканер, большой, предназначен для того, чтобы можно было осмотреть раненого, не снимая с него броню. Для стены тоже подходит. Видишь эти трещинки?

Между стеной и сканером появилась картинка — проекция. Сканер показывал то, что находилось внутри слоя штукатурки, и под ним.

— Да, — кивнула Элин. — Ты хочешь сказать, что это…

— Это часть системы, которая вмонтирована в стену, — ответил Ит вместо Скрипача. — Мы видели подобное. Не здесь, и не сейчас. Очень давно. Каждая трещина является проводящим каналом, кусочки смальты — это камеры, причем не единичные, а сгруппированные. И запитана эта система от поилки, в которой водяной фонтанчик. Вообще, это довольно забавно.

— Что именно забавно? — спросила с подозрением Бао.

— Хотя бы то, что люди, которые выкладывали узоры из смальты, не знали, что они делают, — ответил Ит. — Сто против одного, что не знали. А вот такие, как Салус, знают. И пользуются этой системой, понять бы ещё, как именно.

— Погоди, — Элин подошла к стене, провела по ней рукой. — Агент говорил, что стен, украшенных точно так же, полно, они повсюду. Ты хочешь сказать, что все они… для слежки?

— Пока что я ничего не хочу сказать, — Ит нахмурился, подошел к стене, потрогал пальцем один из кусочков смальты. Затем потрогал второй, третий. Повезло ему на четвертом кусочке, тот был зафиксирован слабее, чем другие, и Иту удалось вытащить его из углубления.

— Да, всё верно, — кивнул он. — Стрекозиный глаз. Рыжий, а ну-ка, глянь.

— Если не знаешь, что это камеры, никогда не поймешь, — Бао запрыгнула на стол, и тоже принялась рассматривать кусочек смальты. — Словно в стекле какие-то пылинки, что ли.

— Ага, пылинки, — покивал Скрипач. — Которые выдерживают температуру плавления стекла, и которым для работы энергии надо всего ничего. Знаете, что странно? — спросил он. Элин и Бао покачали головами. — То, что воде удалось повредить эту систему. А так же то, что этим малышкам нужны физические каналы связи. В теории это всё должно работать по воздуху. Ит, согласен?

— Согласен, — кивнул тот. — Должно. Но здесь оно почему-то так не работает. Словно… я сейчас скажу бред, но это то, что я вижу. Так вот. Словно тут существует смычка двух технологий. Одной — уровня этак шестого, если не седьмого. И второй, первого уровня, в фазе перехода во второй.

— Может быть, это наследие прошлой цивилизации? — предположила Элин. — Бао, атлант способны делать подобные вещи? Ведь именно они жили тут до людей, по словам Бардов.

— На высоком уровне такие вещи может делать любая цивилизация, — ответила Бао. — Но Барды говорили, что в этой области таких цивилизаций нет, и что их даже не зонируют, из-за того, что они погибают раньше. Так что версия про какую-то другую высокоуровневую цивилизацию не выдерживает критики.

— Почему? — повернулся к ней Скрипач. — Барды наблюдают за этой областью давно, но — не бесконечно давно. Может быть, что-то сохранилось, и…

— Рыжий, это даже не смешно, — покачал головой Ит. — Сохранилось? Где? Как? В каком виде? Нет, вздор какой-то. Сам подумай: для того, чтобы понять, как это работает, надо хотя бы знать, что это такое. А тут некто не просто знает, он ещё и активирует систему. И не одну. И этой системой пользуются. Не сходится, ты же видишь.

— А местные не могут это сделать сами? — спросила Элин.

— Хороший вопрос, — Ит сел за стол, снова взял в руки кусочек смальты. — По-моему, они это и делают сами. Смальту отливают точно сами, и никак иначе. В общем, вот чего. Давайте сопоставим то, что мы уже успели узнать. Первое — Копус был убит более чем странным способом, с применением незнакомой нам технологии. Второе — технологии, довольно сложные, внедрены в жизнь населения планеты, и само население про это даже не подозревает. Знают только верхи, если судить по тому, как вёл себя Салус…

— Конспирология! — Скрипач хлопнул себя по коленке. — Чёрт! Ит, а ведь в нашей газетёнке постоянно пишут что-то подобное. Чтобы народ поржал и развлёкся. Люди читают, и думают, что это бред. Потому что это выглядит, как бред, звучит, как берд, и не стыкуется с привычными моделями… так…

— Будем поднимать архив в редакции, — сказал Ит. — Согласен? То-то Эмилия обрадуется.

— Она офигеет, — хмыкнул Скрипач. — И будет долго думать, для чего нам это понадобилось.

— Кстати, она тебе что-то посоветовала? — спохватился Ит.

— Ага, — кивнул Скрипач. — Посоветовала завтра отправиться на похороны Копуса, и посмотреть, что там будет происходить. Мысль верная. Эмилия шарит в этих темах так, что нам с тобой и не снилось.

— Да, есть такое дело, — согласился Ит. — Ладно, съездим. Элин, вот что. Мы пока поработаем тут, проверим всё, что сумеем, на всякий случай, а ты пройдись, пожалуйста, в лавку, и посмотри осторожненько, нет ли поблизости нашей новой знакомой с радиоприёмником.

— У неё интересная внешность, — заметила Элин. — Профиль… специфический. Как у скульптуры.

— Греческий профиль, если брать градацию Сонма, — подсказал Ит. — Ты правильно подметила, Элин, молодец. У местных я таких профилей пока что не видел. А ты, рыжий?

— Аналогично, — кивнул тот. — Девица вроде бы красивая, но уж больно специфическая, скажем так.

— Интересно, она такая же, как Дрейк Салус? — вдруг спросила Элин.

— Какая? — не понял Скрипач.

— Благородная. Если я правильно поняла, Салус аристократ, — объяснила Элин свою мысль. — Если да, то внешность вполне можно объяснить происхождением.

— Ах, вот и о чём, — Скрипач задумался. — Ммм… не думаю. Если бы она была из какого-нибудь высокого рода, вряд ли сидела бы в приёмной.

— Но Салус её выделяет, — возразила Элин. — И даже даёт ей поручения, которые не имеют отношения к её прямым обязанностям. Например, следить за нами, — с усмешкой добавила она.

— Не похоже, что у них есть какие-то отношения, помимо рабочих, — заметил Ит. — Но Элин права в том, что девица, как и сам Салус, отнюдь не проста. В общем, завтра едем на Утёс, и наблюдаем за похоронами Копуса. И заодно попробуем разузнать, что там с рабочими местами у семейства Ганьи.

* * *

Провожать в последний путь несчастного Копуса собралась вся деревня — ну, ещё бы, такое событие. Странная смерть, расследование, пресса, тайна. Ит со Скрипачом приехали заранее, быстро заприметили Салуса (ну а как же, кто бы сомневался), и демонстративно пару раз попались ему на глаза, потому что Скрипач заявил, что хочет увидеть реакцию старшего расследователя на их появление.

— Если спросит, скажем правду — нас прислала Эмилия, — заявил он. — Мало ли что он вздумал запрещать? Он нам не хозяин! Куда хотим, туда и идём.

— Вот это ты верно подметил, — Ит усмехнулся. — Но вообще, в принципе… слетали поискать Тлен, называется. Выполнили просьбу Дории. Рыжий, мы ввязались во что-то такое, что и представить не могли. Заметил?

— Заметил. И я этому рад, — ответил Скрипач. — Только не говори, что тебе не нравится.

— Нравится, — пожал плечами Ит. — Привет из прошлой жизни, в некотором смысле. Конечно, это всё усложняет дело, но я ничего против не имею.

— Так-таки усложняет? — прищурился Скрипач. — Или это часть дела и есть?

— Мы пока не знаем, часть или не часть, — справедливо заметил Ит. — Возможно. В любом случае, наша задача на сегодня…

— Во-первых, выбесить Салуса, и, во-вторых, поглазеть на то, что будет на похоронах, — закончил за него Скрипач. — Идём. Там уже народ на площади собирается. Пора.

…Народ действительно уже подтягивался на небольшую деревенскую площадь, расположенную напротив храма Матери Парви, приземистому строению, сложенному из каменных блоков, и украшенному весьма скромно. Здесь почти все малые храмы были такими — невысокими, с толстыми стенами, с крошечными окошками, и почти лишенные украшений. Причина, конечно, заключалась в воде, которая во время больших приливов могла навредить строению, которое потом предстоит восстанавливать. В городах, подобных Контортусу, на вершинах спирей, стояли храмы высокие, которые выглядели богато и помпезно, а такие, деревенские, всегда оказывались скромными, но зато надёжными. К деревенским домам это тоже относилось. Особенно к тем, которые находились недалеко от береговой линии.

— Привезли, привезли, с ночи ещё привезли, в храме сейчас лежит, — говорил кто-то в толпе. — Вроде как лицо ему из воска слепили, а уж похоже или нет, не знаю…

— Да какая разница? — риторически произнес другой голос. — Ему-то уже всё едино, Копусу. Но я бы посмотрел…

— А я думала, не будут его открывать, — сказала женщина, стоявшая неподалеку от Ита и Скрипача. — Его расклевали всего. Кощунство это, на такую страсть пялиться.

— Ну и не пялься, — отозвались сзади. — Не хочешь, и не гляди…

— Да всё равно все увидим, как на поминовение вынесут, — сказал ещё кто-то. — Сейчас вдова отплачет, там отчитают, внутри, и всё, наружу…

Скрипач дернул Ита за рукав, тот кивнул. Они протолкались через толпу, чтобы быть поближе к дверям храма, и вскоре нашли себе место неподалеку от входа, с левой стороны от чугунной решетчатой храмовой двери. Красивая дверь, отметил про себя Ит. И необычная. Листья, ветви, гроздья винограда… и руки, множество рук, которые поддерживают со всех сторон внутреннее пространство композиции. Что это за символ такой? Фигуры на горельефе в саду университета тоже поддерживали невидимые руки. Это что-то значит, и неплохо было бы узнать, что именно.

Вскоре ажурная дверь распахнулась, и на улицу вышел сперва святитель, одетый в зеленые одежды с белой каймой, а следом за ним четверо мужчин, которые несли на плечах последнее пристанище погибшего Копуса — скромного вида прямоугольный гроб, сделанный из серого дерева. Ит присмотрелся, и понял, что гроб собран из старых, посеревших от времени досок, выглядевших ветхими и непрочными. Странно.

— Хороший гроб, — одобрил кто-то. — Сразу хрустнет, не нужно будет доливать потом.

Скрипач недоумевающее посмотрел на Ита, тот пожал плечами.

— Хороший, хороший, — согласился другой голос, на этот раз женский. — Не новьё. Как миленький подломится.

— Не понял, — шепнул Скрипач.

— Значит, позже поймем, — беззвучно ответил Ит.

Скрипач кивнул.

Служитель в это время вышел вперед, а гроб установили на длинную лавку, которую тоже вынесли из храма. Последней появилась вдова, одетая в темно-синее платье, в шляпку с вуалью, и с белой накидкой на плечах. Служитель поднял руки, призывая к тишине, вскоре люди на площади замолчали, и служитель начал свою речь.

— Близкие и далекие, свои и чужие, знакомые и незнакомые! Сегодня мы пришли попрощаться с нашим другом, достойным приёмным сыном нашей общины, славным мужем и достойным работником — Копусом. Склоните головы ваши пред ушедшим.

Прислужники, до того несшие гроб, сняли с него крышку, а толпа, как по команде, поклонилась, но выпрямились все очень быстро, потому что каждому было любопытно, что же там такое, в гробу. А в гробу не обнаружилось ничего интересного. Большую часть его содержимого покрывали живые и бумажные цветы, а вместо лица покойного все увидели маску, отлитую то ли из белого воска, то ли вовсе из парафина. Просто белое лицо, принадлежащее ни пойми кому.

— Тю, — разочарованно сказал кто-то. — А я-то думал. Даже не раскрасили.

— И правильно, — решительно сказала женщина, которая до того говорила, что пялиться нехорошо. — Лучше так, чем настоящего лепить.

— Копус стал нашим братом уже в зрелости, — продолжал святитель. — Всем вам известно, что он был человеком с непростой судьбой, и прошел через многие невзгоды и тяжёлые испытания.

— Ага, когда его брат рехнулся, и сумел пропить всё, что у них было, — хмыкнул кто-то.

— Копус, наследник древнего аристократического рода, проявил себя с лучшей стороны. Когда с его семьей приключилась беда, он не опустил руки, а продолжал бороться, — с чувством говорил святитель. — Он обосновался в нашей общине, женился на прекрасной женщине, и все оставшиеся годы работал, не покладая рук, на благо нашего общего дела…

— Чтобы с голоду не подохнуть, — подсказал тот же голос. — Аристократ, ага. За лошадьми у Ганьи денники подбивал, да с метлой бегал там и сям. Хорошо устроился.

Ит посмотрел на говорившего — это был крупный, седовласый мужчина, со скептическим выражением на тяжёлом, обрюзгшем лице. Одет мужчина был неплохо, по местным меркам. Не зажиточен, но и не бедствует.

— А вы чего же, выходит дело, знали покойного Копуса? — спросил Ит.

— Знал, а как же, — подтвердил мужчина. — Вы из газеты, что ли? Видел вас на площадке, когда вы Мирту на фотоаппарат снимали.

— Верно, — похвалил его наблюдательность Ит. — Но Мирта нам не сказала, что Копус был аристократ. А оно вон как, получается.

— Ну а как, вот так, — покивал мужчина. — Из разорившихся он был, Копус. В Контортусе жил, в спирали, а оказался у нас, в деревне. А теперь вон и вовсе… эх… жаль мне его, — добавил мужчина, тяжело вздохнув. — Он хороший был, Копус. Умный. Книжки читал разные, знал многое. И не злой, как Саулс. Тот зыркнет, и кровь в жилах стынет, а этот нет, со всеми ровно говорил, с душой. Глаза, конечно, у него как у этих всех были, а так — наш мужик. С пониманием.

— Глаза? — переспросил Ит.

— Ну, с искрой, — ответил мужчина с легким недоумением. — Он же аристократ был, у них у всех такие. Ты чего, парень, не расслышал, что ли?

— Простите, отвлекся, — ответил Ит. Прислужники как раз в этот момент подняли крышку, и водрузили её обратно, на гроб. — Да, я понял. Глаза, как у этих, а характер хороший, значит.

— Вот да, верно. Хороший характер. Ну, всё, сейчас понесут, — мужчина снова вздохнул. — На кладбище-то пойдёте?

— Пойдем, конечно, — кивнул Ит. — У нас от газеты задание, про всё написать. Так что пойдём.

— И правильно. Вы напишите про него, про Копуса, — посоветовал мужчина. — Добрая память лишней никогда не будет.

* * *

На кладбище ситуация с гробом прояснилась, и Ит обругал себя за недогадливость. Местных хоронили по обычаю, согласно которому могила, расположенная в закрытом склепе, либо закидывалась камнями, либо заливалась цементом. Вода, понял Ит. Если бы тут хоронили иначе, во время больших приливов все кладбища просто уплыли бы. Кремация тут тоже существует, вспомнил он, но далеко не все могут её себе позволить. Это дорого. А гроб, по задумке тех, кто изобрел этот обычай, должен сломаться сразу, чтобы не образовывать воздушный пузырь в могиле. Беспощадная логика, но в местных условиях эта схема работает.

— Как думаешь, там настоящий Копус, в этом гробу? — спросил Скрипач, когда они шли следом за толпой в направлении деревенского кладбища, расположенного за небольшой рощей, вдали от берега.

— Думаю, нет, — покачал головой Ит. — Судя по тому, что мы видели, они отдали вдове что-то другое. Фальшивку, скорее всего. Что думаешь на счёт глаз?

— Нужно проверить, — Скрипач задумался.

— Вот именно, — подтвердил Ит. — Это действительно нужно проверить, потому что Салус здесь находится не только из-за чаек, как мне теперь кажется. И не только из-за того, что случилось с телом.

— Но из-за чего тогда? — спросил Скрипач.

— Это нам и предстоит узнать, — ответил Ит.