2
Трое из зоны прилива
— Итак, вы прибыли из… эээ… — регистратор поправил указательным пальцем пенсне, и посмотрел на Ита. — Из?..
— Из города Никин, — в третий раз терпеливо ответил Ит. — Точнее, из предместья города Никин, внутренняя доля, район Сухой Лог. Извольте всё-таки посмотреть документы, уважаемый регистратор Холей. Папка с документами находится перед вами.
Ит вовсе не был уверен в том, что регистратора действительно зовут Холей, однако это имя находилось на латунной табличке, стоявшей на столе подле регистратора, поэтому вывод напрашивался сам собой.
— Это позже, — регистратор сморщил нос. — Прежде я должен поговорить с вами лично. Вы прибыли из…
— Города Никин, — подсказал Скрипач.
— Верно, из города Никин, — наконец-то согласился регистратор. — И ваша специальность…
— Я журналист, — во второй раз сказал Ит.
— А я вольно обучающийся, в прошлом тоже журналист, сейчас планирую писать роман. Первый в жизни, — сказал Скрипач.
— Роман? — переспросил регистратор. — Какой роман?
— Аллегорический роман о Великом Динозавре, — ответил Скрипач. — Ну, то есть я собираюсь переосмыслить семейное предание. Наш прадед нашел на берегу во время большого отлива древние кости, и придумал легенду, в которой говорилось о том, что Великий Динозавр, живший когда-то в этих местах…
— Не надо, я понял, — перебил его регистратор. — Аллегорический роман про древнего ящера. А вы, девушка?
— А я домашняя хозяйка, — учтиво поклонилась Элин. — И невеста уважаемого Фастера Соградо.
— Фастер Соградо — это вы? — регистратор посмотрел на Ита.
— Нет, — покачал головой Ит. — Я его брат, Ит Соградо. Фастер — это он.
— А вы? — регистратор повернулся к Элин.
— А я Элин Сиит, в ближайшем будущем Элин Соградо-Сиит, — сказала Элин. — А это кошка Бао. Наша кошка, — она кивком указала на корзину.
— Своеобычная кошка? — уточнил регистратор.
— Вполне, — согласилась Элин. — У неё своеобычные пятна. Их расположение описано в удостоверении кошки, и продублировано в её адресном конверте на ошейнике.
— А почему Бао? — уточнил регистратор.
— Потому что она, когда просит есть, говорит «бао-бао», — объяснила Элин. — У неё голос такой. Тоже своеобычный.
— Хорошо, хорошо, — покивал регистратор. — И с какой целью вы прибыли в Контортус?
— Я планирую найти работу, — твердо сказал Ит. — В Никине я работал более чем успешно, но продолжать работать там я считаю нецелесообразным.
— Почему? — по-птичьи склонил голову к плечу регистратор.
— Мой уровень выше, чем это требуется в Никине, — ответил Ит. — Я чувствую, что способен на большее.
— Ммм… — протянул регистратор. — Так многие думают. А потом, проведя здесь три больших поворота, собирают свои пожитки, и уезжают обратно, потому что Контортус — это не Никин, не Хелла, и не Птичий Утёс, или как там было правильно. Видите ли, — регистратор понизил голос, — я бы не хотел вас разочаровывать, но… как бы сказать…
— Скажите уж как есть, — предложил Скрипач.
— Наивные молодые провинциалы редко находят здесь удачу, — регистратор вздохнул. — И не стоит думать, что вы исключение. Вы такие же, как все. Слишком яркая и простая одежда, слишком широкие штаны, усы — и не стыдно ли? — пышное платье девушки, кошка в корзине… за годы работы здесь я перевидал таких, как вы, столько, сколько вы себе и вообразить не сможете. Я оформляю им въездные разрешения, и через три, ну, максимум, шесть поворотов они приходят ко мне обратно, поникшие и осунувшиеся, за разрешением на окончательный выезд. Вы думаете, здесь кому-то действительно может понадобиться провинциальный журналист, начинающий писатель, и домохозяйка с кошкой? Оставьте эту затею. Вы ведь делали какие-то накопления, верно?
— Ну… да, — кивнул Скрипач. — Делали. Не без того. Копили на переезд.
— Тогда знайте, что Контортус съест и вас, и ваши гроши, и даже не заметит этого, — регистратор вздохнул. — Максимум, на который вы можете рассчитывать — это синяя форма государственного служащего, и место в какой-нибудь заштатной конторе. Не более.
— Типа как у вас получилось, да? — спросила Элин, делая наивные глаза. Такие наивные, что стыдно смотреть. — Вы же про себя сейчас сказали?
— Может, и так, — пожал плечами регистратор. — Мой вам совет: езжайте обратно. Ваших сбережений, скорее всего, хватит на приличную свадьбу, а писать статейки и романы можно дома.
— Мы всё-таки попытаемся, — покачал головой Ит. — Может быть, удача покажет нам свою светлую сторону.
— Да как же, — хмыкнул регистратор.
— Наши документы в порядке, — уверенно сказал Скрипач. — Давайте вы их сейчас оформите. Договорились? У вас нет оснований, чтобы отказать нам во временной регистрации.
— Оснований нет, кроме одного. Оно называется «здравый смысл», — мрачно ответил регистратор. — Но ладно, что уж. Документы у вас действительно в порядке. Сейчас закончим оформление, и можете идти, пытать свою удачу. Хотите доброго совета?
— Не откажемся, — ответил Скрипач. — И что это за совет?
— Во-первых, избавьтесь от усов. Обезьяньи украшения у нас не в чести, — ответил регистратор. — Во-вторых, купите приличное платье. Вы все одеты просто отвратительно, здесь такое не носят. Ваши трехслойные юбки, девушка, представляют немалую опасность для вас самой, вы в первом же трамвае зацепитесь за поручень, упадёте, и убьётесь. И, в-третьих, и в-последних, снимите жильё в предместье. Не пытайтесь поселиться в Спирали, и, тем более, в центре. Это вам не по карману. Спуститесь вниз, на землю, найдите бюро, и через него снимите то, на что хватит денег.
— И какой предел вы нам порекомендуете? — спросил Ит.
— Кейцеровы сады, ну или, в крайнем случае, Старую стену, — ответил регистратор. — Бюро есть и там, и там. Найдёте, это несложно.
— Спасибо, — кивнул Ит, забирая у регистратора бумаги со свежими красными печатями, и убирая их в кожаную папку. — Вы очень помогли нам советами. Мы ими непременно воспользуемся.
— Нет, ну каков жучара, — с уважением в голосе произнес Скрипач, когда они вышли из здания Бюро регистрации на неширокую улицу, покрытые ставшими уже привычными чугунными решетками с прорезями. Под решетками — этот вопрос они уже в достаточной степени хорошо изучили — прятался ливневый канал, таких каналов, как больших, так и маленьких, в Контортусе были тысячи. Город располагался на Западном континенте, и дожди, причем затяжные и обильные, тут были делом обычным. Городу нужно было как-то справляться с водой, и город в этом преуспел.
— Жучара? — переспросила Элин.
— А ты не поняла? — Скрипач усмехнулся. — Он в доле с этими двумя бюро. Если мы снимем жилье через них, ему достанется пусть и небольшая, но мзда.
— И что же, мы не снимем? Пойдем куда-то ещё? — спросила Элин.
— Нет, почему, — покачал головой Ит. — Пойдем, и снимем. И пусть получает. Нашей легенде такое поведение вполне соответствует.
— Кормить этого… он мне не понравился, — призналась Элин.
— И мне он не понравился, — пискнула из корзинки Бао. — Отвратительный тип.
— Ну, ещё бы, — Скрипач развел руками. — Другие на подобных должностях не держатся. Он изо всех сил нарывался на взятку, а когда мы сделали вид, что его не поняли, послал нас в бюро по съёму жилья, чтобы получить хоть что-нибудь. Видимо, Контортус и впрямь недешевый город, если парню приходится так изворачиваться.
— Так куда мы пойдем? — спросила Бао. На улице они были сейчас одни, поэтому она рискнула подать голос. — Ребята, мне очень надоело сидеть в корзинке. Здесь тесно, лапки совсем затекли.
— Давайте вы с Элин подождете в каком-нибудь сквере, ты разомнешься, погуляешь, а мы в это время сгоняем в бюро, — предложил Скрипач. — Если пойти в Кейцеровы сады, то это недалеко, полчаса пешком в одну сторону. Или пятнадцать минут на трамвае. Ага?
— А сколько вы там проведете времени? — справедливо спросила Элин.
— Чёрт его знает, — Скрипач покачал головой. — Тогда… тогда давайте сперва посидим, а потом все вместе отправимся.
— Вы втроем сидите, а я пойду, — решил Ит. — Только давайте сперва отклеим усы. Они, по-моему, свою роль уже выполнили.
Подготовка к забросу отняла три месяца. На самом деле, по словам Скрипача, на эту подготовку требовалось больше времени, около полугода, но тратить полгода они не рискнули. Мир, самоназвание которого на некоторых языках произносилось как Примар, а на некоторых как Локус, оказался более чем специфическим. Человеческим, да, но, по словам Ита, человеческие цивилизации бывают очень и очень разными.
— Это вам не Сонм, — сказал Ит, когда Авис сделала начальную стадию анализа системы и планеты, а так же выдала первую сводку данных о цивилизации. — Все расслабились, привыкли… да, рыжий?
— К чему привыкли? — не понял Скрипач.
— Привыкли к привычному, — Ит покачал головой. — Санкт-Рена, Окист, знакомые модели, ставший обыденным и простым анализ. А тут другое.
— Что другое? — спросила Баоху.
— Всё другое, — Ит задумался. — Эта цивилизация формировалась в иных условиях. Скажем так. Эта планета стала бы миром Сонма, в теории, если бы не вторая луна. Потому что эта вторая луна обеспечила тем, кто живет внизу, весьма любопытную жизнь.
— Люди, — пожала плечами Элин. — Весьма гибкая и умеющая приспосабливаться раса. Я, кстати, согласна с теорией о сеятелях, которые привносят в миры зачатки будущей разумной жизни, при этом соблюдая законы Круга.
— Давай только сейчас про это не будем, — попросил Скрипач. — Мы знаем эту теорию, она очень любопытная, но сейчас нам нужно думать по делу.
— Согласен, — поддержал Ит. — Вот что у меня получается. Приоритетная задача — это поиск контакта с Торией, скрытым демиургом планеты. Вторая задача — поиск следов Тлена.
— Здесь нет Тлена, — уверенно сказала Авис, которая всё это время молча слушала их разговор. — Простите, но это я проверила в первую очередь. Ит, ты же сам мне велел запустить зонды.
— Да, велел, и да, ты проверила, — кивнул Ит. — Но то, что зонды ничего не увидели, не значит, что Тлена тут нет. Сейчас нет, через час — может появиться. Впрочем, в любом случае, это задача номер два. Третья задача — попытаться каким-то образом остановить процесс, или хотя бы понять, возможно ли это на начальном этапе. Но, — Ит сделал паузу, — этим всем можно заниматься только там, внизу, а для того, чтобы попасть вниз, нужно сперва понять, куда мы идём, и подготовиться.
— Эти чёртовы Барды поставили нам такое количество условий, что я уже даже не знаю, стоит ли нам начинать то, что мы задумали, — мрачно заметила Элин. — Спасибо, что хотя бы связь с Авис разрешили оставить. И, кстати, кое-кто обещал, что не будет вмешиваться.
— Обещал, — согласно кивнул Ит. — Но вмешательство ничего не изменит. Прогноз Бардов ты видела своими глазами.
— В этом прогнозе не было точного срока, — напомнила Элин. — Они говорили о катастрофе, но не сказали, когда она произойдет.
— Думаю, они сами этого точно не знают, — пожал плечами Ит. — Ладно, неважно. В общем, занимаемся сбором данных, учимся, и готовимся к выходу.
Если бы это был заброс, который осуществляла Официальная служба, думал Ит позже, всё было бы проще. Потому что служба, разумеется, отыскала бы агентов, которые уже посещали миры подобного типа, и обучались работать в них. Нет, не такие же точно миры, но — подобного типа, а это здесь ключевые слова. Нас учили другому, мы работали с другими цивилизациями. Тоже разными, но всё-таки с другими. Как говорил когда-то Фэб — более близкими к нашему психотипу. Внутренняя логика, думал Ит, путь развития цивилизации, и решения, которые эти люди изобретали, для того, чтобы выжить и двигаться дальше — они далеки от знакомых нам путей, потому что условия действительно более чем необычные для человеческого мира. Две луны, большая и малая, сделали условия жизни на планете много сложнее, чем в других человеческих мирах, и это не могло не сказаться на том, что собой представлял Примар в данный момент.
На планете существовало два больших континента, Западный и Восточный, а так же пять островных континентов, три южных, и два северных. Восемнадцать больших теократических, именно теократических государств Запада образовывали так называемый Серп Корон, то есть восемнадцать ответвлений религии, которая основывалась на идее дуалистического монотеизма, и Скрипач, после поверхностного изучения ряда философских концептов этой религии, сказал, что что-то тут не так, и здесь сам чёрт ногу сломит. Суть учения заключалась в едином божестве, которое существует одновременно в двух ипостасях, которые — ну а как же иначе — олицетворяли две луны. Малая, называемая чаще всего Матерью Парви, и Большая, Отец, он же Отец Юстум, справедливый. А дальше начинались различные толкования, обоснования, споры, раздоры, которые порождали религиозные войны и стычки, больше всего напоминавшие, по словам всё того же Скрипача, незабвенную войну остроконечников и тупоконечников, о которой писал Джонатан Свифт.
Восточный континент пошел ещё дальше. Там религий оказалось намного больше, в ходу были вариации на тему анимистического политеизма, причем в каждом регионе обожествлялось что-то своё. На это «что-то своё» убили десять дней по корабельному времени, и после этого Элин заявила, что на Восток им дорога заказана, это всё слишком сложно и разнородно, к тому же перемещение между городами-государствами на Восточном континенте было сопряжено со значительными трудностями. Да уж, согласился с Элин Скрипач, просто так там не погуляешь. Поэтому делаем ставку на Запад, разобраться в хитросплетениях, которые придумали местные, будет всё-таки проще.
Островные континенты забраковали сразу. Не-не-не, заявил Скрипач, там то трясёт, то дожди, то войны без конца, а ещё там непроглядная нищета, и приливы с цунами напополам, так что на фиг нам такие приключения. Со Скрипачом согласились все. Островная история им не подходила категорически.
Дальше — занялись выбором локации и подготовкой всего и вся, от костюмов, до «входа» и качественной легенды. Выбор места для первого появления получился долгим, потому что Авис советовала одно, Скрипач находил что-то другое, у Элин обнаруживались возражения для обоих вариантов, и в результате Ит с Бао находили третье, которое тоже кто-нибудь браковал. Результатом длительных изысканий стал небольшой город, отстоявший от зоны приливов на пару километров, и расположенный в государстве, которое называлось в реестре Серпа Корон «Dignus», то есть «Достойный». К слову сказать, местная латынь очень напоминала латынь Сонма, но всё-таки от неё отличалась. Словно…
— Словно туда кто-то что-то добавил, — заметил Ит. — А так же изменил графемы некоторых букв. Нет, ребята, этот мир вполне мог бы войти в Сонм, но что-то пошло не так.
— Кто-то что-то добавил? — переспросил Скрипач. — Тебя вторая луна не смущает?
— Луна меня не смущает, — покачал головой Ит. — Мы с тобой планеты Сонма видели и с одной луной, и с двумя, и с поясом астероидов.
— Хм, — Скрипач покачал головой. — Видать-то видали, но орбиты — сам посмотри, какие. Где ты в Сонме видел двадцатиметровые приливы? И такую сейсмоактивность? Эти ребята, которые внизу, живут внутри задачи трёх тел, или вроде того. И сумели добраться почти до второго уровня развития цивилизации, не смотря на то, что местная природа то и дело намеревается их то смыть, то утопить, то растрясти, то учудить чего-то ещё.
— Про задачу трёх тел — это ты загнул, конечно, — возразил Ит. — Орбиты вполне предсказуемы, тут существуют установленные строгие циклы, которые они прекрасным образом давным-давно рассчитали, и никакой не решаемой неопределенности здесь нет. Ладно, давайте дальше заниматься делами. Итак, натурализоваться нам предстоит в городе Никин, а дальше двинемся в столицу, потому что Никин для наших задач всё-таки маловат.
— Будем искать Торию? — спросила с интересом Элин.
— Будем пробовать это сделать, — уточнил Скрипач. — Между прочим, наша теория подтверждается.
— Какая именно теория? — не поняла Элин.
— Посмотри, сколько здесь войн, и каким образом развивается эта планета, — предложил Скрипач. — Идея о том, что планета Тории будет миром войны, уже не кажется абстрактной. Она вполне себе рабочая.
Согласно условиям, которые поставили Барды, им следовало высадиться, и дальше, всё время пребывания на планете, работать самостоятельно, обращаясь за помощью к кораблю лишь в самом крайнем случае. Техническое обеспечение предполагалось тоже минимальное, единственное, на чём удалось настоять — это на биологической защите, потому что без защиты риск провала экспедиции увеличивался многократно. Так же Скрипач сумел убедить Бардов в том, что малый хирургический набор и пару модулей для синтеза им тоже нужно взять с собой.
— Всё-таки мы с братом — частично рауф, Элин — зив, а Баоху — так и вовсе атлант, — говорил он. — Если что-то пойдет не так, мы должны иметь возможность оказать помощь, и нашим дамам, и себе. Если набора не будет, нам придется вернуться на Авис, а это означает немедленное прекращение работы. Нам бы этого не хотелось. Поэтому и набор, и синтез мы всё-таки возьмём с собой. В минимальной конфигурации, но возьмём.
Набор инструментов в результате замаскировали под элегантную коробку с серебряными столовыми приборами, а модули синетза — под два медальона, увесистых, тяжеленьких, украшенных вставками из полированного горного хрусталя. Носить эти медальоны планировали Элин и Скрипач, которым предстояло разыгрывать обрученную пару.
— Неплохо, — одобрил Ит, когда технику привели в надлежащее состояние. — Солидно, добротно, и догадаться невозможно. Остается только молиться о том, чтобы нам это всё никогда не понадобилось.
Ещё с собой предстояло взять трансивер, и трансивер замаскировали под небольшой радиоприёмник, благо, что подобной техники на планете имелось в избытке. Там вообще с техникой дела обстояли интересно, и техника эта привела Скрипача в восхищение.
— Трамваи, электрические одноместные повозки, дирижабли, бипланы, — перечислял он. — Любопытно. Двигателями внутреннего сгорания они почти не пользуются, зато с электричеством дела обстоят весьма успешно.
— Приливные электростанции, — пожал плечами Ит. — Аккумуляторы у техники, правда, так себе, зато зарядить можно практически где угодно. На нужном нам континенте, конечно. На востоке с этим сложнее.
— По-моему, для такого уровня развития цивилизации всё весьма и весьма неплохо, — заметила Элин. — Время работы приёмника, под который мы замаскировали трансивер, около четырех часов на средней громкости, и чуть больше двух на максимальной. Я не специалист, но на первом уровне приёмник, насколько я помню, это стационарный ящик на ножках, а здесь полно переносных моделей, причём с наушниками, и не очень тяжелых.
— Полтора кило, — Скрипач подкинул на руке трансивер. — Материалы такие. Деревяшки, батарейка. До микросхем они, увы, ещё не добрались.
— Дело времени, — пожал плечами Ит. — Жаль, что времени у них, скорее всего, уже не осталось.
Никин обрабатывали сутки с лишним. Сперва высадились у прибрежных скал, затем пешком дошли до городка, а затем пошли брать на воздействие людей, которых встречали, практически всех подряд, потому что след планировали оставить явный, легко читаемый, и долгосрочный. Добрались до местной редакции, провели какое-то время там, и вышли наружу с добычей — главный редактор, после воздействия, разумеется, расщедрился, и написал своему сотруднику Соградо аж целых три рекомендательных письма, да ещё и пожелал удачи с переездом и обустройством на новом месте.
Никин оказался городком весьма любопытным, в первую очередь, у него была специфическая, обусловленная местной природой, архитектура. Приливы до городка почти никогда не добирались, но если добирались — от них была предусмотрена защита, и ещё какая. К подступающей воде городок был готов: окна и двери высоких первых этажей задраивались, системы отведения воды всегда были в полном порядке, вычищенные и налаженные, а укрепленные высокие заборные стены не подпускали воду к участкам, которым следовало оставаться в сухости. Никин находился неподалеку от крупной приливной электростанции, половина его населения работала на ней, поэтому люди, живущие в городке, отлично осознавали силу воды, и были готовы к встрече со стихией, если этой самой стихии вздумается подойти к их месту жительства.
— Раз в девятнадцать лет город затапливает целиком, — сказал Ит, когда они, закончив с работой, направились к дорожной станции, чтобы отправиться уже в Контортус. — Собственно, не только этот город. Большой прилив заливает половину континента.
— Мне больше всего нравится, как они это всё называют, — Скрипач покачал головой. — Великий Праздник Двух Лун и Большой Воды. Люди такие люди. Превратить глобальную катастрофу во всеобщее веселье — это додуматься надо.
— А что им ещё остается? — справедливо возразила Элин. — Рвать на себе волосы от горя? Они к этому привыкли, готовятся заранее, и вся их жизнь организована так, чтобы пройти через этот период с минимальными убытками, и…
— И радостно, — закончил за неё Скрипач. — Контортус тоже затапливает. Это большой город, и все крупные города они строят спиральные, чтобы можно было не торопясь уходить от воды на самый верх, и ждать там, когда вода спадёт. Читали, что про этот город пишут? Построен на холме высотой больше ста метров, имеет спиральную структуру, и так далее. Предместья во время Большой Воды эвакуируются, а богатая публика остается в городе, наблюдает прилив, и празднует.
— А если вода будет такая высокая, что их зальёт? — спросила Бао.
— У них есть, на чём уплыть, — ответил Скрипач. — Бао, почитай сама. При каждом богатом доме имеется личный ковчег, и до главной площади города во время большого прилива они поднимаются вместе с водой. Это не цунами, прилив идёт медленно. Когда вода останавливается, они швартуются, сходят на землю, и начинается пьянка-гулянка на трое суток, а то и больше. До окончания прилива.
— А ещё тут полно всяких обрядов и традиций, связанных с лунами, — заметила Элин. — В общем, Бао, это тебе не Окист, где всё просто и понятно.
— Элин, а зивы тут есть? — спросил Ит с интересом.
— Я не чувствую, — покачала головой Элин. — Мне кажется, что нет. Но это мы проверим позже.
Сценарий «провинциалы перебираются жить в столицу» отыграли превосходно. Кейцеровы сады, район в предместье, где они сняли небольшой скромный домик, подходил под их задачу как нельзя лучше. И до трамвая недалеко, до центра города полчаса езды, и с продуктами всё хорошо, их можно покупать на местном рынке и в паре магазинов, и даже садик есть, чтобы можно было выпускать погулять Баоху. Домик, правда, оказался стареньким, но агент, который показывал им этот домик, заверил, что «он три потопа простоял, и ещё десять простоит, крепкий, не сомневайтесь».
— Мебель тоже три потопа простояла? — невзначай спросил Скрипач. — Кровати скрипят, стулья скрипят, шкаф вон вообще на честном слове держится. Мы сюда надолго, видимо, докупать что-то придётся.
— Ладно, опущу немного цену, — тут же сдался агент. — Мебель да, старовата. Зато места с избытком. Четыре спальни на втором этаже, кухня, она же гостиная, на первом, там же ванная, туалет, и бойлерная. Техника, между прочим, новая, если вы не заметили.
— Заметили, — кивнул Скрипач. — Но за мебель всё-таки цену действительно опустите. Спать на кровати с музыкальным сопровождением будет то ещё удовольствие.
— Стены сделаны красиво, — заметила Элин, которая во время этого разговора осматривала кухню-гостиную. — Эти стеклянные вставки выглядят так мило…
Действительно, стены в помещении были отштукатурены, и на эту штукатурку был нанесен геометрический узор; в пересечении некоторых линий можно было заметить прозрачные, сделанные из цветного стекла, круглые вставки, небольшие, размером со среднюю пуговицу.
— Смальта, глухая и прозрачная, — объяснил агент. — Вы из Никина, верно?
— Ну да, — кивнула Элин.
— А у вас разве так не делают? — удивился агент. — По-моему, такие стены чуть ни в каждом доме есть.
— Делают, но у нас не было, — покачала головой Элин. — Это недешево.
— Ну, тут всё-таки столица, — хмыкнул агент. — Ладно, давайте о цене. Три процента от ставки за малый месяц, устроит?
— Чего это за малый? — удивился Скрипач. — Пять. За большой. Столица, говорите? Сколько в столице стоит приличная кровать? А нам нужно три. Поэтому на меньшую скидку я не согласен.
— Могу помочь с покупкой кроватей по сходной цене, — тут же нашелся агент.
— Старых и тоже скрипучих? Ну уж нет.
— Почему старых? Могу раздобыть новые…
Результатом спора стала скидка на четыре процента от большого месяца, через час нужные бумаги были, наконец, подписаны, и домик в районе Кейцеровы сады перешел в их распоряжение.
Следующим пунктом программы по натурализации стал поиск работы, и очень быстро стало понятно, что провинциалов в столице не очень-то жаловали. Ит искал работу почти малый месяц, двадцать семь дней, и с большим трудом получил, наконец, место младшего журналиста в «Мнении Эмилии», небольшой газетенке, выходившей скромным тиражом, и продававшейся только в двух районах Контортуса. Газета была, скажем так, «желтая», публиковалась в ней по большей части совершеннейшая чушь. Светские сплетни, конспирологические теории, заметки о незначительных происшествиях, забавные письма читателей, юмористические этюды, карикатуры, какие-то унылые стишки (причём за публикацию этих стихов платили сами поэты), объявления о продажах недорогих вещей, и всё в том же духе. Выходила эта газета раз в трое суток, и довольно бойко распродавалась, потому что стоила дешево, и на что-то серьезное не претендовала. Ит вписался в небольшой коллектив «Мнения» с легкостью, правда, на молодого журналиста тут же свалили все самые скучные и неприбыльные редакционные задания, но Ит не унывал. Его такое положение вещей вполне устраивало.
Постепенно быт и жизнь стали налаживаться, и появилось время, которое можно было уделять начальному этапу исследований и поискам. Элин частенько выбиралась в город, иногда в обществе Скрипача или Бао, иногда одна — в первую очередь она, конечно, хотела разыскать зивов, но поиски её успехом не увенчались. Атлант, по словам Баоху, здесь тоже не было.
— Ни тех, ни других, — говорила Элин. — Да что же это за мир такой? Мы есть практически повсюду, но тут — никого. Удивительно.
— И наших тоже нет, — подтверждала Бао. — Мы гуляли по округе, я проверила сотню муравейников, так вот, они исключительно местные, без намека на присутствие моих соотечественников.
Местность вокруг Контортуса оказалась весьма приятной — небольшие поселки, лесочки, чистые и ухоженные; поля, засаженные картофелем и разнообразными злаками, удивительно хорошие мощёные дороги, по которым ездили электромобили и повозки, запряженные лошадьми. Климат в этом районе был весьма богат на дожди, поэтому в предместьях тоже была реализована весьма обширная система водоотведения. Дороги были подняты высоко, при них имелись сточные канавы, облицованные камнем, в поселках с водой тоже знали, что делать, и даже после сильного дождя на дорогах очень быстро не оставалось ни одной лужи.
— Ловко они тут всё устроили, — сказала как-то Бао, когда они с Элин вернулись с очередной прогулки. — Элин, этот храм, который мы видели, ну, посвященный, кажется, Отцу Юстуму, он вообще как замок со рвом выглядит.
— Да, согласна, — ответила Элин. — Тут всё до крайности любопытно. А вода… Бао, у меня странное чувство, что вода в данном случае — словно бы тень Дории и океана Тингла. В «Азбуке» сёстры были очень близки, и здесь, кажется, то же самое. Тория является тенью Дории, и наоборот.
— Но на Тингле нет войн, — возразила Баоху.
— Или мы их не видим, — заметила Элин. — На Тингле есть противостояние зивов и людей, скрытое, тайное, но всё-таки есть. Так что я не была бы на твоём месте столь категорична в суждениях.
— Вот даже как, — протянула Бао. — Ну, да, наверное. Вообще, честно говоря, мне бы не хотелось, чтобы в этот мир пришёл Тлен, — сказала она с грустью. — Я раньше не думала об этом, но теперь… как бы сказать правильно…
— Тебе их всех стало жалко, — вздохнула Элин. — Поверь, мне тоже. Очень надеюсь, что в этот раз мы сумеем хотя бы предупредить. Но… после слов Бардов о лунах я не уверена в том, что это так уж необходимо.
Прошёл ещё один большой месяц, и по его окончании все были вынуждены признать, что в данный момент ситуация тупиковая. Да, им удалось натурализоваться, но дальнейших подвижек пока что происходило. Подождём, сказал Скрипач, не думаю, что есть смысл торопиться. Мы шли сюда три года, готовились несколько месяцев, и сейчас нет смысла пороть горячку. Потихонечку, полегонечку, начнём разбираться, изучать специфику на месте, глядишь, что-то и обнаружим.
— На Тигнле всё получилось просто. Даже, я бы сказал, пугающе просто, — заметил как-то Ит. — А здесь всё иначе. Мне кажется, мы находимся в стартовой точке процесса, поэтому давайте наблюдать, и не делать поспешных выводов. Все согласны?
— Согласны, конечно, тем более что другого выхода всё равно нет, и пока что не предвидится, — покивала Элин. — Ит, как думаешь, долго нам ещё придется ждать?
— Не знаю, — ответил тогда Ит. — Мне кажется, что не очень.
Про «не очень» Ит оказался прав, вот только дождались они вовсе не того, о чём думали.