16
Ошибка
За едой и водой в город пришлось идти Иту, потому что Салус и Скрипач разговорились, и, разумеется, третий в этом разговоре стал лишним, ведь тема оказалась деликатная. Про дам, в частности, про предполагаемую свадьбу Скрипача и Элин. По дороге Ит решил поговорить с Авис, и разговор этот получился, вопреки ожиданиям Ита, более чем интересным.
— Ит, предметы на плоту — это колбы с каким-то веществом, — первым делом сказала Авис.
— И с каким же? — спросил Ит.
— Они запаяны, поэтому не могу дать стопроцентную гарантию, но… Ит, это вода с белковым соединением, — ответила Авис. — Концентрация этого белкового соединения ничтожна. Так же…
— Подожди, — попросил Ит. — Можно конкретнее?
— В воде присутствуют следовые фрагменты крови, четвертая группа, отрицательный резус, — невозмутимо произнесла Авис. — А так же фрагменты прионного соединения, которое…
— Что? — Ит остановился посреди пустой дороги. — Так. Давай подробнее. Сколько там всего этих колб, и какого они размера?
— Размер каждой колбы — двадцать миллилитров. Их несколько сотен, они уложены в деревянные ящики, и проложены скомканной бумагой, пропитанной селитрой.
— Можно точнее? — спросил Ит.
— Восемьсот колб, лежат в трёх ящиках, — ответила Авис. — По всей видимости, содержимое колб должно попасть в море.
— Не сомневаюсь, что так и будет, но… — Ит задумался. — К чему такие сложности? Отдельные колбы, селитра, плот. Авис, что ещё находится на этом плоту? Кажется, там не три ящика, их больше.
— Сушеная рыбная стружка, — ответила Авис. — Точно такая же, какую Элин использует, когда делает бутерброды.
— Вот теперь всё понятно, — Ит поморщился. — Зачем заражать воздух газом, когда можно обработать птиц точечно, на море? Причём не всех, а лишь часть. Прионы… ох, как хорошо мне знакома эта тема. Но, — он помедлил, — кто сумел выделить прионы — здесь? В этом мире нет таких технологий. Разве что…
— Видимо, это сделали те же люди, которые используют следящие системы, — спокойно произнесла Авис.
— Чертовщина, — сказал Ит.
— Почему чертовщина? — удивилась Авис.
— Каким образом они натравят чаек на нужного человека? — спросил Ит. Он снова остановился, потому что до города было уже близко, а он хотел закончить разговор с Авис в одиночестве.
— Следовые остатки крови, — напомнила Авис.
— Кровь четвертой группы, — покивал Ит. — Не самая распространенная, но и не уникальная.
— Ит, я не могу взять материал из ампул, — напомнила Авис. — Думаю, там должны содержаться какие-то маркеры.
— Но где они достали кровь жертвы, в таком случае? — резонно спросил Ит. — Скорее всего, маркер адресный, и без крови хозяина его не создашь. Или создашь, но, опять же, нужно хотя бы видеть исходник.
— Ни ты, ни я не знаем подробностей, — ответила Авис. — Но создатели жидкости в тех флаконах, кажется, уверены в успехе. С Копусом же у них всё получилось.
— Копус был на берегу, а предполагаемые жертвы находятся в городе, — напомнил Ит. — Каким образом они хотят отправить чаек туда, куда требуется?
— Я не знаю, — ответила Авис. — Равно как и ты. Но, думаю, им способ известен. Иначе не было бы смысла в существовании всей модели.
— Да, вот в этом ты права, — мрачно произнёс Ит. — Не просто так они делают ставку на то, что задумали. Это нам кажется, что они излишне усложнили задачу, потому что мы много не знаем о то, что здесь вообще происходит. Авис, как там дела у девушек? — спросил он.
— Всё хорошо, — ответила Авис. — Бао решила продолжить исследования в доме Дрейка, пока там никого нет, а Элин ходит по музеям в обществе Сандры. Кстати, удалось выяснить, чьи руки присутствуют в тех объектах, на которые вы обратили внимание.
— И чьи они? — с интересом спросил Ит.
— Это руки Фатума, — спокойно ответила Авис. — Просто говорить про это, оказывается, не принято. То есть все знают, что к чему, но молчат об этом.
— Вот даже как, — Ит покачал головой. — Хм. Знаешь, на что это похоже? Цифра «четыре» в Китае созвучна со словом «смерть», поэтому китайцы отлично знают о её существовании, но предпочитают её избегать всеми способами. Кажется, здесь то же самое.
— Да, примерно так же, — согласилась Авис. — Правильное сравнение. Фатум есть, мы знаем о его существовании, включаем его в изображения, потому что он всё-таки бог, но при этом не выводим его на первый план, и стараемся не произносить без особой надобности его имя. Тот фильм, который смотрели Сандра и Элин, очень смелый, потому что там Фатум был показан, и не просто так, а в человеческом обличии. Отчасти поэтому такой ажиотаж и наблюдался.
— Ясно, — кивнул Ит. — Авис, послеживай за нами, хорошо? Я пойду, надо еды купить, и обратно вернуться, а сейчас действительно очень жарко, и будет немножко не до разговоров.
— Хорошо, я прослежу, — сказала Авис. — А вы, в свою очередь, охраняйте Дрейка. Договорились?
— Это ещё почему? — удивился Ит.
— Есть у меня одна догадка, — ответила Авис. — Но пока что именно догадка, не более.
— Ладно, как скажешь, — согласился Ит. — Собственно, мы сейчас уже это делаем, но если нужно, будем делать ещё лучше. Ладно, Авис, до связи. Всё-таки тут действительно ужасно жарко…
День прошел в спокойствии и безделье, благо, что удалось найти практически идеальное убежище — маленький грот, расположенный в паре сотен метров от места, где были спрятаны веревки. Прилив должен был начать вечером, но всё равно, на всякий случай за дорогой следили: выбрали наблюдательный пост за скалой, и по очереди там сидели. Скрипач, впрочем, через два дежурства сказал, что это лишено смысла. До вечера тут всё равно никто не появится. Незачем. Всё равно, возразил тогда Ит, лучше будем смотреть. Мало ли то. Знаю я это твоё мало ли что, отмахнулся Скрипач. Лучше поспим по очереди. Вот вы, Дрейк, умеете спать на камнях? Дрейк в ответ лишь усмехнулся, и стало понятно, что да, умеет, и вопрос явно лишний. Ну, раз умеете, то ложитесь спать первым, а мы пока подежурим, предложил Скрипач. Дрейк ничего против не имел. Прошлой ночью все они почти не спали, поэтому уговаривать его не пришлось.
— Авис, так почему мы должны беречь Дрейка? — спросил Ит мысленно. Они решили поболтать, пока есть время, но, конечно, не вслух, а мысленно, и кое о чём расспросить Авис.
— Когда вы в первый раз спросили меня о геноме аристократии, я ответила, что не вижу общего фактора, — ответила Авис. — Но я проанализировала доступные мне отпечатки ещё раз, и нашла один интересный момент.
— Так всё-таки есть совпадение? — спросил Скрипач.
— Не могу назвать это совпадением, — осторожно сказала Авис. — Есть незначительное изменение в генах, кодирующих ионные каналы. Обычно это псевдо-гены, как вы и сами знаете, но в случае аристократов группа TrpC2 не является псевдо. Это не остатки группы генов, а полный ген, который функционален.
— Трансдукция вомероназального сигнала? — удивленно спросил Ит. — Аристократы восприимчивы к феромонам в большей степени, чем обычные люди? Примерно как рауф?
— Получается, что да, — согласилась Авис. — Жаль, что Салус не покажет вам свой нос, а мне не даст рассмотреть гипоталамус.
— Вот уж с кем, а с рауф Салус точно не имеет ничего общего, — покачал головой Скрипач. — Больше никаких отличий нет?
— Нет, — уверенно ответила Авис. — Понимаю, это мой просчет, но дело в том, что я искала некое радикальное отличие при очень маленькой выборке. Поскольку Бао в ваше отсутствие снова посещает район, населенный аристократами, а я имею право за ней следить, мне удалось собрать большее количество материалов для исследований, и, анализируя их, я поняла, что в коде присутствует элемент, который и так там должен быть, но не в сломанном виде, а в функционирующем.
— Вообще, это очень любопытно, — сказал Скрипач. — Ит, помнишь, Бао рассказывала про большое количество баночек и флакончиков с запахами у него в спальне? Для обычного человека это всё не пахнет практически вообще ничем. А вот с работающей группой TrpC2 флакончики обретают новый смысл.
— Нулевая «Аура», — покивал Ит. — Которая для людей не пахнет никак. Она для нас пахнет, точнее, ощущается, потому что у нас, как у рауф, аналог группы TrpC2 не поломан, а вполне себе функционален. Авис, огромное тебе спасибо. Это более чем важная информация.
— Думаю, что отслеживание нужных личностей может осуществляться по этому признаку, — сказала Авис. — Чайки вполне могут отличать нужный запах, у них обоняние вполне достаточно для этого развито.
— Пусть и с натяжкой, но версию можно принять, — согласился Ит. — Авис, прионные группы, которые в колбах, теоретически могут быть тем оружием, которое попало в тело Копуса?
— Ит, ты ведь уже понял, что да, могут, — сказал Скрипач. — Больше чем уверен, что это они и есть. С настройкой на TrpC2, например. Или на что-то ещё.
— Как бы найти ответ на главный вопрос — откуда у Арно и его помощников такие технологии, и почему они используют именно их, а не что-то более простое? — спросил Ит. — Только мне кажется, что для Арно способ убийства оппонентов имеет какое-то особое значение?
— Ты о чём? — не понял Скрипач.
— Для чего нужно полное уничтожение не только тела, но и всей генетики в этом теле? — спросил Ит. — Какой в этом смысл? А ведь приоритет у них именно такой, неужели ты не понял?
— Понял, — согласился Скрипач. — Вот только средство доставки странное, не находишь?
— Нахожу, — кивнул Ит. — Авис, вот что. Поищи, пожалуйста, дополнительную информацию о чайках, как о символе. Что-нибудь есть?
— Есть, — тут же ответил Авис. — Ит ты сам читал об этом. Единственная трактовка, в которой упомянуты чайки, это небесное возмездие, стая птиц в одной из апокрифических версий участвовала в изгнании Фатума. Больше нет ничего.
— Так… — Скрипач задумался. — А почему ты не сказала об этом раньше? В смысле, почему не сказала мне? Ит не в счёт, тормозов я не учитываю.
— Там иная трактовка, отличная и от того, что происходит, и от канонической версии событий в писании. Чайки никого не клевали, они создавали своими крыльями ветер, который подталкивал изгнанного бога в спину, — ответила Авис. — И было их всего десять. К тому же это лишь упоминание, в связке с другими участниками событий. Про чаек там одна строка, гораздо больше внимания уделяется древесным корням, лисам, диким кошкам, и волчьей стае.
— А откуда его гнали, и кто именно? — спросил Скрипач. Ит покачал головой.
— Прочесть то, что я взял с собой, тебе было недосуг? — спросил он. — Существовало троебожие, и три равных престола. Потом Фатум решил, что он тут главный, и претендует на Парви вместо Юстума. И ему в результате дали пендаля, что сделало его изгнанным богом, добрым, но при этом злым. Такой вот парадокс.
— Кое-что я успел прочесть, но про птиц там не было ни слова, — заметил Скрипач.
— Апокриф, — напомнил Ит. — В основных писаниях этого действительно нет. И в фильме, который смотрела Элин, этого тоже не было, потому что это тоже апокриф, но уже другой. Обычно подобные истории являются народным творчеством по мотивам, так сказать. В каноне Юстум и Парви обошлись своими силами, без деревьев, кошек, чаек, лис, и волков. И Фатума они в большей степени отвергли, нежели чем изгнали, да ещё и поплатились за это. А вот дальше начинаются новые апокрифы.
— Ага, в частности, про жену по имени Фела, да? — спросил Скрипач ехидно.
— В том числе, — подтвердил Ит. — Рыжий, вот знаешь… да и ты, Авис, думаю, тоже обратила на это внимание… секунду, сформулирую поточнее… Так вот. Мне кажется странным, что на всей планете верование, по сути, одно. А обычно так не бывает. Это всё, включая то, что мы видим в Махтре, и в принципе на востоке, одно учение. В разных ипостасях, с разными подробностями, но одно, а не несколько разных. Как пример, можно сравнить с Сонмом, в котором помимо авраамических религий существуют независимые от них учения, которые не имеют общих божеств, а так же множество региональных культов. Да, знаю, это не Сонм, но это не должно так работать. А оно работает.
— Возможно, причина в лунах? — спросил Скрипач.
— Не думаю, — покачал головой Ит. — Авис, что скажешь?
— С высокой долей вероятности, ты прав, — согласилась Авис. — Это действительно необычно. Островные религии тоже можно с уверенностью отнести к культу Парви, Юстума, и Фатума. Их называют иначе, но все ключевые моменты полностью совпадают, пусть и подаются по-другому. То есть каждая народность, каждый клан, каждая страна рассказывает одну и ту же историю, но с разной оболочкой. Жили боги-супруги, Юстум и Парви, а потом возник третий бог, Фатум. О том, как он возник, не сказано ни слова. Нигде. Юстум и Парви признали его величие и равенство с ними, и дали ему третий трон. Возникло троебожие, которое длилось долго. Сколько? Никто не знает. Долго, и всё. Упоминания о датировках отсутствуют. Потом, после этого долго, Фатум стал себе придумывать разное, и решил, что Парви должна стать женой ему, а не Юстуму…
— Тут не было третьей луны случайно? — спросил Скрипач. — Может быть, была ещё одна луна, и что-то пошло не так?
— По моим данным не было, — ответила Авис. — Существует неофициальная версия о том, что Фатум — это бог-солнце.
— Бред, — тут же возразил Скрипач. — И неважно, какая это версия. Солнце в их концепции — это часть юнивёрсума.
— Ага, значит, всё-таки читал, — заметил Ит. — И для чего было притворяться, что нет?
— По приколу, — отмахнулся Скрипач. — Нет, Фатум — это не солнце. Отнюдь. Бредовая какая-то версия.
— Согласна, — тут же отозвалась Авис. — Но мы отвлеклись от чаек.
— Ах, да, точно. Чайки, — кивнул Скрипач. — Убийство с помощью чаек можно отнести к вариации на тему апокрифической версии, по всей видимости. Ит, что скажешь?
— Возможно, — ответил Ит. — По крайней мере, это пусть и слабая, но всё-таки связка. Хоть какая-то.
— Вот да, хоть какая-то, — согласился Скрипач. — Ладно, будем думать дальше. Авис, ты, если что, буди нас ночью, хорошо? Мы тоже не выспались, поэтому, боюсь, можем начать клевать носами.
— Хорошо, буду вас будить, — ответила Авис. — Кстати, не пора ли Дрейку сменить хотя бы одного из вас? Не очень справедливо это всё выглядит.
— Твоя правда, — согласился Скрипач. — Пойдем, разбудим этого благородного. А то разоспался, пусть теперь подежурит.
Вечером, с началом прилива, на берег прибыла крытая повозка, в которой сидели двое мужчин. Скрипач, который дежурил вместе с Дрейком, спросил, кто из них Арно, и Дрейк ответил, что никто, это какие-то местные люди. Однако местные люди были, по всей видимости, в курсе происходящего, и вскоре стало понятно, что это, скорее всего, помощники главного действующего лица.
Двое мужчин споро привязали лошадь, и чуть ли не бегом отправились к берегу, к нужному месту, туда, где в камнях были спрятаны веревки. Один подошел к обрыву, и принялся вглядываться в поднимающуюся воду, другой вытащил мотки, тоже глянул на море, и принялся потихоньку выбирать веревку, не особо, впрочем, усердствуя.
— Они что, хотят подвести плот к берегу? — спросил Скрипач. Дрейк кивнул.
— По всей видимости, да, именно это они и делают. Вопрос только, зачем им это. Не понимаю.
— Да, это немного странно. Если я прав, то плот у берега им не особенно нужен, — Скрипач задумался. — Рыбная стружка, колбы, бумага… нет, не складывается.
— Или складывается, — медленно произнес Дрейк. — Фастер, почему вы думаете, что не складывается?
— Если поджечь бумагу, колбы лопнут, но чайки испугаются огня, да и рыбная стружка сгорит, — объяснил Скрипач.
— С чего вы взяли, что они собираются поджигать плот прямо сейчас? — спросил Дрейк.
— Ну… не знаю, — пожал плечами Скрипач. — Ааа! Понял! Они не будут поджигать его, верно!
— Они подожгут его потом, — тихо сказал Ит, который к тому моменту уже проснулся, и присоединился к наблюдающим. — Сперва сделают дело, потом начнётся отлив, плот потащит в море, его подожгут, и море уничтожит обломки, причём так, что никто уже ни о чём не догадается, даже если найдёт обгоревшие доски. Я прав, Дрейк?
— Да, — согласно кивнул тот. — Кстати, на Утёсе я видел веревки в камнях, но, к сожалению, тогда не сумел найти связь между ними, и тем, что произошло.
— То есть там тоже был плот и колбы, так, выходит дело? — спросил Скрипач.
— Вероятно, да, — кивнул Салус. — Скорее всего, они обкатывали этот сценарий полностью, от и до. Правда, там жертва находилась на берегу, а здесь расстояние больше.
— Понятно, — Ит вздохнул. — То есть это всё нужно, чтобы полностью скрыть следы преступления.
— И это сработало на Утёсе, — мрачно сказал Салус.
— У меня появилось несколько вопросов, — Ит задумался. — Первый — почему только сейчас? Они ждали несколько дней, Арно прибыл сюда раньше нас. Второй — где сам Арно? Он появится тут, или всё сделают помощники?
— Резонно, — Салус задумался. — Это правильные вопросы, Ит. У меня ответа нет, но, как мне кажется, в скором времени мы сами всё увидим.
Ночь прошла в бездействии. Двое, работающие с плотом, потихоньку подводили его к берегу, наблюдая за поднимающейся водой, да и всё. Немногим после полуночи они разожгли костёр, набрав плавника, и, кажется, вознамерились заварить чаю, чтобы поужинать. Потом костёр потушили, и снова стали заниматься плотом, потихоньку выбирая веревку. Правильно, иначе плот может унести, лови его потом.
Ит, наблюдая за их действиями, думал — обо всём, что удалось узнать за последние сутки, в первую очередь, конечно, о том, что говорила Авис. Он вертел каждый фрагмент информации так и этак, пытаясь сложить логичную схему, и в какой-то момент понял, что вышел на правильный путь. Арно, и его эксперименты. Плот. Колбы. Помощники, которые сейчас управляют плотом. Чайки. Жидкость в колбах, с примесью чьей-то крови и с прионными группами. Прилив. Рыбная стружка. Аристократы. Функциональная группа TrpC2. Отличие благородных от благорожденных. Фатум, Юстум, Парви. Канон и апокрифы. И снова — функциональная группа TrpC2, прионы, плот, Арно, аристократы…
— Дрейк, вам придётся послушаться нас ещё раз, — сказал Ит уже на рассвете. — Точнее, послушаться меня.
— О чём вы? — не понял Салус.
— Это вопрос жизни и смерти, — серьезно ответил Ит. — Дрейк, нам нужно будет вас спрятать. Не откладывая ни минуты. Уже утро, и всё может начаться очень скоро.
— Почему вы думаете, что это необходимо? — спросил Салус растерянно. — Мы ведь хотели дождаться появления Арно, чтобы успеть…
— Он не появится на берегу, — твердо произнес Ит. — Он ведь тоже, как и вы, из аристократического рода?
— Да, — кивнул Салус. — Это верно. Но откуда у вас такая уверенность, Ит?
— Сейчас объясню, — Ит помедлил. Придётся выдать то, что они со Скрипачом уже знают от Авис, за собственные домыслы, но иного выхода нет. — Я размышлял о содержимом колб, и пришел к выводу, что в колбах должен находиться состав, содержащий и маркер, позволяющий птицам вычислить жертву, и оружие, которое птицы должны до этой жертвы донести. Главный маркер — это, вероятно, какая-то биологическая жидкость, например, кровь. И, возможно, дополнительные вещества, которые заставляют птиц искать носителей этой крови. Вторая часть состава — это нечто, что безвредно для чаек, но при попадании в тело человека убивает его и превращает… как вы сказали? В лужу? Понятия не имею, что это такое может быть, но результат вы наблюдали своими глазами. А теперь, Дрейк, скажите, здесь, на берегу, есть ещё какие-то представители аристократии, кроме вас?
— Вот даже как? — Салус нахмурился. — Вы считаете, что чайки могут…
— Он всё правильно сказал, — кивнул Скрипач. — Арно не появится здесь, потому что опасается собственного оружия, а вы в данный момент в большой опасности, по крайней мере, пока находитесь на открытом пространстве.
— Но как стая найдёт в городе нужную жертву? — спросил Дрейк.
— Ничего сложного, — покачал головой Ит. — Думаю, путь уже наметили люди из повозки. Здесь сухо, поэтому им ничего не могло помешать проливать по дороге немного жидкости, такой же, как в колбах, по маршруту следования. Или сделать что-то ещё в этом роде. Чайки, ориентируясь на запах, с легкостью доберутся до жертвы. Понимаете?
— Да, раньше они действовали не столь изощренно, — тихо сказал вдруг Салус.
— О чём вы? — сделал вид, что не понял, Скрипач.
— Когда они решили прикончить моих родителей, они просто сожгли дирижабль, — голос Дрейка упал до едва различимого шепота. — Погибло в общей сложности девяносто восемь человек, а расследование… расследование показало тогда, что это была техническая неисправность. Проскочившая искра, которая подорвала газовую смесь. А теперь они научились действовать много тоньше. Такой многослойный план будет практически невозможно ни расследовать, ни подтвердить.
— Но почему? — удивился Скрипач. — Вот плот, вот люди, вот колбы.
— Здесь нет Арно, и я уверен, что он приложит все усилия, чтобы доказать отсутствие связи между ним, и чьей-либо гибелью. А колбы… не было никаких колб. Документы о том, что колбы прибыли на корабле из Дигнума, скорее всего, уже уничтожены, и связать какое-то неизвестное вещество и Арно — будет невозможно.
— Так, Дрейк, давайте вернемся к проблеме, которая существует у нас в данный момент, — предложил Скрипач. — Прячьтесь в грот, а мы завалим вход в него камнями снаружи. Уж как сможем.
— Запах, — вдруг сказал Ит. — Дрейк, у вас есть с собой что-нибудь, что имеет сильный запах?
— Нет, — покачал головой Салус. — А у вас?
— Увы, — развел руками Скрипач. — Мы не приучены носить с собой рояли в кустах.
— Что? — не понял Дрейк.
— Нет у нас ничего, говорю, — сказал Скрипач. — Сейчас пробежимся по окрестностям, может, что-то и найдём.
Ит огляделся. Камни, песок, кустики, подсохшая трава… а это что?
— Дрейк, вы не против запаха полыни? — спросил он. — Он горький, конечно, но лучше хоть что-то, чем вообще ничего.
— Думаете, это поможет? — с сомнением спросил Салус.
— Думаю, что это не помешает, — Ит отошел, вырвал пару кустиков, и вернулся с ними к Дрейку. — Попробуйте растереть в ладонях цветки. И прячьтесь уже, вода почти полностью вернулась, они тащат плот к берегу.
Следующий полчаса ушли на подготовку — позже Скрипач признался, что никогда в жизни он не делал каменную кладку на скорость. Ты её и не на скорость не делал, справедливо заметил тогда Ит, мы просто накидали камней, да и всё. Но камни были тяжёлые, а времени было мало, ответил Скрипач с обидой. И что с того? Сработало же. И полынь, и камни. Дрейка никто не заметил.
Плот, который качался на мелкой волне, подвели к берегу — Ит и Скрипач видели, как двое людей торопливо вскрывают ящики с колбами и стружкой, затем один человек, старший, начал споро бить колбы, выливая их содержимое в море и на плот, а второй вытащил из ящика стружку, и стал кидать её поверх разбитых колб, и просто в воду, рядом с плотом. Вскоре на воду рядом с ними опустилась первая чайка, которая принялась хватать стружку, затем к ней присоединилась вторая, третья, и вскоре и небо, и море над плотом заполнила собой птичья стая, впрочем, вовсе не огромная. Обычная, несколько сотен птиц.
— Что-то их мало, — заметил Скрипач.
— Это пока мало, — покачал головой Ит. — Смотри, вон ещё летят. Кажется, рыбная стружка тоже чем-то обработана. Не знаю, что именно привлекает чаек, но что-то точно привлекает. Их всё больше.
Мужчины уже не кидали стружку в воду, и не били колбы, они, придерживая верёвки, стали отходить от плота в сторону своей повозки. Молодой отвязал застоявшуюся лошадь, а старший вытащил из повозки что-то, завёрнутое в мешковину.
— Чего это у него такое? — спросил Скрипач с интересом. — Ого! Ит, ты видишь?
— Это лук, — удивленно сказал Ит. — Лук, и… рыжий, я понял. Он поджигает стрелу. Сейчас они сожгут плот. А я-то думал, каким образом они отвадят птиц от плота и от моря заодно. Так, следим дальше. Как думаешь, Салус хорошо умеет бегать?
— Думаю, умеет, но уж точно не так, как мы, и совсем не так, как лошадь, — мрачно произнес Скрипач. — А выпускать его сейчас нельзя, стая ещё здесь.
— Мы не успеем в город, — Ит с досадой поморщился. — Ждать здесь было ошибкой.
— Мы из-за Салуса ждали, это ведь он решил, что Арно тут появится, — зло сказал Скрипач. — Вот что, давай так. Ты останешься с Дрейком, а я рвану в город. Может, успею перехватить.
— Ладно, — кивнул Ит. — Этому скажу, что ты спрятался в их повозке.
— Сойдет, — махнул рукой Скрипач. — Всё, я пошёл, мне же еще обойти надо как-то это всё, чтобы проскочить первым. Авис, здесь? Посмотри, дорога до города пустая?
— Никого нет, — ответила Авис. — Путь свободен.
— И на том спасибо, — вздохнул Скрипач, и кинулся прочь, переходя в ускоренный. Был, и не стало, словно и не было.
Ит снова осторожно выглянул из-за камня. Плот пылал, отходя всё дальше от берега, чайки взлетали над морем, и пикировали вниз, падая к воде одновременно, и снова взмывая вверх. Старший мужчина уже спрятал лук, и сейчас отдавал молодому блеснувшую на солнце колбу. Тот споро залез на крышу повозки, облил её содержимым колбы, затем сел на козлы, коротко глянул назад, убедился, что старший уже сидит внутри, и хлестнул лошадь, которая взяла с места рысью. Им не нужно отмечать дорогу, подумалось Иту в этот момент, всё намного проще, никакого изящества, никакого сложного плана. Птицы будут просто следовать за проводником — собственно, они уже следуют. А дальше… В Махтре, в богатых домах, есть много возможностей незаметно полить что угодно жидкостью из такой же колбы, или ещё чем-то. Чем требуется. Скорее всего, а городе маяк уже готов. Это детали, которые для нас неважны.
Ит спустился с камня, на котором до того сидел, и пошел в сторону грота, вызволять Дрейка Салуса, государственного расследователя, который в этот раз ошибся, точно так же, как и они сами.
— Фастер сумел спрятаться в повозке? — спросил освобожденный Дрейк, выбираясь из грота. — Но когда он успел это сделать?
— Когда они поджигали плот, — объяснил Ит. — Мы были неправы. Они не помечали дорогу, они облили чем-то крышу повозки, и чайки полетели за ней. То есть они просто приведут стаю в город. Меня это немного смутило, ведь люди увидят это, и невесть что подумают.
— Это Махтра, — вздохнул Салус. — Тут даже если кто-то что-то подумает, промолчит. И сделает вид, то не заметил. Здесь не принято говорить без дозволения.
— Ясно, — кивнул Ит. — Очень надеюсь, что Фастер успеет. Дрейк, как вы думаете, куда они могут направиться? Четыре адреса. Кто жертва?
— Тут и думать нечего, — мрачно ответил Дрейк. — Я понял кое-что ещё. Жертва будет одна, а не четыре. Из всех кандидатов они выбрали только одного, и направляются к нему.
— Давайте вы мне расскажете это всё по дороге, — предложил Ит.
— Я могу это сделать и здесь, — вздохнул Салус. — Теперь это уже не имеет значения. Думаю, жертвой они избрали господина Дехана. Он учёный, изобретатель, политик.
— Изобретатель? — удивился Ит. Удивился искренне, потому что это было что-то новое. — И что же он изобрел?
— Он работает с фотографической техникой, и придумал многое. Например, механизм лучей-Д, способный делать снимки внутренних органов. Правда, для живых организмов лучи-Д представляют опасность, но их можно использовать в криминалистике, чтобы осматривать изнутри мёртвые тела, — объяснил Салус. — Я вёл с ним переговоры о покупке такого механизма для управления в Контортусе. Надеялся, что он согласится, тем более что образование он получал в нашем университете.
— А лучи точно опасны? — спросил Ит. — Как-то странно. Вот камера, но она работает безо всяких лучей, и совершенно безвредна.
— Там иной принцип работы, — Дрейк покачал головой. — Живые организмы страдают от воздействия лучей-Д, а мёртвым всё равно. К сожалению, к соглашению мы во время переговоров не пришли, да и постройка машины для облучения и фотографирования стоит недешево. Управление бы не согласилось на его цену. А теперь о переговорах можно забыть…
— Думаете, его уничтожат? — спросил Ит. Дрейк кивнул. — Может быть, Фастер всё-таки успеет что-то предпринять?
— Сомневаюсь, — Дрейк с досадой посмотрел на Ита. — Я, конечно, вижу, что вы действительно хорошо подготовлены, но, к сожалению, не настолько хорошо, как этого требуют обстоятельства. Боюсь, господин Дехан обречен. И… я вынужден признать свою ошибку. Не нужно было ждать на берегу.
«Да, не нужно, мы это тоже поняли, — подумал Ит. — Причем раньше, чем это понял Дрейк. Но мы, во-первых, пошли у него на поводу, и, во-вторых, у нас не было данных для анализа, и поэтому мы не продумали правильную стратегию сами. Кстати, странно. Лучи-Д — это, безусловно, рентгеновское излучение, и ничто иное. В малых дозах они не представляют опасности. Почему Дрейк считает, что они вредны? Странно. Надо будет узнать, исследовал это кто-то, или они просто решили, что лучше не попадать под эти лучи… но почему? Нелогично».
— Ит, — позвала Авис. — Идите в город.
— А? Прости, я задумался, — сказал Ит мысленно. — Да, мы идём в город. Но почему у тебя такой голос?
— Скрипач опоздал, — ровно произнесла Авис. — Он ждёт вас, я подскажу на месте, где он находится. Идите в город. Вы всё узнаете на месте.