По известному закону подлости, место для нападения на конвой оказалось чрезвычайно каменистым, и это не те камушки, что валяются на поверхности. Эти гордо стояли, устремлённые гладкими навершиями в небеса, и было их много.

Флаер по определению не мог подняться выше, чтобы облететь их поверху, поэтому Сохал демонстрировал нам чудеса экстремального вождения и воздушной эквилибристики. Наш летательный аппарат безбожно мотыляло в разные стороны, что не давало нам никак разогнаться. Не было здесь прямых участков, совсем не было.

Тем не менее мы приближались, и уже вскоре среди стоящих булыжников замелькала остановившаяся колона. Причина потери её скорости до полного ноля зависала рядом.

Полыхая дюзами и выстреливая вокруг искрящиеся контейнеры, орбитальный бот завершал манёвр разворота.

Замершую колонну накрыл купол из сумбурно метающихся электрических разрядов. В бортах флаеров и БТРа тоже торчали раскинувшие лапы металлические крабы, а клубящийся над ними дым доходчиво объяснял, что они уже выведены из строя. По всей видимости, всё это некое ЭМИ оружие, сжигающее электронику и систему управления. Противопоставить хоть что-то этому боевому челноку они были просто не в состоянии.

Сам космический аппарат захватчиков отличался от шахтёрского бота как крейсер от канонерки. Стремительные обводы корпуса, гораздо больший размер и, конечно, ощетинившаяся орудиями надстройка. Чёрный матовый корпус как бы намекал о наличии элементов скрытности от радаров, да и десантно-грузовой отсек позволял себе большее. Мутная пелена обволакивала военный челнок, явно являясь элементом защиты или скрытности.

Наш золотистый флаер был перед ним как на ладони. С его ракурса даже камни не могли нас никак укрыть. Да мы и не прятались, упорно преодолевая последние десятки метров до обездвиженной колонны.

С открывающейся аппарели, не дожидаясь полного приземления, на поверхность посыпались воины расы Атланов. Даже с виду они сильно отличались от местных в плане боевого оснащения. По сути, это были закованные в броню дроны, управляемые людьми. Даже размерами они превышали нормальный человеческий, а уж наличием разнообразного оружия дали фору бы и дымящему БТРу местных.

Однако нас сейчас больше волновало одно из орудий на отдельной башенке, что всё же решило обратить на нас внимание, поведя стволом по ходу нашего движения. Наша защитная аура уже давно окружала флаер, иначе нас бы изрядно побило о камни. Сохалу было ещё далеко до профессионала в экстремальном вождении, поэтому она уже не раз спасала нашу прелесть от аварийных столкновений.

Яркая вспышка и летящее в нас нечто не оставляло времени на раздумья. Почему-то наша аура вполне сносно пропускала электричество, и нам уже не раз приходилось попадать под разряды тока. Ничего хорошего эти впечатления после себя не оставили, поэтому в одно мгновение мы все десантировались из флаера, посыпавшись на камни словно горох. Вернее, почти все.

Сохал, героически вцепившись в штурвал, ещё пытался маневрировать, но этот ЭМИ-снаряд легко повторил его манёвр, и в следующее мгновение металлические лапы впились в корпус флаера.

Истошный вопль нашего водилы, прервал гулкий удар и скрежет металла о каменную поверхность. Высекая искры, наш транспорт врезался в здоровый булыжник, прервав свой героический полёт. Эта картина мелькнула перед глазами, вызвав в глубине души яростное негодование, и, судя по громким матерным крикам, не у меня одного. Причём девичье сопрано преобладающе заглушило мужской баритон.

Пока мы приходили в себя, прячась за камнями, Жорик показывал мне картинку сверху, и она немного удручала. Все местное охранение неподвижно лежало на камнях. Понять, живы ли люди, пока не представлялось возможным, но, судя по накрывшему всю колонну зелёному облаку, их или отравили, или усыпили, что более вероятно.

По всем предварительным прогнозам, возможное нападение должно было произойти без необратимых последствий со стороны жертв. В первую очередь это было невыгодно самим Атлантам с родной планеты. Такой трагический расклад уже точно ставил крест на любых возможных переговорах.

Однако пора было действовать уже нам. Открытое нападение на мирных нас, просто пролетающих рядом, открывало широкое поле в плане защиты и противодействия, а также необозримые возможности на дипломатическом поле.

Было понятно столь наглое поведение этих ребят на чужой планете, ведь на кону стоял уникальный фрегат и покорность этого анклава метрополии. Однако полное игнорирование летающих в высоте «Фар» вызывало удивление.

Понимая, что у нас теперь руки развязаны, «Волк» взял на себя общее командование операцией.

— Внимание, наша задача не дать им затащить в трюм челнока платформу с преобразователем! — Громко проорал наш командир. — Разрешаются любые методы и приёмы, но лучше обойтись без трупов.

Рыжий! Выводишь из строя механическую часть этих роботов. Старшина! За тобой нейтрализация экипажа челнока или кто у них там. Пчела, Зета и Амита! Проверьте местных и поковыряйтесь в мозгах у захватчиков, только щадяще, старайтесь не убивать.

Трафт! Задача та же, не допустить угона платформы и нейтрализация дронов, за мной диверсии и общее руководство, и последнее… Геката не высовывается, но будь готова применить свой навык, если им всё же удастся справится с нами.

Да, челнок не ломать, есть кой-какие мысли… Начали…

Как ни странно, но никто из десятка воинов не обращал на нас никакого внимания, сноровисто цепляя платформу тросами к уже заработавшей в чреве бота лебёдке. И это была их первая ошибка.

Смазанными росчерками метнулись к челноку «Волк» и Старшина. Мой рыжий друг запрыгнул на высокий камень, и спустя мгновенье пространство разорвали первые выстрелы его монструозной винтовки. Пригибаясь и словно стелясь над землёй, к ближайшим войнам сорвались наши девушки. Следом за ними кинулся и я, выбирая место с прямой видимостью.

В этот же миг в канонаду выстрелов ворвался громкий вой наших болотных волков. Не знаю, какую команду им дал «Волк», но самые дальние от нас войны резко упали, придавленные прыгнувшими на них тушами. Пока остальные поворачивали головы, они уже умчались дальше, огибая колону с другой стороны.

Поняв, что подверглись внезапному нападению, эти закованные в броню парни пытались сменить формацию, развернувшись в сторону от платформы. Выглядели они при этом, конечно, устрашающе.

Темно-синяя броня покрывала всё их тело, кроме головы, что была закрыта тёмным забралом из неизвестного нам материала. На плечах покоились два широких раструба, назначение которых пока было нам непонятно. Кисти у них были свободны, но под предплечьем каждой руки торчал ствол плазменной пушки. Судя по их выдающемуся калибру, назвать это ружьём не получалось никак. В многочисленных захватах на бёдрах и груди покоились калибры поскромней, вот к ним уже и потянулись их механические руки.

Зелёное облако уже почти развелось, но не до конца. Словив немного этого кумара, я почувствовал, как отяжелели конечности и главное — веки. Слава богу, усыпили ребят, подумал я, пока мой уникальный организм адаптировался под эту гадость. Из всех нас я самый продвинутый в части потребления всяких отрав и ядов, поэтому спустя секунды я уже вовсю вдыхал в себя эту боевую разработку расы Атланов.

Тем временем один из этих роботов-андроидов чадяще задымил и, попытавшись начать движение, с грохотом упал прямо под колёса медленно ползущей к челноку платформы. Этот тип бронированного война немного отличался от остальных расцветкой и лишними антеннами. Мой друг добил-таки первого супостата, и выбрал он его как первую цель, видимо, не случайно.

Остальные словно очнулись ото сна, и в нас полетели сгустки плазменных снарядов. Однако не все так бурно отреагировали. Один просто уселся на камни, задумчиво подперев «голову» рукой, а другой вытанцовывал над ним «Ламбаду», ну очень похоже исполнял. Мои милые с Амитой уже в работе, подумал я.

Отпрыгнув блинком метров на десять, я увернулся от снаряда и начал действовать. Вся трудность нашей задачи состояла в желании сохранить им жизнь, иначе мы бы действовали совсем по-другому.

Продолжая движение, я спрессовал эфирный шар и с сильным ускорением отправил в палящего по мне зарядами война. От удара он покачнулся, но устоял.

Однако… мелькнула мысль, и мне пришлось вновь блинковать. На этот раз он стрелял с двух рук.

Взрывная волна подтолкнула моё тело, направив как раз на наводящего на меня орудие очередного воина. Усилив эфирный щит как можно сильней, рванул следующим блинком в сторону, в страхе закрыв глаза, боясь, что не успеваю. Получить заряд плазмы в упор никому из нас ещё не приходилось.

Слух донёс хриплое рычанье, а глазная сетчатка почувствовала близкую вспышку.

Герда снесла стрелка в прыжке, и заряд плазмы коснулся эфирного щита по касательной, отправив меня юлой в затяжной полёт. Врезавшись в камень, я реально разозлился и, упав на ноги, заорал, отправляя эфирную волну по ногам ближайших вояк.

На этот раз устоять им было не суждено, но на этом их мытарства не закончились. С небес яростным «Коршуном» упал Жорик. Влетев прямо в место, где у воина должна быть голова, он, на секунду погрузившись, вылетел стрелой обратно, а вот этот товарищ больше не поднялся, пустив лишь лёгкий дымок. Походу, мой парень сжёг ему всю электронику, отправляя в его сустав эфирный диск, подумал я.

Так-то эти ребята были довольно шустрыми, в другой раз пришлось бы с ними повозится. Однако на нашей стороне был фарт фатальной неожиданности. Просто даже предположить от обычных людей подобной удивительной прыти они были не в состоянии. А уж о боевых сюрпризах и говорить не приходится.

Рядом мелькнула тень. Раздавшийся дробный звук выстрелов автомата Калашникова спас меня от очередного удара плазмой. Геката, моя милая ученица, стояла на груди второго упавшего война и всаживала весь рожок ему в руку, превращая его оружие в хлам. Так как за рикошеты ей было не ведомо, они её и не коснулись.

Упёршись в валяющегося на камнях воина, платформа застряла, а следом и совсем остановилась, перестав затягивать её внутрь. Мимо куда-то пробежал воин-андроид без одной руки. Её я увидел в пасти Дакоты. А Герда, рыча, склонилась над ближайшими, не давая им даже шелохнуться, а они уже и не могли.

Оглядевшись, заметил, что в рабочем состоянии осталось лишь три бойца, но и они не проявляли враждебности, неподвижно замерев на месте. Стоявшая перед ними Амита напряжённо замерла, не спуская с них взгляда.

Выплюнув «какашку», Дакота по очереди повалил на землю последних «живых» и уселся на них сверху, дав Амите спокойно выдохнуть. Пустив поверху эфирную волну, убедился, что желающих продолжать битву не осталось, и в этот момент с тяжёлым рокотом поднимая аппарель космический челнок пошёл на взлёт, бросив и своих воинов, и платформу с грузом. Лопнувший трос едва не перерубил меня пополам, спасла мгновенная реакция.

Не совсем соображая, что я делаю, блинком отлетел в сторону, волею судеб влетев в трюм челнока.

Свет стремительно сузился, пока меня не накрыла темнота и не придавило приличным ускорением разгонявшегося аппарата.

— Трафт, ты там как живой?

До боли знакомый девичий голос не дал поразмыслить о дальнейших планах. Мелькнуло опасение за наших девчонок, но я его сразу отбросил как несостоятельное. Там сейчас они всю охрану быстро на ноги поднимут, тупа разбудив, да и противник деморализован полностью, разберутся. Ладно, пора уже привыкнуть ко всему вот этому.

— Геката, а ты как здесь оказалась? — Блинк зашвырнул меня в конец трюма, ударив о перегородку. Поэтому я смотрел на её лицо снизу вверх, лёжа на металлической палубе.

— Ну, я подумала, что там уже моя помощь больше не потребуется, и решила посмотреть…

— Геката, не наматывай мне нитки на уши, — оборвал я её речь. Говори, что задумала.

Отвернув голову, она тихо произнесла.

Я подумала, что не просто так Тарина меня предупреждала, а вдруг он здесь?

Ох, твою же мать, мне ещё этого пубертатного дерьма на голову не хватает, пытаясь сесть, подумал я.

Так, стоп, тут же где-то «Волк» и Старшина. Мелькнувшая мысль в корне меняет весь расклад, надо срочно до них добраться, пока они чего не натворили.

Прислушавшись, услышал доносящиеся сверху голоса. Ведущий наверх трап оказался под рукой, и больше не раздумывая мы отправились в рубку.

Почему-то не мы, не «Волк» со старшиной, ничуть не удивились. Они нашему присутствию, ну а мы сидящему на полу Кайрону.

— Я же тебе говорила. — Донеслось до меня откуда-то сзади.

Оглядевшись, обратил внимание на раскуроченную дверь, или люк, не знаю, как тут будет правильно. На ней был вырублен запорный механизм. Становилось понятным как сюда проникли «Волк» и старшина. Само помещение напоминало мини зал для просмотра фильмов, двенадцать кресел были установлены в три ряда перед стеной, на которой ничего не изображалось.

Одно из посадочных мест было разломано, вернее сказать, разорвано на части, рядом с ним и сидел похищенный сын Тарины.

Вдоль стен присутствовали ниши с круглыми сиденьями. Они были закреплены перед пультами управления. По всей видимости это места операторов стрелковых систем. А в носу челнока имелась ещё одна дверь точно такая же, как и изрубленная Старшиной.

Сам он сидел на крайнем сиденье и с тоской рассматривал свои зазубренные сабельки. Картина произошедшего сформировалось в моей голове, но оставались вопросы. К примеру, чем всё это время занимался наш командир?

Старшина рубил дверь, а «Волк»? Почувствовав на себе мой взгляд, он развёл руками и нервно произнёс.

— Ты что, никогда не мечтал в детстве о своём радиоуправляемом Вертолёте?

Не находя аналогий с его поведением, я всё же пытался вспомнить о чём он говорил. Квадрокоптеры помню, может и вертолёты были, но к чему он это, подумал я.

Видя, что я не отдупляюсь, он всё же пояснил.

— Там в трюме висят два бронированных костюмчика, как на этих войнах одеты, вот я и пытался один такой на себя примерить, но он почему-то не активировался.

Кайрон услышав «Волка» издал утробный звук похожий на всхлип, и даже улыбнулся.

А мне стало всё понятно.

Александр Пронин, он же «Волк» поражал меня всегда. И нет не своей силой, хоть и этим тоже, а вот этим вот всем. В нём непостижимым образом уживались абсолютно разные личности. В одной ипостаси он был грубым и лицемерным ублюдком готовым идти по головам, это у него от зоны, но тут больше наигранности, как правило чисто на публику. Второй «Волк» был расчётливым и умным командиром, стоящим горой за своих, и умеющий принимать сложные решения. А вот третий…

Третий был оторванный от реальности пацан, у которого в жопе играют такие алмазы что… притом всё и сразу. В любой момент мог вылезти из него этот образ и тогда пиши пропало.

Вот и сейчас, наплевав на всё, он кинулся изучать очередную игрушку для взрослых мальчиков, погрузившись в свои юношеские хотелки.

Тяжело вздохнув, я посмотрел на встающего с палубы сына Тарины.

Уловив направленные на него взгляды, он слегка засмущался, заметив в нашем обществе Гекату. Присев в целое кресло, он правильно интерпретировал наше ожидание и заговорил.

— Уже не знаю зачем, но я сам напросился к Тарине чтобы она взяла меня с собой на переговоры в Самарон. Наверно мне просто захотелось посмотреть и пообщается с Атланами из…метрополии. Но прибыв в наше представительство меня к ним даже не подпустили.

Тарина и другие великие матери ушли на приём, а меня оставили одного. Стало скучно, и я пошёл прогуляться по территории, а потом, уже в саду, мне стало плохо, закружилась голова и… дальше, ничего не помню. Очнулся уже на борту этого челнока зафиксированный в кресле. Мы куда-то летели, и со мной никто не общался.

Мне стало понятно, что это Атланы, только не наши, другие. На их лицах были маски, но по их форме, и самому военному… боту стало понятно, что меня похитили свои же, только прилетевшие вместе с делегацией. А потом было приземление, заработали орудия подавления, а следом раздался грохот ударов и ворвались вы, освободив меня.

Правда, мне не понятно зачем было рвать на части кресло, ведь надо было просто дёрнуть за тот рычаг и фиксаторы бы разошлись, — его палец указал на стенку, — сам я до него дотянуться бы не смог, да и куда тут бежать, —добавил он.

— Но мне не понятно зачем я им понадобился? Могли бы просто попросить, я и сам, с удовольствием, посетил их корабли.

«Волк» хмыкнул, Старшина рассматривал свои клинки. Геката, повернув голову закатила глаза, а я решил поинтересоваться более практичным вопросом, требующим скорейшего решения.

— С твоим похищением всё понятно, и в свете дальнейших действий ваших далёких соплеменников, кажется очень логичным хоть и мерзким по сути. Однако опустим моральный аспект и вернёмся к прикладным проблемам.

Кайрон быстро закивал, выразив желание помогать.

— Сейчас мы все куда-то летим, — продолжил я. — Притом если нам не изменяет чувства пространства летим строго горизонтально, тебе что-нибудь об этом известно?

Покрутив головой, он задумался, и как известная нам по Земле нация, он задал встречный вопрос.

— А куда все подевались, ну, эти войны что были со мной. Надо понять, что происходит чтобы делать выводы, — быстро добавил он.

Мой рот уже открылся для ответа, но краем глаза я увидел подбоченившуюся Гекату выставившую ногу вперёд и вернул челюсти на место.

— Эти хлюпики, попытались захватить важный груз. Но слегка просчитались, встретив на своём пути нашу команду.

Шлепок ладонью по лицу, как бы закруглил её короткий, но пафосный ответ. Это наш командир, качая головой, так высказал свои эмоции.

А вот Кайрон внезапно оживился.

— Как? Они же были в спецовых Бэ-эсках? Вы просто не могли им никак навредить, я сам их в них видел. И что значит –захватить груз, неужели они…

Пока у него не вывалились глаза, я решил кое-что прояснить, заодно вернув разговор в конструктивное русло.

Так, Кайрон⁉ Постарайся ответить на наши вопросы, не задавая своих, у тебя ещё будет время узнать подробности. — Невольно бросив быстрый взгляд на Гекату, я продолжил.

— Что значит эти твои БЭ-эски?

Сглотнув пустоту, он ответил.

Бронированный скафандр спецназначения. Применяется элитными штурмовыми отрядами для захвата важных опорных точек или в боях на астероидах. Такие я, конечно, раньше не видел, но, судя по всему, база у них осталась прежняя, несмотря на прошедшие столетия с их изобретения.

— И какие бывают ещё, для общего развития поинтересовался я.

Простые, — пожав плечами, ответил он. — Универсальный боевой модуль… УБМ. Но ответь мне, Трафт? Если у штурмовиков не получилось захватить груз, и сами они остались побеждёнными там же, то зачем мы взлетели?

А вот этот вопрос не в бровь, а в глаз, подумал я и решил узнать поподробнее, как вообще осуществляется полёт этого челнока, какие алгоритмы, и кто им в конце концов рулит? Кинув взгляд на оставшуюся закрытой дверь, кивком указав на неё, спросил:

— Так, может, пойдём и спросим у пилота⁈ Ты знаешь, как её открыть, не ломая?

— У пилота? — как-то робко проговорил он. А откуда здесь…

Встав со своего места, он подошёл к двери и, проведя пальцем по её поверхности, дождался, когда она с лёгким шипением отъедет в сторону…

— О, так это ещё первые модели, и правда можно пилотировать вручную. — Гулко донёсся его голос из небольшого помещения, сильно напоминавшего кабину пассажирского самолёта, только пустую и без стекла.

— Сейчас, — пальцы Кайрона замелькали по панели, и, казалось бы, металлический овальный нос этого челнока стал прозрачным.

— Да… На этой модели ещё возможно присутствие человека, — развернувшись в тесной кабине, сказал Кайрон.

А я смотрел на побледневшего Старшину.

Встав с места, он подошёл к раскуроченной первой двери в кубрик и заторможенно провёл по ней пальцем.

— А как? Так что, можно было? — Выдавил он из себя.

Видимо поняв, что произошло, сын Тарины кинулся ему всё объяснять, с удивлением рассматривая покорёженную дверь.

— Наверное, вы думали, что эта подвижная перегородка закодирована на…ДНК штурмовиков, поэтому от вашей тактильной активации пальцем она не откроется? — Хлопнув панибратски нашего Бока по плечу, он пояснил:

— В принципе всё оно так, вот только никто не заморачивается такой ерундой на линейных и боевых кораблях, и тем более на спускаемых ботах. Чужих там нет по определению, поэтому везде прописан общий доступ.

Видимо сам поняв, что только что сказал, Кайрон почесал затылок.

Старина же ошалел ещё больше, вообще он дверь-то сломал, потому что ручку не обнаружил.

— Упс! А тут мы такие как снег на голову. — Расставив руки, выдал наш командир.

— Снег⁉ — Тихо произнёс всё более офигевающий Кайрон.

Пока Старшина открывал и закрывал рабочую дверь в кабину, проводя по ней пальцем, Кайрон ковырялся с панелью. По всей видимости, он шарит во всём этом, и надо уже понять, куда мы летим, подумал я.

Протиснувшись в кабину, посмотрел в прозрачную поверхность на мелькающие внизу камни.

— Хм, странно, — поджав губы, сказал сын Тарины. Команду на взлёт даёт старший группы, и у них он был, вот только никаких внешних сигналов на управляющий контур не поступало. Получается, что старт был активирован внутри челнока. Продолжая парить пальцами над панелью, он продолжал тихо говорить.

— И команда поступила из трюма от стартовой кнопки старшего группы. «А ну-ка», — как-то по-земному сказал он, выйдя в помещение.

— Ну да, не могла поступить, — тихо проговорил я, вспоминая упавшего под колёса платформы расписного штурмовика.

— А, вот! — раздался его голос откуда-то снизу. — Отсюда и поступила команда продолжать заложенное операторами в штурмовой бот движение.

Спустя мгновенье он оказался рядом:

— Только я пока не понимаю, кто это сделал и зачем?

Не поленившись, и я сходил посмотреть, что там Кайрон увидел в трюме.

Остановившись перед большой зелёной кнопкой, я понял всё и сразу. Дошёл до закрытого пандуса, увидел такую же, но красную, и части пазла встали на свои места, и, конечно, я прекрасно понял, кто отправил нас в этот полёт. А по-другому с ним и быть не могло, качая головой, подумал я, вспоминая, что ещё на шахтёрском боте он давил на такую же, только красную.

Может, ему мешал шум с улицы и хотелось покоя, или он её просто увидел, не знаю, наш командир непредсказуем.

Тяжело вздохнув, я отправился обратно разбираться, что нам теперь делать и куда мы в конце концов летим.