Привычным движением Смирнов провел пальцем по носу, затем сложил руки в замок и на мгновение завис.

На периферии слуха раздался дробный рокот тяжёлого пулемёта, что сразу подхватили одиночные выстрелы Калашниковых. Спустя секунды выстрелы стихли, но никто не обратил на них никакого внимания. Глядя в их спокойные лица, не стали дёргаться и мы.

— Всё началось примерно месяц назад, — тихо заговорил аналитик. — В связи с большой потерей урожая зерновых и массового наплыва беженцев, город впервые столкнулся с проблемой надвигающегося голода.

Было принято решение отправлять уже обученных людей, пришедших к нам с поселений, в близлежащие леса, бить зверя и собирать другие дары леса. Другая часть свободного населения массово приобщалась к рыбалке и работе на полях. И пускай с них особого профита не было, но сами себя прокормить они были уже в состоянии.

Уже на следующий день город потерял сразу три пятёрки опытных охотников. Одному промысловику удалось выжить, банально сбежав с массовой резни. Так мы и узнали, что наши леса теперь просто кишат бандами всевозможных отбросов.

В последующие дни начались нападения и на рыбаков, что уходили подальше, пытаясь поймать хоть что-нибудь. Как проходит местная рыбалка для людей даже оранжевой закалки, вы знаете лучше меня. Так людей просто убивали или загоняли в море, что одно и тоже.

Город пытался собрать воинов гарнизона и прочесать леса, но начались поджоги полей. Только что посаженный стратегический запас зерна начали жечь. Потеря этого урожая грозила полной катастрофой всему городу, и Князь был вынужден поставить всех, кого только возможно, под ружьё и отправить охранять поля, предотвращая пожары.

Поначалу мы думали, что это банды «Изгоев» и примкнувшие к ним жители поселений устроили нам террор, и отчасти оказались правы. А потом, потом к нам прибыл очередной дирижабль из Европы…

Встав из-за стола, Кондратий Иваныч заходил вдоль стены, сложив руки за спиной.

— Наш Князь неоднократно посылал просьбы о помощи во все европейские столицы и даже Султанату и Африканскому содружеству. Нас заверяли, что они непременно откликнутся на нашу беду, но никаких реальных действий предпринято не было.

И вот прилетел дирижабль, на борту которого вместо продовольствия прибыли… парламентёры. В грубой форме от нас потребовали ни много ни мало как отказаться от нашей формы правления и выбрать парламент, куда войдут все члены прогрессивного человечества на Пандоре.

Наш командир шумно выпустил ртом воздух. Его взгляд окаменел, и по гостиной начал расползаться тяжёлый эфир. Амита положила руку на его плечо, и спустя мгновенье всё пришло в норму. Мы вновь готовы были слушать.

— Спасибо, сказал Кондратий Иваныч, наш аналитик, и продолжил.

— Но они на этом не остановились. Кроме этого абсурдного требования, было выставлено ещё одно условие. Нам предписывалось вернуть всё имущество Ордена владельцам и немедленно принять их представительство. К тому же на нас накладывалась большая контрибуция, лишающая нашу страну практически всего производства и посевных угодий.

— Будет им контрибуция. Я вам это точно обещаю. — эти тихо сказанные «Волком» слова вызвали вздох облегчения и улыбки у наших друзей из «Торгового дома Донбасс».

А вот рязанские товарищи их радости не разделяли. Просто им не доводилось видеть нас за работой. Ну ничего, просто ни те, ни другие не знали всех наших козырей, впрочем, у нас были методы и попроще.

В гостиную, тихо перебирая лапами, вошли замученные саблезубые тигрята. Это были уже молодые особи размером в холке мне по пояс. Генерал и Майор Головко замерли, а Рики и Тайра, деловито нас обнюхав, обречённо ткнули мордами в Амиту, боязливо поглядывая в сторону кухни. По всей видимости, они уже повстречались с моими девушками и Гекатой.

Кондратий Иванович присел на своё место и продолжил, начав с небольшой ремарки.

— Если бы вы знали, как мы вас ждали, чтобы услышать эти слова.

Так вот. Естественно, вся эта компания была послана далеко и надолго, но мы понимали, что за их словами последуют действия. И они не заставили себя ждать.

Ситуация в окрестностях города начала стремительно ухудшаться. Начались набеги на базы и поселения, окружающие Москву. Теперь любой заход в лес представляет реальную опасность для жизни. Количество банд резко возросло, уже кажется, что не осталось ни одной поляны, ни одной ложбины, где не окопалась какая-нибудь банда.

Разведка Князя не в состоянии проникнуть более чем на пять километров в глубь леса. Мало того, дозорные часто видели в небе чужие дирижабли, а в последнее время они стали видны даже из Столицы.

А наши воздухоплавательные средства стали сбивать. Город потерял уже десять дирижаблей. Последний ушёл в сторону Золотого города да так и не вернулся. Телеграфная связь с ними утеряна, и есть все основания предполагать, что он захвачен Орденом. Да и другие города и поселения во всём нашем окружении больше не выходят на связь.

Хлебнув морсику, аналитик качнул головой и горестно признал:

— Мы в осаде, в полной и безоговорочной осаде. Нам удалось засечь высадку недалеко от города очередных любителей пограбить. Теперь не вызывает сомнений, что все эти банды — это тщательно спланированная операция Ордена и тех сил, что его поддерживают, а это вся Европа и Америка.

Кроме людей, в наших лесах появились и поводыри.

При последних его словах Амита дёрнулась, но быстро взяла себя в руки.

Всё дело в том, что бой с маткой Альфов, по большому счёту, затронул только нас. Небольшие разрушения по побережью — это ерунда, которую они уже исправили. Но потеря продуктовых брикетов и многого, что изготавливалось на орбите, ударила по всей Пандоре.

А теперь догадайтесь, кого обвинили во всём этом?

Думаем, что давление будет только нарастать. Орден в странах Европы и Америки только окреп. Мало того, в ряде стран они уже полностью заменили правительство и прямо указывают на нашу страну как на источник всех бед.

Немного помолчав, он продолжил:

— В Москве введена карточная продуктовая система. Все, кто может держать оружие, охраняют Москву, оставшиеся заводы и поля. Каждый день происходят прорывы и захваты, нас душат и давят. Продукты на исходе, голод уже наступил, и рацион рабочих и воинов существенно урезан. Ещё неделя, две такой жизни, и люди начнут есть землю.

Мне стало невыносимо стыдно сидеть за нашим шикарно накрытым столом. Те же чувства, похоже, испытывали все. Только сейчас я заметил, что наши друзья практически ничего не ели.

Словно читая мои мысли, орк, не поднимая головы, тихо сказал:

— Мы очень вам благодарны за те запасы продуктов, что вы сделали, но нам пришлось разделить их на всех, за что мы просим у вас прощения.

— Прощения! — вскинулся наш командир. — Ты в своём уме, говорить такое! Это нам должно быть стыдно, что мы не смогли прибыть раньше, но теперь, теперь всё изменится.

Посмотрев на меня, «Волк» чётко произнёс:

— Трафт, полная мобилизация! И узнай, что там с Золотым городом.

Майор Головко только крутил головой, а генерал Ротмистров серьёзно посмотрел на меня. Мне до одури надоели в своё время их гляделки, поэтому и пояснять им я ничего не стал.

— Отменяются все чествования и гуляния. С завтрашнего дня приступаем к тотальному уничтожению всего живого с прицелом на продовольственную составляющую.

Повернувшись к бывшему коменданту, «Волк» спросил:

— Сколько у вас есть людей?

Майор усмехнулся, а Алексей Иваныч дёрнул в расстройстве губой и ответил:

— Нисколько, все мои люди перед тобой. Остальные спят по три часа, чтобы сменить на постах других.

Вся эта показная радостная встреча заиграла другими красками. Людям сейчас явно не до нас. Однако нас ждали, ждали в надежде на изменения. Мало кто верил, что мы сможем как-то повлиять на ситуацию, но надежда, надежда, как известно, умирает последней.

Пить и праздновать как-то резко расхотелось. Видя наше настроение, все потихоньку вставали и покидали стол. Когда мы остались одни, к нам в гостиную вбежал Семён, тот, что друг моей ученицы.

Вот ещё одна жертва любовных страстей, глядя на малого, подумал я. Скоро и он узнает, что место рядом с Гекатой уже занято. Однако мелькнувшее следом в коридоре лицо нашей кухарки, Аллы, по-моему, слегка добавило интриги в этот котёл пубертатных эмоций.

— Там к вам, там господин к вам. Говорит передать, что срочно нужна встреча, — сбивчиво выкрикнул Семён.

— Ты вот это серьёзно? Да нас полгорода видеть хочет! — заорал в расстройствах «Волк».

— Я тоже не хотел с ним даже общаться, — махнув головой, ответил Сеня. — Но он дополнил странной фразой: «Сейчас, а вот…» *Их штурмовой бот мешает стыковке*. Да, он так и сказал вам передать.

Мы втроём переглянулись.

— Так, давай, тащи его сюда и потом проследи за дверью, чтобы нас не подслушивали, — махнув рукой, «Волк» отослал пацана обратно.

Спустя минуту в гостиную зашёл укутанный тряпкой по брови человек. Постояв у закрывшейся за ним двери, он неспешно прошёл вдоль стола и, повинуясь руке нашего командира, занял предложенное ему место. Следом он начал раскручивать свой шарф, пока не освободил розовое и сильно воспалённое лицо.

Теперь челюсти упали у нас.

Амита молча вышла и спустя минуту вернулась обратно. Протянув фиал с мазью гостю, она изобразила руками и сказала:

— Намажьтесь, станет легче.

Кивнув, он размазал наш спасательный бальзам по лицу, шее и рукам.

— Спасибо… значительно легче, — тряхнув головой, ответил он.

— Честно говоря, я уже начал постигать закалку… судя по всему, этого совсем достаточно.

Невзирая на все препоны, вошла Авдотья Семёновна и поставила перед гостем рыбную тарелку и мясной салат. Поблагодарив нашего повара, он робко попробовал кусочек рыбы. Следующие минут десять мы наблюдали, как он метал снедь и хвалил наш дом, повара и планету в целом.

Конечно, мы сразу узнали того самого мужика, что со станции отправлял нас всех на Флайеру биться с Гронами. И одно его таинственное появление в осаждённом городе говорило о многом. Нам лично о том, что мы ему зачем-то позарез понадобились.

Пока он откушивал, я вновь почувствовал своего Жорика. По всей видимости, он уже побывал у Великой Матери и сейчас мчался сюда. Входить в своё сознание прямо за этим столом я не стал. Неизвестно, как всё пройдёт. А выпадать из серьёзного разговора очень бы не хотелось. Мне было достаточно знать, что он жив, здоров и уже скоро прилетит в столицу. К тому же его задание находится в другой стороне от Москвы, и я по времени ничего не теряю.

Отложив вилку, наш гость, промокнув салфеткой губы, начал разговор по делу.

— Признаться, поначалу я собирался немного по-другому выстраивать наш разговор, но, увидев ваше отношение и осознав, какие вы порядочные люди, решил говорить прямо и… просить вас о помощи.

По своей и только по своей вине я допустил огромный промах, который может стоить мне карьеры, а может быть, и жизни. Мной было полностью проигнорировано ваше прибытие на станцию. Я никак не отреагировал и на официальную делегацию Атланов.

Просто… я спал.

Да, заснул и не отреагировал на сигналы, приняв их за очередное тестирование оборудования. Появление штурмового бота, выплывшего к спутнику прямо из открытого космоса, это не тот случай, который можно просто проигнорировать. Чтобы я не говорил и не делал, мне нет никаких оправданий.

Наш Кранг… человек старой закалки. Ему недостаточно сухих строчек отчёта и телеметрии с приборов слежения. Он любит всё увидеть своими глазами.

После его слов стало понятно, с какой просьбой он к нам прибыл. Наш командир потянулся к бутылке, чтобы плеснуть себе и этому мужику пойла, а после наверняка пустить соплю и пообещать всё исправить. Любит он, когда к нему вот так, по-человечески.

Однако с нами была Амита.

Неспешно положив ногу на ногу, она коснулась руки «Волка». Подавшись немного вперёд, шикарно улыбнулась. Ну а дальше…

— Так что мы можем для вас сделать, чем помочь? — Её голос выражал искреннюю озабоченность и желание быть полезной. — И… как мы можем к вам обращаться?

— Зовите меня Кай, для друзей я просто Кай.

Переглянувшись с командиром, теперь уже я потянулся за бутылкой.

Пока эта парочка торгаш… эээ… высоких договаривающихся сторон плела словесные кружева, мы с «Волком» тупо хлестали доброе винишко. Оченно не плохое, кстати. Местные умельцы из числа людей Орка умудрились найти и местные аналоги бродящих ягод, вот их мы и дегустировали. Когда Амита и Кай уже достигли окончательных договорённостей, заговорил наш командир.

— Да, и ещё один маленький нюанс.

Кай с интересом повернул голову к нам.

— Мы бы хотели, чтобы все, кто находится на станции, воспринимали бы наш бот как ваш. Как штатную единицу, приписанную к станции, а мы её просто арендуем. Мы можем на вас рассчитывать в этом вопросе.

Кай задумался, мы не торопили. Ну вот он тряхнул головой и сделал своё предложение.

— Но только при условии, что вы мне всё расскажите первому. Когда посчитаете это возможным, — добавил он.

— Согласны, — вставая, ответил наш командир.

Буквально спустя минуты мы покинули гостиную.

Выйдя через центральный вход, уселись в поданную карету. Договор был заключён, и для его исполнения мы вновь отправлялись на станцию.

В дороге выяснилось, что Атланы уже должны ожидать нас у лифта. Притом всех тоже тащить наверх не стали, достаточно было Карины и Бандры. С ними Кай уже имел разговор, притом связался ещё со станции.

Наблюдая за городом в окошко кареты, я по-другому смотрел на хмурые лица своих соотечественников. Мне становилось понятно, что наступил момент реального выживания. И даже просящие милостыню люди воспринимались с большим пониманием, чем по прилёту. Это были беженцы, не нашедшие себе место в большом городе, ну а властям буквально не хватало рук и возможностей, чтобы помочь всем.

Ну ничего, потерпите ещё немного, скоро всё изменится, мы вам обещаем. — С тихой ненавистью к продажному миру подумал я.

Мой Жорик уже вернулся от Великой Матери. Я даже на минутку метнулся сознанием в его тело. Убедившись, что всё работает нормально, дал ему срочное задание, обещав присоединиться к нему чуть позже.

Однако вернёмся «к нашим баранам».

Связь со станцией, это было первое условие, что выторговала для нас Амита. Орбитальный лифт имел возможности для вывода устойчивого сигнала в космос, а на земле мы подцепимся к городской телефонной сети. Именно так Кай и дозвонился до «Кремля» со своей просьбой.

Стоит заметить, что он оказался интересным собеседником, и ни словом, ни намёком даже не пытался выяснить, как мы вообще оказались в этой части галактики, минуя портал станции. В свою очередь мы обрисовали ему сложившуюся у нас ситуацию, найдя в его лице полное понимание. К орбитальному лифту мы подъехали почти друзьями.

На площадке перед лифтом нас уже действительно ожидали женщины и полковник Гронсон. Немного расшаркиваний с кучей извинений, и вот мы снова устремляемся в небеса. Вся «дорога» до станции ничем не запомнилась. Всё те же пересадки, невесомость и стыковка.

Ну а дальше начался цирк с конями. Мы вновь входили в фойе, где нас уже ожидал вырядившийся в форменный костюм Кай. Притом встречал он нас парами и по отдельности. «Волк» с Амитой и Карина с Бандрой. Торжественно стояли Квазары, сиял огнями зал, да и мы сами играли по сторонам мудрыми лицами.

Конечно, потом Кай кусками покажет шефу и остальных прибывших людей, но основное — это, конечно, торжественная встреча высоких сторон. Затем были разговоры в другом зале приёма, и на этом, собственно, всё и закончилось. Кай действительно оказался нормальным мужиком, и мы даже пригласили его в гости, притом он сам изъявил желание пройти красную закалку именно у нас. А на прощанье мы попали на небольшой фуршет, где наши отношения перешли ещё в более доверительную плоскость.

Расставались мы все довольные друг другом. Атланы так вообще сияли улыбками, как театральные софиты, и не скрывали своей радости. Амита им ничуть не уступала, выторговав для нас место под товар в трюме станции.

Уже возвращаясь на поверхность, женщины Атланов нас просветили, кто такой Кай, а по мне так простой нормальный мужик. У меня оставался только один вопрос: зачем туда попёрся я?

Прибыв в наш новый дом, я попросил Сеню, что выступал сегодня за мажордома, показать, где я теперь живу. Заходить в центральный дом-крепость я не стал. Было уже темно и вообще поздно.

Десять стоящих в ряд деревянных домов — это и было жильё артели «Дети Владыки», как мне с серьёзной заточкой пояснил Сеня. Притом сопровождал меня он не один, а с нашей помощницей Авдотьи Семёновны — Аллой.

Уж не знаю, то ли так было кем-то задумано: встречать нас и гостей по типу мальчик-девочка, то ли тут другое? Но одно я знал точно. Моя несносная ученица всю эту ситуацию точно обыграет в свою сторону, и если возникнут вопросы, то Семён сто пудово останется во всём виноватым. Просто ещё никогда не встречал в чём-то виноватых женщин. Таких просто нет по определению.

Мой дом, вернее наш, был третьим. Он был одноэтажным, сложен из брёвен и казался тихим и уютным. Небольшая веранда, холл-гостиная, кухня и три комнаты с большими ложами. Назвать кроватью этот аэродром у меня не получалось. Никаких вещей в доме не было, только шкафы, столы и стулья.

Мои любимые продолжали описывать наши приключения и хвастаться нарядами, переместившись в гостиную на втором этаже. У большого окна, выходящего во внутренний двор, были слышны голоса и мелькали пьяные тени.

Были, конечно, опасения, что они случайно проговорятся про наш фрегат, но я надеялся на их разум и силу воли.

Быстро раздевшись, я упал на своё ложе и понял, как я за сегодня устал. Глаза сами стали слипаться, и мой разум, основной разум погрузился в сон. Однако, пока ты спишь, враг качается. Эту непреложную истину любит повторять мой Рыжий друг.

Вот и дремлющее в Жорике сознание встретило меня, распахнув свои объятья.

Мой парень не терял времени даром. Пока я тусил на орбите, он настроил систему слежения и оповещения, простирающуюся на добрые десятки километров вокруг Москвы. Да, мы вновь расставили сотни «Эвов» на огромной площади, сосредоточив все рычаги управления в моём парне. И судя по тому, что они его беспрекословно слушаются, он остался главным смотрящим за нашей столицей и окрестностями. Но нельзя и исключать, что его полномочия стали гораздо шире.

Неспешно осматривая окрестности, мы неумолимо приближались к нашей долине. Однако мне была необходима общая картина происходящего, и Жорик начал транслировать всё, что видят наши живые шпионы-трансляторы, притом с привязкой к местности. Немного позже наступит время, когда все скопления бандитов и различных воинов Ордена и прочих сволочей будут перенесены на карту, сейчас мне нужна общая картина.

Лёгкая дрожь пробежала по телу, и мой разум слился с сознанием Жорика. Я «увидел» всё, что он хотел мне показать, управляя своими «юнитами».

На самом горизонте полыхнула точка. Словно моргнула искра. Днём бы мы её и не увидели, но в ночи это не составляло проблем. Картинка прыгнула, и моё сознание увидело всё то же, что и дикий «Эв», зависающий недалеко от моря. Мы начали просмотр с дальних рубежей, начиная от побережья в другой от нас стороне. Притом «включались» только те «Эвы», кому было что показать, а это всё, что появлялось в лесах нового.

Костёр и люди. Кто-то спал, лёжа прямо на земле, но охрана бдела. Никому не хотелось, чтобы тебя сожрала во сне какая-нибудь сороконожка. Лёгкое морганье, и картинка изменилась. Здесь лагерь был побольше, и даже вырыты землянки с установленными навесами, а в остальном всё то же самое.

Мы постепенно огибали город. Точнее, наша шпионская сеть смещалась, показывая нам происходящее в лесах и на полянах. Обходя город по кругу, мы видели укреплённые поселения, где наши люди зорко бдели на стенах. Круглосуточно работающие заводы ощетинились тяжёлыми пулемётами и лёгкими орудиями. Мы видели и засады из бандитов на железной и каменных дорогах, ведущих от предприятий в Столицу. Многочисленные базы артелей, ещё державших глухую оборону.

Но были и сожжённые поселения, разрушенные строительные площадки, разграбленные и сгоревшие склады. Попадалось и много пепелищ от одиноких строений. Нас интересовало всё, а особенно места, где все эти интервенты складировали награбленное, а также на «карандаш» брались широкие поляны, куда прилетали дирижабли с новыми отщепенцами и необходимыми вещами, включая боекомплекты и продовольствие.

Особенно внимательно мы относились к уже захваченным поселениям и базам. Не всё предавалось огню, некоторые особо укреплённые места занимали самые большие и дисциплинированные банды, и не только.

Эти заднеприводные извращенцы обнаглели в край, и кроме откровенных отбросов общества на нашу землю ступили и войска. Притом они, уже не стесняясь, обустраивали под себя гарнизоны и захваченные базы.

От увиденного меня охватила праведная ярость. Теперь я воочию увидел, что человеческая натура не меняется даже в далёком космосе на смертельно опасной планете. Как и в прошедшие века, грабительская сущность общества потребителей рвётся наружу. И плевать им на мораль, всё то же обогащение и порабощение вновь во главе угла. Тут уже не прикроешься никакой грозящей смертельной опасностью, у них в городах всё хорошо и нормально. Они пришли убивать и грабить, отнимать и насиловать.

Ну тогда, суки, без обид, возвращаясь в своё сознание, подумал я.

Увиденного хватило с лихвой, чтобы понять общий расклад сил. Эти твари не станут нападать на город, а тем более на заводы и фабрики, это всё актив, а для них это святое. Ради этого они и пришли сюда. Будут душить измором и блокадой. И плевать им, сколько людей умрёт или погибнет, главное — отжать целую страну, а население превратить в рабов.

Впереди перед нами вырастал каменный кряж, опоясывающий нашу долину.

Записав изящный вираж, мы полетели в обход, желая влететь туда со стороны моря через центральный вход, через наш узкий каньон.