— Жаль, что бараны не умеют плавать, — раздаётся прискорбный голос Кота, выводя Аду из оцепенения. — Но его разум был слаб, он поддался дьявольскому шепоту и проиграл, потеряв всё человеческое. Он обратился в зверя и потому погиб… А вас… вас я поздравляю, вы успешно справились с испытаниями и показали, что готовы перейти к следующему, заключительному этапу. А посему мне придётся с вами попрощаться, как бы это грустно ни было… но не волнуйтесь, те, кто выживут, ещё смогут встретиться со мной. До встречи! И помните: держите своих внутренних зверей в клетке, как только они вырвутся, вы проиграет.

Кот на прощание улыбается, сверкнув хищными глазами, и исчезает в столпе фиолетового дыма. Участники поздно замечают, что их кругом обступили бешеные псы.

Ада перепугано хватает все ещё стоящую рядом Рысь за руку, и та, в попытке успокоить, сжимает её. Бешеные псы тянут к ним руки с бокалами. И Ада прекрасно понимает, к чему все идёт. Отказаться нету шанса, и наученная опытом Рысь забирает бокал и выпивает содержимое. Посмотрев на неё, Ада поступает так же.

Бешеные псы отступают, а участники собираются в круг, усаживаясь на пол.

— Последний этап… — невесело произносит Змея, вышедшая ранее из комнаты.

— Ага, — рассеянно отвечает Ада.

— Да ладно вам, смогли пережить это, так последний точно переживём, — пытается подбодрить всех Лебедь.

— Те, кто говорят такие фразы, обычно умирают первыми, — комментирует Лиса, но на этот раз без какой-либо злобы.

— Не волнуйся, рыжая, я раньше тебя точно не умру.

Ада чувствует, как её сознание начинает слегка затуманиваться. Но отчаяние помогает не отключиться. Каждый понимает, что проснутся они уже на острове. Как они должны там выживать? Неизвестность пугает.

Волк переплетает её пальцы со своими, ободряюще улыбаясь, а с другой стороны её плечи приобнимает Рысь и шепчет:

— Мы справимся, — и это звучит так уверенно, что Ада просто не может сомневаться.

— Надеюсь, я сдохну первым, — бурчит сердито Сокол.

— Таких как ты, Сокол, вообще замочить невозможно, — устало смеётся Ада с закрытыми глазами. Она чувствует расслабление по всему телу и потерю контроля. Прозвучавшего ответа она не слышит, потому как её сознание отключается.

Сознание возвращается медленно, девушка будто выныривает из глубокого сна. Она чувствует тяжесть, словно все тело налито свинцом. Затем появляется ощущение неудобства от жесткой поверхности под спиной и странного покалывания в конечностях.

Ада открывает глаза. Нечеткие пятна света постепенно складываются в картину. Небо над ней ослепительно голубое, почти белое от жары. Солнце палит немилосердно. Она моргает, пытаясь сфокусировать зрение.

Желудок сжимается от легкой тошноты — побочный эффект снотворного. Во рту сухо, губы потрескались и начали кровить.

Ада осматривается. Она лежит на песке, который кажется раскаленным, как сковорода. Ее тело покрыто мелкими песчинками, и каждый мельчайший кристаллик раздражает ее кожу. Она пытается приподняться, но ее руки и ноги кажутся ватными.

Ада поворачивает голову и замечает остальных участников игры. Они лежат, как выброшенные на берег волнами утопленники. Некоторые все еще спят, другие пытаются прийти в себя.

На лице Паука она замечает признаки того, что он уже проснулся. Он сидит на песке, скрестив ноги, и с мрачным выражением лица осматривает обстановку. Его глаза кажутся ясными и собранными. На его лице полная сосредоточенность и готовность.

Рядом с Пауком лежит Зайка. Она тоже начинает просыпаться и медленно встаёт, вытирая с лица пот. В ее глазах испуг и замешательство, но она, кажется, всеми силами пытается собраться с мыслями и не запаниковать.

Остальные по-прежнему лежат неподвижно, но их лица говорят о том, что они скоро проснутся. Недалеко от участников лежат десять деревянных сундучков, запертых на ключ — должно быть, это предметы, что заполучили участники в первом этапе —, а также один большой сундук, отличающийся от остальных — в нём содержатся оставшиеся скудные припасы. Девушка замечает, что на её шее болтается ключик, подвешенный на черную плотную нить. Основание ключа напоминает ей орлицу с расправленными крыльями. Конечно, Кот не мог оставить их без этих символов.

Ада поднимается с песка, чувствуя, как каждый мускул ее тела протестует от неудобства, девушка приближается к Волку и садится рядом, убирая с его лица налипшие песчинки. Вскоре и он открывает глаза. Ада нежно проводит тыльной стороной руки по его щеке и помогает встать.

Когда все участники просыпаются, то первое, что они слышат — очередную порцию шуток от Лебедя.

— Ну что? Время начать наш пикник в дикой природе, кто раздобудет дров? Потеряшка, лучше не ты, а то заблудишься. О, жалко, что с нами нет обезьяны какой, было бы проще кокосы добывать.

Сокол, пошатываясь, поднимается на ноги и тут же бежит осматривать предметы, что оставил им Кот. Разумеется, никакой выпивки там нет.

— Оставили капитана Сокола без рома! — тут же подкалывает Лебедь. — И как он это переживёт?

— Никак, он сейчас утопится, — присоединяется к нему Ада.

— Ха-ха, очень смешно, придурки.

— Ой, ребята, тут письмо какое-то ещё, — привлекает внимание Зайка, и все переводят на неё любопытные взгляды, девушка смущается. — Может кто-нибудь другой прочитать? У меня в глазах двоится.

Змея с готовностью забирает из её рук письмо, и, распечатав, принимается читать. В голове Ады вместо голоса женщины звучит голос Кота.

— Мои милые мышатки, я горжусь тем, что вы проделали такой огромный путь. Вами двигают разные цели: деньги, месть, благородство, но мечта заполучить желаемое у вас общая. К сожалению, я не мог сказать этого ранее, ведь боялся, что ваш настрой будет совершенно иным, но в игре, как и в жизни, не существует нескольких победителей. А потому лишь один из вас сможет заполучить сокровище, остальные же приобретут лишь незабываемые воспоминания о приключениях. Память ведь дороже золота? Желаю удачи. Ваш покорный слуга Кот. Постскриптум, карта внутри письма — карта победы, именно тот, у кого она будет находиться в момент достижения цели, победит. А цель же ваша — север.

По мере чтения письма, на лицах участников появляются разные эмоции. Рысь сжимает кулаки, ее глаза наливаются яростью.

— Что за бред?! Этот сраный Кот специально придумал это! Я уверена, они хотят, чтобы мы начали убивать друг друга, — ее голос дрожит от возмущения.

Лев усмехается, его глаза горят злым огнём, которого почти никто не замечает.

— Я подозревал, что так может оказаться, — он поворачивается к Аде, прошептав неслышно для остальных. — Наконец-то игра становится интересной.

Девушка чувствует, как ее сердце сжимается от страха и тревоги.

Паук оглядывает всех присутствующих, обдумывая что-то. Он по-прежнему молчит, но его глаза выражают мрачное понимание.

— Погодите, но ведь выжить могут все! — говорит Зайка.

— Выжить то могут, а толку без победы? Ты готова отказаться от неё так легко? Мы что прошли весь этот ужас ради ничего? — взвизгивает Лиса.

— А что вы предлагаете? — холодно оглядывает Волк участников. — Начать убивать друг друга? Устроить настоящие игры на выживание?

— А ты предлагаешь мирно проголосовать? Конечно, соберемся в круг и устроим переговоры, — саркастично цедит Лиса. — Можно сколько угодно играть в "дружбу", но никто не откажется от победы.

Ада смотрит на всех с тяжелым сердцем. Она понимает, что их дружба и сотрудничество могут рухнуть в любой момент, уступив место жестокой борьбе.

— Давайте для начала все успокоятся! — твёрдо произносит Змея. — Никто. Никого. Убивать не будет. Ясно? Лиса? Ты меня слышишь?

— Да слышу я.

— Вот и хорошо. Хватило Барана с Медведем, — Змея с опаской косится на Сокола, на что он лишь хмыкает. — Для начала разберёмся с насущными проблемами, скоро начнёт темнеть, нужно набрать хворост, чтобы разжечь костер. А потом мы все сядем и обсудим, что делать дальше? Все поняли?

Участники с неохотой кивают и делятся на группы. Одна занимается едой, другая водой, а третьи костром. Волк же уходит, по его словам, осматривать местность, вместе с ним увязывается Лебедь, несмотря на протесты, и Лев, к большому страху Ады. Девушка оглядывается, находя глазами Сокола, и беззвучно спрашивает, что делать. Сокол тяжело вздыхает, с тоской обратив глаза к небу, и плетется за ними со словами, что делать больше нехер.

— Вот и славно, что он ушел, — комментирует Змея. — Хотя бы мы будем временно в безопасности.

— Сокол не опасен, — жестко отрезает Ада.

— Он убийца, дорогая, может, честный, но все же убийца. Не забывай об этом.

Ада замечает, как Зайка столбенеет, покрывшись румянцем, а после открывает рот, чтобы сказать что-то. Ада хватает ее за руку, останавливая, и качает головой.

— Сейчас не время для откровений.

Зайка захлопывает рот, хотя и видно с каким трудом ей удается хранить молчание.

Сзади подходит Рысь и хлопает Аду по плечу.

— Ну что, идем собирать хворост?

— А Паук с нами идет? — косится девушка в сторону каменной груды.

— Для безопасности, — отвечает Змея.

— Будет защищать нас от диких животных голыми руками?

— Не, — прыскает Рысь. — Будет приманкой, если что, а мы убежим.

— Так он из нас самый незаметный. Паука под ногами сложно разглядеть.

— По такому принципу ты можешь улететь.

— А ты вообще Рысь, дикая природа — твой дом.

— Идите уже! — подгоняет их Змея. — И постарайтесь найти что-нибудь, куда мы сможем фильтровать воду.

— Хорошо, — кивает Рысь. — Может, по дороге нам попадется магазин.

Ада легко ударяет ее, заходясь в припадке хохота.

— Заткнись уже.

— Мы идем?

— Погоди, — говорит Ада, подходит к сундучку, снимает ключ и открывает замок. — Возьмем его.

Солнце пробивается сквозь плотный полог тропического леса, создавая причудливые узоры света и тени на земле. Ада, Рысь и Паук, плетущийся позади, вооружившись клинком, отправляются вглубь острова. Жара и влажность окутывают их, словно теплый кокон.

— До чего жарко в этих штанах, — жалуется Рысь.

— Давай их укоротим, в фильмах вечно так делают.

— Ага, а еще в фильмах у девушек идеально гладкие ноги и макияж. Ну уж нет, не хочу, чтобы какая-то хрень ко мне присосалась. У меня сюжетной брони нет.

— Об этом я что-то не подумала. Погоди, а у тебя что, — Ада округляет глаза в притворном ужасе и снижает голос до шепота, — небритые ноги?

Рысь смеется.

— Отвали, шутница хренова. Лучше собирай палки, глубже не пойдем.

— Так нам же надо найти тару.

— Значит, будем сшибать кокосы, — Рысь оглядывает на Паука, будто сделать это должен он. Он послушно, как всегда без лишних слов, принимается выполнять указания. — Только осторожно, если упадут на голову или куда — то ещё, то это может оказаться смертельным ударом.

— Теперь ты меня напугала.

— Поэтому я отправила Паука, у него голова стальная.

Ада смеётся.

— Я серьёзно, он сам говорил в бункере, что у него железная пластина в черепе.

Ада с удивлением смотрит в затылок Пауку и действительно видит шрамы от хирургического вмешательства. Выходит, он не каменный, а железный человек.

— А что ещё он называл? — любопытствует Ада.

— Э — э — э, предмет, ты уже видела его, про железную пластину, полное здоровье, из увлечений бокс и… а, точно, страх темноты.

— Серьёзно?

— А чему ты удивляешься? Думала, он бесстрашный? Все чего-то боятся.

— А чего боишься ты?

Рысь резко замирает. Она больше не смотрит на Аду, и ее взгляд становится холодным и задумчивым. В глазах Рыси образуются кристаллы льда.

Наступает тишина, которая кажется очень долгой. Ада чувствует, как напряжение повисает в воздухе. Она видит, что Рысь явно не хочет говорить, старается всеми силами оградиться от разговора.

Рысь, отвернувшись, сжимает губы в тонкую линию. Ее взгляд обращен куда-то вдаль, в темноту джунглей, и кажется, будто она борется с какими-то своими внутренними демонами. Но, в конце концов, она поворачивается к Аде с тяжёлым взглядом, а льдинки в её глазах начинают понемногу таять.

— Я боюсь смерти близкого человека.

Слова слетают с ее губ? Её голос дрожит, хотя она и старается скрыть свои эмоции. Ада удивлена такому ответу, ведь никогда бы не подумала, что за этой резкой и боевой натурой скрывается такой сильный страх. Ада смотрит на Рысь, пытаясь прочесть в ее глазах больше, чем она говорит. Их страхи отчасти похожи, и девушка понимает, что у Рыси тоже есть какая-то история, послужившая причиной этому.

Аду охватывает любопытство, но она крепко сжимает губы, не позволяя себе спросить и ещё больше расстроить, но Рысь начинает говорить сама.

— Ты когда-нибудь теряла близких?

Ада сдавленно кивает.

— Тогда ты меня понимаешь, — Рысь вздыхает, усевшись на поваленное ветром дерево. Ада садится рядом.

— Я работала в полиции; раскрывала дела, находила преступников… считала, что делаю что-то важное.

Она делает паузу, ее лицо омрачается болью.

— Однажды нам попалось дело о пропаже людей. Оно было сложным, запутанным, и мы долго не могли найти никаких следов. Но чем больше мы копали, тем больше понимали, что за этим стоит что-то ужасное.

— Нам почти удалось выйти на след, но... внезапно дело прикрыли, — продолжает она, ее голос становится жестче. — Все улики пропали без следа. Но я не могла так просто успокоиться, это дело захватило меня, я хотела докопаться до правды! Мне нужно было это сделать! Может, это того не стоило, ведь эти люди, что пропали были ещё теми ублюдками. За каждым из них числилось множество преступлений, но они были каким-то шишками… но видимо не такими как похититель.

Ада внимательно слушает, её сердце сжимается от сочувствия. Она понимает, что для Рыси это дело было не просто работой, а чем-то личным.

Рысь сжимает руки в кулаки, ее лицо искажается от гнева.

— Я продолжала копать в тайне. И тогда… мне пришло предупреждение. Они сказали, что моя голова будет служить украшением интерьера, если я не остановлюсь. Но я не остановилась… У меня была… — Рысь вздыхает, — напарница, она знала, что я делаю, и пыталась остановить. Но я не сдавалась, тогда она решила помогать мне, сказала, что не оставит меня в этом болоте одной.

В ее глазах появляются слезы, но она старается не давать им волю.

— Когда они пришли, дома была она, ждала пока я приеду из магазина и мы вновь засядем за дело. Но когда я вернулась, то увидела её в луже крови и троих ублюдков в масках. Заметив меня, они поняли, что убили не ту и нацелили оружие в мою голову. Но их главный махнул рукой, не позволяя выстрелить. А потом он приказал меня избить. Должно быть, ты заметила, что я хромаю?

Ада кивает.

— Это из-за них, кости были сломаны и не смогли срастись нормально… но можно сказаать, что мне даже повезло.

Рысь смотрит пустым взглядом, замолкнув на время, а потом продолжает.

— Я запомнила навсегда, что он сказал — посмотри на результаты твоих действий и хорошо запомни, что происходит, когда букашка начинает мнить себя хищником. Его голос был холодным, жёстким, но выражался он с подчеркнутой вежливостью и пугающим спокойствием. Он все ещё эхом звучит в моей голове.

Рысь замолкает, сдерживая слезы. Ада кладёт руку на её спину и принимается поглаживать, успокаивая. Она чувствует боль Рыси, знает, что за ее страхом прячется огромная трагедия. Она не находит слов для ответа, но они и не нужны.

Рысь тяжело вздыхает и печально улыбается.

— Наверное, ты подумала, что тогда я угомонилась, но нет. Знаешь, почему я осталась в игре? Я начала догадываться, что за этой игрой и за теми похищениями стоит один и тот же человек, и мои теории подтвердились. Я знаю, ублюдок, который устроил все это и тот, что был в моем доме в тот день — это один человек. И меня это пугает до чёртиков. Я боюсь, что никто из нас не вернётся, как не вернулись другие пропавшие. Скорее всего, они оказались втянуты в такую же игру… Но знаешь, чего я не понимаю? Они были связаны, все до единого были преступниками. Но что связывает нас?

Ада проводит рукой по лбу, пытаясь прояснить мысли. В висках пульсирует. Выходит, он не первые или, может, даже не вторые. Что за псих устраивает такое и для чего? Кот что-то говорил про искупление, но в чем они настолько провинились? В чем она провинилась? В смерти друга или обмане? Но устраивать эти безумные игры чересчур. Вывод напрашивается один: её создатель самый настоящий психопат.

За спиной слышится хруст ветки, и девушки испуганно подрываются с места. Но это всего лишь Паук, о котором они уже успели забыть. И, судя по всему, он набрал достаточно кокосов, а вот они так и не собрали хворост. Девушки прерывают обсуждения и возвращаются к работе.

Но Ада в который раз отвлекается на красоту природы. Она видит, как капли росы, скопившиеся на листьях, сверкают, как бриллианты, и как солнечный свет пробивается сквозь листву, создавая калейдоскоп красок. Она чувствует запах влажной земли и свежего мха. Птицы с ярким оперением мелькают среди листьев, их пение наполняет лес мелодичными звуками.

Ада с восхищением смотрит на все это разнообразие.

— Как же здесь красиво, — шепчет она, ее голос полон благоговения.

Рысь фыркает.

— Красота — это круто, но не забывай, что здесь полно всякой гадости, которая может тебя ужалить или укусить. Давайте наберем хвороста и поскорее вернёмся назад.

Рысь продолжает работать, не обращая внимания на красоту вокруг. Она начеку, и ее чувства обострены, она ощущает опасность и готовится защищать себя и других.

Когда они заканчивают и возвращаются, то Рысь начинает заниматься разведением костра, но приходится дождаться возвращения парней, потому что зажигалка есть только у Сокола.

После возвращения их начинают расспрашивать, видели ли они что-то необычное, но Лебедь отвечает, что кроме того, что на него уселся огромный паук, ничего не случилось, но теперь Ада начинает паниковать. Как бы на неё никто не сел, особенно кто-то ядовитый. Все же под такой прекрасной оболочкой скрываются нешуточные опасности и умереть — раз плюнуть.

Когда солнце заходит за горизонт, а пламя костра потрескивает, участники собираются на обсуждения.

— Итак, — начинает Змея, ее голос звучит твердо, несмотря на волнение, которое она чувствует, — мы все знаем о новых правилах. Побеждает только один, но спастись могут все. Это значит, что мы должны решить, как мы будем действовать. Мы не можем позволить себе разрозненности. Поэтому я предлагаю решить всем вместе, кто достоен победы больше, но сначала придётся рассказать почему каждый из вас согласился на игру.

— Голосование — бред, — ворчит Сокол. — В итоге каждый проголосует за себя.

— Введем правило, что за себя голосовать нельзя, — напирает Змея.

— Ой, как всё серьёзно, — тараторит Лебедь, махая руками. — Давайте сыграем в камень, ножницы, бумага! Удача и только удача. Никаких голосований.

Он хохочет, но его смех кажется Аде фальшивым.

— Может, ты хоть сейчас не будешь шутить? — бесится Лиса.

— Ну а что, все честно, никому не будет обидно и не придётся раскрывать свои секретики. — Идеальный вариант.

— Это не игра, Лебедь, это наша жизнь! — пищит Зайка.

— А что если? — начинает Ада. — Что если мы правда сыграем?

Удивленные взгляды переносятся на неё. Теперь они думают, что она помешалась, как и Лебедь.

— Ну вот, её Лебедь укусил, — комментирует Сокол.

— Нет. Но сами посудите, мало кто хочет рассказывать то, почему они здесь, и к тому же, что мешает выдумать историю послезливее, в стиле "я хочу спасти мир от зла и бла бла? "

Все снова замолкают. Идея кажется абсурдной, но в то же время простой и по-своему гениальной. Никаких споров, никаких коварных планов. Просто случайность.

— Вы серьёзно? — спрашивает Змея, приподняв бровь. — Опять придумываете идиотские планы вместо того, чтобы сделать что-то нормальное?

— А почему нет? — отвечает Лебедь. — Это ведь и правда честнее.

— Я не понимаю, как вы можете даже рассматривать эту идею, — говорит Змея, ее голос звучит укоризненно. — Хотя, с кем я говорю?

Ада обводить всех взглядом и останавливается на напряжённом, задумчивом Волке. Её сердце сжимается. Если он или она не победят, то что будет с его братом? Девушка даже не думает о том, чтобы оставить победу себе. Нет, не тогда, когда её цель построена из желания отомстить, что за эти дни уже успело угаснуть.

— Знаете что? — спрашивает Волк, его голос был тихим и непоколебимым, но глаза сверкали странным блеском. — Давайте попробуем. Это не совсем справедливое решение, но зато оно уравнивает всех.

Ада вздыхает и кивает.

— Хорошо, решили. Мы играем. Но помните, что это не конец. Мы все ещё должны держаться вместе для того, чтобы выжить.

— Вот и здорово! — вскакивает с места Лебедь, потирая руки в нетерпении. — Кто со мной?

Ада встаёт рядом с ним. Остальные медленно осматриваются, и выбираю того, с кем будут играть.

Ада покрывается испариной, и смотрит на Лебедя, тот как всегда широко улыбается.

— Готова, потеряшка? Играем до трех побед.

Девушка сдавленно кивает.

— Раз, два, три, — она выкидывает камень, он бумагу.

— Ой-ей, проиграла.

— Давай дальше.

— Не стоит так напрягаться, глаза лопнут.

В следующие два раза проигрывает он, а потом опять Ада.

— До чего напряженная борьба! — весело восклицает он. — Последний раунд.

— Раз, два, три, — Ада выкидывает камень, а Лебедь… Девушка с непоняткой смотрит на него, пока он изо всех сил пытается не рассмеяться.

— Лебедь, какого хрена ты средний палец показываешь?!

— Видела бы ты свое лицо. Ой, не могу, держите меня! — свалившись на песок, задыхается в припадке смеха он.

— Давай ещё раз, это не считается.

— Ещё как считается.

— Ты что, не хочешь победить?

Лебедь внезапно обрывает смех, посерьёзнев. Кажется, впервые за все время, она видит его без улыбки.

— Вряд ли моя победа что-то изменит, — с грустью произносит он. Ада не успевает спросить, что это значит, потому что её прерывает нетерпеливая Лиса. Ада подходит к ним.

— Будем играть втроём, — говорит Рысь Лисе и Аде.

В последнем раунде остаётся она и Лев. Девушка скрипит зубами, но подходит к сопернику.

— Мы созданы, чтобы быть врагами, — тихо говорит Лев со злой усмешкой.

Ада не отвечает ему и начинает отсчёт.

Первый раунд. Ада, словно повинуясь загадочному голосу в голове, выбрасывает бумагу. Лев, не моргнув глазом, показывает камень. Победа за Адой. Она старается не выдать волнения, но её рука нервно дёргается. Остальные участники наблюдают с не меньшим напряжением, Лебедь выкрикивает слова поддержки, но они лишь отвлекают, поэтому Сокол затыкает его.

Второй раунд. Ада выбирает ножницы. Лев демонстрирует камень. Лев побеждает. Ада чувствует, как напряжение нарастает. Кажется, она начала поддаваться его давлению. Лев смотрит на нее так, словно уже одержал победу, в его глазах плещется зловещая уверенность.

Третий раунд. Ада вновь показывает ножницы. Лев тоже. Сердце Ады замирает. Ничья.

Последний раунд. Напряжение достигает своего пика. Ада старается прочитать мысли Льва, но его лицо — непроницаемая маска. Она закрывает глаза, пытаясь отбросить все сомнения, и делает свой выбор. Она показывает ножницы. Лев показывает бумагу.

Волна облегчения чуть не сносит Аду с ног, Лебедь позади начинает весело кричать, Зайка обнимает её и говорит, что она молодец. Но Ада смотрит только на Льва.

Он, казалось, даже не пошевелился. Его каменное выражение лица ничуть не меняется, но Ада замечает, как напрягаются его челюсти, а в глазах вспыхивает ярость. Он не произносит ни слова, но его взгляд красноречиво говорит о том, что он не собирается так просто сдаваться.

Внезапно вся радость от победы померкла. Ее захлестнула тревога. Теперь Лев, вероятно, будет ещё более опасным и непредсказуемым противником

Змея передаёт ей карту победы. В её глазах отчётливо видна радость, но также и зависть. И Ада понимает её эмоции. Девушка принимается рассматривать эту карту. Это почти что самая обыкновенная игральная карта пикового короля. Единственное, что отличает её — золотой цвет и толщина.

— Ладно, это, конечно, здорово всё, но нам ещё нужно придумать, как добраться до цели, — говорит Рысь.

— Кот сказал идти на север, — отвечает задумчиво Ада.

— А где вообще север? — резонно спрашивает Лебедь.

Волк давится смешком и закатывает глаза.

— Чего? — возмущается Лебедь. — Откуда я должен знать? Ты сам то откуда знаешь?

Волк скрещивает руки на груди, хмыкнув.

— Скажем так, я специалист.

Ада качает головой, опять он за свое.

— А разве у тебя не было карты, ты упоминал? — подаёт голос Зайка. — Ты её смотрел?

Волк утвердительно кивает.

— Ну — у, покажешь? — вздёргивает бровь Лиса. Волк немного мнется, но всё же раскладывает карту перед всеми.

— О! — радуется Рысь. — Тут есть отметка. Только бы ещё понять, где мы…

— Мы здесь, — показывает пальцем Волк.

— А это что за отметка? — спрашивает Лебедь, указывая на красное пятно. — Фу, это кровь что ли?

— Это у меня из носа пошла, — сухо отвечает Волк. Тон его звучит правдоподобно, но Ада странно косится в его сторону. Слышала она уже такую отмазку.

— Выходит, выдвигаемся завтра? — неуверенно спрашивает Ада.

— Да, чем раньше, тем лучше, — кивает Змея. — Нужно будет придумать, куда запихать припасы.

— Можно положить в листья, они плотные и большие. Только бы найти, чем завязать… — отвечает Рысь.

— Верёвками на шее, — подаёт идею Сокол.

Когда обсуждения наконец-то заканчиваются, участники расходятся в разные стороны, не отходя слишком далеко от костра. Ада чувствует, как ее кожа жутко зудит, и испытывает сильное желание войти в воду. Но неизвестность того, какие монстры могут плавать рядом, пугает.

Она ищет глазами Волка, но натыкается на Льва и Лису, обсуждающих что-то в отдалении. Это определённо напрягает. Придётся бдительно следить за этими двумя ночью. Лучше вообще не ложится спать, ну или поочередно сидеть на стреме.

Ада находит Волка, идущего вдоль берега в противоположную от костра сторону. Он оборачивается, взглянув на Аду, и вскидывает вверх руку, подзывая её. Ада послушно бредет за ним, но перед этим берет с собой клинок, не желая оставлять его рядом с другими участниками ни на секунду.

Когда она подходит, Волк сидит у берега, смотря задумчиво и тяжело на водную гладь.

— О чем думаешь? — Ада садится рядом.

— Какова вероятность что кто-нибудь укусит меня за ягодицу, если я залезу в воду?

— Ну, если я буду на берегу, а не с тобой, то нулевая.

Волк фыркает от смеха, прислонив руку ко лбу.

— Ты невозможна!

— Невозможно остроумна?

— Я бы сказал, невозможно великолепна.

Ада толкает его в плечо.

— Ой, не льсти мне.

Девушка подумывает, что сейчас самое время отдать ему карту и тянется к карману.

— Вот, она твоя.

Дыхание Волка спирает, а улыбка так и замирает на лице.

— Ты уверена? Потому что я не стану отказываться со словами "ты выиграла её честно, ты заслужила победу".

Ада прыскает и грубо пихает ему карту в руки.

— Вот и отлично, я такого бреда слышать не хочу, — немного подумав, она говорит. — Осталось совсем чуть-чуть. Как ты себя чувствуешь? Зная, что ты в шаге от спасения брата.

— Если честно, — парень тяжело вздыхает. — Не могу понять. Я рад, но в тоже время трясусь только об одной мысли об этом. Не знаю… Что если он будет против? — с отчаянием произносит он.

— Будет против спасения? — удивляется Ада.

— Ха, знаю, звучит странно. Но мы с ним не в слишком тёплых отношениях — всю жизнь как кошка с собакой. Никогда не понимали друг друга, имели разные взгляды… По большей части, я сам в этом виноват.

— Но ты все равно решил спасти его.

— А как иначе? — с болезненной тоской произносит Волк.

Ада бережно берет его руки в свои и заставляет посмотреть на себя.

— Послушай, не знаю, что между вами было, но главное то, что все ещё можно исправить. Пока вы оба живы, всё обратимо.

— Спасибо, — признательно шепчет парень, уткнувшись в плечо девушки. Когда он отстраняется, его лицо серьёзнее некуда.

— Есть ещё кое-что, о чем я должен сказать.

— М?

— На острове есть оружие.

— Что? Погоди, откуда ты знаешь?

— Это была моя информация.

— Ты же говорил, что ты спрашивал личное!

— Иногда твоя наивность поражает. Думаешь, я один, кто соврал?

— Не знаю… Но тогда ты должны сказать остальным.

— И вооружить потенциальных соперников?

— Тогда что ты предлагаешь?

— Двигаться отдельно от остальных.

Ада смотрит на него, не веря, что он мог такое предложить.

— Хочешь бросить их?

— Думаешь, если бы у них была карта и оружие, они бы не бросили тебя? — скептично спрашивает Волк, приподняв брови.

— Неважно, что они бы сделали, — сердито отвечает Ада, вырывая руку. — Важно, чего я не хочу делать.

Волк вздыхает.

— И что ты предлагаешь? Ты ведь сама понимаешь, что некоторые участники представляют опасность. А с оружием они решат устроить бойню ради победы и плевать, что всё решено. Эта игра в камень ножницы лишь формальность. Думаешь, Лиса или кто-то другой смирились с поражением.

— Да знаю я! — вспыхивает Ада. Объяснения Волка звучат логично, от того ещё тяжелее.

— Но я не хочу их бросать. Ну, Льва я бы с радостью бросила, конечно…

— Твоё геройство нас погубит.

— Уходи один, — резко бросает Ада и встаёт, но Волк тянет её за руку обратно, не позволяя уйти. Девушка раздражена и пытается вырваться, но парень крепко прижимает ее к себе.

— Глупости, милая, — бурчит он где-то в районе шеи. Ада поеживается.

— Милая? — усмехается девушка.

— Могу продолжать называть госпожой. Так тебе больше нравится? — лукаво спрашивает Волк.

— Ну — у — у, меня устраивают оба варианта.

Плечи Волка содрогаются в немом хохоте, а потом он вздыхает, отстранившись и говорит.

— Я не уйду.

— Рискуешь из-за меня?

— Раз ты не оставляешь мне выбора… да, шучу я, не бей! Но за оружием я пойду один.

— Это ещё почему?

— Тебе лучше оставаться с остальными, так безопаснее.

— А что если ты не сможешь вернуться? — беспокоится Ада.

— Ну, надеюсь, этого не произойдёт.

— Я скажу Соколу, чтобы пошёл с тобой. Что? Не смотри на меня так. Одному идти не вариант, сам подумай, а кандидатуры лучше не найти.

— О, представляю, как он обрадуется, — саркастично отвечает Волк.

— Ну, причин отказываться у него нет, другие участники смотрят на него с подозрением, поэтому, думаю, он с радостью воспользуется шансом слинять.

— Ты ему доверяешь? — серьёзно спрашивает Волк.

Ада глубоко задумывается.

— Думаю, он надёжный. Более-менее.

Волк в который раз за вечер вздыхает.

— Хорошо.

— Скажем остальным, что вы пошли на разведку вперёд. Лучше не говорить им об оружии раньше времени, а то крыша съедет.

— Хорошо, — повторяет Волк.

Ада рассеянно кивает и устремляет взгляд на океан.

Вода, спокойная и чернильная, тихо плескается о берег, лаская слух. Ада смотрит на лунную дорожку, тянувшуюся по поверхности воды и представляет как встаёт на неё ногами и шагает прямо, не сворачивая, представляет как в конце дороги её ждёт заслуженная награда: покой и умиротворение.

В душе девушки столько переживаний, тяжёлых мыслей, что они угнетают ее, и она отчаянно пытается избежать этого. Завтра будет тяжёлый день, трудные испытания, возможно, она не переживет этот этап, но сегодня ещё осталась эта ночь. Такая безмолвная и прекрасная.

— Хочу ополоснуться! — решается Ада.

— Решила стать кормом для обитателей океана?

— Они сдохнут, как только я войду в воду.

Волк смеётся.

— Идёшь? Или трусишь? — с вызовом спрашивает Ада, и парню ничего не остаётся как принять вызов.

— Ладно. Надеюсь, никто не пойдёт нас искать, — ворчит он. — Отвернись, я разденусь.

— Отвернуться? — вскидывает брови Ада. — Тебе напомнить, что я уже видела тебя голым?

— Раздеваться в романтической обстановке одно, а когда планируешь помыться — другое.

Ада отворачивается, бубня себе под нос.

— Чего я там не видела?

И сама принимается раздеваться несмотря на то, что парень стоит за её спиной и может все видеть. Но Аде как-то плевать на это. Она подходит ближе и медленно входит в тёплую воду. Освежиться, конечно, вряд ли выйдет, но зато смоется пот.

Девушка погружается в воду по шею и, к счастью, не ощущает рядом присутствия другой живности. По тихому всплеску она понимает, что Волк уже зашёл в воду и тоже принялся смывать с себя песок и грязь.

Закончив, Ада оборачивается и замечает, что Волк стоит к ней спиной по пояс в воде, обливаясь водой.

Его спина с широкими плечами словно выточена из гранита. Лунный свет падает на нее, подчеркивая каждый изгиб и линию, словно высекая фигуру из тьмы.

На его спине вырисовываются продольные шрамы, как от удара хлыстом, и сердце девушки вновь болезненно сжимается при виде этого. Сколько же ему пришлось пережить?

Ада подходит сзади, проводя линию на его спине, Волк вздрагивает, но не поворачивается.

— Это от отца?

— Да, — хрипло отвечает он.

— Почему он так поступал? — спрашивает девушка печальным голосом.

— Ошибки — непростительны. Всё должно быть идеально, — повторяет он как робот не свои слова. — Идеальное оружие в его руках.

— Ты ведь… ты был убийцей? — тяжело сглотнув спрашивает Ада.

— Да, — жёстко отвечает Волк, мускулы на его спине напрягаются. — Убивал по приказу отца многие годы.

— Он заставлял тебя это делать с самого детства?

— В семнадцать. Я устранил первую цель в семнадцать.

Волк говорит холодно, безэмоционально, так будто он давно абстрагировался от чувств жалости к жертве. Он не произносит слова "человек", лишь цель.

— Твоего брата он тоже заставлял это делать?

— Мой брат был куда сильнее меня, он скорее бы умер сам, чем убил кого — о. А я?.. Я нет. Но я лишь… лишь хотел защитить его, если бы я отказался выполнять приказы, то отец его... — дыхание перехватывает, и он так и не договаривает.

— Твой брат… он в опасности из-за отца?

— Нет, отец уже мёртв, — Ада не решает спрашивать, как именно он умер. — Но он сыграл в этом большую роль.

— У тебя не было выбора, — сдавленно отвечает Ада.

Волк поворачивается в ней, упираясь злым взглядом.

— Не говори так. Это несправедливо по отношению к тем, кого я убил.

— Но тобой манипулировали!

— Не имеет значения.

— Послушай, — просит Ада.

— Нет, — хлестко обрывает Волк. — Не говори ничего. Прошу.

В воздухе повисает напряженная атмосфера, никто не шевелится. То, в каком состоянии они находятся, добавляет ко всему прочему неловкости. Ада не знает, как ей поступить. Выйти из воды или остаться стоять, пока Волк не заговорит. Какой из вариантов самый неловкий? И сколько придётся так стоять?

Девушка всё же выбирает первый вариант. Медленно она натягивает на себя одежду, краем глаза замечая, что Волк поступает так же. Одевшись, она немного топчется на месте, но в итоге разворачивается и уходит. Парень быстро нагоняет её, перекрывая путь. Ада останавливается, избегая его взгляд.

— Скажи, что не боишься меня, — просит он с мольбой в голосе.

— Не боюсь, — с твёрдой уверенностью отвечает Ада, все-таки подняв на него взгляд. На его лице выражается недоверие. — Но ты не желаешь в это верить. Ты сам боишься себя.

Волк сокрушенно опускает голову, отступая на шаг. Но Ада делает шаг к нему, притягивая для поцелуя. Он получается грубым, смазанным и настойчивым. Это не просто касания губ, это попытка доказать, что она говорит правду.

Ада злится на него, ведь видит схожесть в их эмоциях — она тоже не может простить себя. Лицемерие. Она точно такая же, но не хочет, чтобы он был таким.

Она кусает его губы, ее зубы царапают его кожу, и она чувствует вкус крови на языке. Это ведь то, чего он хочет? Наказания?

Внутри Волка тоже что-то ломается. Его сдержанность, его холодное спокойствие — все это рушится под напором ее ярости. Он отвечает на ее поцелуй с такой же силой, притягивая ее к себе еще ближе, стискивая талию до красных отметин. Он впивается в ее губы, пуская кровь. Её и его, она теперь смешивается воедино.

Это не поцелуй, а битва. Битва за право на боль, за право на ярость. Волк, словно зверь, вырвавшийся из клетки, выплескивает все то, что он так долго держал в себе. Он не хочет быть сдержанным, не хочет быть хладнокровным, он хочет почувствовать, ощутить ее гнев так же сильно, как она ощущает его.

Они сломленные, неправильные подчиняются общему безумию. Слезы стекают по щекам, попадая в рот, смешиваясь с алой кровью.

Буря эмоций затихает, накал ярости начинает снижаться и вместо болезненных касаний появляются нежные, трепетные, а после совершенно невинные и чистые.

Ада отстраняется, с теплом заглядывая в блестящие от слез глаза возлюбленного. В ответ он смотрит с неменьшей заботой. В их головах поселяется мысль, одна на двоих.

Может, они ещё смогут обрести спасение в друг друге.