Набравшись сил, я попытался связаться с Сивкой-Буркой по нейтринной линии. Это была самая надежная и защищенная связь, которую к тому моменту смогла освоить человеческая раса. Общение, построенное на потоке нейтрино, его принцип, оказался чрезвычайно прост – стоит только выбрать направление, по которому должны побежать эти нейтральные частицы – и дело сделано.

Главная трудность заключалась в выборе направления., но мы научились справляться с трудностями.

Патрульный звездолет пыхтел, но ничего вразумительного ответить не мог. Из отрывочных редких фрагментов я понял, что звездоход, именуемый Дружком, стиснут силовыми полями и был не в силах сбросить гравитационные оковы, и это при том, что нейтрино – нейтральная по своей сущности частица.

Те же ощущения я пережил несколько недель назад, когда меня заключили в подземное узилище архонтов. Меня, правда, не удалось лишить возможности перемещаться, даже сдвинуться на минимальное расстояние, а вот с моим средством передвижения, в древности именуемым кораблем, видимо, поступили куда более жестко. Его вообще лишили возможности предпринимать хотя бы какие-нибудь действия. У него, например, в запасе хранилось звездное топливо, но пустить его в ход патрульный межзвездник мог, только вырвавшись из тисков Ди.

От собравшихся в трактире култухов не укрылось подавленное настроение, с которым я вернулся в подвал. Да, я теперь был силен, мог позволить себе совершать самые вычурные поступки, но без звездоступа, это были не более, чем детские шалости.

Неожиданно во мне проснулся революционный оптимизм. Я заявил, что собираюсь проникнуть в таинственные недра заклятого врага.

Сидевший рядом знаток земной литературы – он сам себя называл критиком, – отрицательно покачал головой.

– Не вздумай.

– Почему? – спросил я.

– Скоро узнаешь. Стоит тебе только объявить о своих намерения или хотя бы, пусть даже тайно, намекнуть на них, случится страшное. Обитель арзонтов воспарит в небо и отправиться в дальние края, куда тебе вовек не добраться, а на тебя спустят орду «черных плащей». Даже если ты сумеешь отбиться от них, избавиться от других наскоков вражьей силы тебе не удастся. Черные плащи вопьются в тебя подобно жутким кровососущим тварям, которых ваши писменники называли комарами, причем каждый из этих «комаров» способен с такой силой вонзить жало в твою биологическую плоть, что очень скоро ты будешь обездвижен и переместишься в темную пещеру, в которой тебе пришлось коротать свой недолгий век.

– То есть как это воспарит? Летает по воздуху?..

– Выйди и посмотри на чудо чудесное, лихо неизбывное, с помощью которого арзонты и их механические слуги приструнят тебя. Если не уймешься, с тобой расправятся как с теми бунтарями с Хорда, обнаружившими и попытавшими высадиться на Фигуркарии в надежде положить конец злу. Взгляни вон на тот столик. Тебе эти перистые, с птичьими клювами никого не напоминают?

Я посмотрел в указанную сторону, и в памяти возникли хроники спасения Хорда, оформленные во что-то похожее на роман, который был включен в учебную программу по словесному творчеству.

Я промолчал, а про себя загадал – попробовать-то можно?

Кто может запретить сталкеру-одиночке выбраться на поверхность? Или точнее – сталкеру-зазнайке проявить свои немалые способности, которые отмечали у меня мои учителя.

Дело давнее… Я умственно перелистал страницы истории. Там попытался отыскать ответы на вопросы, которые ставила передо мной жизнь. Особенно мне нравилось заниматься летописями, посвященными появлению моих предков, первых особей в серии искусственных людей, сумевших сохранить в мыслительном облаке все, что завещали мне мои прародители-бибрионы.

…моя прародительница была сотворена из лосиной и волчьей плоти. Она явилась первой искусственной особью, способной произвести потомство, которое с тех пор называют «землянами». Это на Земле мы «люди», вертикально ступающие двуногие áнтропы, обладающие мозгом, расположенным в верхней части туловища, называемой черепной коробкой, и решившими перестроить свои природные возможности для полетов к звездам?

А в космосе мы «земляне»!

Если какой-то не в меру наивный потомок будет утверждать, что способен сам, своими силами, с помощью своих приобретенных от ходячих предков способностей и органов, освоить космическое пространство, его ждет глубокое разочарование.

Я припомнил вопросы, по которым меня гоняли на выпускных экзаменах в Академии.

Как быть с длительностью полетов. С радиацией?

С воздухом, едой и питьем? Как справиться с гравитацией и неизбежными отказами техники, без чего не обойтись в полете, ведь перемещение даже до ближайшей звезды занимало около четырех световых лет.

Но главное – как быть с моралью, основанной на нравственном подходе к осуществлению жизни, без чего невозможно правильное перемещение в тайдú.

* * *

Я выбрался из груды камней, в которое меня завел старик-гробокопатель, где было устроено место отдыха и встречи с друзьями.

В небе творилось что-то невообразимое…

Расположенный к северу остроконечный пик неспешно всплывал над привычным географическим местоположением, и в этой целенаправленной, внушающей ужас, неодолимой плавности я нутром ощутил неотвратимую и скрытую угрозу.

– От этого монстра укрыться можно? – поинтересовался я у сопровождавшего меня любителя земной литературы.

Тот кивнул, потом, вздохнув, добавил.

– Тебе придется постоянно укрываться от этого Кощея – за камнями, за любыми другими природными объектами, за литературными героями, а иначе…

– Что иначе?..

– Обнаружит и затопчет. Останки втянет внутрь, там по полной программе изучит. Все о тебе узнает, если не сумеешь сохранить свою целостность.

– Ну, это вряд ли, – самонадеянно возразил я. – Меня другой вопрос интересует – имеет ли эта дьявольская обитель датчики на верхней поверхности?

– Я не знаю. Я на него не взбирался.

– Надо проверить, – заявил я. – А ну-ка запустим мы в сторону этой дьявольской обители искусного наблюдателя. Пусть там порыщет в облаках…

Пожилой култух не без удивления взглянул на меня.

– Так не бывает.

– Бывает. Только надо с запасом подзарядиться. Пошли в зал. Там ты поведаешь, куда обычно летает этот монстр и что он высматривает на планете. Я смотрю, вы тут вполне оформились в тайное общество, только и мечтающее освободиться от этого огрызка зла?

Култух долго и внимательно разглядывал меня.

– А ты не продашь?

– Нет, – заверил я. – Не продам.

– Смотри, а то мы враз тебя в подземелье засунем.

Я усмехнулся – о чем спорить с «примитивным гуманоидом», однако от этого вульгарного и оскорбительного сравнения мне стало не по себе. Пообщавшись с местными дракоидами, я не рискнул бы называть култухов примитивным и диким народом, и эта уверенность родила бесспорную мысль – сидя под гнетом арзонтов, они очень быстро освоили незамысловатые логические посылки и сумели сделать правильные выводы.

На них можно положиться, но с осторожностью.

– В путешествиях по воздуху они отслеживают, что происходит на поверхности? – предположил я.

– Догадался! – воскликнул пожилой култух. – Я уж думал, ты никогда не додумаешься. То, что находится под днищем их горной обители, они отслеживают без ошибок, а как они наблюдают за верхней полусферой, не могу сказать.

– Это мы сейчас проверим. Ты на всякий случай спрячься в трактире. Мне так спокойней.

Критик, не говоря ни слова, нырнул в каменный мешок, где был спрятан вход в подземное питейное заведение.

Неожиданно оттуда высунулась голова.

– Может, тебе чем-нибудь помочь?

Я кивнул.

– Если можешь, разыщи Санчо Пансу и Дон Кихота. Я тут прикинул – ваш Санчо Панса, оказывается, тертый мужик.

– Сделаем…

Я дождался, когда старый критик скроется в каменном подземелье и, пробираясь между камнями, добрался до убежища, скрытого за грудой огромных скальных обломков. Отсюда, из-за вставшей почти вертикально плиты можно было понаблюдать за всплывавшей дьявольской обителью хозяев.

И вовремя!..

Летающий горный массив, увенчанный остроконечным пиком, развернулся и направился в мою сторону. Перемещался он в метрах ста от поверхности. Над тем отрогом, в недрах которого был спрятан трактир, он снизился и завис, после чего долго сканировал местность. Его луч более чем на полметра вглубь не проникал.

Это давало мне шанс…

Наконец, пик под названием Аус, в котором таилось логово арзонтов, с необыкновенной скорость воспарило в небо. Когда враг повис над хребтом, в недрах которого был укрыт трактир, я, не теряя времени, с помощью нейтринного луча, самого тоненького, который только смог соорудить, отсканировал доступную мне часть этой дьявольской горы. Подправив настройку, отважился взлететь выше этого летающего монстра и, включив миниатюрное разведывательное устройство, принялся не торопясь, осторожно прощупывать внутренние помещения этого замка Кощея.