Налетевший ветер гнал тяжёлые свинцовые тучи по небу, закрывая осеннее солнце. Пора дождей, предшествующая зимним холодам, только начиналась, напитывая влагой землю, чтобы уберечь её от трескучих морозов, нередких в этих краях, так что умение Рика открывать порталы пришлось как нельзя кстати.

Как только Настасья показала на карте, отыскавшейся у Скилура, где находится дом её бабушки, перед нами тут же замерцал портальный переход, дающий возможность добраться без проблем хоть за тридевять земель. Правда, так далеко нам было не нужно, но хмурящееся небо и первые капли дождя к прогулке по оврагам и буеракам не располагали, поэтому озвученное Родериком предложение восприняли все с радостью.

Буквально один шаг, сделанный в белесую мглу, напитанную магией, отделял нас от нужного места, поэтому мгновение спустя мы уже находились в десятке метрах от избушки, стоящей на пнях посреди поляны.

Вокруг стеной возвышался дремучий лес, наполненный разными шорохами и звуками, заставляющими неосознанно держаться ближе к Рику, настороженно оглядываясь по сторонам. Обычно я спокойно ощущала себя в лесу, но то ли дали о себе знать потрясения прошедших дней, то ли густые тени под вековыми деревьями не вызывали доверия, но, так или иначе, смешливое настроение будто ветром сдуло, сменившись сосредоточенной настороженностью.

Да и совесть напомнила о себе сварливым ворчанием по поводу того, что вместо прогулок по заповедным лесам, лучше бы мне вернуться домой, к отцу, который наверняка не находит себе места от переживаний. Но разве могла я упустить, возможно, единственный шанс узнать о том, что может нам с Родериком помочь в дальнейшем? Уж точно нет. Тем более Киран, наверняка, предупредит родителя, что я с драконами. А с таким сопровождением не страшно оказаться даже на краю света. Вот только, взбучки мне точно не избежать.

Медальон на груди слегка нагрелся, будто отражая моё внутреннее состояние. Подарок Пламелии жил своей жизнью, я чувствовала в нём искру элементаля, а не как в прошлый раз висел на шее пустой побрякушкой, значит, Элька со мной. Но если она не проявилась — опасности, как таковой, поблизости нет. Тогда почему так тревожно на душе?

Где-то в ветвях ухнула сова, словно предупреждая о гостях, и ветхая дверь заскрипела, открываясь, казалось бы, без чьей-либо помощи.

Настасья, взявшаяся нас сопровождать, без тени страха направилась к ней, мне же стало не по себе от ощущения постороннего взгляда в спину. В подтверждение моих мыслей, неподалёку хрустнул сухой сучок и зашелестел в кронах ветер. Хотя, ветер ли?

— И как только люди живут в подобных местах? — передёрнув плечами, пробормотал себе под нос Скилур, решивший последовать за нами.

— Когда видишь, кто прячется в чаще, чувствуешь любопытство наблюдающего, а не исходящую от него опасность, то вполне себе ничего, — ответил Рэйв, тем самым заставив вспомнить о том, что он ментальный маг и знает о чём говорит.

— И кто же за нами наблюдает? — уточнила, следуя правилу, что предполагать — это хорошо, но точно знать — гораздо лучше.

— Так кикимора там, — обернувшись, ответила Настасья, услышавшая наш разговор, махнув рукой в сторону чащи. — Скучно ей, вот и наведывается к бабуле в гости. Не переживайте, она не буйная и вреда не причинит.

Что ж, хоть это радует.

— Сколько же мы ещё не знаем об окружающем нас мире? — покачал головой Рик.

— Или, скорее, не хотим знать, — вновь заговорил Рэйв.

Со стороны избы послышался довольный смешок, и в дверном проёме показалась старушка, весьма колоритной внешности. Знаю, что разглядывать в упор человека не прилично, но я ничего не могла с собой поделать, пялясь, открыв рот, на длинную светлую рубаху до самых пят, подпоясанную сплетёнными между собой осенними листьями. На босые ноги, выглядывающие из-под подола, на седые волосы, заплетённые в тугие косы и стянутые на затылке в «улитку». Довершали картину под названием «Лесная старушка» — бусы из красных ягод рябины, чередующихся с желудями. Старушка, видимо, о правилах приличия тоже забыла, а может, и не знала их вовсе, так что отвечала тем же, пристально разглядывая нашу притихшую компанию.

— Умный малец, правильно мыслишь, — проскрипел старушечий голос, — вы привыкли жить в селениях, нагруженные бытовыми проблемами по самые уши, поэтому закрываетесь от природы, от знаний, которые она дарит каждому желающему, а потом ещё жалуетесь то на короткий век, то на больную спину…

— Опять ты, ба, со своими нравоучениями, — чмокнув морщинистую щёку, попеняла её Настасья. — Ну, здравствуй.

— И тебе не хворать, Ягоза, — улыбнулась ей старушка, погладив по голове. — А это и есть твой мужчина, о котором ты рассказывала? — лукавый взгляд сверкнул из-под седых бровей, вперившись в покрасневшего от смущения Скилура. Мда-а, не замечала я раньше за ним подобного. — Хорош, ничего не скажешь. И, смотрю, нервы крепкие, держится, охранный знак не чертит, как другие. В общем, одобряю твой выбор, наш он человек. Ну, а эти щеголята чего здесь забыли?

— За советом мудрым к тебе пришли, — произнесла молодая женщина, ободряюще нам кивнув.

— За советом? Помнится, её мать много лет назад тоже ко мне приходила, — крючковатые палец указал на меня, — но, видимо, не сгодился ей мой совет, если девчонка росла как тростинка в поле — одна одинёшенька. Или, не последовала она ему. Жаль, ладная была девица, вот только опустошённая изнутри, веры в ней не было ни на капли, но, оно и понятно, пережить такое… Ладно, заходите, коли пришли.

Старушка отступила вглубь дома, давая нам возможность пройти. Обижать хозяйку отказом не хотелось, пришлось принять приглашение. Да и дождь начал накрапывать всё сильнее, подталкивая укрыться под крышей.

Стоило сделать шаг за порог, как полумрак комнаты тут же развеялся от вспыхнувших огоньков, правда, замерцали они в пустых глазницах звериного черепа. Но, чего я ждала в таком-то месте?

Сделав вид, что не заметила эту «особенность» местного освещения, я прошла в горницу, под одобрительное пофыркивание старушки. Ну, что тут сказать? Похоже, не одной кикиморе здесь скучно, вот и развлекается ведьма по мере своих сил и возможностей.

— Так что за совет вы хотите получить, по какому поводу? — спросила старушка, махнув рукой в сторону двери, и благодаря пронёсшемуся по комнате сквознячку, та захлопнулась, когда последний гость оказался в доме.

— Они хотят знать об Озере душ, — ответила за нас Настасья.

— Мёдом вам что ли там намазано? — проворчала бабуля. — Ну, раз хотите знать, ваше право. Но, разговор будет непростым, так что без особого чая на травках, нам не обойтись.

— Давай, в этот раз без чая, — хохотнула молодая женщина, — и без травок. А то придётся потом по лесу искать нашу гостью или спасать местную нечисть от разбушевавшихся драконов.

— Нет, так нет, — хитро подмигнув, закивала старушка.

«Сдаётся мне, нас не просто чаем хотели напоить, — послышался в голове голос Рэйва, — не доверяю я ей, и вам советую держать ухо востро».

— Ась, ты что-то сказал, милок? — зыркнув в сторону младшего принца, поинтересовалась ведьма.

— Молчал он, бабусь, — вновь подала голос Настасья, под настороженное переглядывание братьев.

— Что ж, значит, почудилось, — беспечно пожала та плечами, но в уголках губ спряталась лукавая улыбка.

Похоже, Рэйв прав, и она действительно не так проста, как хочет показаться. Эх, и куда же я снова влипла, а заодно втянула и остальных? Но, как бы то ни было, а страх отступил, зато появилась уверенность, что мы пришли туда, куда надо.

* * *

Подбросив в печку дрова, вмиг затрещавшие в жарком пламени, старушка села на лавку и задумчиво посмотрела на меня.

— Обычно Озеро душ ищут, чтобы получить какое-либо ценное знание, которое унёс в мир иной предок. Например, куда спрятал сокровища или где лежит завещание. Из-за подобного ищут озеро в большинстве случаев, вот только вряд ли находят. Остальные — хотят получить сильного хранителя для рода. Тебе же, насколько я вижу, не нужно ни то, ни другое. Кладами и драгоценностями ты не грезишь, в хранителях у тебя высший элементаль, являющийся частичкой самой Богини огня — сильнее и не придумаешь. Так что же тебе нужно от озера на самом деле? Силы природы не любят лукавства, так что будь честна, но в первую очередь сама с собой.

— Я не привыкла лукавить, — порывисто ответила ей.

— Верю, — закивала старушка, — но порой, истинная причина прячется настолько глубоко, или осмыслить её настолько страшно, что проще прикрыться выдуманной, поверив в неё.

— Я не понимаю о чём вы, — злость начала подниматься неконтролируемой волной. Злость и… страх, почувствовав который, я опешила.

— Вот, вижу, ты кое-что почувствовала, — взгляд старушки будто проникал в душу. — Первый шаг к осознанию — это принятие. Закрой глаза и отдайся течению мысли, оно приведёт тебя к истине, я помогу.

Сухая морщинистая ладонь цепко обхватила запястье, но вместо того, чтобы одёрнуть руку, я, как ни странно, последовала её совету.

Водоворот мыслей закрутился с невероятной силой, унося меня в воспоминания, где я, совсем малышкой, сидела у отца на коленях и спрашивала о маме. Ярко вспомнились его скупые рассказы и первое признание, что она к нам не вернётся, вспомнились те ощущения острой боли в сердце и огромной потери, буквально разрывающие душу и… неверие. Отец не знал, о чём говорит. Если бы он заглянул в мамины книги, если бы поверил в магию, если бы… Ох, сколько же было этих «если». Но он смирился, приняв то, что Скайры больше нет как данность. Отец никогда не верил в сказки и легенды, а может, перестал верить в тот момент, когда любимой женщины не стало. Я же всю свою жизнь в тайне надеялась, что мама к нам вернётся, и эта надежда грела меня всю недолгую жизнь, особенно когда появилась Марфа. Я никогда никому об этом не говорила, и даже не признавалась самой себе, но где-то в глубине подсознания эта вера жила, а после и вовсе подтвердилась во время разговора с Пламелией. Вот только, в тайной пещере Тёмных фениксов, когда элементалька рассказывала о жизни моих предков, о том, что многие уставшие от череды перерождений, не возвращаются, червячок сомнений начал подтачивать эту веру. И сейчас, услышав от Настасьи об Озере душ, где можно поговорить с предками, я хотела убедиться…

— В чём убедиться? — выдернула меня из череды воспоминаний старушка, словно слышавшая мои мысли.

— В том, что мамы среди них нет, — наконец, призналась самой себе.

Я хотела знать правду, но в то же время боялась её. Что если она среди предков? Что если Пламелия была не права, сказав, что та вернулась в мир, где родилась? Что если она устала от жизни, как и многие до неё..? Опять эти «если»…

Да, я боялась, ведь пока не знаешь — надежда ещё живёт. Но и тешить себя иллюзиями — это не правильно.

После странного сна, где мама оградила меня от прячущейся во тьме опасности, её незримое присутствие ощущалось постоянно. С одной стороны — это радовало, но с другой — пугало жутко. Поэтому появившаяся потребность в правде, ещё недавно тлеющая маленьким огоньком, теперь пылала ярким пламенем.

— Я рада, что ты нашла в себе силы это признать, девочка, — вновь заговорила старушка. — Именно эта жажда истины тебя и приведёт в нужное время, к нужному месту. Поверь в это, не совершай ошибку своей матери, не ищи то, чему ещё не подошёл срок. Не торопи события, и всё будет хорошо.

Выходила из дома ведьмы со смешанными чувствами. С одной стороны — ответа на свой вопрос я так и не получила, не узнала, где именно находится сакральное озеро, но с другой, обрела нечто большее — способность прямо смотреть в лицо своим страхам.

Распрощавшись со старушкой, мы вновь воспользовались порталом созданным Родериком, и вернулись в стан егерей, где задерживаться не стали и, помахав на прощание Скилуру и Настасье, шагнули в мерцающее марево, пройдя сквозь которое, оказались возле ворот академии.

Вечерние сумерки опускались на землю густой пеленой, зажигая в небе первые звёзды и наполняя воздух неповторимой свежестью. Очередное приключение осталось позади, но в этот раз усталости и опустошения я не ощущала, что было весьма кстати, поскольку силы для предстоящего разговора с отцом мне очень даже понадобятся.

Рэйв, порывисто притянув меня к себе, под недовольное ворчание брата, и хлопнув того по плечу, умчался по своим делам. Мы же с Риком отправились к домику помощника смотрителя.

— Я зайду с тобой, чтобы объяснить всё отцу, — первым заговорил дракон.

— Давая, для начала, я поговорю с ним сама.

— Но…

— Так будет лучше. Не хочу, чтобы он сходу «засветил» тебе в глаз и обвинил во всех смертных грехах. Мне он точно ничего не сделает, — опережая вопрос Родерика, улыбнулась я, — а вот тебе сейчас может достаться ни за что.

— Это меня не пугает, — настаивал Рик.

— В твоей смелости я даже не сомневаюсь, поверь, но будет лучше, если наше совместное будущее начнётся не со скандала.

— Как скажешь, милая, — смиренно согласился тот, но задорный блеск его глаз говорил о том, что он что-то задумал.

— Ри-и-ик..?

— Что, дорогая?

— Признавайся…

— В чём, любовь моя?

— Что у тебя на уме?

— Ничего такого, чего бы ты не одобрила. Просто, когда закончишь разговаривать с отцом и поднимешься в комнату, зажги в окне огонёк. Тогда я буду знать, что всё хорошо и успокоюсь окончательно. Обещаешь?

— Хорошо, обещаю, — согласилась я, но ощущение некоего подвоха не отпускало.

Стремительный, но нежный поцелуй обжёг губы, заставив охнуть и заозираться по сторонам, под насмешливое фырканье Родерика.

— Никто не видел? Неудобно как-то. Что о нас подумают?

— То, что в этом мире на одну счастливую пару стало больше, — проникновенно рыкнул дракон, без труда справляясь с моими попытками отойти от него подальше.

— Да ты оптимист, — хохотнула, прекрасно понимая, что именно промелькнёт в головах адепток при виде того, как принц целует обычную девчонку.

— Скорее, реалист, но об этом мы поговорим позднее, — ответил он, решительно подтолкнув мою млеющую тушку к двери дома, напротив которого мы как раз остановились. — Удачи тебе, Цветочек.

— Она мне очень пригодится, — пробормотала себе под нос, поднимаясь по ступеням.