Ли Цзэ очень старался не выдавать беспокойства, но от Су Илань ничего не утаишь: пришлось делиться тревогами.

В мире смертных прошло уже двадцать лет, а Небесный император так и не объявился. Конечно, бессмертные воспринимают время иначе, но следов-то его тоже отыскать не удалось – как в воду канул! Ли Цзэ воспользовался небесными техниками поиска, перевернул, как говорится, Небо и Землю, но всё впустую. У него было зеркало Чжэньли, оставленное ему Небесным императором, но то ли оно не обладало поисковыми способностями, то ли Ли Цзэ не умел им правильно пользоваться, вот только оно вообще ничего не показывало теперь, какие бы вопросы он зеркалу ни задавал. А если с Небесным императором что-то случилось?

Су Илань засмеялась.

– Разве это смешно? – потрясённо спросил Ли Цзэ.

– Видишь ли, – сказала Су Илань, оборвав смех, – мне очень сложно представить это «что-то». Мы ведь говорим о Небесном императоре, который ещё и бог к тому же. А тот, другой, Владыка демонов. Лично я с ними не знакома, но представляется мне, что таких голыми руками не возьмёшь. И если их до сих пор не удаётся разыскать, то, полагаю, они не хотят, чтобы их нашли, а если они сами не захотят, то никто их и не найдёт.

Ли Цзэ понимал, что, вероятно, всё обстоит именно так, как предположила Су Илань, а он просто накручивает себя, но поделать с собой ничего не мог. У него было обострённое чувство ответственности, которое сейчас отягощалось чувством вины.

– Я начальник охраны Тяньжэня, – мрачно сказал Ли Цзэ, – и не уследил за ним.

– Ты начальник охраны, а не нянька, – возразила Су Илань. – И Небесный император не дитя малое. Если бы что-то случилось, мы бы об этом узнали.

– Как? – не понял Ли Цзэ.

Су Илань хихикнула и объяснила:

– Если бы что-то случилось, волна духовной силы возмездия была бы такой сильной, что опоясала бы всю Поднебесную, а вести о массовой резне или падении царства летят быстрее ветра. Думается мне, если бы что-то или кто-то угрожало безопасности Небесного императора, Владыка демонов сдерживаться бы не стал. Однако же ничего подобного в мире замечено не было.

Ли Цзэ вынужден был согласиться, что это похоже на правду. Выплеск духовных сил такого калибра не остался бы незамеченным. Но он всё же подумал, что неплохо было бы посоветоваться с небесными мудрецами. Может, подскажут ему какую-нибудь технику, позволяющую удостовериться, что с Тяньжэнем всё в порядке. Ли Цзэ бы этого хватило, чтобы со спокойной душой продолжать ждать.

Ли Цзэ все эти двадцать лет не покидал мира смертных. Отчасти, разумеется, потому что Небесный император поручил ему проследить за строительством павильона, который примет представителей трёх миров на грядущем подписании мира. Но только отчасти. Другой – и первой! – причиной было нежелание Ли Цзэ расставаться с Су Илань. А вдруг опять пропадёт куда-нибудь? Разыскивать её ещё тысячу лет Ли Цзэ был морально не готов. Уж лучше держать при себе и не выпускать из вида. Поэтому решение было только одно.

– Илань, а почему бы нам не слетать в Небесный дворец? Поглядишь на свои будущие владения, к богу красоты заглянем, если тебя всё ещё смущает этот шрам…

Шрам Су Илань смущал, ещё как! Но змея соглашаться не спешила. Она вприщур поглядела на Ли Цзэ и уточнила:

– На чьи владения?

– В Небесном дворце у меня всего лишь покои, – с лёгким смущением сказал Ли Цзэ, – но ты можешь выбрать себе любой из свободных павильонов дворцового комплекса, если мои тебе не понравятся. Священная змея, я полагаю, должна обладать определённым статусом на Небесах. У каждого бога, к примеру, есть собственный павильон, а у некоторых даже по два.

– Зачем? – поразилась Су Илань. – Они что, раздваиваются, чтобы жить сразу в двух?

– Чтобы самоутвердиться, – возразил Ли Цзэ, – и продемонстрировать другим собственную значимость.

Су Илань презрительно фыркнула:

– То есть пыль другим в глаза пустить?

– Есть такое, – согласился Ли Цзэ.

Су Илань обстоятельно и в красках, не удосужившись воспользоваться метафорами, но не поскупившись на эпитеты, сказала, что думает по этому поводу, и прибавила, что павильоны ей и даром не нужны, потому что большую часть времени она всё равно прячется за пазухой у Ли Цзэ, а для «всякого такого» и каморки будет достаточно.

– Для всякого такого? – покраснев, переспросил Ли Цзэ.

Су Илань не ответила, но многозначительно поиграла бровями, а после поинтересовалась, каким образом Ли Цзэ думает отправить её на Небеса.

– Думаю, ты меня до Небес не дошвырнёшь даже с твоей божественной силой, – совершенно серьёзно рассуждала Су Илань. – Они же высоко.

– Да ты что! – изумился Ли Цзэ. – Я проверю – быть может, столп вознесения уже починили, а если нет, так воспользуюсь собственной духовной силой, чтобы перенестись в Небесный дворец.

Су Илань развеселилась. Её позабавила мысль о вознесении: монахи совершенствуются тысячи лет, чтобы вознестись, а она с лёгкой руки Ли Цзэ – фьють! и уже на Небесах. Да они себе бороды с досады вырвут, если об этом услышат!

– Интересно было бы поглядеть, – со смехом сказала Су Илань и, заметив вопросительный взгляд Ли Цзэ, уточнила: – Сверху вниз на этот мир. Когда возносишься, видно же? Змеи высоко подниматься не умеют, разве только на верхушку дерева влезть и поглядеть на окрестности, но не больно-то далеко видно.

Ли Цзэ ответил неопределённым мычанием. Когда он спускался, то по сторонам не глядел. Не до того было. Но если возноситься неторопливо и обстоятельно, то, вероятно, можно много чего увидеть. Он попробовал вызвать столп вознесения, но с Небес упал только тоненький лучик, который сразу же рассыпался бледными искрами и растаял.

– Не починили, – сделал вывод Ли Цзэ и рассердился. Чем они там занимаются? Неужели до сих пор не смогли найти причину поломки? Нужно первым же делом после вознесения объявить смотрителю порицание.

Ничего не оставалось, как воспользоваться духовными силами и перенестись на Нижние Небеса. Су Илань проделала этот путь у Ли Цзэ за пазухой и ничего толком не рассмотрела, да и не смогла бы: перенос, в отличие от вознесения, предполагал мгновенное перемещение из одной точки в другую, даже если исходная и конечная находились в разных мирах.