Нижние Небеса напомнили Су Илань человеческий посёлок: шумно, многолюдно, воздух наполнен запахами еды, благовоний и косметики. Ли Цзэ объяснил ей, что здесь живут рядовые и разжалованные небожители, забытые боги исчезнувших цивилизаций, которым никто не поклоняется, а значит, и утратившие силу. А еще целая плеяда различных духов и фей, духовные силы которых слабы и не позволяют им подняться на небесный ярус выше.

Ли Цзэ первым же делом направился к столпу вознесения, который пронизывал все небесные ярусы насквозь и таким образом связывал их. Выглядел он на первый взгляд как обычно и, похоже, работал. Ли Цзэ увидел, что из столпа вышла какая-то фея, вероятно, вернувшаяся со Средних Небес. Он нахмурился и подошёл к смотрителю столпа вознесения Нижних Небес, который, как и полагалось, сидел поодаль за низким столиком и должен был следить за перемещениями небожителей и вообще за порядком. Смотритель был страшно занят ни тем, ни этим, а разложенной на столе головоломкой из разноцветных камушков, которая никак не складывалась. Он был из духов и – судя по специфическому душку, от него исходящему – принадлежал к касте жуков-навозников. Ли Цзэ строго его окликнул, смотритель тут же вскочил и вытянулся по струнке.

– Что с порталом? – прямо спросил Ли Цзэ. – Почему его до сих пор не починили?

Смотритель пролепетал, что портал работает только между Небесами, но наотрез отказывается переносить кого-то в другие миры.

– Отказывается? – удивилась Су Илань. – У него что же, есть собственная воля?

Ли Цзэ затруднялся ответить, как именно работает столп вознесения. Он совершенно точно реагировал на духовные силы возносящихся и спускающихся с Небес и редко ошибался. Пожалуй, он обладал неким сознанием, позволяющим ему делать выводы: незаслуженно вознестись он не позволял, к примеру, даже если уровень духовных сил у призвавшего его был впечатляюще велик. Но на памяти Ли Цзэ это было впервые, чтобы столп вознесения устроил забастовку.

– И как теперь быть? – растерялся Ли Цзэ. Впрочем, ответ он и так знал: справляться собственными силами, а если оных не хватает, то сиди дома и даже не мечтай о вознесении или сошествии.

Су Илань отпустила бы по этому поводу ехидную шуточку, но не успела. Громыхнуло громом и молнией буквально в двух шагах от того места, где они с Ли Цзэ стояли, и в клубах дыма появился долговязый мужичонка с рогатиной в руках. Такие использовали при охоте на змей.

– Я тебе своё место не отдам! – завопил он, размахивая рогатиной. – Змеиный бог я и таким останусь ещё тысячу лет!

Су Илань очень не нравилось, когда перед её лицом чем-то размахивали. Тем более палками. Тем более какие-то сомнительные личности, называющие себя змеиными богами. Прежде чем Ли Цзэ успел вмешаться и прояснить явное недоразумение, Су Илань превратилась в полноразмерную белую змею и, широко раскрыв пасть, издала такое шипение, что с пресловутого Змеиного бога сдуло шапку, а сам он, видно, не шибко храбрый, скорее храбрящийся, выронил рогатину и плюхнулся на пятую точку. Су Илань превратилась обратно в человека и с превосходством воззрилась на поверженного врага.

– Зачем так сразу из себя выходить, Ваше Змейство? – жалобно вопросил мужичонка. – Я с превеликим удовольствием сменю ранг на «змеиного бога и пустынь», раз уж я песчаная гадюка.

Ли Цзэ смущённо кашлянул в кулак и объяснил Су Илань, как обстоят дела на Небесах с одинаковыми богами. А потом объяснил Змеиному богу, что тот ошибся, приняв Су Илань за нового бога змей, явившегося оспаривать его власть.

– Су Илань – священная змея, – сказал Ли Цзэ, – сродни духам или небесным зверям, а не богам.

Змеиный бог сразу же приободрился, встал, отряхнул одежду и, поигрывая бровями, сказал, как он рад, что одной змеёй на Небесах стало больше, и что не мешало бы им поближе познакомиться, раз уж они оба «змейской породы»… Думается, если бы он положил руку Су Илань на плечо, как и намеревался, та бы его укусила, поскольку терпеть не могла, когда в её личное пространство вторгался кто-то, кроме Ли Цзэ.

Но Ли Цзэ отбил руку Змеиного бога ещё на подходе и сказал сурово:

– Су Илань – моя супруга. Я бы попросил её не домогаться… никоим образом.

Су Илань нотка уксуса в голосе Ли Цзэ даже понравилась, хотя супругами они ещё не стали. Её вообще мало заботили формальности, но Ли Цзэ сказал, что свадьбу они устроят по всем правилам, вот только прежде нужно с делами разобраться, чтобы ничто не отвлекало.

Змеиный бог сразу же пошёл на попятную и уверил, что у него и в мыслях не было кого-то домогаться. Он лишь хотел завести приятное знакомство с сородичем. Су Илань этого не оценила: ядовитых змей она не любила, а тех, кто хотел примазаться к ней, тем более. Она превратилась в змею и юркнула к Ли Цзэ за пазуху, подразумевая, что разговор окончен. Змеиный бог явно был разочарован, но у Ли Цзэ было непроницаемое лицо, а богов с такими лицами Змеиный побаивался, тем более что «украшения» на ворота Небесного дворца развешивал именно Ли Цзэ, а небожители за глаза поговаривали, что не все из них на совести Владыки демонов. И конечно же, не стоило забывать о растянутой над воротами шкуре бывшего змеиного бога. Повторить его судьбу Змеиному богу нисколько не хотелось, поэтому он предпочёл ретироваться.

– Ваше Змейство, – с улыбкой позвал Ли Цзэ, – можешь вылезать.

Су Илань недвусмысленно продемонстрировала, что новый титул ей по вкусу не пришёлся. Ли Цзэ поморщился, но укус сразу же затянулся: на Небесах силы богов возрастали многократно. Су Илань это явно озадачило, и Ли Цзэ морщился всю дорогу до Средних Небес. Ибо священной змее приспичило проверить скорость регенерации бога войны, и он был закусан по всем правилам. На один особенно глубокий и болезненный укус Ли Цзэ шлёпнул ладонью по груди в том месте, где свернулся за пазухой змеиный демон. В ответ раздалось возмущённое шипение, потому что силы Ли Цзэ не пожалел и змею хорошенько приплюснуло.

– Не кусайся, – назидательно сказал Ли Цзэ, – не то вытащу тебя за хвост и всю дорогу буду нести так.

– Эй, ты же Нерушимую Клятву принёс, что не будешь хватать меня за хвост! – возмутилась Су Илань.

– Я принёс Нерушимую Клятву, что не буду хватать тебя за хвост и тянуть или хватать тебя за хвост и раскручивать над головой, – уточнил Ли Цзэ. – А про то, чтобы хватать тебя за хвост и нести, речи не было.

– Это унизительно! – расшипелась Су Илань. – Нельзя так обращаться со священными змеями!

– В воспитательных целях – можно, – однозначно сказал Ли Цзэ и сунул руку за пазуху, но Су Илань значительно уменьшилась в размерах, и поймать её оказалось не так-то просто: она просачивалась сквозь пальцы или выскальзывала из них, как угорь, которого рыбак попытался схватить руками. – Хватит, дай себя поймать!

– Ещё чего! – пропищала Су Илань. Голос у неё стал тонким и писклявым. Видно, иначе разговаривать в таком мелком виде было невозможно.

Ли Цзэ несильно прихлопнул одежду на груди ещё раз, решив, что змеиный демон усвоил урок, и сказал:

– Прежде отправимся на Средние Небеса. Там живёт Третий мудрец. Мне нужно посоветоваться с ним насчёт Тяньжэня.

– Третий мудрец? – переспросила Су Илань уже обычным голосом. – Их что, так много, что приходится вести им строгий учёт?

– Доподлинно неизвестно, сколько небесных мудрецов живёт на Небесах, – сказал Ли Цзэ, усмехнувшись. – Я знаком лишь с тремя дюжинами и наслышан о ещё двух десятках, но их явно больше сотни.

– Куда столько? – неподдельно удивилась Су Илань.

Ли Цзэ пожал плечами, но заметил, что небесных мудрецов не зря так называют: они знают почти всё на свете.

– Почти, но не всё же, – с долей ехидства заметила Су Илань. – Я тогда тоже мудрецом считаться могу, потому что много чего знаю.

– Можешь, – согласился Ли Цзэ, – но вряд ли тебе захочется отращивать усы и бороду. Принято, чтобы небесные мудрецы имели облик седоголовых, седобородых и седоусых старцев в белых одеждах.

– Белые одежды у меня уже есть, – фыркнула Су Илань.

Ли Цзэ между тем сказал, что негласным правилам следуют далеко не все мудрецы, но им приходится превращаться в стариков, когда требуется их присутствие на каких-то дворцовых советах или сходках по обмену премудростями: принято считать, что мудры только убелённые сединами старцы.

– Не факт, – возразила Су Илань убеждённо. – Полоумные и слабоумные чаще встречаются.

Ли Цзэ тоже так думал, но в дела мудрецов предпочитал не вмешиваться. Ему и своих забот хватало.