Недопёсок поёрзал, поскрёб лапой за ухом и даже по сторонам поглядел, но ясности ему это не прибавило. Тогда он наклонил голову набок и уточнил:

– Где я должен сидеть?

– Слишком много и слишком часто есть – вредно для здоровья, – терпеливо объяснила Хуа Баомэй, – ты должен выработать режим питания.

Сяоху потрясённо уставился на неё. Он уже как-то пытался выработать силу воли, а теперь от него требуют каких-то невероятных поступков. Лисы всегда наедаются впрок, а что не влезет – припрячут и съедят позже. Это лисьему здоровью только на пользу: чем сытее лиса, тем гуще у неё шерсть и роскошнее хвост.

– Есть будешь дважды в день, – сказала цветочная фея, – утром и в обед.

– А как же ужин? – жалобно спросил Недопёсок.

– Никаких ужинов, – категорично сказала Хуа Баомэй.

Сяоху пригорюнился и попытался отстоять хотя бы лисоперекус, но цветочная фея была неумолима и непреклонна:

– Никаких лисоперекусов.

На Недопёска было жалко смотреть. Уши у него поникли, а морда вытянулась в унылое рыло. Он положил лапы на пузо, пощупал его, проверяя толщину жирка. Глаза у него внезапно вспыхнули, и он торопливо сказал, надеясь спастись:

– Но ведь бонзы и должны быть пузанами!

– А кто передними лапами до задних достать не может? – строго спросила Хуа Баомэй.

– Я, – уныло ответил Сяоху.

– Поэтому ты будешь меньше есть и в два раза чаще делать лисью зарядку, – постановила цветочная фея.

Недопёсок вильнул хвостом и, всё ещё не теряя надежды, предложил:

– А можно есть столько же, но лисью зарядку делать в четыре раза чаще?

– Нельзя, – отрезала Хуа Баомэй.

– В пять раз чаще?

– Нет.

– А в де…

– Нет.

Недопёсок сник.

– Умеренность в еде – добродетель, – сказала шелкопрядная фея.

«А сама коржики за обе щёки уплетает!» – подумал Недопёсок обиженно.

Хуа Баомэй сейчас же отобрала у шелкопрядной феи блюдо с коржиками и сказала, многозначительно поигрывая бровями:

– А мы подадим ему пример и будем соблюдать тот же режим питания, что и Сяоху.

Садовые феи сразу поскучнели.

– А чаепития? – уточнила шелкопрядная фея.

– Чай пить можно, коржики чаем запивать нельзя, – сказала Хуа Баомэй.

– А не запивая чаем? – вклинился Недопёсок, надеясь подловить цветочную фею, но она хорошо знала лисьи повадки, потому в ловко расставленную ловушку не попалась и сказала:

– Никаких коржиков. Ни с чаем, ни без.

– Эх, – с завидной солидарностью вздохнула садовая братия.

– А что делать, если на меня лисий жор нападёт? – не унимался Сяоху.

– Что-что нападёт? – не поняла цветочная фея.

– Лисы, если оголодают, накидываются на всё подряд, – объяснил Недопёсок. – Что, если я сгрызу собственную лапу? – И он театрально вытянул лапу и лисомученически на неё воззрился.

– Я прослежу, чтобы ты не оголодал, – пообещала Хуа Баомэй. – Диета – это не голодовка, не преувеличивай.

– Значит, лисоперекусывать можно? – просиял Недопёсок.

– Нельзя, – не попалась и на этот раз цветочная фея.

– Ы-ы-ых, – с надрывом вздохнул Недопёсок, но Хуа Баомэй и это не проняло. Она взялась за Сяоху всерьёз, слова у неё с делом не расходились.

Недопёсок оглашал небесные сады лисьими жалобами и даже изображал голодные обмороки, но цветочная фея ожесточила своё сердце и не поддавалась ни на слёзные мольбы, ни на угрозы протянуть лапы. Она строго следила, чтобы Сяоху соблюдал режим, и не давала ему поблажек. Коржиков тоже.

От исключительно правильного питания хотелось по-собачьи выть. Нет, конечно же, лисы всеядны: мясо и рыба, фрукты и овощи, корешки и травки – всё это лисы едят с превеликим удовольствием. Недопёска возмущало не что он ест, а как и сколько. Чтобы подсластить пилюлю, Хуа Баомэй вознаграждала его старания-страдания цукатами, но цукаты – это не коржики!

Кротовый бог был пойман на контрабанде – попытался подсунуть Недопёску горсть конфет под видом удобрений для ростка души – и был с позором изгнан с полей правильного питания. Нечего искушать сидящих на диете чернобурок!

Но с лисами ни в чём нельзя быть уверенным.

– Не понимаю, – сказала Хуа Баомэй, проверяя лисье пузо Недопёска через месяц строгой диеты, – оно нисколько не стало меньше, наоборот. Так, может, дело вовсе не в коржиках?

– Не в коржиках, не в коржиках, – согласился Сяоху, а садовые феи дружно закивали. Коржиков хотелось всем.

Хуа Баомэй со вздохом объявила, что коржики есть можно, раз дело не в них, и Недопёсок сейчас же набил полную пасть лакомств и захрумкал ими с нескрываемым удовольствием.

Он-то знал, что дело вовсе не в коржиках, а в лисьих запасах из цянькуня, которые он тайком выуживал и поглощал, когда в животе начинали трубить лисьи фанфары.

Если уж кого и винить, так сушёных мышей, а коржики – те точно ни при чём!