Сек мужик в лесу перелет (дрова, которые пролежали лето срубленными. Рубят обыкновенно весной для обдирки скал, потом оставляются, и если скалы драли близко, то на следующее лето срубленные березы употребляются на дрова), насек поленницу и ушел. Только приходит на другой день рубить дрова, а поленница вся раскидана в разные стороны. Что за оказия, кто раскидал? Кажись, и прийти некому да некогда. Собрал мужик дрова, принялся опять рубить, нарубил, склал в поленницу и ушел. Назавтра опять приходит, смотрит — дрова опять раскиданы. Плюнул мужик да и говорит: «Видно, леший поленницы у меня раскатывает». Только что помянул лешего, вдруг, откуда ни возьмись, приходит к нему мужик. «Давай, — говорит, — дядя, помогу». — «Помоги, помоги». В это время мужик колол березовый кряж (бревно), коим заколачивал. «Суй, — говорит, — вот руки-то в щель, раздери мне кряж-то». Тот только засунул руки в щель, мужик лишь выколунул клин-то. Э! Тот и заорал нечеловечьим голосом, да ну бежать с кряжем-то, и рук выдернуть не может. «Ладно, — говорит мужик, — потом поленниц раскидывать не будешь».

Да ну бежать с кряжем-то, и рук выдернуть не может (рис. Л. Альбрехта)