73. АМЕТИСТ

Ксеро медлит несколько мгновений, не сводя с меня глаз, словно взвешивая серьезность моей простой просьбы. Мы лежим на боку, лицом друг к другу. Тишина между нами затягивается, и я почти жалею, что рассказала о том, что сделали те люди во время принудительного кормления.

Я уже собираюсь сказать ему, чтобы он об этом забыл, но он медленно и размеренно кивает. От этого движения у меня по спине бегут мурашки.

Он откидывается на спину, мышцы его торса напрягаются и перекатываются при каждом движении. Я любуюсь его рельефными грудными мышцами, четкими линиями пресса, необузданной силой широких плеч. Его замысловатые татуировки оживают в завораживающем танце теней и чернил.

Предвкушение и нервозность пронизывают меня до глубины души, пульс учащается с каждым вздохом. Я не могу отвести взгляд, когда он приподнимает бедра, и его боксеры сползают вниз, обнажая твердую плоть. Его член высвобождается, пирсинг ловит солнечный свет, и по комнате разлетается каскад мерцающих отблесков.

У меня перехватывает дыхание, и я прикусываю губу. Ничто — даже этот силиконовый фаллоимитатор — не сравнится с ним по красоте.

Взгляд Ксеро не отрывается от меня, он сверлит меня взглядом, как будто читает каждую мою скрытую точку. Воздух между нами сгущается, заряженный напряжением, которое потрескивает на моей коже, как статическое электричество.

— Видишь что-то, что тебе нравится, маленький призрак? — спрашивает он, и его глубокий голос вызывает восхитительную дрожь.

Мое дыхание учащается. Мой взгляд останавливается на руке, обхватывающей основание его члена.

— Вообще-то, много чего.

Он проводит пальцами вверх и вниз по своему члену один раз, второй, задавая медленный, чувственный ритм, от которого набухает мой клитор.

— Ты такая чертовски красивая, — говорит он, и его слова окутывают меня, словно клубы дыма. — Я хочу боготворить каждый сантиметр твоего тела. Я хочу целовать каждый шрам, каждую отметину, потому что ты — единственная богиня, которой я поклоняюсь.

В животе разливается жар, дыхание учащается. Его слова опьяняют, возбуждают слух. Впервые я чувствую, что на меня смотрят не как на сломленную женщину, а как на человека, достойного любви и желания.

— Покажи мне, как сильно ты меня хочешь, — бормочу я с другой стороны матраса.

Взгляд Ксеро опускается на мою обнаженную грудь, его движения вокруг члена ускоряются.

— Я хочу поцеловать эти великолепные сиськи.

Я выгибаю спину.

— Вот эти?

— Да, — рычит он, и в его голосе слышится неприкрытое желание, — они идеальны.

По моей спине пробегает дрожь, когда он проводит языком по губам. Я хочу, чтобы этот рот ласкал мои соски. Я хочу, чтобы эти руки гладили мою грудь.

Словно прочитав мои мысли, он замедляет движения вверх и вниз по своей длине, словно дразня меня. В ответ напрягаются мышцы моего живота.

— Я хочу, чтобы ты извивалась подо мной. Я хочу слышать, как ты произносишь мое имя со стоном, — продолжает он, и его голос становится хриплым от возбуждения. — Я хочу вкусить нектар твоей сладкой киски, почувствовать, как дрожит твое тело, когда ты кончаешь, — только для меня.

Мое сердце бешено колотится от неприкрытой искренности его слов. Я тоже хочу всего этого.

— Черт, я хочу погрузить свой член в твою тугую киску, — рычит он, его рука двигается все быстрее, а глаза темнеют от желания. — Я хочу чувствовать твой влажный жар вогруг моего члена, видеть твое лицо, когда ты сгораешь от удовольствия.

Его непристойные высказывания разжигают огонь в моем либидо, сжигая затянувшийся страх. Внутри меня нарастает жар, и моя киска становится скользкой от возбуждения. Мои соски напрягаются. Дыхание становится прерывистым. Невольно я прижимаюсь к нему всем телом по матрасу.

— Ксеро, — шепчу я дрожащим от желания голосом.

Он не сводит с меня глаз, ускоряя движения рукой по члену.

— Поговори со мной. Скажи, чего ты хочешь.

— Я хочу тебя, — стону я едва слышно. — Я хочу, чтобы ты тоже меня трогал.

— Погладь эту прелестную киску. Пусть она замурлычет, — приказывает он хриплым голосом.

Между ног у меня пробегает приятная дрожь, клитор ноет. Когда я раздвигаю бедра, он наклоняется, чтобы рассмотреть меня поближе. Я провожу пальцем по своим припухшим губам, и мы оба стонем.

— Хорошая девочка. Ты влажная для меня? — он хрипит.

— Да, — шепчу я.

Ксеро не сводит с меня пристального взгляда. Мышцы его руки напрягаются при каждом движении, а дыхание становится тяжелее, в такт движениям ладони.

Я повторяю его движения, исследуя свою влажность, и мои пальцы скользят вниз от клитора к истекающему сокам входу.

Воздух между нами звенит от напряжения, все чувства обостряются. Комната исчезает, и остаются только мы двое, запертые в этом пузыре удовольствия. Но этого недостаточно. Мы слишком далеки друг от друга. Пространство между нами на матрасе кажется пропастью.

Губы Ксеро приоткрываются, и я слышу тихий стон, который ласкает мою кожу. По мере того как звук становится громче, он пронзает меня до глубины души.

— Я хочу, чтобы мой язык был на твоей киске, чтобы я мог почувствовать твой вкус и заставить тебя кричать мое имя. Тебе бы этого хотелось, моя маленькая призрачная девочка?

— Черт, — стону я. — Да.

Придвинувшись ближе, он прижимается губами к кончику моего плеча, вызывая взрыв искр.

— Еще?

— Пожалуйста.

Его губы опускаются к выпуклости моей груди, оставляя на моей коже дорожку желания. Каждое движение его языка посылает электрические разряды к моему жаждущему клитору.

Он не прикасается ко мне пальцами — только ртом. Я придвигаюсь ближе, пока рука, поглаживающая его член, не ударяется о мое бедро. Мышцы моей киски сжимаются, не находя опоры, нуждаясь в его пальцах.

— Я никогда никого не хотел — ничего не хотел — так сильно, как хочу тебя, — говорит он, прежде чем втянуть мой сосок в свой горячий рот.

Ощущения пронзают меня в солнечном сплетении с такой силой, что я издаю сдавленный стон. Язык Ксеро кружит вокруг моего затвердевшего соска, а затем всасывает его с такой силой, что я прижимаюсь к его большому телу.

От этого прикосновения я издаю довольное рычание. Я хватаюсь за его волосы, притягивая его к себе. Я хочу, чтобы он никогда меня не отпускал.

Его язык продолжает дразнить и мучить мою чувствительную вершинку, пока каждый нерв не начинает гореть. Мои бедра трутся о матрас, я отчаянно хочу большего. Я выгибаюсь навстречу его прикосновениям, с моих губ срывается умоляющий стон, пока он продолжает ласкать мое тело языком.

Когда губы Ксеро с тихим шлепком отрываются от моего соска, мне хочется кричать. Но затем его губы скользят вниз, и каждое прикосновение вызывает волны экстаза.

— Скажи мне, что тебе нужно, маленький призрак, — шепчет он, касаясь моей кожи.

— Твой рот, — говорю я между прерывистыми вдохами. — На моей киске.

Его губы движутся ниже, вниз по моему животу, задерживаясь, чтобы обвести языком его пупок, а затем еще ниже, к лобку. Он целует, покусывает, посасывает и дразнит мою кожу, заставляя меня ворочаться на спине и жаждать продолжения.

Когда его горячее дыхание касается моей киски, мои бедра инстинктивно вздрагивают в поисках его прикосновений. Кончик его языка дразнит мою промежность, и я закатываю глаза. Мое тело дрожит, разум затуманен от непреодолимой потребности. Каждый нерв пылает от необузданного желания.

— Кончи для меня, маленькое приведение. Наполни мои уши звуками твоего удовольствия.

Его нос упирается в мой клитор, и я вскрикиваю.

— Ксеро!

Вибрация его смеха, отдающаяся в моих влажных складках, вызывает новую волну возбуждения, и я вздрагиваю. Затем его язык проникает между складок и кружит вокруг моего клитора. Я сжимаю его волосы и стону:

— Да! Вот так.

— Ты такая чертовски вкусная, — шепчет он, лаская мою разгоряченную плоть. — Как будто ты создана для того, чтобы я тебя ел.

Я прижимаюсь к его лицу, стремясь получить удовольствие.

— Вот так, детка. Используй меня. Бери то, что тебе нужно. Я твой.

Я запрокидываю голову и вздрагиваю. Каждое движение его языка посылает волны удовольствия по моему телу, подталкивая меня ближе к краю. Ксеро чередует мягкие облизывания с более жесткими поглаживаниями, его руки никогда не вторгаются внутрь.

— Еще! — кричу я. — Пожалуйста.

Его язык скользит к моему отверстию и погружается в него с дикой страстью. Я стону, вцепившись в его платиновые волосы. Пока он трахает меня языком, его палец медленно, дразняще обводит мой клитор.

Мои бедра дергаются и сжимаются, усиливая трение. Напряжение нарастает, и ощущения зарождаются глубоко внутри меня. Вот оно. Я сейчас кончу.

Удовольствие нарастает, становясь все сильнее с каждым бешеным ударом сердца. Я бессвязно бормочу, не понимая, умоляю ли его о большем или о том, чтобы он никогда не останавливался.

Ксеро не сбивается с ритма, доводя меня до такого экстаза, что мое тело содрогается. Я цепляюсь за простыни, балансируя на грани забвения.

— Я близко, — шепчу я дрожащим голосом.

— Вот так, детка. Кончи мне на лицо, — рычит он, уткнувшись в мою промежность.

Ощущения нарастают, превращаясь в бурю, которая обрушивается на меня, наэлектризовывая каждый нерв. Оргазм сотрясает мое тело, заставляя мышцы сжиматься и пульсировать. Эйфория переполняет меня, пока перед глазами не начинает все плыть.

Когда волны экстаза стихают, я протягиваю руку и запускаю пальцы в платиновые волосы Ксеро, поднимая его с моих ног. Мое тело все еще дрожит от пережитого удовольствия, я хватаю ртом воздух. Когда наши губы наконец встречаются, это всепоглощающий, безумный и страстный поцелуй, словно мы пытаемся слиться воедино.

Я чувствую свой вкус на его губах и стону. Ксеро углубляет поцелуй, его язык изгибается, исследуя мой рот. Я хватаюсь за его плечи, притягивая его ближе, жажду ощутить его всего, и наслаждаюсь его рычанием.

Все мое существо сосредоточено только на нас двоих, на нашем переплетенном дыхании, слившихся губах, скольжении наших тел. Его руки исследуют мою кожу, оставляя огненные следы, от которых мне хочется сгореть в огне нашего желания.

— Ты — моя зависимость, — стонет он в поцелуе. — От одного твоего вкуса мне хочется передозировки.

— Это было невероятно, — шепчу я ему в губы, мой голос все еще дрожит от силы пережитого оргазма.

— Было? — рычит он. — Я с тобой еще не закончил.