43. ИЗ ДНЕВНИКА МЕЛОНИ КРОУЛИ

Четверг, 13 августа 2010 года

Увидев, как Эми выносит моего ребенка в коридор, я словно выплеснула ведро холодной воды, чтобы прийти в себя. Я погналась за ней, спрашивая, какого черта она делает с Хитом.

Она рассказала мне, что Шарлотта приходила в спальню, угрожая задушить его, пока я спала. Эми пыталась защитить ребенка от призрака.

У меня упало сердце. Она прошла путь от видений с мертвыми женщинами до действий, направленных на борьбу с воображаемыми угрозами.

Я отвела Хита обратно в комнату и спустилась вниз, чтобы разбудить Лайла. Он смотрел на меня с дивана в гостиной мертвыми глазами, пока я объясняла, что только что произошло. Потом он на несколько минут закрыл глаза.

С него хватит, и я его не виню. Вся наша жизнь выходит из-под контроля, и я понятия не имею, как это исправить.

Я снова и снова звала его по имени, пока он не прикрикнул на меня, чтобы я замолчала, потому что он пытается сообразить. Я сказала ему, что Эми нужна профессиональная помощь, и спросила, можем ли мы отвезти ее к детскому психиатру из другого города. Мы могли бы сказать им, что Шарлотты никогда не существовало. Это воображаемая подруга Эми, которую, как ей кажется, убили.

Лайл сказал, что я несу чушь. У его младшего брата проблемы с психикой. Так это не работает. Все эти разговоры о том, чтобы принести в жертву ребенка, заставили бы профессионалов вызвать полицию. Они бы допрашивали Эми сотней разных способов, пока не докопались бы до истины.

Я ждала, что Лайл, с его-то мозгами агента ФБР, найдет решение. Но он лишь закрыл лицо руками и глубоко вздохнул, словно человек на грани нервного срыва.

Хит начал капризничать, и я села на другой конец дивана, чтобы покормить его, ожидая, когда Лайл выйдет из ступора.

Он не выходил.

Когда наверху заплакала Эми, я потрясла Лайла и спросила, в состоянии ли он взять ребенка. В ответ он лишь устало кивнул, поэтому я передала ему Хита и бросилась на звук.

В ее спальне был полный беспорядок. Простыни свисали с окна, а вся ее одежда была разбросана по полу. Я искала ее в этом хаосе и услышала тихие всхлипы из-за двери шкафа.

Я не стала открывать ее, чтобы не обнаружить, что она прячется там с ножом. Вместо этого я постучала по деревянной панели и спросила, все ли с ней в порядке.

Она заплакала и сказала, что просто хотела помочь, и это разбило мне сердце. Я вспоминала прошлое, гадая, как, черт возьми, мы докатились до такого. Мы были такой счастливой семьей, пока я не объявила о беременности.

Вот тогда-то и начались проблемы, я уверена. На той неделе Эми впервые пришла ко мне и пожаловалась, что Долли отрезала ей прядь волос, пока она спала. Когда я отругала Долли, оказалось, что у нее нет волос на том же самом месте. На следующую ночь Долли пожаловалась, что ее матрас промок.

Доктор Форстер списал их выходки на соперничество между братьями и сестрами, заявив, что Эми угрожает появление на свет еще одного ребенка. Затем он выдвинул другую теорию: близнецы действуют сообща, чтобы помешать мне родить еще одного ребенка. Он посоветовал мне поговорить с ними и объяснить, что ребенок станет достойным пополнением нашей семьи.

Я была глупцом, что послушалась его. Все, что он предлагал, было равносильно наложению пластыря на гноящуюся рану.

Мне потребовалось приложить все усилия, чтобы отбросить обиду на доктора Форстера и сосредоточиться на Эми. Когда я наконец выманила ее из шкафа, она выползла, держа в руках куклу и ножницы. Я спросила, для чего это, и она сказала, что Шарлотта хотела получить прядь волос Хита.

Шарлотта хочет превратить куклу в тело, в котором она сможет жить, чтобы отомстить за свое убийство. По причинам, которые Эми не могла объяснить, Шарлотте также понадобилось несколько капель крови ребенка, чтобы завершить ритуал.

Я задала много вопросов, чтобы понять, в чем дело. Эми сказала, что убедила Шарлотту в том, что настоящий убийца вернулся в «Три судьбы». Шарлотта хотела, чтобы Эми перенесла ее душу в куклу, которую она могла бы отправить по почте в «Три судьбы», чтобы наказать Долли.

Эми — прирожденный рассказчик. Должна признать, что это изобретательный сюжет, но будь я проклята, если отдам частичку своего ребенка, чтобы успокоить плод ее воображения.

Я протянула руку и велела Эми отдать мне ножницы. Она отдала, но только после того, как уколола меня в ладонь и выступила кровь. Когда я закричала, Лайл не бросился вверх по лестнице, чтобы узнать, что случилось.

На несколько секунд я застыла, наблюдая, как Эми разбрызгивает кровь по кукле. Она думала, что делает это, чтобы спасти семью. Я задумалась, не ту ли близняшку я отправила в больницу. Может быть, я не заметила, что они обе расстроены из-за склонности Долли к драматизму.

Еще один подобный случай, и мне, возможно, придется отправить в больницу и Эми.