ДЕВЯНОСТО СЕМЬ

АМЕТИСТ

Не знаю, сказываются ли наконец многочасовые тренировки или Ксеро снисходительно относится ко мне ради записи. В просмотровом зале у нас впервые появилась возможность оценить мои боевые навыки со всех сторон, что позволило ему разобрать мою технику.

В любом случае я планирую насладиться своей победой.

Он стоит на коленях. Его грудь тяжело вздымается, пока он пытается унять боль, которую я причинила его яйцам. На его лице читается неприкрытая гордость.

Я отступаю, чтобы он не смог до меня дотянуться, не до конца уверенная в том, что наш поединок окончен. На случай, если он решит сжульничать, я прячу кинжал за спиной.

— Я победила? — спрашиваю я.

Он вскакивает на ноги с неожиданной для его состояния ловкостью и прижимает меня к груди. Затем он ухмыляется, глядя на меня сверху вниз, как дикий кот. Мое сердце бьется в груди, как птица в клетке.

— Что я говорил о том, что нельзя недооценивать врага? — рычит он. Его толстая эрекция упирается мне в живот через штаны.

Я подношу кинжал к его шее и прижимаю лезвие к его коже.

— А что я говорила о том, что нельзя недооценивать меня?

Его глаза сужаются. Уголки губ приподнимаются в ухмылке.

— Я впечатлен. А теперь положи нож и получи свою награду.

— А что, если я возьму то, что хочу? — Приставив кинжал к его горлу, я добавляю: — Раздевайся.

Он выгибает бровь, отступает на шаг, снимает пиджак и бросает его на пол.

— Ладно.

Он стягивает с себя рубашку, позволяя мне полюбоваться едва заметными шрамами, пересекающими его рельефные грудные мышцы и накачанный пресс. На экранах позади него отражается его прекрасная мускулистая спина, покрытая едва заметными шрамами, которые он, должно быть, получил за почти десять лет обучения на наемного убийцу.

Не сводя с меня глаз, он опускает руку к пряжке ремня. На периферии моего зрения несколько версий Ксеро расстегивают ширинки. Не успеваю я опомниться, как он снимает туфли и спускает брюки, обнажая свой невероятно огромный член со всеми его пирсингами.

Я не могу удержаться и облизываю губы.

— Увидела что-то, что тебе нравится, маленькая призрачная девочка? — спрашивает он с порочной ухмылкой.

Мои пальцы сжимаются на кинжале, и я сокращаю расстояние между нами. Провожу кончиком лезвия по его соскам, по прессу и, наконец, останавливаюсь у основания его члена.

Ксеро шипит. Его глаза весело поблескивают.

— Осторожнее с этим ножом, — говорит он дразнящим мурлыкающим голосом. — Ты же не хочешь случайно присвоить что-нибудь, что может тебе понравиться.

— Встань на колени.

В мгновение ока он выхватил кинжал из моих рук и приставил его к моему горлу. Эти холодные голубые глаза впились в меня, заставив волосы на затылке встать дыбом.

— Ты первый.

Черт.

Заметка на будущее: отработать технику обезоруживания.

Я опускаюсь на колени, не сводя с него глаз.

— Теперь ты доволен?

— Убери нашу одежду за ширму, чтобы мы не загораживали камеры.

Раздраженно вздохнув, я собираю свой корсет, туфли и носки Ксеро. Я тянусь за ремнем, но он выхватывает его и веревку из кучи. Жар разливается по моей киске при мысли о том, что он сделает со мной дальше, и я подавляю стон.

Я встаю, чтобы пройти в другую часть комнаты. Но Ксеро кладет руку мне на голову и говорит:

— Ползи.

У меня учащается дыхание.

— Как я буду нести одежду, если буду ползать на четвереньках?

— Зажми ее зубами.

Он берет из кучи мой кожаный корсет и свои туфли и кладет их мне на спину, как будто я маленькая вьючная лошадь. Затем он засовывает мою голову в кучу одежды и заставляет собирать ее зубами.

— Придурок, — говорю я, набив рот тканью.

— Мне что, нужно досчитать до десяти?

— Нет.

Я ползу на четвереньках. Щеки горят.

Я выиграла у Ксеро. Я продержалась шестьдесят секунд и даже ударила его коленом в пах.

И это, черт возьми, моя награда?

Подойдя к экрану, я складываю наши вещи в небольшую кучку и оборачиваюсь, понимая, что лучше не оборачиваться. Мой взгляд падает на изображения под моим телом, и вид моей колышущейся груди заставляет меня застонать.

Я оглядываюсь через плечо, чтобы посмотреть на себя со стороны, и замечаю, что мои ягодицы покраснели. На заднем плане стоит Ксеро, похожий на непристойное произведение искусства, с пирсингом на члене, сверкающим в искусственном свете.

— Видишь, как красиво ты выглядишь на камеру? — спрашивает он, сверкая глазами из-под маски.

Мои щеки пылают.

С прямыми волосами и в маске, закрывающей верхнюю часть лица, я могла бы быть кем-то другим. Женщиной, у которой есть полноценная жизнь и полноценная память, которая исследует свои сексуальные пристрастия с мужчиной, которого любит.

Любит?

Это точно не ненависть и даже не страх. Он мне нравится, и когда он не ведет себя как тиран, то превращается в милого, чуткого человека, который писал мне такие проникновенные письма.

Ксеро принимает меня со всеми моими грязными секретами и непростым прошлым. Он прогоняет мои заблуждения и помогает мне стать сильнее, открывая мне ключи к моей сексуальности, которые, как мне казалось, давно потеряны.

Раньше я сидела дома в полубессознательном состоянии, гадая, когда же начнется моя жизнь. Но рядом с Ксеро я понимаю, что по-настоящему живу. Как я могу не любить мужчину, который заставляет меня испытывать всю полноту эмоций?

— Иди сюда.

Его низкий голос вырывает меня из раздумий.

Я подползаю к нему, сокращая расстояние, и опускаюсь на колени у его ног.

— Повернись.

Я поворачиваюсь к нему спиной, стоя на коленях на экранах. Ксеро заставляет меня сцепить руки у основания позвоночника, а сам дважды оборачивает ремень вокруг моих бицепсов, прежде чем застегнуть его с характерным щелчком. Мои соски напрягаются от предвкушения, по коже пробегают мурашки. Я не могу насытиться ним, когда он берет инициативу в свои руки.

Он возвращается ко мне и присаживается на корточки, чтобы быть на одном уровне со мной.

— Дай мне свою ногу.

Я подношу левую ногу вперед, и он кладет ее себе на бедро. Он обвязывает один конец веревки под моей коленной чашечкой, а другой — вокруг лодыжки. Она сделана из шелковых волокон, которые приятно ощущаются на моей коже, но ничто не сравнится с его прикосновениями. Каждое прикосновение его пальцев посылает мурашки прямо в мое сердце.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я с придыханием в голосе.

— Ставлю тебя в наилучшее положение для камер, — отвечает он с ухмылкой.

Мой пульс учащается, когда он поднимает меня на ноги и наматывает два отрезка веревки на крюк в потолке. Я стою на одной ноге, другую подняв, как балерина, руки связаны за спиной, а корпус наклонен вправо.

Ксеро берет последний отрезок веревки, обматывает его вокруг пояса и закрепляет наверху. Затем он встает позади меня, берет меня за руку и прижимает к своей обнаженной груди.

— Э-э-э... Ксеро? — спрашиваю я. — А что с моими трусиками?

Прохладный металл касается моей кожи, и я уже жалею, что спросила. Прикрепив мой провод к потолку, он разрезает пояс моего нижнего белья, и ткань спадает. Прохладный воздух обволакивает мою киску, заставляя мышцы живота сжиматься от желания. Затем Ксеро разрезает трусики с другой стороны и собирает их в кулак.

— Надо было взять побольше веревки, — рычит он. — Потому что ты такая красивая, связанная и широко раздвинутая, чтобы я мог тебя трахнуть.

— О боже, — стону я.

— Вот именно, маленькая призрачная. И сегодня я заставлю тебя молить о божественном вмешательстве. А теперь раздвинь ноги пошире.

Он засовывает мокрые трусики мне между ног и зажимает мне рот рукой, заглушая протесты. Пока я пытаюсь вырваться, он поворачивает мою голову к экранам слева от меня.

— Видишь эту мокрую киску? Она моя.

Я сквозь ресницы смотрю на свою киску, отражающуюся в нескольких экранах. Она никогда не была такой набухшей, влажной и красной. От вида всего этого возбуждения, стекающего по внутренней стороне бедра, я стону в свой импровизированный кляп.

Он проводит толстым пальцем по моему клитору, возбуждая каждый центр удовольствия, а затем погружает этот палец в мою киску.

— И эта влажная дырочка. Она тоже моя, — говорит он, обдавая горячим дыханием мою шею.

Я не знаю, куда смотреть, потому что он повсюду. Стоит позади меня, как призрак, его присутствие ощущается на каждом экране. Его член касается внутренней стороны моего приподнятого бедра, металл его «Принца Альберта» охлаждает мою кожу.

Мои внутренние мышцы сжимаются вокруг его толстого пальца, желая большего. Моя нога, на которой я стою, дрожит, грозя подогнуться от напряжения. Я вскрикиваю, но звук заглушают кружевные трусики, которые он засунул мне в рот.

— Что такое, маленькое привидение? — говорит он с ухмылкой. — Говори по-человечески.

Я сжимаю ткань зубами. Если бы он не зажал мне рот рукой, я бы выплюнула свои трусики и заговорила. Вместо этого я издаю приглушенный стон и извиваюсь в его хватке.

Вытащив палец из моей киски, он приставляет головку члена с пирсингом к моему входу. Свободной рукой он проводит по моей груди, а затем сжимает сосок.

— Ты этого хочешь?

Я лихорадочно киваю и стону сквозь кляп.

— Раз ты была такой хорошей девочкой, думаю, я могу тебя наградить.

Он с мучительной медлительностью входит в меня. Его пирсинг добавляет еще больше удовольствия моим и без того перевозбужденным нервам. Холодный металл трется о мою плоть, заставляя меня стонать в кружевной кляп, а моя правая нога дрожит от напряжения.

— Тебе нравится, маленькая призрачная девочка? — спрашивает он, надавливая сильнее. — Тебе нравится, когда я связываю тебя и беру под контроль то, что принадлежит мне?

Я могу лишь кивнуть, сдерживая слезы.

Его зловещий смех звучит у меня в ушах.

— Я принимаю это как восторженное «да».

Секс стоя был прописан в нашем контракте, как и бондаж, кляп и отражающие поверхности. Ксеро трахнул меня в ванной между двумя зеркалами. Но ничто не сравнится с тем, как я чувствую себя в окружении этих экранов.

Это как будто ты попал в свой любимый порнофильм, где тебя трахает актер, а ты ощущаешь себя на месте главной героини.

Член Ксеро растягивает меня, дюйм за невероятным дюймом. Бусинки его «Лестницы Иакова» задевают каждую эрогенную зону. Когда он входит в меня до упора, он замирает.

— Посмотри на нас, — говорит он. Его низкий голос окутывает меня, как дым.

Рука, зажимавшая мой рот, опускается к подбородку, заставляя меня поднять голову и устремить взгляд в потолок.

— Я никогда не видел тебя такой красивой.

Я смотрю в свои зеленые глаза, которые так сильно на мокром месте, что кожа под маской блестит от слез.

— Черт, — говорю я, не вынимая изо рта трусики.

Когда Ксеро отводит бедра, он притягивает мою голову вниз, так что я смотрю на экран у нас под ногами. Вид его члена с пирсингом, выскальзывающего из моей киски, вызывает во мне волну возбуждения, заставляющую меня отклониться в сторону.

— Теперь полегче.

Его сильная рука обхватывает меня за талию, прижимая к своей груди. Когда он снова входит в меня, мое колено, наконец, подгибается. Ксеро удерживает меня в вертикальном положении, задавая устойчивый ритм, безжалостно используя меня, когда он входит в мою киску сзади.

Мои стенки трепещут вокруг его толстого ствола. Веревки впиваются в мою кожу. Мне приходится прилагать все усилия, чтобы оставаться в вертикальном положении, когда мое тело содрогается при каждом мощном ударе.

Эмоции захлестывают мою психику головокружительными волнами. Страх, возбуждение, ликование и стыд. Все навалилось на меня вихрем безумия, затягивая все глубже в пучину порока.

Я и подумать не могла, что все эти грязные фантазии, которые Ксеро бормотал в трубку, когда-нибудь воплотятся в жизнь. Не думала, что он когда-нибудь сбежит из тюрьмы, чтобы выполнить свои извращенные обещания. И вот он здесь, дьявол у меня за спиной, утаскивающий мою душу в ад.

Ксеро неутомим. От накала страстей мое сердце колотится так, словно пытается вырваться из преисподней. Каждый нерв в моем теле пылает, каждый вдох дается с трудом. Удовольствие настолько сильное, что граничит с болью.

— Еще, — хнычу я, заткнув рот кляпом.

Его смех низкий, мрачный и хриплый, грубый от неприкрытой похоти. Он трахает меня жестче, глубже, словно мое тело — игрушка, созданная исключительно для его удовольствия.

Пирсинг задевает мои эрогенные зоны, заставляя меня дергаться и сжиматься в такт его толчкам. Когда холодный металл скользит по моему клитору, перед глазами все темнеет.

Только не говорите, что он использует рукоять моего кинжала.

Мой взгляд падает на экраны под нами, и я нахожу ответ на свой вопрос. Тупой металл, влажный от моего возбуждения, скользит взад-вперед по моему покрасневшему и набухшему клитору.

Наши взгляды встречаются на экране. Выражение его лица становится садистским.

Веревка на моей ноге натягивается от моего резкого движения, и внутри меня нарастает напряжение. Мои стенки сжимаются и пульсируют вокруг его члена, но я не уверена, что это связано с приближающимся оргазмом.

— Ты думала, я не использую все имеющиеся в моем распоряжении средства, чтобы сломить тебя? — рычит он.

Я качаю головой. Слезы подступают к глазам от накала момента.

Раскаленный экстаз нарастает, пока я не оказываюсь на грани кульминации.

— Кончи для меня, маленькая призрачная.

Его движения ускоряются. Рука крепче сжимает мою талию. Его проколотая мошонка двигается в такт быстрым толчкам.

Мое тело напрягается от удовольствия, которое разливается по всему телу. Глаза закатываются. Я сжимаю кулаки, когда жар охватывает меня изнутри, и напряжение достигает пика.

— Вот так, — рычит он.

Стенки моей киски сжимают член Ксеро так сильно, что его движения замедляются. Он протягивает руку между моих раздвинутых губ и вытаскивает кляп.

— Кричи для меня.

Гортанный крик срывается с моих губ, когда каждая мышца моего тела сокращается от интенсивности оргазма. Цунами ощущений обрушивается на мои нервные окончания, и я испытываю всеохватывающее облегчение.

— Смотри на меня, — рычит он.

Мои глаза резко открываются, и я встречаюсь взглядом с Ксеро на экране. Его зрачки так расширены, что я едва различаю бледную радужку, а губы кривятся в хищной улыбке.

— Ты такая чертовски красивая, когда насаживаешься на мой член, — рычит он, прежде чем напрячь мышцы.

Его лицо искажается от похоти. Это зрелище настолько пугает, что все волоски на моем теле встают дыбом.

То, что осталось от моих инстинктов самосохранения, шепчет, что это настоящее лицо Ксеро — прекрасного монстра, стремящегося унизить меня.

Его голос стихает, когда он кончает с гортанным стоном. Его член набухает, и он наполняет мою киску теплой жидкостью.

— Сжимай мой член, как хорошая девочка. Выжми из меня все до последней капли.

Я вся взмокла, задыхаюсь, дрожу. Мои мышцы сжимаются вокруг него, пока он продолжает двигаться, доводя себя до оргазма. Он отбрасывает нож в сторону, позволяя ему с глухим стуком упасть на экран, и кладет палец на мой клитор.

— Ксеро? — говорю я, тяжело дыша.

— Ты думал, между нами все кончено? — Его голос холоден. От него у меня мурашки бегут по коже. — Ты собираешься подарить мне еще один. А после этого еще один.

Мое сердце бешено колотится, когда я понимаю, что он имеет в виду.

— О, черт.

— Вот именно, маленькое привидение. Ты моя, и я никогда тебя не отпущу.

Его слова проникают в меня, и меня охватывает восхитительный ужас.

От Ксеро не убежишь. Я полностью во власти этого хищника.