Вскоре я понял, что в одиночку эти сборы могут растянуться на несколько дней. Поэтому вернулся в замок за помощью.

Меня тут же вышли встречать Сэм и Сириус. Но подошли они позже, чем по тропе тени рядом со мной выскочил Мишель.

— Что случилось? — спросил он. — У тебя получилось?

— Всё несколько сложнее, чем я думал, — ответил я и вкратце рассказал о произошедшем и о своих подозрениях.

И уже через десять минут вместе с Сириусом и двадцатью гвардейцами я отправился обратно. С собой мы набрали мешки и коробки, в которые будем складывать осколки.

— Слушайте внимательно, — я обвел всех взглядом, сжимая в руке уцелевший кусочек минерала. — Каждый из вас получает по такому камню. Активируете сканирующие чары, настроите фокус на структуру харазита. Ищите везде: в песке, в воде у берега, в кустах. Нам нужен каждый осколок, даже размером с ноготь.

Всю ночь, а потом и весь следующий день мы занимались сборами. Гвардейцы ползали на коленях, просеивая песок, а я сам, не жалея маны, раз за разом пускал поисковые чары. Мне пришлось один раз прыгнуть в Виндар, привезти еды и палатки, о которых я просто позабыл.

Только к вечеру следующего дня я телепортировал всех назад. Мишель перехватил меня прямо у портала.

— Ну-у,? — произнёс он. — Вчера у тебя не получилось ничего толком объяснить, — он преградил мне путь. — Расскажи сейчас. Что это за камни, ради которых ты два дня копался в песке? Что за артефакт такой, что смог оставить тебя без сил?

Я повернулся к гвардейцам, которые, несомненно, устали.

— Несите всё в лабораторию к барону Вильяму Грассу. Передайте, что я скоро приду. А после можете идти отдыхать.

— Мы поняли, милорд, — ответили двое сержантов и потащили ящики.

Я же направился в замок. В малой гостиной нас уже ждал Сэм. Я упал в кресло и вкратце рассказал о «свидании». О блокировке системы, об артефакте-резонаторе и о том, что Софья фактически выставила меня дураком.

Сэм нахмурился, барабаня пальцами по столу.

— То есть получается всё это время она водила тебя за нос? На самом деле она не сумасшедшая?

Я задумался.

— Не знаю, Сэм. Всё её поведение… эх… так невозможно играть. Тем не менее, — я сделал паузу, — факты говорят сами за себя. Она не просто так оставила мне этот артефакт. И уж точно не случайно оставила каплю своей крови на скатерти.

— Про артефакт я бы еще мог подумать, что это случайность, — задумчиво произнес Сэм. — Но кровь… Тут ты прав. Вот только разве она не понимает, что даёт нам оружие против себя?

— Я думаю, она этого и хочет.

— В смысле? — спросил Сэм.

— Она хочет разорвать связь с Вефниром, и божественный механизм служит мостом.

— Думаешь, заблокировав его, она сможет стать прежней?

— Я не знаю, — ответил я.

Сэм задумался, тогда Мишель спросил.

— И что ты предпримешь?

— Иду в лабораторию. Буду разбираться с артефактом.

— Тебе нужна помощь? — спросил Мишель.

Я кивнул и тут же спросил.

— А ты уже закончил с построением межмирового портала?

— КОНЕЧНО! — усмехнулся он. — Для моего гения эта задача была легче легкого. И для активации мне не хватает только Старшей вестницы… ну и портала с драконьей планеты. Или обезьяньей, хрен их теперь разберёт.

— Ладно, — сказал я, — тогда и впрямь я от твоей помощи не откажусь.

В лаборатории прямо, на полу, застеленном плотной белой тканью, я и Мишель начали медленно раскладывать фрагменты. Моей задачей было восстановить мозаику из более чем трех тысяч осколков. Каждый из них я старался положить символом вверх.

— Смотри, Андер, — Мишель взял довольно крупный кусок, который явно был центральным. — Здесь нет ни одной лей-линии.

— Я тоже обратил на это внимание, — ответил я, рассматривая небольшой минерал. — Значит, сам артефакт не настолько сложный в плане внутреннего строения.

Мишель поднял внешний осколок, на котором сохранился фрагмент резьбы.

— Но вот это… Я никогда не видел таких символов. Какой-то из старых языков? Ты знаешь какой?

Я остановился и мысленно обратился к системе.

— «Сис, я правильно понял, что это руны не с нашей планеты?»

— «Да, — ответила она. — Это руны с планеты Талинару. Ее больше не существует».

— «Талинару?»

— «Талинару была уничтожена Арес во время Божественных войн с Вефниром. Это была великая техномагическая цивилизация. Они создали щиты, которые даже богам было трудно пробить».

— «И как же Арес их победила?» — спросил я.

— «Она просто обрушила на них соседнюю планету», — ответила Сис.

— «Смотрю, Арес не мелочилась».

— «Финары мыслили другими порядками. Она поступала жестоко, но эффективно. К слову, позже Вефнир в отместку уничтожил три планеты Арес, и только тогда они договорились не трогать сами миры. Именно поэтому Грея не была уничтожена подобным образом».

Я нахмурился, на миг задумавшись сколько людей уничтожили эти двое в борьбе за власть, или что они там преследовали.

— «Ты передашь мне знания этого языка?» — спросил я.

В тот же миг перед глазами заплясали линии, алфавит, грамматика, математика, общие формулировки магических и физических законов, принципы построения логических цепей.

— Ух ты ж… — вырвалось у меня вслух.

— Что такое? — спросил Мишель.

— Система поделилась знаниями об этом языке, — ответил я.

— Вот же ж… — усмехнулся он, и тут же воскликнул. — Тоже так хочу!

— Увы… — развёл я руки. — Этим я помочь тебе не могу.

После этого я взял одну из уцелевших граней и провел по ней пальцем. В голове сразу всплыло понятие: «Резонатор». Поднял другой кусок, «Привязка на крови».

— Андер? Ты чего завис? — Мишель коснулся моего плеча.

— Кажется, я начинаю понимать, как эта штука работает, — прошептал я. — Это гениальная конструкция. Нашим магам до этого еще как до Китая… Царства Гор раком.

Следующие несколько дней превратились в один бесконечный кошмар. Я почти не ел и не спал. Потому как надеялся с этим артефактом помочь Софье.

Я понял, что артефакт работал на подавлении энергетических частот в определенном диапазоне. Цифры и единицы измерения были мне незнакомы, но сам принцип был ясен. Он создавал «тишину» для божественного механизма, настраиваясь через органику на индивидуальную искру носителя.

— Мишель, передай Сэму, — сказал я на четвертый день, не отрываясь от лупы. — Мне нужно много монолитного каразита. Пусть свяжется с Брайном Трез, и мне доставят этот минерал.

К этому времени я собрал только семьдесят процентов. И на полу лежала уродливая, изломанная фигура, больше похожая на ежа. Многих рун не хватало, видимо они испарились при взрыве.

Сис помогала мне сопоставить утраченное, и я клеил бумагу выводя на ней нужные символы, восстанавливал цепочки по памяти, что успел увидеть…

Также я понимал, что этот артефакт мне не восстановить. Хоть внутри не имелось лей-линий, это не значило, что грани не имели последовательности.

Поэтому мне нужны были монолитные куски каразита, чтобы создать новый артефакт. И уже его настроить не на меня, а на ту частоту, которую использует Софья.

Работая над резонатором, я позабыл обо всём остальном. Но у судьбы были другие планы на меня.

Артефакт связи на запястье замерцал и, влив ману, я запустил звуковой конструкт. И я услышал голос Меньриэля Селани.

— На Виллион напали! Твари Пустоши и вестники… они уже у стен! Нам нужна помощь! Я призываю всех, кто меня слышит! Помогите!

Связь оборвалась. Я замер на секунду, глядя на россыпь камней на столе. Виллион был приграничным городом-крепостью и служил одним из ключевых эльфийских городов.

— Иду, — бросил я в пустоту, хотя Селани меня уже не слышал. — Ускорение, — активировал я чары, и мир вокруг меня смазался. Я вылетел из лаборатории, и меньше чем через минуту оказался у телепортационной площадки. Гвардейцы на посту даже не успели вскинуть магоболты.

— Кровавый доспех, — выдохнул я, и крикнул за секунду до телепортации. — Передайте главе рода, что орда напала на Виллион, и что я отправился на помощь.

Вспышка, и я на месте. Однако энергетической барьер на приемной площадке Виллиона не спешили убирать. Я посмотрел на дежурный отряд эльфов. Они стояли в полной боевой готовности.

— Вы долго еще будете телиться⁈ — проорал я. — Быстро снимайте барьер!

Эльфы дернулись, старший из них что-то выкрикнул, и мерцающая полусфера перед выходом с площадки растаяла.

— Ускорение, — понесся я к стене, и чем ближе я был, тем громче доносилась ярость битвы. Крики тысяч людей и эльфов, свист снарядов, грохот лопающихся магических щитов и грохот взрывов.

Я добрался до первой линии обороны. Стена Виллиона, как и в Виндаре, была многоуровневой, а именно четыре мощных кольца защиты, уходящих вверх. К счастью, ни одна из стен еще не пала.

Я активировал метаморфизм. Из спины с хрустом вырвались белые крылья. Взмах, другой и я взмыл над зубцами стены, чтобы оценить происходящее.

— Матерь Божья… — прошептал я.

Снаружи города расстилалось море из тварей. Вся равнина была забита тварями. Тысячи муравьев, комарусы, летающие рядом с гигантскими пчёлами, сотни адских гончих… Даже василиски, чьи взгляды искали цели среди защитников, были тут, и их я насчитал не меньше двадцати.

Между этой ордой и первой стеной кипел бой. Тысячи энтов, созданных эльфийской магией, разбивали ряды монстров. Они давили муравьев, разрывали гончих, но и сами гибли под натиском.

Со стены шел плотный, непрекращающийся обстрел. Тысячи эльфийских лучников выпускали артефактные стрелы. Баллисты со свистом посылали массивные копья, которые прошивали по десятку тварей за раз.

И среди всего этого хаоса я отчетливо услышал трещётку выстрелов. Магоболты!

Я заметил группу магов на центральном выступе и спикировал прямо к ним. Там стоял Селани.

Король не прятался за спинами подчинённых. И этот факт несомненно падал в мою копилку под названием уважение.

— Наконец-то! — увидел меня Меньриэль.

Рядом с ним я увидел лорда Корнуоллского и Стефана Грома. Князь Гром кивнул мне, не отрывая взгляда от горизонта. Здесь же находились еще трое эльфийских магов, чья аура соответствовала уровню «S».

— Вестники пока не показались, — быстро стал вводить в курс дела Селани. — Но мои разведчики сообщают, что они здесь. Они ждут, когда мы истощим силы на это мясо.

— А что с архилом?

— Уничтожили. Саями лично отметилась. Есть подозрение, что она осталась ждать, когда мы врубим второй архил.

— Пытались найти?

— Нет, — ответил Селани. — Одни бы мы с ней не справились. Второй архил запустим, как только вестники войдут в город.

— А третий? — ухмыльнулся я.

— Потом и третий, и четвертый, и пятый, — ответил Селани. — Так что готовься убивать, Арес. Этого придётся делать сегодня очень много.

Кивнув, я подошел к самому краю, глядя вниз на сражающуюся толпу монстров. Касательно плана Селани я был в курсе. Но что он приготовил сразу пять архилов, было для меня неожиданностью.

— Я понял, — отозвался я. — Каков план?

Селани посмотрел на меня.

— План прост. Убить как можно больше тварей. Эвакуация Виллиона уже началась, мы уводим гражданских вглубь страны. Нам просто нужно выиграть время.

Я снова посмотрел за стену. Сказать кто сейчас побеждает, было невозможно. Орда казалась бесконечной, но эльфы не жалели ресурсов. Не знаю, сколько у них было припасено семян энтов, но под стенами их было чудовищно много. Лес буквально шел в атаку на Пустошь, выигрывая для нас драгоценные минуты.

Наконец-то появились вестники. Конечно, я не был рад их видеть, но их затянувшееся отсутствие напрягало. Мало ли… эти лысые твари задумали какую-то пакость.

Но вроде как обошлось.

Воздух за стенами Виллиона задрожал и над полем, прямо за рядами прущих со всех щелей муравьев, начали концентрироваться сразу восемь вестников. Они остановились, образовав правильный октаэдр, и между их вытянутыми руками начали проскакивать фиолетовые разряды. Секунда… и над армией врага начала раздуваться гигантская фиолетовая сфера.

— Щиты! — проорал Меньриэль Селани, и его голос, усиленный магией, пророкотал над стенами. — Активировать контур «Сильмариль»!

Он вскинул руки, и в ту же секунду рунная вязь на камнях Виллиона вспыхнула. Стены города покрылись сложнейшим узором линий, напоминающим структуру артефакта «Гидеон».

И вовремя! Восемь вестников одновременно ударили по нам.

Фиолетовый луч, вырвавшийся из сферы, толщиной не меньше чем с крепостную башню, врезался в щит. Небо на мгновение побелело. Оглушительный треск рвущегося пространства ударил по ушам. Я почувствовал, как завибрировали камни под моими ногами. Серебряный узор на стенах замерцал, пошел рябью. В одном месте купол прогнулся, и я увидел, как по древней кладке побежали глубокие трещины.

Но щит выдержал.

— Даааа! — закричал Селани.

— ВАЛ! ВАЛ! ВАЛ! — вместо «ура» закричали все эльфы на стенах.

Но враг не собирался давать нам передышку. В небе над Виллионом стал раздаваться громкий звук.

— Жжжжж!

— Тц-тц-тц…

Не передать словами как я не ненавидел этот звук. Тысячи гигантских пчел и комарусов, что до этого держались в стороне, пошли на сближение.

Они заходили на цель, целясь своими жалами прямо в защитников на стенах. Желтые энергетические лучи и красные иглы посыпались на нас градом.

Началось полномасштабное наступление. Энты, прикрывавшие подступы, вспыхивали один за другим, их начали жечь магией со всех сторон. Среди обычных муравьев и гончих появились те, кого я опасался больше всего — человекоподобные твари.

Я помнил, что система не раз говорила, что у каждого живого существа свой путь развития. Так вот, вестники были предсказуемым противником, в отличие от человекоподобных тварей.

Сформировав клин, эти монстры прорубали дорогу остальной орде, в которую вклинивались простые твари.

Пчелы и комарусы в небе обнаглели окончательно. Они снижались всё ниже, уничтожая защитников на стенах.

— Они мои! — крикнул я.

Я не стал спускаться по лестнице. Я просто прыгнул со стены вниз и в полете мое тело начало меняться. И над полем битвы взмыл красный дракон.

— Рёв огненного дракона, — активировал я заклинание.

Поток пламени вырвался из моей пасти, накрывая сразу десяток целей. Три пчелы тут же вспыхнули яркими факелами и камнем пошли вниз. Одна из них точно была «S»-ранга, остальные были «А»-ранга. Комарусы оказались проворнее, чем я думал, они рассыпались в стороны, не позволяя мне сжигать всех скопом.

Но скорость была за мной. Я рассекал насквозь строй насекомых, не прекращая огненной атаки.

По мне начали лупить в ответ. Десятки желтых лучей и игл вонзались в мой кровавый барьер, который я выставил вокруг драконьего тела.

Однако вестники внизу не дремали. Как только я стал самой заметной целью в небе, по мне ударили снизу. Фиолетовые, зеленые и черные лучи прошили воздух. Один из них задел мое левое крыло. Боль была острой, луч прошел насквозь, оставив аккуратную дыру в перепонке, но регенерация «SSS»-ранга не позволила крылу обвиснуть.

— «Пора уходить», — мелькнула мысль.

Тогда я сложил крылья, уходя в крутое пике, и прямо в воздухе начал обратную трансформацию. И направил потоки воздуха, используя левитацию и магию ветра, чтобы скорректировать траекторию.

Когда до зубцов оставалось меньше десяти метров, я отрастил белые крылья. Взмахнув ими, я погасил инерцию падения и мягко приземлился на ноги прямо перед эльфами.

Меньриэль Селани, даже не обернувшись в мою сторону, коротко бросил:

— Показушник.

Я не успел ответить. Стены города содрогнулись, и первая линия обороны не выдержала. Одна из секций внешней стены с грохотом обрушилась, подняв столб каменной пыли.

— Прорыв! — закричали на стенах.

В образовавшуюся брешь тут же хлынули муравьи, василиски,арахниды и адские гончие. Они лезли по телам своих павших сородичей, начав разрушать вторую стену. Им нужно было добраться до встроенных чар, чтобы магия перестала укреплять стены.

Я спрыгнул со стены прямо в гущу врагов. Моя коса вращалась, отправляя тварей на перерождение. Я рубил, колол, выжигал всё вокруг магией огня и крови.

И честно, ждал появления муравриарха. Эта тварь должна была быть где-то здесь. Я постоянно сканировал пространство, ожидая удара в спину.

Но вместо муравриарха, которого я так жаждал встретить, увидел Валэку.

— Арес… — протянула она, скалясь и обнажая ряд острых зубов. — Какая встреча.