Всё началось с дородного гнома, который буквально выцепил Миру из стайки её кузенов. Он о чём-то вполголоса переговорил с ней пару минут, а затем решительно подвёл ко мне для знакомства.

— Халвард Дипхейвен, сын Халфаста, мэр Дипхейвена, — представился он, поклонившись настолько низко, насколько вообще позволял его необъятный живот. — К вашим услугам, милорд.

— Искатель Артём из провинции Кордери, — ответил я, ответив на приветствие вежливым кивком.

— Вы уже оказали нам огромную услугу, — произнёс мэр с искренним уважением. — Благодаря вашему участию в уничтожении этого проклятого Балора и его приспешников мой народ наконец-то сможет вернуться в свои дома и заново отстроить жизнь.

Он протянул мне пухлую ладонь, и я крепко пожал её.

— В таком случае примите мои поздравления, мэр. Искренне желаю вам успехов в восстановлении Дипхейвена.

— Благодарю, — Халвард сделал шаг в сторону, освобождая место для своей спутницы. — Позвольте представить мою дочь, Миру. Сейчас я как раз обучаю её тонкостям управления и ведения переговоров.

Девушка сделала безупречный выверенный реверанс, не сводя с меня пристального взгляда аметистовых глаз.

— Мой господин.

Я слегка поклонился в ответ.

— Рад нашей новой встрече, леди Мира.

— О, вы уже знакомы, — быстро подхватил мэр, словно пытаясь сгладить неловкость. — Раз уж речь зашла о восстановлении… Мы здесь, чтобы обсудить вопрос торговли между Кордери и Дипхейвеном.

— Мой народ крайне заинтересован в налаживании торговых отношений с вашей провинцией, — тут же вмешалась Мира. В её голосе не звучало ни капли энтузиазма, скорее заученная деловая холодность. — Однако мы ожидаем тех же условий, что вы предоставили Склепам Корогана.

Улыбка её отца моментально померкла. Я удивлённо приподнял бровь, оценивающе глядя на эту самоуверенную особу.

— И на каком же основании?

Она уже открыла рот для быстрого ответа, но внезапно осеклась. Похоже, она совершенно не ожидала такого вопроса.

— Потому что это… справедливо, — наконец твёрдо заявила она, собравшись с духом.

Я перевёл взгляд на Халварда. Тучный мэр стоял с абсолютно безразличным лицом, словно всё происходящее его не касалось. Ага, понятно, решил преподать дочурке наглядный урок дипломатии прямо посреди настоящих переговоров. Ну что ж, если так, то я с радостью подыграю.

— Склепы Корогана, — начал я, чеканя каждое слово, — это могущественный, исторически устоявшийся клан гномов с огромными ресурсами, непревзойдёнными мастерами и крайне выгодным расположением как в политическом, так и в географическом плане. Более того, они сделали шаг навстречу Кордери, закрепив наш союз брачным договором. При всём моём уважении и сочувствии к вашей непростой ситуации Дипхейвен сейчас даже близко не обладает подобным весом, а значит, и не может рассчитывать на аналогичные условия.

Мира выглядела немного ошарашенной моим напором и отказом, но упрямо вздёрнула подбородок.

— Тем не менее мы требуем именно таких условий.

Учитывая её миловидную внешность и влиятельность отца, она, видимо, привыкла, что окружающие тают и соглашаются на всё, даже когда стоило бы проявить осторожность и включить мозги.

Я с трудом сдержал усмешку.

— Договорились, провинция Кордери принимает торговое соглашение с вашим поселением на тех же условиях, что и со Склепами Корогана.

Халвард, не выдержав, смачно шлёпнул себя ладонью по лбу. Звук вышел звонким.

— Прошу прощения, милорд, — поспешно и крайне осторожно произнёс он. — Моя дочь пока не имеет полномочий заключать юридически обязывающие договоры от имени всего Дипхейвена.

Тут я всё-таки не выдержал и усмехнулся.

— Думаю, для вас это к лучшему.

Молодая гномиха растерянно переводила взгляд с меня на отца, её большие аметистовые глаза подозрительно сузились.

— О чём вы говорите?

Я вопросительно взглянул на мэра, тот лишь сокрушённо покачал головой и жестом дал мне добро на продолжение.

— Ваш уважаемый прапрадед пошёл на целый ряд крайне невыгодных, если не сказать кабальных, уступок, — пояснил я, глядя прямо на девушку, — ради того, чтобы добиться мирного соглашения о передаче Последней Твердыни Гурзана, наладить торговлю с Кордери и заключить с нами союз.

— Мы ни в коем случае не просим тех же условий, что у Склепов Корогана, — мрачно подытожил Халвард, вколачивая последний гвоздь в её гордость.

— Ох… — только и смогла выдавить из себя Мира. Она смущённо отступила на шаг и уставилась себе под ноги. Даже смуглый оттенок кожи не смог скрыть густой румянец, заливший щёки.

Её отец хмыкнул.

— Моя дочь умна и отлично разбирается в цифрах, я ею очень горжусь, но, несмотря на то, что вы ровесники, милорд, ей пока катастрофически не хватает вашего опыта в переговорах. Спасибо, что преподали ей этот бесценный урок. Теперь она надолго запомнит, что нужно быть очень осторожной в своих требованиях, ведь их могут и выполнить.

Прекрасная гномиха неловко переминалась с ноги на ногу, изо всех сил стараясь удержать лицо и не надуть обиженно губы.

Мне стало даже немного её жаль, поэтому решил сменить гнев на милость и вернуть разговор в конструктивное русло.

— Раз уж мы во всём разобрались, давайте обсудим реальные условия, — я высказал пару мыслей. — Приемлемо ли это для Дипхейвена?

Тут в разговор вмешался Торик, дружески, но ощутимо хлопнув меня по плечу.

— У нас на эти обсуждения выделен целый день, милорд, а сейчас мне не терпится представить вам своего сына и наследника, — он широко улыбнулся, и его шикарная борода распушилась ещё больше. — Хотя ты ещё совсем юнец, а, как известно, гномы живут дольше людей, я готов поспорить на свой лучший топор, что отправлюсь к праотцам раньше тебя. Так что тебе не помешает знать, с кем придётся иметь дело после меня.

— Буду рад продолжить наш разговор чуть позже, — сказал я Халварду, отвесив вежливый поклон ему и всё ещё пунцовой Мире. — А пока прошу меня извинить.

Я позволил радушному хозяину увести себя в сторону для новых знакомств, мысленно сделав пометку, что первый дипломатический раунд прошёл более чем успешно.

Когда затянувшееся светское мероприятие клана Холодный Молот наконец подошло к концу, меня уже ждали Ирен, Лили и Мэриголд. Троица стояла в сторонке и широко улыбалась. Их жизнерадостный вид всколыхнул обиду, мигом напомнив о том, как бессовестно они бросили меня на растерзание потенциальным невестам, решив понаблюдать за моими мучениями со стороны.

— Ну как, хорошо повеселился? — спросила моя кунида, обвивая руками мою шею. От неё так и веяло пьянящим ароматом любви и игривого настроения.

— О да, время провёл просто незабываемо, — ответил я, с улыбкой поглаживая её пушистый хвостик. — Десятки очаровательных фигуристых гномих… Прямо глаза разбегаются! Знаете, я тут подумал, пожалуй, женюсь сразу на всех, гулять так гулять!

Мэриголд понимающе усмехнулась, Ирен сдержанно улыбнулась, прекрасно изучив мою манеру шутить, а вот Лили, как обычно, приняла всё за чистую монету.

— Правда⁈ — с неподдельным энтузиазмом выпалила она, её ушки дёрнулись от радости. — Ого! Нам же тогда придётся заказать кровать размером с целый зал, чтобы все поместились!

Я не выдержал и рассмеялся в голос. Увидев мою реакцию, Лили нахмурилась.

— А-а… Так ты пошутил?

Только кунида могла даже бровью не повести от перспективы появления в семье ещё трёх с лишним десятков жён, да ещё и искренне этому обрадоваться.

Я наклонился и нежно поцеловал её, а затем приобнял Ирен и Мэриголд, притягивая к себе.

— Ладно, шутки в сторону. Как у вас дела? Есть успехи?

Моя рыжеволосая жрица утвердительно кивнула.

— Мы заключили предварительные торговые соглашения на поставки необработанной руды, а также железных и стальных слитков с кланом Холодный Молот и ещё несколькими союзными им кланами, — она тихонько рассмеялась. — Правда, нам придётся открыть новую огромную пивоварню, чтобы хоть как-то удовлетворить спрос этих ребят. А ещё им нужно неимоверное количество древесины и мяса, особенно говядины и дичи. Вдобавок они готовы скупать часть редких ингредиентов, которые мы добываем с высокоуровневых монстров. Нам как раз не помешал бы ещё один надёжный рынок сбыта для таких вещей.

— Звучит отлично, с этим мы точно справимся, — я галантно предложил девушкам руки. — Ну что, вернёмся к делам?

— Да, — кивнула Мэриголд, беря меня под руку. — Наши новые партнёры хотят официально закрепить некоторые условия лично с тобой, к тому же впереди ещё много встреч с представителями других кланов и, конечно же, с верхушкой самого клана Холодный Молот.

Остаток дня пролетел в бесконечной, но уже вполне привычной череде деловых переговоров. К этому моменту я уже порядком набил руку в подобных дипломатических танцах и, признаться честно, даже начал находить в них некое извращённое удовольствие. По сути эти встречи напоминали масштабную и жутко формализованную версию обычного рыночного торга, который я так любил в самом начале своих приключений, но на него теперь катастрофически не хватало времени.

Хотя, стоило признать, часть с составлением контрактов и копанием в юридических тонкостях всё ещё нагоняла на меня тоску. Мне было даже немного неловко перекладывать эту рутину на других, но, хвала Богам, Ирен чувствовала себя в бумажной волоките, как рыба в воде, и с радостью брала её на себя. Мэриголд тоже оказалась на удивление подкованной в крючкотворстве, особенно если дело касалось специфических и запутанных контрактов, которые так обожали использовать гномы и полурослики.

Мы успешно подписали обширные торговые соглашения со старейшинами Холодного Молота, а затем провели официальную встречу с Халвардом Дипхейвеном, обсудив перспективы снабжения его поселения после того, как туда вернутся беженцы.

Мэр снова притащил с собой дочь, Миру, частью для того, чтобы она набиралась опыта в переговорах, но в основном, и это читалось совершенно ясно, лелея надежду, что я вдруг проникнусь к ней симпатией. Однако любые зачатки интереса с моей стороны разбивались о глухую стену её ледяного равнодушия, и чем дольше длились переговоры, тем отчётливее эта холодность граничила с откровенной колючей враждебностью.

В какой-то момент ситуация накалилась настолько, что самому Халварду стало неловко за поведение дочери. Не выдержав, он извинился и отвёл её в сторону для воспитательной беседы, после чего Мира стала вести себя чуточку адекватнее, хотя по-прежнему сидела с таким видом, будто проглотила лимон.

— Знаешь, а она ведь очень хочет с тобой переспать, — как бы невзначай бросила Лили, когда мы покинули шатёр Халварда и направились на следующую встречу.

Я уставился на неё, как на сумасшедшую.

— С чего ты вообще такое взяла? Я без понятия, чем именно её взбесил, но она меня явно на дух не переносит.

Мэриголд звонко рассмеялась, изящно прикрыв рот ладошкой.

— И тем не менее она постоянно буквально из кожи вон лезла, чтобы найти предлог оказаться рядом с тобой.

Я перевёл взгляд на Ирен, та лишь загадочно улыбнулась уголками губ.

— И согласись, она весьма недурна собой.

Я обречённо покачал головой и тяжело вздохнул.

— Да какая разница, красивая она или нет, если мои шансы с ней стремятся к абсолютному нулю?

То ли ли мои жёны абсолютно слепы в этом вопросе, то ли страдали от чрезмерного оптимизма, но я в упор не видел того скрытого подтекста, о котором они говорили.

Вечером нас ждал грандиозный ужин с кланом Холодный Молот. Застолье проходило в исполинской пещере, своды которой терялись во мраке, явно специальное место для подобных массовых гуляний. За длинными каменными столами собрались сотни гномов, и, как я и опасался, ужин превратился в очередной плацдарм для потенциальных невест, желающих подобраться поближе и пострелять глазками.

Несмотря на праздничную атмосферу, то тут, то там то и дело вспыхивали деловые разговоры. Хотя, судя по неодобрительному ворчанию и косым взглядам более консервативных родственников, обсуждать контракты за кружкой эля и куском жареного мяса в культуре гномов считалось почти что дурным тоном.

К концу бесконечного пиршества я почувствовал, что просто задыхаюсь от нехватки личного пространства, голова гудела от шума, смеха и звона посуды. Ирен, Лили и Мэриголд, заметив моё состояние, переглянулись. Когда со столов начали убирать остатки еды, а гномы сбились в шумные кучки для песен и баек, мои заботливые жёны мягко, но настойчиво уговорили меня выскользнуть из пещеры и сделать перерыв.

К чести Торика, он понял моё состояние.

— Милорд, — мягко произнёс он, по-отечески положив тяжёлую мозолистую руку мне на плечо и деликатно выдернув из очередной вязкой деловой беседы. — Вы выглядите так, будто сейчас упадёте. Не хотите ли немного перевести дух и взглянуть на легендарный сад моего клана?

Я тут же оживился. О знаменитых гномьих садах мне весь вечер твердили некоторые очаровательные юные гномки и полурослицы, более чем прозрачно намекая, что совершенно не против составить мне компанию для неспешной прогулки. Все они с придыханием расписывали невероятную красоту этого места, так что мне и впрямь не терпелось увидеть его своими глазами.

— С огромным удовольствием, старейшина.

Старый гном ободряюще похлопал меня по спине и повёл к одному из многочисленных выходов из пиршественного зала.

— Ну, пойдём, сынок, там чудесно и очень спокойно. Я и сам частенько заглядываю туда после долгого дня, особенно если он выдался таким же суматошным, как сегодня.

Идти пришлось совсем недалеко, всего-то короткая прогулка по широким, хорошо освещённым туннелям с идеально отшлифованными полами да пара поворотов. Вскоре Торик остановился и легонько подтолкнул меня к искусно вырезанному в скале дверному проёму.

— Ступай туда, а я вернусь к своим. Увидимся чуть позже.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я. Старейшина кивнул, развернулся и зашагал обратно к празднующему клану.

Я сделал шаг в проём, переступил порог… и замер, ошеломлённо моргая.

Услышав слово «сад», я, как нормальный человек, автоматически представил себе зелёные растения, деревья, ну, или хотя бы ухоженный газон, но вместо этого всё огромное пространство пещеры оказалось заполнено… скальными образованиями.

Меня окружали изящные веерообразные каменные занавеси, казавшиеся тонкими, как шёлк, гигантские, переливающиеся в полумраке кристаллические структуры, хрупкие прозрачные трубки, сталалактиты, сталагмиты и сросшиеся колонны из самых разнообразных ярко окрашенных минералов. Внутри прозрачных пластин словно застыли ветвистые разряды молний, а искусные, невероятно детализированные скульптуры, высеченные в породе, в бликующем свете казались живыми. Стены представляли собой целые каменные глыбы размером с внедорожник, отполированные до зеркального блеска, в которых вились толстые жилы драгоценных металлов и выступали скопления сияющих самоцветов.

Сад, заботливо взращённый поколениями гномов был поразительно, пугающе красив в своей абсолютной, неживой чужеродности.

Кстати о красоте. Как оказалось, я находился в пещере не один.

Мира стояла перед идеально ровным кубом из чёрного обсидиана, отполированным настолько безупречно, что её тёмное отражение на его грани казалось двойником, вглядывающимся в неё из какого-то мрачного потустороннего мира. Она, видимо, заметила моё появление в этом импровизированном зеркале, потому что плавно, с грацией кошки обернулась. В тусклом таинственном свете сада её глаза сверкнули, как два крупных аметиста.

— Милорд, — ровным, ничего не выражающим голосом поприветствовала она.

— Прошу прощения за вторжение, — ответил я, отвесив короткий вежливый поклон.

Девушка уже более чем доходчиво дала понять, что моё общество не доставляет ей ни малейшего удовольствия, да и я, честно говоря, пришёл сюда именно за уединением, так что Мира являлась последним существом на всём Валиноре, с которым мне сейчас хотелось бы пообщаться.

Решив, что лучше просто вернуться в покои, выделенные Ториком для моей семьи, я добавил:

— Не стану вам мешать, уже ухожу.

— В этом нет необходимости, — холодно отозвалась она, плавным жестом приглашая подойти ближе. — Вы почётный гость нашего клана, — при этом тон её голоса ясно дал понять, что лично она глубоко сомневается, что я заслуживаю эту честь.

Я на мгновение замер в нерешительности, но отклонить столь прямое приглашение выглядело бы верхом невежливости, а мне не хотелось портить только что налаженные отношения. Поэтому я подавил вздох и шагнул вперёд, остановившись рядом с ней у чёрного куба.

— Поразительно! — искренне восхитился я, разглядывая собственное отражение в полированном камне. Из-за игры света казалось, будто я стоял в бескрайней чёрной пустоте, окружённый лишь тонким ореолом света.

Несмотря на моё восхищение мастерством резчика, что-то в этом безжизненном, поглощающем свет отражении вызвало у меня лёгкий озноб. Я быстро перевёл взгляд на Миру.

— Высечено из цельного куска породы, добытого у Сердца Морозной Скалы, — пояснила она, заметив мою реакцию. — Дар самого Кротоса.

— А всё остальное? — спросил я, обводя взглядом невероятную пещеру. — Это всё тоже нашли в глубинах?

Девушка покачала головой.

— Некоторое да, другое же с любовью и невероятным терпением вырезалось нашими лучшими мастерами долгие годы. А есть те, что формировались водой, и на это уходили целые эпохи.

Я удивлённо моргнул.

— Хотите сказать, камни растут также, как деревья, кусты и цветы?

— Да, но для создания таких шедевров не требуются тысячелетия, — с лёгкой ноткой гордости в голосе ответила она. — За многие годы мы усовершенствовали процесс ускоренного осаждения, — она указала на расположенную неподалёку структуру, до боли напоминающую окаменевшую кружевную занавеску. — Мы искусственно насыщаем воду нужными минералами в высоких концентрациях, затем направляем её на место формирования и облучаем точку контакта высокой температурой. Вода мгновенно испаряется, и все растворённые вещества моментально оседают ровным слоем, не успевая стечь вниз и оставить некрасивые подтёки.

— Даже с такой технологией на это должна уходить уйма времени.

Мира кивнула.

— В моём клане, как и во многих других древних семьях, подобные сады есть в жилых покоях. Они формировались поколениями, разрастаясь и усложняясь с каждым годом. Этот сад создавали мои предки на протяжении двенадцати поколений. И когда мой дедушка в свой срок уйдёт в Подземную камеру Кардана, чтобы дожидаться предначертанного, мы продолжим его дело и сохраним наследие.

Это прозвучало удивительно сильно и трогательно. Я невольно задумался о том, смогу ли оставить после себя нечто столь же монументальное, наследие, которое моя семья будет беречь и развивать веками.

Мы простояли в тишине около минуты, Пауза затягивалась, становясь всё более тяжёлой и неловкой, наконец гномиха с коротко поклонилась и решительно повернулась к выходу.

— Что ж, спокойной ночи.

Я выпалил вопрос прежде, чем успел вовремя прикусить язык.

— Скажите, леди Мира… я вас чем-то сильно обидел?

Она резко замерла на полпути, обернулась и смерила меня взглядом, полным удивления пополам с нескрываемым раздражением.

— Простите?

Я мысленно отвесил себе подзатыльник.

— Извините, это было бестактно с моей стороны. Спокойной ночи.

Мира помедлила, а затем, чеканя шаг, вернулась и остановилась прямо передо мной.

— Действительно, и когда бы вы могли меня обидеть? Ну просто ума не приложу! — елейным, источающим яд голосом произнесла она, а её аметистовые глаза гневно сверкнули. — Может, в тот момент, когда дед отчитывал меня на глазах у всех моих кузенов за то, что я посмела бросить вам вызов? А потом, не успела я опомниться, выставил меня перед вами как какой-то трофейный кубок на выставке, надеясь, что вы изволите меня одобрить? Или, возможно, это случилось, когда вы публично унизили меня перед моим собственным отцом? Знаете, времени на обиды как-то совсем не оставалось.

Я устало прикрыл глаза и выдохнул.

— В таком случае больше не стану вас утомлять своим присутствием. Ещё раз прошу прощения, — я развернулся и направился к выходу из сада.

— Стой! — донёсся мне в спину её раздражённый окрик.

Но я проигнорировал её и пошёл дальше, уж слишком вымотался за этот бесконечный день, полный переговоров с упрямыми, проницательными и хитрыми гномами-старейшинами. У меня не было ни малейшего желания тратить остатки сил на перепалку с избалованной девчонкой, которую едва знал и которая, судя по всему, поставила себе целью во что бы то ни стало сделать меня виноватым.