Нуждаясь в передышке из-за стресса и бесконечных разборок с подчинёнными, я решил заглянуть в мастерскую изобретателей. С одной стороны, хотелось проверить, как продвигаются их инженерные проекты, но, если честно, помышлял отвлечь Эшли от её чертежей. Я планировал сводить её на хороший обед в город, а потом найти какое-нибудь укромное местечко, чтобы хорошенько пообниматься и снять накопившееся напряжение.

Но моим планам не суждено было сбыться. Мастер Раймо, управляющий мастерской, развёл руками и сообщил, что моя гениальная, но совершенно не умеющая о себе заботиться изобретательница слегла.

— Судя по всему, милорд, это обычная простуда, — сказал он, протирая закопчённые очки. — Эшли скорее всего пробудет дома несколько дней — выглядела она в последнее время совсем скверно.

Пришлось на ходу менять планы: заскочил на кухню трактира «Путь в дикие земли», собрал объёмную корзинку с горячей едой и направился к дому Эшли.

До этого я приходил в их крошечный, но уютный домик всего один раз, когда знакомился с её матерью и младшим братом. Жили они почти в нищете, поэтому я в своё время лично распорядился, чтобы здание хорошенько утеплили, починили крышу и провели базовые удобства вроде проточной воды.

Я постучал, но прошла пара минут, прежде чем дверь со скрипом приоткрылась. На пороге, шатаясь и тяжело дыша, стояла Ханнеа, мать Эшли, бледная как полотно, лоб блестел от испарины. Ей явно следовало лежать в кровати, а не встречать гостей.

— Простите, что разбудил, — мягко сказал я. Подхватив её под локоть, помог вернуться в дом и усадил на лежанку возле жарко натопленного камина. В соседней нише, завернувшись в одеяло, кашлял Мика, младший брат Эшли. Похоже, инфекция скосила всю семью разом.

— Всё в порядке, милорд, — слабым сиплым голосом ответила Ханнеа. — Просто эта зараза настигла нас всех одновременно. Трудно справляться, когда даже воды подать некому.

— Вы обращались к целителю? — нахмурился я. — Может, прислать Зару или Ирен? Если понадобится, даже Киру вызову из города.

Ханнеа удивлённо моргнула, а затем хрипло рассмеялась.

— Да благословят вас боги, молодой человек, но простуду магией не вылечишь, — в её тоне слышалась материнская снисходительность, мол, такие базовые вещи должен знать каждый.

Я непонимающе уставился на неё. Меня искренне удивляло, что целительная магия пасовала перед такой банальной проблемой, хотя уже замечал, что Система часто просто игнорировала болезни, не являющиеся магическими дебаффами.

— Даже классовое заклинание Избавление от болезни не сработало? — уточнил я, вспомнив навык, который лекари получали на тридцатом уровне.

— Обычная простуда этим не лечится, — снова усмехнулась она, вытирая пот со лба. — Никакая магия не поможет, только время, тепло и обильное питьё.

Хм, значит, на Валиноре не изобрели лекарства даже от банального насморка?

— Ну, в таком случае я принёс кое-что получше воды, — ободряюще улыбнувшись, начал доставать из корзины запечатанные глиняные горшочки, от которых исходил восхитительный аромат. — Тут наваристый куриный бульон, горячий медово-мятный чай и имбирное печенье. Хватит на день-полтора, а завтра и послезавтра пришлю кого-нибудь из слуг с новой порцией еды и всем необходимым. Не стесняйтесь просить, если что-то нужно.

— Ох, да благословят вас боги, милорд! — с бледной, но искренней улыбкой произнесла Ханнеа, принимая из моих рук тёплую кружку с чаем. — Я знаю, Эшли будет вам очень признательна, — она покачала головой и укоризненно цокнула языком. — Моей бедняжке досталось больше всех. Она слишком много торчала в вашей мастерской, недоедала, не спала сутками, вот организм и не выдержал.

Женщина бросила на меня строгий неодобрительный взгляд, на который способна только мать, защищающая своего ребёнка.

Кольнула совесть, хотя формально моей вины тут не было.

— Я не устанавливаю жёсткие часы работы в мастерской, госпожа Ханнеа. Изобретатели трудятся ровно столько, сколько сами захотят, — я нахмурился. — Но если Эшли действительно так себя истязает, серьёзно поговорю с ней, заставлю сбавить темп и нормально питаться. А ещё прикажу мастеру Раймо лично следить за её графиком и выгонять домой, если она засидится допоздна.

Взгляд женщины смягчился.

— Это было бы славно, спасибо, — она кивнула в сторону небольшой пристройки, которую я недавно приказал возвести специально для её дочери. — Можете проверить, не проснулась ли она. Уверена, Эшли обрадуется вашему приходу, и бульон ей сейчас не помешает.

Я осторожно погладил Ханнеа по плечу, поставил порцию супа возле спящего Мики и тихонько проскользнул в комнату своей возлюбленной.

Одной из причин, по которой я оплатил эту пристройку, было желание поставить там нормальный письменный стол и книжный шкаф, чтобы Эшли могла с комфортом работать дома. Я надеялся, что это поможет ей меньше переутомляться. Видимо, стратегия провалилась.

Моя гениальная изобретательница лежала на кровати, плотно закутавшись в одеяло. Она тяжело дышала через рот, обычно бледное лицо раскраснелось от температуры, а волосы слиплись от пота. Ведро возле кровати было доверху забито использованными салфетками, которые уже начали расползаться по полу, словно сугробы грязного снега. Запах в комнате стоял тяжёлый, смесь болезни, травяных мазей и пота.

Почувствовав укол нежности и жалости, присел на край кровати и осторожно приложил ладонь к её горячему влажному лбу. Эшли вздрогнула, приоткрыла покрасневшие глаза и слабо улыбнулась.

— О… привет, — прохрипела она.

— Привет, трудоголик, — тихо отозвался я. — Я принёс тебе еды.

— Это… это очень мило с твоей стороны, — голос Эшли дрожал. Она потянулась за последней чистой салфеткой, громко высморкалась и бросила комок в переполненное ведро. Надо обязательно прислать ей ещё целую гору чистой ткани.

— Я сделаю всё, чтобы тебе стало легче. Прости, что не уследил за твоим графиком, — я поставил корзинку на прикроватную тумбочку. — Давай-ка поедим. Куриный суп и чай с мёдом — то, что доктор прописал.

— Спасибо, — всхлипнула она, и её воспалённые глаза вдруг наполнились слезами. — Это… это самое милое, что кто-либо для меня делал.

Я немного смутился. Вряд ли миска супа заслуживала такой похвалы, но, с другой стороны, прекрасно помнил свою прошлую земную жизнь, когда лежишь с температурой под сорок, чувствуешь себя куском дерьма, и одиночество давит сильнее болезни. То, что кто-то просто сидит рядом и подаёт тебе воду, значило невероятно много.

Так и сделал, потратив следующий час на то, чтобы накормить больную с ложечки супом, принести свежей воды, вынести переполненное ведро и немного прибраться в комнате. А когда Эшли смущённо попросила, помог ей обтереться тёплой влажной губкой. Мои руки скользили по её разгорячённой коже, осторожно смывая липкий пот, пока она, тихо вздыхая, опиралась на моё плечо. Я помог ей переодеться во всё чистое и перестелил постельное бельё.

Всё это стояло бесконечно далеко от эротики, но в этой бытовой интимной заботе была своя, особенная близость.

— После всех этих процедур чувствую себя почти живой, — пробормотала моя уставшая изобретательница, когда я снова укрыл её свежим одеялом и, взяв её маленькую мозолистую ладонь в свою, принялся второй рукой мягко гладить её по волосам. Глаза Эшли начали закрываться. — Думаю… завтра уже смогу вернуться в мастерскую.

— Даже не думай об этом! — отрезал я тоном, не терпящим возражений. — Если пойдёшь работать в таком состоянии, сляжешь ещё на месяц. У тебя неделя больничного отпуска, это приказ лорда.

— Да, мой господин, — послушно, с лёгкой улыбкой отозвалась она.

Я нежно сжал её пальцы.

— И раз уж мы заговорили о дисциплине, птички напели мне, что ты пропускаешь обеды и сидишь в мастерской по ночам, пока я в отъезде.

— Всего пару раз, — пробормотала Эшли, её дыхание становилось всё более глубоким и ровным. — Увлекаюсь процессом… забываю о времени…

Моя интуиция подсказывала, что «пара раз» — это каждый день без исключений.

— Значит, мы введём новые правила: мастер Раймо лично выгоняет тебя на обед, а ты бесплатно питаешься в трактире Озёрного за мой счёт. И после наступления темноты мастерская закрывается. Никаких ночных смен.

— Наверное… так будет лучше, — она потерлась щекой о мою ладонь с довольным вздохом. — Ты слишком добр ко мне, Артём.

— Ты мой личный гениальный изобретатель, — ласково сказал я, наклонившись и поцеловав её в лоб. — Мне нужно, чтобы ты была здорова, мы же собираемся совершать невероятные открытия ещё много-много лет.

— Невероятные открытия… — эхом откликнулась она, окончательно расслабляясь и проваливаясь в целительный сон.

Осторожно высвободив руку, поднялся с кровати и бесшумно вышел из комнаты. Ханнеа и Мика уже спали в основной комнате, пустые кружки стояли на столе. Я подбросил ещё пару поленьев в камин, решив, что позже пришлю кого-нибудь наколоть им дров на неделю вперёд, и, стараясь не скрипеть дверью, вышел на улицу.

В моём списке значились ещё несколько лавок и магазинов для инспекции, но я порвал пергамент и выбросил его в сугроб. Хватит с меня на сегодня! Круто развернувшись, направился обратно в поместье на поздний обед.

Шагая по заснеженной дороге, я чувствовал глубокое умиротворение. Забота о больной Эшли и её семье вырвала меня из бесконечного круговорота цифр, политики и грядущей войны, напомнив о самом главном, ради кого вообще всё это делаю.

Ради людей, которые мне доверяют.

Дымок встретил меня во дворе. Мой ездовой раптор радостно защебетал в знак приветствия и ласково ткнулся бронированной головой мне в грудь с такой силой, что я едва не пошатнулся.

— Ты отлично справляешься, дружище, — произнёс с улыбкой, почёсывая его под подбородком в самом любимом месте. Жёсткие чешуйки приятно холодили ладонь. — Извини, что ты застрял здесь, на посту охраны, но мы должны защищать свою семью.

Мой питомец-динозавр яростно клекотнул, выпустив задние серповидные когти, и дёрнулся, всем своим видом показывая, что готов броситься на любого, кто посмеет нам угрожать.

— Я позабочусь о том, чтобы сегодня вечером ты получил дополнительную порцию отличного мяса. И не забудь поделиться с друзьями.

Дымок энергично защебетал, напоследок нежно ткнул меня носом и с важным видом продолжил свой патруль вдоль ограды поместья.

Войдя в дом, сразу же столкнулся с Ирен. Она радостно улыбнулась и подняла руки, чтобы обнять меня, но я поспешно отстранился.

— Эшли простудилась, — виновато развёл руками. — Я некоторое время ухаживал за ней, сидел рядом, поэтому просто хотел уточнить, не стоит ли мне теперь беспокоиться о распространении этой заразы по всему дому. Не хватало ещё эпидемии в поместье.

— О, бедняжка! Позже схожу с Зарой проведать её, — Ирен энергично покачала головой, отгоняя мои страхи. — Что касается передачи болезни, используй заклинание Очищение на себе и одежде, это должно помочь. Твоё здоровье, благодаря Системе, находится на запредельном уровне, так что если не станешь изнурять себя до полного истощения и забывать о сне, тебе совершенно не стоит беспокоиться о таких пустяковых человеческих болячках.

В этот момент её взгляд неуловимо изменился, став глубже и древнее, Мия, моя богиня, взяла инициативу в свои руки, используя тело своей жрицы.

— Кроме того тело, которое я тебе дала — идеальный сосуд, — произнесла она с ноткой божественной гордости в голосе. — Оно невероятно здоровое, и ты в какой-то степени передал эту черту своим детям. Вдобавок ко всему, здесь, на Валиноре, болезни встречаются гораздо реже, и с ними куда легче справляться, чем в твоем старом мире. Не беспокойся об этом.

Это стало чертовски приятной новостью, и я мысленно поставил галочку, ещё один плюс жизни перерожденца.

— Как вообще здесь дела? — спросил её, возвращаясь к насущным проблемам.

— Утро прошло без происшествий, — жена-богиня одарила меня тайной многообещающей улыбкой. — Может, тебе стоит заняться эльфийскими контрактами, чтобы Ирен могла завершить последние приготовления? А потом ты со спокойной душой сможешь отправиться в Озёрный.

Я ещё ни разу не пожалел, когда следовал её советам.

— Звучит неплохо, — кивнул я и, забыв на мгновение о карантине, сделал шаг вперёд, чтобы поцеловать её.

— А-а-а, — протянула Ирен, теперь настала её очередь выставить вперед руку, останавливая меня. — Сначала Очищение, помнишь?

Да уж. Мне бы очень не хотелось заразить Ирен простудой, она так много работала над делами поместья. К тому же боялся, как бы эта зараза потом не пошла гулять по остальным членам моей огромной семьи.

— Увидимся позже, — пообещал я с улыбкой и направился в гостевую ванную.

Оказавшись там, быстро разделся, бросил одежду на пол и плеснул на неё водой для заклинания, оставив сушиться, горничные позже разберутся. Затем запрыгнул в душ, чтобы активировать на себя ещё один свиток Очищения.

Стоя под тёплыми струями, я в очередной раз порадовался тому, что мы наконец-то провели водопровод и горячее водоснабжение. Магия магией, а нормальный душ ничем не заменишь.

Вскоре Ирен прислала Лионелию со свежей одеждой. К моему лёгкому удивлению, несмотря на предыдущее игривое настроение, она не стала устраивать никаких шалостей, а просто деловито помогла мне вытереться полотенцем и настояла на том, чтобы самой одеть меня.

— Удачи с контрактами, — сказала Ирен, когда я вышел за дверь и звонко, по-хозяйски шлепнула меня по заднице.

Я усмехнулся. Ладно, кто-то здесь определённо что-то задумал, но сначала дела.