Первые упоминания о Дании в русских летописях датируются XII веком. Начиная с конца XV в., помимо экономических и политических связей, которые исстари Великий Новгород имел с датчанами, устанавливаются также довольно оживленные дипломатические отношения между государями России и Дании.

Согласно посольскому обычаю XVI — XVII вв., русские дипломаты во время зарубежных путешествий были обязаны вести ежедневные записи обо всем увиденном и услышанном в чужих землях, особенно о своей дипломатической деятельности. После возвращения в отечество они на основании своих дневников составлялись более или менее пространные отчеты, так называемые статейные списки, которые затем поступали на хранение в Посольский приказ.

До наших дней дошло более десятка статейных списков русских дипломатов, посещавших Данию в XVI — XVII вв. Из них до настоящего времени издан только самый ранний — посольства 1562 г. Важно отметить, что списки эти — не только ценный источник по истории русско-датских отношений, но еще и особый жанр древнерусской литературы, в котором впервые в письменном виде нашли отражение представления русских о Дании.

В 1621 — 1622 гг. в составе посольства князя А. М. Львова в Дании побывал священник Иоанн Васильевич Шевелев Наседка (около 1570 — около 1660), человек хорошо известный в истории русской церковной жизни первой половины XVII в. — и как знаток богослужебных книг (в 1615 — 1616 гг. он участвовал в исправлении Служебника, Октоиха, Требника вместе с архимандритом Троице-Сергиева монастыря Дионисием Зобниновским, а впоследствии более десяти лет (около 1638 — 1651) занимал должность справщика при Московском Печатном дворе), и как замечательный православный писатель. Впечатления, вынесенные отцом Иоанном из поездки в Данию, нашли отражение в прозе и стихах в его произведении «Изложение на люторы» (1623) — самом знаменитом антилютеранском сочинении, написанном в России в XVII в. Отец Иоанн предстает тут не только как обличитель нравов протестантского общества и наблюдательный человек, сообщающий драгоценные подробности из повседневной и церковной жизни датчан первой четверти XVII в., но обнаруживает и познания источников по истории Дании: свою критику взглядов сторонников лютеранского вероучения отец Иоанн пытается строить, между прочим, на основе «летописных книг», среди которых он называет и датские.

В XVIII — первой половине XIX в. круг знаний о Дании и ее истории в русском обществе заметно расширяется. В русской периодической печати в это время начинают появляться заметки и статьи, посвященные разнообразным вопросам текущей датской жизни. Во второй половине XVIII в. русский читатель получает возможность познакомиться с историей Дании непосредственно на родном языке. Известный философ-моралист екатерининской эпохи Яков Павлович Козельский (около 1728 — после 1793) издал сокращенный перевод «Истории Дании» знаменитого датского комедиографа и историка Людвига Хольберга, сопроводив его собственными комментариями. Некоторое время спустя были переведены с французского языка сочинения по датской истории Поля Анри Малле (1730 — 1807) и Жака Лакомба (1724 — 1811). В начале XIX в. увидела свет и первая русская книга на датскую тему.

В XVIII в. появились первые русские переводы источников по датской истории. Во время работы над новым общерусским сводом законов (Уложенная комиссия) для использования в качестве образца вместе с законоположениями других европейских государств на русский язык был переведен и «Датский закон» — первый общедатский кодекс, утвержденный к исполнению королем Кристианом V в 1683 г. В 1737 г. по просьбе В. Н. Татищева (1689 — 1750), собиравшего материал для своей «Истории Российской», переводчик Петербургской академии наук Кириак Андреевич Кондратович перевел с латинского языка сочинения немецких хронистов первой половины XIII в. Гельмольда и Арнольда Любекского, содержащие ценнейшие сведения по датской истории XII — начала XIII в. Кроме того, В. Н. Татищев первым из русских историков использовал в качестве источника труд средневекового датского историка Саксона[63] Грамматика (умер в начале XIII в.) «Деяния датчан». XVIII столетием датируется и анонимный перевод «русских» записок датского посла Якоба Ульфельдта (умер 1593), в которых он описал свое путешествие в 1578 г. ко двору царя Иоанна Грозного. Однако этот перевод был издан только в 1883 г. благодаря заботам историка литературы и собирателя древних рукописей Елпидифора Васильевича Барсова (1836 — 1917).

Первые изыскания российских историков в области собственно датской истории были связаны с так называемым варяжским вопросом. В 1756 г. на одном из заседаний Петербургской академии наук ее действительный член Фридрих Генрих Штрубе де Пирмонт (1704 — 1790) произнес речь, в которой указал на сходство ряда статей Русской правды и Ютландской правды, сделав при этом вывод, что древнерусские законы имеют скандинавское происхождение. Точка зрения Штрубе затем нашла отражение на страницах «Истории Государства Российского» Н. М. Карамзина (1766 — 1826). Тема призвания варягов новгородцами в 862 г. привлекла внимание профессора Дерптского университета Фридриха Карла Германа Крузе (1790 — 1866). Он первым попытался, опираясь на источники (прежде всего франко-германские анналы), доказать датское происхождение основателя древнейшей династии русских государей — Рюрика.

Количество сочинений о Дании в России значительно возрастает с середины XIX в., что во многом было обусловлено интересом русского общества к политическим и экономическим переменам, происходящим в Дании. Это в какой-то степени определяло тематику статей и книг о Дании: внутренняя и внешняя политика, вооруженные силы, развитие профсоюзного движения и кооперации, сельское хозяйство и крестьянский быт. Думается, что Конституция Дании 1849 г., в которой королевство провозглашалось ограниченной монархией, была переведена на русский язык не случайно. Переводчик М. В. Лучицкая и ее муж профессор Киевского университета И. В. Лучицкий (1845 — 1918), снабдивший книгу предисловием, разделяли идеи конституционных демократов. В 1907г. вышел в свет перевод краткой истории Дании Л. Н. Геделунда.

Большое внимание в русской печати, особенно военной, было уделено двум датско-прусским войнам (1848 — 1850, 1864) из-за Шлезвиг-Гольштейна. Эти работы не утратили научного значения и в наши дни; в них, помимо описания боевых действий, рассказана предыстория конфликта, а также дан анализ внутриполитической обстановки в Дании того времени.

В ряду имен первых российских историков-скандинавистов стоит имя профессора Петербургского университета Георгия Васильевича Форстена (1857 — 1910). Его перу принадлежат два солидных сочинения, посвященные Балтийскому вопросу в XV — XVII вв. Они написаны на основе хроник и актового материала, который автор собрал в различных европейских архивах (в том числе и Государственном архиве Дании). В обеих работах Г. В. Форстен уделил много внимания не только истории внешней политики Дании на Балтике, но и ее внутренней истории XV — XVII вв., прежде всего таким потрясшим датское общество событиям, как Графская распря» и Реформация.

Собственно Реформации в Дании была посвящена небольшая книга Г. А. Дементьева, в которой, кроме того, дан краткий очерк церковной истории Дании с IX по XVI в.

Истории датского крестьянства XVI — XVII вв. посвятил одну из своих статей И. В. Лучицкий. И хотя она написана на материале, взятом из работ датских ученых, это одно из первых специальных исследований по истории правового положения датского крестьянства. Особенно пристальное внимание И. В. Лучицкого привлекли крестьянские реформы в Дании конца XVIII в., покончившим с остатками крепостной зависимости крестьян. Кроме того, И. В. Лучицкий написал ряд статей по датской истории (в том числе очерк истории Дании) для энциклопедического словаря Брокгауза и Эфрона.

История датско-ганзейских отношений в XII — XIV вв. была затронута в книге другого профессора Киевского университета, Ф. Я. Фортинского.

Особую страницу в изучении истории Дании в России заняли исследования русско-датских связей. В первую очередь здесь следует вспомнить о Юрии Николаевиче Щербачеве (умер после 1917), который, будучи в 80-х годах XIX столетия первым секретарем посольства России в Дании, собрал множество источников в датском Государственном архиве, касающихся истории русско-датских отношений в XIV — начале XVIII в. Результатом этих изысканий стал ряд фундаментальных публикаций документов, изданных на высоком научном уровне.

Кроме того, Ю. Н. Щербачеву, а также А. Н. Шемякину, В. Кордту и Е. Н. Щепкину принадлежит большая заслуга в поиске, переводе и издании записок о России датских дипломатов XVI — начала XVIII в. И хотя эти сочинения в первую очередь являются важным источником по русской истории, они одновременно дают богатый материал и о самих датчанах: их мировосприятии и поведении при столкновении с чужой для них действительностью.

Пребыванию в Москве графа Вальдемара Шлезвиг-Гольштинского, сватавшегося к царевне Ирине Михайловне, посвящены публикации документов Н. Н. Оглоблина и А. П. Голубцова (I860 — 1911).

В XIX — начале XX в., помимо изданий источников, начали также выходить исследования по истории русско-датских отношений XII- XVIII вв. Еще в начале XIX в. Н. Н. Бантыш-Каменский (1737 — 1814) составил по годам подробный обзор, посвященный дипломатическим отношениям между Россией и Данией с конца XV по конец XVIII в. Однако его работа была опубликована только в 1894 г. Противоречивый характер русско-датских отношений в XV — XVIII вв. нашел свое отражение и на страницах многотомной «Истории России с древнейших времен» С. М. Соловьева (1820 — 1879). Отдельные периоды истории многовековых связей между Россией и Данией стали предметом более подробных исследований Н. А. Баумгардена, Д. В. Цветаева, Ю. Н. Щербачева, Г. В. Форстена, А. П. Голубцова, Е. Е. Замысловского и А. Г. Брикнера.

В первые десятилетия советской власти (20 — 40-е годы) издававшаяся в России (СССР) литература касалась прежде всего тем, связанных с обстоятельствами текущей датской жизни. Выходили в свет как отдельные популярные брошюры о Дании, так и специальные работы по вопросам сельского хозяйства, кооперации, рабочего движения, экономическому и политическому положению Дании в годы второй мировой войны.

Изучение истории Дании в СССР в межвоенный период практически прекратилось. Можно назвать лишь статьи М. М. Богословского и В. Д. Бонч-Бруевича о датско-русских связях в эпоху Петра I и две публикации источников: перевод хроники Генриха Латвийского (умер около середины XIII в.), в которой рассказывается о датском завоевании в первой половине XIII в. Северной Эстонии; и документы, касающиеся русско-прусских отношений в связи с вопросом о Шлезвиг-Гольштейне в середине XIX в.

Новый этап в изучении истории Дании, как и других Скандинавских стран, в России начался в 50 — 60-е годы. В 1956 г. увидел свет первый номер ежегодника «Скандинавский сборник», который стал на долгие годы главным изданием скандинавистов СССР. В 1963 г. состоялась первая скандинавская конференция (последняя, двенадцатая, — в 1993 г.). Увеличивалось число исследований как по различным отраслям скандинавистики (археология, этнография, филология, экономика, искусствоведение, история), так и хронологически (с древнейших времен по XX в.). Именно этим временем датируются первые диссертации по датской истории. Датской теме неизменно отводится место в учебных пособиях по истории средних веков, нового и новейшего времени. Статьи о Дании, написанные А. С. Каном, В. В. Похлебкиным и П. Васильевым, можно найти во «Всемирной истории» и «Советской исторической энциклопедии». А. С. Кан также написал специальное пособие по истории скандинавских стран, где изложены основные события истории и культуры датского народа с древности до 70-х годов XX в.

В отличие от средневековой истории Швеции и Норвегии датская история этого периода не представлена в нашей литературе крупными исследованиями. Вместе с тем в работах А. Я. Гуревича, А. А. Сванидзе, Е. А. Мельниковой и других скандинавистов затрагиваются отдельные вопросы датского средневековья.

Так, А. Я. Гуревич и Г. С. Лебедев показали, что походы викингов (VIII — XI вв.), в которых датчане принимали самое активное участие были вызваны прежде всего социально-экономическими переменами в Скандинавии разложением родоплеменных отношений, становлением классового общества, образованием раннефеодального государства.

Некоторое типологическое сходство и относительную синхронность социально-политического и духовного развития в IX — XIII вв. Древнерусского и Скандинавского регионов, включая Данию, отметили И. П. Шаскольский, Е. А. Мельникова и В. Я. Петрухин. Кроме того, Е. А. Мельникова перевела на русский язык ряд датских рунических надписей.

Походам датчан против балтийских славян посвятил свою статью Я. П. Зинчук.

Ценные, порой единственные в своем роде, сведения по датской истории X — XII вв. содержат переведенные на русский язык в 60 — 70-е годы сочинения немецких хронистов Видукинда Корвейского и Гельмольда.

Историю датской деревни с древнейших времен до середины XIX в. изложили А. Я. Гуревич, С. Д. Ковалевский и В. Е. Возгрин в коллективном трехтомном труде, посвященном европейскому крестьянству эпохи феодализма. Авторы показали, что с разложением родоплеменного строя и развитием в Дании феодальных отношений шел процесс становления крестьянства как общественного класса, который в массе своей постепенно оказался в правовой и экономической зависимости от духовных и светских феодалов. Только аграрные реформы конца XVIII в. и, наконец, политические реформы середины XIX в. позволили крестьянам занять достойное место в экономической и политической жизни датского общества.

Политической истории Дании в эпоху уний в Северной Европе XIV — XVI вв. посвящена статья А. А. Сванидзе, в которой подчеркивается ведущая роль датской монархии в Северной Европе периода Кальмарской унии (1397 — 1523) трех скандинавских королевств. А. А. Сванидзе также принадлежит ряд глав по средневековью Северной Европы во втором томе «Истории Европы», кроме того, определенное место там отведено экономической, социально-политической и культурной истории Дании с древности до конца XV в.

Некоторые стороны духовной жизни Дании в средние века и раннее новое время затронули в своих статьях Т. В. Николаева, В. Е. Возгрин и И. П. Куприянова.

Тема датско-английских отношений 30-х годов XVI в. была рассмотрена в статье Ю. Е. Ивонина.

Генезис датского абсолютизма стал предметом изучения в работах В. Е. Возгрина. Он пришел к выводу, что установлению в 1660 г. единовластия короля способствовали следующие причины: постепенные изменения в социально-экономической жизни, неспособность высшего слоя дворянства соответствующим образом реагировать на эти перемены, противоречия в среде дворянства, поддержка короля мелким дворянством, духовенством, интеллигенцией и особенно бюргерством. Установление абсолютизма, как полагает В. Е. Возгрин, способствовало превращению сословного общества в сословное государство и складыванию благоприятных для развития капитализма условий.

Собственно история Дании в эпоху абсолютизма (1660 — 1848) в России почти не исследовалась: есть лишь несколько работ М. А. Когана и статья К. Е. Калмановича, посвященные реформам Струэнзе, которые авторы характеризуют как реформы просвещенного абсолютизма. Кроме того, М. А. Коган, использовав материалы А. Ледрю, написал статью о датских колониях в Вест-Индии конца XVIII в.

Во второй половине XX в. были продолжены начатые в XIX в. изыскания в области истории русско-датских отношений. В работах И. П. Шаскольского, М. Б. Свердлова, А В. Назаренко, Е. А. Рыбиной, Н. А. Казаковой, К. В. Базилевича, А. Л. Хорошкевич, И. В. Лебедевой, Б. Н. Флори, Л. И. Ивиной, Г. М. Коваленко, В. Е. Возгрина и архимандрита Августина (Никитина) исследованы экономические, политические, культурные и церковные связи Дании и России с IX по XX в.

Некоторым аспектам внешнеполитической истории Дании от средневековья до новейшего времени посвятили свои статьи А. С. Кан и В. В. Похлебкин.

Плохо обстоит дело в отечественной историографии с изучением датской истории XIX в. Тут можно назвать лишь книгу Л. К. Рооте, посвященную политике европейских держав в связи со Шлезвиг-Гольштинским вопросом накануне и во время датско-прусской войны 1864 г., и ее же статью о взглядах К. Маркса и Ф. Энгельса по данной теме.

История Дании начала XX в. представлена в послевоенной литературе статьями В. В. Похлебкина и Ю. В. Кудриной. Кроме того, Ю. В. Кудрина является автором ряда статей, посвященных социально-экономической, политической и дипломатической истории Дании в период первой мировой войны.

В двух работах анализируется проблема влияния на датское рабочее движение Октбярьской революции 1917 г. в России. Политические и экономические вопросы советско-датских отношений в первые годы существования советской власти стали предметом изучения в статьях Р. Ф. Карповой, В. А. Шишкина и Ю. В. Кудриной.

Внешнеполитическая история Дании в межвоенный период, а именно: деятельность ее представителей в Лиге наций, борьба в начале 30-х годов за достижение коллективной безопасности, эволюция к изоляционизму накануне второй мировой войны, нашла отражение в исследованиях Ю. В. Кудриной и А. В. Нестерова.

Довольно много внимания советские историки уделили датской истории времен второй мировой войны.

Операция по захвату Дании в 1940 г. немецкими войсками стала темой статьи П. Васильева.

А. С. Кан обозначил два периода внешнеполитической истории Дании в годы войны: первый (1940 — летом 1943) отличался поддержкой со стороны датских правящих кругов гитлеровской Германии. Однако поражения немцев на фронтах, рост антинемецких настроений в датском обществе, активизация движения Сопротивления и последовавшее затем установление прямого немецкого правления привели с сентября 1943 г. Данию в лице антифашистского Совета свободы в ряды антигитлеровской коалиции.

Общественно-политической и экономической жизни Дании, проблеме коллаборационизма и движению Сопротивления во время второй мировой войны посвящены монография и статьи Ю. В. Кудриной. Используя материалы датских архивов и датской подпольной прессы, она проследила изменения, имевшие место в настроениях датского общества в годы немецкой оккупации; рассказала о деятельности движения Сопротивления, перед которым стояли задачи усиления борьбы против нацистов и срыва политики сотрудничества правительства Дании с Германией. Важной особенностью датского Сопротивления автор считает наличие тесного сотрудничества в антифашистской борьбе коммунистических и буржуазных элементов.

Операция по освобождению Красной Армией датского острова Борнхольм стала предметом рассмотрения в статье А. Басова. Этой же теме посвящены воспоминания Г. Хромушиной и документы, изданные В. В. Гуркиным и О. Г. Гуровым. А. С. Кан, Ю. В. Кудрина и Г. В. Шатков проанализировали состояние источников и литературы по истории Дании в годы второй мировой войны.

Новейший период истории Дании представлен в отечественной литературе 50 — 90-х годов довольно большим числом исследований. Датская тематика постоянно присутствует в работах по проблемам, связанным с межскандинавским сотрудничеством, внешней политикой, экономикой, социальными вопросами, общественным движением, партийным и государственным строительством, церковью, народным образованием скандинавских стран. Продолжают выходить как отдельные очерки о современной Дании, так и специальные исследования, в которых анализируются различные проблемы текущей датской жизни. Немало внимания уделяется экономическим и социальным вопросам, внешней политике, деятельности некоторых партий и общественных движений, государственным учреждением. Ряд историко-этнографических исследований на датском материале провел Г. И. Анохин.

Датской историографии посвящены статьи В. В. Похлебкина, Ю. В. Кудриной, Е. А. Мельниковой и В. В. Рогинского.

В настоящее время почти все исследования в области датской истории ведутся в научных учреждениях Москвы и С. Петербурга. На историческом факультете Московского университета открыта специализация по истории средневековой Дании. В Институте всеобщей истории Российской академии наук готовятся диссертации по социально-политической истории Дании XIV в., а также по истории датской внешней политики 1930-х годов. Идет работа над переводами на русский язык памятников древнедатской литературы и права. По-прежнему велик интерес ученых к истории русско-датских и советско-датских отношений. Продолжают разрабатываться различные темы по истории Дании средних веков, раннего нового времени, первой мировой войны, межвоенного периода и второй половины XX в. Значительно хуже, по причине отсутствия специалистов, обстоит дело с изучением датской истории XVIII и XIX вв.