Глава тринадцатая

Балканский кризис

Австрийская империя. Прага

11 апреля 1898 года

Балканы производят больше истории, чем могут потребить

( Уинстон Черчилль)

Первая мировая война должна была начаться в 1898 году. К ней никто еще не был готов: ни морально, ни материально. Но она должна была начаться, хотя ее организаторы считали, что смогут столкнуть лбами только лишь две империи и всё, таким образом, обойдется!

В январе девяносто восьмого года Полковников положил мне на стол доклад Мезенцева. Доклад свидетельствовал о том, что несколько националистических организаций Сербии объединились в одну, которую назвали «Чёрный рассвет»[1]. Но, что стало самым опасным симптомом — у боевиков этих организаций появились деньги, оружие и инструктора, которые натаскивали их на проведение террористических атак. В основном, это были наемники из САСШ, где гайнфайтеры[2] всегда были в моде. Но среди нескольких десятков иностранцев, прибывших в Белград, затесалось и парочка англичан. Что понадобилось представителям Туманного Альбиона в этой заварушке установить сразу же было сложно: они вроде как занимались бизнесом, иногда контактируя с заокеанскими инструкторами. Пришлось провести спецоперацию — выдернуть и внимательно расспросить одного америкоса. Раскололся он быстро и до донышка. И этим купил себе жизнь. А мы получили ценного двойного агента в стане врага. Итоговый расклад оказался следующим: сербские националисты должны провести показательную ликвидацию Франца Фердинанда, который стал официальным наследником императорского престола после странного убийства (или самоубийства) кронпринца Рудольфа, сына Франца Иосифа I. Австро-Венгрия неизбежно вступает в войну с Сербией, Россия идет братьям-славянам на помощь. Обе империи выйдут из этой большой войны ослабленными. Главное — это будет война между союзниками Германии, то есть, положение Второго Рейха значительно ухудшится! И кто от этого выиграет? Конечно же, Британия, готовая продавать оружие всем сторонам конфликта и вмешаться в него в качестве посредника после заключения мира.

Впрочем, планы Лондона могли и измениться, в зависимости от того, как будет развиваться конфликт. Тем более, что в эту заварушку не исключали включения и Турции. Для османов укрепить свое пошатнувшееся положение на Балканах — просто бальзам на душу! Надо сказать, что этот план был слишком сложным для британской короны, хотя бы потому, что обычно лимонники старались сколотить однозначную коалицию и сразу навалиться на одного врага всем скопом. При этом на суше всегда было кому за них воевать, а море британцы умели контролировать более чем успешно. А тут… возможность или даже необходимость импровизации по ходу действия русское руководство очень уж смущало. Не совсем британский стиль! Пришлось очень хорошо постараться! И внести коррективы в действия заговорщиков!

Боевой группой, которая готовилась отправиться в Прагу руководил подпоручик Драгутин Димитриевич, известный в организации под кличкой «Апис». Кроме него в террористическую ячейку вошли пятеро человек: большее количество посчитали не слишком-то эффективным, а вот привлечь внимание они могли… более чем. Было хорошо известно, что в начале апреля император Австро-Венгрии посетит Прагу совместно с наследником престола. И именно для подготовки устранения бедного Франца Фердинанда они туда и отправились. Эта «экспедиция» щедро оплачена английским золотом. Боевики не нуждались ни в деньгах, ни в оружии, которое их уже ждало в столице Богемии. Но при этом ни один из английских кураторов и американских инструкторов в группу включен не был. Один из них, капитан Джон Рид, отправился в Прагу накануне прибытия группы Аписа — наблюдать за выполнением задачи. С ним прибыли трое его личных «помощников». На случай, если понадобиться подстраховать горячих сербских парней. Джон Рид, он же Джон Гэллуэй — англичанин, а трое его помощников — те самые гайнфайтеры из Штатов.

Весенняя Прага — город особенный. Особенно красивый, сказал бы я –и не ошибся бы ни на грош. В апреле, когда еще не жарко, но весна уже расправила крылья и правит погодой — в Праге лучшее времяпровождение. Можно посидеть в одной из многочисленных пивных, отведать изумительное по своему качеству пиво, которое уверенно конкурирует с тем же баварским! Можно в одном из многочисленных парков устроится на удобной скамейке и просто дышать весенним пьянящим воздухом. А можно и работать. Как работали приехавшие в столицу Богемии сербские гастрабайтеры. Изучение местности — подпоручик Димитриевич назвал это именно так. Выбрали точки возможного воздействия, просчитали подходы и отходы, возможность нанесения удара. На ферме под Прагой опробовали оружие и хорошо его пристреляли. Им доставили партию револьверов «Смит и Вессон», приобретенных для нужд российской армии. Это так называемая модель 3, или 4,2-линейный (10,67-мм) револьвер системы Смита-Вессона, при этом удалось доставить сюда партию револьверов, выделки Тульского оружейного завода. Как говориться «русский след» во всей его красе. Правда, у этого оружия, при всей его мощности и убойности был один существенный недостаток — довольно большие габариты и вес, что, согласитесь, для тайного убийства не слишком-то и выгодно. Но энтузиазм сербских бойцов за великую идею помог им справится со всеми трудностями, так что к первым числам апреля у боевиков было всё готово.

Десятого апреля император Франц Иосиф I в сопровождении наследника престола, своего племянника, эрцгерцога Франца Фердинанда прибыли в Прагу. Первая попытка боевиков расправиться с целью оказалась неудачной. И место выбрано было правильным — Карлов мост, который кортеж императора никак не мог минуть. Но меры предосторожности императорской охраны оказались столь драконовскими, что выйти с короткоствольным оружием на уверенную дистанцию поражения нечего было и думать. И тогда в действие был приведен план «В». Опять свою роль сыграли деньги, куда без них? Нет, проникнуть в Пражский град — фактически крепость, в которой располагалась и резиденция Габсбургов, было делом совершенно нереальным. Не сейчас, когда там находился Франц Иосиф. Тем более, что если сам император предпочитал Новый дворец в качестве резиденции, то Франц Фердинанд остановился в Летнем дворце королевы Анны. И оба они отвергали Старый дворец, выстроенный в незапамятные времена и лишенный необходимого набора удобств. Все эти замки находились на небольшом пятачке, можно сказать, рядом друг с другом, что для их охраны создавало дополнительные удобства. Очень может быть, что австрийские спецслужбы что-то заподозрили, нельзя думать, что там сидели неумехи и болваны. Отнюдь! Но всё-таки точных данных они не имели, поэтому и меры по охране первых лиц государства принимались более чем драконовские.

И всё-таки было одно место, которое император гарантированно должен был посетить. Это архиепископский дворец. Дело в том, что пражский архиепископ Франциск де Паула, он же граф Франц-Мария-Карл-Эрвин-Пауль фон Шёнборн-Буххайм-Вольфсталь из рода Шёнбурнов имел на императора Франца Иосифа серьёзное влияние. Это невзрачный на вид мужчина в скромном (по меркам Ватикана) епископском облачении, тем не менее, считался одним из столпов веры, который своими советами всегда приходился ко двору. Не смотря на свою молодость (сорок четыре года для архиепископа даже как-то не солидно) Франсиск фон Шёнбурн на политической арене империи выглядел весьма солидной фигурой.

Как удалось узнать, по протоколу, императора не собирался посещать архиепископский дворец. Граф и архиепископ должен был встретить императорский кортеж на площади перед дворцом, после чего все вместе поехать в Брженовский бенедектинский монастырь, где в капелле святого Иосифа отслужить торжественный молебен. Этим и решились воспользоваться заговорщики. Учитывая, что посещать дворец император не собирался, охрана и не проверила его слишком уж тщательно, предполагалось разместить в нем только несколько постов внутри на время подъезда императора и встречи на площади.

(Архиепископский дворец в Праге)

В восемь утра несколько гвардейцев проверили здание дворца, в котором находился архиепископ. Сам Франсиск уже встречал кортеж императора, находясь за пределами здания. В половине девятого четверо боевиков: Милослав Савич, Добромир Вучич, Святослав Пршигордич и Денис Притула проникли с заднего входа в архиепископский дворец. Вход им открыл тот самый ослик, груженый золотом, о котором говаривал македонский царь[3]. Прислугу, немногочисленную по случаю того, что почти все покинули здание, дабы посмотреть на кортеж императора, нейтрализовали быстро и бесшумно. Когда на площадь перед дворцом выехала открытая карета, в которой восседал император, а напротив него эрцгерцог, окна на втором этаже дружно вылетели, выбитые почти что одновременно. Боевики открыли огонь сразу с двух рук, современный термин «по-македонски», хотя тут можно было бы поспорить, ибо среди инструкторов, обучавших такому методу ведения стрельбы ни одного македонца, не было! Только американцы! А стреляли исключительно сербы, в число которых затесался полусерб-полуукраинец. Первыми погибли красавцы-уланы, окружающие карету на высоких статных лошадях — почетный эскорт императора. Дальше пули прошлись и по восседавшим в ландо Габсбургам. Почти полсотни пуль были выпущены в сумасшедшем темпе, но у боевиков было по четыре револьвера на нос! И только когда они бросили первую пару оружия и взялись за вторую — только тогда кто-то из тайной службы догадался открыть ответный огонь. Впрочем, били по окнам не слишком-то и прицельно: им сильно мешала паника, которая тут же возникла на площади: ржание лошадей, падающие с коней воины, смерть, хаос и раздор. Несколько гвардейцев пытались взломать дверь дворца, но парадный вход оказался запертым.

Отстреляв боезапас и бросив оружие на месте преступления (как и было задумано — оставить улику, ведущую к русским) боевики рванули через черный ход, к карете, которая ждала их на соседней улице. Вот только им не повезло: там оказалась группа агентов, которые решили зайти во дворец с чёрного хода. при виде выбегающих оттуда крепкого вида парней они тут же открыли огонь. Двое покушавшихся на императора были убиты на месте, двое — ранены, один из них тяжело. Больше всех не повезло пану Притуле: пуля пробила ему икру левой ноги, он остался почти что цел, но вот уйти с места преступления не мог. Его и колола австрийская тайная полиция, что называется «до донышка». И всех своих товарищей он сдал, не слишком-то сопротивляясь.

А что Апис? А сам Димитриевич дураком не был. На площади перед архиепископским дворцом его не было. Он находился в одной из пивной неподалеку от места события, но не так, чтобы и слишком близко. Почему его появление в столице прохлопали агенты австрийской тайной полиции — оставалось загадкой. Услышав грохот выстрелов, Драгутин понял, что дело выгорело, насколько оно оказалось успешным, он решил не выяснять. Тем более, что у него был билет на поезд из Праги в Берлин. Уходить в сторону Балкан Апис посчитал слишком глупым шагом. Выбраться из пивной «Червоный Градец» Апис решил через калитку на заднем дворе. Вот только вышел он из калитки, как его оглушили (обычный кистень с мешочком песка на конце сработал безупречно) и погрузили в карету, не забыв сковать руки.

К этому времени были ликвидированы и группа «страхующих» гайнфайтеров. Быстро, резко, раненые Джон Рид и два его подручных оказались в руках русских агентов. Допрашивали их в небольшом замке, в доброй сотне километров от Праги, который полностью арендовали наши дипломаты, и стал временной базой, освоенной людьми Мезенцева. Американцы раскололись достаточно быстро. А вот с капитаном Гэллуэем (он же Джон Рид) пришлось повозиться.

Невезучий Франц Фердинанд погиб сразу же — тяжелая револьверная пуля разнесла ему череп, с такими ранами никто не жилец. А вот удивительное оказалось в том, что Франц Иосиф, получивший четыре пули, оказался жив: ни одна из ран не оказались смертельными. Его сразу же доставили в лучшую из клиник Праги, где прооперировали лучшие из лучших специалистов. Увы, но даже они не смогли гарантировать чуда: шестнадцатого апреля, о шести часах до полудня император Франц Иосиф скончался, так и не придя в сознание.

Надо сказать и о последствиях этого преступления. А они были более чем существенными. Во-первых, достаточно неожиданно на политическую арену вернулась императрица, простите, теперь уже вдовствующая императрица, Елизавета Баварская, она же Сиси. Она как раз находилась в Вене, когда весть о покушении на императора достигла столицы. После вести о смерти императора им был провозглашен внучатый племянник Франца Иосифа I Карл Франц Иосиф, которому исполнилось всего десять лет. И регентом при молодом императоре дружно (что оказалось самой большой неожиданностью) провозгласили Елизавету. Под влиянием ближайшего советника покойного императора и его генерал-адъютанта, графа Эдуарда Марии Николауса фон Паара регентша Сиси выкатила Сербии ультиматум. Достаточно жесткий и возмутительный! Австрия требовала расследования преступления сербских боевиков, причем балканское королевство должно было допустить австрийских следователей на свою территорию и не мешать им осуществлять правосудие (читайте — производить аресты поданных сербской короны). Совершенно неожиданно в дело вступила Россия. Но не в защиту Сербии! А с осуждением действий террористов и методов их борьбы. В долгую Россия предложила антитеррористический пакт, который впоследствии был ратифицирован не только Россией, но и Австро-Венгрией и Германией, и даже Францией. Единственной большой европейской страной, которая это соглашение не заметила, оставалась пиратская Британская империя.

В Сербию из Болгарии перебросили пехотную дивизию. В состав которой была бригада спецназа, которую натренировали на штурме помещений, арестах, задержании террористов. Соответственно, она имела на своем оснащении некоторые разработки в вооружении и методах противодействия террористам. Расследованием занялся Тройственный следственный комитет из следователей Сербии, Австро-Венгрии и России. Когда же в Белград были доставлены не только Апис, но и его кураторы, по всей Сербии прошли многочисленные аресты. «Чёрный рассвет» быстро укатил в закат. Пётр Карагеоргиевич, который сам опасался местных националистов такой поворот событий только радовал, ибо следствием стало укрепление его личной власти и династии. Да и военная база Российской армии в Сербии тоже пришлась ему по вкусу. Как говориться, небольшая, но совсем не лишняя опора трону.

Апис был выдан австрийцам и казнен в Вене. Остальных деятелей-националистов приговорили к серьёзным срокам заключения. Нескольких, самых опасных, тайком ликвидировали во время заключения. Одна из самых неприятных язв Балкан была санирована. Правительство Австро-Венгрии, получившее данные о том, что британка сунула свой нос в гибель их императора, окончательно потеряло ориентацию на Британию. Что тоже, согласитесь, было неплохо.

[1] В РИ «Чёрная рука»

[2] Мастер скоростной стрельбы из револьвера, меткий и быстрый стрелок на Диком Западе

[3] Имеется в виду фраза, брошенная Филиппом II, отцом Александра Македонского «Осёл, гружёный золотом, возьмёт любую крепость»