Иван Сергеевич Тургенев с молодых лет вёл дневниковые записи. Кроме того, в его переписке с многочисленными друзьями подробно описаны планы, мысли, поступки. Так что его жизнь, судьбу замыслов и даже отдельных слов можно проследить буквально по дням. Давайте попробуем это сделать на примере романа «Отцы и дети».

«Я брал морские ванны в Венторе, маленьком городке на острове Уайте, – дело было в августе 1860 года». Именно тогда и там, а точнее – 18-го числа на юге Англии, начал Иван Сергеевич писать новое произведение. Работа шла медленно, как не раз признавался автор, «вяло». Виной тому были и внешние обстоятельства.

В сентябре Тургенев переехал в Париж. Но – «все мои помыслы, весь я в России».

В октябре, прочитав в «Современнике» нелестный отзыв Николая Гавриловича Чернышевского о своём предыдущем романе «Рудин», Тургенев разрывает всякие отношения с журналом, с которым сотрудничал много лет.

6 декабря узнаёт, что избран членом-корреспондентом Академии наук по отделению русского языка и словесности.

31 марта 1861 года присутствует вместе с декабристом князем Сергеем Григорьевичем Волконским на торжественном молебне по случаю обнародования долгожданного манифеста об упразднении крепостного права.

7 мая возвращается в Москву.

9-го появляется в своём имении Спасское.

Роман о русском обществе, мучительно ищущем истину в спорах между старым дворянством и разночинной молодёжью – выходцами из мелкопоместной или вовсе безземельной среды, – ещё не окончен. Ещё пытаются герои определить свои отношения с простым народом. И сам автор полон подобных раздумий, порождённых послереформенными проблемами: «Вы знаете сами, что за птица русский мужик, надеяться на него – безумие. Он даже на оброк не переходит, чтобы не лишить себя возможности прескверно справлять барщину…»

мы уже цитировали эти строки из «Евгения Онегина», –

Не благословил – настали иные времена.

9 июля вместе с Афанасием Афанасьевичем Фетом Тургенев отправляется на охоту: «Зашиб ногу и чуть не умер в Карачеве от желудочного припадка».

11 августа: «Мой труд окончен наконец. Написал я последнее блаженное слово».

Итак, без малого через год после начала работы все слова рукописи окончательно встали на свои места. И среди них – слово «нигилист», которому было суждено обозначить целую эпоху в жизни страны.

Впрочем, само слово существовало уже давно. Об этом и в романе говорится. Размышляя о студенте-медике Базарове, помещик Кирсанов замечает: «Нигилист – это от латинского nihil, ничего».

Разумеется, Николай Петрович, человек начитанный, мог встречать словцо не один раз. Однако обозначало оно самые разные понятия: и невежество, и крайний идеализм, и крайний материализм. Теперь же, родившись под тургеневским пером заново, слово, которое может справлять день рождения 11 августа, обрело определённость.

Написанный искренне и честно, роман, конечно, подвергся критике со всех сторон – и справа, и слева. Но в одном сходились все.

Критик Николай Николаевич Страхов: «Из всего, что есть в романе Тургенева, слово нигилизм имело самый огромный успех, оно было принято и противниками, и приверженцами того, что им обозначается».

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин: «Какое, однако, слово Тургенев выдумал, всякая собака им пользуется».

А вот свидетельство самого автора: «Выпущенным мною словом “нигилист” воспользовались многие».

Интересно, что иностранные словари относят это слово к разряду исконно русских, а его появление в Европе связывают именно с романом Тургенева.

Так кто же он всё-таки такой, нигилист? Друг Базарова Аркадий Кирсанов объяснял так: «Это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружён этот принцип».