Извращённые игры

НЕКТО

Убивать было уже недостаточно.

Сначала мне было достаточно эмоций и адреналина от того, что я лишал жизни, это наполняло меня, возбуждало, это дало мне тот заряд энергии, который мне был нужен, но в какой-то момент мне стало скучно. Все они умоляли, умирали и истекали кровью одинаково, их выражения страха были настолько похожи, что я больше ничего не чувствовал, убивая их.

Мне нужно было нечто большее.

И на мгновение я подумал, что мои кровавые дни подошли к концу, что меня больше ничто не наполнит, что я буду жить своей пустой жизнью без адреналина, пока не осознал, что меня гораздо больше развлекают пытки, игры с моими жертвами, проникать в их сознание, как чёртов паразит, разрушающий все на своем пути, доставляет мне гораздо больше удовольствия.

Этот медленный, болезненный процесс был настолько увлекательным, что я сомневался, что мне это когда-нибудь надоест.

Это был мой вечный источник адреналина: их страдания, наблюдение за тем, как они ломаются на моих глазах, пока не останется только самое хрупкое, самое чистое из их существ. Хотя смерть по-прежнему оставалась моим спутником, именно моменты, которые приводили к ней, побуждали меня быть тем, кем я был: самопровозглашенным ангелом смерти. В конце концов, я был выше их.

Я медленно выдохнул дым своей сигары, я сидел в кресле, откинувшись назад, уставившись в потолок. Утопая в приятных воспоминаниях о том, что произошло о несколько дней назад.

Джесси.

На моих губах появилась победоносная улыбка, когда я вспомнил ее взгляд оттуда, с высоты крыши средней школы. На секунду она засомневалась, собираясь отступить, но ей было достаточно найти меня в толпе, чтобы прыгнуть. Ей пришлось прыгнуть.

Стоять там среди людей, среди бела дня, на виду у всех, было потрясающе, невероятно, одно только воспоминание об этом вызывало у меня мурашки по коже от волнения. И то, что она ничего не могла сказать, что я контролировал ее, как глупую человеческую марионетку, было лучшим, что я когда-либо делал до этого момента. На этот раз я превзошел самого себя. Я так наслаждался этим, что этот приступ эмоций длился у меня пару недель, я был спокоен, но этого было достаточно.

Я хочу большего.

Скоро у меня будет больше.

Потому что моя следующая жертва была недалеко от того, чтобы попасть в мои лапы, моя следующая игра вот-вот должна была начаться, еще один разум, в который нужно проникнуть, еще одна девушка, которую нужно сломать. Еще одна игрушка, которая будет развлекать меня, пока не придет время заполучить мою главную героиню, пока не придет время заполучить ее.

Я снова выдохнул сигаретный дым, наблюдая, как он рассеивается и исчезает надо мной. Закончив, я затушил ее в пепельнице и встал, подошел к фреске справа от меня, она была полна ее фотографий, не моей следующей жертвы, а единственного человека, которого я всегда хотел видеть рядом со мной: избранная для меня, конечная цель моих игр.

Все фотографии были сделаны незаметно для неё, она выглядела безупречной, чистой и такой красивой на каждой из них. Ей нужно было остаться рядом со мной навсегда, это был единственный способ спасти её, уберечь от всего зла и грязи этого мира. Я был её спасителем, я улыбался, проводя пальцем по контуру её лица на фотографии. Я буду её Богом.

Она не знала, но её нужно было спасти. И я был единственным, кто мог это сделать, и для этого мне нужно было больше информации о ней, гораздо больше.

И моя следующая жертва послужила бы для этого, а также для развлечения меня в моей скуке, двойная польза, я любил, когда дела шли так продуктивно. Простая девушка была бы мне очень полезна, и, черт возьми, она была простой, ничто по сравнению с ней.

Она была главным призом, желанным трофеем.

За прошедшие несколько дней я понял, что для того, чтобы заполучить её, мне придется иметь дело с ними, с теми, кто окружал её как голодные мухи, почему она привлекала таких парней? Я предположил, что я не единственный, кого зацепила её чистота, её потенциал. У неё был потенциал стать совершенством, одержимостью многих, но она была моей.

Мой мобильник завибрировал в кармане брюк, и я вытащил его, чтобы ответить на звонок, не отрывая глаз от фотографий.

— Чего ты хочешь?

Тишина.

— Не делай этого.

Это заставило меня вздрогнуть.

— Кто ты такая, чтобы отдавать мне приказы?

— Это очень опасно, — она произнесла мое имя шепотом. — Дело Джесси открыли совсем недавно.

— Ты лжёшь.

— Что?

— Не волнуйся за меня, — честно сказал я.

— И ты не должна была говорить мне по телефону такие вещи, ты что, идиотка?

Она повесила трубку.

Я отложил свой мобильный, взял куртку и вышел. Прохладный осенний ночной воздух шевелил коричневые и оранжевые листья на земле, деревья уже обнажили свою наготу, приближалась зима. Я засунул руки в карманы куртки, пошел вниз по улице к тому месту за деревьями, где я припарковал свою машину, сел и завел ее, направляясь к центру города Уилсон.

Я посмотрел на часы: 20:55 вечера. Уже почти время.

Моей следующей жертве пора было заканчивать свою смену в городском ресторане. Я припарковал свою машину напротив неё и наблюдал за ней через прозрачные окна, обслуживающую столики и улыбающуюся клиентам, прежде чем она исчезла из поля моего зрения. Я знал, что она наверняка пошла переодеться, потому что пора было идти домой. Я ждал, терпение было одним из моих качеств.

Она вышла из ресторана со своим рюкзаком и подошла к своему велосипеду с одной стороны парковки, отвела его в сторону, прежде чем сесть и покатить по улице в противоположном направлении от того места, где стояла моя машина.

Я завел свою машину и последовал за ней с включенными фарами, пока не догнал ее, находясь сбоку от нее на улице, я нажал на сигнал, и она подпрыгнула от испуга, глядя на меня. Его маленькие брови нахмурились при виде меня.

— Тебя подвезти?

Она покачала головой.

— Я в порядке.

— Уверена?

Она продолжала крутить педали, обгоняя меня, поэтому мне пришлось ускориться, чтобы снова оказаться рядом с ней.

— Эй, — я смягчил тон своего голоса. — Я просто пытаюсь быть вежливым.

— Я знаю, но мне не нужна поездка, мой дом на склоне холма.

Я забыл, какой она была застенчивой. Это было то, что я заметил, наблюдая за ней. Она бы никогда не села в машину с парнем.

— Тогда можно я буду сопровождать тебя? Уже поздно, и мне будет плохо, если я отпущу тебя одну, — сказал я, проезжая рядом с ней, свет моей машины освещал для нее темную улицу.

— Со мной всё будет в порядке, — сказала она, не глядя на меня, это заставило меня улыбнуться, ах, застенчивые были такие забавные.

Я сопровождал её, пока она не подъехала к своему дому и не сошла со своего велосипеда, она просто стояла, не зная, что сказать, её руки нервно теребили велосипед, она не привыкла к вниманию противоположного пола. Она не была особенно привлекательной, и её застенчивость не способствовала этому факту, она казалась мне очаровательной и легкой добычей для меня.

— Э, ну, — она колебалась, говоря.

— Спасибо, что сопровождал меня, хотя в этом не было необходимости.

— Пожалуйста, — я изобразил свою лучшую улыбку, и она отвела взгляд в сторону.

— Могу я вот так сопровождать тебя каждый вечер, когда ты уходишь с работы?

— Нет, нет, в этом нет необходимости.

— Я всегда здесь в это время, так что это не проблема.

Она покачала головой.

— Нет, правда, я в порядке. У тебя, должно быть, есть дела поважнее.

Её глаза избегали моих любой ценой. О, с застенчивыми было много работы, но у меня было время, на самом деле, мне нужно было время, чтобы люди забыли о девушке, которая прыгнула с крыши средней школы.

Какая хорошая память.

— Не совсем, в Уилсоне особо нечего делать, и я думаю, ты в курсе.

Я пожал плечами.

— Это дало бы мне чем заняться каждый день, помоги скучающему человеку, хорошо?

Я использовал свою лучшую улыбку, и она лукаво вернула ее мне.

— Хорошо, но если однажды ты не захочешь или будешь занят, пожалуйста, не волнуйся обо мне. Я не хочу доставлять тебе неудобства.

— Я с удовольствием буду сопровождать тебя. Что ж, увидимся завтра? — она кивнула и помахала на прощание рукой, прежде чем развернуться и пойти к себе домой.

Моя улыбка исчезла, как только она ушла, и я быстро завел машину. Игра уже началась.

#

Я не был удивлен, обнаружив, что моя сестра ждет меня в моей комнате, когда я вернулся домой. Она сидела на моей кровати, скрестив ноги и положив руки на кровать по бокам. Я проигнорировал её в надежде, что это заставит её оставить меня в покое.

— Ты уже начал, не так ли? — спросила она меня, когда я снял пиджак и повесил его на вешалку у двери своего шкафа.

— Я сказал тебе оставить меня в покое.

— А я тебе говорил, что ты становишься неаккуратным.

— Прекрати, — сказал я ей, стягивая рубашку через голову. — Перестань лезть в мои дела.

— Что тебя так расстроило? Ты никогда не был таким беспечным.

— Я не беспечный.

Я повернулся к ней лицом, её глаза опустились на мою обнаженную грудь, на живот, и я покачал головой.

— Перестань.

— Я не говорю, что тебе нужно остановиться, но подожди немного, пусть всё уляжется.

— Я не тороплюсь, я только начал свою игру, мне нужно время, чтобы их сломать, и ты это знаешь.

— Я не хочу, чтобы это была она.

Я фыркнул, саркастически усмехаясь, кем она себя возомнила, чтобы решать? Она снова заговорила, вставая.

— Ты можешь выбрать другую жертву, это не обязательно должна быть она.

— А почему бы и нет?

Она колебалась.

Я сделал большой шаг к ней, и, что удивительно, она отступила — было что-то, чего она мне не говорила. Я медленно произнес её имя, и она отвела взгляд.

— В чём дело? — я изучал её лицо, в поисках причины, которую она так тщательно скрывала.

— Мне нравится.

— Что? — я нахмурился.

— Она мне нравится.

Это заставило меня обернуться и громко рассмеяться. Всё будет намного веселее, чем я думал.

— Ты издеваешься? — спросил я, снова взглянув на нее, но она по-прежнему избегала моих глаз: она говорила правду, ей она действительно нравилась. Что меня не удивило, она была бисексуалкой, но то, что ей понравилась та, кого я выбрал в качестве своей следующей жертвы, показалось мне трагически смешным.

— Пожалуйста, в городе много других девушек, это не обязательно должна быть она, — взмолилась она, и я склонил голову.

— Тебе не приходило в голову, что, сказав мне это, ты только сделаешь её еще более интересной для меня?

Её глаза встретились с моими, и ярость, вспыхнувшая в них, расширила мою улыбку.

— Ты хочешь, чтобы я умоляла тебя? — она положила руки на талию, расстроенная.

Я почесал лоб, как будто задумался.

— Я не знаю, сестричка, — я раздразнил её ещё больше, она напряглась.

— Мы оба знаем, что это не обязательно должна быть она. Я никогда ни о чём тебя не просила.

— Как бы это ни было забавно, не вмешивайся в мои планы, я уже так решил, и мне не нужно ничего менять ради тебя.

— Я старалась как могла, — её ярость усилилась, она шагнула к двери, минуя меня сбоку. — Полагаю, мне придется открыть рот и вымолвить пару словечек.

Внезапно я последовал за ней, схватил её за волосы и прижал к двери, она застонала от боли, её лицо прижалось к дереву, она стояла спиной ко мне.

Я наклонился, чтобы сказать ей на ухо:

— Пусть это будет последний раз, когда ты угрожаешь мне.

— Отпусти меня, — сквозь зубы проговорила она.

— Ты лучше всех знаешь, на что я способен. Не провоцируй меня.

— Я тебя не боюсь, — я крепче сжал её волосы, еще сильнее прижимая её лицо к дереву.

— То, что ты меня не боишься, не означает, что я не могу покончить с тобой.

Она ничего не сказала, поэтому я продолжил.

— Кроме того, слова на меня не действуют. Ты знаешь, как меня можно убедить, не так ли?

Моя свободная рука спустилась к краю её юбки, пробираясь внутрь неё. Она молчала, пока я прикасался к ней. Я сделал шаг назад, освобождая её, потому что знал, что она сделает всё возможное для этой простой девушки, которая ей понравилась. Она повернулась, поправляя волосы, бросила на меня убийственный взгляд и опустилась передо мной на колени, её руки потянулись к моему ремню, чтобы расстегнуть его, а затем к пуговицам на моих брюках.

— Покажи мне, как сильно тебе нравится эта девушка, сестренка.

Я приготовился наслаждаться моментом, я подумал, что могу выбрать другую девушку, то, что нужно для моей сестры, чтобы никто никогда не сказал, что я не ставлю свою семью на первое место.