Мила не находила себе места, металась по квартире, не зная, что делать. Ни разу в расследованиях, которые она вела, не было безвыходных ситуаций, всегда существовала лазейка. А тут – глухая стена. И по делу Светланы нет подвижек, и Давид вляпался в неприятности. За Давида Ардо волновалась особенно.

Чтобы хоть как-то занять себя, Мила взялась за уборку, и к обеду все поверхности в квартире сверкали. Успокоив нервы, Ардо приготовила кофе. Она с раннего утра ничего не ела: от переживаний кусок в горло не лез. Как назло, и Громов до сих пор не позвонил.

В попытке отвлечься Мила набрала номер брата. Вдруг хоть он даст какой-нибудь совет? Но Саша не взял трубку, и Ардо, психанув, швырнула телефон на стол. В тот же момент заиграла мелодия входящего звонка.

Девушка схватила смартфон и нажала на кнопку приема вызова.

– Евгений Валерьевич, есть какие-то новости? – взволнованно протараторила она.

– Стеклов-старший выбил ордер на обыск, – огорошил начальник. Мила очень удивилась, услышав это. На лабораторию не заведено дела, на каком же основании выдали ордер? Вот что значит деньги и власть. – Мы с опергруппой едем туда. Точнее, уже приехали. Ты как, подъедешь?

Недовольство, что ей сообщили самой последней, Мила задавила на корню.

– Да. Конечно.

– Отлично. Тогда ждем.

***

Когда Ардо подъехала к лаборатории, обыск шел полным ходом.

В здание ее пустили беспрепятственно. Как только вошла, Мила позвонила Громову, узнать, где он. Тот назвал седьмой этаж, и девушка направилась к лестнице.

По пути она заходила на каждый этаж, рассматривая помещения, где работали полицейские. А добравшись до нужного этажа, остановилась в дверях и прислушалась.

Отовсюду доносились шорохи и звуки присутствия людей. Голос Мареева не стал неожиданностью, но все равно теплилась надежда, что ее известили не последней.

«Прекрати этот детский сад! – мысленно одернула себя девушка. – Ну позвали Федора раньше, и что с того? Не хватало еще соревнований! Мы делаем общее дело».

Федор нашелся в ближайшем кабинете, у стола с сидящими во флорарумах мышами. Рядом с ним стояли Евгений Валерьевич и Иван. Мареев чем-то громко возмущался, а остальные смотрели на него с сомнением.

– Всем еще раз здрасте, – сказала Мила, входя в кабинет. Обвела мужчин взглядом. – Нашли что-то?

– Если честно, мы понятия и не имеем, что искать, – развел руками Иван. В одной из них он держал пробирку с мутной жидкостью. – Лаборатория как лаборатория, опыты вот на мышах ставят. Здание полупустое. Занято несколько этажей, на пустующих – идеальный ремонт и чистота. Была. Пока мы не приехали. А так…

– Они даже разрешения на проведение опытов предоставили. Все законно, – угрюмо добавил Федор.

– Надо искать тщательнее! – занервничала Мила. – Не просто же так Давид куда-то делся!

– Да, насчет Давида, – перебил ее Громов. – Я послал людей в квартиру, где он остановился. Телефон его нашли там, а взятую напрокат машину – в противоположной от лаборатории части города. Я запросил у компании маршрут автомобиля: Давид даже близко к лаборатории не подъезжал.

Мила неверяще на него посмотрела. Ее интуиция буквально вопила о подвохе. С ними явно кто-то играет, и этот кто-то хочет, чтобы Давида не нашли.

– Вам не кажется, что слишком уж все складно получается? – многозначительно посмотрела она на Евгения Валерьевича. – Камеры, которые стоят на здании лаборатории, проверили?

– Произошел сбой, и они с десяти вечера и до шести утра не работали, – откликнулся Мареев.

– Предположим. А камеры с соседнего здания? На них что-нибудь видно?

Мужчины промолчали, и Мила разозлилась. Неужели они не додумались до этого?!

Чтобы не обругать коллег последними словами, Ардо подошла к металлическому столу с мышами. За стеклом сидело три мыши: две лысые, а у третьей шерсть лезла клоками.

– Почему у них ядовито-зеленые глаза? – пробормотала Мила. Наклонилась и прикоснулась указательным пальцем к стеклу.

Одна из лысых мышей тут же зашипела и, словно дикая, бросилась на стенку. Мила отпрянула.

– До твоего прихода они сидели спокойно, – заметил Федор.

Мила посмотрела на него укоризненно.

– Так что у них с глазами? Никогда не видела подобного.

– Наверное, из-за экспериментов поменяли цвет, – предположил Иван.

Мила хмыкнула и обратилась в Громову:

– Евгений Валерьевич, а что с загородным домом?

– Ах да. После пожара дом оставили. Он до сих пор в собственности у сына бывшего главы, но новый на его месте не построили.

– То есть там все еще сгоревший дом?

– Наверняка.

– Значит, туда нужно ехать!

– Ардо, подожди немного, – пригасил ее энтузиазм начальник. – Давай сперва с лабораторией разберемся!

– С чем разбираться-то? – буркнула Мила. – И так ясно: если что-то и было, то этого уже нет, – она замолчала, осененная идеей, и повернулась к Громову. – А может, у них есть информаторы? Узнали, об обыске и все подчистили?

– Исключено, – категорично рубанул рукой воздух Иван. – Как только отец выбил ордер, мы сразу же сюда поехали. Они просто не успели бы ничего спрятать. Я вообще не уверен, что здесь было что-то незаконное.

– А зачем в лаборатории палаты? Вы видели их? – вспомнила Ардо помещения на третьем этаже.

– Это комнаты для сотрудников, которые остаются на ночь, – пояснил Громов. Мила с иронией на него посмотрела. – Что? Так сказали работники.

***

Обыск закончился поздним вечером. Естественно, без результата.

Мареев и Стеклов уехали, а Мила осталась с Евгением Валерьевичем до конца. Они спускались по лестнице и прошли уже четвертый этаж, когда Мила почувствовала мимолетный порыв холодного воздуха. Вздрогнула всем телом, остановилась и посмотрела назад. Никого не увидела, но могла поклясться, что ощутила чей-то взгляд.

– Мила, ты идешь? – окликнул ее начальник, успевший спуститься на пролет.

– Иду! – крикнула Ардо, отмахнувшись от неприятных мыслей. Быстро догнав Громова, она попросила: – Евгений Валерьевич, позвольте мне съездить до сгоревшего дома? У нас все равно нет вариантов.

Мужчина недовольно на нее посмотрел, но на этот раз спорить не стал.

– Ладно. Только будь осторожна. Адрес я скину.

***

Ужинала Мила готовой едой, купленной по дороге домой. В голове роились сотни мыслей. Она пока не знала, зачем именно едет на останки особняка, что хочет найти в обугленных стенах. Если там и было что-то интересное, это давно вынесли кому нужно. Но сидеть сложа руки она тоже не могла.

Тем более перед Давидом у нее долг. Он не так давно спас ее от смерти, и она просто обязана его найти и вытащить.

Помыв тарелки и приняв душ, Мила легла спать. Засыпая, думала о том, что слишком часто она стала ночевать вне дома. За последний месяц это будет уже вторая поездка.

Разбудила ее громкая мелодия входящего вызова. За окном стояла темнота, Мила даже примерно не могла определить, сколько сейчас времени. Телефон звонить перестал, и Ардо перевернулась на другой бок. Она почти провалилась в сон, когда мобильный снова зазвонил. Не открывая глаз, Мила взяла смартфон и приняла вызов.

– Алло.

– Ардо, ты спишь, что ли?

Мила села в кровати, кое-как разлепила глаза. Веки так и норовили снова закрыться.

– Евгений Валерьевич, а почему я не должна спать?

– Ты что, не видела СМС, которое я тебе вчера отправил?

Мила оторвала телефон от уха и посмотрела на дисплей. Там действительно мигал значок входящего СМС-сообщения, пришедшего ночью. Она уже спала в это время. Открыв сообщение, Ардо прочитала: «Заеду за тобой в семь утра». Посмотрела на часы: без пятнадцати семь.

– Мила? – позвал Громов.

– Я не видела смс.

– Собирайся. Я скоро буду у твоего подъезда.

– Угу. Я быстро.

Сбросив вызов, Ардо вскочила с кровати и побежала в ванную. Почистила зубы, умылась, вернулась в спальню и принялась натягивать одежду. Попутно она складывала в рюкзак вещи в дорогу. Предполагалось, что они едут туда-обратно, поэтому много брать не стала: сменное нижнее белье и предметы личной гигиены. Если уж что-то случится и придется задержаться, то можно будет зайти в магазин и купить все недостающее. Хотя она догадывалась – ничего они не найдут в сгоревшем доме и вернутся быстро.

Из подъезда Мила вышла в семь пятнадцать. Евгений ждал ее в машине, с кем-то разговаривая по телефону. Ардо забралась в салон автомобиля. Глянув на нее, Громов попрощался с собеседником и улыбнулся.

– Доброе утро, – хмуро сказала Мила.

Неожиданно Евгений потянулся к ней. Горячие сухие пальцы коснулись уголка ее рта.

– У тебя зубная паста.

Ардо замерла. Она, кажется, впервые видела его таким благодушным. Этот мужчина всегда наводил на нее тень страха. Вероятно из-за того, что он был ее начальником: и когда она работала в полиции, и когда перешла на службу в организацию «Око бесконечности».

Придя в себя, Мила подалась назад и, смущаясь, достала из рюкзака зеркальце, нервными движениями стерла белое пятнышко. И как она его не заметила? А ведь смотрелась же в зеркало перед выходом. Как же неловко. А главное – поведение Громова ее очень напрягало. Она привыкла, что он хмурится, или отчитывает, или приказывает. А вот эта нежность…

Отъехали от дома они в молчании. Мила отвернулась к окну, отрешенно следя за пробегающими мимо многоэтажками. Громов периодически кому-то звонил, обсуждая работу, но как только выехали за город, на трассу, где сеть ловила не очень хорошо, звонки прекратились. У Ардо имелось много вопросов к начальнику, но она не спешила их задавать и просто радовалась, что сегодня не за рулем.

Вскоре Мила сняла куртку, убрала ее вместе с рюкзаком на заднее сиденье. Вытянув ноги, сложила руки на груди и прикрыла глаза. Думала лишь немного подремать, но шуршание шин и негромко играющая в салоне музыка ее укачали.

Проснулась Ардо словно от толчка. Открыла глаза, не сразу понимая, где находится. Осмотрелась. Евгения в машине не было. Они стояли на заправке. Взяв рюкзак и куртку с заднего сидения, мила оделась и вышла на улицу. Ветер тут же ударил ей в лицо, проник под одежду, вызывая табун мурашек.

Громов переминался с ноги на ногу возле колонки и ждал, когда наполнится бак. Услышав хлопок дверцы, он посмотрел на Милу поверх крыши автомобиля.

– Я отойду ненадолго, – предупредила Ардо, показав на небольшое кафе. Ей требовалось посетить уборную, а еще очень хотелось есть. С утра она не успела позавтракать, желудок умолял его покормить. И неплохо бы выпить горячего кофе, чтобы проснуться, а то сон толком не ушел.

***

Когда Мила вышла из туалетной комнаты в зал кафе, то заметила Громова у кассы. Он, будто бы почувствовав ее взгляд, обернулся.

– Я закажу нам еды. Есть какие-то предпочтения? – спросил Евгений, когда Мила подошла ближе.

Ардо посмотрела на экран, где отображалось меню. То не особо радовало разнообразием.

– Я буду кофе и хот-дог, только без лука. И шоколадку молочную.

– Хорошо. Займешь пока столик?

Евгений указал куда-то ей за спину. Мила обернулась и осмотрела зал, где стояло всего-навсего шесть столиков, причем два – уже занятых. В итоге она выбрала самый дальний, у окна.

Заказ приготовили быстро, минут за десять. Сделав глоток кофе, Мила зажмурилась от блаженства. Именно этого вкуснейшего эликсира бодрости ей не хватало. Хот-дог тоже оказался вкусным.

– Нам еще долго ехать? – спросила Ардо, когда они с Евгением уже допивали кофе.

– Часа четыре.

– Если хотите, я сменю вас за рулем.

– Не стоит. Я, наоборот, когда веду – отдыхаю.

Мила усмехнулась.

– Понимаю. Как думаете, мы найдем в том доме что-то?

– Навряд ли.

– Евгений Валерьевич, зачем вы тогда поехали? Я бы и одна скаталась. У вас ведь работа.

Этот вопрос Милу мучил с самого утра. Ну зачем ему терять время на эту поездку? Тем более нет уверенности, обнаружат ли они там хоть что-то. Все же под его руководством целое отделение полиции.

Евгений помрачнел. Сделал глоток кофе и со вздохом ответил:

– Мне необходимо подумать и отвлечься. Из-за того, что расследование зашло в тупик и мы не можем найти Давида, я начинаю звереть. А ярость плохая помощница разуму.

И в этом Мила тоже его понимала. Все же Давид его друг.

– А вы распорядились насчет камер видеонаблюдения на соседних с лабораторией зданиях?

– Да. Их проверили. Кроме камеры на маленьком магазинчике, никакая не захватывает лабораторию. Та единственная показывает торец здания, но ночью по неизвестным причинам электричество пропало, и она не записывала. Включилась только утром. Но кое-что удалось выяснить. Напротив есть салон красоты, его камеры дают прекрасный обзор на дорогу. На записи видно, как арендованная машина Давида проехала в сторону лаборатории в первом часу ночи. Он был там.

– Тогда куда делся? И кто отогнал машину?

– Ты знаешь… – Евгений задумчиво покрутил стаканчик с кофе. – Я склонюсь к тому, что за каждым из нас, кто работает над этим делом с вернувшейся девочкой, установлены слежка и прослушка. А иначе как они узнали, что Давид планирует пробраться туда? Да и перед обыском здание стопроцентно почистили.

– Считаете, мы не заметили бы слежку? Прослушка телефонов звучит куда убедительнее.

– В телефонах чисто, – Евгений покачал головой. – Но распоряжусь, чтобы как следует перепроверили.

Мила кивнула и перевела тему:

– Вы связывались с Георгием Ивановичем? Он что-нибудь выяснил насчет пропажи Светы?

– Там тоже тупик. Машина, на которой увезли девочку, засветилась на нескольких камерах видеонаблюдения. Но где-то за городом свернула в слепом промежутке.

– Но так же не бывает! – воскликнула зло Мила. – У нас из-под носа уводят ребенка! Там столько ведь народу было! И что, никто ничего не заподозрил и не заметил?! Это же бред! Да и Давид, – она, не сдержав эмоций, хлопнула ладонью по столу. – Он же не иголка в стоге сена! Невозможно взять и пропасть бесследно в нашем мире технологий! Невозможно, понимаете?!

Посетители за отдаленными столиками посмотрели на них с интересом, видимо, услышали обрывки разговора, и Мила понизила голос.

– И я вот что думаю насчет этой лаборатории. Они же всего за пару часов обработали видео, вырезав ту женщину. А Федя упоминал, что его видеорегистратор снял, как она выходила. Так может…

– Он уже ищет эту женщину, – перебил ее Громов, а Мила только согласно кивнула.

Больше они не затрагивали тему работы. Отнесли подносы с грязной посудой на специальную стойку и отправились в дорогу.

Начавшаяся метель вынудила ехать медленнее, и до конечной точки они не успели добраться дотемна. Пришлось на ночь снять комнаты в отеле. Светало поздно, из-за чего решили вставать в восемь утра, и Ардо смогла выспаться. Позавтракав, они двинулись дальше.