Лея:

— Ты... С этим... — отец не смог закончить фразу.

Согласно магическим законам, человеческая женщина могла передать свою силу мужчине лишь через обряд — и только ценой девственной крови.

Но мы с Кнудом такой обряд не проводили, да и не смогли бы из особенностей его орочей натуры. Но и удачи я лишилась, обменяв ее на возможность спасти любимого.

Присутствующих волновал только результат.

Отец выхватил из кармана стеклянный сосуд в золотой оправе. На вид хрупкий, но на деле — мощный артефакт, зачарованный магией. С его помощью он годами вытягивал из меня силу: стоило поднести сосуд к телу, как тот наполнялся ярким светом. Перед важными сделками отец пил его содержимое, словно эликсир.

Чистота свечения показывала уровень моей силы: чем ярче и прозрачнее свет, тем выше удача; чем тусклее и мутнее — тем хуже исход.

Но сейчас сосуд оставался пустым и никак не реагировал. Для отца это стало окончательным доказательством: я «пустая».

— Не рассчитывай на наследство, пока ты с этим животным!

С отвращением, он швырнул бесполезный теперь артефакт, в траву. Стеганул лошадь и умчался прочь, ни разу не обернувшись.

Ко мне приблизился шаман. Я с опаской взглянула на предмет в его ладони, боясь, что и им он сейчас швырнется, и тогда...

Шаман протянул мне вырезанную фигурку медведя с небольшим отверстием для шнурка.

— Дитя человеческого рода Лея, прими от меня этот заговоренный дар. С ним к тебе придет защита от Духов нашего племени — Великого Дахра. Носи его с почтением и лишний раз не снимай.

Он лукаво подмигнул. Я приняла фигурку. С виду она казалась совершенно обычной, но могущество шамана не оставляло сомнений.

— Это спасет меня от неудач?

— А ты поживи и увидишь.