Лея:

Я не позволила просто так затащить себя в комнату. Сопротивлялась на каждом шагу. Прекрасно понимала, как это бесполезно, но всё равно кричала и царапалась. Я больше не чувствовала себя безвольной куклой, отданной во власть расчетливого дельца. Я стала женщиной, готовой бороться за своё счастье.

Меня заперли на ключ. Я била кулаками в дубовую дверь, пока не заныли суставы. Кричала, пока не охрипла. А когда силы иссякли — устроила бойкот: не пустила горничную и швырнула поднос с ужином в стену. Я была готова запустить фарфором в любого, кто посмеет переступить порог.

Но вошёл отец. Он усмехнулся, глядя на осколки тарелки, и обвел небрежным взглядом общий погром.

— И кого же ты там встретила, Лея?

Я изумленно уставилась на него.

— Я не дурак, — отец вальяжно развалился в кресле, скрестив руки на груди. — Сразу понял: всё дело в мужчине.

Я осталась у окна — там, где меня и застало его вторжение. Как раз пыталась прикинуть, как выбраться наружу и не разбиться... без удачи.

Комната была сплошь забита защитными оберегами и амулетами, но они работали только в связке между собой. Иначе я бы уже давно сбежала, прихватив их.

— Вышла впервые в люди и решила, что нашла кого-то достойного? — в его голосе прозвучало фальшивое сочувствие. — Я не учёл, что в твоём возрасте просыпаются... естественные потребности. Замуж захотелось?

Я отвернулась, уставившись в сгущающиеся сумерки сада. Моё нежелание общаться было очевидным, но ему — совершенно безразличным.

— Наивная девочка, как ты не понимаешь, что тебя просто обманули? — продолжал он свой ядовитый монолог. — Невозможно влюбиться за пару дней. Даже твою покойную мать я полюбил лишь спустя месяцы.

— Маму не вспоминай! — вспылила я.

Он всегда использовал её имя, когда хотел склонить меня к чему-либо. И раньше из-за чувства вины я уступала. Но сейчас я хотела только одного: чтобы он исчез.

— Ты всю жизнь использовал меня!

— Я защищал тебя! Посмотри, что произошло, стоило тебе выйти за ворота: город в руинах, а тебя едва не погубил какой-то проходимец! Ты правда думаешь, что кому-то может понравиться такая необразованная простушка? В тебе нет ничего ценного, кроме твоей силы.

Я знала, что после угроз последуют унижения. Но всё равно стало больно.

— Зачем ты так?.. — я едва сдержала слёзы.

Хотела смотреть на сад, а видела только его — в отражении стекла. Ликующего, упивающегося своей победой.

— Тебе не нравится правда, но придется её выслушать. Я твой отец и несу за тебя ответственность. Ты забудешь эту глупость. Добровольно или нет — я заставлю тебя подчиниться.

Он подошел вплотную и резко развернул меня к себе лицом. Я знала, что сейчас последует удар. Приготовилась.

— Давай! — выкрикнула я. — Думаешь, я не понимаю? Ты просто боишься потерять своё богатство без удачи!

И в этот момент отец внезапно поменялся в лице. Побледнел, а всё его внимание сосредоточилось на виде из окна.

— Святые Духи... Это еще что такое?! — выдохнул он.

Я обернулась. Там, в сумерках, по направлению к особняку несся...

— Кнуд!

Возможно, у меня разыгралось воображение, но сейчас он казался вдвое крупнее и страшнее, чем я его помнила.

Охранники высыпали ему навстречу — с мечами, пиками и арбалетами. Они пытались остановить его, но орк ломился напролом, не видя преград. Он свирепо сметал их с пути, словно сухие листья.

Воздух наполнили крики незадачливых слуг.

Он вряд ли мог услышать меня с такого расстояния, но я так обрадовалась, что закричала во всё горло:

— Я здесь, Кнуд! Здесь!

Орк поднял голову и с точностью нашел мой силуэт в окне. Сердце совершило безумное сальто.

Отец с силой оттолкнул меня в сторону.

— Ты связалась с этим монстром?! — закричал он, теряя над собой контроль.

Удар по лицу заставил меня упасть. Я прижала ладонь к горящей щеке и с ненавистью посмотрела на него:

— Монстр здесь только один. Ты!

— Крис!

В комнату вошел «доверенный человек» отца — один из тех немногих, кто знал правду о моем даре.

— Следи за ней. Чтобы с места не рыпалась, — приказал Скотт-Сетинг. — А я пойду побеседую с «принцем» дочери.

Крис встал у двери, демонстративно сложив руки на груди. На его пальцах тускло вспыхнули перстни, оповещая, что моя сила пытается вырваться наружу. Но под действием защитных оберегов тут же затихла.

Кнуд:

Я проломил очередную стену телом. Жалости к человечкам я не испытывал, хотя и понимал: они лишь выполняют приказы.

Но сейчас… в эту минуту... и, наверное, с момента первой встречи, для меня не существовало ничего важнее Леи. Ради неё я был готов сравнять с землей весь дом и каждого, кто в нем находился.

Райдер Скотт-Сетинг был последним, кого я рассчитывал увидеть, но он вышел навстречу в плотном кольце охраны. Не дурак, но слишком самоуверен.

— Я приказываю немедленно остановиться! — прогрохотал он. — Лея не желает видеть тебя...

Я не дал ему договорить. Он и его цепные псы остались позади — изломанные и беспомощные, брошенные на пол, словно мусор, коим они и являлись. Я взлетел по лестнице, перепрыгивая через ступени.

До поместья меня вела ярость, а внутри — сладкий аромат моей женщины.

Вышибив дверь, я ворвался в комнату. Взглядом нашел Лею, а следом — спину обожгло огнем.

Потерял бдительность. Слишком обрадовался, увидев её, и не почуял чужого присутствия.

Этот неизвестный вогнал лезвие в плоть. Зазубренный нож вошел легко, по самую рукоять. А потом еще раз.

Я перехватил руку нападавшего — хруст костей и истошный вопль слились воедино. Обрушив кулак в лицо врага, я отшвырнул бездыханное тело в сторону. Этого жалко не было — он напал подло, исподтишка.

Мир качнулся. Из ран хлынула кровь, окрашивая ковер в алый. Лея разрыдалась. Она подбежала, прижала к моей спине какую-то ветошь, но ткань мгновенно пропиталась насквозь.

— Тебе срочно нужна помощь!

— Идем! — оборвал я её.

Схватив её за руку, я потащил за собой.

Лея вывела меня к конюшням. Самый мощный жеребец в стойле теперь принадлежал мне. Я накинул уздечку и вскочил на него без седла, подтянув Лею к себе. Она вцепилась в меня, в глазах отразился страх.

— Не бойся, удержу.

Нам нужно было уйти как можно дальше, пока я еще оставался в сознании. Я стеганул коня, и мы растворились в сумраке ночи. Прочь от алчного папаши, навстречу, как я надеялся — нашему будущему.

Я гнал зверя, не жалея сил. Кровь слишком быстро покидала тело, силы таяли, перед глазами плыли круги.

Начало мерещиться всякое: безлунную ночь вдруг осветили сотни светлячков, парящих вдоль тропы. Впереди преградой встала река. Обычно на поиск брода уходит уйма времени, но прямо перед нами рухнуло дерево, образовав идеальный мост.

Лес словно помогал нам сбежать... или удача?

Но, как известно, магия на орков не действует. Я натянул поводья, чувствуя, что это мой предел.

— Лея, слушай и запоминай... — прохрипел я. — Солнце держи слева. Всегда слева... Иди прямо. Увидишь раздвоенный дуб — не сворачивай. Дальше будет ручей... он выведет к поместью клана. Если потеряешься — остановись... найди солнце... и снова слева...

Вспышка боли. Удар о землю. Аромат травы и чернота.