Взгляд на вещи бывает разный,

Я сжигаю свои корабли.

Я сторонник пусть самой грязной;

Но не чистой любви без любви,

Утверждаю как математик,

Диалектик, мудрец и поэт,

Что в любви романтик – ревматик,

Эпилептик и импотент.

Так всегда бывает вначале,

К сожаленью, так всегда.

Май сиреневыми ночами,

Дистиллированная вода,

Сила страсти за синей далью,

Откровенно-правдивая ложь,

Повседневное пропаданье,

Разумеется, ни за грош.

А потом начинаются вина,

Обвинения и дела,

Виновата лишь тем, что невинна

Была, и была – не была.

И противно, и больно – и только.

Всё вино всё равно не вино,

Да и счастье – не счастье, и долго

Продолжаться не может оно.

Потому что они не пара,

А весь мир хуже, чем нехорош.

Всё поругано и пропало,

Разумеется, ни за грош.

Вы кому-то, наверно, снитесь,

Ночь раскинулась, как синева,

Антитезис, тезис и синтез –

Вразумительные слова.

Мне отнюдь не присуще злословье,

Так же как славословья обман,

Антитезис Вы, предисловье

И вступление, а не роман.

Вы меня не поймёте, не царь я

И не узник, что под замком,

Отрицание отрицанья

Есть такой мировой закон.

Так сказать, на высшем этапе,

Неприемлемом для рабов,

Предрассудков потребность в бабе

Заключает уже любовь.

Расскажу вам одну нелепость,

Вы поймёте меня до дна,

Не придумал я. Вам и ей пусть

Зарифмовка посвящена.

Было так, что она не знала,

Говоря о добре и зле,

Что случится, но доказали,

Будто нет любви на земле.

Это можно сказать не каждой,

И гораздо лучше скрывать.

А она их спросила: «Как же?

Нет любви, есть одна кровать?

Да, так значит, вся жизнь нелепость,

Где всё можно купить за рубли,

Да?» – И бросилась под троллейбус,

Сожалея, что нет любви.

А любовь ни смерить, ни взвесить,

И её, как правило, нет;

Но она бывает раз в десять,

А быть может, раз в двадцать лет.

Точка зренья моя как поэта

Такова, что любовь – не судьба,

В битвах жизни любовь лишь победа,

A вся жизнь – не победа, борьба.

Не моя, не любимая, Вы вот

Захотели хороших стихов,

Но не сделали правильный вывод

Из того, что отметил Глазков.

Вы ещё, так сказать, не жили,

А хотите любви, пусть так,

А любовь эту Вы заслужили,

Ту, которая не пустяк?

Или омут мещанского счастья

Означает весь рай земной?

Или Вам не дано соглашаться,

Потому что я умный, со мной?

Или Вы не стремились в дали,

Вам приятные издалека,

Или мало Вы пропадали,

Или ищете дурака?

Или Вы моя ученица,

Или созданы не для труда;

Но в любви, как во всём, подчиниться

И командовать можно тогда.

В твоей судьбе

Всё так неладно,

Ты вещь в себе,

Созданье Канта,

И глушь, и дичь

Страны дым-дыма,

Тебя постичь

Необходимо.